Постановление от 24 октября 2024 г. по делу № А74-18158/2017

ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А74-18158/2017
г. Красноярск
24 октября 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена «14» октября 2024 года. Полный текст постановления изготовлен «24» октября 2024 года.

Третий арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Радзиховской В.В., судей: Хабибулиной Ю.В., Яковенко И.В., при ведении протокола судебного заседания секретарём Таракановой О.М.,

при участии: от конкурсного управляющего ФИО1 - ФИО2, представителя по доверенности от 10.10.2024;

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ответчика – ФИО3 на определение Арбитражного суда Республики Хакасия от «11» июля 2024 года по делу № А74-18158/2017,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «ФОРСАЖ» (ИНН <***>, ОГРН <***>; далее – ООО «ФОРСАЖ») обратилось в Арбитражный суд Республики Хакасия с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Дорожно-строительное предприятие № 11» (ИНН <***>, ОГРН <***>; далее – ООО «ДСП № 11», должник) несостоятельным (банкротом).

Решением арбитражного суда от 05.10.2021 (резолютивная часть решения объявлена 30.09.2021) должник признан банкротом, открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО1 (далее - ФИО1).

31.01.2023 в арбитражный суд обратился индивидуальный предприниматель ФИО4 (далее - ФИО4) с заявлением о привлечении ФИО3 (далее - ФИО5) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 36 172 605 рублей 38 копеек.

18.04.2023 в арбитражный суд обратился конкурсный управляющий ФИО1 с заявлением о привлечении ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, о приостановлении производства по заявлению по окончания расчетов с кредиторами должника.

Определением арбитражного суда от 13.06.2023 заявления конкурсного управляющего ФИО1 и индивидуального предпринимателя ФИО4 объединены в одно производство для их совместного рассмотрения.

21.09.2023 от ООО «ФОРСАЖ» поступило заявление о вступлении в настоящий обособленный спор на стороне заявителей, в котором ООО «ФОРСАЖ» настаивал на удовлетворении заявленных требований, просил привлечь ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по основаниям, указанным конкурсным управляющим, индивидуальным предпринимателем ФИО4 и ООО «ФОРСАЖ».

Определением арбитражного суда от 02.10.2023 принят отказ индивидуального предпринимателя ФИО4 от заявления о привлечении ФИО5, производство по заявлению в указанной части прекращено.

ООО «ФОРСАЖ» признано вступившим в данный обособленный спор на стороне заявителя конкурсного управляющего.

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 11.07.2024 заявление удовлетворено. Признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. Рассмотрение заявления о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5 в части определения размера субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами в деле № А74-18158/2017.

При вынесении определения суд первой инстанции исходил из того, что в период руководства должником ФИО5 совершил ряд сделок на невыгодных для должника условиях, в том числе в пользу самого себя и аффилированных лиц, что подтверждается судебными актами, вступившими в законную силу. Кроме того, ФИО5 не исполнена обязанность по передаче конкурсному управляющему документов бухгалтерского учета и (или) отчетности. В результате кредиторы должника утратили возможность удовлетворить свои требования за счет стоимости указанных активов. В материалах обособленного спора не имеется доказательств, свидетельствующих о добросовестности и разумности действий ФИО5о, как руководителя и учредителя должника.

Не согласившись с данным судебным актом, ФИО5 обратился в Третий арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение Арбитражного суда Республики Хакасия от 11.07.2024 по делу № А7418158/2017 и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления.

Заявитель апелляционной жалобы считает, что обжалуемое определение нарушает его права и законные интересы, является незаконным. ФИО5 не осуществлял препятствий в передаче бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему. Обратные доводы конкурсного управляющего опровергаются материалами дела, в частности действиями по продаже имущества должника и оспариванию сделок. У ФИО5 отсутствует вина в совершении действий (бездействия), повлекших невозможность полного погашения требований кредиторов. В материалы настоящего обособленного спора со стороны конкурсного управляющего должника не представлено относимых, допустимых и достоверных доказательств, достаточных для признания доказанным наличия оснований для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 19.09.2024 апелляционная жалоба ФИО5 принята к производству, рассмотрение жалобы назначено на 14.10.2024.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего ФИО1 отклонил доводы апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в представленном суду апелляционной инстанции отзыве. Просит определение Арбитражного суда Республики Хакасия от 11.07.2024 по делу № А74-18158/2017 оставить без изменения. Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, опровергаются материалами дела. Указанное ФИО5 имущество является тем имуществом, которое было выявлено конкурсным управляющим самостоятельно, доказательства исполнения определения от 11.04.2022 ответчиком в материалы дела не представлены. Отказ в признании части сделок должника недействительными был вызван именно непредставлением доказательств неравноценности встречного исполнения и заинтересованности ответчика, а также непредставлением ФИО5 не

представил конкурсному управляющему и суду доказательств использования денежных средств от покупателей квартир на нужды должника.

От Федеральной налоговой службы также поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором уполномоченный орган просит оставить обжалуемое определение без изменения в виду следующего:

Определением Арбитражного суда Республики Хакасия от 11.04.2022 по делу № А74-18158/2017 установлен факт непередачи контролирующим должника лицом документации, касающейся финансово-хозяйственной деятельности должника (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений), что привело к существенному затруднению проведения процедур банкротства, выразившемуся в невозможности включения в конкурсную массу активов ООО «ДСП № 11» балансовой стоимостью 206 154 000 рублей при размере неисполненных обязательств перед кредиторами 23 724 604 рубля 92 копейки. Отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства должника. 78% стоимости активов в структуре баланса составляет дебиторская задолженность, которая до настоящего времени конкурсным управляющим не проинвентаризированна ввиду отсутствия первичных документов.

Конкурсным управляющим по результатам анализа фактов хозяйственной деятельности должника в трехлетний период, предшествующий возбуждению дела о несостоятельности (банкротстве), установлен факт вывода активов действительной стоимостью 73 379 589 рублей, а также установлено соответствие указанных сделок критериям существенной убыточности и значимости для должника, что послужило причиной банкротства должника и причинило вред имущественным правам должника и кредиторов. В результате совершения оспариваемых сделок выбыло имущество должника рыночной стоимостью 73 379 589 рублей, которое, в случае включения его в конкурсную массу, позволило бы погасить 69% требований независимых кредиторов.

Причинно-следственная связь между противоправными действиями ФИО5 и невозможностью полного погашения требований кредиторов в силу положений подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве и разъяснений, изложенных в пункте 24 Постановления № 53, презюмируется. Объективное банкротство должника наступило в результате совершения контролирующим должника лицом ряда последовательных сделок и действий (бездействия), результатом которых явилась невозможность полного погашения требований кредиторов.

От ООО «ФОРСАЖ» суду апелляционной инстанции поступил отзыв на апелляционную жалобу, содержащий ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие его представителя. Поскольку к отзыву на апелляционную жалобу в нарушение абзаца 2 части 1 статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не приложены доказательства его направления лицам, участвующим в деле, в приобщении отзыва к материалам дела судом апелляционной инстанции отказано.

От иных лиц отзывы на апелляционную жалобу либо ходатайства суду апелляционной инстанции не поступали.

Учитывая, что лица, участвующие в деле, уведомлены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы в соответствии с требованиями статей 121 - 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (путем размещения публичного извещения о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, а также текста определения о принятии к производству апелляционной жалобы, подписанного судьей усиленной квалифицированной электронной подписью (Федеральный закон Российской Федерации от 23.06.2016 № 220-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части применения электронных документов в деятельности органов судебной власти»), в разделе Картотека арбитражных дел официального сайта Арбитражные суды Российской Федерации Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации (http://kad.arbitr.ru/), в

соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассматривается в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав представленные доказательства, заслушав и оценив доводы лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

В соответствии с частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Предметом рассмотрения по настоящему делу является требование конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующего должника лицо - ФИО5

Как установлено судом, ФИО5 являлся единственным учредителем и руководителем должника, то есть контролирующим должника лицом в понятии статьи 61.10. Закона о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий (бездействия) контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника. Действующее законодательство допускает применение данных положений и вне рамок дела о банкротстве, в частности, когда производство по делу о банкротстве прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур банкротства (подпункт 1 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Субсидиарная ответственность контролирующего лица, предусмотренная пунктом 1 статьи 61.11 действующей редакции Закона о банкротстве (пункт 4 статьи 10 прежней редакции Закона), по своей сути является ответственностью данного лица по собственному обязательству - обязательству из причинения вреда имущественным правам кредиторов, возникшего в результате неправомерных действий (бездействия) контролирующего лица, выходящих за пределы обычного делового риска, которые явились необходимой причиной банкротства должника и привели к невозможности удовлетворения требований кредиторов (обесцениванию их обязательственных прав). Правовым основанием иска о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности выступают, помимо прочего, правила о деликте, в том числе закрепленные в статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации. Соответствующий подход сформулирован в пунктах 2, 6, 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53).

Нормы о субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц были определены законодателем в разное время следующими положениями:

- статья 10 Закона о банкротстве в редакции от 28.04.2009, № 73-ФЗ (действует по отношению к нарушениям, совершенным с 05.06.2009 по 29.06.2013);

- статья 10 Закона о банкротстве в редакции от 28.06.2013, № 134-ФЗ (действует по отношению к нарушениям, совершенным с 30.06.2013 по 29.07.2017);

- глава III.2 Закона о банкротстве в редакции от 29.07.2017 (действует по отношению к нарушениям, совершенным с 30.07.2017).

В качестве фактических обстоятельств, послуживших основанием для обращения с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих лиц

должника указывается на неправомерные действия по заключению сделок в 2015-2017 годах, вывод денежных средств должника в 2017-2018 годах, а также непередача конкурсному управляющему документации о деятельности должника.

Таким образом, исходя из разъяснений, данных в пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73- ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», принимая во внимание время совершения действий, послуживших основанием для обращения конкурсного управляющего с заявлением о привлечении ФИО5 к субсидиарной ответственности суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что материальной нормой, применимой к спорным правоотношениям является:

- по основанию невозможности полного погашения требований кредиторов в связи с причинением существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения сделок пункт 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до 29.10.2017) и абзаца 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве;

- по основанию невозможности полного погашения требований кредиторов в связи с непередачей арбитражному управляющему документации должника подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей после 29.10.2017).

В соответствии с абзацем 2 пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ) заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности может быть подано в ходе конкурсного производства конкурсным управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 настоящей статьи, также может быть подано конкурсным кредитором или уполномоченным органом.

Как установлено пунктами 1, 2 статьи 61.14 Закона о банкротстве (в редакции Закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ) предусмотрено право арбитражного управляющего на подачу заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11, 61.12 и 61.13 названного Федерального закона, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве.

В рамках настоящего обособленного спора с заявлением о привлечении контролирующего должника лица обратился конкурсный управляющий, следовательно, уполномоченное лицо.

Пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Закона 28.06.2013 № 134-ФЗ) было установлено, что субсидиарная ответственность по обязательствам должника в случае недостаточности у него имущества может быть возложена на контролирующих должника лиц, если признание должника несостоятельным (банкротом) явилось следствием действий и (или) бездействия указанных лиц.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии, в том числе, следующего обстоятельства: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается

уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Ответственность, предусмотренная статьей 10 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.11.2012 № 9127/12).

По правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, для наступления гражданско-правовой ответственности необходимо доказать противоправный характер поведения лица, на которое предполагается возложить ответственность; наличие у потерпевшего лица убытков; причинную связь между противоправным поведением нарушителя и наступившими вредоносными последствиями.

Таким образом, для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности доказыванию в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежит состав правонарушения, включающий наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом.

При этом в пункте 4 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации установлена презумпция, касающаяся наличия причинно-следственной связи между действиями контролирующих должника лиц и банкротством контролируемой организации. Данная презумпция является опровержимой.

Следовательно, заявитель должен доказать наличие неправомерных действий контролирующего лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности на основании пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, а лицо, привлекаемое к субсидиарной ответственности, должно доказать, что оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника, и отсутствие своей вины и причинной связи с последующим затруднением проведения процедуры несостоятельности (банкротства), в том числе формирования и реализации конкурсной массы.

Материалами дела подтверждается и сторонами не оспаривается, что в период руководства должником ФИО5 совершил ряд сделок на невыгодных для должника условиях, в том числе в пользу самого себя и аффилированных лиц, что подтверждается судебными актами, вступившими в законную силу:

- определением арбитражного суда от 28.10.2022 признан недействительным договор купли-продажи автотранспортного средства от 08.02.2016, заключенный между должником и ФИО5 Применены последствия недействительности сделки. Суд обязал ФИО5 возвратить в конкурсную массу должника автомобиль TOYOTA LAND CRUISER 200, 2015 года выпуска, идентификационный номер VIN <***>, шасси (рама) <***>. В результате данной сделки выбыло имущество должника на сумму 2 747 000 рублей;

- определением арбитражного суда от 28.10.2022 признан недействительным договор купли-продажи автотранспортного средства от 26.01.2015, заключенный между должником и ФИО5 Применены последствия недействительности сделки. Суд обязал ФИО5 возвратить в конкурсную массу должника транспортное средство КАМАЗ 65116- № 3, 2011 года выпуска, идентификационный номер VIN <***>, седельный тягач, двигатель ЯМЗ-238 Д1, шасси <***>, кабина 2201266. В результате данной сделки выбыло имущество должника на сумму 899 000 рублей.

- определением арбитражного суда от 28.10.2022 признан недействительным договор купли-продажи автотранспортного средства от 26.01.2015, заключенный между должником и ФИО5 Применены последствия недействительности сделки. Суд обязал ФИО5 возвратить в конкурсную массу должника транспортное средство КАМАЗ 65116- № 3, 2011 года выпуска, идентификационный номер VIN <***>, седельный тягач, двигатель ЯМЗ-238 Д1, шасси <***>, кабина 2210911. В результате данной сделки выбыло имущество должника на сумму 899 000 рублей.

-определением арбитражного суда от 01.02.2023 признаны недействительными договоры купли-продажи автотранспортных средств от 30.12.2015, заключенные между должником и обществом с ограниченной ответственностью «Автотранспортное предприятие № 16». Применены последствия недействительности сделок. С ООО «Автотранспортное предприятие № 16» в конкурсную массу должника взыскано 3 491 400 рублей;

- определением арбитражного суда от 02.02.2023 признаны недействительными договоры купли-продажи автотранспортных средств от 19.03.2015, заключенные между должником и ООО «Автотранспортное предприятие № 16». Применены последствия недействительности сделок. Суд обязал ООО «Автотранспортное предприятие № 16» возвратить в конкурсную массу должника:

автомобиль МАЗ 938660-044, 2011 года выпуска, идентификационный номер VIN <***>, тип ТС полуприцеп, шасси (рама) <***>;

автомобиль МАЗ 938660-044, 2011 года выпуска, идентификационный номер VIN <***>, тип ТС полуприцеп, шасси (рама) <***>.

- определением арбитражного суда от 02.02.2023 признаны недействительными договоры купли-продажи автотранспортных средств от 11.03.2015, заключенные между должником и ООО «Автотранспортное предприятие № 16». Применены последствия недействительности сделок. Суд обязал ООО «Автотранспортное предприятие № 16» возвратить в конкурсную массу должника:

автомобиль FAWCA3252P2K2T1A, 2008 года выпуска, идентификационный номер VIN LFWKWXPN581F03005, грузовой самосвал, шасси LFWKWXPN581F03005;

автомобиль HYUNDAI HD270, 2011 года выпуска, идентификационный номер VIN <***>,

грузовой самосвал, шасси <***>;

автомобиль HYUNDAI HD270, 2011 года выпуска, идентификационный номер VIN <***>,

грузовой самосвал, шасси <***>; автомобиль HYUNDAI HD270, 2011 года выпуска, идентификационный номер VIN <***>,

грузовой самосвал, шасси <***>;

автомобиль HYUNDAI HD270, 2011 года выпуска, идентификационный номер VIN <***>,

грузовой самосвал, шасси <***>; автомобиль HYUNDAI HD270, 2011 года выпуска, идентификационный номер VIN <***>,

грузовой самосвал, шасси <***>; автомобиль КАМА355111А, 2000 года выпуска, идентификационный номер VIN <***>,

грузовой самосвал, шасси (рама) ХТС55111AY2140125, кузов 1787286;

- определением арбитражного суда от 10.02.2023 признаны недействительными договоры купли-продажи экскаваторов и бульдозеров от 26.05.2015, заключенные между должником и ООО «Автотранспортное предприятие № 16». Применены последствия недействительности сделок. Суд обязал ООО «Автотранспортное предприятие № 16» возвратить в конкурсную массу должника:

бульдозер SHANTUI SD16, 2014 года выпуска, двигатель № 1213L079397, заводской номер машины CHSD16AACE1032655;

бульдозер SHANTUI SD32, 2011 года выпуска, двигатель № 41149345, заводской номер машины SD32AA10313 (03313);

экскаватор HYUNDAI ROBEX210LC-7, 2008 года выпуска, двигатель № 26413599, заводской номер машины N60717832;

экскаватор DOOSAN DX300LCA, 2014 года выпуска, двигатель № DL08-308369EB, заводской номер машины EDY0913.

Таким образом, факт совершения ответчиком сделок по распоряжению имуществом должника подтвержден вступившими в силу судебными актами.

Согласно статье 16 Арбитражного процессуального кодекса РФ, вступившие в законную силу судебные акты арбитражного суда являются обязательными для органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан и подлежат исполнению на всей территории Российской Федерации.

При этом преюдициальность предусматривает не только отсутствие необходимости повторно доказывать установленные в судебном акте факты, но и запрет на их опровержение. Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 21.12.2011 № 30-П также указал, что признание преюдициального значения судебного решения, направленное на обеспечение стабильности и общеобязательности этого решения и исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если имеют значение для его разрешения. В качестве единого способа опровержения (преодоления) преюдиции во всех видах судопроизводства должен признаваться пересмотр судебных актов по вновь открывшимся обстоятельствам.

Каких-либо доказательств того, что совершение указанных сделок было целесообразно и экономически обоснованно, в материалы дела ответчиком не представлено.

В материалах обособленного спора не имеется доказательств, свидетельствующих о добросовестности и разумности действий ФИО5о, как руководителя и учредителя должника, напротив, факты вывода активов должника в значительном объеме, указывают на обратное, не отвечают ожидаемому обычному поведению руководителя и учредителя коммерческого юридического лица.

Доказательства того, что в результате заключения сделок улучшилась хозяйственная деятельность должника, своевременно производились расчеты с кредиторами, в материалах дела также отсутствуют. Напротив, в результате заключения сделок из состава имущества должника, подлежащего включению в конкурсную массу, выбыли ликвидные активы, в связи с чем кредиторы должника утратили возможность удовлетворить свои требования за счет стоимости указанных активов.

Кроме того, абзацем 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предусмотрено, что пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если, в том числе, причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Как следует из приобщенных к материалам настоящего обособленного спора документов из уголовного дела № 12102950002000050, ФИО5 в адрес подконтрольных юридических лиц - ООО «ПРОГРЕСС-М», ООО «Содержание дорог Сибири» направлялись письма о перечислении денежных средств в различные организации. В соответствии с заключением эксперта Сибирского филиала (с дислокацией в городе Новосибирск) федерального государственного казенного учреждения «Судебно-экспертный центр Следственного комитета Российской Федерации» от 31.03.2021

№ 113/19/01-18/62- 2021 общая сумма израсходованных денежных средств директором ООО «ДСП № 11» ФИО5, согласно распорядительным письмам ФИО5 в адрес ООО «ПРОГРЕСС-М», ООО «Содержание дорог Сибири» с просьбой перечислять денежные средства в различные организации в период с 07.12.2017 по 07.08.2018 (за исключением платежей по заработной плате, налоговым платежам и сборам) составила 16 160 937 рубля 43 копейки: ООО «ПРОГРЕСС-М» - 9 923 624 рублей 64 копейки; ООО «Содержание дорог Сибири» - 6 237 312 рублей 79 копеек.

В соответствии с заключением эксперта Сибирского филиала (с дислокацией в городе Новосибирск) федерального государственного казенного учреждения «Судебно-экспертный центр Следственного комитета Российской Федерации» от 16.03.2022 № 113/19/01-18/72- 2022 общая сумма израсходованных денежных средств директором ООО «ДСП № 11» ФИО5, согласно распорядительным письмам ФИО5 в адрес ООО «ПРОГРЕСС-М», ООО «Содержание дорог Сибири» с просьбой перечислять денежные средства в различные организации в период с 28.12.2017 по 07.08.2018 (за исключением платежей по заработной плате, налоговым платежам и сборам), составила 14 875 501 рублей 01 копейка: ООО «ПРОГРЕСС-М» - 8 987 082 рубля 44 копейки; ООО «Содержание дорог Сибири» - 5 888 418 рублей 57 копеек.

Доказательств возврата должнику указанных средств, а равно оправдательных бухгалтерских документов, которые бы обосновывали указанные финансовые операции, в материалы дела со стороны ответчика, являвшегося руководителем должника в указанный период времени, в материалы спора не представлено

На основании изложенного, суд первой инстанции обоснованно признал в действиях ответчика наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности на основании абзаца пятого пункта 4 статьи 10, абзаца 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве. Доказательства обратного суду апелляционной инстанции не представлены.

В силу пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Согласно разъяснениям, отраженным в пункте 24 постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Из изложенного следует, что действующим законодательством установлена презумпция причинной связи между деянием контролирующих лиц и банкротством должника, а также вины контролирующего должника лица. Такая презумпция предназначена для облегчения доказывания одного основания привлечения к субсидиарной ответственности, то есть для прямого вывода о том, что именно действия (бездействие) контролирующего должника лица повлекли невозможность полного погашения требований кредиторов.

Ответственность, предусмотренная подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, соотносится с нормами об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности (пункт 1 статьи 6, пункт 3 статьи 17 Федерального закона от 21.11.1996 № 129-ФЗ «О бухгалтерском учете», пункт 1 статьи 6, пункт 3 статьи 29 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете»" (далее - Закон о бухгалтерском учете) и обязанностью руководителя должника в установленных случаях предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию (пункт 3.2 статьи 64, пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве).

Данная ответственность направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.

Ответственность, предусмотренная подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой, и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве.

Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения обязательства по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации, необходимо установить вину субъекта ответственности, исходя из того, приняло ли это лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств

по ведению и передаче документации, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 Кодекса).

Бремя опровержения наличия причинно-следственной связи и вины возлагается на привлекаемое лицо.

Определением Арбитражного суда Республики Хакасия от 11.04.2022 арбитражный суд истребовал и обязал ФИО5 передать конкурсному управляющему ФИО1 бухгалтерскую и иную документацию общества, материальные и иные ценности должника. Определение арбитражного суда вступило в законную силу, ответчиком не обжаловалось.

Таким образом, в рамках указанного дела арбитражным судом установлен факт неисполнения ответчиком возложенной на него обязанности. Доказательства исполнения определения от 11.04.2022 ответчиком в материалы дела не представлены.

При этом, представитель конкурсного управляющего в судебных заседаниях пояснял, что документы и имущество должника конкурсному управляющему ответчиком не переданы, акт приема-передачи документации и имущества не составлялся. Ответчиком указанные утверждения не опровергнуты.

Суд апелляционной инстанции отклоняет доводы апелляционной жалобы том, что ФИО5 не осуществлял препятствий в передаче бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему, поскольку указанный довод фактически возлагает на конкурсного управляющего бремя доказывая отрицательного факта, что в силу положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации является недопустимым. Кроме того, как указано выше, факт неисполнения ответчиком обязанности по передаче документации о деятельности ответчика установлен определением Арбитражного суда Республики Хакасия от 11.04.2022. То обстоятельство, что конкурсный управляющий осуществлял действия, направленные на реализацию имущества должника и формирование его конкурсной массы, само по себе не подтверждает, что такие действия осуществились на основании переданной конкурсному управляющему документации, а не на основании сведений, полученных конкурсным управляющий в силу предоставленных ему Законом о банкротстве полномочий.

Исчерпывающей информацией о финансовом (имущественном) положении юридического лица обладает его руководитель как единоличный исполнительный орган, а также учредитель. Они же должны действовать разумно и добросовестно, в том числе в отношении контрагентов должника

В силу части 1, части 3 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» экономический субъект обязан вести бухгалтерский учет в соответствии с настоящим Федеральным законом, если иное не установлено настоящим Федеральным законом, непрерывно с даты государственной регистрации до даты прекращения деятельности в результате реорганизации или ликвидации.

Согласно части 1 статьи 9 названного федерального закона каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом. Экономический субъект должен обеспечить безопасные условия хранения документов бухгалтерского учета и их защиту от изменений (часть 3 статьи 29 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете»).

Как указано выше, единственным исполнительным органом должника с момента его регистрации и до открытия конкурсного производства, а также его единственным участником с размером доли 100%, являлся ответчик по настоящему спору. Доказательства того, что ФИО5 наделил полномочиями по хранению и учету документации должника иное лицо в материалы дела не представлены.

Таким образом, в силу закона именно на ФИО5 лежала обязанность по хранению указанной конкурсным управляющим и не переданной ответчиком документации. ФИО5. как добросовестный единоличный исполнительный орган должника обязан был хранить всю хозяйственную документацию должника, а в случае непередачи документации должен был добросовестно предпринять все необходимые меры на ее восстановление или истребование, в том числе, посредством обращения в суд. Либо совершить действия по восстановлению документации иным образом (в частности, путем направления запросов о получении дубликатов документов в компетентные органы, взаимодействия с контрагентами для восстановления первичной документации и т.д.).

ФИО5 не представлены в материалы дела доказательства того, что им исполнялась обязанность по ведению бухгалтерского учета и хранению соответствующих первичных документов в ходе деятельности ООО «ДСП № 11», однако таковые документы были утрачены по независящим от него обстоятельствам с учетом неизменности его нахождения в должности руководителя должника. Доказательства принятия мер к восстановления утраченной части документации также не представлены.

Объективные препятствия в передаче документации при рассмотрении настоящего обособленного спора судом не установлены, бывшим руководителем должника не заявлялись.

Из объяснений конкурсного управляющего следует, что ФИО5 не принял мер к представлению конкурсному управляющему документации должника, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, в том числе, не передал конкурсному управляющему документы, являющиеся основанием для снижения дебиторской задолженности по состоянию на 01.01.2019 по данным бухгалтерского баланса за 2018 на сумму 91 905 000 рублей или на 71,7% от числящейся по балансу должника. Указанное не позволило конкурсному управляющему иметь полною информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные частью 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в том числе, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лица, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании. Инвентаризации имущества должника проводились конкурсным управляющим лишь того имущества, которое было выявлено конкурсным управляющим самостоятельно.

Таким образом, суд приходит к выводу, что отсутствие указанных документов не позволило определить и идентифицировать основные активы должника; сделало невозможным выявление всех совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволило проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; сделало невозможным установление содержания принятых органами должника решений, исключило проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

При таких обстоятельствах, ответчиком не доказано, что не передача документации не привела к существенному затруднению проведения процедур банкротства, напротив, как следует из материалов дела, должником осуществлялась активная предпринимательская деятельность, следовательно, передача документации позволила бы установить наличие и местонахождение активов общества, выявить сделки, связанные с отчуждением активов, и проверить наличие оснований для их оспаривания, выявить дебиторскую задолженность и оценить ее ликвидность, что в результате позволило бы сформировать конкурсную массу и произвести расчеты с кредиторами. Таким образом, ответчиком не представлено доказательств и пояснений опровергающих презумпцию, установленную пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Вышеприведенные обстоятельства свидетельствуют о том, что имеется причинно-следственная связь между отсутствием первичной бухгалтерской документации должника и невозможностью удовлетворения требований кредиторов ООО «ДСП № 11» вследствие бездействия руководителей должника ФИО5

При указанных обстоятельствах суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о наличии совокупности условий, необходимых для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ДСП № 11» на основании пункта 4 статьи 10, пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Таким образом, определение суда первой инстанции является законным и обоснованным и не подлежит отмене ввиду отсутствия оснований, предусмотренных статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Иные доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены оспариваемого судебного акта.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Хакасия от «11» июля 2024 года по делу № А74-18158/2017 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший определение.

Председательствующий В.В. Радзиховская

Судьи: Ю.В. Хабибулина

И.В. Яковенко