Постановление от 19 июня 2024 г. по делу № А73-6649/2019

Шестой арбитражный апелляционный суд

улица Пушкина, дом 45, город Хабаровск, 680000,

официальный сайт: http://6aas.arbitr.ru

e-mail: info@6aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ



№ 06АП-2271/2024
20 июня 2024 года
г. Хабаровск
Резолютивная часть постановления объявлена 05 июня 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 20 июня 2024 года.

Шестой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Гричановской Е.В.

судей Козловой Т.Д., Самар Л.В.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Егожа А.К.

в отсутствии участвующих в деле лиц, рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО1 на определение от 02.04.2024 по делу № А73-6649/2019 Арбитражного суда Хабаровского края по заявлению конкурсного управляющего ФИО1 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 по обязательствам должника в размере 161 014 348, 53 руб. (вх. № 97573(8) от 09.07.2021), а также заявление конкурсного управляющего ФИО1 о взыскании с ФИО2 убытков размере 130 848 039,28 руб. (вх. №131134(10) от 10.07.2023) в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Универсал» (ОГРН <***>, ИНН <***>; адрес: 680038, <...>/3),

установил:

определением Арбитражного суда Хабаровского края от 17.04.2019 возбуждено производство по делу о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Универсал».

Решением суда от 13.07.2020 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим должником утвержден ФИО1, член ассоциации арбитражных управляющих «Сибирский центр экспертов антикризисного управления».

Конкурсный управляющий ФИО1 обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника ФИО2 по обязательствам должника в размере 161 014 348,53 руб. и с заявлением о взыскании с него убытков в общем размере 130 848 039,28 руб. (заявления объединены в одно производство в порядке ст. 130 АПК РФ).

Определением суда от 02.04.2024 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО1 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 по обязательствам должника в размере 161 014 348,53 руб. отказано, с ответчика взысканы убытки в пользу должника в размере 31 688 000 руб.

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий ФИО1 обратился в Шестой арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит определение суда от 02.04.2024 об отказе в привлечении ответчика к субсидиарной ответственности отменить, привлечь ФИО2 к субсидиарной ответственности.

В обоснование требований ссылается на неисполнение ответчиком возложенной на него обязанности как руководителя должника по передаче документов общества в установленные сроки в процедуре наблюдения, что само по себе является достаточным основанием для привлечения руководителя, не исполнившего указанную обязанность, к субсидиарной ответственности. Не передача первичной документации по дебиторской задолженности (о периоде ее образования, о контрагентах должника) во исполнение определений суда от 13.08.2020 не позволила взыскать дебиторскую задолженность. По мнению апеллянта, суд необоснованно возложил на конкурсного управляющего бремя доказывания невозможности формирования конкурсной массы в отсутствие документации общества.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о дате, времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Шестого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.6aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным в ст. 121 АПК РФ.

Письменные отзывы в суд не направлены.

В судебное заседание, назначенное на 05.06.2024, лица, участвующие в деле, не явились. В соответствии с ч. 3 ст. 156, ст. 266 АПК РФ апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие участников спора.

Изучив материалы дела с учетом доводов апелляционной жалобы, Шестой арбитражный апелляционный суд пришел к следующему.

В соответствии со ст. 32 Федерального закона от 26.10.2012 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон № 127-ФЗ), ч. 1 ст. 223266 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как установлено, ФИО2 являлся единственным учредителем ООО «Универсал» со 100 % доли в уставном капитале в период с 17.06.2008 по 12.07.2020 и генеральным директором должника.

Как следует из дела, с заявлением о признании ООО «Универсал» банкротом, основанное на неисполнении решения Арбитражного суда Хабаровского края от 08.11.2018 по делу № А73-9767/2018 о взыскании с должника в пользу Дальневосточного железнодорожного акционерного страхового общества «ДальЖАСО» задолженности по договору купли-продажи акций АО Банк Уссури в сумме 1 000 000 руб. основного долга, 10 937,49 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами.

На дату заседания 19.06.2019 арбитражного суда по рассмотрению обоснованности заявления о признании ООО «Универсал» банкротом требования Дальневосточного железнодорожного акционерного страхового общества «ДальЖАСО», учитываемые для определения наличия признаков банкротства составляли менее чем триста тысяч руб. в связи с частичной оплатой.

Кроме того, в Арбитражный суд Хабаровского края 07.08.2019 с заявлением о признании ООО «Универсал» несостоятельным (банкротом) обратилось публичное акционерное общество «Сбербанк России» (далее – ПАО «Сбербанк», банк), представив решение суда Кировского района г.Хабаровска от 04.06.2019 по делу № 2-829/2019 о взыскании с ООО «Универсал» и ФИО2 солидарно в пользу ПАО Сбербанк задолженности по кредитному договору в размере 6 366 749,27 руб. и обращении взыскания на заложенное имущество общества (дело № А73-14814/2019).

Определением суда от 07.11.2019 дело № А73-14814/2019 по заявлению ПАО «Сбербанк» о признании должника банкротом объединено в одно производство с делом № А73-6649/2019. В определении указано, что заявление банка следует считать как заявление о вступлении в дело о банкротстве общества в настоящем деле, подлежащее рассмотрению в порядке п. 8 ст. 42 Закона о банкротстве.

Определением суда от 19.11.2019 (резолютивная часть) производство по заявлению Дальневосточного железнодорожного акционерного страхового общества «ДальЖАСО» о признании ОООО «Универсал» несостоятельным (банкротом) прекращено.

Задолженность по реестру согласно отчету конкурсного управляющего составляет 159 403 527,72 руб. , 7 066 249,27 руб. погашено.

В 2020 г. конкурсный управляющий обращался в суд с заявлением об обязании ответчика передать конкурсному управляющему печати, штампы, материальные и иные ценности, а также сведения о составе имущества должника, оригиналы бухгалтерской и иной документации должника, включая расшифровки бухгалтерских балансов.

Определением от 13.08.2020 суд удовлетворил требование конкурсного управляющего частично, обязал ФИО2 передать конкурсному управляющему документы и имущество должника.

Неисполнение названного определения послужило основанием для обращения конкурсного управляющего должника в суд с настоящим заявлением.

В силу ст. 2, п. 1 ст. 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В соответствии с п.п. 1 и п.п. 2 п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в п. 1 ст. 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Применительно к положениям ст. 61.10 Закона о банкротстве ФИО2 является контролирующим должника лицом.

Под субсидиарной ответственностью понимается ответственность перед кредитором лица, не являющегося стороной по обязательству, дополнительно к ответственности другого лица – основного должника по обязательству (ст. 399 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

Ответственность контролирующих должника лиц является гражданско-правовой, в связи с чем, возложение на ответчиков субсидиарной ответственность осуществляется по правилам ст. 15 ГК РФ.

С учетом положений ст. 15 ГК РФ, главы III.2 Закона о банкротстве, правовых позиций п. 56 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», в круг доказывания входит: действие /бездействие, противоправность поведения привлекаемого лица, его вина, причинно-следственная связь между противоправным поведением и наступлением банкротства (состав гражданско-правового нарушения); бремя доказывания по общему правилу возлагается на лицо, требующее привлечения (ст. 65 АПК РФ). Бремя доказывания указанных обстоятельств лежит на лице, заявившем о привлечении к ответственности. Недоказанность хотя бы одного из названных условий является основанием для отказа в удовлетворении заявления о привлечении руководителя должника к субсидиарной ответственности.

Отсутствие вины в силу положений п. 2 ст. 401 и п. 2 ст. 1064 ГК РФ доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

Закон о банкротстве предусматривает два юридических состава для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника-банкрота: невозможность полного погашения требований кредиторов и неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника.

Проверяя наличие (отсутствие) предусмотренных законом оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности на основании ст. 61.11 Закона о банкротстве, арбитражный суд исходил из следующего.

Согласно пп 2 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в частности, при наличии следующего обстоятельства: документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В силу п. 4 ст. 61.11 Закона о банкротстве положения пп 2 п. 2 настоящей статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности: 1) организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника; 2) ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации в п. 24 Постановления № 53, применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (пп 2 и 4 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее. Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Таким образом, исходя из положений приведенных правовых норм, для привлечения лица к субсидиарной ответственности необходимо установить факт неисполнения обязательства по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации, вину субъекта ответственности и причинно-следственную связь между отсутствием документации (несвоевременным предоставлением) и невозможностью формирования конкурсной массы (формирования не в полном объеме) и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.

Ответственность, предусмотренная пп. 2 и пп. 4 ст. 61.11 Закона о банкротстве, направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе, путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должник, таким образом, ответственность руководителя должника возникает при неисполнении им обязанности по организации хранения бухгалтерской документации, что влечет за собой невозможность формирования конкурсным управляющим конкурсной массы или ее формирование не в полном объеме и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов, и, соответственно, соотносится с требованиями Федерального закона от 21.11.1996 № 129-ФЗ «О бухгалтерском учете», возлагающего на руководителя юридического лица обязанность по организации и бережному хранению документов бухгалтерского учета. Указанная ответственность является гражданско-правовой и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25, 59 ГК РФ об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве.

Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения обязательства по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации, необходимо установить вину субъекта ответственности, исходя из того, приняло ли это лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (п. 1 ст. 401 ГК РФ).

Отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности (п. 2 ст. 401, п. 2 ст. 1064 ГК РФ).

Наличие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности у руководителя должника предполагается и является обязательным требованием закона. Ответственность руководителя предприятия-должника возникает при неисполнении им обязанности по организации хранения бухгалтерской документации и отражения в бухгалтерской отчетности достоверной информации.

Для наступления гражданско-правовой ответственности необходимо доказать противоправный характер поведения лица, на которое предполагается возложить ответственность; наличие у потерпевшего лица убытков; причинную связь между противоправным поведением нарушителя и наступившими вредоносными последствиями; вину правонарушителя.

При этом, поскольку наличие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности у руководителя должника предполагается и является обязательным требованием закона, то именно единоличный исполнительный орган обязан представлять доказательства причин, объективно препятствовавших осуществлению передачи документации. Невыполнение требования закона о предоставлении первичных бухгалтерских документов или отчетности приравнивается к их отсутствию.

ФИО2 на заявление конкурсного управляющего об обязании передать документы представил суду объяснения о передаче копий имеющейся у него документации и об отсутствии возможности передать остальную документацию в связи с запретом Банком-арендодателем доступа в арендованное помещение за неуплату арендных платежей. В связи с утратой статуса руководителя ФИО2 к арендодателю с требованием о возврате имущества должника не обращался, возможность восстановления документов утратил.

При этом, как указал ФИО2, основные обязательства должника возникли из кредитных договоров, заключенных с ПАО «Сбербанк России» и АО Банк «Уссури».

Данные об основных средствах должника и расшифровка основных дебиторов предоставлялась должником в кредитные организации, следовательно, возможность получить указанные сведения арбитражным управляющим не утрачена.

Факт не передачи первичной документации, указанной в заявлении конкурсного управляющего, не свидетельствует о том, что не передача привела к существенному затруднению проведения процедур банкротства. Указанное обстоятельство не может служить бесспорным и единственным основанием для привлечения обязанного лица, в данном случае бывшего руководителя должника, к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, так как применительно к подп.2 п.2 ст.61.11 Закона о банкротстве.

С учетом изложенного, арбитражный суд пришел к выводу о недоказанности заявителем, что именно вследствие непредставления руководителем должника документов в полном объеме не могла быть сформирована конкурсная масса должника в большем объеме.

Оснований для привлечения ответчика к ответственности на основании подп. 1 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве, в связи с тем, что имущественным правам кредиторов причинен существенный вред в результате совершения должником ряда сделок, суд не установил.

Согласно п. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе в случае, когда причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в ст. 61.2 и 61.3 данного Закона (подп. 1 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве).

Под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством (п. 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

При этом, суду необходимо оценивать существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством (п. 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

В силу п. 18 Постановления № 53 контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (п. 3 ст. 1 ГК РФ, абз. 2 п. 10 ст. 61.11 Закона о банкротстве). Презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

При этом необходимо учитывать, что субсидиарная ответственность является экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов, то есть исключением из принципа ограниченной ответственности контролирующего должника лица. Не любое действие должно толковаться против ответчика, а лишь виновное действие, в результате совершения которого стало невозможным полное погашение требований кредиторов.

Таким образом, судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника. Для удовлетворения подобного рода исков требуется установление недобросовестных действий ответчиков, исключая влияние иных объективных причин ухудшения финансового положения должника.

Материалами дела подтверждается, что между АО Банк «Уссури» и ООО «Универсал» заключен договор аренды № 4/А/2008 от 10.09.2008.

В соответствии с условиями п. 1.1 указанного договора, Банк принял во временное пользование нежилое помещение (офис) площадью 300,7 кв.м, расположенное по адресу: <...>, принадлежащее на праве собственности ООО «Универсал».

Пунктом 3.1. заключенного договора стороны пришли к согласию о стоимости ежемесячной арендной платы в размере 480 000 руб.

Дополнительным соглашением № 1 от 03.07.2009 к договору от 10.09.2008 арендная плата по соглашению сторон снижена до 280 000 руб., дополнительным соглашением № 2 к договору от 10.09.2008 ежемесячная арендная плата по договору снижена до 210 000 руб.

В соответствии с дополнительным соглашением № 3 от 01.03.2011 размер ежемесячной арендной платы с 01.01.2012 по 31.12.2012 составил 528 000 руб., с 01.01.2013 по 31.12.2013 - 581 000 руб., с 01.01.2014 по 31.12.2014 - 639 000 руб., с 01.01.2015 по 31.12.2015 - 703 000 руб., с 01.01.2016 по 31.12.2016 - 773 000 руб., с 01.01.2017 по 31.12.2017 - 850 000 руб.

Согласно дополнительному соглашению № 4 от 01.02.2012 размер ежемесячной арендной платы с 01.02.2012 по 31.12.2012 составил 880 000 руб., с 01.01.2013 по 31.12.2013 - 930 000 руб., с 01.01.2014 по 31.12.2014 -990 000 руб., с 01.01.2015 по 31.12.2015 - 1 050 000 руб., с 01.01.2016 по 31.12.2016 - 1 120 000 руб., с 01.01.2017 по 31.12.2017- 1 200 000 руб.

В соответствии с дополнительным соглашением № 5 от 01.08.2016 размер ежемесячной арендной платы с 01.01.2016 по 31.12.2016 составил - 1 120 000 руб., с 01.01.2017 по 31.12.2017 - 1 200 000 руб., с 01.01.2018 по 31.12.2018 - 1 300 000 руб., с 01.01.2019 по 31.12.2019 - 1 400 000 руб., с 01.01.2020 по 31.12.2020 - 1 500 000 руб.

Дополнительным соглашением № 6 от 01.02.2018 установлен размер ежемесячной арендной платы с 01.01.2016 по 31.12.2016 и составил 1 120 000 руб., с 01.01.2017 по 31.12.2017 - 1 200 000 руб., с 01.01.2018 по 31.12.2018 - 1 300 000 руб., с 01.02.2017 до окончания действия договора - 1 170 000 руб.

В связи с возбуждением в отношении АО Банк «Уссури» дела о банкротстве (дело № А73-9829/2018) и прекращением оплаты по договору аренды, дополнительным соглашением от 27.09.2018 договор аренды расторгнут сторонами и согласно акту от 27.09.2018 помещение возвращено ООО «Универсал».

Анализ указанных обстоятельств позволил суду прийти к выводу, что должник обладал стабильным источником дохода от сдачи имущества в аренду, что позволяло ему исполнять свои обязательства перед кредиторами.

Отзыв у Банка лицензии и прекращение действия договора повлияло на финансовое положение должника, что вызвало просрочку исполнения обязательств перед кредиторами, в частности перед ПАО Сбербанк. При этом быстро сдать имущество в аренду не получилось, поскольку оно было оборудовано под офис банка, соответственно, круг потенциальных арендаторов был ограничен. Продать имущество и погасить обязательство перед кредиторами не возможно в отсутствие согласия ПАО Сбербанка на продажу объекта.

Из определения Арбитражного суда Хабаровского края от 16.03.2020 о введении процедуры наблюдения по заявлению ПАО «Сбербанк» следует, что ФИО2 предлагал кредитору рассмотреть вопрос о реализации заложенного в его пользу объекта недвижимости в целях погашения задолженности по кредитному договору.

Данное нежилое по адресу: <...>, пом. 25Н реализовано в ходе конкурсного производства по цене 18 030 000 руб.

Также с незапланированным прекращением договора аренды с АО Банк «Уссури», и истребованием долга ПАО «Сбербанк» связано отчуждение недвижимости в г. Омск в пользу ООО «Торговая компания «Регионзерно» (ОГРН <***>, ИНН <***>). Продажа недвижимости обусловлена необходимостью незамедлительного получения денежных средств для погашения текущих обязательств компании.

Указанная сделка оспорена управляющим в процедуре банкротства, требование оставлено судом без удовлетворения.

При таких обстоятельствах, вина ответчика не доказана конкурсным управляющим, поскольку объективное банкротство общества наступило не по вине руководителя, а в результате ведения обычной хозяйственной деятельности.

Разрешая требования конкурсного управляющего о взыскании с ФИО2 в конкурсную массу должника убытки в общем размере 130 848 039,28 руб. суд первой инстанции исходил из следующего.

Пункт 1 ст. 61.20 Закона о банкротстве в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника.

Основания для применения гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков к руководителям юридических лиц предусмотрены п. 3 ст. 53 и п. 1 ст. 53.1 ГК РФ.

Согласно п. 1 ст. 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (п. 3 ст. 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску. Аналогичные нормы содержатся в ст. 44 Закона № 14-ФЗ.

В п. 1 и пп 1 п. 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», разъяснено, что лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган – директор, генеральный директор и т.д.), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно. В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

В силу ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Предусмотренная приведенными нормами ответственность носит гражданско-правовой характер, и ее применение возможно только при доказанности совокупности следующих условий: противоправности поведения ответчика как причинителя вреда, наличия и размера понесенных убытков, а также причинно-следственной связи между незаконными действиями ответчика и возникшими убытками. Заявитель в обоснование требования о возмещении убытков должен доказать наличие всех перечисленных элементов юридического состава ответственности. Недоказанность хотя бы одного из элементов состава данного гражданско-правового правонарушения является достаточным основанием для отказа в удовлетворении требований о возмещении убытков.

Как разъяснено в абз. 1 п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I ч. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

Согласно разъяснениям, данным в п. 2 Постановления № 62, недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой однодневкой» и т.п.). Под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента). Невыгодность сделки определяется на момент ее совершения; если же невыгодность сделки обнаружилась впоследствии по причине нарушения возникших из нее обязательств, то директор отвечает за соответствующие убытки, если будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения. В силу приведенных норм и разъяснений руководитель несет ответственность за деятельность общества в тот период, когда он фактически осуществлял руководство им. Презюмируется, что, пока не доказано обратное, руководитель располагает всей информацией о сделках, заключенных обществом в его лице, и об исполнении этих сделок.

В п. 4 ст. 32 Закона № 14-ФЗ установлено, что руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества или единоличным исполнительным органом общества и коллегиальным исполнительным органом общества. Привлечение к ответственности руководителя зависит от того, действовал ли он при исполнении возложенных на него обязанностей разумно и добросовестно, то есть проявил ли он заботливость и осмотрительность и принял ли все необходимые меры для надлежащего исполнения полномочий единоличного исполнительного органа. При этом руководитель не может быть признан виновным в причинении обществу убытков, если он действовал исходя из обычных условий делового оборота либо в пределах разумного предпринимательского риска.

Из банковской выписки по расчетному счету ООО «Универсал» № 40702810670000011395 в ПAO Сбербанк, следует совершение платежей, с назначением «Прочие выдачи», «Выдачи на заработную плату и выплаты социального характера» в общей сумме 32 878 000,00 руб.; по расчетному счету ООО «Универсал» № 40702810905000001022, открытому в АО Банк «Уссури» - в общей сумме 4 724 000руб.

Письменной позиции ответчика относительно указанных выписок материалы дела не содержат.

Суд пришел к выводу, что со счета должника произведены необоснованные перечисления денежных средств, перечисления денежных средств с назначением платежа, не позволяющим определить основание для перечисления денежных средств, в отсутствие документов, подтверждающие расходование денежных средств на нужды должника, а также снятие наличных денежных средств.

Порядок выдачи, предоставления отчетности по использованию подотчетных сумм, возврата неиспользованных денежных средств установлены Указанием Банка России от 11.03.2014 № 3210-У «О порядке ведения кассовых операций юридическими лицами и упрощенном порядке ведения кассовых операций индивидуальными предпринимателями и субъектами малого предпринимательства».

Согласно п. 6.3. Порядка ведения кассовых операций, для выдачи наличных денег работнику под отчет на расходы, связанные с осуществлением деятельности юридического лица, индивидуального предпринимателя, расходный кассовый ордер 0310002 оформляется согласно распорядительному документу юридического лица, индивидуального предпринимателя либо письменному заявлению подотчетного лица, составленному в произвольной форме и содержащему запись о сумме наличных денег и о сроке, на который выдаются наличные деньги, подпись руководителя и дату. Подотчетное лицо обязано в срок, не превышающий трех рабочих дней после дня истечения срока, на который выданы наличные деньги под отчет, или со дня выхода на работу, предъявить главному бухгалтеру или бухгалтеру (при их отсутствии – руководителю) авансовый отчет с прилагаемыми подтверждающими документами. Проверка авансового отчета главным бухгалтером или бухгалтером (при их отсутствии – руководителем), его утверждение руководителем и окончательный расчет по авансовому отчету осуществляются в срок, установленный руководителем.

Соответствующие документы, подтверждающие несение указанных расходов в рамках хозяйственной деятельности должника, бывшим руководителем в материалы дела не представлены.

В связи с этим, в отсутствие какой-либо позиции ответчика по данному эпизоду, с ответчика подлежат взысканию убытки в размере 31 688 000 руб., оснований для взыскания всей заявленной к взысканию конкурсным управляющим суммы 130 848 039,28 руб. суд обоснованно не установил.

В соответствии с ч. 1 ст. 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Повторно рассмотрев материалы дела, коллегия судей соглашается с принятым судом первой инстанции решением о частичном удовлетворении требований конкурсного управляющего. В части отказа в требованиях судебный акт отмене или изменению не подлежит.

Приведенные в апелляционной жалобе доводы судом апелляционной инстанции рассмотрены и отклонены, поскольку не свидетельствуют о незаконности и необоснованности обжалуемого судебного акта и не влекут его отмены.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со ст. 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь ч. 3 ст. 223, ст.ст. 258, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестой арбитражный апелляционный суд

постановил:

определение Арбитражного суда Хабаровского края от 02.04.2024 по делу № А73-6649/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Дальневосточного округа в течение одного месяца со дня его принятия через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий

Е.В. Гричановская

Судьи

Т.Д. Козлова

Л.В. Самар