Апелляционное постановление № 22-734/2024 от 5 февраля 2024 г. по делу № 1-274/2023

Судья Б. <данные изъяты>

УИД №<данные изъяты>


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

<данные изъяты> 06 февраля 2024 года

Судья Московского областного суда Г.,

при помощнике судьи П.,

с участием:

прокурора Ф.,

адвоката Л.,

осуждённой Н.,

потерпевшей Р.,

представителя потерпевшей Р.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Л., в защиту осужденной Н., на приговор <данные изъяты> городского суда <данные изъяты> от <данные изъяты>, которым:

Н., <данные изъяты>

осуждена:

по п. «в» ч.2 ст.158 УК РФ к штрафу в размере 20 000 рублей.

Доложив материалы дела, заслушав объяснения осуждённой Н. и её адвоката Л., поддержавших доводы апелляционной жалобы, просивших приговор отменить и уголовное дело прекратить в связи с отсутствием состава преступления, мнение прокурора Ф., потерпевшей Р. и е представителя Р., полагавших приговор оставит без изменения,

УСТАНОВИЛ:

Н. признана виновной в совершении кражи, то есть тайного хищения чужого имущества, с причинением значительного ущерба гражданину.

Преступление Н. совершено при обстоятельствах, установленных судом и изложенных в приговоре.

В судебном заседании осуждённая Н. свою вину не признала.

В апелляционной жалобе адвокат Л., не соглашаясь с приговором, считает его незаконным и необоснованным.

Обращает внимание на то, что судом нарушен принцип равенства сторон и право на защиту Н., поскольку подсудимой при ознакомлении с материалами дела в порядке ст.217 УПК РФ, было заявлено ходатайство о проведении предварительного слушания, которое судом не рассмотрено.

Указывает, что обжалуемый приговор основан на недопустимых доказательствах.

Считает, что судом не разрешено ходатайство стороны защиты о признании недопустимыми доказательствами протоколов допроса Н. в качестве подозреваемой и обвиняемой, и не проверены доводы Н. о том, что на нее оказывалось моральное давление со стороны сотрудников правоохранительных органов при допросе в качестве подозреваемой и обвиняемой.

Также судом оставлены без внимания показания Н., данные ею в ходе судебного следствия об обстоятельствах инкриминируемого ей деяния и её нахождении в указанный период в подавленном состоянии из-за имеющихся у неё психических и физических заболеваний, усталости и принятых лекарственных препаратов.

Полагает, что материальное состояние, состав семьи, наличие заболевания и отсутствие судимостей исключает у Н. корыстный мотив.

Полагает, что из скриншотов, содержащихся в протоколе осмотра предметов не видно, какой предмет берет Н., при этом сама видеозапись не исследовалась в ходе судебного следствия, однако о ней указано в приговоре.

Считает, что суд пришел к неправильному выводу о том, что причиненный Р. ущерб является значительным, поскольку последняя сообщила, что её супруг передает ей ежемесячно денежные средства в размере 100 000 руб.

Просит приговор отменить и уголовное дело прекратить в связи с отсутствием состава преступления.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции осуждённая Н. в дополнение указала, что в материалах дела не имеется допустимых доказательств её виновности в инкриминируемом ей деянии, а из видеозаписи не усматривается признаков преступления. Считает, что потерпевшей не причинен значительный ущерб, поскольку её супруг живет и работает в <данные изъяты>, у них имеются дорогостоящие автомобили.

Проверив представленные материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав мнение участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующему выводу.

Обвинительный приговор соответствует требованиям ст.ст.304, 307-308 УПК РФ. В нем указаны обстоятельства, установленные судом, проанализированы доказательства, обосновывающие выводы суда о виновности Нунупарвой в содеянном, мотивированы выводы относительно квалификации преступления. Выводы суда логичны, обоснованны и сомнений не вызывают.

Из протокола судебного заседания видно, что судебное следствие по делу проведено в соответствии с требованиями ст.ст.273-291 УПК РФ.

Каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора суда, в ходе расследования уголовного дела и рассмотрении его судом, допущено не было, обвинительное заключение соответствует требованиям ст.220 УПК РФ.

Вопреки доводам жалобы, суд апелляционной инстанции не усматривает нарушения судом принципа равенства сторон и прав на защиту Н. в виду не проведения судом предварительного слушания, поскольку Н. при ознакомлении с материалами уголовного дела при выполнении требований ст.217 УПК РФ, указано лишь о желании воспользоваться п.3 ч.5 ст.217 УПК РФ, однако ходатайство о проведении предварительного слушания, содержащего мотивы и основания для проведения предварительного слушания, не подавалось, в связи с чем суд первой инстанции обоснованно и в соответствии с разъяснениями п.7 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от <данные изъяты> N 28 (ред. от <данные изъяты>) "О применении судами норм уголовно-процессуального законодательства, регулирующих подготовку уголовного дела к судебному разбирательству" назначил судебное заседание без проведения предварительного слушания, мотивировав сове решение в соответствующем постановлении.

Выводы суда о виновности Н. в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч.2 ст.158 УК РФ, основаны на доказательствах, имеющихся в материалах уголовного дела, непосредственно и объективно исследованных в судебном заседании, в том числе:

Показаниях потерпевшей Р., согласно которых <данные изъяты> она приехала в аэропорт <данные изъяты>, чтобы вылететь рейсом авиасообщением «<данные изъяты> (<данные изъяты>) - <данные изъяты>», после сделать пересадку и вылететь в <данные изъяты> в <данные изъяты>. На её левой руке были надеты наручные часы торговой марки «Huawei Watch-3 Active WiFi WFC» в корпусе черного цвета, с ремешком черного цвета. При прохождении досмотра через металлическую рамку, она была остановлена сотрудниками аэропорта, которые попросили её снять наручные часы. В спешке она была положила часы на ленту без лотка. Затем она забрала из лотка свои вещи, и её попросили продемонстрировать содержимое рюкзака, после этого она направилась в зону посадки аэропорта. При посадке на борт воздушного судна она обратила внимание на отсутствие на левой руке часов. Так как она находилась в салоне автобуса, она попросила сопровождающего сотрудника аэропорта, что бы он передал информацию о том, что она, возможно, оставила на ленте интраскопа свои наручные часы, так как их при ней не было. Данная информация по громкой связи не объявлялась, так как она не просила. Сев в салон самолёта, она зашла в свой телефон, так как он был привязан к наручным часам, в телефоне отображалось, что часы находятся в пределах салона самолёта. Она поискала их среди личных вещей, но их там не обнаружила. На протяжении полета она видела, что часы находятся на том же борту самолёта, так как они были подключены к телефону. Она также пыталась их найти с помощью программы в телефоне поиск часов, но звуковых сигналов она не слышала. После того как она пересела в <данные изъяты> на рейс в <данные изъяты> в <данные изъяты>, она так же видела по программе в телефоне, что часы находятся в салоне самолёта, на котором она летела. По прилету в <данные изъяты> она обратилась в камеру хранения забытых вещей, где ей сообщили, что никто не сдавал такие часы, после этого она вместе с мужем обратилась в отделение полиции аэропорта <данные изъяты> с заявлением по поводу хищения наручных часов. По прилету в <данные изъяты> она обратилась в полицию аэропорта Жуковский с заявлением с просьбой оказать помощь в розыске принадлежащих ей часов. Ущерб для нее является значительным, так как она нигде не работает. Кроме того, данные часы ей были дороги как память, поскольку были подарены ее отцом;

Показаниях свидетеля Б., согласно которых он является сотрудником ОУР ЛУ МВД России в аэропорту <данные изъяты>. <данные изъяты> в дежурную часть обратилась Р. о розыске принадлежащих ей наручных часов «<данные изъяты>». В ходе проверки была осмотрена видеозапись момента прохождения Р. предполетного досмотра, из которой установлено, её остановили сотрудники аэропорта с просьбой снять наручные часы, так как сработал сигнал металлодетектора. Р. сняла со своей руки часы, оставила их на ленте интроскопа и прошла через рамку металлоискателя. Далее Р. забирала свои личные вещи из пластикового лотка, а наручные часы забыла на ленте интраскопа. После чего спустя несколько минут часы забирала неизвестная женщина пожилого возраста, Н., которая, не сообщив сотруднику аэропорта об обнаруженных ею наручных часов, забирала с ленты интраскопа и положила их к себе в сумку, прошла дальше предполетный досмотр;

Заявлении о преступлении от 05.03.2023г., согласно которого Р. просит оказать содействие в розыске часов «<данные изъяты>» модель «<данные изъяты>», положенных ею на ленту интраскопа <данные изъяты> примерно в 02 часа 35 минут при прохождении предполетного досмотра. Ущерб для неё значительный;

Заключении специалиста №<данные изъяты> от 22.03.2023г., согласно выводов которого стоимость наручных часов торговой марки «Huawei» модель «<данные изъяты>» на 24.02.2023г. составляет 13 130 руб. 59 коп.;

Протоколах осмотра предметов (видеозаписи) от 26.06.2023г. и 29.06.2023г., согласно которых при осмотре видеофайлов за 24.02.2023г. Р. пояснила, что она снимает свои часы с руки и кладет их на ленту интроскопа, где оставляет их, а Н. пояснила, что это она забирает с ленты интраскопа не принадлежащие ей наручные часы черного цвета, и других, приведенных в приговоре доказательств.

Доказательства, положенные в основу обвинительного приговора, собраны с соблюдением требований ст.ст.74, 86 УПК РФ; в приговоре содержится их всесторонний анализ, указанные доказательства суд обоснованно признал допустимыми, достоверными, относимыми и, в совокупности, достаточными для признания доказанной вины Н. в совершенном преступлении.

Поскольку в своей взаимосвязи ч.1 и п.1 примечаний к ст.158 УК РФ, ст.227 ГК РФ по конституционно-правовому смыслу предполагают, что объективную сторону хищения в виде кражи найденного имущества, заведомо принадлежащего другому лицу и не имеющего признаков брошенного, образует единое сложное деяние, состоящее из завладения (установления фактического владения) обнаруженной чужой вещью, сопряженного с ее сокрытием или сокрытием источника ее получения, ее принадлежности другому лицу или ее идентифицирующих признаков, для тайного обращения ее в свою пользу или в пользу иных, неуправомоченных, лиц, чем причиняется ущерб собственнику или иному законному владельцу этого имущества, а потерпевшая Р. в ходе судебного следствия пояснила, что не работает и находится на содержании супруга, а причиненный ущерб, который превышает 5 000 руб., является для неё значительным, действия Н. правильно квалифицированы по п. «в» ч.2 ст.158 УК РФ как кража, то есть тайное хищение чужого имущества, с причинением значительного ущерба гражданину.

Из протоколов допроса Н. в качестве подозреваемой и обвиняемой от 29.06.2023г. усматривается, что при данном процессуальном действии присутствовал защитник Н. – адвокат Л., последней были разъяснены её права, предусмотренные ст.18 ст.47, п.1 ч.2 ст.75 УПК РФ и ст.51 Конституции РФ, и по окончании допроса заявлений и замечаний от Н. и её защитника Л. не поступило, в связи с чем суд апелляционной инстанции не соглашается с доводами жалобы о том, что показания в качестве подозреваемой и обвиняемой Н. даны ввиду оказанного на последнюю морального давления со стороны следователя.

Кроме того, судом в обжалуемом приговоре разрешено ходатайство стороны защиты о признании недопустимыми доказательствами протоколов допроса Н. в качестве подозреваемой и обвиняемой, при разрешении которого дана оценка показаниям Н. как данным в ходе предварительного следствия, так и судебного следствия.

Вопреки доводам жалобы, в ходе судебного следствия предметом исследования был протокол осмотра предметов от 29.06.2023г., из которого усматривается, что Н. при проведении осмотра видеозаписи в присутствии защитника Л. пояснила, что это она забирает с ленты интраскопа не принадлежащие ей наручные часы черного цвета, о чем имеются скриншрты.

При назначении Н. наказания, судом были учтены конкретные обстоятельства, характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о её личности, влияние назначенного наказания на её исправление и условия жизни её семьи, наличие смягчающих (активное способствование раскрытию и расследованию преступления, совершение преступления средней тяжести впервые, положительные характеристики, пенсионный возраст, состояние здоровья) и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, и назначил справедливое наказание.

Суд первой инстанции при назначении Н. наказания обоснованно не нашел оснований для применения правил ч.6 ст.15, ст.64 УК РФ, мотивировав принятое решение.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия не усматривает оснований для удовлетворения доводов жалобы.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона, влекущих безусловную отмену или изменение приговора, по делу не допущено.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст.38913, 38920, 38928 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор <данные изъяты> городского суда <данные изъяты> от <данные изъяты> в отношении Н. – оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Л. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном статьями 401.7 и 401.8 УПК РФ, через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу, а осужденной, содержащейся под стражей, в тот же срок со дня вручения ей копии судебного решения.

Осужденная вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Судья Г.