Апелляционное постановление № 10-3/2017 от 2 марта 2017 г. по делу № 10-3/2017

10-3\2017


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Новотроицк Оренбургской области 3 марта 2017 года.

Новотроицкий городской суд Оренбургской области в составе председательствующего судьи Ежелева А.И., с участием:

помощников прокурора г. Новотроицка Куляевой Г.А., Розенберга Е.Л.;

представителя потерпевшего П.В.Ф.;

адвоката Тарасовой Н.С.;

осужденного ФИО1;

при секретаре Денисовой О.Б.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в апелляционном порядке материалы уголовного дела по апелляционной жалобе представителя потерпевшего П.В.Ф. на приговор мирового судьи судебного участка № 1 г. Новотроицка Оренбургской области от 13 января 2017 года, которым

ФИО1, <данные изъяты>,

признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ст. 118 ч.1 УК РФ, и осужден к наказанию в виде обязательных работ,

установиЛ:

Приговором мирового судьи судебного участка № 1 г. Новотроицка Оренбургской области от 13 января 2017 года ФИО1 признан виновным в причинении по неосторожности тяжкого вреда здоровью человека.

Как установлено судом первой инстанции, ФИО1 27 июня 2016 года, в период времени с 21.00 часа до 21 часа 45 минут, находясь вблизи <адрес>, в ходе ссоры с Ж.Е.Г., возникшей на почве личных неприязненных отношений, с целью причинения Ж.Е.Г. телесных повреждений, действуя неосторожно, небрежно относясь к возможности наступления общественно-опасных последствий своих действий в виде причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшего, хотя при необходимой предусмотрительности он мог и должен был предвидеть наступление таких последствий, нанес Ж.Е.Г. один удар ногой в область ягодиц. В результате нанесенного удара Ж.Е.Г. в силу неожиданности и нахождения в состоянии алкогольного опьянения не удержал равновесие и упал на левую боковую поверхность тела.

В результате неосторожных действий ФИО1 потерпевшему Ж.Е.Г. были причинены телесные повреждения в виде закрытого чрезвертельного перелома бедренной кости со смещением отломков, которое повлекло за собой значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть (свыше 30 процентов), независимо от исхода и оказания (неоказания) медицинской помощи, и по этому признаку расценивается как повреждение, причинившее тяжкий вред здоровью; а также телесное повреждение в виде раны правой надбровной дуги, которое не повлекло за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительную стойкую утрату общей трудоспособности и поэтому расценивается как повреждение, не причинившее вреда здоровью человека.

Действия ФИО1 квалифицированы по ст. 118 ч.1 УК РФ.

За совершение указанного преступления ФИО1 назначено наказание в виде обязательных работ на срок 200 часов.

Приговором суда частично удовлетворены исковые требования потерпевшего Ж.Е.Г. – принято решение о взыскании с осужденного 130000 рублей в качестве компенсации причиненного преступлением морального вреда.

Удовлетворены также исковые требования прокурора г. Новотроицка – с осужденного взысканы в пользу территориального фонда обязательного медицинского страхования затраченные на лечение Ж.Е.Г. денежные средства в размере 35857, 45 рублей.

На данное судебное решение представителем потерпевшего П.В.Ф. подана апелляционная жалоба, в которой он выразил несогласие с приговором.

По мнению представителя потерпевшего, выводы суда не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании, так как согласно объяснению ФИО1 от <дата>, его явке с повинной, протоколу допроса подозреваемого ФИО1 от <дата>, после удара ФИО1 потерпевший Ж.Е.Г. упал на колени. Из показаний потерпевшего Ж.Е.Г. следует, что ФИО1 нанес ему удар ногой в область левой ягодицы, после которого потерпевший почувствовал хруст костей в левом бедре и боль (л.д. №). В материалах дела отсутствуют сведения о падении Ж.Е.Г. после удара с высоты собственного роста на левый бок.

При проведении судебно-медицинской экспертизы с заключением № от <дата> экспертами не в полной мере учтены обстоятельства нанесения ФИО1 тяжкого вреда здоровью. В заключении СМЭ отсутствует ссылка на объяснение ФИО1 от <дата> и его протокол явки с повинной. Не учтены данные из протокола допроса подозреваемого ФИО1 от <дата> о том, что после удара Ж.Е.Г. упал на колени.

Эксперты в своем заключении № сослались на данные специальной медицинской литературы – на книгу «Диагностикум механизмов и морфологии переломов при тупой травме скелета», указывая, что на стр. 68 имеется текст «переломы костей тазобедренного сустава в основном образуются в результате непрямой травмы (падение с высоты собственного роста). Между тем, на стр. 68 указанной книги имеется текст «реже вследствие непосредственного воздействия твердого тупого предмета».

Согласно заключению СМЭ № от <дата>, в распоряжение эксперта вместе с постановлением дознавателя был представлен лишь акт судебно-медицинского обследования, поэтому эксперт смог сделать вывод о том, что телесное повреждение в виде чрезвертельного перелома бедренной кости получены от действия тупого твердого предмета. С учетом изложенного, имеются противоречия в заключениях судебно-медицинских экспертов, которые не устранены в судебном заседании.

В нарушение п.7 ч.1 ст. 204 УПК РФ, в описательно-мотивировочной части заключения СМЭ отсутствует полное описание представленных документов, в связи с чем невозможно сделать вывод о полноте проведенной экспертизы.

В судебном заседании трижды заявлялись ходатайства о назначении дополнительной и повторной экспертизы, однако поддерживающие государственное обвинение помощники прокурора г. Новотроицка в нарушение Приказа Генерального прокурора РФ от 25 декабря 2012 года «Об участии прокуроров в судебных стадиях уголовного судопроизводства» возражали против назначения экспертиз. Судом необоснованно было отказано в проведении экспертиз.

По мнению представителя потерпевшего, имелись все основания для возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ.

Судом необоснованно в качестве смягчающего наказание обстоятельства учтена явка с повинной ФИО1, который лишь после задержания <дата> написал явку с повинной.

Суд мотивировал свой вывод об отсутствии у ФИО1 умысла на причинение здоровью потерпевшего именно тяжкого вреда тем, что подсудимый нанес лишь один удар и не в жизненно-важный орган – в бедро. Однако в судебной медицине отсутствует понятие «жизненно-важный орган», имеется понятие «опасность для жизни».

П.В.Ф. также выразил мнение о том, что является незаконным и необоснованным решение суда в части частичной денежной компенсации в возмещение морального вреда, так как «аморальное поведение потерпевшего суд признал грубой неосторожностью и при назначении наказания ФИО1 и при уменьшении размера компенсации морального вреда потерпевшему». Судом не установлена причинная связь между аморальным поведением и возникновением или увеличением вреда.

Осужденным ФИО1, его защитником Тарасовой Н.С. и государственным обвинителем Розенбергом Е.Л. на апелляционную жалобу представителя потерпевшего поданы возражения, в которых они выразили мнение о том, что приговор является законным, обоснованным и справедливым.

В судебном заседании представитель потерпевшего П.В.Ф. поддержал доводы своей апелляционной жалобы, просил суд апелляционной инстанции приговор отменить и вернуть уголовное дело прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ.

Осужденный ФИО1, адвокат Тарасова Н.С. и помощник прокурора г. Новотроицка Розенберг Е.Л. выразили мнение о том, что приговор мирового судьи является законным, обоснованным и справедливым, в связи с чем оснований для его отмены или изменения не имеется.

Суд апелляционной инстанции, выслушав мнения и пояснения участников судебного заседания, изучив приговор, апелляционную жалобу и возражения на неё, приходит к следующему.

Оценивая законность, обоснованность и справедливость решения мирового судьи, суд апелляционной инстанции не может согласиться с доводами апелляционной жалобы.

В ходе дознания по уголовному делу проведена судебно-медицинская экспертиза, по результатам которой получено заключение № от <дата>. Согласно данному заключению, у Ж.Е.Г. имелись телесные повреждения в виде закрытого чрезвертельного перелома бедренной кости слева со смещением отломков, которое могло быть получено от действия тупого предмета или при ударе о таковой, которое повлекло тяжкий вред здоровью потерпевшего; а также телесное повреждение в виде одной раны правой надбровной дуги, которое не повлекло вреда его здоровью (т.№ л.д. №).

Органом дознания была также назначена судебно-медицинская комиссионная экспертиза. Согласно заключению комиссии экспертов № от <дата>, у Ж.Е.Г. имелось телесное повреждение в виде закрытого чрезвертельного перелома бедренной кости слева со смещением отломков, которое повлекло тяжкий вред здоровью потерпевшего; а также телесное повреждение в виде одной раны правой надбровной дуги, которое не повлекло вреда его здоровью. Телесное повреждение в виде закрытого чрезвертельного перелома бедренной кости слева со смещением отломков вероятнее всего образовалось при падении Ж.Е.Г. на левую боковую поверхность тела с последующим ударом о землю областью левого вертела вследствие незначительного удара в область ягодиц, а не прямого ударного воздействия. В случае прямого удара в область бедренной кости у Ж.Е.Г. вероятнее всего образовался бы перелом диафиза бедренной кости с наружными повреждениями (ссадины, кровоподтеки, гематома), а не в области большого вертела. Однако наружных повреждений в области левого бедра у Ж.Е.Г. на момент его госпитализации <дата> не имелось (т.№ л.д. №).

Указанные документы исследованы судом первой инстанции, что отражено в приговоре и в протоколе судебного заседания.

Таким образом, судом первой инстанции проверялась версия потерпевшего Ж.Е.Г. и его представителя П.В.Ф. о том, что имевшееся у Ж.Е.Г. телесное повреждение в виде закрытого чрезвертельного перелома бедренной кости слева со смещением отломков образовалась в результате прямого удара, нанесенного ФИО1 в область ягодиц потерпевшего. Однако комиссия судебно-медицинских экспертов пришла к выводу о том, что наиболее вероятным являлось получение Ж.Е.Г. данного телесного повреждения при падении на левую боковую поверхность тела с последующим ударом о землю областью левого вертела вследствие незначительного удара в область ягодиц, а не прямого ударного воздействия. Таким образом, версия потерпевшего и его представителя опровергнута исследованными мировым судьей доказательствами.

Комиссионная судебно-медицинская экспертиза произведена в ГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» Оренбургской области, выполнявшие её эксперты обладают специальными познаниями, необходимой квалификацией и достаточным опытом практической работы. Вопреки доводам апелляционной жалобы, экспертами учитывались данные, полученные в ходе проверки сообщения о причинении Ж.Е.Г. телесных повреждений, в том числе объяснения Ж.Е.Г. и ФИО1, а также данные первичных медицинских документов, что отражено в описательной и исследовательской частях заключения № от <дата>. С учетом изложенного, оснований не доверять данному заключению у суда первой инстанции не имелось, что и отражено в приговоре.

Доводы апелляционной жалобы о том, что в заключении СМЭ отсутствует полное описание представленных документов, опровергаются приобщенным к уголовному делу заключением № (т.№ л.д. №). Во вводной части заключения указано, что на экспертизу представлены материалы проверки КУСП №, медицинская карта Ж.Е.Г. из ГАУЗ «БСМП <адрес>», пять рентгеновских снимков. В исследовательской части указано, что экспертами среди прочих документов изучался акт судебно-медицинского обследования Ж.Е.Г. № от <дата>, имевшийся в материалах проверки и приобщенный к уголовному делу (т.№ л.д. №).

Суд апелляционной инстанции не может согласиться с доводами апелляционной жалобы о том, что между заключениями СМЭ № и № имеются противоречия. В заключении № от <дата> отражено, что имевшиеся у Ж.Е.Г. телесные повреждения могли быть получены как от действия тупого твердого предмета, так и от удара о таковой. Заключение № от <дата> содержит более категоричный вывод о том, что наиболее вероятным является получение Ж.Е.Г. телесного повреждения в результате падения на левую боковую поверхность тела, то есть от удара о тупой твердый предмет, в данном случае о поверхность земли. Допрошенный в судебном заседании судебно-медицинский эксперт Б.С.В., выполнявший экспертизу с заключением №, пояснил, что заключение комиссионной судебно-медицинской экспертизы № является более широким, в нем отражен механизм получения телесного повреждения, при производстве экспертизы использовались дополнительные материалы дела.

Заключение комиссионной судебно-медицинской экспертизы № имеет преимущественное значение, так как дано двумя квалифицированными специалистами, являющимися экспертами высшей и первой квалификационной категории, имеющими стаж работы по специальности 39 и 17 лет.

Таким образом, оценив совокупность исследованных в судебном заседании доказательств, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что ФИО1 нанес Ж.Е.Г. один удар ногой с незначительной силой, от которого потерпевший упал на землю в силу неожиданности и поскольку находился в состоянии алкогольного опьянения. Имевшееся у потерпевшего телесное повреждение, повлекшее тяжкий вред его здоровью, было получено не от прямого удара, а вследствие падения. Таким образом, субъективная сторона действий ФИО1 характеризуется неосторожной виной в форме небрежности, поскольку подсудимый не предвидел наступления общественно-опасных последствий своих действий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности он мог и должен был предвидеть эти последствия Выводы мирового судьи в указанной части являются обоснованными и мотивированными, в связи с чем с данными выводами соглашается и суд апелляционной инстанции.

С учетом изложенного, действия ФИО1 верно квалифицированы мировым судьей по ст. 118 ч.1 УК РФ – как причинение тяжкого вреда здоровью по неосторожности.

Позиция государственных обвинителей при обсуждении ходатайств о назначении дополнительной и повторной судебно-медицинской экспертизы не являются предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции. Решения мирового судьи об отказе в назначении данных экспертиз приобщены к уголовному делу (т.№ л.д. №, №, №). Данные постановления вынесены мировым судьей с соблюдением требований, установленных ст. 256 УПК РФ, соответствуют требованиям закона, являются мотивированными и обоснованными.

В судебном заседании обсуждалось ходатайство П.В.Ф. о возвращении уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ. По итогам рассмотрения ходатайства мировым судьей вынесено об отказе в его удовлетворении, при этом в решении суда первой инстанции обоснованно указано, что отсутствуют какие-либо основания для возвращения уголовного дела, прямо предусмотренные ст. 237 УПК РФ. Предусмотренный указанной статьей перечень оснований для возвращения уголовного дела является исчерпывающим. Кроме того, мировым судьей обоснованно учтено, что на момент рассмотрения ходатайства исследование доказательств обвинения и защиты еще не являлось оконченным, в связи с чем дать исчерпывающую оценку квалификации действий подсудимого ФИО1 на тот момент не представлялось возможным без оценки всей совокупности исследованных доказательств, что возможно лишь в итоговом судебном решении. В приговоре мирового судьи отражено, что, рассмотрев уголовное дело по существу, суд не нашел оснований для его возвращения прокурору в соответствии со ст. 237 УПК РФ.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, судом первой инстанции в качестве смягчающего наказание обстоятельства ФИО1 обоснованно учтено наличие явки с повинной (т.№ л.д. №). Явка с повинной поступила в правоохранительный орган <дата>, то есть до возбуждения уголовного дела (дело возбуждено <дата>). На момент оформления явки с повинной у органа дознания не имелось достаточных данных об обстоятельствах, при которых Ж.Е.Г. были причинены телесные повреждения, и данных о виновном лице. В своей явке с повинной ФИО1 сообщил о том, что причинение Ж.Е.Г. телесных повреждений явилось следствием именно его действий. Данный процессуальный документ учтен органом дознания и судом как доказательство виновности ФИО1 в совершении данного преступления.

Ссылка суда на то, что удар подсудимым был нанесен Ж.Е.Г. не в жизненно-важный орган, не противоречит требованиям закона. Термин «жизненно-важный орган» является общепринятым в уголовном процессе, его содержание и смысл являются доступными для понимания всех участников уголовного судопроизводства.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, решение мирового судьи о частичном взыскании морального вреда принято с учетом аморальности поведения потерпевшего Ж.Е.Г., в соответствии с требованиями, содержащимися в ст. 1083 ГК РФ. В данном случае суд первой инстанции при определении размера подлежащих удовлетворению исковых требований обоснованно учел, что возникновению вреда способствовали неправомерные действия самого потерпевшего.

Мировым судьей соблюдены также иные требования законодательства. Как установлено в судебном заседании апелляционной инстанции, рассмотрение уголовного дела в отношении ФИО1 производилось мировым судьей в общем порядке судебного разбирательства, с исследованием доказательств обвинения и защиты. Каких-либо нарушений уголовно-процессуального законодательства, прав сторон на доступ к правосудию, на защиту в ходе судебного разбирательства судом первой инстанции не допущено.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1, мировым судьей в соответствии с п.п. «з,и» ч.1 ст. 61 УК РФ верно учтены аморальное поведение потерпевшего, явившегося поводом для преступления; явка с повинной. Согласно ч.2 ст. 61 УК РФ, к обстоятельствам, смягчающим наказание осужденного, также отнесены полное признание вины и раскаяние в содеянном; совершение преступления впервые; частичное возмещение потерпевшему морального вреда.

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимого, не установлено.

Судом также учтены иные данные о личности осужденного – отсутствие судимостей; положительная характеристика участкового уполномоченного полиции; отсутствие данных о нахождении ФИО1 на учете у врача-психиатра, врача-нарколога и других специализированных учетах; отсутствие у подсудимого работы; принесение подсудимым извинений Ж.Е.Г. в судебном заседании, частичное добровольное возмещение причиненного морального вреда.

Наказание за совершение указанного преступления назначено ФИО1 в виде обязательных работ, в пределах санкции части 1 ст. 118 УК РФ, исходя из принципов разумности и справедливости, с учетом требований, содержащихся в ч.3 ст. 60 УК РФ.

Назначенное ФИО1 наказание соответствует личности осужденного и тяжести совершенного им деяния.

Мировой судья обоснованно не нашел оснований для применения ст.ст. 64, 73 УК РФ, что отражено в приговоре. Данное решение судьи является обоснованным и мотивированным.

Таким образом, наказание ФИО1 судом первой инстанции назначено в пределах санкции ч.1 ст. 118 УК РФ, с учетом тяжести совершенного им деяния и данных о личности осужденного, в соответствии с требованиями ч.3 ст. 60 УК РФ. При таких условиях приговор мирового судьи следует признать законным, обоснованным и справедливым, в связи с чем оснований для его отмены или изменения суд апелляционной инстанции не находит.

На основании изложенного, руководствуясь п.1 ч.1 ст. 389.20, ч.3 ст. 389.28 УПК РФ, судья

постановил:

Приговор мирового судьи судебного участка № 1 г. Новотроицка Оренбургской области от 13 января 2017 года в отношении ФИО1 оставить без изменений, а апелляционную жалобу представителя потерпевшего П.В.Ф. – без удовлетворения.

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его провозглашения и может быть обжаловано в вышестоящий суд в порядке, установленном главами 47.1 и 48.1 УПК РФ.

Судья

Новотроицкого городского суда А.И. Ежелев