Апелляционное постановление № 22К-557/2024 от 4 марта 2024 г.

Дело № Судья: Конова Л.А.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

5 марта 2024 г. <адрес>

Тверской областной суд

в составе председательствующего судьи ФИО29,

при ведении протокола помощником судьи ФИО4, секретарем ФИО5,

с участием прокурора ФИО6,

начальника отдела СУ УМВД России по <адрес> ФИО10, обвиняемой ФИО1 в режиме видео-конференц-связи,

адвоката ФИО7,

рассмотрел в открытом судебном заседании материал по апелляционной жалобе обвиняемой ФИО1 на постановление Центрального районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым ходатайство начальника отдела СУ УМВД России по <адрес> ФИО10 удовлетворено, в отношении

ФИО1, родившейся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> Щёлковского района <адрес>, гражданки Российской Федерации,

продлен срок содержания под стражей на 24 суток, а всего до 2 месяцев 23 суток, то есть по ДД.ММ.ГГГГ включительно.

Заслушав доклад председательствующего судьи ФИО29, изложившей содержание постановления, мотивы апелляционной жалобы ФИО1, выступление обвиняемой ФИО1 и её защитника адвоката ФИО7, поддержавших доводы жалобы, мнение прокурора ФИО6, полагавшего постановление законным и обоснованным, суд апелляционной инстанции

установил:

ДД.ММ.ГГГГ СУ УМВД России по <адрес> возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 УК РФ, в отношении неустановленного лица.

ДД.ММ.ГГГГ по данному делу подозреваемая ФИО1 объявлена в розыск.

ДД.ММ.ГГГГ в 09:29 ФИО1 задержана по подозрению в совершении вышеуказанного преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 УК РФ, на основании п. 2 ч.1 ст. 91 УПК РФ, в соответствии со ст. ст. 91, 92 УПК РФ. В этот же день ФИО1 допрошена в качестве подозреваемой, выражать свою позицию по подозрению и от дачи показаний отказалась.

ДД.ММ.ГГГГ постановлением Центрального районного суда <адрес> в отношении ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу сроком на 1 месяц 30 суток, то есть по ДД.ММ.ГГГГ включительно.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 УК РФ, в тот же день ФИО1 допрошена в качестве обвиняемой, выражать свою позицию по предъявленному обвинению и от дачи показаний отказалась.

Срок предварительного следствия по уголовному делу неоднократно продлевался, последний раз продлен ДД.ММ.ГГГГ руководителем следственного органа - начальником СУ УМВД России по <адрес> ФИО8 до 12 месяцев, то есть по ДД.ММ.ГГГГ включительно.

ДД.ММ.ГГГГ руководителем следственного органа - начальником СУ УМВД России по <адрес> ФИО9 в порядке п. 11 ч. 1 ст. 39 УПК РФ уголовное дело возвращено для проведения дополнительного расследования, установлен срок дополнительного следствия по делу 1 месяц после принятия его производству.

ДД.ММ.ГГГГ начальник отдела СУ УМВД России по <адрес> ФИО10 с согласия руководителя следственного органа – начальника СУ УМВД России по <адрес> ФИО9 возбудила перед судом ходатайство о продлении ФИО1 срока содержания под стражей на 24 суток, а всего до 2 месяцев 23 суток, то есть по ДД.ММ.ГГГГ включительно.

По результатам рассмотрения ходатайства судом постановлено указанное выше решение.

В апелляционной жалобе обвиняемая ФИО1 выражает несогласие с постановленным решением, полагает его вынесенным в нарушение ч. 1 ст. 307 УПК РФ, в связи с чем ставит вопрос об отмене судебного решения и освобождении её из-под стражи.

В обоснование доводов жалобы указывает, что описание деяния которое, по мнению следователя, является преступлением приведено в установочной части постановления от ДД.ММ.ГГГГ о возбуждении перед судом ходатайства о продлении срока стражи. В указанное постановление ФИО10 внесла заведомо ложные сведения относительно принадлежности ФИО12 на дату ДД.ММ.ГГГГ права собственности на 1/3 долю квартиры. Просит учесть, что ФИО10 представила в суд материал, л.д. 31-32 которого содержит протокол допроса свидетеля ФИО11 (эксперт специалист Росреестра), которая показала, что право собственности 1/3 доли квартиры ФИО1 было прекращено ДД.ММ.ГГГГ и в тот же день право собственности на тот же объект зарегистрировано за ФИО12

По мнению автора жалобы, ФИО10 умышленно подменила подлинную информацию ложной. Приводя положения ч. 1 ст. 108 УПК РФ, указывает, что избранная ей мера пресечения применяется только за совершение преступления, тогда как в ее действиях состава преступления не содержится.

Приводя положения п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № от ДД.ММ.ГГГГ, указывает, что для целей ч. 4 ст. 159 УК РФ правом на жилое помещение признается принадлежащее гражданину на момент совершения преступления право собственности на жилое помещение, в соответствии со ст. 8.1 ч.ч. 2,4, ст. 131 ч. 1 ГК РФ право на недвижимое имущество подлежит обязательной государственной регистрации в Росреестре по заявлению лица, для которого наступает правовые последствия.

По мнению автора жалобы, поскольку ФИО12на дату ДД.ММ.ГГГГ не принадлежала на праве собственности 1/3 доля квартиры, то событие мошенничества отсутствует ввиду отсутствия чужого по отношению к ней (ФИО1) имущества (ч. 1 ст. 159 УК РФ). Изъятие своего имущества, обращения взыскание по исполнительному листу, как указала следователь, преступлением не является, поскольку не запрещено уголовным законом под угрозой наказания (ч.1 ст. 14 УК РФ). Порядок обращения взыскания по исполнительному листу определён в ФЗ «Об исполнительном производстве», применение уголовного закона по аналогии не допускается (ч. 2 ст. 3 УК РФ). Понятие обмана как способа хищения или приобретения права на чужое имущество определено п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № от ДД.ММ.ГГГГ «О судебной практики по делам о мошенничестве, присвоении и растрате» и состоит в сознательном сообщении при предоставлении заведомо ложных, не соответствующих действительности сведений и иных приведённых в п. 2 действиях, направленных на введение владельца имущества или иного лица в заблуждение.

Просит учесть, что владельцам 1/3 доли квартиры ФИО12на дату ДД.ММ.ГГГГ не являлась, что подтверждено документально и не оспаривается ею. Судебные приставы-исполнители не являются «иными лицами», поскольку для таких лиц в УК РФ предусмотрены специальные уголовные составы (ст.ст. 159.1159.2159.3159.5 УК РФ). Судебные-приставы исполнители не относятся к сфере кредитования при получении выплат или пособий к компенсации, субсидий к сфере страхования, о чем разъяснено Верховным Судом РФ.

Указывает, что суд продлил срок содержания под стражей при отсутствии события преступления, признаков преступления, объекта преступного посягательства, что противоречит задачам УК РФ (ст. 2 УК РФ), а также нарушает порядок уголовного судопроизводства, который являются обязательным для судов при осуществлении ими правосудия по уголовным делам. Независимость судьи ограничена обязанностью подчиняться только Конституции РФ и федеральным законам (ч. 1 ст. 8.1 УПК РФ).

Просит учесть, что суд проигнорировал её довод о том, что следователь нарушил порядок продления срока предварительного следствия в соответствии с ч. 5 ст. 162 УПК РФ, поскольку продление срока следствия за пределами 12 месяцев возможно только с согласия МВД РФ, применительно к данному случаю уголовное дело возбуждено ДД.ММ.ГГГГ и к настоящему времени срок предварительного расследования составляет более 12 месяцев, а согласия должностных лиц МВД РФ на продление срока предварительного следствия не имеется, соответственно, продление срока стражи невозможно при отсутствии согласия со стороны МВД РФ, поскольку все процессуальные действия следователя заведомо юридически ничтожны, не могут породить правовые последствия, заведомо препятствует суду рассмотреть уголовное дело по существу в силу ст.ст. 73, 75 УПК РФ.

Полагает, что судом проигнорированы её доводы о том, что отсутствуют очевидцы, которые бы указывали на неё, нет доказательств преступной деятельности, которой она может продолжать заниматься, нет доказательств исключительного случая по правилам ч. 5 ст. 162 УПК РФ, юридическая и правовая сложность уголовного дела не обоснована и не мотивирована, суд не выяснял причины, по которым невозможно окончить предварительное следствие.

Также указывает, что суд проигнорировал ее доводы о том, что постановление о возбуждении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ следователя ФИО13 незаконно и необоснованно, поскольку данный следователь на дату ДД.ММ.ГГГГ являлась следователем, обслуживающей территорию <адрес>, к <адрес> отношения не имела, согласно должностной инструкции, не уполномочена принимать и рассматривать процессуальные решения по уголовным дела против собственности (гл. 21 УК РФ). Полагает, что следователь ФИО13 не является тем компетентным и уполномоченным должностным лицом, которое вправе рассматривать и принимать процессуальные решения в рамках проверочных материалов, зарегистрированных в КУСП Центрального отдела полиции УМВД России по <адрес>.

Ссылаясь на п. 3 ч. 2 ст. 146 УПК РФ, указывает, что в постановлении о возбуждении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ следователь не указала повод и основание возбуждения уголовного дела, а изложила сведения о сообщении о преступленииобезличенного лица с указанием на КУСП Центрального отдела полиции УМВД России по <адрес> № от ДД.ММ.ГГГГ, чем нарушен порядок возбуждении уголовного дела.

Обращает внимание, что на л.д. 18 материала, представленного следователем в суд, содержащего заявление ФИО15 от ДД.ММ.ГГГГ в адрес руководителя СУ СК РФ по <адрес> ФИО14, в котором ФИО15 просит возбудить в отношении неё (ФИО1) уголовное дело по тяжкому преступлению, предусмотренному ч. 4 ст. 159 УК РФ.Рядом постановлений <адрес> суда <адрес> по её (ФИО1) жалобам, поданным в порядке ст. 125 УПК РФ, и по её сообщению о преступлении с просьбой возбудить уголовное дело в отношении ФИО15, совершившей в отношении неё (ФИО1) заведомо ложный донос (по ст. 306 УК РФ), судебными постановлениями и в ходе следственной проверки, установлено что ФИО15 является судьей Тверского областного суда, которая обратилась в СУ СК по <адрес> не как должностное, а как частное лицо, даны указания опросить ФИО15 и опросить её (ФИО1), что выполнено не было.

Обращает внимание, что ДД.ММ.ГГГГ прокурор Кобыляченко принял меры, направленные на отмену регистрации её сообщения о преступлении в отношении ФИО15, при этом ФИО15 использовала официальный бланк Тверского областного суда, официальное наименование своей должности, в нижней части листа указан исполнитель – ФИО16, состоящий в должности помощника судьи, указан рабочий телефон. При этом, до настоящего момента ФИО16, не являющийся специальным субъектом в силу ст.ст. 447, 448 УПК РФ, не опрошен. ДД.ММ.ГГГГ прокурор Гагарина повторила действие Кобыляченко, направленные на отмену регистрации в КУСП Центрального отдела полиции её сообщения о возбуждении уголовного дела в отношении ФИО15, согласно апелляционному постановлению Тверского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ, заявитель не лишена возможности обратиться с жалобой на действия (бездействие) и решения должностных лиц в ходе проведения проверки заявления ФИО15

Приводя положения ч. 4 ст. 200 КАС РФ, указывает, что ФИО15 судом апелляционной инстанции по делу №а-2624/2021 (указанном бланке заявления ФИО15) не являлась, поскольку, согласно апелляционному определению, по данному делу судебная коллегия состояла из трех судей: ФИО17, ФИО15 и ФИО18 Кроме того, из данного апелляционного определения не следует, что судебная коллегия обнаружила в её действиях признаки преступления и в следственный орган не обращалась. Данным определением установлено, что, обращаясь к судебным приставам ДД.ММ.ГГГГ, она (ФИО1) реализовала свое право на обращение в государственные органы в соответствии со ФЗ-59.

Таким образом, как указывает автор жалобы, из данного апелляционного определения следует, что заявителю ФИО15 было известно, что, по данным Росрееста, право собственности на 1/3 долю квартиры зарегистрировано за ней (ФИО19), а также, что в удовлетворении исковых требований ФИО20 о признании недействительной записи в Росреестре на её имя было отказано апелляционным определением Тверского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ, что ФИО20 умер ДД.ММ.ГГГГ и его право собственности прекратилось в силу ст. 17 ГК РФ, что также повлекло прекращения его права за признанное за ним апелляционным определением Тверского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ действие, и о том, что ФИО12 не принадлежит 1/3 доля квартиры в Росреестре права на указанный объект, на дату ДД.ММ.ГГГГ ее право не зарегистрировано, что исполнительно производство, сумма ко взысканию которого составляет 276903 руб., возбуждено в пользу взыскателя ФИО20, который после ДД.ММ.ГГГГ заменен ФИО12, а также о том, что судебные приставы-исполнители ФИО21 и ФИО22 не принимали процессуальных решений и не были намерены принимать такие решения в форме постановлений, поскольку действовали в рамках ФЗ №59-ФЗ.

В связи с изложенным полагает, что ФИО15 действовала от себя лично, указав заведомо ложные сведения со ссылкой на ч. 4 ст. 200 КАС РФ.

Полагает, что суд оставил без внимания её доводы о том, что следователю незачем создавать видимость расследования, поскольку все значимые обстоятельства ранее уже были предметом проверки в рамках гражданского судопроизводства и административного судопроизводства. По итогам проверки указанных обстоятельств, их исследования и оценки, вынесены судебные решения, которые вступили в законную силу, что в силу ст. 90 ГПК РФ дополнительной проверки не подлежат, повторно не исследуется и не оценивается.

Просит учесть, что одним из судебных решений 2019 г. установлено, что при своей жизни ФИО20 специально не аннулировал в Росреестре запись о праве собственности на 1/3 долю квартиры на её имя (ФИО1), имея умысел на то, чтобы ему начислялись налоги на имущество на 1/3 долю квартиры, коммунальные платежи за пользование этим объектом, платежи за капитальный ремонт дома. Умысел ФИО20 был направлен на оплату обязательных платежей за 1/3 долю квартиры за её счёт, бремя содержание 1/3 доли квартиры он желал перенести на неё. К участию в данном гражданском деле, где она являлась ответчиком, привлечены в качестве третьих лиц ФИО23 и его невеста ФИО24 (мать ФИО12). ФИО24 дала свои пояснения, указав на то, что она оплатила принудительно по судебному решению только за свою 2/3 долю той же квартиры, за 1/3 долю квартиры на имя ФИО1 она платить не желает.

Указывает, что по её инициативе посредством письменного заявления, поданного в суд, признан факт того, что 1/3 доля квартиры ей не принадлежит, поэтому суд отказал в удовлетворении исковых требований о взыскании с неё оплаты за 1/3 доли квартиры.ФИО25, а также ФИО24, надлежаще извещенные судом о судебных заседаниях и получившие итоговое судебное решение, не желали аннулировать в Росреестре запись о праве собственности на 1/3 долю квартиры на её имя и продолжили действия (бездействие), направленные на сохранение данной записи в Росреестре, с той же целью оплаты за 1/3 долю квартиры за её счёт. ДД.ММ.ГГГГ ФИО20 умер, в силу ч. 2 ст. 17 ГК РФ, его право собственности прекратилось, юридические последствия, определённые апелляционным определением Тверского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ, которым за ФИО20 было признано право собственности на 1/3 долю квартиры с правом аннулирования в Росреестре записи о её праве на тот же объект, также прекратили свое действие. На иных лиц (например, ФИО12) действие вышеуказанного судебного акта не распространялось, в отношении неё (ФИО1) указанным судебным актом никаких обязательств не возлагалось. Апелляционным определением Тверского областного суда ДД.ММ.ГГГГ в удовлетворении исковых требований ФИО20 к ФИО1 о признании недействительной записи регистрации от ДД.ММ.ГГГГ права собственности на 1/3 долю квартиры отказано.

Полагает, что единственным законным правообладателем зарегистрированной законом 1/3 доли квартиры является она после смерти ФИО20 Решением Заволжского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ она получила из Росреестра уведомление о наложении запрета ареста на свою 1/3 долю квартиры, которую изготовила судебный пристав-исполнитель Московского отдела судебных приставов УФССП по <адрес> ФИО21, цель - обращение взыскания на указанное имущество.После получения из Росреестра этого уведомление ДД.ММ.ГГГГ она обратилась в порядке ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан в РФ» на обращение взыскания на данный объект в соответствии с целью, указанной судебным приставам ФИО21 в своем постановлении от ДД.ММ.ГГГГ, при этом ФИО21 получила на свой запрос ответ из Росреестра - что 1/3 доли квартиры принадлежит ей (ФИО1), она исполнила уведомление судебного пристава-исполнителя в рамках одного исполнительного производства на сумму 276 903 руб., где взыскателем является ФИО20

Указывает, что данное исполнительное производство было возбуждено ДД.ММ.ГГГГ на основании исполнительного листа, выданного Заволжским районным судом <адрес>, кроме исполнительного листа в ССП Заволжский районный суд <адрес> направил и сам приговор от ДД.ММ.ГГГГ, где было указано на обстоятельства, порождённые апелляционным определением Тверского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ, связанные с аннулированием записи в Росреестре.Судебный пристав-исполнитель ФИО21 достоверно знала о всех судебных актах и их содержании, ДД.ММ.ГГГГ за подписью ст. судебного пристава ФИО22 дан ответ в том же порядке, предусмотренном ФЗ-59 «О порядке рассмотрения обращений граждан в РФ»: процессуальных решений об обращении взыскании на 1/3 долю квартиры судебные приставы-исполнители не принимали и принимать не намеревались, что также следует из письменных возражений ФИО21 и ФИО22, которые были направлены в суд. ФИО12 участвовала в деле в качестве третьего лица, так как была заменена взыскателем вместо ФИО20

Указывает, что судебная коллегия Тверского областного суда, в состав которой входила ФИО15, рассматривала правоотношения, связанные с реализацией гражданином РФ права на обращение в государственные органы, органы местного самоуправления, к должностным лицам, регламентированные ФЗ-59. <адрес> суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которое вступило в законную силу ДД.ММ.ГГГГ, по иску ФИО12, установлено, что ко дню смерти ФИО20последнему не принадлежала 1/3 доля квартиры и потому указанный объект не был включен нотариусом в наследственную массу, в выдаче ФИО12 свидетельства о праве на наследство на 1/3 долю квартиры нотариусом отказано ДД.ММ.ГГГГ. Судом установлено, что ФИО12 имела нотариальную доверенность от ФИО20 от ДД.ММ.ГГГГ сроком действия 10 лет, то есть до ДД.ММ.ГГГГ, на право управления всем имуществом ФИО20, однако ФИО12, согласно воле ФИО20, не пожелала аннулировать запись в Росреестре на право собственности 1/3 доли квартиры, зарегистрированную на её (ФИО1) имя. ФИО12 сознательно продолжила действия, направленные на содержание 1/3 доли квартиры за её (ФИО1) счёт. В 2019-м году судебные приставы-исполнители наложили 5 запретов и ограничений на 1/3 долю квартиры с указанием на принадлежность этого объекта ФИО1 с целью обращения взыскания для исполнения судебного акта, а потом ещё наложили запреты и ограничения в 2020-м году. Кроме запретов и ограничений по ходатайству истца ФИО20 в 2014-м году наложен арест на тот же объект в рамках другого дела. Суд указал, что на дату рассмотрение дела и вынесения решения ДД.ММ.ГГГГ судебный арест не снят.

Указывает, что суд также оставил без внимания доводы о том, что документы на л.д. 64–67 (протокол допроса подозреваемого), на л.д. 57–61 (протокол задержания), л.д. 78-81 (допрос обвиняемого) являются подложными, поскольку заполнены на компьютере: личные данные, вопросы и ответы, тогда как в действительности никаких вопросов следователь ей не задавал, никаких вербальных ответов не говорила.Суд также проигнорировал довод о том, что, вопреки требованиям ст. 167 УПК РФ, следователь привлекла в качестве понятых для изготовления протокола задержания на л.д. 57–61 неустановленных лиц, из разговоров которых следовало, что они являются лицами, привлеченными к административной ответственности.

Полагает, что судом также оставлен без внимания довод о том, что в течение 11 часов ДД.ММ.ГГГГ с 09:30 до 20:20 следователь издевалась над ней, оказывала на неё психологическое давление, требуя признательных показаний и явки с повинной, указывала на заранее решенный вопрос, в отместку за ФИО15 со стороны судей, применила к ней физическое воздействие в виде лишения пищи и воды с 09:30 до 20:20 ДД.ММ.ГГГГ, угрожала и шантажировала.Суд не оценил ответ начальника ИВС о том, что она только в 20:20 ДД.ММ.ГГГГ была доставлена в ИВС, проигнорировал её довод о том, что по материалу от ДД.ММ.ГГГГ в отношении неё (ФИО1) неоднократно выносили решения об отказе в возбуждении уголовного дела, последнее из которых не отменено и не признано незаконным и необоснованным в установленном законом порядке.

Приводя положения ч. 1ст. 145 УПК РФ, указывает, что применяется только одно решение при рассмотрении проверки сообщения о преступлении, таким образом, постановление о возбуждении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ, которое изготовила следователь ФИО13, а потом приняла к своему производству ФИО10 является юридически ничтожным, не может породить правовых последствий, в силу ч. 3 ст. 7, ст.75 УПК РФ, с учётом вышеприведённых доводов, очевиден факт фальсификации доказательств по уголовному делу, с искусственным созданием доказательств обвинения, действия направлены на привлечение заведомо невиновного к уголовной ответственности, соединённое с обвинением в совершении тяжкого преступления, то есть ч. 2 ст. 299 УК РФ.

Выражает мнение, что выводы суда не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании. В постановлении суда не указано, по каким основаниям суд принял позицию следователя и отверг представленные ею (ФИО1) доказательства, кроме того, суд не вправе искажать Общую и Особенную часть УК РФ и нарушать уголовно-процессуальной закон.

Полагает, что требования п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О судебном приговоре» судом не выполнены, поскольку суд допустил существенные нарушения уголовного закона и уголовно-процессуального закона, которые путём лишения и ограничения гарантированных ей УПК РФ прав участника уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства, повлияли на вынесение законного и обоснованного судебного решения.

В своих дополнениях к апелляционной жалобе обвиняемая ФИО1 указывает, что судом был проигнорирован ее довод о том, что, в соответствии с ч. 8 ст. 109 УПК РФ, кроме правовой и фактической сложности суд обязан учесть эффективность действий должностных лиц органа предварительного расследования, а также своевременность производства следственных и иных процессуальных действий в период общей продолжительности досудебного производства по делу.

Приводя положения п. 9 ст. 5 УПК РФ, указывает, что заявление ФИО15 от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 18) поступило в СУ СК РФ по <адрес> ДД.ММ.ГГГГ, после чего было направлено в Центральный ОП УМВД России по <адрес>, зарегистрировано в КУСП № от ДД.ММ.ГГГГ.

Ссылаясь на ч. 6 ст. 141УПК РФ, указывает, что, начиная с ДД.ММ.ГГГГ, она и ФИО15 не опрошены и не допрошены. Её сообщение о преступлении в отношении ФИО15, зарегистрированное КУСП № от ДД.ММ.ГГГГ, приобщено в КУСП № для рассмотрения в одном производстве. От нее однократно получены объяснения в сентябре 2021 г., в которых она указала на ФИО26, как организатора и подстрекателя действий ФИО15, выраженных в изготовлении, составлении и направлении в СУ СК РФ заявления от ДД.ММ.ГГГГ.

Приводя положения ч. 1 ст. 125 УПК РФ, указывает, что прокурор <адрес> удерживает её сообщение о преступлении в отношении ряда должностных лиц, в том числе, ФИО15, не регистрирует его регистрацию и не направляет в следственный орган, чем причиняет ущерб её конституционным правам и свободам.

В последующих дополнениях к апелляционной жалобе ФИО1 указывает, что срок содержания под стражей продлен ей заведомо незаконно и необоснованно. Просит учесть, что в действительности обвинение ей не предъявлялось, порядок предъявления обвинения нарушен, о дне предъявления обвинения она не извещалась. Постановление о привлечении в качестве обвиняемой не содержит данных о времени окончания допроса, ее подписи, следователь не посещала ее в СИЗО 16 и ДД.ММ.ГГГГ. Указывает, что допрос в качестве обвиняемого невозможен до предъявления обвинения. Полагает, что постановление о привлечении ее в качестве обвиняемой и протокол допроса следователем сфальсифицированы. До настоящего времени обвинение ей не предъявлено. Постановление следователя о продлении срока содержания под стражей требованиям закона не соответствует, согласие руководителя уполномоченных должностных лиц РФ либо его заместителя отсутствует. Поскольку обвинение ей в течение 10 суток не предъявлено, она подлежит освобождению из-под стражи.

В дополнении, представленном в суд апелляционной инстанции ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 указывает, что в установленный законом срок ей не предъявлено обвинение, согласие МВД РФ не получено на продление срока следствия свыше 12 месяцев. Инкриминируемое ей деяние не запрещено под угрозой наказания и преступлением не является. В ее действиях отсутствует событие мошенничества, а также все признаки преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ.

Полагает, что уголовное преследование в ее отношении прекращено в силу закона и без процессуального оформления, поскольку руководитель МВД РФ не давал согласия на продление срока предварительного расследования свыше 12 месяцев. Просит учесть, что резолютивная часть постановления не соответствует требованиям закона, суд не учел, что ее ознакомление с материалами дела не было начато, без чего уголовное дело не могло быть направлено прокурору с обвинительным заключением и в суд.

По мнению автора апелляционной жалобы, по тем же причинам прекращены полномочия следователя по дальнейшему производству следственных и иных процессуальных действий и принятию любых процессуальных решений. В связи с чем ФИО1 ставится вопрос об отмене постановления, освобождении ее из-под стражи, признании прекращенным в ее отношении уголовного преследования, признании за ней права на реабилитацию и вынесении частного определения в адрес должностных лиц в связи с допущенными ими нарушениями ее прав и свобод и существенные нарушения уголовно-процессуального закона.

Изучив доводы апелляционной жалобы ФИО1, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Согласно ст. 109 УПК РФ в случае невозможности закончить предварительное следствие в срок до 2 месяцев и при отсутствии оснований для изменения или отмены меры пресечения этот срок может быть продлен судьей районного суда или военного суда соответствующего уровня в порядке, установленном ч. 3 ст. 108 настоящего Кодекса, на срок до 6 месяцев.

В силу ст. 110 УПК РФ мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость или изменяется на более строгую или более мягкую, когда изменяются основания для избрания меры пресечения, предусмотренные ст. 97, 99 УПК РФ.

Указанные требования уголовно-процессуального закона, регламентирующие условия и порядок продления обвиняемой срока содержания под стражей, по настоящему делу соблюдены.

Согласно материалам дела суду представлено отвечающее требованиям уголовно-процессуального закона ходатайство следователя о продлении срока содержания обвиняемой под стражей, внесенное уполномоченным на то лицом, в рамках возбужденного уголовного дела, срок следствия по которому продлен в установленном порядке, а равно необходимые документы, подтверждающие изложенные в ходатайстве доводы, содержащие указание на наличие предусмотренных ст. 97 УПК РФ оснований для продления срока действия меры пресечения в виде заключения под стражу.

Ходатайство о продлении срока содержания ФИО1 под стражей возбуждено перед судом в связи с необходимостью проведения ряда следственных и процессуальных действий, а именно надлежит выполнить следующие действия: предъявить обвинение ФИО1 в окончательной редакции, допросить в качестве обвиняемой; выполнить иные следственные действия, необходимость в производстве которых может возникнуть в ходе предварительного следствия; выполнить требования ст.ст. 215-217 УПК РФ.

Фактические данные, свидетельствующие об обоснованности подозрения в возможной причастности обвиняемой к противоправному деянию, позволяющие на данном этапе инкриминировать ей преступление, относящееся к категории тяжких, содержатся в представленных суду материалах, которые достаточны для таких выводов. На момент принятия решения судом первой инстанции и суду апелляционной инстанции не представлено данных, опровергающих такие выводы.

Обоснованность обвинения и достаточность собранных органов расследования доказательств, равно как и их оценка на предмет допустимости и достоверности будет являться предметом рассмотрения дела по существу, а не на данной стадии уголовного судопроизводства, а поэтому доводы апелляционной жалобы в этой части проверке и оценке не подлежат.

Суд апелляционной инстанции при проверке законности и обоснованности постановленного судом первой инстанции решения о продлении ФИО1 срока содержания под стражей не разрешает вопросы о доказанности либо недоказанности вины в инкриминируемом деянии, наличии либо отсутствии в ее действиях признаков какого-либо состава преступления. Разрешение этих вопросов отнесено к компетенции суда при рассмотрении дела по существу.

Обстоятельства, связанные с задержанием обвиняемой, оценивались судом при избрании ей меры пресечения. Указанное решение не изменено и не отменено, вступило в законную силу. Постановлением от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что задержание ФИО1 произведено с соблюдением установленного порядка, при наличии оснований, предусмотренных ст. 91 УПК РФ. С учетом изложенного доводы жалобы ФИО1 о несоблюдении требований закона в этой части заслуживающими внимания признать нельзя.

Вместе с тем, поскольку при рассмотрении вопроса о продлении ФИО1 срока содержания под стражей судом не разрешались вопросы относительно наличия поводов и оснований для возбуждения уголовного дела, а суд лишь исходил из того обстоятельства, что представленные органами предварительного следствия материалы содержат данные, из которых усматривается наличие в настоящий момент в рамках возбужденного уголовного дела разумных (обоснованных) подозрений в возможной причастности ФИО1 к противоправному деянию, позволяющих на данном этапе производства по делу инкриминировать ей тяжкое преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 30 ч. 4 ст. 159 УК РФ, приведенное в постановлении указание в этой части надлежит заменить указанием на то, что представленные материалы давали основания для выводов о наличии в рамках возбужденного уголовного дела в настоящий момент разумных (обоснованных) подозрений в возможной причастности ФИО1 к противоправному деянию, позволяющих на данном этапе производства по делу инкриминировать ей тяжкое преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 30 ч. 4 ст. 159 УК РФ.

При таких данных, учитывая, что предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции является проверка законности и обоснованности принятого судом решения о продлении ФИО1 срока содержания под стражей, не подлежат разрешению вопросы, связанные с наличием поводов и оснований для возбуждения уголовного дела, равно как и с проверкой полномочий следователя, возбудившее уголовное дело.

Согласно представленным суду апелляционной инстанции материалам ДД.ММ.ГГГГ отменено как незаконное и необоснованное постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ, материал проверки КУСП 10871/1623-21 от ДД.ММ.ГГГГ направлен в СУ УМВД России по <адрес> для решения вопроса об уголовной преследовании по ч. 3 ст. 30 ч. 4 ст. 159 УК РФ.

Принимая решение о продлении срока содержания под стражей в отношении обвиняемой, суд, не обсуждая вопросы, подлежащие разрешению при рассмотрении уголовного дела по существу, приняв во внимание обстоятельства инкриминируемого преступления, относящегося к категории тяжких, за которое предусмотрено наказание до десяти лет лишения свободы, данные о личности обвиняемой, которая иждивенцев не имеет, ранее судима за аналогичные преступления, по возрасту, семейному положению и состоянию здоровья не ограничена в возможности передвижения, в связи с уклонением от явки к следователю объявлялась в розыск, пришел к обоснованному выводу о том, что ФИО1, оставаясь на свободе, может скрыться от следствия и суда, тем самым воспрепятствовать производству по уголовному делу, о чем обоснованно указано в ходатайстве органа расследования.

С учетом указанных обстоятельств суд правильно не усмотрел оснований для изменения обвиняемой меры пресечения на иную, более мягкую, в том числе домашний арест. Исследованные данные о личности обвиняемой, вопреки доводам жалобы, не дают оснований для признания выводов суда необоснованными.

Вопреки доводам жалобы выводы суда основаны на исследованных в судебном заседании фактических данных, которые достаточны для принятия по ходатайству следователя законного и обоснованного решения, надлежаще мотивированы, требованиям закона эти выводы соответствуют.

Предусмотренные ст. 97 и 99 УПК РФ основания, имевшие место при избрании ФИО1 меры пресечения в виде содержания под стражей, не изменились и не отпали.

Вступившим в законную силу постановлением от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что ФИО1 добровольно в органы предварительного следствия не являлась, уклонялась от явки к следователю, несмотря на факты извещения повестками, а также принятые меры путем принудительного привода. Установлено судом и то обстоятельство, что установить местонахождение ФИО1 удалось только ДД.ММ.ГГГГ и принудительно обеспечить ее явку к следователю. Постановление об избрании ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу вступило в законную силу, в установленном законом порядке оно не отменено и не изменено. Соответственно, оснований подвергать сомнению законность и обоснованность указанного решения у суда не имелось.

Обжалуемое постановление содержит выводы относительно отсутствия оснований для изменения обвиняемой меры пресечения на иную, более мягкую.

Не находит оснований для изменения обвиняемой меры пресечения с содержания под стражу на домашний арест, запрет определенных действий, более мягкую, не связанную с изоляцией от общества, и суд апелляционной инстанции, поскольку полагает, что только самая строгая мера пресечения может обеспечить достижение целей и задач уголовного судопроизводства на данном этапе, учитывая характер и тяжесть предъявленного ей обвинения, данные о личности ФИО1

Разрешая заявленное ходатайство, суд учел данные о личности обвиняемой, её возраст, семейное положение, род занятий, состояние здоровья.

Таким образом, суд первой инстанции принял во внимание установленные в судебном заседании данные о личности обвиняемой, а также иные, имеющие правовое значение обстоятельства.

Из содержания обжалуемого постановления следует, что, продлевая срок действия меры пресечения в виде содержания под стражей, суд первой инстанции сделал вывод о наличии оснований полагать, что, находясь на свободе, ФИО1 может скрыться от следствия и суда, чем воспрепятствует производству по делу. Иных выводов относительно оснований для применения меры пресечения к ФИО1 постановление содержит, а установленное судом основание подтверждено представленными материалами, оно не изменилось и не утратило своего правового значения.

Как следует из представленных материалов, срок содержания под стражей ФИО1 продлен в пределах установленного срока расследования дела.

Срок предварительного следствия по делу продлевался неоднократно, последний раз ДД.ММ.ГГГГ начальником СУ УМВД России по <адрес> до 12 месяцев, то есть по ДД.ММ.ГГГГ включительно.

ДД.ММ.ГГГГ руководителем следственного органа – начальником СУ УМВД России по <адрес> ФИО9 уголовное дело возвращено для проведения дополнительного расследования, которое поручено начальнику СУ УМВД России по <адрес> ФИО10, установлен срок дополнительного следствия 1 месяц после принятия дела к производству, дело принято к производству начальником СУ УМВД России по <адрес> ФИО10 ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, продление срока следствия произведено с соблюдением требований ч. 6 ст. 162 УПК РФ, согласно которой при возвращении уголовного дела для производства дополнительного следствия руководитель следственного органа, в производстве которого находится уголовное дело, вправе устанавливать срок предварительного следствия в пределах одного месяца со дня поступления уголовного дела к следователю вне зависимости от того, сколько раз оно до этого возобновлялось, прекращалось либо возвращалось для производства дополнительного следствия и вне зависимости от общей продолжительности срока предварительного следствия. Оснований для обсуждения вопроса об особой сложности уголовного дела не имелось, поскольку срок следствия продлен по основаниям, указанным не в ч. 5, а в ч. 6 ст. 162 УПК РФ.

При этом разрешение вопроса, связанного с основаниями для возвращения дела для проведения дополнительного следствия, предметом апелляционного рассмотрения не является.

В постановлении органа расследования указаны обстоятельства, в силу которых необходимо продление ФИО1 срока содержания под стражей. Ранее ФИО1 срок содержания под стражей не продлевался. Испрашиваемый срок содержания под стражей является разумным, установлен в пределах срока следствия.

Что касается доводов апелляционной жалобы ФИО1 о том, что до настоящего времени ей не предъявлено обвинение, то их нельзя признать обоснованными.

Как следует из материалов дела и установлено судом, постановление о привлечении в качестве обвиняемой вынесено ДД.ММ.ГГГГ. Однако в указанное время обвинение ФИО1 органом расследования предъявлено не было, что установлено судом апелляционной инстанции. Участвуюшая в апелляционном рассмотрении дела начальник СУ УМВД России по <адрес> ФИО10 пояснила, что обвинение ФИО1 в указанный день предъявлено не было, поскольку последняя участвовала в судебном заседании посредством видео-конференц-связи.

С утверждением ФИО1, о том, что ей не было предъявлено обвинение и впоследствии, в том числе ДД.ММ.ГГГГ, суд апелляционной инстанции согласиться не может.

Из исследованных в судебном заседании материалов видно, что обвинение ФИО1 предъявлено ДД.ММ.ГГГГ, в тот же день она допрошена в качестве обвиняемой, дать показания отказалась, что удостоверено подписями следователя и адвоката. При рассмотрении ходатайства органа расследования ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 не ссылалась на факт непредъявления ей обвинения, при этом названный процессуальный документ судом был исследован.

Представленная ФИО1 суду апелляционной инстанции справка подтверждает факт ее посещения следователем УМВД России по <адрес> ФИО10 ДД.ММ.ГГГГ, равно как и выписка из журнала посещения посетителей СИЗО-1 в указанный день, согласно которой ДД.ММ.ГГГГ в СИЗО –1 находились ФИО10 в период времени с 10:30 до 11:56 и ФИО27 в период времени с 11:11 до 11:56.

Постановление о привлечении ФИО1 в качестве обвиняемой в установленном законом порядке не отменено, незаконным указанное постановление в установленном законом порядке не признавалось.

При таких данных, в связи с тем, что в обжалуемом постановлении ошибочно указано на то обстоятельство, что обвинение ФИО30 ОЛ.Н. было предъявлено ДД.ММ.ГГГГ, это указание следует заменить указанием о предъявлении обвинения ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ. То обстоятельство, что в представленной ФИО1 справке указано время посещения ФИО10 ДД.ММ.ГГГГ с 10:33-10:53, не дает оснований для вывода о непредъявлении обвинения. Из пояснений начальника СУ УМВД России по <адрес> ФИО10 в судебном заседании следует, что она посещала СИЗО-1 <адрес> с целью предъявления обвинения ФИО1, поскольку ДД.ММ.ГГГГ предъявить ей обвинение не смогла. Таким образом, согласно названным справкам, ДД.ММ.ГГГГ начальник СУ УМВД России по <адрес> ФИО10 находилась в СИЗО-1 <адрес> и посещала ФИО1 Вносимое изменение основанием для отмены постановления не является. Обвинение предъявлено ФИО1 в установленный ч. 1 ст. 100 УПК РФ срок.

В судебном заседании по ходатайству прокурора приобщено постановление начальника отдела СУ УМВД России по <адрес> ФИО10 от ДД.ММ.ГГГГ, которым постановлено считать верной дату объявления постановления о привлечении в качестве обвиняемой ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ.

Иные материалы, опровергающие такие выводы, сторонами суду апелляционной инстанции не представлены. В настоящее время оснований для других выводов в этой части у суда апелляционной инстанции не имеется.

Принципы уголовного судопроизводства судом соблюдены, условия для реализации процессуальных прав участникам процесса обеспечены. Из протокола судебного заседание не следует, что обвиняемая была ограничена в реализации предоставленных ей процессуальных прав.

Данные о личности обвиняемой при разрешении ходатайства органа расследования учтены. Наличие гражданства РФ, регистрации и постоянного места жительства на территории <адрес>, иные, указанные в апелляционной жалобе данные, характеризующие личность ФИО1, безусловным основанием для изменения ей меры пресечения не являются. Резолютивная часть постановления отвечает требованиям закона.

Выводы суда соответствуют установленным обстоятельствам и подтверждены имеющимися в деле фактическими данными, которые достаточны для принятия по ходатайству законного и обоснованного решения, что опровергает доводы жалобы обвиняемой в этой части.

Основания для продления ФИО1 действующей меры пресечения судом установлены, выводы мотивированы, оснований с ними не согласиться не имеется.

Документальных данных о наличии у обвиняемой заболеваний, включенных в Перечень тяжелых заболеваний, препятствующих содержанию под стражей, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №, равно как и сведений о том, что в настоящее время обвиняемая нуждается в такой медицинской помощи, которая не может быть ей оказана в условиях содержания под стражей, не имеется.

С учетом изложенного оснований для вывода о незаконном и необоснованном продлении обвиняемой меры пресечения в виде содержания под стражей не имеется.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона при рассмотрении заявленного органом следствия ходатайства, которые могли бы послужить основанием для отмены постановления суда, не допущено.

Заявленные в судебном заседании ФИО1 отводы председательствующему судье и прокурору обоснованно и мотивированно отклонены. Процессуальный порядок разрешения отводов судом соблюден.

Правильным является и решение суда об отказе в удовлетворении ходатайства ФИО1 об освобождении от участия в деле адвоката ФИО28 По заявленным в ходе судебного разбирательства ходатайствам судом приняты законные и обоснованные решения. Суд верно счел возможным рассмотреть ходатайство органа расследования в отсутствие начальника СУ УМВД России по <адрес> ФИО10 и потерпевшей.

Содержание обвиняемой под стражей соответствует ст. 55 Конституции Российской Федерации, предусматривающей ограничение федеральным законом прав и свобод человека и гражданина в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других граждан, а также отвечает требованиям разумности, задачам и целям уголовного судопроизводства.

Вопросы, связанные с прекращением уголовного преследования и реабилитацией вследствие незаконного уголовного преследования предметом апелляционного рассмотрения не являются. Оснований для вынесения частного постановления суд апелляционной инстанции не усматривает, поскольку не установил указанных в ч. 4 ст. 29 УПК РФ обстоятельств.

Руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд

постановил:

Постановление Центрального районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 изменить:

В описательно-мотивировочной части постановления указание на то, что представленными материалами подтверждается как законность возбуждения уголовного дела, так и наличие в настоящий момент разумных (обоснованных) подозрений в возможной причастности ФИО1 к противоправному деянию, позволяющих на данном этапе производства по делу инкриминировать ей тяжкое преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 30 ч. 4 ст. 159 УК РФ, заменить указанием на то, что представленные материалы давали основания для выводов о наличии в рамках возбужденного уголовного дела в настоящий момент разумных (обоснованных) подозрений в возможной причастности ФИО1 к противоправному деянию, позволяющих на данном этапе производства по делу инкриминировать ей тяжкое преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 30 ч. 4 ст. 159 УК РФ;

- в описательно-мотивировочной части постановления указание на то, что ФИО1 предъявлено обвинение и она была допрошена в качестве обвиняемой ДД.ММ.ГГГГ заменить указанием на то, что ФИО1 предъявлено обвинение и она была допрошена в качестве обвиняемой ДД.ММ.ГГГГ.

В остальном указанное постановление оставить без изменения. апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в соответствии с главой 47.1 УПК РФ во Второй кассационный суд общей юрисдикции.

Председательствующий: ФИО29