Апелляционное определение № 22-2002/2025 от 22 декабря 2025 г.

Судья Михалева Н.В. Дело № 22-2002/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Ижевск 23 декабря 2025 года

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Удмуртской Республики в составе:

председательствующего Крыласова О.И.,

судей Кудрявцева А.Р., Злобина Н.В.,

при секретаре судебного заседания Сергеевой О.А.,

с участием:

прокурора Гунбина И.М.,

осужденного ФИО1,

защитника – адвоката Соболева В.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционной жалобе защитника – адвоката Селезневой Д.В. на приговор Воткинского районного суда Удмуртской Республики от 31 октября 2025 года.

Заслушав доклад судьи Крыласова О.И., выступления осужденного ФИО1, защитника – адвоката Соболева В.В., поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора Гунбина И.М., полагавшего необходимым приговор оставить без изменения, судебная коллегия

установила:

приговором Воткинского районного суда Удмуртской Республики от 31 октября 2025 года

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, гражданин РФ, не судимый,

осужден по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105 УК РФ к 6 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Мера пресечения в виде заключения под стражу до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения.

Срок отбытия наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу, с зачетом в указанный срок, в соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ, времени его содержания под стражей в период с 09 августа 2025 года до дня вступления приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

В соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 97, п. «а» ч. 1, ч. 2 ст. 99 УК РФ ФИО1 назначены принудительные меры медицинского характера в виде принудительного наблюдения и лечения у врача-психиатра в амбулаторных условиях по месту отбывания наказания.

Разрешена судьба вещественных доказательств.

ФИО1 признан виновным в покушении на убийство, то есть на умышленное причинение смерти другому человеку, если при этом преступление не было доведено до конца по независящим от этого лица обстоятельствам.

Преступление совершено ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> Удмуртской Республики при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе защитник – адвокат Селезнева Д.В. выражает несогласие с приговором. В обоснование своей позиции указывает, что материалами дела квалификация действий Вахрушева по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105 УК РФ своего подтверждения не нашла, он в предъявленном ему обвинению вину признал частично и пояснил, что убивать потерпевшую не хотел, просто хотел ее покалечить, так как Х.Н.А. отказалась возвращать ему денежные средства, взятые в долг, и оскорбляла его, выражаясь нецензурной бранью, и именно противоправное поведение потерпевшей способствовало совершению ФИО1 действий, в результате которых потерпевшая получила телесные повреждения, относящиеся к категории средней тяжести. Считает, что судом не в полной мере учтены смягчающие вину обстоятельства. Просит приговор отменить.

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель – помощник Воткинского межрайонного прокурора Удмуртской Республики Вертинский А.Д. считает изложенные в ней доводы несостоятельными, просит приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Проверив материалы дела, выслушав мнение сторон, оценив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия считает приговор законным, обоснованным и справедливым.

Вывод суда первой инстанции о виновности ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105 УК РФ, полностью подтвержден исследованными доказательствами, которые приведены в приговоре суда, в том числе показаниями самого осужденного, потерпевшей Х.Н.А., свидетелей Ш.Е.Е., О.Ю.В., Л.С.В., М.Н.В., К.С.В., Ч.Е.В., К.Е.Г., П.А.А., Б.А.С., Б.И.С., Б.В.С., эксперта Ч.Ю.А., протоколами осмотров мест происшествий, осмотра предметов, проверки показаний на месте, очных ставок, заключением экспертов, а также другими доказательствами, перечень и анализ которых подробно изложены в приговоре.

Так, осужденный ФИО1 подтвердил свои показания со стадии предварительного следствия, пояснив, что вину признает частично, обстоятельства совершенного преступления не оспаривает.

При допросах в качестве подозреваемого и обвиняемого ФИО1 показал, что ДД.ММ.ГГГГ он с Ш.Е.Е. пошли в гости к Х.Н.А. и Л.С.В.. Он спросил у Х.Н.А., когда она вернет ему долг, на что та сказала, что не собирается его возвращать, после чего между ними начался конфликт, в ходе которого он предложил ей встать к окну, когда Х.Н.А. подошла к окну, он крикнул, что убьет ее, а затем резко схватил ее за ноги и боком выкинул в открытое окно с третьего этажа дома. Оказать первую помощь ей он не пытался.

В ходе следственного эксперимента и проверки показаний на месте ФИО1 воспроизвел обстоятельства, при которых он скинул потерпевшую из окна третьего этажа дома.

Потерпевшая Х.Н.А. подтвердила показания, данные ею на стадии предварительного следствия, и суду показала, что ДД.ММ.ГГГГ в гости пришел ФИО1. Она сидела на подоконнике в комнате и курила, когда ФИО1 выкинул ее из окна.

В ходе очной ставки с участием ФИО1 потерпевшая Х.Н.А. подтвердила свои показания.

Свидетель Ш.Е.Е. подтвердила показания, данные ею на стадии предварительного следствия, и суду показала, что ДД.ММ.ГГГГ она с Вахрушевым пришли в гости к Х.Н.А.. В какой-то момент П. сказал Х.Н.А., отдать долг, на что она ответила отказом и начала оскорблять ФИО1, выражаясь нецензурной бранью, ФИО1 сказал, что убьет ее, после чего подошел к Х.Н.А., двумя руками взял ее за бедра, поднял вверх и скинул из окна, окно было открыто. ФИО1 какую-либо помощь Х.Н.А. не оказывал, скорую помощь вызвать не пытался. В момент конфликта Х.Н.А. какой-либо опасности для ФИО1 не представляла, угроз не высказывала.

Из показаний свидетеля Ч.Е.В., данных ею на стадии предварительного расследования и оглашенных в судебном заседании, следует, что ДД.ММ.ГГГГ ее дети сказали, что на улице кто-то зовет на помощь. Она вышла из квартиры и за домом обнаружила женщину – Х.Н.А., лежащую на земле. Н. была в сознании и звала на помощь. Она позвонила в службу спасения. Н. сказала ей, что ее выкинул из окна П..

Из показаний свидетеля П.А.А., командира отделения взвода патрульно-постовой службы полиции МО МВД России «<данные изъяты>», данных им на стадии предварительного расследования и оглашенных в судебном заседании, следует, что ДД.ММ.ГГГГ поступило сообщение о том, что из окна третьего этажа выпала женщина – Х.Н.А.. Х.Н.А. кричала о том, что П. выбросил ее из окна квартиры. Им было принято решение о доставлении ФИО1 в отдел полиции.

При осмотре места происшествия от 09 августа 2025 года с участием Ч.Е.В. осмотрен участок местности вблизи <адрес>, где обнаружено вещество бурого цвета. От стены дома, шириной 0,9 метра, находится бетонная отмостка, на которой обнаружен и изъят тапочек.

Заключением судебно-медицинской экспертизы от 12 сентября 2025 года у Х.Н.А. установлено повреждение характера кататравмы, сочетанной травмы лица, верхних и нижних конечностей в виде: ушибленных ран лица с хирургическими швами; закрытого перелома обеих ветвей нижней челюсти с переходом на тело без смещения костных отломков; закрытого внутрисуставного оскольчатого межмыщелкового перелома правой бедренной кости со смещением костных отломков; кровоподтеков и ссадин верхних и нижних конечностей. Повреждения в совокупности, как комплекс сочетанной травмы, причинили средней тяжести вред здоровью по признаку длительного его расстройства, сроком свыше 21 дня. Кататравма, сочетанная травма лица, верхних и нижних конечностей, образовалась в результате действия твердого тупого предмета (предметов), либо при ударе о таковой (таковые). Отсутствие достаточного описания повреждений (не указаны количество, формы, размеры, цвет кровоподтеков, наличие или отсутствие корочек у ссадин, формы ран) не позволяет точно высказаться о предметах их причинивших, а также о количестве травматических воздействий. Все вышеописанные повреждения образовались в пределах 24 часов до момента поступления в лечебное учреждение, что не противоречит данным медицинских документов, сроку и обстоятельствам указанных в постановлении. Повреждения характера кататравмы, сочетанной травмы лица, верхних и нижних конечностей, у Х.Н.А. могли образоваться при обстоятельствах, указанных потерпевшей Х.Н.А. при ее допросе в качестве потерпевшей 09 августа 2025 года и подозреваемым ФИО1 при его допросе в качестве подозреваемого, проверке показаний на месте 09 августа 2025 года.

Все доказательства, положенные в основу приговора получены с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства РФ, проверены судом первой инстанции путем сопоставления их с другими доказательствами согласно положениям ст. 87 УПК РФ, каждое доказательство оценено с точки зрения относимости, допустимости и достоверности в соответствии с правилами, установленными ст. 88 УПК РФ.

Судебная коллегия не находит оснований ставить под сомнение данную судом оценку указанных выше доказательств, отмечая, что каких-либо существенных противоречий, не устраненных судом, свидетельствующих бы об их недостоверности, в материалах дела не имеется.

Доказательства, на которых основаны выводы суда, непосредственно исследованы в ходе судебного разбирательства, в достаточной для этого степени подробно мотивированы и не содержат взаимоисключающих сведений относительно обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу.

Суд в соответствии с требованиями закона привел в приговоре не только доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении осужденного, но и раскрыл их содержание и существо сведений, содержащихся в них.

Все обстоятельства, которые могли повлиять на выводы суда, учтены.

Судебное разбирательство проведено с учетом положений ст. 252 УПК РФ.

Описательно-мотивировочная часть обжалуемого приговора соответствует требованиями п. 1 ст. 307 УПК РФ.

Нарушений органами следствия норм УПК РФ, влекущих отмену приговора, судебной коллегией не установлено.

Согласно положениям ст. 243 УПК РФ председательствующий руководил судебным заседанием и принимал предусмотренные уголовно-процессуальным законом меры по обеспечению состязательности и равноправия сторон.

Данных, свидетельствующих об одностороннем судебном следствии, обвинительном уклоне в деле не имеется.

Сведений о том, что суд отдавал предпочтение какой-либо из сторон, из материалов дела не усматривается, председательствующим по делу судьей на протяжении всего судебного разбирательства сохранялась объективность.

В ходе судебного рассмотрения принципы судопроизводства, в том числе и указанные в ст. 14 и 15 УПК РФ - состязательности и равноправия сторон, презумпции невиновности, судом были соблюдены, сторонам было обеспечено процессуальное равенство.

Сторона защиты не была ограничена в праве представлять суду доказательства, участвовать в их исследовании и заявлять ходатайства.

Все доводы стороны защиты были проверены и получили соответствующую оценку в приговоре суда, все заявленные сторонами ходатайства рассмотрены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, обоснованные ходатайства участников судопроизводства, как со стороны обвинения, так и со стороны защиты председательствующим судьей удовлетворялись, а в случае отказа в их удовлетворении, принимались обоснованные и мотивированные решения, правильность которых сомнений не вызывает.

Данных о фальсификации материалов уголовного дела не имеется, ни судом первой инстанции, ни судебной коллегией они не установлены.

Факты искусственного создания доказательств, подтверждающих вину осужденного в содеянном, оказания судом давления на него и других участников процесса, отсутствуют.

Содержание исследованных судом доказательств, в том числе показаний осужденного, потерпевшей и свидетелей, изложено в приговоре в той части, которая имеет значение для подтверждения либо опровержения обстоятельств, перечисленных в ст. 73 УПК РФ.

Фактов, свидетельствующих о приведении в приговоре показаний потерпевшей, свидетелей либо содержания письменных доказательств по делу таким образом, чтобы это искажало правовое значение исследуемых событий и обстоятельств, имело взаимоисключающий смысл, либо влияло на существо выводов суда и позволяло им дать иную оценку, чем та, которая содержится в приговоре, судебной коллегией не установлено.

Показания осужденного, данные им на стадии предварительного расследования при допросах в качестве подозреваемого, обвиняемого, проверке показаний на месте, следственном эксперименте, судом обоснованно приняты во внимание наравне с иными доказательствами.

Указанные следственные действия произведены с соблюдением норм УПК РФ, в присутствии адвоката, осуществляющего его защиту, и его законного представителя. Ходатайств об отказе от защитника либо о его замене осужденный не заявлял.

Протоколы следственных действий соответствуют требованиям ст. 164, 166 УПК РФ, составлены уполномоченным лицом, в них содержатся все необходимые сведения.

В ходе допросов, при проверке показаний на месте, следственном эксперименте, в том числе с использованием видеозаписи, ФИО1 в целом давал подробные показания об обстоятельствах совершенного им преступления.

Его показания согласуются, в первую очередь, с результатом экспертизы, а также другими доказательствами, изложенными в приговоре.

Перед началом следственных действий ФИО1 разъяснялись права, предусмотренные ст. 46, 47 УПК РФ, в том числе о том, что его показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу, также и при его последующем отказе от них. О применении технических средств участники были предупреждены. Замечаний по поводу проведенных следственных действий, а также каких-либо иных ходатайств и заявлений от ФИО1, его защитника и законного представителя не поступило, видеозаписи следственных действий просматривались, заявлений и замечаний к ним не было. Достоверность сведений, содержащихся в них, удостоверена их подписями и рукописными записями.

Положенные в основу приговора экспертные заключения, полностью отвечают требованиям ст. 204 УПК РФ, а также Федеральному Закону "О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ". Они проведены специалистами, имеющими стаж работы по указанным специальностям, с предупреждением их об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ. В них указаны проведенные исследования, объекты и материалы, представленные для производства экспертиз. Выводы экспертов являются ясными, понятными, убедительными и аргументированными, отвечают на поставленные перед ними вопросы. Каких-либо данных, свидетельствующих о необъективности экспертов, не установлено, при даче ответов на поставленные перед ними вопросы, они за пределы своей компетентности не выходили.

Показания допрошенных по делу лиц являются полными и подробными, все имеющие значение для дела обстоятельства у них выяснены, надлежащая оценка показаниям всех свидетелей дана.

Содержание показаний допрошенных по делу лиц соответствует протоколам их допросов на стадии предварительного следствия, оглашенных в судебном заседании, и протоколу судебного заседания.

Причин, которые бы указывали на заинтересованность потерпевшей и свидетелей в оговоре осужденного, судом не установлено. Все они были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, их показания относительно фактических обстоятельств дела последовательны, согласуются между собой и подтверждаются иными доказательствами.

Отдельные неточности и противоречия в показаниях допрошенных по делу лиц в судебном заседании устранялись в установленном законом порядке, в том числе путем оглашения ранее данных показаний в порядке ст. 281 УПК РФ, что согласуется с положениями уголовно-процессуального закона.

Показания неявившихся свидетелей оглашены в соответствии с ч. 1 ст. 281 УПК РФ, с согласия сторон.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, были предметом тщательного рассмотрения суда первой инстанции, своего подтверждения не нашли, поэтому обоснованно с приведением убедительных мотивов отвергнуты, как несостоятельные.

Надлежащим образом судом проверены и детально проанализированы доводы стороны защиты об отсутствии у ФИО1 умысла на убийство Х.Н.А.

Давая оценку данным доводам стороны защиты, суд правильно указал, что действия ФИО1 носили умышленный и целенаправленный характер.

Так, ФИО1 предложил Х.Н.А. подойти к отрытому окну, после чего, высказав в ее адрес намерение убить, обхватил ее тело своими руками и выбросил ее из окна, предвидя, что при падении она может получить телесные повреждения, не совместимые с жизнью, так как достоверно знал, что квартира, в которой они находились, расположена на третьем этаже дома, возле стен которого находится бетонная отмостка.

Более того, совершив указанные действия, ФИО1 с места преступления скрылся, каких-либо действий, направленных на оказание потерпевшей помощи, вызова скорой медицинской помощи, не предпринял.

Учитывая характер действий осужденного ФИО1 – скинул потерпевшую с высоты третьего этажа, при отсутствии какой-либо для него опасности со стороны Х.Н.А., суд первой инстанции пришел к правильному выводу о наличии у ФИО1 прямого умысла на причинение смерти Х.Н.А., при этом ФИО1 не смог довести его до конца по независящим от него обстоятельствам, так как Х.Н.А. упала на грунтовую поверхность, покрытую травой, после чего ей своевременно была оказана медицинская помощь.

Наряду с этим, суд первой инстанции обоснованно не усмотрел в действиях ФИО1 признаков того, что покушение на убийство он совершил в условиях необходимой обороны либо при превышении пределов необходимой обороны, а также в состоянии аффекта, поскольку каких-либо данных об этом в материалах дела нет, что подтверждается и заключением судебной психолого-психиатрической экспертизы.

Вопрос о психическом состоянии ФИО1 исследован судом с достаточной полнотой.

Согласно заключению комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы, первичной, амбулаторной, ФИО1 в период инкриминируемого правонарушения обнаруживал и в настоящее время обнаруживает признаки психического расстройства, не исключающего вменяемости, в виде <данные изъяты>, требующими лечения, отягощенной <данные изъяты>, что в совокупности с имеющейся волевой неустойчивостью и сниженной критичностью в состоянии алкогольного опьянения, в юридически значимый период времени ограничивало и ограничивает его способность к всесторонней и полной оценке сложившейся ситуации, достаточному планированию, прогнозированию и контролю своих действий с оценкой их возможных последствий. Тем самым, ФИО1 в период инкриминируемого правонарушения не мог и в настоящее время не может в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. Ввиду сохранности сенсорных систем, достаточного уровня развития памяти и речи, в условиях простоты рассматриваемой ситуации, ФИО1 мог правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и может давать о них показания в ситуации предварительного следствия и судебного разбирательства. ФИО1 как лицо, психическое расстройство которого связано с возможностью причинения им иного существенного вреда либо с опасностью для себя или других лиц, нуждается в принудительном наблюдении и лечении у врача-психиатра в амбулаторных условиях.

Принимая во внимание изложенное, судебная коллегия приходит к выводу, что суд первой инстанции, правильно установив фактические обстоятельства по делу, оценив представленные доказательства в их совокупности, сопоставив их друг с другом, обоснованно пришел к выводу о доказанности вины ФИО1 в инкриминируемом ему деянии и верно квалифицировал его действия по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105 УК РФ.

Оснований для иной квалификации действий осужденного ФИО1, а равно оснований для его оправдания, не имеется.

Назначая осужденному наказание, суд исходил из положений ст. ст. 6, 60 УК РФ и учитывал характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, данные о его личности, состояние здоровья, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

Обстоятельствами, смягчающими наказание осужденного, судом признаны: частичное признание вины, активное способствование расследованию преступления, противоправное поведение потерпевшей, явившееся поводом для преступления, иные действия, направленные на заглаживание вреда, причиненного потерпевшей – принесение ей извинений, состояние здоровья его и близких для него лиц, положительные характеристики, мнение потерпевшей по мере наказания о снисхождении к осужденному.

Вопреки доводам апелляционной жалобы суд учел все, установленные по делу, смягчающие наказание обстоятельства, в том числе противоправное поведение потерпевшей Х.Н.А., явившееся поводом для совершения осужденным преступления.

Иных смягчающих наказание обстоятельств судебная коллегия не усматривает.

Учитывая указанные обстоятельства, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о необходимости назначения ФИО1 наказания в виде лишения свободы, без дополнительного наказания в виде ограничения свободы и без применения ст. 73 УК РФ, с учетом положений ч. 3 ст. 66, ч. 1 ст. 62 УК РФ.

Выводы суда об этом соответствуют закону, надлежащим образом аргументированы, убедительны, поэтому признаются верными.

Каких-либо исключительных обстоятельств, позволяющих назначить осужденному наказание с применением ст. 64 УК РФ, а также оснований для применения ч. 6 ст. 15 УК РФ, суд первой инстанции не усмотрел.

Таким образом, все имеющие значение по делу обстоятельства, влияющие на назначение осужденному наказания, судом были учтены, назначенное ФИО1 наказание является справедливым, соразмерным содеянному и отвечает целям восстановления социальной справедливости, исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений.

Вид исправительного учреждения определен верно, в соответствии с положениями п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ.

Мера пресечения до вступления приговора в законную силу в виде заключения под стражу оставлена без изменения обоснованно.

Выводы суда о назначении осужденному принудительной меры медицинского характера в виде принудительного наблюдения и лечения у врача-психиатра в амбулаторных условиях, мотивированы, и являются верными.

Время содержания ФИО1 под стражей в срок отбывания наказания засчитано верно.

Принятое решение по вещественным доказательствам соответствует положениям ст. 81 УК РФ.

Нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения прав участников уголовно-процессуального судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и мотивированного решения по делу, не допущено.

Таким образом, судом первой инстанции дело рассмотрено всесторонне и объективно, с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства РФ.

С учетом этого, судебная коллегия не может согласиться с доводами апелляционной жалобы и не находит оснований для ее удовлетворения.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

приговор Воткинского районного суда Удмуртской Республики от 31 октября 2025 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу защитника – адвоката Селезневой Д.В. – без удовлетворения.

Апелляционное определение и приговор вступают в законную силу со дня вынесения апелляционного определения и в соответствии с ч. 2 ст. 401.3 УПК РФ могут быть обжалованы в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления их в законную силу, а осужденным, содержащимся под стражей, – в тот же срок со дня вручения ему копии приговора, вступившего в законную силу. В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в суд кассационной инстанции.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи: