Апелляционное определение № 22-426/2026 22-8942/2025 от 4 февраля 2026 г.

Мотивированное
апелляционное определение изготовлено 05 февраля 2026 года

Председательствующий Валова М.А. №22-426/2026

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

03 февраля 2026 года г.Екатеринбург

Судебная коллегия по уголовным делам Свердловского областного суда всоставе председательствующего Пушкарева А.В., судей Шкляевой Ю.А., Наделяевой Т.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Герасимовой Е.В.,

сучастием осужденной ФИО1, ее защитника – адвоката Раздьяконовой Н.А., прокурора апелляционного отдела прокуратуры Свердловской области Пантелеева Е.В., рассмотрела в открытом судебном заседании с применением систем аудиопротоколирования и видеоконференц-связи уголовное дело поапелляционным жалобам осужденной ФИО1, ее защитника – адвоката Раздьяконовой Н.А., апелляционному представлению государственного обвинителя – и.о. заместителя прокурора Октябрьского района г. Екатеринбурга Бережной Е.Г. на приговор Октябрьского районного суда г. Екатеринбурга от 03 сентября 2025 года, которым

ФИО1, родившаяся <дата> в <адрес>, ранее судимая:

09 марта 2017 года Октябрьским районным судом г. Екатеринбурга по п.«з» ч. 2 ст. 111 УК Российской Федерации к наказанию в виде лишения свободы на срок 2 года. 26 июня 2018 года освобождена условно-досрочно на 8 месяцев 25 дней;

18 мая 2021 года Октябрьским районным судом г. Екатеринбурга по п.«з» ч. 2 ст. 111 УК Российской Федерации к наказанию в виде лишения свободы на срок 4 года;

09 июня 2021 года Октябрьским районным судом г. Екатеринбурга (сучетом апелляционного определения Свердловского областного суда от 26августа 2021 года) по п. «г» ч. 2 ст. 161 УК Российской Федерации к наказанию в виде лишения свободы на срок 3 года. На основании ч. 5 ст. 69 УК Российской Федерации по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенного наказания с наказанием, назначенным приговором Октябрьского районного суда г. Екатеринбурга от 18 мая 2021 года, окончательно назначено наказание в виде лишения свободы на срок 5 лет. Постановлением Краснотурьинского городского суда Свердловской области от 15 ноября 2023 года неотбытая часть наказания в виде лишения свободы сроком 2 года 1 месяц 14 дней заменена более мягким видом наказания в виде ограничения свободы на срок 4 года (постановление вступило в законную силу 01 декабря 2023 года),

осуждена за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК Российской Федерации, к наказанию в виде лишения свободы на срок 10лет. На основании ст. 70 УК Российской Федерации по совокупности приговоров частично присоединена неотбытая часть наказания по приговору Октябрьского районного суда г. Екатеринбурга от 09 июня 2021 года, окончательно назначено наказание в виде лишения свободы на срок 11 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Приговором мера пресечения ФИО1 в виде заключения под стражу оставлена без изменения, в соответствии с ч.3.2 ст.72 УК Российской Федерации в срок наказания зачтено время содержания Л.Е.ВБ. под стражей в период с 11 мая 2024 года до дня вступления приговора в законную силу.

Частично удовлетворен гражданский иск потерпевшего Ш.М.К. В счет компенсации морального вреда, причиненного преступлением, с Л.Е.ВБ. взыскано в пользу Ш.М.К. 1 000 000 рублей.

Приговором разрешены вопросы об исчислении срока наказания, о распределении процессуальных издержек и о судьбе вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Шкляевой Ю.А., выступления осужденной ФИО1, ее защитника – адвоката Раздьяконовой Н.А., поддерживавших доводы апелляционных жалоб, прокурора Пантелеева Е.В., поддержавшего доводы апелляционного представления, судебная коллегия

установила:

приговором ФИО1 признана виновной в том, что 11 мая 2024 года, находясь в коридоре третьего этажа общежития по адресу: <адрес>, из личных неприязненных отношений совершила убийство Ш.С.М., нанеся ему не менее двух ударов ножом, причинив телесные повреждения, квалифицирующиеся как тяжкий вред здоровью, от которых спустя непродолжительное время наступила смерть пострадавшего на месте происшествия, при обстоятельствах, подробно описанных в приговоре.

В заседании суда первой инстанции ФИО1 вину в предъявленном обвинении не признала, пояснила, что нанесла Ш.С.М. ножевые ранения, поскольку действовала в пределах необходимой обороны.

В апелляционной жалобе и в дополнениях к ней осужденная Л.Е.ВБ. просит приговор отменить, оправдать ее ввиду отсутствия в действиях состава преступления. В обоснование указывает, что умысла убивать Ш.С.М. у нее не имелось, последний применял к ней физическое насилие, в связи с чем она вынуждена была обороняться, нанеся ему удары ножом. Также указывает, что судом не учтены доказательства, подтверждающие ее невиновность, а именно медицинская справка от 11 мая 2024 года об обнаружении у нее телесных повреждений, которые ей нанес Ш.С.М., а также показания свидетелей обвинения, проживающих по адресу: <адрес>, которые видели, как Ш.С.М. применял к ней насилие. Кроме того, полагает, что суд необоснованно учел показания свидетелей К.А.В. и О.О.А., данные в ходе следствия, поскольку данные показания они не подтвердили в судебном заседании, пояснили о ее непричастности к преступлению. При этом суд не мотивировал, по каким причинам не принял в качестве доказательств показания указанных свидетелей, данные в ходе судебного следствия. Считает, что следователем необоснованно отказано в истребовании сведений об абонентских соединениях, не проверены ее доводы о сексуальном домогательстве со стороны Ш.С.М. и в связи с этим не проведена судебно-биологическая экспертиза. Указывает, что следователем было затянуто проведение психолого-психиатрической экспертиза в отношении нее, которая проведена спустя два месяца после произошедших событий, что отразилось на результатах экспертизы и исключило возможность установить у нее состояние аффекта. Также, по ее мнению, в ходе следствия незаконно проведен обыск в ее жилище, а обвинительное заключение составлено с нарушением норм уголовно-процессуального закона. Указывает, что суд при вынесении решения не учел отрицательную характеристику погибшего Ш.С.М., а также данные, положительно ее характеризующие, в том числе, что после произошедших событий она вызвала бригаду скорой медицинской помощи. Считает, что зачет периода ее содержания под стражей в срок наказания должен быть произведен в соответствии с п. «б» ч. 2 ст. 72 УК Российской Федерации, а не ч. 3.2 ст. 72 УК Российской Федерации, поскольку ей назначено отбывание наказания в колонии общего режима. Также указывает, что при разрешении гражданского иска потерпевшего Ш.С.В. суд не учел наличие у нее малолетнего ребенка, взыскав в пользу потерпевшего завышенную сумму компенсации морального вреда.

В апелляционной жалобе защитник осужденной ФИО1 – адвокат Раздьяконова Н.А. просит приговор отменить, ФИО1 оправдать ввиду отсутствия в ее действиях состава преступления. В обоснование указывает, что ФИО1 нанесла Ш.С.М. телесные повреждения, поскольку защищалась от его противоправных действий и действовала в пределах необходимой обороны, так как последний применял к ней физическое насилие, что подтверждается медицинской справкой из ГАУЗ СО ГБ <№> от <дата>, а также показаниями свидетелей П.Е.В., К.А.В., О.О.А., Я.И.А. Полагает, что судом не в полной мере учтено противоправное поведение Ш.С.М., находившегося в состоянии алкогольного опьянения, а также, что Л.Е.ВБ. вызвала ему бригаду скорой медицинской помощи.

В апелляционном представлении государственный обвинитель – и.о. заместителя прокурора Октябрьского района г. Екатеринбурга Бережная Е.Г. просит приговор изменить, а именно устранить технические ошибки - указать во вводной части приговора сведения об участии при рассмотрении уголовного дела государственных обвинителей - помощников прокурора Октябрьского района г. Екатеринбурга: Епураш Я.В., ФИО2, А.Е.ЮА. Также обращает внимание, что судом в резолютивной части приговора при назначении окончательного наказания ошибочно указано на применение п. «б» ч. 1 ст. 72 УК Российской Федерации, вместо п. «б» ч. 1 ст.71 УК Российской Федерации.

Изучив материалы уголовного дела, обсудив доводы, изложенные в апелляционных жалобах и представлении, судебная коллегия приходит к следующему.

Выводы суда о доказанности вины ФИО1 в убийстве Ш.С.М. основаны на совокупности доказательств, исследованных судом и получивших надлежащую оценку в приговоре: показаниях потерпевших, свидетелей, протоколах осмотра места происшествия, вещественных доказательств, заключениях экспертиз, иных доказательствах.

Потерпевшие Ш.М.К. и Р.Т.А., являвшиеся родителями Ш.С.М., и потерпевшая Ш.А.В., являвшаяся супругой Ш.С.М., пояснили, что им неизвестны обстоятельства убийства Ш.С.М., ФИО1 незнакома.

Свидетели П.Е.В., А.Т.А., С.И.А., проживающие по адресу: <адрес>, пояснили, что видели в общежитии в утреннее время 11 мая 2024 года ФИО1 и ее молодого человека Ш.С.М., последние словесно конфликтовали.

Свидетели Ч.С.В. и С.Т.А., проживающие в общежитии по адресу: <адрес>, пояснили, что в дневное время 11 мая 2024 года ФИО1 дважды приходила к ним в комнату, первый раз пожаловалась на то, что Ш.С.М. ударил ее по лицу, а второй раз попросила вызвать скорую медицинскую помощь Ш.С.М., который лежал без сознания в крови на лестничной площадке между вторым и третьим этажами общежития.

Свидетели Я.И.А. и О.О.А., проживающие в общежитии по адресу: <адрес>, пояснили, что в дневное время 11 мая 2024 года видели на лестничной площадке между вторым и третьим этажами общежития ФИО1, которая лежала на полу, на ней лежал без сознания в крови Ш.С.М. Затем ФИО1 встала и ушла к себе в комнату.

Вопреки доводам стороны защиты, согласно показаниям Я.И.А. и О.О.А., именно Я.И.А. вызвала бригаду скорой медицинской помощи на место происшествия.

Свидетель В.Е.В., проживающая в общежитии по адресу: <адрес>, пояснила, что в дневное время 11мая 2024 года видела в коридоре общежития, как ФИО1 и Ш.С.М. ругались между собой. После ФИО1 ушла к себе в комнату, а затем сразу вышла, держа в руке какой-то предмет, который она не разглядела. Затем ФИО1 подошла к сидящему на подоконнике в коридоре Ш.С.М., и нанесла ему данным предметом удар, после между ними началась драка, они упали на пол и начали бороться. Она зашла к себе в комнату, за дальнейшими событиями не наблюдала.

Из показаний несовершеннолетнего свидетеля К.К.А., оглашенных в судебном заседании на основании ч. 6 ст. 281 УПК Российской Федерации с согласия сторон, следует, что он проживает с матерью и отчимом в общежитии по адресу: <адрес>. В дневное время 11 мая 2024 года он вместе с отчимом К.А.В. находился на кухне третьего этажа общежития, где также находились ФИО1 и Ш.С.М., которые ругались между собой. В ходе ссоры ФИО1 порезала ножом кисть руки Ш.С.М., а затем ушла к себе в комнату. Затем ФИО1 вернулась на кухню, где Ш.С.М. в ответ нанес ей удар скалкой по голове. Затем Ш.С.М. вышел из кухни, а ФИО1 сходила к себе в комнату, вышла из нее с ножом в руках, подошла к Ш.С.М. который курил в коридоре, сидя на подоконнике, и нанесла ему удар ножом. Затем между ФИО1 и Ш.С.М. началась драка, они упали на пол и начали бороться. В этот момент отчим увел его в комнату.

Показания несовершеннолетнего свидетеля К.К.А. согласуются с показаниями свидетеля К.А.В., который дополнительно пояснил, что когда ФИО1 подошла к сидящему на подоконнике Ш.С.М., то нанесла ему удар ножом в подключичную область слева, отчего у последнего пошла кровь, затем между ними началась драка. В этот момент, он забрав К.К.А., ушел с ним в комнату. Спустя несколько минут ФИО1 постучалась к ним в комнату и попросила помочь Ш.С.М. который лежал без сознания в крови на лестничной площадке между вторым и третьим этажами общежития.

Вопреки доводам стороны защиты, суд при оценки противоречивых показаний свидетелей К.А.В. и О.О.А., данных в ходе следствия и суда, верно отнесся критически к их показаниям в ходе судебного разбирательства, в которых они не подтвердили свои показания, данные на следствии, сославшись на то, что не читали протоколы допросов. Как верно указал суд первой инстанции и с чем соглашается судебная коллегия, показания данных свидетелей в ходе следствия последовательны и логичны, получены в соответствии с требованиями закона и подтверждаются письменными материалами дела по всем моментам, имеющим значение для рассмотрения дела. Оснований для признания этих показаний недопустимыми, не имеется.

При осмотре места происшествия: лестничной площадки между вторым и третьим этажами общежития по адресу: <адрес>, обнаружен труп Ш.С.М., следы вещества бурого цвета. Согласно медицинскому свидетельству о смерти установлено, что Ш.С.М. скончался 11 мая 2024 года при проведении сотрудниками бригады скорой медицинской помощи реанимационных мероприятий.

При этом доводы ФИО1 о незаконности проведенного обыска в ее жилище по адресу: <адрес> являются несостоятельными, поскольку данная комната была осмотрена уполномоченным должностным лицом в рамках проведения следственного действия - осмотра места происшествия, проведенного с участием понятых и эксперта.

В ходе выемки у ФИО1 изъята одежда и обувь, в которой она находилась в момент совершения преступления. Данные вещи осмотрены, на них обнаружены пятна вещества бурого цвета. Согласно заключениям судебных молекулярно-генетических экспертиз указанные пятна являются кровью, принадлежащей потерпевшему Ш.С.М. Кровь ФИО1 не выявлена.

Согласно заключениям судебно-медицинских экспертиз ГБУЗ СО «БСМЭ» от 10 июня 2024 года и 11 ноября 2024 года смерть Ш.С.М. наступила от проникающего колото-резаного ранения подключичной области слева с повреждением левого легкого, осложнившегося развитием острой кровопотери. Также на трупе Ш.С.М. обнаружена колото-резаная рана поясничной области слева. Указанные повреждения причинены в результате однократных возвратно-поступательных воздействий острого колюще-режущего орудия, являются прижизненными, давностью образования в несколько минут до момента наступления смерти. Могли образоваться в один промежуток времени от одного орудия, последовательность образования повреждений установить не представилось возможным. Взаиморасположение потерпевшего и нападавшего могло быть разнообразным и меняться в процессе образования повреждений. Не исключается вероятность совершения Ш.С.М. самостоятельных действий сразу после причинения повреждений, на протяжении небольшого промежутка времени.

Согласно заключению медико-криминалистической экспертизы повреждения на передней поверхности груди слева и с поясничной области слева трупа Ш.С.М. являются двумя сходными колото-резаными ранами, которые причинены однократными воздействиями одним колюще-режущим орудием.

Все заключения экспертов соответствуют требованиям УПК Российской Федерации, оформлены надлежащим образом, выводы экспертов представляются суду ясными и понятными.

Несмотря на отрицание в судебном заседании осужденной умысла на убийство Ш.С.М., суд первой инстанции обоснованно отнесся критически к ее показаниям о том, что она действовала в целях самозащиты, поскольку данные показания опровергаются совокупностью вышеизложенных, а также иных, приведеных в приговоре, доказательств. Также суд обосновано не усмотрел в действиях ФИО1 необходимой обороны либо превышения ее пределов, а также обстоятельств, свидетельствующих о совершении преступления в состоянии аффекта, что подтверждается заключением комплексной амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы от 26 июля 2024 года, согласно которой ФИО1 в юридически значимый момент ни в состоянии физиологического аффекта, ни в ином эмоциональном состоянии, оказавшем существенное влияние на ее сознание и поведение, не находилась.

При этом доводы апелляционной жалобы осужденной о том, что проведение судебно-психиатрической экспертизы в отношении нее спустя два месяца после произошедших событий привело к недостоверному выводу о ее психическом состоянии, являются несостоятельными. Выводы комиссии экспертов основаны на обследовании самой подэкспертной и изучении материалов уголовного дела. То обстоятельство, что экспертиза произведена 26 июля 2024 года, не может служить основанием, чтобы усомниться в выводах экспертов и не свидетельствует о невиновности ФИО1 Каких-либо оснований для проведения дополнительных или повторных экспертиз у суда не имелось.

Действия ФИО1 были вызваны возникшей личной неприязнью к потерпевшему. Удар ножом осужденная нанесла Ш.С.М. в момент, когда он сидел на подоконнике в коридоре общежития, не угрожал ей и не применял к ней физического насилия, был безоружным и не представлял для нее опасности, что подтверждается показаниями свидетелей К.К.А., К.А.В., О.О.А., которые являлись очевидцами произошедших событий, и указали о том, что ФИО1 в ходе конфликта с Ш.С.М., сходила в комнату, где взяла нож, затем подошла к Ш.С.М. и нанесла ему ножом удар в подключичную область, от которого в последующем наступила смерть последнего. Кроме того, осужденная имела возможность закрыться в своей комнате или уйти из общежития, тем самым прекратив конфликт, однако этого не сделала, продолжила ссору с Ш.С.М., в ходе которой убила его.

Вопреки утверждениям осужденной, о ее умысле лишить Ш.С.М. жизни свидетельствуют характер нанесения ударов, орудие, которое использовалось при совершении преступления, способ совершения преступления, которые являются достоверно установленными и доказанными в уголовном деле. ФИО1 целенаправленно нанесла Ш.С.М. удары ножом в жизненно важные области, где расположено множество органов. Все это свидетельствует о том, что она осознавала опасность своих действий, предвидела возможность наступления смерти Ш.С.М., и желала этого, довела свой преступный умысел до конца. Оснований сомневаться в данных выводах у судебной коллегии не имеется.

Вопреки доводам апелляционной жалобы осужденной, медицинская справка ГАУЗ СО ГБ № 36 от 11 мая 2024 года об обнаружении у нее телесных повреждений (т.2 л.д. 140) не свидетельствует о ее невиновности, а как верно указал суд первой инстанции, лишь подтверждает установленное в ходе судебного разбирательства смягчающее обстоятельство - противоправное и аморальное поведение потерпевшего, явившееся поводом для совершения ФИО1 преступления.

Доводы осужденной о том, что в нарушение закона следователем не были удовлетворены ее ходатайства, являются несостоятельными, поскольку органы предварительного расследования самостоятельно принимают решения о проведении тех или иных следственных и процессуальных действий. Оснований, свидетельствующих о необъективности и предвзятости органа предварительного следствия, а также нарушениях уголовно-процессуального закона органом расследования при собирании доказательств, по настоящему уголовному делу не установлено.

Вопреки доводам осужденной, обвинительное заключение составлено в соответствии с требованиями УПК Российской Федерации.

Все доказательства оценены в соответствии с правилами, предусмотренными статьями 17, 87, 88 УПК Российской Федерации. Оснований не доверять им у суда не имелось, поскольку получены они с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, последовательны, согласуются между собой и дополняют друг друга, каких-либо противоречий, которые могли бы повлиять на выводы о виновности и квалификацию действий осужденной, либо быть иным образом истолкованы в ее пользу, не содержат, в связи с чем правильно были положены в основу приговора и признаны достаточными для выводов о виновности ФИО1 в совершении преступления, за которое она осуждена. В соответствии с п. 2 ст.307 УПК Российской Федерации суд привел основания, по которым принял одни доказательства и отверг другие. Доводы апелляционных жалоб осуженной и ее защитника по существу сводятся к переоценке доказательств по делу, к чему оснований судебная коллегия не усматривает.

Таким образом, судом правильно установлены фактические обстоятельства преступления и в соответствии с ними оно верно квалифицировано по ч. 1 ст. 105 УК Российской Федерации - убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку. Оснований для иной квалификации действий ФИО1 не имеется.

При назначении наказания судом учтены характер и степень общественной опасности совершенного преступления, относящегося к категории особо тяжких, направленного против жизни и здоровья, данные о личности осужденной, влияние наказания на ее исправление и на условия жизни ее семьи.

Правильно установлены смягчающие обстоятельства, к числу которых суд на основании п.п. «г,з» ч. 1 ст. 61 УК Российской Федерации отнес наличие малолетнего ребенка; противоправность и аморальность поведения потерпевшего, явившиеся поводом для преступления, выразившееся в том, что Ш.С.М. был инициатором конфликта, применил к ФИО1 физическое насилие.

Между тем, противоправность и аморальность поведения потерпевшего не свидетельствует о нахождении осужденной в состоянии необходимой обороны или о превышении ее пределов. В данном случае мотив преступления, обусловленный личной неприязнью вследствие противоправного поведения потерпевшего, способствовавшего своим поведением развитию конфликта, не изменяет формы вины осужденной, а напротив, свидетельствует о наличии у нее умысла на убийство пострадавшего.

В соответствии с ч. 2 ст. 61 УК Российской Федерации суд учел принесение извинений потерпевшим, неудовлетворительное состояние здоровья ФИО1 и ее близких родственников.

Каких-либо иных обстоятельств, обуславливающих смягчение Л.Е.ВБ. наказания, но не установленных судом или не учтеных им в полной мере, не имеется.

Судом верно установлено наличие в действиях ФИО1 отягчающего обстоятельства на основании п. «а» ч. 1 ст. 63 УК Российской Федерации - рецидива преступлений, вид которого является особо опасным в силу п.«б»ч. 3 ст.18 УК Российской Федерации.

Иных отягчающих наказание обстоятельств судом не установлено.

При наличии отягчающего наказание обстоятельства правовых оснований для применения положений ч. 6 ст. 15 УК Российской Федерации не имеется.

При назначении наказания осужденной суд верно не усмотрел исключительных обстоятельств, предусматривающих смягчение наказания с применением положений ст. 64 УК Российской Федерации, как и оснований для применения ч. 3 ст. 68, ст. 73, ч. 1 ст. 82 УК Российской Федерации. Не усматривает таковых и судебная коллегия.

Суд первой инстанции, проанализировав обстоятельства преступления, сведения о личности осужденной, пришел к верному выводу о назначении ей наказания в виде реального лишения свободы, без назначения дополнительного наказания, что в приговоре надлежащим образом мотивировано и не вызывает сомнений в правильности. По своим виду и размеру наказание соответствует санкции ч. 1 ст. 105 УК Российской Федерации, назначено с учетом ч. 2 ст. 68 УК Российской Федерации. Назначенное ФИО1 наказание является справедливым, соразмерным содеянному, оснований для его изменения судебная коллегия не усматривает. Окончательное наказание ФИО1 назначено верно по совокупности приговоров на основании ст. 70 УК Российской Федерации, поскольку последняя совершила преступление в период отбывания наказания по приговору Октябрьского районного суда г.Екатеринбурга от 09 июня 2021 года.

Вид исправительного учреждения для отбывания лишения свободы – исправительная колония общего режима назначен в соответствии с п. «б» ч. 1 ст. 58 УК Российской Федерации правильно.

Вопреки доводам апелляционной жалобы осужденной, судом правильно определено, что период ее содержания под стражей подлежит зачету в срок отбытия наказания на основании ч. 3.2 ст. 72 УК Российской Федерации, поскольку в действиях ФИО1 имеется особо опасный рецидив преступлений.

Гражданский иск потерпевшего Ш.М.К. о взыскании с осужденной компенсации морального вреда, причиненного преступлением, вопреки доводам апелляционных жалоб, разрешен в соответствии с требованиями ст.ст. 151, 1101 ГК Российской Федерации, с учетом обстоятельств дела, нравственных страданий потерпевшего, связанных с его индивидуальными особенностями. При определении размера компенсации учтены требования разумности и справедливости.

Ввиду отсутствия апелляционного повода, судебной коллегией не обсуждается вопрос о судьбе гражданского иска потерпевшей Ш.А.В. (т. 3 л.д. 73), а также установленный судом размер процессуальных издержек, связанный с вознаграждением защитника, участвовавшего в ходе следствия (т.2 л.д. 244-245, т. 3 л.д. 16). Вопрос по процессуальным издержкам может быть разрешен в порядке, предусмотренном гл. 47 УПК Российской Федерации. В случае наличия у потерпевшей Ш.А.В. исковых требований, данный вопрос может быть разрешен в порядке гражданского судопроизводства.

Вместе с тем, судебная коллегия соглашается с доводами апелляционного представления о наличии в приговоре технических ошибок, которые подлежат исправлению, а именно в резолютивной части приговора подлежит изменению норма закона, на которую суд сослался при назначении окончательного наказания - п. «б» ч. 1 ст. 72 УК Российской Федерации, с указанием верной нормы - п. «б» ч. 1 ст. 71 УК Российской Федерации. Также во вводной части приговора необходимо указать об участии в ходе рассмотрения дела государственных обвинителей: помощников прокурора Октябрьского района г.Екатеринбурга Епураш Я.В., ФИО2, А.Е.ЮБ., что подтверждается протоколом судебного заседания.

Кроме того, во вводной части приговора при указании сведений о судимостях ФИО1 судом допущена техническая ошибка в наименовании суда, вынесшего постановление от 15 ноября 2023 года - Красноуральский городской суд Свердловской области, вместо верного указания - Краснотурьинский городской суд Свердловской области, что также подлежит исправлению.

Вносимые судебной коллегией в приговор изменения не влияют на законность и обоснованность вынесенного итогового решения по делу, а также не влекут нарушения прав и законных интересов участников по делу.

Таким образом, оснований для удовлетворения апелляционных жалоб осужденной и ее защитника не имеется, апелляционное представление подлежит удовлетворению. Каких либо оснований, влекущих отмену или другое изменение судебного решения, судебной коллегией не усматривается.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 389.13, 389.15, 389.20, 389.26, 389.28 УПК Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

приговор Октябрьского районного суда г. Екатеринбурга от 03 сентября 2025года в отношении ФИО1 изменить:

- во вводной части приговора указать на участие государственных обвинителей: помощников прокурора Октябрьского района г. Екатеринбурга Епураш Я.В., ФИО2, А.Е.ЮБ.;

- во вводной части приговора при указании сведений о судимостях считать верным ссылку на постановление Краснотурьинского городского суда Свердловской области от 15 ноября 2023 года, вместо ошибочно указанного постановления Красноуральского городского суда Свердловской области от 15ноября 2023 года;

- в резолютивной части приговора при назначении окончательного наказания на основании ст. 70 УК Российской Федерации считать верным ссылку на п. «б» ч. 1 ст. 71 УК Российской Федерации, вместо ошибочно указанного п. «б» ч. 1 ст. 72 УК Российской Федерации.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденной и её защитника - без удовлетворения, апелляционное представление удовлетворить.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его провозглашения и может быть обжаловано в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК Российской Федерации, в течение 6 месяцев со дня вступления приговора в законную силу, а осужденной, содержащейся под стражей, – в тот же срок со дня получения копии такого приговора.

Осужденная вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции, поручать осуществление своей защиты избранному защитнику, либо ходатайствовать о назначении защитника.

Председательствующий А.В. Пушкарев

Судьи: Ю.А. Шкляева

Т.В. Наделяева