Приговор № 1-25/2019 от 3 июня 2019 г. по делу № 1-25/2019

у.д. № 1-25/2019 (№ 11901950010000005)


ПРИГОВОР

именем Российской Федерации

с. Боград 04 июня 2019 года

Боградский районный суд Республики Хакасия в составе

председательствующего судьи Норсеевой И.Н.,

при секретаре Беляевой Н.П.,

с участием

государственных обвинителей прокурора Боградского района Сычева А.С., ст. помощника прокурора Боградского района Чистанова В.С., помощника прокурора Боградского района Ермак М.С.,

потерпевшей (ФИО потерпевшей),

представителя потерпевшей ФИО1,

подсудимого ФИО2,

защитника – адвоката Соловьева А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО2, родившегося (дата), проживающего по (адрес), судимого:

- 15 ноября 2006 года Шушенским районным судом Красноярского края (с учетом изменений, внесенных постановлением Абаканского городского суда от 25 апреля 2011 года) по п. «а» ч. 3 ст.158 УК РФ к 2 годам 2 месяцам лишения свободы, в соответствии со ст. 73 УК РФ условно, с испытательным сроком 2 года. Постановлением от 10 апреля 2007 года испытательный срок продлен на 1 месяц;

- 18 июня 2007 года Шушенским районным судом Красноярского края (с учетом изменений, внесенных постановлением Абаканского городского суда от 25 июля 2011 года) по п. «а» ч. 3 ст. 158, ч. 1 ст. 161, ч. 3 ст. 69 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы, в соответствии с ч. 5 ст. 74, ст. 70 УК РФ (по приговору от 15 ноября 2006 года) к 2 годам 8 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима;

- 30 января 2008 года Шушенским районным судом Красноярского края (с учетом изменений, внесенных постановлением Шушенского районного суда от 21 марта 2008 года, постановлением Черногорского городского суда от 19 октября 2009 года, постановлением Абаканского городского суда от 25 июля 2011 года) по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ, ч. 2 ст. 167 УК РФ, в соответствии с ч. 3 ст. 69, ч. 5 ст. 69 УК РФ по приговору от 18 июня 2007 года), ст. 70 УК РФ (по приговору от 15 ноября 2006 года) к 2 годам 9 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима. Постановлением от 16 декабря 2008 года освобожден условно-досрочно на неотбытый срок 1 год 8 месяцев 18 дней;

- 03 ноября 2009 года Абаканским городским судом (с учетом изменений, внесенных постановлением Президиума Верховного Суда Республики Хакасия от 03 ноября 2011 года) по ч. 2 ст. 228 УК РФ, в соответствии с п. «в» ч. 7 ст. 79 УК РФ, ст. 70 УК РФ (по приговору от 30 января 2008 года) к 4 годам 1 месяцу лишения свободы со штрафом в размере 50 000 рублей с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. Постановлением Черногорского городского суда Республики Хакасия от 07 декабря 2012 года освобожден условно-досрочно на неотбытый срок 11 месяцев 14 дней;

- 27 февраля 2014 года Усть-Абаканским районным судом Республики Хакасия (с учетом изменений, внесенных постановлением Абаканского городского суда от 14 ноября 2016 года) по п. «г» ч. 2 ст. 158 УК РФ, п. «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ, ч. 2 ст. 69 УК РФ к 1 году 11 месяцам лишения свободы, в соответствии с пп. «б, в» ч. 7 ст. 79 УК РФ, ст. 70 УК РФ (по приговору от 03 ноября 2009 года) к 2 годам 9 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима;

- 15 апреля 2014 года мировым судьей судебного участка № 1 г. Черногорска Республики Хакасия (с учетом изменений, внесенных постановлением Абаканского городского суда от 14 ноября 2016 года) по ч. 1 ст. 167 УК РФ к 1 году лишения свободы, в соответствии с ч. 5 ст. 69 УК РФ (по приговору от 27 февраля 2014 года) к 3 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. Освобожден 03 февраля 2017 года по отбытии срока наказания;

- 24 июля 2018 года Черногорским городским судом Республики Хакасия по ч. 1 ст. 314.1 УК РФ к 6 месяцам лишения свободы, в соответствии со ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком 1 год;

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 совершил тайное хищение чужого имущества с причинением значительного ущерба гражданину при следующих обстоятельствах.

В период времени с 13 часов 07 декабря 2018 года до 16 часов 02 января 2019 года ФИО2, находясь в состоянии алкогольного опьянения, имея единый умысел на продолжаемое хищение чужого имущества, с причинением значительного ущерба гражданину, с целью его противоправного, безвозмездного изъятия и обращения в свою пользу, действуя из корыстных побуждений, проживая в доме, расположенном по (адрес), путем свободного доступа, воспользовавшись отсутствием собственника имущества (ФИО потерпевшей), тайно похитил принадлежащий ей бензиновый генератор, стоимостью 24 395 рублей.

Далее, 02 января 2019 года около 16 часов ФИО2, находясь в состоянии алкогольного опьянения, продолжая свой преступный умысел, направленный на тайное хищение чужого имущества, с причинением значительного ущерба гражданину, действуя из корыстных побуждений, с целью безвозмездного, противоправного изъятия чужого имущества и обращения в свою пользу, находясь на территории усадьбы (адрес), путем свободного доступа из надворной постройки хозяйственного назначения, расположенной на территории усадьбы указанного дома, воспользовавшись отсутствием собственника имущества (ФИО потерпевшей), тайно похитил принадлежащую ей бензопилу, стоимостью 4 409 рублей 10 копеек.

Похищенным имуществом ФИО2 распорядился по своему усмотрению, причинив своими действиями (ФИО потерпевшей) значительный материальный ущерб на общую сумму 28 804 рубля 10 копеек.

В судебном заседании подсудимый ФИО2, выражая свое отношение к предъявленному обвинению, вину в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, признал частично, пояснив о согласии с тем, что без разрешения потерпевшей (ФИО потерпевшей) продал принадлежащие ей бензиновый генератор и бензопилу, однако отмечал, что корыстной цели у него не было, планировал в дальнейшем выкупить данные вещи и вернуть потерпевшей.

Будучи допрошен в судебном заседании, подсудимый ФИО2 пояснил, что он с супругой проживал в (адрес) в принадлежащем (ФИО потерпевшей) в доме, (ФИО потерпевшей) покупала продукты питания, помогала им. (ФИО потерпевшей) планировала разводить скот, а они должны были присматривать за скотом. Потерпевшая решила приобрести благоустроенный дом в (адрес), 17 ноября 2018 года он и (ФИО свид.5) переехали в приобретенный (ФИО потерпевшей) дом, занимались восстановлением системы отопления, деньги на это давала (ФИО свид.4). Все имущество в доме принадлежало (ФИО потерпевшей) Каких-либо договорных обязательств у потерпевшей перед ним не было, она ничего не была ему должна. Никаких прав на бензиновый генератор, бензопилу, принадлежащие потерпевшей, у него не было, он мог только пользоваться вещами (ФИО потерпевшей), распоряжаться ими, продавать, она ему не разрешала. Договора о том, что (ФИО потерпевшей) должна будет им заплатить за то, что они будут присматривать за домом, восстанавливать систему отопления, между ними и потерпевшей не было.

Перед праздниками, 20-25 декабря 2018 года он (ФИО3) решил продать бензиновый генератор, принадлежащий (ФИО потерпевшей), чтобы купить продукты питания, намерения похищать бензиновый генератор у него не было, думал, в последующем выкупить и вернуть его потерпевшей. Он (ФИО3) оставил бензиновый генератор (ФИО свид.3) в залог за 1000 рублей. Затем, позвонив (ФИО свид.2), предложил тому в залог бензиновый генератор, тот не согласился взять в залог, тогда он продал ему бензиновый генератор за 5000 рублей, на эти деньги приобретал продукты питания, пиво.

Во время распития спиртного с (ФИО свид.3), он (ФИО3) предложил тому купить принадлежащую (ФИО потерпевшей) бензопилу, тот согласился, отдав за это 1000 рублей.

Несмотря на избранную подсудимым ФИО2 позицию защиты, отрицающего наличие у него корыстной цели на хищение имущества потерпевшей и как следствие, отсутствие в его действиях состава преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, суд, исследовав и оценив собранные по делу доказательства в их совокупности, проанализировав показания подсудимого, данные им как в судебном заседании, так и данные в ходе предварительного следствия, находит, что событие преступления, а также вина ФИО2 в совершении преступления при установленных и изложенных в приговоре обстоятельствах доказана и подтверждается помимо показаний ФИО2, данных им в ходе предварительного следствия, показаниями потерпевшей (ФИО потерпевшей), свидетелей (ФИО свид.5), (ФИО свид.3), (ФИО свид.2), (ФИО свид.4), (ФИО свид.1), протоколами следственных действий и другими материалами дела, исследованными в ходе судебного следствия.

В связи с наличием существенных противоречий между вышеприведенными показаниями ФИО2, данными в судебном заседании и показаниями, данными им в ходе предварительного следствия, в порядке, предусмотренном ст. 276 УПК РФ, были оглашены ранее данные подсудимым показания.

Согласно исследованным судом в порядке п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК РФ показаниям ФИО2, данным при допросе в качестве подозреваемого, следует, что с октября 2018 года до начала декабря 2018 года он с (ФИО свид.5) проживал в доме (ФИО потерпевшей) в (адрес), а в начале декабря 2018 года они с (ФИО свид.5) переехали в дом, расположенный по (адрес), который собиралась выкупить (ФИО потерпевшей), а они хотели присматривать за домом и управляться по хозяйству. В дом (ФИО потерпевшей) перевезла свое имущество: мебель, бытовую технику, инструменты, бензопилу, бензиновый генератор, чтобы они проживали комфортно. Переехав, они выполняли работы по благоустройству дома, наладили отопление. Продукты питания им покупала (ФИО свид.4) по просьбе (ФИО потерпевшей) Через несколько дней после переезда, в декабре 2018 года в дневное время он употреблял спиртное, после того, как спиртное закончилось, желая продолжить употреблять, около 16-17 часов решил продать имущество, принадлежащее (ФИО потерпевшей), у нее ничего не спрашивал, зная, что та не разрешит продавать. На веранде дома, в котором он проживал, находился бензиновый генератор, мощностью 4,5 кВт, в исправном состоянии. Он спросил у соседа (ФИО свид.3), кому можно продать бензиновый генератор, тот не знал, тогда он попросил (ФИО свид.3) занять ему 1000 рублей, а в залог оставить бензиновый генератор, сказав, что генератор принадлежит ему, тот согласился. Они с (ФИО свид.3) перенесли бензиновый генератор на веранду дома (ФИО свид.3), тот отдал ему (ФИО3) 1000 рублей. На эти деньги он купил спиртное и продукты питания, пояснив (ФИО свид.5), что оставил генератор в залог у (ФИО свид.3)

На следующий день, допив спиртное, около 15-16 часов он (ФИО3) позвонил (ФИО свид.2), предложил ему купить бензиновый генератор за 8 000 рублей, тот согласился купить за 5000 рублей. (ФИО свид.5) отговаривала его от продажи генератора, он не слушал. С (ФИО свид.2) они подъехали к дому (ФИО свид.3), он (ФИО3) забрал бензиновый генератор, погрузил в машину (ФИО свид.2), тот заплатил ему 5000 рублей. По его просьбе (ФИО свид.2) свозил его в магазин, купить спиртное и продукты, возле магазина встертил (ФИО свид.6), сказал, что забрал у него бензиновый генератор, (ФИО свид.2) пояснил (ФИО свид.3), что купил генератор за 5000 рублей. Денежные средства от продажи генератора он (ФИО3) потратил на свои нужды.

02 января 2019 года в дневное время к нему пришел (ФИО свид.6), вместе они распивали спиртное, около 16 часов он (ФИО3) предложил (ФИО свид.6) купить у него бензопилу за 2000 рублей, поскольку был должен 1000 рублей, (ФИО свид.3) заплатит всего 1000 рублей. Он (ФИО3) принес из сарая показал и завел бензопилу, (ФИО свид.5) отговаривала продавать бензопилу, но он не слушал. Он (ФИО3) убедил (ФИО свид.3), что бензопила принадлежит ему, тот согласился, заплатив 1000 рублей, вырученные деньги он потратил на свои нужды.

04 января 2019 года он находился в состоянии алкогольного опьянения, поругался с (ФИО свид.5), приехала собственница дома (ФИО свид.4), затем приехали сотрудники полиции и (ФИО потерпевшей), стали спрашивать про бензиновый генератор и бензопилу, он (ФИО3) рассказал, когда и кому продал указанное имущество.

ФИО4 обязательств у (ФИО потерпевшей) перед ним не было, она разрешала ему пользоваться всем привезенным имуществом, однако распоряжаться по своему усмотрению не разрешала. Вину в совершении кражи чужого имущества признает полностью, в содеянном раскаивается (т. 1 л.д. 86-91)

Будучи допрошен в качестве обвиняемого ФИО2 показал, что в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого верно указано время, место и способ совершения им преступления, согласен с суммой ущерба. Действительно в декабре 2018 года решил продать имущество (ФИО потерпевшей), а вырученными денежными средствами распорядиться по своему усмотрению. Сначала в декабре 2018 года он (ФИО3) продал бензиновый генератор (ФИО свид.2), а в начале января 2019 года продал бензопилу (ФИО свид.3), деньги потратил на свои нужды. Вину признает полностью, в содеянном раскаивается. Подтверждает ранее данные показания в качестве подозреваемого (т. 1 л.д. 111-113).

После оглашения протоколов допросов в качестве подозреваемого и обвиняемого, подсудимый ФИО2 подтвердил оглашенные показания, пояснив, что действительно все происходило так, как указано в протоколах.

Рассматривая допустимость оглашённых протоколов следственных действий, проведённых с участием ФИО2, суд находит, что из их содержания видно, что допросы ФИО2 в качестве подозреваемого, обвиняемого произведены с его согласия, с участием его защитника-адвоката, что само по себе исключает оказание на него какого-либо давления со стороны сотрудников правоохранительных органов либо иных лиц, с надлежащим соблюдением требований уголовно-процессуальных и конституционных норм - перед началом допроса ФИО2 разъяснялись права, предусмотренные ст. 46, 47 УПК РФ и положения ст. 51 Конституции РФ, также ФИО2 был предупрежден о том, что его показания могут быть использованы в качестве доказательства по уголовному делу, в том числе и в случае его последующего отказа от этих показаний, что свидетельствует о добровольном характере дачи показаний. Кроме того, каждая страница протоколов удостоверена подписями ФИО2, а последние — и подписью его защитника, замечаний на протоколы от допрашиваемого и его адвоката не поступало.

Учитывая изложенное и стабильность показаний ФИО2 в ходе предварительного следствия, суд признает его оглашенные показания относимыми, допустимыми и достоверными доказательствами по настоящему делу, поскольку они детальны, логичны, последовательны, согласуются между собой и объективно свидетельствуют о событиях, имевших место в действительности, полностью согласуются с совокупностью иных, исследованных судом, доказательств и подтверждаются письменными материалами дела.

Оценивая показания, данные подсудимым ФИО2 в судебном заседании, суд находит их достоверными только в той части, в которой они подтверждены иными исследованными доказательствами, так суд признает достоверными его показания о том, что он реализовывал принадлежащее (ФИО потерпевшей) имущество, обращая вырученные за него денежные средства в свою пользу. Показания ФИО2, данные им в судебном заседании, об отсутствии в его действиях корыстного мотива и намерении временного использования имущества потерпевшей с последующем возвращением, суд находит недостоверными и расценивает, как реализованный способ защиты ФИО2 от уголовного преследования. При этом суд находит, что названные показания подсудимого последовательно и достоверно опровергаются представленной стороной обвинения совокупностью исследованных судом доказательств.

Так, из показаний потерпевшей (ФИО потерпевшей), данных в судебном заседании, а также исследованных в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ показаний, данных на досудебной стадии, и подтвержденных потерпевшей, следует, что у неё в собственности имеется дом в (адрес), в который она временно вселила своих знакомых (ФИО свид.5) и ФИО2. Она хотела завести скот, а ФИО3 и (ФИО свид.5) ухаживали бы за скотом, для этих целей приобрела в декабре 2018 года дом в (адрес), у (ФИО свид.4), отдав той задаток, перевезла туда свою мебель, бытовую технику, инструменты, в том числе бензопилу и бензиновый генератор. В этот дом 07 декабря 2018 года около 13 часов она вселила своих знакомых ФИО2 и (ФИО свид.5), которые стали проживать там бесплатно.

04 января 2019 года примерно в 15 часов 10 минут ей позвонила (ФИО свид.4), сообщила, что от (ФИО свид.5) ей стало известно, что ФИО2 продал принадлежащую ей ((ФИО потерпевшей)) бензопилу и бензиновый генератор. По данному поводу она обратилась в полицию в с. Боград и с участковым приехала в (адрес), где в доме обнаружила отсутствие бензлопилы , которую приобретала в ноябре 2018 года по объявлению за 4500 рублей, а также бензинового генератора , который приобретала по объявлению за 25 000 рублей. (ФИО свид.5) пояснила, что ФИО5 продал принадлежащий ей ((ФИО потерпевшей)) бензиновый генератор и бензопилу. Своими действиями ФИО2 причинил ей ущерб в размере 28 804 рубля 10 копеек, который является для нее значительным, так как на момент хищения она не работала, доход её семьи составлял (сумма), оплачивает коммунальные услуги. У неё ((ФИО потерпевшей)) перед ФИО2 не было никаких долговых обязательств, она не разрешала ФИО2 продавать принадлежащее ей имущество. Сотрудниками полиции ей была возвращена похищенная у неё бензопила (т. 1 л.д. 28-30, 45-47).

Из исследованных в соответствии с ч. 4 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля (ФИО свид.5) (т. 1 л.д. 77-80) следует, что она состоит в фактических брачных отношениях с ФИО2, в начале декабря 2018 года они вдвоем переехали жить в дом, расположенный по (адрес), который (ФИО потерпевшей) собиралась купить у (ФИО свид.4), а они должны были присматривать за домом, управляться по хозяйству. В дом (ФИО потерпевшей) перевезла свое имущество. (ФИО потерпевшей) предоставила им мебель, бытовую технику, инструменты. Через несколько дней после переезда в декабре 2018 года ФИО2, употребив спиртное, позвонил (ФИО свид.2) из (адрес), предложив тому купить принадлежащий (ФИО потерпевшей) генератор, который накануне он (ФИО3) оставил в залог у (ФИО свид.3) за 1 000 рублей. Она отговаривала ФИО2 продавать генератор, но ФИО2 не слушал, пояснив, что договорится с (ФИО потерпевшей). Через некоторое время приехал (ФИО свид.2), ФИО2 ушел из дома, вернувшись через час, принес продукты питания и спиртное. За сколько и кому продал генератор, не говорил. О том, что ФИО2 продал генератор, она (ФИО потерпевшей) не говорила, опасаясь, что та выселит их из дома.

02 января 2019 года в дневное время в доме, в котором они проживали, ФИО2 употреблял спиртное с соседом (ФИО свид.6). ФИО2 предложил (ФИО свид.6) купить бензопилу, занес её в дом, завел, бензопила была в исправном состоянии, (ФИО свид.3) купил у него бензопилу за 1000 рублей, деньги ФИО2 потратил на спиртное и продукты питания. Она отговаривала продавать бензопилу, но ФИО2 пояснял, что договорится с (ФИО потерпевшей). О том, что ФИО2 продал бензопилу (ФИО потерпевшей) она не сообщила, побоялась, что та выселит их из дома. ФИО2 действовал самостоятельно, у (ФИО потерпевшей) разрешения о продаже её имущества не спрашивал.

04 января 2019 года ФИО2 употреблял спиртное, они поругались, приехала (ФИО свид.4), ей она сообщила, что ФИО2 продал генератор и бензопилу, принадлежащие (ФИО потерпевшей), (ФИО свид.4) позвонила (ФИО потерпевшей), которая приехала через некоторое время с сотрудниками полиции, они проследовали в отдел полиции для дачи объяснений по факту кражи имущества (ФИО потерпевшей)

Из исследованных в соответствии с ч. 1 ст. 281 УПК РФ по согласию сторон показаний свидетеля (ФИО свид.3) следует, что примерно в середине декабря 2018 года, дату не помнит, ФИО5 спросил, кому можно продать бензиновый генератор, затем попросил занять ему 1000 рублей, за это бензиновый генератор оставил ему в залог, пояснив, что бензогенератор принадлежит ему. Бензиновый генератор они с ФИО2 перенесли к нему ((ФИО свид.3)) домой. На следующий день он ((ФИО свид.3)) встретил ФИО3 и (ФИО свид.2), ФИО3 пояснил, что забрал у него из дома бензиновый генератор и продал (ФИО свид.2). (ФИО свид.2) пояснил, что купил бензиновый генератор за 5 000 рублей.

02 января 2019 года около 16 часов он ((ФИО свид.3)) распивал спиртное с ФИО3 в доме, в котором жил последний. ФИО2 предложил ему купить у него бензопилу за 2000 рублей, продемонстрировав, завел её, бензопила была в исправном состоянии. ФИО2 убедил его, что бензопила принадлежит ему, он ((ФИО свид.3)) согласился её купить, отдав ФИО2 1000 рублей, так как 1000 рублей ФИО2 был ему должен. Не помнит, отговаривала ли не продавать бензопилу сожительница ФИО2, он не придал этому значения, так как находился в состоянии алкогольного опьянения. Через несколько дней от сотрудников полиции он узнал, что ФИО2 продал ему чужую бензопилу, после этого он добровольно выдал бензопилу сотрудникам полиции (т. 1 л.д. 69-72).

Из показаний свидетеля (ФИО свид.2) данных в судебном заседании, а также исследованных в порядке ч. 3 ст.281 УПК РФ показаний, данных на досудебной стадии, и подтвержденных свидетелем следует, что в декабре 2018 года ему позвонил ФИО2 и предложил купить у него бензиновый генератор за 8000 рублей, сказав, что бензиновый генератор принадлежит ему, он продает его, так как нужны деньги, он ((ФИО свид.2)) согласился приобрести бензогенератор за 5000 рублей. ФИО2 пояснил, что бензиновый генератор находится в залоге у (ФИО свид.3). С ФИО2 на его ((ФИО свид.2)) автомобиле они подъехали к дому (ФИО свид.6), ФИО5 вынес бензиновый генератор он ((ФИО свид.2)) расчитался с ФИО2, заплатив ему 5000 рублей. С ФИО5 они поехали в магазин , где встретили (ФИО свид.6). ФИО3 пояснил (ФИО свид.3), что забрал у того бензиновый генератор и продал ему ((ФИО свид.2)) за 5000 рублей. В магазине ФИО3 приобрел продукты питания и спиртное. У себя дома он ((ФИО свид.2)) проверил бензиновый генератор, он был в исправном состоянии, через три дня он продал незнакомым цыганам этот бензиновый генератор за 15 000 рублей (т. 1 л.д. 56-58)

Как следует из досудебных показаний свидетеля (ФИО свид.4), исследованных судом в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ, в начале декабря 2018 года она заключила с (ФИО потерпевшей) предварительный договор купли-продажи принадлежащего ей дома, расположенного по (адрес), через неделю (ФИО потерпевшей) перевезла в указанный дом свое имущество и заселила молодую пару – ФИО5 и (ФИО свид.5) для того, чтобы те присматривали за домом и управлялись по хозяйству. (ФИО потерпевшей) попросила периодически покупать и доставлять жильцам её дома продукты питания, на которые та будет давать деньги.

04 января 2019 года примерно в 15 часов, она подъехала к дому по указанному адресу, чтобы забрать свои вещи, (ФИО свид.5) попросила её защитить от ФИО2, так как тот находился в состоянии алкогольного опьянения, также (ФИО свид.5) рассказала ей, что ФИО2 с декабря 2018 года продал бензиновый генератор и бензопилу, принадлежащие (ФИО потерпевшей). Про это она ((ФИО свид.4)) рассказала по телефону (ФИО потерпевшей), через некоторое время (ФИО потерпевшей) приехала с сотрудниками полиции (т. 1 л.д. 74-76).

Из показаний свидетеля (ФИО свид.1) данных в судебном заседании, а также исследованных в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ показаний, данных на досудебной стадии, и подтвержденных свидетелем следует, что 04 января 2019 года около 17 часов в участковый пункт полиции обратилась (ФИО потерпевшей), сообщив, что у неё имеется дом по (адрес), из этого дома ФИО2 совершил хищение принадлежащего ей имущества, после этого он и (ФИО потерпевшей) выехали на место происшествия. По прибытию на место, видел, что в доме находился подсудимый ФИО2 в состоянии алкогольного опьянения, также там была молодая девушка. На вопросы (ФИО потерпевшей) ФИО2 пояснял, что продал бензиновый генератор (т. 1 л.д. 54-55).

Давая оценку показаниям потерпевшей (ФИО потерпевшей), свидетелей (ФИО свид.5), (ФИО свид.3), (ФИО свид.2), (ФИО свид.4), (ФИО свид.1), суд исходит из того, что ни у кого из допрашиваемых лиц не имелось повода для оговора подсудимого, также в деле не содержится данных о наличии неприязненных отношений между подсудимым и потерпевшей, свидетелями, послуживших поводом к даче ложных показаний, в этой связи оснований сомневаться в целом в достоверности показаний потерпевшей, свидетелей, не имеется. Показания потерпевшей и указанных свидетелей отличаются определенной логикой и последовательностью, объективно подтверждаются письменными материалами дела. В своих показаниях они детально рассказали об обстоятельствах известного им события. Достоверность показаний свидетелей (ФИО свид.5), (ФИО свид.3), (ФИО свид.2), (ФИО свид.4), (ФИО свид.1) сторонами не оспаривается. Противоречий в показаниях потерпевшей, свидетелей по значимым для доказывания по делу обстоятельствам не имеется. Наличие противоречий в показаниях потерпевшей (ФИО потерпевшей), свидетелей (ФИО свид.2), (ФИО свид.1), данных в судебном заседании и в ходе предварительного расследования в части даты, времени произошедших событий обусловлено свойствами человеческой памяти.

Показания потерпевшей (ФИО потерпевшей), свидетелей (ФИО свид.5), (ФИО свид.3), (ФИО свид.2), (ФИО свид.4), (ФИО свид.1) относительно обстоятельств хищения ФИО2 имущества (ФИО потерпевшей) и обращения похищенного имущества в его пользу, согласуются как друг с другом, так и с показаниями самого подсудимого ФИО2, данными им в ходе предварительного расследования.

Допросы свидетелей (ФИО свид.5), (ФИО свид.3), (ФИО свид.2), (ФИО свид.4), (ФИО свид.1) в ходе предварительного следствия проведены с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства, а протоколы следственных действий составлены в соответствии с требованиями ст. 56, 166, 190 УПК РФ. С протоколами допроса свидетели ознакомились и собственноручно удостоверили правильность изложения своих показаний.

Данных о какой-либо личной заинтересованности потерпевшей и свидетелей в исходе настоящего уголовного дела, не имеется. Таким образом, оснований для признания вышеприведенных показаний потерпевшей и свидетелей в качестве недопустимых либо недостоверных не имеется. При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что вышеприведенные показания потерпевшей (ФИО потерпевшей) и свидетелей (ФИО свид.5), (ФИО свид.3), (ФИО свид.2), (ФИО свид.4), (ФИО свид.1) подтверждают виновность подсудимого ФИО2 в хищении имущества (ФИО потерпевшей), а именно бензинового генератора и бензопилы при установленных судом обстоятельствах.

Кроме вышеуказанных доказательств вина подсудимого ФИО2 в совершении им преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, подтверждается письменными материалами дела, исследованными в судебном заседании в порядке, предусмотренном ст. 285 УПК РФ, в частности:

Согласно рапорту оперативного дежурного отдела полиции по Боградскому району 04 января 2019 года в 17 часов от участкового уполномоченного полиции (ФИО свид.1) поступило сообщение, что с декабря 2018 года по 04 января 2019 года неустановленное лицо из (адрес) совершило хищение имущества, принадлежащего (ФИО потерпевшей) (т. 1 л.д. 5).

Согласно заявлению (ФИО потерпевшей) от 04 января 2019 года, она просит привлечь к уголовной ответственности ФИО2, который в период с 15 декабря 2018 года по 02 января 2019 года путем свободного доступа из дома (адрес) похитил бензиновый генератор, бензопилу (т. 1 л.д. 6).

Протоколом осмотра места происшествия от 04 января 2019 года зафиксирована обстановка в доме (адрес), участвующая в ходе осмотра (ФИО потерпевшей) пояснила об отсутствии на веранде дома находившегося там ранее бензинового генератора, и об отсутствии в помещении углярки находившейся там бензопилы (т. 1 л.д. 8-14).

Согласно протоколу изъятия от 04 января 2019 года (ФИО свид.3) выдал бензопилу (л.д. 20-21), которая была осмотрена (т. 1 л.д. 48-50), признана вещественным доказательством и возвращена под сохранную расписку законному владельцу (т. 1 л.д. 51, 52, 53).

Согласно заключению эксперта (номер) от 24 января 2019 года рыночная стоимость бензопилы составляет 4 409 рублей 10 копеек, рыночная стоимость бензинового генератора составляет 24 395 рублей (т. 1 л.д. 100-103).

Таким образом, оценивая в совокупности исследованные доказательства с точки зрения их относимости и допустимости, суд приходит к однозначному выводу о том, что данные доказательства достоверно доказывают вину подсудимого ФИО2 в совершении тайного хищения имущества (ФИО потерпевшей), с причинением значительного ущерба гражданину.

Судом достоверно установлено, что хищение имущества, принадлежащего потерпевшей (ФИО потерпевшей), вопреки доводам стороны защиты, подсудимым ФИО2 совершено тайным способом, поскольку на момент его совершения бензиновый генератор и бензопила находились вне владения потерпевшей (ФИО потерпевшей), свидетели (ФИО свид.6), (ФИО свид.2) были введены ФИО2 в заблуждение относительно того, кто является собственником указанных бензинового генератора и бензопилы, при этом потерпевшая (ФИО потерпевшей) не давала согласия на отчуждение принадлежащего ей имущества, сам подсудимый осознавал, что действует тайно, скрывая информацию о волеизъявлении собственника бензинового генератора и бензопилы. Подсудимый ФИО2 осознавал, что безвозмездно завладевает чужим имуществом, причиняя ущерб потерпевшей, и действовал умышленно из корыстных побуждений.

Изъятие имущества признается совершенным с корыстной целью, если виновный преследует намерение обратить его в свою пользу или в пользу других лиц.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 года № 29 "О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое", не образует состава кражи противоправные действия, направленные на завладение чужим имуществом не с корыстной целью, а например, с целью его временного использования с последующим возвращением собственнику либо в связи с предполагаемым правом на это имущество. В зависимости от обстоятельств дела такие действия при наличии к тому оснований подлежат квалификации по ст. 330 УК РФ или другим статьям Уголовного кодекса РФ.

Вопреки позиции подсудимого, поясняющего об отсутствии у него корыстной цели и намерении вернуть потерпевшей имущество, обстоятельства совершенного преступления, место и способ совершенного преступления свидетельствуют о наличии у ФИО2 прямого умысла именно на тайное хищение имущества, принадлежащего (ФИО потерпевшей), поскольку по настоящему уголовному делу установлено, что ФИО2 каким-либо правом на похищенные бензиновый генератор и бензопилу не обладал, каких-либо обязательств у (ФИО потерпевшей) перед ФИО2 не было, вопреки воле собственника ФИО2 решил распорядиться бензиновым генератором и бензопилой, указанные обстоятельства свидетельствуют о незаконном изъятии чужого имущества в отсутствие его собственника. Доводы подсудимого о том, что он намеревался через некоторое время вернуть потерпевшей бензиновый генератор и бензопилу, суд находит недостоверными, расценивая в качестве способа защиты, поскольку ФИО2 не просто завладевал чужим имуществом, но и продал его, поясняя свидетелям, что бензиновый генератор и бензопила принадлежат именно ему и он имеет законное право распоряжаться ими.

ФИО2 действовал именно из корыстных побуждений, поскольку продал принадлежащее потерпевшей имущество, вырученные от продажи деньги потерпевшей не передавал, а потратил их на собственные нужды, тем самым обратив похищенное имущество в свою пользу.

Хищение является оконченным, поскольку подсудимый имел реальную возможность распорядиться и распорядился похищенным по своему усмотрению.

Вопреки мнению защитника-адвоката оснований для переквалификаций действий подсудимого ФИО2 на ст. 330 УК РФ – самоуправство, не имеется, каких-либо прав (действительных либо предполагаемых) на имущество потерпевшей у ФИО2 не установлено.

С учетом имущественного положения потерпевшей, не работающей на момент хищения принадлежащего ей имущества, доход которой состоял из алиментных обязательств в размере (сумма) в месяц, с учетом размера причинного ущерба – 28 804 рубля 10 копеек, суд приходит к выводу, что причиненный потерпевшей хищением ущерб является значительным. При этом возвращение потерпевшей в ходе предварительного расследования бензопилы стоимостью 4 409 рублей 10 копеек, после её обращения в правоохранительные органы, не влияет на квалификацию действий виновного и не свидетельствует об отсутствии в действиях ФИО2 квалифицирующего признака – причинение значительного ущерба гражданину.

Существенных нарушений уголовно-процессуального закона в ходе предварительного расследования при собирании доказательств, влияющих на доказанность вины подсудимого, а также препятствующих принятию по делу решения, не допущено.

Суд полагает, что доказательств по делу исследовано достаточно и, оценив их в совокупности, приходит к выводу, что установленные судебным разбирательством обстоятельства дают полные основания для вывода о виновности ФИО2 в хищении имущества (ФИО потерпевшей) и квалифицирует действия ФИО2 по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, как кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенное с причинением значительного ущерба гражданину.

Оснований для освобождения ФИО2 от уголовной ответственности и наказания суд не усматривает.

В соответствии с ч. 1 ст. 6 УК РФ наказание и иные меры уголовно-правового характера, применяемые к лицу, совершившему преступление, должны быть справедливыми, то есть соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного.

Определяя вид и размер наказания ФИО2, суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, относящегося к категории преступлений средней тяжести, конкретные обстоятельства дела, мотивы и цели его совершения, влияние назначаемого наказания на исправление ФИО2, на условия его жизни и жизни его семьи, также суд учитывает (другие обстоятельства) (т. 1 л.д. 203).

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО2 в соответствии с ч. 1 и 2 ст. 61 УК РФ суд признает: полное признание вины в ходе предварительного расследования, частичное признание вины в ходе судебного разбирательства; активное способствование раскрытию и расследованию преступления, выразившееся в даче признательных показаний; действия, направленные на заглаживание вреда, причиненного потерпевшей, выразившиеся в указании лиц, которым было сбыто похищенное имущество, что способствовало дальнейшему изъятию и возвращению потерпевшей похищенной бензопилы; раскаяние в содеянном.

Обстоятельством, отягчающим наказание ФИО2, в соответствии со ст. 63 УК РФ суд признает рецидив преступлений, поскольку ФИО2 совершил рассматриваемое преступление, имея непогашенные судимости по приговорам суда от 15 ноября 2006 года, 18 июня 2007 года, 30 января 2008 года, 03 ноября 2009 года, 27 февраля 2014 года, 15 апреля 2014 года за совершение умышленных преступлений.

В соответствии с пп. «а, в» ч. 4 ст. 18 УК РФ при признании рецидива преступлений судом не учитывается судимость по приговору от 24 июля 2018 года, поскольку указанным приговором ФИО2 был осужден за совершение умышленного преступления небольшой тяжести, и наказание за которое признавалось условным.

Учитывая, что само по себе совершение преступления в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, не является безусловным и достаточным основанием для признания такого состояния обстоятельством, отягчающим наказание, а также принимая во внимание фактические обстоятельства совершения ФИО2 преступления, данные, свидетельствующие о том, что он ранее употреблял алкоголь, однако степень опьянения не была установлена, а также не установлена прямая связь между употреблением подсудимым ФИО2 алкоголя и совершением им преступления, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для признания состояния опьянения, вызванного употреблением алкоголя, обстоятельством, отягчающим наказание ФИО2

С учетом наличия в действиях ФИО2 обстоятельства, отягчающего наказание, оснований для применения при назначении наказания положений ч. 1 ст. 62 УК РФ, а также для изменения категории совершенного преступления в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ, не имеется.

В силу требований ч. 5 ст. 18 УК РФ рецидив преступлений влечет более строгое наказание на основании и в пределах, предусмотренных Уголовным кодексом Российской Федерации, а также иные последствия, предусмотренные законодательством.

В соответствии с ч. 2 ст. 68 УК РФ срок наказания при любом виде рецидива преступлений не может быть менее одной третьей части максимального срока наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за совершенное преступление, но в пределах санкции соответствующей статьи Особенной части настоящего Кодекса.

В соответствии с ч. 3 ст. 68 УК РФ при любом виде рецидива, при установлении смягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных ст. 61 УК РФ, срок наказания может быть назначен менее одной третьей части максимального срока наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за совершение преступления, но в пределах санкции соответствующей статьи Особенной части УК РФ, а при наличии исключительных обстоятельств, предусмотренных ст. 64 УК РФ может быть назначено более мягкое наказание, чем предусмотрено за данное преступление.

Оснований для применения ст. 64 УК РФ суд не усматривает, поскольку каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами совершенного преступления, поведением подсудимого во время и после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности содеянного, не имеется.

С учетом характера совершенного подсудимым ФИО2 преступления, относящегося к категории преступлений средней тяжести, личности подсудимого, который совершил преступление при рецидиве преступлений, с учетом условий его жизни, влияния наказания на исправление осужденного, наличия, как отягчающего обстоятельства, так и совокупности смягчающих наказание обстоятельств, суд полагает, что исправление ФИО2 возможно только в условиях изоляции от общества, с назначением наказания в виде лишения свободы на определенный срок. Суд полагает невозможным его исправление без реального отбывания наказания и не усматривает оснований для применения ст. 73 УК РФ.

Учитывая принцип индивидуализации ответственности, принимая во внимание совокупность обстоятельств, смягчающих наказание, суд приходит к выводу о возможности назначения ФИО2 наказания в виде лишения свободы с применением ч. 3 ст. 68 УК РФ, без назначения дополнительного наказания в виде ограничения свободы, предусмотренного санкцией ч. 2 ст. 158 УК РФ.

Принимая во внимание, что ФИО2 совершил рассматриваемое преступление, относящееся к категории преступлений средней тяжести, в период испытательного срока по приговору Черногорского городского суда от 24 июля 2018 года, при этом в период испытательного срока допускал нарушения общественного порядка, за что был привлечен к административной ответственности (т. 2 л.д. 7), суд приходит к выводу, что в соответствии с положениями ч. 4 ст. 74 УК РФ условное осуждение по приговору от 24 июля 2018 года подлежит отмене, а окончательное наказание ФИО2 должно быть назначено по правилам ст. 70 УК РФ путем частичного присоединения к назначенному наказанию неотбытой части наказания по приговору от 24 июля 2018 года.

В соответствии с требованиями п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ отбывание наказания ФИО2 следует назначить в исправительной колонии строгого режима.

Суд приходит к твердому убеждению, что назначение ФИО2 более мягкого наказания не сможет в достаточной степени повлиять на исправление осужденного, в тоже время суд считает, что применение к подсудимому ФИО2 более строгого наказания не будет соответствовать принципу справедливости.

Именно такое наказание, по мнению суда, является справедливым, соответствующим характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного, будет отвечать предусмотренным ст. 43 УК РФ целям восстановления социальной справедливости, исправления осужденного, предупреждения совершения им новых преступлений.

В соответствии с п. 10 ч. 1 ст. 308 УПК РФ при постановлении обвинительного приговора должно быть принято решение о мере пресечения в отношении подсудимого до вступления приговора в законную силу.

Постановлением Боградского районного суда от 26 марта 2019 года был объявлен розыск подсудимого ФИО2 с избранием ему меры пресечения в виде заключения под стражу.

Как следует из протокола задержания, подсудимый ФИО2 был задержан 15 апреля 2019 года.

Поскольку суд пришел к выводу, что ФИО2 виновен в совершении умышленного преступления, и ему следует назначить наказание в виде реального лишения свободы, до вступления приговора в законную силу в целях обеспечения исполнения назначенного наказания, а также в целях недопущения со стороны ФИО2 возможности скрыться, суд полагает необходимым оставить ФИО2 меру пресечения в виде заключения под стражей без изменения.

Гражданский иск в ходе предварительного расследования и в судебном заседании не заявлен.

Разрешая вопрос о вещественных доказательствах, суд руководствуется положениями ст. 81, 82 УПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 303-304, 307-309 УПК РФ,

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО2 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 9 (девять) месяцев.

В соответствии с ч. 4 ст. 74 УК РФ отменить ФИО2 условное осуждение по приговору Черногорского городского суда Республики Хакасия от 24 июля 2018 года.

На основании ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров частично присоединить неотбытое наказание по приговору Черногорского городского суда Республики Хакасия от 24 июля 2018 года и окончательно назначить ФИО2 наказание в виде лишения свободы на срок 10 (десять) месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок отбывания наказания ФИО2 исчислять с 04 июня 2019 года.

На основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время содержания под стражей ФИО2 с 15 апреля 2019 года по день вступления приговора в законную силу включительно зачесть в срок лишения свободы из расчета один день содержания лица под стражей за один день отбывания наказания в колонии строгого режима.

До вступления приговора в законную силу меру пресечения в отношении ФИО2 в виде заключения под стражу оставить без изменения с содержанием его в ФКУ СИЗО-1 УФСИН РФ по Республике Хакасия.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Республики Хакасия в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок с момента вручения ему копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе в порядке и в сроки, предусмотренные ст. 389.4 УПК РФ, ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий И.Н. Норсеева