Приговор № 22-2939/2024 от 26 августа 2024 г.

Судья: Шевченко В.И. Дело № 22-2939/2024

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ
ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Барнаул 26 августа 2024 года

Суд апелляционной инстанции Алтайского краевого суда в составе:

председательствующего Жудиной О.Н.,

судей: Маликова А.И., Тараховой Г.П.,

при ведении протокола помощником судьи Демьяненко К.А.,

с участием:

прокурора Гордеевой Н.С.,

адвоката Буторина А.Н. и осужденного ФИО1, (с использованием системы видеоконференц- связи)

потерпевшей ФИО2 №1 (по системе видеоконференц - связи),

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным представлениям прокурора, апелляционным жалобам потерпевшей ФИО2 №1, осужденного ФИО1, адвоката Хилюка В.П. на приговор Ключевского районного суда Алтайского края от 27 февраля 2024 года, которым

ФИО1, ДД.ММ.ГГ года рождения, уроженец <данные изъяты>, несудимый,

- осужден по каждому из двух составов преступления, предусмотренного ч. 2 ст.330 УК РФ, к 2 годам лишения свободы, в соответствии с ч.2 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний к 3 годам лишения свободы, на основании ст.73 УК РФ наказание постановлено считать условным с испытательным сроком 2 года с возложением определенных обязанностей, указанных в приговоре суда.

За ФИО2 №1 признано право на удовлетворение гражданского иска с передачей вопроса о размере возмещения гражданского иска для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

Разрешены вопросы, касающиеся вещественных доказательств и процессуальных издержек.

Заслушав доклад судьи Жудиной О.Н., изложившей обстоятельства дела, существо приговора, апелляционных представления, жалоб как стороны обвинения, так и защиты, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

приговором суда ФИО1 признан виновным в совершении самоуправства, причинившего существенный вред потерпевшим ФИО2 №2 и Б., с применением насилия и угрозой его применения.

Преступления совершены в период с 10 по 31 августа 2017 года, 20 июня 2020 года, 7 мая 2022 года в <адрес> при обстоятельствах, подробно изложенных в судебном заседании.

В судебном заседании осужденный вину не признал.

В апелляционных представлениях прокурор просит об отмене судебного решения и направлении уголовного дела на новое судебное разбирательство. В обоснование, подробно приводя обстоятельства совершенных ФИО1 преступлений, как они установлены судом, не соглашаясь с квалификацией содеянного последним, указывает, что два эпизода незаконного требования ФИО1 у ФИО2 №2 передачи денежных средств в размере 10 000 рублей, разделены значительным разрывом во времени (около трех лет), что не может свидетельствовать о едином продолжаемом умысле на совершение преступления. Указывает прокурор и на несостоятельность ссылки суда в приговоре на предполагаемое право осужденного требовать с потерпевшего проценты в соответствии со ст.395 ГК РФ, поскольку требуемая обвиняемым с потерпевшего сумма денежных средств по первому эпизоду несоизмеримо выше той, на которую он мог бы рассчитывать в соответствии с указанным законом осужденный.

Кроме того, по мнению автора представления у осужденного вообще отсутствовало право требовать у ФИО2 №2 денежные средства ввиду отсутствия договоренности о возврате долга с процентами в случае просрочки, что свидетельствует об отсутствии у осужденного права требовать у потерпевшего денежные средства в указанном судом размере и том, что ФИО1 действовал с корыстным мотивом, а обозначение им незаконно требуемой от ФИО2 №2 денежной суммы в качестве процентов явилось лишь предлогом для предъявления указанного требования. При изложенных обстоятельствах прокурор считает, что выводы суда о переквалификации действий осужденного на ч.2 ст.330 УК РФ и объединение двух отдельных преступлений в один состав является необоснованным. При этом прокурор обращает внимание на необходимость принятия решения по эпизоду, совершенному в период с 10 по 31 августа 2017 года с учетом положений ст.78 УК РФ, поскольку 31 августа 2023 года истекли сроки давности для привлечения ФИО1 к уголовной ответственности за совершение преступления средней тяжести.

Не соглашаясь с переквалификацией действий осужденного на ч.2 ст.330 УК РФ в отношении потерпевшей ФИО2 №1 прокурор указывает, что по делу не установлено изъятие ФИО1 у потерпевшей зарядного устройства и денежных средств в целях возврата долга, так как из показаний потерпевшей и свидетелей не усматривается, что осужденный высказывал требования вернуть денежные средства, по мнению прокурора такие утверждения суда являются предположением. В то же время судом установлено, что действия ФИО1 по отношению к потерпевшей ФИО2 №1 были вызваны желанием изъять у нее имущество с целью воспрепятствовать ее отъезду. По мнению прокурора, выводы суда об отсутствии в действиях осужденного корыстного мотива противоречивы. Напротив, по мнению автора представления, материалами дела установлено, что ФИО1 открыто, противоправно и безвозмездно изъял имущество потерпевшей против ее воли, телефон последней не добровольно возвращен, а демонстративно им разбит, после просьбы ФИО2 №1 о возвращении телефона. При этом, как указал прокурор, сам осужденный как в ходе предварительного, так и судебного следствий своим действиям, фактически представляющим собой объективную сторону инкриминируемых ему преступлений против собственности, не дал, полностью отрицал вменяемые ему деяния, представив собственную версию событий. При указанных обстоятельствах прокурор считает, что органам предварительного следствия действиям ФИО1 дана верная квалификация по двум составам ст.163 УК РФ и ст.161 УК РФ, что как следствие влечет за собой и назначение осужденному более строгого наказания.

Кроме того, прокурор оспаривает выводы суда о передаче гражданского иска ФИО2 №1 для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства, поскольку оснований для производства дополнительных расчетов по иску не имелось.

В кассационной жалобе потерпевшая ФИО2 №1 просит об изменении приговора, квалификации действий ФИО1 по ст.161 и 163 УК РФ и назначении ему 8 лет лишения свободы. Указывает, что на нее и свидетелей в ходе рассмотрения уголовного дела со стороны родственников осужденного оказывалось давление, свидетели принуждались к даче ложных показаний, не соглашается с переквалификацией действий ФИО1 на самоуправство. Излагая обстоятельства совершенных осужденным преступлений, как это было установлено органом предварительного следствия, считает, что в ходе предварительного следствия были получены достаточные доказательства, подтверждающие вину ФИО1 в инкриминируемых ему деяниях, к которым относит показания потерпевших, свидетелей, заключения экспертов, и иные доказательства, изобличающие ФИО1 в совершении преступлений.

Отмечает, что в ходе всего производства по делу ею давались последовательные показания, которые подтверждаются показаниями свидетелей, а показания ФИО1 носили ложные сведения, при этом обращает внимание на показания свидетелей М. и А., которые являются друзьями осужденного. Обращает внимание потерпевшая и на ложные показания ФИО1 об избиении ее П. считает такие показания осужденного фантазией, поскольку все обнаруженные у нее телесные повреждения причинены именно ФИО1 Выражает согласие с заключением эксперта о стоимости похищенного имущества. Обращает внимание, что судом достоверно установлена принадлежность ей телефона, расценивая показания ФИО1 в данной части как защитную версию, направленную на избежание уголовной ответственности. Указывает о несогласии с выводами суда о возвращении ей телефона, поскольку он не был осужденным возвращен, а был разбит. Считает, что действия ФИО1 по факту хищения ее имущества являются оконченными, так как последний побив ее, завладел имуществом, телефон разбил, иное имущество увез в другое место, с места происшествия скрылся. Настаивает на хищении у нее денежных средств в сумме 4600 рублей.

Не соглашается ФИО2 №1 и с квалификацией действий ФИО1 в отношении ФИО2 №2, поскольку как в отношении последнего, так и нее ФИО1 действовал не с целью возврата долга, а с целью хищения принадлежащего им имущества.

Указывает о несогласии с решением суда в части ее исковых требований, просит удовлетворить эти требования в полном объеме.

В кассационной жалобе осужденный не соглашается с приговором суда и просит о его оправдании. В обоснование указывает на неверное указание времени в протоколе его задержания; на нарушение судом разумного срока рассмотрения уголовного дела; на нарушение закона при проведении обыска у него в доме <адрес> по ул. <адрес>, что не было узаконено в суде в течение 3 суток; на отсутствие достаточного времени для подготовки к защите, поскольку время тратилось на этапирование; на неудовлетворение его ходатайств, в которых содержалось 90% доказательств его невиновности. Указывает осужденный и о несогласии с принятыми судом решениями по заявленным им ходатайствам об отводах судье, прокурорам. Считает, что уголовное дело в отношении него было сфабриковано, все следователи следственной группы были заинтересованы в исходе дела и находятся под влиянием действующей администрации <адрес> района. Указывает, что следователь допросил потерпевшую ФИО2 №1 до возбуждения уголовного дела, а затем сам распечатал от ее имени исковое заявление и своей рукой поставил дату. Обращает внимание, что ФИО2 №1 сбежала с квартиры, выделенной ей по программе защиты потерпевших и свидетелей, поскольку на нее оказывалось давление сотрудниками правоохранительных органов, которые заставляли ее писать заявления в отношении него, хотя до 7 мая 2022 года до вечернего времени она являлась ему гражданской супругой. Обращает внимание суда, что потерпевшая занимается поставкой девочек для занятия проституцией, в связи с чем он забрал у нее два паспорта С. и Е., которых ФИО2 №1 планировала отправить в Сургут для занятия проституцией. О сфабрикованности уголовного дела, по мнению осужденного, свидетельствуют показания как самой потерпевшей, так и ее матери, касающиеся изъятия куртки и телефона, при этом осужденный указывает свою версию обстоятельств повреждения как куртки, так и телефона. Кроме того, считает, что зарядное устройство ему было подкинуто в ходе обыска в его жилище в доме <адрес> по ул.<адрес>.

Настаивает, что им преследовалась цель не грабежа и самоуправства, а оказание помощи Е. и С., которые просили его о помощи, чтобы ФИО2 №1 не увезла их заниматься проституцией.

Кроме того, указывает, что возбуждению уголовного дела в отношении ФИО2 №2 послужило заявление, написанное ФИО2 №1 о том, что сотрудники полиции заставляют ее давать против него показания, при этом осужденный указывает, что ФИО2 №2 с заявлением в правоохранительные органы не обращался, скорую не вызывал, все показания ФИО2 №2 и его родственников являются противоречивыми по дате совершения им преступления, считает, что следствие подогнало дату к тому времени, когда ПИ. был оформлен кредит для отдачи ему долга. Оспаривая показания потерпевшего ФИО2 №2, осужденный ссылается на фотографии последнего, чем, по его мнению, опровергаются показания ФИО2 №2 о причинении ему вертикального шрама на губе при применении к нему насилия, имевшего места в период с 10 по 31 августа 2017 года.

Указывает осужденный и на то, что неоднократно заявлял ходатайства о повторном вызове потерпевшего ФИО2 №2 в судебное заседание, на что ему судом было отказано, а в мотивировочной части приговора показания ни одного из свидетелей, которые давались в его пользу, суд во внимание не взял. Отмечает, что суд не допросил ни одного из свидетелей по эпизоду от 2020 года, когда он помочился на ФИО2 №2, зафиксировал все это на телефон, при этом видеозапись не содержит данных о вымогательстве денег, о нанесении побоев, хотя данную запись видели как сотрудники полиции, так и гражданские лица. Считает, что ФИО2 №2 заучил свои показания и в суде подробно пояснил, что присутствовала засекреченный свидетель ПЕ, в связи с чем суд не дал ему возможности выяснить данные вопросы, что может сорвать план его незаконного осуждения.

Указывает осужденный на нарушение уголовно-процессуального закона при назначении по делу экспертиз; отсутствуют в материалах дела материалы проверки за №***, на основании которых 12 мая 2022 года возбуждалось уголовное дело, отсутствуют и постановления об изъятии прокурором данного уголовного дела, о распределении его по подследственности.

В кассационных жалобах адвокат Хилюк В.П. просит об отмене приговора и оправдании ФИО1 за отсутствием в его действиях состава преступления. В обоснование доводов жалобы указывает на нарушение судом требований ст.ст.87, 88 УПК РФ, поскольку не дана надлежащая оценка доказательствам со стороны защиты и осужденного, по мнению адвоката в обоснование приговора судом использованы доказательства, представленные стороной обвинения, заявленные стороной защиты ходатайства судом проигнорированы и фактически безосновательно отклонены.

Указывает защита, что в приговоре суд использовал противоречивые показания потерпевших, а достоверных доказательств, которые бы неоспоримо подтверждали вину осужденного в приговоре суда не представлено, доказательства, изложенные в приговоре, не являются достаточными для вынесения обвинительного приговора.

Отмечает, что ФИО1 и, приводя подробные показания осужденного, приходит к выводу, что государственным обвинителем показания ФИО1 не опровергнуты.

Излагая показания ФИО2 №2 и его матери ПН., адвокат приходит к выводу, что они противоречат их же показаниям, данным в ходе предварительного следствия. Ссылаясь на показания засекреченного свидетеля Свидетель №13 защита приходит к выводу о их недопустимости, поскольку свидетель отказалась назвать источник своей осведомленности о событиях, показания о которых ей даны в судебном заседании.

Обращает внимание, что ПН. в период с 2016 по 2019 годы кредитовалась в банке 5 раз, однако какой из них был передан ФИО2 №2 для погашения долга судом не установлено.

Указывает, что в нарушение требований ст.60 УПК РФ следователем в качестве понятых были привлечены Т. и Г., которые находились в состоянии алкогольного опьянения и не могли достоверно по причине состояния удостоверить содержание, ход и результат проверки показаний потерпевшего ФИО2 №2, что свидетельствует о существенности нарушения и необходимости признания протокола проверки показаний потерпевшего ФИО2 №2 недопустимым доказательством.

Приводя показания потерпевшей ФИО2 №1, указывая, что последняя 6 раз допрашивалась в ходе предварительного следствия, обращает внимание, что ФИО2 №1 давались различные противоречивые показания, не соответствующие ее показаниям в судебном заседании.

Обращает внимание на то, что ФИО2 №1 и П. состояли в дружеских отношениях, он ночевал в их доме, что, по мнению адвоката, свидетельствует о возможности причинения потерпевшей повреждений именно указанным лицом. Однако судом позиция защиты не учтена, хотя законные основания к этому имелись. При изложенных обстоятельствах адвокат считает, что заключение эксперта о наличии у Б. телесных повреждений не может быть доказательством причастности ФИО1 к их причинению.

Обращает внимание адвокат и на заявление ФИО2 №1 о привлечении ФИО1 к уголовной ответственности, однако сведения, изложенные в нем противоречат показаниям ФИО2 №1как в суде, так и на следствии, не указано о зарядном устройстве, указана другая сумма, по смыслу заявления телефон ФИО1 не забирал, а умышленно разбил. По мнению защиты, достоверность показаний ФИО2 №1 о событиях 7 мая 2022 года вызывает сомнения.

Кроме того, адвокат считает, что в суде не добыто доказательств о принадлежности телефона ФИО2 №1, считает необъективным заключение эксперта о стоимости телефона и зарядного устройства. Поскольку не указана страна производитель, не указана реальная стоимость в исправном состоянии, наличие показаний потерпевшей о звонках после разбития телефона в такси, необоснованны отказы в ходатайствах о признании недопустимым протокола обыска от ДД.ММ.ГГ года в жилом помещении по ул.<адрес>, постановления о возбуждении уголовного дела, протокола осмотра места происшествия, заключения эксперта №*** от ДД.ММ.ГГ года, протокола предъявления предмета для опознания от ДД.ММ.ГГ года.

По мнению защиты, нарушены судом и требования закона о состязательности сторон, поскольку судом отказано в ходатайствах о вызове и допросе свидетелей, истребовании сведений.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных представления, жалоб потерпевшей, осужденного и адвоката, суд апелляционной инстанции считает, что обвинительный приговор суда первой инстанции подлежит отмене, в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, неправильным применением уголовного закона, несправедливостью приговора вследствие мягкости наказания, которые могут быть устранены в суде апелляционной инстанции, путем вынесения нового апелляционного обвинительного приговора.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции установлено, что в период с 2015 года по 2017 год между ФИО1 и ранее ему знакомым ФИО2 №2 на постоянной основе имелись долговые товарно-кредитные отношения, в которых ФИО1 предоставлял в долг ФИО2 №2 различные продукты питания, в том числе табачную и алкогольную продукцию, за которую последний рассчитывался на условиях и в сроки, оговоренные между ФИО2 №2 и ФИО1

В период времени с 10 августа 2017 года по 31 августа 2017 года, более точное время следствием не установлено, ФИО1 прибыл к ФИО2 №2 по адресу: <адрес>, где последний вернул ФИО1 денежный долг в полном объеме, а также высказал ФИО1 о своем намерении прекратить с ним вышеуказанные долговые товарно-кредитные отношения.

После этого у ФИО1, осознающего, что ФИО2 №2 погасил перед ним долговые обязательства и более не желает вступать с ним в вышеуказанные долговые товарно-кредитные отношения, тем самым он не может стабильно получать от последнего в счет погашения долга денежные средства, из корыстных побуждений возник преступный умысел, направленный на вымогательство, то есть на незаконное требование передачи ему ФИО2 №2 денежных средств в сумме 10 000 рублей, под угрозами применения к последнему насилия, уничтожения и повреждения имущества матери ФИО2 №2 –ПН., а также с применением насилия.

Реализуя свой преступный умысел в период времени с 10 августа 2017 года по 31 августа 2017 года, более точное время следствием не установлено, ФИО1, находясь у дома по адресу: <адрес>, используя надуманный предлог о якобы несвоевременной оплате долга и появившихся в этой связи процентах – дополнительного долга в виде денег в сумме 10 000 рублей, незаконно потребовал от ФИО2 №2 передать ему денежные средства в указанной сумме, а после отказа ФИО2 №2 передать денежные средства, замахнулся рукой на ФИО2 №2, чем продемонстрировал готовность применить физическую силу, после чего в подтверждение указанной угрозы применил насилие к потерпевшему – нанес последнему один удар кулаком в лицо, отчего ФИО2 №2 испытал физическую боль. Сразу после этого, ФИО1, продолжая реализацию преступного умысла, повторно незаконно потребовал от ФИО2 №2 передать ему денежные средства в сумме 10 000 рублей, угрожая в противном случае применением насилия, убийством его (ФИО2 №2) и его матери ПН., а также уничтожением и повреждением имущества последней путем поджога её дома.

Несмотря на вышеуказанные угрозы и применение насилия, потерпевший ФИО2 №2 ответил отказом в незаконно требуемой передаче денежных средств. После этого, в указанный период, находясь по вышеуказанному адресу, ФИО1, продолжая реализацию преступного умысла, высказал угрозу применения насилия в адрес ФИО2 №2 и его матери ПН., в случае, если ФИО2 №2 откажется передать ему денежные средства в указанной сумме.

После этого, в указанный период, находясь по вышеуказанному адресу, ФИО1, продолжая реализацию преступного умысла, высказал ФИО2 №2 угрозу уничтожения и повреждения имущества его матери ПН. путем поджога её дома.

В свою очередь ФИО2 №2, видя физическое превосходство и агрессивное поведение ФИО1, а также с учетом того, что в отношении него только что было применено вышеуказанное насилие со стороны ФИО1, имея все основания опасаться осуществления высказанных в его адрес и адрес его матери угроз, реально воспринял данные угрозы.

Далее, не позднее 09 часов 20 минут 10 июня 2020 года, ФИО1, продолжая свой преступный умысел, направленный на вымогательство денежных средств в размере 10 000 рублей у ФИО2 №2, прибыл к нему в дом, расположенный по адресу: <адрес>, находясь в котором, незаконно потребовал от ФИО2 №2 передать ему денежные средства в сумме 10 000 рублей, при этом, угрожая потерпевшему применением насилия – причинением телесных повреждений, убийством, а также уничтожением и повреждением чужого имущества путем поджога дома, в котором проживал потерпевший, в случае неисполнения ФИО2 №2 данных требований. Несмотря на вышеуказанные угрозы, потерпевший ФИО2 №2 ответил отказом в незаконно требуемой передаче денежных средств. ФИО1, продолжая реализацию преступного умысла, повторно высказал ФИО2 №2 угрозу применения насилия. Сразу после этого в подтверждение своих незаконных требований по передаче денежных средств, ФИО1 взял находившийся в доме ФИО2 №2 его сотовый телефон, после чего бросил его об стену, тем самым повредив его.

После этого, находясь в то же время и в том же месте, ФИО1, продолжая реализацию преступного умысла, взял бутылку, в которой находилась моча ФИО2 №2, и вылил данную мочу на ФИО2 №2, после чего высказал потерпевшему угрозу распространения данных сведений, позорящих ФИО2 №2, а также не менее двух раз высказал ФИО2 №2 угрозу применения насилия.

В свою очередь, ФИО2 №2, видя физическое превосходство и агрессивное поведение ФИО1, а также с учетом того, что в отношении него последним ранее применялось насилие, имея все основания опасаться осуществления высказанных в его адрес угроз, реально воспринял данные угрозы.

Кроме этого, в период времени с 20 часов 00 минут до 22 часов 00 минут 07 мая 2022 года Б. и С. находились в жилище У. по адресу: <адрес>, где совместно проводили время и распивали спиртные напитки.

В вышеуказанный период времени к указанному дому приехал ФИО1, который прошел в данный дом, где увидел Б. и С., с которыми знаком длительное время.

ФИО1 полагая, что ФИО2 №1 планирует выезд за пределы Алтайского края, и, имея намерения предотвратить данный выезд, стал требовать от ФИО2 №1 передать ему её паспорт, на что ФИО2 №1 ответила отказом. В связи с отказом ФИО2 №1 передать ФИО1 свой паспорт между ними произошел конфликт.

Находясь в вышеуказанное время в указанном месте у ФИО1, находящегося в состоянии алкогольного опьянения, после конфликта с ФИО2 №1 из корыстных побуждений возник преступный умысел на открытое хищение чужого имущества, а именно мобильного телефона марки “<данные изъяты>”, модели “<данные изъяты>”, зарядного устройства марки “<данные изъяты>” к указанному мобильному телефону (состоящего из сетевого адаптера и кабеля), денежных средств в сумме 4 600 рублей, принадлежащих ФИО2 №1, с применением насилия не опасного для жизни и здоровья.

Тут же, реализуя свой преступный умысел, ФИО1, с целью преодоления возможного сопротивления ФИО2 №1, нанес ей руками не менее 17 ударов по голове, телу и рукам, отчего последняя испытала физическую боль.

Далее ФИО1, продолжая реализацию своего преступного умысла, направленного на открытое хищение имущества ФИО2 №1 в присутствии С. взял расположенный на столе рядом с ФИО2 №1, принадлежащий ей мобильный телефон марки «<данные изъяты>» модели «<данные изъяты>» стоимостью 39 185 рублей 25 копеек, сразу после этого схватил ФИО2 №1 за надетую на ней куртку, применяя насилие не опасное для жизни и здоровья, повредив её целостность, забрал из её карманов денежные средства в сумме 4 600 рублей, а также зарядное устройство марки «<данные изъяты>» (состоящего из сетевого адаптера и кабеля) стоимостью 5 064 рубля 80 копеек, после чего вышел из дома, тем самым открыто похитил указанное имущество на общую сумму 48 850 (сорок восемь тысяч восемьсот пятьдесят) рублей 05 копеек.

ФИО2 №1, понимая, что в отношении нее совершается преступление, с целью возвратить свое имущество, вышла из указанного дома вслед за ФИО1, где находясь у дома по вышеуказанному адресу и в указанный период времени потребовала от ФИО1 возвратить похищенное у нее имущество.

После этого, в период времени с 20 часов 00 минут до 22 часов 00 минут 7 мая 2022 года ФИО1, находясь у дома по вышеуказанному адресу, продолжая реализовывать свой преступный умысел, направленный на открытое хищение чужого имущества, не желая возвращать похищенное имущество ФИО2 №1 с целью его удержания, подошел к ФИО2 №1, после чего рукой нанес ей один удар в область левой ушной раковины, отчего ФИО2 №1 упала, испытав физическую боль.

После этого, ФИО1, демонстрируя, что он может распоряжаться похищенным у ФИО2 №1 имуществом по своему усмотрению, бросил на землю похищенный у нее мобильный телефон, чем повредил его. После этого ФИО1 вместе с остальным похищенным имуществом ФИО2 №1 - денежными средствами в сумме 4 600 рублей, а также зарядным устройством марки «<данные изъяты>» (состоящего из сетевого адаптера и кабеля) покинул место преступления, после чего распорядился похищенным по собственному усмотрению.

Своими преступными действиями ФИО1 причинил ФИО2 №1 следующие телесные повреждения:

- кровоподтеки в области нижней челюсти слева (1), в правой и левой надключичных областях (до 12), на наружной поверхности правого предплечья в нижней трети (1), в области первого пястно-фалангового сустава правой кисти (1), в области первого пястно-фалангового сустава левой кисти (1), которые не причинили вреда здоровью, так как не повлекли за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности;

- кровоподтек в левой параорбитальной области, который не причинил вреда здоровью, так как не повлек за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности;

- кровоподтек на задней поверхности левой ушной раковины, который не причинил вреда здоровью, так как не повлек за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности.

Своими умышленными действиями ФИО1 причинил имущественный ущерб ФИО2 №1 на общую сумму 48 850 рублей 05 копеек.

В судебном заседании суда первой инстанции ФИО1 виновным себя в совершении указанных преступлений не признал и показал, что потерпевшие ФИО2 №2 и потерпевшая ФИО2 №1 его оговаривают. Считает, что это связано с оказанием давления сотрудниками правоохранительных органов на потерпевших и свидетелей.

Аналогичная позиция занята ФИО1 и в судебном заседании суда апелляционной инстанции.

Несмотря на непризнание вины ФИО1, его виновность в совершении рассматриваемых преступлений подтверждается совокупностью доказательств, к которым относятся показания потерпевших, свидетелей, письменные материалы уголовного дела. К показаниям ФИО1 о непричастности к совершению рассматриваемых преступлений суд относится критически, расценивает их способом защиты.

Так, непосредственно допрошенный в судебном заседании суда первой инстанции потерпевший ФИО2 №2 пояснил, что он является инвалидом первой группы и передвигается в инвалидном кресле. В 2016-2017 годах он приобретал у ФИО1 продукты питания: сигареты, спиртное, колбасу, пельмени, манты, а также свинину. ФИО1 назначал цену и записывал в блокнот сумму долга, за что он расписывался. Когда денег не было, ФИО1 давал указанные продукты в долг. После получения пенсии он ежемесячно 7 числа погашал задолженность. В августе 2017 года он переехал на постоянное место жительства в с. <адрес>, решил больше не покупать продукты у ФИО1 и полностью погасить имевшийся долг, который по его подсчетам на 31 июля 2017 года составил 36 300 рублей. Собрав данную сумму, он позвонил ФИО1 и попросил его приехать за деньгами в <адрес>. После 10 августа 2017 года, точную дату он не помнит, около 14 часов, ФИО1 приехал за деньгами к дому его матери – ПН. в с. <адрес>, где в присутствии МН., Д., и его матери ПН. он передал ФИО1 деньги в сумме 36 300 рублей и сообщил, что больше продукты брать у него не будет. Тогда ФИО1 разозлился и сказал, что он – ФИО2 №2, должен ФИО1 за просрочку долга – 10 000 рублей, так как долг отдал в неустановленный срок, а именно не 7 числа. Он сообщил ФИО1, что у него долг был записан, и за просрочку он платить не будет. После этого ФИО1 ударил его в лицо правой рукой и стал требовать отдать долг 10 000 рублей, а также угрожал увезти в лес, закрыть мать в доме и поджечь. Тогда он сказал ФИО1, что сейчас вызовет полицию, и ФИО1 после этого уехал.

10 июня 2020 года, когда он находился в доме №*** по ул. <адрес>, где в то время проживал, то в дом вошел ФИО1 стал требовать долг 10 000 рублей и угрожать. Он ответил ФИО1, что ничего ему не должен. ФИО1 постоянно замахивался на него, а затем взял его сотовый телефон и разбил его – бросив о стену, стал угрожать, пообещав его сжечь. А затем взял пластиковую бутылку с его мочой и вылил её на него, после чего ушел.

Из показаний свидетеля ПН., данных ею в судебном заседании и в ходе предварительного следствия, которые были исследованы судом первой инстанции видно, что в августе 2017 года в <адрес> переехал жить ее сын ФИО2 №2, со слов которого ей стало известно, что он имеет долг перед ФИО1, так как брал у последнего алкогольную и табачную продукцию, а также продукты питания. При этом ей известно, что ФИО1 забирал у сына всю пенсию, не оставляя даже на хлеб. Она решила помочь сыну рассчитаться с ФИО1, в связи с чем взяла в банке кредит и передала ФИО2 №2 30 000 рублей для погашения долга. Через несколько дней в августе 2017 года к ней домой приехал ФИО1 Между сыном и ФИО1 в её присутствии произошел разговор, в ходе которого ФИО2 №2 передал ФИО1 денежные средства в сумме 36 300 рублей, сказав, что эти денежные средства он отдает ФИО1 в качестве погашения долга, на что ФИО1 взял у ФИО2 №2 деньги и сказал, что этой суммы недостаточно, так как с учетом этой суммы, ФИО2 №2 остается должен ему ещё 10 000 рублей, говоря, что эти десять тысяч рублей являются процентами. На что ФИО2 №2 сказал, что о процентах у них никакого договора не было, а также сказал, что эти 10 000 рублей он ФИО1 отдавать не собирается. ФИО1 начал вести себя агрессивно, высказывать в их с ФИО2 №2 адрес угрозы физической расправы, говоря о том, что если ФИО2 №2 не отдаст ему (ФИО1) денежные средства, то он убьёт ФИО2 №2, а её сожжет вместе с её домом. Затем ФИО1 нанес сверху вниз один удар кулаком своей правой руки в область лица И., от полученного удара из верхней губы последнего пошла кровь. После чего ФИО1 продолжил высказывать угрозы физической расправы. Говорил, что убьет ФИО2 №2, а её сожжет вместе с домом, если ФИО2 №2 не отдаст долг в сумме 10 000 рублей. В этот момент ФИО2 №2 достал свой мобильный телефон и сказал ФИО1, что он собирается сообщить о его противоправных действиях в правоохранительные органы. На что ФИО1 начал уходить с приусадебного участка дома, при этом он продолжил высказывать угрозы, что он организует сожжение её дома, говоря при этом, что сам он специально уедет из <данные изъяты> района, а дом подожгут по его указанию.

10 июня 2020 года около 11 часов к ней домой на инвалидном кресле приехал сын – ФИО2 №2, от которого исходил сильных запах мочи, на её вопрос, что с ним произошло, сын рассказал, что утром он проснулся, от того, что кто-то стучал в дверь его дома. Сын открыл входную дверь и в дом зашел ФИО1, который вел себя агрессивно, в грубой нецензурной форме требовал от ФИО2 №2 вернуть ему все те же денежные средства 10 000 рублей. А когда ФИО2 №2 отказался отдавать ФИО1 денежные средства, то последний взял с тумбочки мобильный телефон ФИО2 №2, бросил в стену дома, повредив его, высказывал в отношении ФИО2 №2 угрозы физической расправы, а затем взял в руку пластиковую бутылку, в которую ФИО2 №2 справлял ночью «малую нужду», и облил ФИО2 №2 его мочой. После чего ФИО1 еще несколько раз высказал в отношении ФИО2 №2 угрозы физической расправы, если он не вернет ему долг, и покинул дом сына.

Свидетель В., чьи показания являлись предметом исследования в судебном заседании, в ходе предварительного следствия пояснял о конфликтной ситуации между ФИО1 и ФИО2 №2 ставшей ему известной от последнего, и в результате которой после того, как ИВ. возвратил ФИО1 долг 36 300 рублей. Последний стал требовать ещё 10 000 рублей, которые являются «процентами». После отказа ФИО2 №2 отдать ФИО1 еще 10 000 рублей, ФИО1 стал вести себя агрессивно, угрожать ФИО2 №2 и его матери физической расправой, нанес ФИО2 №2 удар кулаком в область лица, из-за чего у ФИО2 №2 была повреждена верхняя губа. Также показания указанного лица содержат данные о наличии у ФИО2 №2 повреждения в области верхней губы, которое он видел самолично.

Показаниями свидетелей Г. и Т., установлено, что они принимали участие в проверке показаний на месте потерпевшего ФИО2 №2, в их присутствии ФИО2 №2, находясь в доме *** по ул.<адрес>, рассказывал, о том, что ФИО1 требовал у него 10 000 рублей, за уплату «просрочки» долга. Со слов ФИО2 №2 он отказался передавать ФИО1 вышеуказанную сумму. Произошел словесный конфликт, в ходе которого ФИО1 замахивался на ФИО2 №2, а потом нанес ФИО2 №2 один удар кулаком в лицо и разбил ему губу. ИВ. продемонстрировал на манекене, как ФИО1 наносил удар потерпевшему. Далее отправились к частному дому *** по ул. <адрес>, в том же селе, где ФИО2 №2 рассказал и показал, что утром 10 июня 2020 года к нему домой пришел ФИО1, и в грубой форме начал требовать передачи ему 10 000 рублей. На что ФИО2 №2 снова отказался передавать ФИО1 денежные средства. ФИО1 «замахивался» на ФИО2 №2, высказывал угрозу, что изобьет потерпевшего, а если он и после этого не отдаст ФИО1 денежные средства, то последний запрет его в его же доме и сожжет его дом вместе с ним. После этого ФИО1 взял с тумбы мобильный телефон, принадлежащий ФИО2 №2, и кинул в стену, расположенную напротив входа в помещение. На что ФИО2 №2 сказал ФИО1, что последний заплатит ему за его мобильный телефон. ФИО1 сказал, что ничего платить ему не будет, так как ФИО2 №2 должен ему 10 000 рублей. После чего ФИО1 взял с пола помещения пластиковую бутылку с мочой ФИО2 №2 и вылил содержимое бутылки на ФИО2 №2, сказав, что расскажет всем его знакомым, что он облил его мочой, после чего высказал в его адрес ещё несколько угроз физической расправы в случае, если тот не вернет денежные средства в размере 10 000 рублей, и уехал.

Показания свидетеля ПЕ., чьи данные о личности были сохранены в тайне, из которых видно, что примерно летом 2017 года, точно месяц она не помнит, ФИО1 приехал в <адрес> к дому матери ФИО2 №2 и в её присутствии ФИО2 №2 отдал ФИО1 долг, в какой сумме она не знает. ФИО1 сказал, что этого мало, нужно больше, стал угрожать ИВ., говорил, что изобьет и дом спалит. ИВ. не соглашался и говорил, что долг полностью выплатил. Тогда в её присутствии ФИО1 подошел к ФИО2 №2, сидевшему у крыльца в коляске, и ударил его кулаком правой руки в лицо – «в зубы», вновь высказал угрозы и уехал на автомобиле марки «<данные изъяты>».

Информацией ПАО «<данные изъяты>» о том, что 10 августа 2017 года между ПН. и ПАО «<данные изъяты>» заключен кредитный договор, в соответствии с которым, ПН. предоставлен кредит в размере 41 021 рубль 59 копеек (т.3 л.д.120-128, 165-184).

Показания потерпевшей Б., из которых видно, что 7 мая 2022 года в вечернее время она и С. находились у У. в доме *** по ул.<адрес>, где распивали спиртное. Во время нахождения у У. около 21 часа ей по видеосвязи позвонил ФИО1, ответив на видео звонок, она увидела, что ФИО1 находится в доме ее матери К., которая была с ним рядом. ФИО1 был в возбужденном, агрессивном состоянии, и в ходе разговора ФИО1 стал требовать сказать ему, где лежит её паспорт, чтобы он его забрал, при этом ФИО1 вел себя агрессивно, а также использовал при обращении к ней грубую нецензурную брань. В ходе разговора она пояснила ФИО1, что не разрешает брать её паспорт, при этом она не собиралась куда - либо уезжать, о чем пояснила ФИО1, он ее не слушал, продолжал кричать и оскорблять ее. Через некоторое время связь оборвалась и, спустя не более 5 минут данного телефонного разговора, ФИО1 приехал в дом У.. прошел в кухню дома, где находились она и С.и начал высказывать в её адрес грубую нецензурную брань. Спрашивал у нее о том, где её паспорт. После этого ФИО1 начал наносить ей обеими руками (правой и левой рукой) удары, при этом, удары наносил запястьями кистей рук в область головы, лица, груди, ушной раковины слева, когда он начал её бить, она с целью того, чтобы его удары не попадали ей в лицо и голову, прикрыла лицо и голову обеими руками, однако, ФИО1 все равно продолжал её бить руками, попадая в лицо и голову, последний нанес ей не менее 10 ударов, он схватил ладонями обеих своих рук её за куртку, в которой она в это время была одета, замок куртки был не застегнут, после чего он начал поднимать её вверх, держа своими руками за её куртку в области груди. Данными действиями ФИО1 повредил куртку. Когда он поднял её со стула, то одной из своих рук, стал ощупывать содержимое карманов её куртки, при этом пытаясь пролезть рукой в сами карманы, но так как карманы её куртки были закрыты на замок, этого у него сделать не получилось. Ввиду этого он стал своими руками тянуть замки на карманах её крутки, чем также порвал её куртку еще в нескольких местах. После этого ФИО1 вытащил из левого кармана данной куртки её денежные средства в сумме 4600 рублей, а из правого кармана он вытащил зарядное устройство к её телефону марки «<данные изъяты>». После того, как ФИО1 помимо её воли забрал принадлежащие ей: зарядное устройство марки «<данные изъяты>» к её телефону, денежные средства в сумме 4600 рублей, он (ФИО1) вышел из дома на улицу. В это время она увидела, что отсутствует её мобильный телефон марки «<данные изъяты>» модель «<данные изъяты>», она поняла, что данный телефон забрал ФИО1

Так как у ФИО1 были её вышеуказанные вещи, то она побежала вслед за ним, для того чтобы попытаться их забрать у него.

Когда она вышла на улицу, то ФИО1 находился в автомобиле М. Он (ФИО1) сидел на переднем пассажирском сидении, в это время пересчитывал её деньги, которые вытащил из кармана куртки. Она крикнула ФИО1, чтобы тот вернул ей деньги. Затем ФИО1 подошел к ней, и ударил её своей правой рукой в левую часть головы, удар пришелся в ухо, от которого она упала.

Она начала вставать и говорить ему о том, чтобы он вернул телефон, на что ФИО1 с размаху швырнул её телефон на землю, от чего телефон получил повреждения. После этого, ФИО1 сел в автомобиль и уехал. Её зарядное устройство марки «<данные изъяты>» к указанному телефону, а также денежные средства в сумме 4600 рублей ФИО1 ей не вернул.

Телефон стоимостью <***> рублей ею приобретен в июне 2021 года в <адрес>, в магазине, оригинальное зарядное устройство от её мобильного телефона она приобретала там же, его стоимость около 6000 (шесть тысяч) рублей.

Показания свидетеля К., из которых видно, что около 20 часов 40 минут 7 мая 2022 года, она находилась дома, когда туда пришел ФИО1. который начал кричать, где находится её дочь ФИО2 №1, на что она ответила ему, что она куда-то уехала, и куда именно она уехала ей неизвестно. На её ответ ФИО1 начал вести еще более себя агрессивнее, начал требовать у неё отдать ему паспорт дочери, при этом, не поясняя, зачем он ему нужен, на его требование она ответила, что ей неизвестно о том, где лежит паспорт её дочери, и даже если бы было известно, то она бы ему все равно его не отдала, так как у него нет на это никакого права. После этого, ФИО1 еще больше разозлился, достал свой мобильный телефон, при помощи которого он позвонил ФИО2 №1 по видеосвязи, ФИО1 начал кричать, спрашивал: «Ты где есть?», «Я найду, где ты есть», во время разговора, ФИО1 находился в коридоре дома, что при этом, из-за криков ФИО1, она не слышала, что отвечала ФИО2 №1 ФИО1 при ней никаких требований имущественного характера в адрес ФИО2 №1 не высказывал, какие-либо требования о возврате паспортов С. и Е. также не высказывал, в разговоре с дочерью он ничего о последних не говорил. Во время разговора ФИО1 вёл себя очень агрессивно, неоднократно выражался в грубой нецензурной форме в адрес её дочери. Она точно помнит, что какого-либо разговора о каких-либо долговых обязательствах её дочери перед ФИО1, последний не говорил. После чего, ФИО1 резко прекратил разговор с её дочерью и сказал вслух фразу «Я знаю, где тебя найти», после чего ФИО1 покинул помещение их дома. Испугавшись за жизнь и здоровье своей дочери, она сообщила о произошедшем в полицию, так как понимала, что он поехал к ней.

Спустя некоторое время приехали сотрудники полиции, которые начали выяснять у нее обстоятельства её обращения в полицию. Объясняя сотрудникам полиции обстоятельства произошедшего, она решила позвонить своей дочери на её мобильный телефон. В ходе телефонного разговора дочь рассказала, что находится дома у У. и её только что избил ФИО1, а также отобрал у нее деньги, которые она ей подарила, зарядное устройство от её мобильного телефона и сам мобильный телефон, который он впоследствии разбил о землю.

Через некоторое время дочь приехала на такси домой. Когда дочь вошла в дом, где она находилась вместе с сотрудниками полиции, то она увидела на её лице телесные повреждения, а именно в области лица, рук, до того, как дочь уезжала, этих телесных повреждений не было, дочь плакала, говорила, что у нее болит и кружится голова, болит лицо и в области груди. Дочь сказала, что телесные повреждения, которые у нее были, причинил ФИО1

Показания свидетеля С., о том, что 7 мая 2022 года в вечернее время она с ФИО2 №1 находились у У., туда же приехал ФИО1, который до приезда неоднократно звонил на телефон ФИО2 №1 ФИО1 прошёл в помещение дома У., подошел к ФИО2 №1 и спросил где ее паспорт. После чего буквально озверел и начал наносить ей (ФИО2 №1) кистями своих обоих (правой и левой) рук удары по голове, лицу, груди. Сама ФИО2 №1 при этом пыталась защищаться от ударов ФИО1, прикрывая лицо и голову своими руками.

После этого, ФИО1 схватил со стола мобильный телефон ФИО2 №1 марки «<данные изъяты> » модель «<данные изъяты>» в корпусе красного цвета, взял ФИО2 №1 своими руками за кожаную куртку, которая в это время была надета на ФИО2 №1 и, потянув её вверх своими руками, поднял последнюю на ноги, после чего он (ФИО1) начал обыскивать карманы куртки ФИО2 №1 После того как ФИО1 закончил рвать куртку на ФИО2 №1, то покинул помещение дома, выйдя на приусадебную территорию дома. ФИО2 №1 в это время осмотрела свою куртку и выбежала на улицу вслед за ФИО1 В этот момент, сильно испугавшись, она выбежала из кухонной комнаты, и забежала в другую комнату дома.

Через несколько минут в дом вернулась ФИО2 №1 Она увидела, что у ФИО2 №1 на лице имелись покраснения, а на губах была кровь. ФИО2 №1 также сказала, что у нее болит в области груди от удара ФИО1 и стала осматривать куртку. Она увидела, что на ее куртке под обеими рукавами имелись разрывы. ФИО2 №1 сказала, что это ФИО1 разорвал ей курку. Также она сказала, что ФИО1 забрал у нее телефон, а потом когда она побежала за ним на улицу и потребовала вернуть его, он бросил его на землю, в результате чего телефон разбился. Кроме этого, ФИО2 №1 сказала, что он из карманов её куртки вытащил зарядное устройство к её мобильному телефону, а также денежные средства.

Показания свидетеля Е., из которых усматривается, что об избиении ФИО2 №1 ФИО1 в доме У. ей стало известно от С.

Показания свидетеля У. о том, что 7 мая 2022 года он не видел, как происходил конфликт между ФИО1 и ФИО2 №1, так как находился на улице, а потерпевшая, подсудимый и Свидетель №3 в доме. После того как ФИО1 вышел из дома и сел в машину, на улицу выбежала ФИО2 №1 и что-то говорила ФИО1 После чего Лебедев вновь вышел из машины и с ФИО2 №1 зашли во двор. О чем они говорили он не слышал, потом ФИО1 вернулся в машину и уехал. Со слов ФИО2 №1 он тут же узнал, что ФИО1 избил её, повредил телефон, порвал куртку и забрал деньги. Он видел покраснение на лице у ФИО2 №1 и разорванную куртку.

Показания свидетеля Свидетель №5, из которых видно, что ДД.ММ.ГГ он возил ФИО1 по его просьбе к У. домой. ФИО1 вышел из машины и стал разговаривать с У.. Заходил ли ФИО1 в дом к У. он не видел. Через 8-10 минут ФИО1 вернулся в машину и сел на переднее пассажирское сиденье, тут же к машине подбежала ФИО2 №1 и сказала ФИО1, что он ответит за свои действия, а именно за телефон, за порванную куртку и денежные средства. Затем они с ФИО1 уехали.

Показания свидетеля АС. о том, что о совершении ФИО1 в отношении ФИО2 №1 преступления ему стало известно со слов последней. При этом ФИО2 №1 рассказала, что ФИО1 совершил в отношении неё преступные действия, а именно – забрал у неё её мобильный телефон, который ФИО1 впоследствии разбил. Также ФИО2 №1 сказала, что ФИО1 порвал её кожаную куртку, из которой он вытащил её телефон, зарядку от этого телефона и денежные средства.

Показания свидетелей Щ. и З., из которых видно, что в 2022 году они были приглашены следователем в качестве понятых для проведения опознания. В их присутствии ФИО2 №1 опознала принадлежащее ей зарядное устройство и пояснила, по каким приметам она опознала данную вещь.

Показаниями свидетеля КС., данными в судебном заседании, из которых видно, что в 2022 году он был приглашен в качестве понятого при проведении двух обысков, при этом он подтверждает, что в его присутствии следователь составлял бумаги, которые он подписывал, более подробно об обстоятельствах проведения обысков пояснить затрудняется, в связи с тем, что прошло значительное время с описываемых событий.

Показаниями свидетелей МС. и НП., из которых видно, что они участвовали в качестве понятых в ходе обыска, в том числе и в гараже, где было обнаружено и изъято зарядное устройство потерпевшей.

Согласно протоколу обыска от ДД.ММ.ГГ в помещении по адресу: <адрес>, в том числе обнаружено и изъято зарядное устройство марки «<данные изъяты>» для мобильного телефона «<данные изъяты>» в корпусе белого цвета (т.5 л.д.187-197);

указанное зарядное устройство опознано потерпевшей ФИО2 №1, о чем свидетельствует протокол предъявления предмета для опознания от ДД.ММ.ГГ ( т.1, л.д.220-223)

Из протокола осмотра предметов от ДД.ММ.ГГ видно, что в ходе следственного мероприятия осмотрен сотовый телефон: марки «<данные изъяты>» модели «<данные изъяты>» в корпусе красного цвета, принадлежащий ФИО2 №1, изъятый в ходе осмотра места происшествия по адресу: <адрес>.

В ходе осмотра телефона марки «<данные изъяты>» модели «<данные изъяты>» были обнаружены следующие дефекты: частичное нарушение задней панели смартфона, в виде сквозных трещин. При просмотре журнала звонков в приложении «<данные изъяты>» установлены неоднократные соединения в режиме «видео звонок» с ФИО1 (7-923-727-06-26), в том числе имевшие место 7 мая 2022 года

Кроме того, предметом осмотра являлось и зарядное устройство в виде сетевого адаптера и кабеля USB Type-C торговой марки «<данные изъяты>» белого цвета к технике марки «<данные изъяты>», принадлежащее ФИО2 №1, изъятое 17 мая 2022 года в ходе обыска по адресу: <адрес> (т. 7 л.д. 130-136, 147-148),

Из заключения эксперта *** следует, что рыночная стоимость мобильного телефона сотовой связи торговой марки «<данные изъяты>» модели «<данные изъяты>» с учетом периода эксплуатации (при условии работоспособности и без учета имеющихся дефектов (повреждений) на момент хищения), в ценах, действовавших на 7 мая 2022 года, составляет 39185 рублей 25 копеек;

рыночная стоимость зарядного устройства (сетевого адаптера и кабеля) торговой марки«<данные изъяты>» в виде адаптера питания и кабеля USB Tupe-C (длина кабеля 1 м) к мобильному телефону марки «<данные изъяты>» модели «<данные изъяты>», с учетом периода эксплуатации, при условии возможности использования его по назначению в ценах, действовавших на 7 мая 2022 года, составляет 5064 рубля 80 копеек. (т. 7 л.д. 166-168),

Из заключения эксперта ***, видно, что у ФИО2 №1 обнаружены следующие телесные повреждения:

1. кровоподтеки в области нижней челюсти слева (1), в правой и левой надключичных областях (до 12), на наружной поверхности правого предплечья в нижней трети (1), в области первого пястно-фалангового сустава правой кисти (1), в области первого пястно-фалангового сустава левой кисти (1), которые не причинили вреда здоровью, так как не повлекли за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, возникли минимум от 16 воздействий твердого тупого предмета, как при ударах таковым (таковыми), так и при ударах о таковой (таковые) и могли возникнуть около 2-6 суток назад до обращения за медицинской помощью от 10 мая 2022 года;

2. кровоподтек в левой параорбитальной области, который не причинил вреда здоровью, так как не повлек за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, возник минимум от одного воздействия твердого тупого предмета, как при ударе таковым, та и при падении и ударе о таковой и мог возникнуть от нескольких минут до около 10-15 суток назад до обращения за медицинской помощью от 10 мая 2022 года;

3. кровоподтек на задней поверхности левой ушной раковины, который не причинил вреда здоровью, так как не повлек за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, возник от воздействия твердого тупого предмета, как при ударе таковым, так и при падении и ударе о таковой и мог возникнуть от нескольких минут до около 10-15 суток назад до обращения за медицинской помощью от 12 мая 2022 года (т. 1 л.д. 237-238).

Согласно протоколу осмотра женской куртки, изъятой 7 мая 2022 года в ходе осмотра места происшествия по адресу: <адрес>, установлено, что на левой полочке куртки имеется повреждение материала, расположенное вдоль кромки шва пришива замка, и идущее до верхней части прорезного кармана, затем продолжение данного повреждения в верхней части, вдоль замка кармана; в нижней части кармана имеется повреждение линейной формы, расположенное вертикально, идущее от края рамки до шва пришива пояса куртки. Также имеется повреждение шва пришива левого рукава, расположенное между боковым швом куртки и швом приталивания (т. 7 л.д. 137-141, 147-148).

Заключением эксперта *** установлено, что на женской куртке, представленной на исследование, имеются повреждения на левой полочке, левом рукаве и спинке. Повреждения ткани (похожей на эко кожу) левой полочки (вместе с повреждениями швов), представленной на экспертизу женской куртки, являются разрывами, образованными в результате приложения значительной силы на полочку куртки. Повреждение шва левого рукава куртки образовано путем разрыва нитей (т. 7 л.д. 176-182).

Суд признает достоверными, относимыми и достаточными для постановления в отношении ФИО1 обвинительного приговора и использует в качестве доказательств показания потерпевших И. и ФИО2 №1, свидетелей – ПН., В.(данных им в ходе предварительного следствия), Г., Т. (данных ими в ходе предварительного следствия), ПЕ., К.., С. (данных ею в ходе предварительного следствия), Е., У., М., АС. (данных им в ходе предварительного следствия), Щ., З., КС., МС., НП., так как они последовательны, дополняют друг друга, соответствуют фактическим обстоятельствам содеянного ФИО1 и объективно подтверждаются письменными доказательствами, изложенными выше.

Оснований для оговора ФИО1 указанными лицами, а также оснований, предусмотренных ст.75 УПК РФ, для признания приведенных доказательств недопустимыми не установлено, конкретных оснований не указывает в своих жалобах и сторона защиты. При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что утверждения осужденного ФИО1, изложенные в дополнительной апелляционной жалобе об оговоре свидетелями, что было им установлено после приговора суда первой инстанции и зафиксировано на видеосъемку, данных выводов суда не опровергают, поскольку такие показания указанных им в жалобе лиц получены ФИО1 не процессуальным путем и к доказательствам отнесены быть не могут.

К показаниям свидетелей В. и С., данных ими в судебном заседании, суд относится критически, поскольку они опровергаются исследованной в судебном заседании и изложенной совокупностью доказательств, и даны ими с целью облегчить положение ФИО1, обвиняемого в совершении преступлений, два из которых относятся к категории тяжких. При этом оснований изменения показаний свидетель В. объяснить не смог, что касается показаний свидетеля С., то обстоятельств оказания на нее давления в ходе допроса на предварительном следствии, материалы дела не содержат, таких доказательств не представлено и судебным инстанциям.

Напротив, судом установлено, что показания потерпевших и свидетелей по значимым для дела обстоятельствам каких-либо противоречий не содержат.

При изложенных обстоятельствах доводы осужденного по поводу показаний ПН. о том, что он (ФИО1) в <адрес> приехал на машине один, при этом в инкриминируемый период ФИО2 №2 сидел на лавочке, а не в инвалидной коляске, а также в части того, что события происходили в 2017 или 2018 годах, а также показаний ПЕ. в части цвета автомобиля, на котором приехал ФИО1, не свидетельствуют о их недопустимости, не являются существенными, а свидетельствуют о забывчивости указанных свидетелей, поскольку со дня рассматриваемых событий прошло значительное время.

Кроме того, вопреки доводам стороны защиты показания свидетеля ПЕ., чьи данные сохранены в тайне, не могут быть признаны недопустимыми, так как свидетелем указан источник осведомленности о преступных действиях ФИО1 Так, исходя из показаний ПЕ., очевидцем событий периода времени с 10 по ДД.ММ.ГГ она являлась лично.

Как усматривается из протокола судебного заседания, допрос свидетеля под псевдонимом ПЕ. без оглашения подлинных данных о ее личности в условиях, исключающих ее визуальное наблюдение другими участниками судебного разбирательства, проведен в соответствии с требованиями ч.5 ст.278 УПК РФ.

При этом личность свидетеля установлена председательствующим по делу, свидетелю разъяснены права, предусмотренные ст.56 УПК РФ, она предупреждена об уголовной ответственности по ст.ст.307, 308 УК РФ. Оснований сомневаться в существовании свидетеля и даче показаний в судебном заседании именно ею не имеется. Стороне защиты суд также предоставил право допроса указанного лица, которое ею было реализовано.

Не подлежат удовлетворению и доводы стороны защиты о необходимости признания неподустимыми показаний свидетелей Г. и Т. о проведении проверки показаний потерпевшего ФИО2 №2 на месте происшествия, ввиду нахождения их в состоянии алкогольного опьянения.

Приходя к такому выводу, суд апелляционной инстанции отмечает, что суду не представлено доказательств тому, что в ходе проведения указанного следственного мероприятия Г. и Т. находились в таком состоянии, которое не обеспечивало им адекватного восприятия обстоятельств и фактов, имеющих значение для дела, о которых они поясняли как следователю, так и в судебном заседании.

Что касается утверждений ФИО1 о необходимости признания недопустимым протокола проверки показаний ФИО2 №2 на месте происшествия, то суд отмечает, что данный протокол в качестве доказательства судом апелляционной инстанции не использован. Суд считает, что полных, последовательных показаний потерпевшего ФИО2 №2 непосредственно допрошенного в судебном заседании, достаточно для постановления обвинительного приговора, при том, что его показания подтверждаются иной совокупностью доказательств, изложенных в судебном решении.

Суд апелляционной инстанции использует показания свидетелей, допрошенных по ходатайству стороны защиты лишь в части данных характеризующих личность ФИО1, поскольку какого-либо доказательственного значения показания указанных лиц не имеют, очевидцами рассматриваемых событий они не являлись, о рассматриваемых событиях им ничего не известно.

При этом показания свидетелей МВ., ГП., КП о том, что они принимали участие в забое свиней у ФИО1 в 2018 году, а показания свидетеля Ж. о приобретении свинины у ФИО1 в 2018 году, не свидетельствуют о невиновности последнего, поскольку не опровергают показаний ФИО2 №2 и иных лиц о приобретении потерпевшим у ФИО1 П. сигарет, спиртных напитков и иных продуктов в исследуемый период, о погашении имеющегося у потерпевшего перед ФИО1 долга в августе 2017 года и о совершении действий ФИО1 в отношении ФИО2 №2, имевших место в период с 10 по 31 августа 2017 года и 10 июня 2020 года.

Что касается показаний ТТВ. и ТВХ., утверждавших о совместном проживании ФИО2 №1 и ФИО1, а также о том, что ФИО2 №1 предлагала охарактеризовать ФИО1 с отрицательной стороны, обещая за данные показания вознаграждение в сумме 500 000 рублей, то суд их во внимание не принимает, относится к ним критически, считает надуманными, так как доказательств этим обстоятельствам в суд не представлено, обстоятельства совместного проживания с ФИО1 отвергались потерпевшей ФИО2 №1 в ходе всего производства по делу, вплоть до изложения доводов в апелляционной жалобе потерпевшей. При этом наличие между осужденным и потерпевшей близких отношений не свидетельствует о том, что ФИО1 и ФИО2 №1 состояли в фактических брачных отношениях.

Относится суд критически и к показаниям свидетеля Л.Н. о наличии нарушений при производстве обыска, в ходе которого обнаружено и изъято зарядное устройство.

Принимая такое решение, суд апелляционной инстанции учитывает показания свидетелей МС. и НП., а также протокол обыска, из которого видно, что 17 мая 2022 году в помещении гаража, расположенного по адресу: <адрес>, в присутствии ЛН. был проведен обыск с целью отыскания, имущества, похищенного у ФИО2 №1, а также иных предметов, документов, имеющих значение для дела, предметов, добытых преступным путем, изъятых из гражданского оборота. Перед началом обыска ЛН. была ознакомлена с постановлением о проведении обыска и ей было предложено выдать указанные предметы, на что она ответила отказом, пояснив, что к данному помещению никакого отношения не имеет. Кроме того, ЛН. пояснила, что ключей от помещения у нее нет, в связи с чем входные двери в постройку были вскрыты. Далее, согласно протоколу обыска, было обнаружено и изъято, в том числе и зарядное устройство, которое впоследствии было опознано потерпевшей ФИО2 №1

При изложенных обстоятельствах суд не находит нарушений уголовно-процессуального закона при проведении обыска в гараже по адресу: <адрес>, поскольку таких данных протокол обыска не содержит, напротив протокол следственного действия соответствует ст.166 УПК РФ.

При этом утверждения ФИО1 о недопустимости протокола обыска как доказательства, противоречат положениям уголовно-процессуального закона, поскольку зарядное устройство, обнаруженное в ходе обыска, было изъято не в жилом помещении, а в гараже, в связи с чем в разрешении суда о производстве следственного действия в помещении, не являющемся жилищем, необходимости не было, как то и предусмотрено ст.165 УПК РФ. Данных о том, что помещение, расположенное по адресу: <адрес>, является жилым, материалы уголовного дела не содержат, такие данные не представлены и судебным инстанциям. Поскольку иные протоколы обысков в качестве доказательств не используются, то суд не дает оценки о законности либо незаконности проведения иных обысков.

Не соглашается суд апелляционной инстанции и с доводами ФИО1 о необходимости признания протокола предъявления предметов для опознания недопустимым доказательством, поскольку приведенным осужденным мотивы о повреждении зарядного устройства с целью его опознания ФИО2 №1 являются надуманными, так как ничем не подтверждены.

Напротив, из протокола видно, что потерпевшей ФИО2 №1 опознано зарядное устройство в виде сетевого адаптера и кабеля, которое у нее было похищено ФИО1 из кармана куртки 7 мая 2022 года. Вопреки доводам ФИО1 потерпевшая, при проведении следственного действия, пояснила и о том, что опознала зарядное устройство, так как вилка сетевого адаптера имеет небольшое искривление, которое появилось в результате ее собственных неосторожный действий, а также на пластиковой ободке штекера кабеля зарядного устройства по обеим сторонам имеются две небольшие вмятины, что также явилось результатом эксплуатации ею данного зарядного устройства.

О проведении опознания ФИО2 №1 зарядного устройства в судебном заседании поясняли понятые Щ. и З., показания которых не содержат данных о наличии нарушений при проведении рассматриваемого следственного мероприятия.

Проведение опознания соответствует требованиям ст.193 УПК РФ, а протокол следственного действия - требованиям ст.166 УПК РФ.

Не принимаются судом во внимание и показания свидетеля СМ., как не относящиеся к делу, поскольку свидетельствуют они об обстоятельствах избиения потерпевшего ФИО2 №2 тремя неизвестными лицами в 2018 году, а такие обстоятельства предметом рассмотрения судебных инстанций не являлись, ФИО1 причинение потерпевшему телесных повреждений в 2018 году органом предварительного расследования не вменялось.

При изложенных обстоятельствах по эпизодам преступной деятельности в отношении потерпевшего ФИО2 №2 суд апелляционной инстанции квалифицирует действия ФИО1 по п. «в» ч.2 ст.163 УК РФ, как вымогательство, то есть требование передачи чужого имущества под угрозой применения насилия, уничтожения и повреждения чужого имущества, а равно под угрозой распространения сведений, позорящих потерпевшего, совершенное с применением насилия.

Приходя к такому выводу, суд апелляционной инстанции отмечает следующее. С учетом изложенных выше доказательств, к которым относятся показания потерпевшего ФИО2 №2, свидетелей ПН., В., ПЕ., Г.. Т. а также информация о заключении ПН. с ПАО «<данные изъяты>» кредитного договора, суд апелляционной инстанции достоверно установил, что в период с 10 по 31 августа 2017 года, а затем и 10 июня 2020 года ФИО1 требовал у ФИО2 №2 передачи чужого имущества, а именно денежных средств в размере 10 000 рублей, которые ФИО1 не принадлежали и не могли принадлежать, поскольку у потерпевшего ФИО2 №2 неисполненных обязательств перед осужденным не имелось. При этом в отношении потерпевшего ФИО1 высказывал угрозы применения насилия и применил к ФИО2 №2 насилие, нанеся удар последнему кулаком в лицо, высказал угрозу распространения сведений, позорящих потерпевшего, облив его мочой, а также высказывал угрозы уничтожения и повреждения чужого имущества, принадлежащего матери ФИО2 №2 - ПН., угрожая поджечь ее дом вместе с ней.

При этом суд приходит к выводу, что действия ФИО1 в период с 10 по 31 августа 2017 года, а также 10 июня 2020 года носили продолжаемый характер, поскольку требование передачи имущества предъявлялось осужденным к одному и тому же потерпевшему, в одной и той же сумме, при этом разрыв во времени не является основанием для дополнительной квалификации действий ФИО1 по факту вымогательства, имевшего место 10 июня 2020 года, по ч.1 ст.163 УК РФ.

Таким образом, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что действия ФИО1 органом предварительного следствия по ч.1 ст.163 УК РФ квалифицированы излишне.

Кроме того, вопреки доводам осужденного, о его невинности не свидетельствует принятие по заявлению ФИО2 №2 29 июня 2020 года постановления об отказе в возбуждении уголовного дела. Как усматривается из материалов дела, данное постановление прокурором района в установленном законом порядке ДД.ММ.ГГ было отменено, материал направлен для дополнительной проверки начальнику ОП по <данные изъяты> району МО МВД России «<данные изъяты>», в ходе которой впоследствии было возбуждено уголовное дело.

Не нашли своего подтверждения и доводы осужденного о видеофиксации им событий в отношении ФИО2 №2, имевших место 10 июня 2020 года, что, по мнению ФИО1, опровергает выводы о вымогательстве денежных средств, высказывании в отношении ФИО2 №2 угроз, поскольку данных о такой видеофиксации материалы уголовного дела не содержат, не представлено таких данных и суду апелляционной инстанции, в связи с чем к таким пояснениям ФИО1 суд относится критически, считает их надуманными, так как такие утверждения осужденного ничем не подтверждены, а, напротив, опровергнуты как последовательными и подробными показаниями потерпевшего ФИО2 №2, так и иными доказательствами, приведенными в апелляционном приговоре.

Что касается преступных действий в отношении ФИО2 №1, то такие действия ФИО1 судом квалифицируются по п. «г» ч.2 ст.161 УК РФ, как грабеж, то есть открытое хищение чужого имущества, совершенный с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья.

При этом, исходя из доказательств, изложенных в апелляционном приговоре, суд считает достоверно установленным, что характер действий ФИО1, совершенных в отношении ФИО2 №1, свидетельствует о применении к ней насилия с целью хищения, принадлежащего ей имущества, при том, что действия ФИО1, носили открытый характер. Так, изначально нанося удары в область лица, туловища ФИО2 №1, ФИО1 преследовал цель сломить ее сопротивление, поскольку сразу после нанесения ударов он взял со стола, принадлежащий ей мобильный телефон, схватил ФИО2 №1 за надетую на ней куртку, применяя насилие не опасное для жизни и здоровья, повредив её целостность, забрал из её карманов денежные средства, а также зарядное устройство, с которыми вышел из дома. А затем с целью удержания имущества, похищенного у ФИО2 №1, не желая возвращать его по просьбе последней, подошел к ФИО2 №1 и нанес ей один удар в область левой ушной раковины, отчего та упала, испытав физическую боль.

Тот факт, что конфликт между ФИО1 и ФИО2 №1 возник из-за паспорта потерпевшей, которым желал завладеть осужденный, не влияет на квалификацию его действий и не свидетельствует о его невиновности, поскольку, применяя насилие к потерпевшей, он завладел ее имуществом на общую сумму 48 850 рублей 5 копеек.

При этом, вопреки доводам стороны защиты, оснований сомневаться в принадлежности похищенного имущества и его наличии у ФИО2 №1 в момент хищении, а также в стоимости похищенного имущества, которое оценено экспертами, суд оснований не находит.

Доводы осужденного в данной части опровергаются приведенными в апелляционном приговоре доказательствами, утверждения ФИО1 о сожительстве с ФИО2 №1, что, по его мнению, исключает возможность признания его виновным в совершении грабежа, опровергаются показаниями как самой потерпевшей ФИО2 №1, так и показаниями свидетеля К. – матери последней.

При изложенных обстоятельствах суд приходит к выводу, что, утверждения осужденного о ведении общего хозяйства с ФИО2 №1 не соответствуют действительности и даны ФИО1 с целью избежания ответственности за совершение тяжкого преступления.

Опровергнуты показания ФИО1 и в части причинения телесных повреждений, обнаруженных у ФИО2 №1, не его действиями, а действиями иного лица. Так, по данным обстоятельствам в ходе производства по делу был допрошен свидетель П., который исключил применение в отношении ФИО2 №1 какого-либо насилия и при каких-либо обстоятельствах, отрицала обстоятельства причинения ей телесных повреждений П. и сама потерпевшая ФИО2 №1, из показаний К. следует, что до избиения ФИО2 №1 7 мая 2022 года ФИО1 у потерпевшей телесных повреждений не было, об избиении ФИО2 №1 ФИО1, при установленных судом обстоятельствах, свидетельствуют и показания свидетеля Е., которой о таком событии стало известно со слов С., очевидца действий ФИО1 в отношении ФИО2 №1, имевших место 7 мая 2022 года, не исключено причинение телесных повреждений ФИО2 №1 7 мая 2022 года и заключением судебно-медицинского эксперта.

Кроме того, суд апелляционной инстанции отмечает, что уголовное дело по факту завладения имуществом ФИО2 №1 возбуждено 12 мая 2022 года, а не 6 мая 2022 года, как утверждает осужденный ФИО1

Основанием для возбуждения уголовного дела, как усматривается из постановления, послужил материал проверки, зарегистрированный в КРСП за ***, при этом указание в постановлении о возбуждении уголовного дела даты регистрации материала проверки 6 мая 2022 года является технической ошибкой, поскольку из материалов уголовного дела очевидно, что устное заявление о преступлении от потерпевшей ФИО2 №1 принято 11 мая 2022 года, о чем свидетельствует протокол устного заявления о преступлении, который зарегистрирован 11 мая 2022 года в 16 часов за *** (т.1, л.д.76).

В данной части утверждения ФИО1 о фабрикации уголовного дела также своего подтверждения не нашли, поскольку опровергнуты материалами уголовного дела.

Что касается доводов ФИО1 о необходимости возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст.237 УПК РФ, то они не подлежат удовлетворению, поскольку данных, свидетельствующих о неполноте и обвинительном уклоне предварительного расследования, а также о процессуальных нарушениях, повлиявших на постановление законного и обоснованного решения, по делу не установлено. Дело расследовано полно, всесторонне и объективно.

Вопреки утверждениям стороны защиты судебное разбирательство по делу проведено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона при соблюдении общеправовых принципов, в том числе презумпции невиновности, состязательности и равноправия сторон. Не предоставляя какой-либо из сторон преимущества, суд создал равные условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления прав. Все заявленные участниками процесса ходатайства, в том числе о признании доказательств недопустимыми, о вызове и допросе дополнительных свидетелей, о повторном допросе потерпевшего ФИО2 №2, исследовании его показаний, данных в ходе предварительного следствия, назначении дополнительных экспертиз, неоднократных отводах составу суда, разрешены с соблюдением требований ст.271 УПК РФ. Мотивированный отказ суда в удовлетворении ходатайств, при соблюдении процедуры их разрешения, не свидетельствует о нарушении прав сторон. Критическая оценка доводов стороны защиты также не свидетельствует об обвинительном уклоне, предвзятом отношении суда к стороне защиты. При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что по ходатайству стороны защиты в качестве свидетелей, в том числе и дополнительных, было допрошено 16 лиц, удовлетворялись и иные ходатайства стороны защиты, в том числе и об истребовании из следственного изолятора характеризующих данных в отношении ФИО1

Не соответствуют материалам и утверждения ФИО1 о допущенной судом волоките при рассмотрении уголовного дела.

Согласно заключению экспертов ФИО1 хроническим психическим расстройством, временным болезненным расстройством психической деятельности, слабоумием, либо иным болезненным состоянием психики не страдал и не страдает. В период инкриминируемого ему деяния он не был лишен способности в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. По своему психическому состоянию в настоящее время ФИО1 также не лишен способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, может правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела и давать показания, предстать перед следствием и судом и нести ответственность за содеянное. В применении принудительных мер медицинского характера не нуждается. Синдромом зависимости от алкоголя и наркоманией ФИО1 не страдает (т. 4 л.д. 118-121).

В судебном заседании поведение ФИО1 не вызывает сомнений в его психическом состоянии, оно адекватно судебно-следственной ситуации, носит целенаправленный и последовательный характер, он понимает характер предъявленного обвинения, активно защищает свои интересы, а потому суд признает выводы экспертов обоснованными, а ФИО1 вменяемым и способным нести уголовную ответственность за содеянное.

При назначении вида и размера наказания суд в соответствии со ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, личность виновного, смягчающие его наказание обстоятельства, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

Оценивая характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, суд принимает во внимание, что совершенные ФИО1 деяния посягают чужую собственность, законом отнесены к категории тяжких преступлений, а также исходит из конкретных обстоятельств содеянного, характера и размера наступивших последствий, способа совершения преступлений.

ФИО1 находится в трудоспособном возрасте, имеет постоянное место жительства, занимается трудовой деятельностью, на учетах у психиатра и нарколога не состоит, не судим.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1 суд признает и при назначении наказания учитывает; наличие малолетнего ребенка, состояние здоровья осужденного и его нетрудоспособных родителей, совершение преступлений впервые, положительные характеристики по месту жительства от соседей и знакомых.

Оснований для признания иных обстоятельств, смягчающими, суд апелляционной инстанции не находит.

Не находит оснований суд и для признания в качестве смягчающего наказание ФИО1 обстоятельства - противоправность или аморальность поведения потерпевшей ФИО2 №1, поскольку обстоятельств, которые бы явились поводом для совершения им преступления в отношении потерпевшей, в судебном заседании не установлено.

Материалы уголовного дела не содержат данных о занятии ФИО2 №1 проституцией и вовлечении в это иных лиц, о чем утверждает в апелляционных жалобах сторона защиты.

В соответствии с ч.1.1 ст.63 УК РФ суд, в зависимости от характера и степени общественной опасности преступления, обстоятельств его совершения и личности виновного, может признать отягчающим обстоятельством совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя или наркотических средств.

В судебном заседании достоверно не установлено, что при совершении преступления в отношении ФИО2 №1 ФИО1 находился в состоянии опьянения, и такое состояние повлияло на его поведение при совершении преступления.

При изложенных обстоятельствах суд не усматривает оснований для признания в действиях ФИО1 отягчающего наказание обстоятельства - совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя.

Иных обстоятельств, отягчающих наказание осужденного, в судебном заседании также не установлено.

При назначении вида и размера наказания ФИО1 суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенных им преступлений, конкретные обстоятельства совершенных деяний, данные о его личности, смягчающие обстоятельства, отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, и находит справедливым и соразмерным содеянному назначить ему наказание в виде реального лишения свободы, полагая, что цели наказания – восстановление социальной справедливости, исправление осужденного и предупреждение совершения новых преступлений, не могут быть достигнуты без его изоляции от общества.

Оснований для применения положений ст.73 УК РФ и назначения ФИО1 условного наказания, суд не усматривает, поскольку полагает, что цели наказания, такие как восстановление социальной справедливости, его исправление и предупреждение совершения им новых преступлений, могут быть достигнуты только при назначении наказания в виде реального лишения свободы.

С учетом характера и степени общественной опасности деяний, конкретных обстоятельств дела, личности осужденного, суд не усматривает оснований для изменения категории преступлений в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ.

Оснований, предусмотренных ст.53.1 УК РФ для замены лишения свободы ФИО1 принудительными работами, как альтернативы лишению свободы не имеется, так как это не предусмотрено санкцией ч.2 ст.163 УК РФ, а также в связи с невозможностью исправления осужденного без реального отбывания наказания в местах лишения свободы.

Исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенных ФИО1 преступлений, в судебном заседании не установлено, в связи с чем, оснований для применения положений ст.64 УК РФ суд не находит.

Итоговое наказание ФИО1 следует назначить по правилам ч.3 ст.69 УК РФ, путем частичного сложения назначенных наказаний.

В соответствии с п. «б» ч.1 ст.58 УК РФ отбывать наказание ФИО1 надлежит в исправительной колонии строгого режима.

Согласно протоколу задержания ФИО1 в качестве подозреваемого по настоящему уголовному делу задержан 17 мая 2022 года, впоследствии ему избиралась мера пресечения в виде заключение под стражу, срок которой в ходе предварительного и судебного следствия продлевался.

При таких обстоятельствах, на основании п. «б» ч.3.1 ст.72 УК РФ, суд засчитывает в срок лишения свободы время содержания его под стражей с 17 мая 2022 года по 27 февраля 2024 года из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

При этом время задержания ФИО1 на срок зачета указанного периода именно с 17 мая 2022 года не влияет.

Разрешая судьбу вещественных доказательств по делу, суд исходит из требований ст.ст.81, 82 УПК РФ.

По настоящему уголовному делу потерпевшей ФИО2 №1 заявлен гражданский иск на <данные изъяты> рублей, который ею поддержан в судебном заседании, и из которого видно, что в результате совершенного преступления было похищено имущество потерпевшей на сумму 8600 рублей и поврежден телефон на сумму не менее <***> рублей, а кроме материального ущерба ей был причинен моральный вред

Рассматривая исковое заявление потерпевшей, суд отмечает, что согласно ст.52 Конституции РФ права потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью охраняются законом. Государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба.

Пунктом 3 ст.42 УПК РФ закреплено право физического и юридического лица, признанного потерпевшим по уголовному делу, на возмещение имущественного вреда, причиненного непосредственно преступлением.

В соответствии с п.1 ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно ст. 1082 ГК РФ, удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

В гражданском законодательстве жизнь и здоровье рассматриваются как неотчуждаемые и непередаваемые иным способом нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения (п. 1 ст. 150 ГК РФ).

К числу наиболее значимых человеческих ценностей относится жизнь и здоровье, а их защита должна быть приоритетной (ст. 3 Всеобщей декларации прав человека и ст. 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах). Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции Российской Федерации.

В силу ст.1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами ст.ст. 151, 1100, 1101 ГК РФ,

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В судебном заседании установлено, что ФИО2 №1, является потерпевшей по уголовному делу, в отношении нее с применением насилия не опасного дли жизни и здоровья, что подтверждается заключением эксперта, ФИО1 совершен грабеж, в результате чего ей причинен материальный ущерб. В результате совершения преступления ФИО2 №1 была нанесена психологическая травма, колоссальные моральные и нравственные страдания, у нее нарушился сон, ухудшилось самочувствие, появились панические атаки.

При таких обстоятельствах, учитывая характер повреждений, полученных потерпевшей, тяжесть наступивших последствий, факт причинения морального вреда предполагается установленным, а размер его компенсации подлежит определению.

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание обстоятельства совершения преступления, характер и степень понесенных истцом нравственных и физических страданий, степень тяжести вреда, причиненного здоровью, требования разумности и справедливости, и, исходя из того, что здоровье относится к числу наиболее значимых человеческих ценностей, защита которых является приоритетной, суд считает возможным удовлетворить исковые требования потерпевшей частично и определить размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика ФИО1 в пользу истца ФИО2 №1 в размере 100 000 руб.

При этом суд учитывает материальное положение ФИО1, который находится в трудоспособном возрасте, имеет возможность осуществлять трудовую деятельность, получать стабильный доход, и тем самым компенсировать ФИО2 №1 понесенные ею в связи с произошедшими событиями нравственные и физические страдания.

Данный размер компенсации морального вреда согласуется с принципами конституционной ценности здоровья и достоинства личности (ст.ст. 21 и 53 Конституции РФ), а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, а с другой – не допустить неосновательного обогащения потерпевшего и не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лицо, ответственное за возмещение вреда.

Кроме того, удовлетворяя требования потерпевшей ФИО2 №1, учитывая, что на денежные средства, принадлежащие ФИО1 в размере 91 000 рублей, наложен арест, суд обращает взыскание в части возмещения морального вреда ФИО2 №1 на арестованные у ФИО1 денежные средства в указанной сумме.

При этом суд отмечает, что об обращении данных денежных средств в пользу потерпевшей ФИО2 №1, осужденный ФИО1 ходатайствовал в судебном заседании суда апелляционной инстанции.

В части требований материального ущерба суд признает за ФИО2 №1 право на удовлетворение гражданского иска и передает вопрос о размере возмещения гражданского иска для рассмотрения в порядке гражданского производства, поскольку такие требования потерпевшей не конкретизированы, в том числе и в суде апелляционной инстанции, не имеется данных и о том, в какой сумме ФИО2 №1 причинен ущерб в результате повреждения ФИО1 телефона.

Оснований для взыскания с ФИО1 процессуальных издержек, выразившихся в оплате вознаграждения адвокатам за защиту интересов осужденного в ходе предварительного следствия, не имеется, поскольку процессуальные издержки с ФИО1 приговором суда первой инстанции не взыскивались и в данной части приговор обжалован не был.

Руководствуясь ст.ст.389.13,389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО1 признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных п. «в» ч.2 ст.163 УК РФ, п. «г» ч.2 ст.161 УК РФ и назначить ему наказание в виде лишения свободы:

по п. «в» ч.2 ст.163 УК РФ сроком на четыре года, по п. «г» ч.2 ст.161 УК РФ сроком на три года шесть месяцев.

На основании ч.3 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний окончательное наказание ФИО1 назначить в виде лишения свободы сроком на пять лет с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Меру пресечения ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении отменить, взять его под стражу.

Срок наказания исчислять с 26 августа 2024 года, на основании п. «б» ч.3.1 ст.72 УК РФ зачесть в срок лишения свободы время содержания его под стражей с 17 мая 2022 года по 27 февраля 2024 года из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Гражданский иск ФИО2 №1 удовлетворить частично, взыскать с ФИО1 в пользу ФИО2 №1 в счет компенсации морального вреда <данные изъяты> рублей, в части требований материального ущерба признать за ФИО2 №1 право на удовлетворение гражданского иска и передать вопрос о размере возмещения гражданского иска для рассмотрения в порядке гражданского производства.

Обратить взыскание в части возмещения морального вреда на арестованные у ФИО1 денежные средства в сумме 91 000 (девяносто одной тысячи) рублей.

Вещественные доказательства:

оптические диски с видеозаписями дополнительных допросов потерпевшей ФИО2 №1, свидетелей Е. и С. хранить в материалах уголовного дела;

мобильный телефон марки «<данные изъяты>» модель «<данные изъяты>», женскую куртку, зарядное устройство марки «<данные изъяты>» в виде сетевого адаптера и кабеля USB Type-C, принадлежащие ФИО2 №1, возвратить по принадлежности потерпевшей ФИО2 №1;

мобильный телефон марки «<данные изъяты>» модель «<данные изъяты>», принадлежащий ФИО1, возвратить осужденному ФИО1

Освободить ФИО1 от уплаты процессуальных издержек, связанных с оплатой вознаграждения адвокатам в период предварительного следствия.

Апелляционные представление и жалобу потерпевшей удовлетворить, апелляционные жалобы осужденного и адвоката оставить без удовлетворения.

Апелляционный приговор вступает в законную силу со дня его вынесения и может быть обжалован в кассационном порядке в Судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции через Ключевский районный суд Алтайского края, в течение 6 месяцев со дня вступления в законную силу, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии вступившего в законную силу судебного решения. В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба, представление подаются непосредственно в указанный суд кассационный инстанции.

Осужденный, содержащийся под стражей, вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции, о чем может быть заявлено в кассационной жалобе либо в течение трех суток со дня получения извещения о дате, времени и месте заседания суда кассационной инстанции, если уголовное дело было передано в суд кассационной инстанции по кассационному представлению прокурора или кассационной жалобе другого лица.

Председательствующий: О.Н. Жудина

Судьи А.И.Маликов

Г.П.Тарахова