Апелляционное определение № 22-242/2026 22-3617/2025 от 27 января 2026 г.

Судья Пименова О.А. Дело № №


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

<адрес> 28 января 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Новосибирского областного суда в составе:

Председательствующего Голубинской Е.А.,

судей Свинтицкой Г.Я., Меньковой А.Ю.,

при секретарях судебного заседания Мичурине Е.Д., Соколовой Н.А.,

ФИО1, ФИО2,

с участием:

государственных обвинителей Бабенко К.В., Теряева Н.Ф.,

ФИО3, ФИО4,

адвокатов Евстифеева Е.В., Галяшина Н.В.,

осужденного ЕКВ,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционному представлению государственного обвинителя Овчинниковой А.А., апелляционным жалобам осужденного ЕКВ, адвокатов Евстифеева Е.В., Галяшина Н.В. на приговор <адрес><адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым

ЕКВ, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, не судимый,

осужден:

по п. «б» ч. 2 ст. 204 УК РФ (в редакции ФЗ от 07.12.2011 № 420- ФЗ) к 2 годам лишения свободы;

по ч. 5 ст. 291 УК РФ к 8 годам лишения свободы, со штрафом в размере однократной суммы взятки - 4 900 000 рублей, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с осуществлением управленческих функций в коммерческих организациях на срок 3 года;

по ч. 4 ст. 159 УК РФ к 3 годам лишения свободы.

На основании ч. 3, ч. 4 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний окончательно назначено наказание в виде лишения свободы на срок 9 лет, с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, со штрафом в размере однократной суммы взятки - 4 900 000 рублей, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с осуществлением управленческих функций в коммерческих организациях на срок 3 года.

Срок отбытия наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу.

В соответствии с ч. 4 ст. 47 УК РФ срок отбывания дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с осуществлением управленческих функций в коммерческих организациях, исчислен с момента отбытия осужденным ЕКВ наказания в виде лишения свободы, с распространением действия указанного дополнительного наказания на время отбывания ЕКВ основного наказания в виде лишения свободы.

Наказание в виде штрафа исполнять самостоятельно.

Мера пресечения ЕКВ изменена с домашнего ареста на заключение под стражу, он взят под стражу в зале суда.

В соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ в срок отбытия наказания зачтено время содержания ЕКВ под стражей с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, а также с ДД.ММ.ГГГГ и до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

В соответствии с ч. 3 ст. 72 УК РФ (в ред. Федерального закона от 07.12.2011 № 420-ФЗ) в срок отбытия наказания зачтено время нахождения ЕКВ под домашним арестом с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ из расчета один день нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы.

Исковые требования представителя потерпевшего <данные изъяты> удовлетворены, с ЕКВ в пользу <данные изъяты> взыскано в счет возмещения причиненного материального ущерба <данные изъяты>.

По делу решен вопрос о вещественных доказательствах.

Сохранен арест, наложенный на имущество ЕКВ и СЕГ

установил:

приговором суда ЕКВ признан виновным и осужден за коммерческий подкуп (преступление № 1), дачу взятки в особо крупном размере (преступление № 2), мошенничество в особо крупном размере (преступление № 3).

Преступления совершены при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре суда. В судебном заседании ЕКВ вину по предъявленному обвинению признал частично. Уголовное дело рассмотрено в порядке общего судопроизводства.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Овчинникова А.А. просит приговор суда отменить. Не оспаривая доказанность вины осужденного и правильность квалификации его действий, выражает несогласие с приговором в части чрезмерно мягкого наказания.

Полагает, что суд, назначая наказание по ч. 5 ст.291 УК РФ в минимальных пределах, не в полной мере учел обстоятельства совершенного преступления, отношение ЕКВ к обвинению, отсутствие раскаяния с его стороны, а также объект преступного посягательства, которым являются не только общественные отношения в сфере функционирования органов государственной власти, но и интересы государственной службы, что характеризует указанный состав повышенной общественной опасностью. Отмечает, что завод по производству взрывчатых веществ имеет особое стратегическое значение для оборонной, промышленной и энергетической безопасности страны, в связи с чем, дача взятки должностному лицу указанной организации должна рассматриваться как посягательство на основы государственной безопасности.

Полагает, что размер назначенного по ч.4 ст.159 УК РФ наказания несоразмерен содеянному, при этом потерпевшей стороной является государство, которому был причинен материальный ущерб, в связи с чем, в целях восстановления социальной справедливости, предупреждения совершения ЕКВ новых преступлений и его исправления, наказание последнему должно быть назначено в виде лишения свободы в максимальных пределах санкции статьи.

Обращает внимание, что в описательно-мотивировочной части приговора суд на л.д. 123, 127, 129 указал дату заключения договора поставки иономерной смолы «Серлин» - ДД.ММ.ГГГГ. вместо ДД.ММ.ГГГГ. Кроме того, на л.д. 121 ошибочно указал ч. 3 ст. 204 УК РФ, что подлежит уточнению, поскольку действия ЕКВ в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ верно квалифицированы судом в редакции ФЗ от 07.12.2011 № 420-ФЗ по п. «б» ч. 2 ст. 204 УК РФ.

Также отмечает, что судом верно указано о том, что МАВ являлся должностным лицом, выполняющим организационно-распорядительные и административно-хозяйственные функции в акционерном обществе, однако суд ошибочно указал, что контрольный пакет акций принадлежит муниципальному образованию, тогда как фактически его собственником является Российская Федерация, в связи с чем, приговор в этой части также подлежит уточнению.

В апелляционной жалобе адвокат Евстифеев Е.В. просит приговор суда отменить, вынести в отношении ЕКВ оправдательный приговор. В обоснование жалобы указывает, что судом в приговоре искажены доводы и показания ЕКВ, не приведены доказательства стороны защиты, полностью опровергающие доводы стороны обвинения, в том числе о неверном применении следственным органом уголовного закона, в связи с чем, им не дана оценка.

Считает, что в действиях ЕКВ отсутствуют признаки состава преступлений, предусмотренных ч. 5 ст. 291, ч. 4 ст. 159 УК РФ.

Обращает внимание, что судом было неверно применено Примечание 1 к ст. 285 УК РФ, в связи с чем, ошибочным является вывод суда о том, что МАВ являлся должностным лицом в период ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ. (преступление № 2).

Квалифицировав действия ЕКВ по ч.5 ст.291 УК РФ, суд сослался на Временное положение о холдинговых компаниях, утвержденное Указом Президента РФ от 16 ноября 1992 года № 1392, а по смыслу уголовного закона, основанием для уголовной ответственности является совершение деяния, предусмотренного исключительно Уголовным кодексом РФ.

Отмечает, что, в связи с внесением Федеральным законом от 13.07.2015г. № 265-ФЗ дополнений в п.1 Примечаний к ст. 285 УК РФ, под действие примечания подпадают только те акционерные общества, в которых от имени Российской Федерации права акционера осуществляет Федеральное агентство по управлению государственным имуществом. Приводя историю перехода права собственности на акции <данные изъяты> делает вывод, что указанное акционерное общество с 2012 года по настоящее время является исключительно коммерческой организацией без прямого участия в уставном капитале государства. При этом Российская Федерация отсутствует в реестре владельцев ценных бумаг <данные изъяты> не является держателем контрольного пакета акций, владеет акциями опосредованно. В связи с этим считает, что действия ЕКВ подлежат переквалификации со ст. 291 УК РФ на ст. 204 УК РФ.

Ссылаясь на имеющуюся в материалах дела служебную записку, отмечает, что суд первой инстанции не дал оценку наличию препятствий на заключение прямого договора между АО и производителем иономерной смолы «Серлин». Кроме того, указывает, что согласно аукционной документации по аукционам на право заключения договора поставки, в которых участвовало ООО», участие в них может принимать организация, входящая в реестр субъектов малого и среднего предпринимательства. Полагает, что по указанным обстоятельствам судом не были оценены и учтены также иные доказательства: ответ ПСА, показания допрошенной в ходе судебного следствия ХОВ

По мнению автора жалобы, суд первой инстанции формально оценил доказательства, подтверждающие, что ЕКВ не мог ввести в заблуждение сотрудников АО При этом приводит в подтверждение указанного довода выдержки из Единого Положения о закупке Госкорпорации «Ростех», приложения к указанному Положению, показания свидетелей ВЛИ, СТЕ, РИВ, ГДЗ, а также ссылается на приложения к пояснительным запискам для принятия решений о проведении закупок. Считает, что указанные доказательства в совокупности подтверждают факт того, что сотрудники АО не могли быть введены в заблуждение в части цен на иономерную смолу. При этом отмечает, что позиция суда может свидетельствовать о злоупотреблении в сфере закупок или об ограничении конкуренции, но не о хищении, все необходимые признаки состава преступления, предусмотренного ст. 159 УК РФ, отсутствуют.

Автор жалобы указывает на то, что суд истолковал противоречивые доказательства в пользу стороны обвинения. В частности, суд положил в основу приговора показания МАВ, не дав оценки доказательствам, прямо их опровергающим: копиям претензий, отправленных АО в адрес ООО ТМ и ООО в период с ДД.ММ.ГГГГ год, показаниям свидетеля СВВ, которые согласуются с показаниями иных свидетелей, Инструкции о порядке формирования, оформления и хранения дел, действующей на предприятии, показаниям свидетелей – членов закупочной комиссии, а также эксперта на заседаниях закупочной комиссии КАА, иных свидетелей. Полагает, что суд также не принял во внимание обстоятельства проведения электронного аукциона №, в результате которого первое место в торгах заняло ООО однако не смогло осуществить поставку и в последующем было внесено в реестр недобросовестных поставщиков.

Обращает внимание, что судом было необоснованно отказано в проведении дополнительной бухгалтерской экспертизы, что повлекло неверное определение размера отклонений по договорам поставки. При этом размер хищения определен на основании заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ.; эксперт, проводивший указанную экспертизу, был допрошен в ходе судебного заседания, не смог ответить на вопрос стороны защиты об определении расходов на транспортировку товара. Полагает, что указанный вопрос имеет существенное значение для определения размера хищения (сумма понесенных расходов на доставку товара должна быть исключена из размера хищения), что обосновывало необходимость в проведении дополнительной бухгалтерской экспертизы.

В апелляционной жалобе (основной и дополнительных) адвокат Галяшин Н.В. просит приговор суда отменить, вынести в отношении ЕКВ оправдательный приговор; прекратить уголовное преследование за совершение преступления, предусмотренного п. «б» ч. 2 ст. 204 УК РФ, в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности; переквалифицировать действия со ст. 291 УК РФ на ст. 204 УК РФ; исключить из описания преступных деяний выводы суда о том, что контрольный пакет акций АО принадлежит Российской Федерации, отказать в удовлетворении гражданских исков, снять арест, наложенный на имущество. Считает наказание назначено чрезмерно суровое без учета положительных сведений о личности ЕКВ, условий его жизни и семьи. Судом был установлен ряд обстоятельств, указывающих на то, что изоляция ЕКВ от общества является нецелесообразной, несправедливой, не отвечающей целям и задачам уголовного судопроизводства. Обращает внимание, что за время нахождения под домашним арестом и в следственном изоляторе, ЕКВ ни разу не нарушал установленных запретов, не срывал производство следственных действий, что свидетельствует о возможности его исправления без реального отбывания наказания. Отмечает, что при отбытии наказания в виде лишения свободы, ЕКВ не сможет обеспечивать и воспитывать своих детей, что несоразмерно совершенному деянию, нарушает их конституционные права. Полагает, что судом в приговоре не приведены мотивы принятого решения о назначении ЕКВ наказания именно в виде реального лишения свободы, выводы суда в указанной части противоречат установленным данным о его личности. Считает, что приговор основан на недопустимых, недостоверных и неотносимых доказательствах, что влечет его отмену.

Полагает, что предварительное расследование было проведено неполно, выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, судом были допущены существенные нарушения уголовного и уголовно-процессуального законодательства.

Просит освободить ЕКВ от уголовной ответственности по п. «б» ч. 2 ст. 204 УК РФ, в связи с истечением срока давности.

Полагает, что при осуждении ЕКВ по ч.4 ст.159 УК РФ, судом не установлено наличие признаков обмана или злоупотребления доверием, а описание органами следствия объективной стороны преступления противоречит фактическим обстоятельствам дела, тексту предъявленного обвинения по иным эпизодам. Отмечает, что лицо, получившее предмет коммерческого подкупа за совершение определенных действий, не может быть обмануто, ему должны быть достоверно известны обстоятельства заключения и исполнения договора. Ссылаясь на показания сотрудников <данные изъяты> полагает, что никто из них не был обманут ЕКВ Обращает внимание на то, что получение прибыли в результате предпринимательской деятельности не свидетельствует о ее преступном характере, а проведение судебной экспертизы по вопросу определения разницы в стоимости не подтверждает совершение преступления. Отмечает, что заключенные между АО и ООО» договоры исполнены в полном объеме, контрагенты по указанным договорам поставки были выбраны <данные изъяты>, которое определяло цену заключаемых договоров, а значит, потерпевший не мог быть обманут ЕКВ по вопросу стоимости поставляемого товара. Ссылаясь на Единое Положение о закупке Госкорпорации «Ростех», полагает, что коммерческие предложения, которые направлялись ЕКВ, фактически не учитывались сотрудниками <данные изъяты> только ООО имело опыт работы с данной организацией, а иные организации не являлись поставщиками завода. В связи с этим считает, что данные коммерческие предложения не могли ввести потерпевшего в заблуждение.

Приводя показания свидетелей, обращает внимание, что начальная (максимальная) цена договора, которую использовало АО при проведении конкурсных процедур, проверялась его сотрудниками на соответствие показателям бюджета, начальная (максимальная) цена договора определялась в соответствии с расширенным планом закупок, соответственно, в этой части сотрудники АО не могли быть введены в заблуждение. Также отмечает, что начальная (максимальная) цена договора определялась, вопреки требованиям Единого Положения о закупке Госкорпорации «Ростех», как минимальное значение из предложенных коммерческих предложений, а по указанию ГДЗ - без учета коммерческих предложений, при этом приводит сводную таблицу по договорам, подтверждающую указанный довод. По мнению адвоката, указанные им расчеты подтверждают, что цена товара по заключенным договорам является заниженной, влекущей сохранение денежных средств <данные изъяты>».

В материалах дела отсутствуют доказательства совершение ЕКВ хищения денежных средств АО Указывает, что ООО осуществляло поставку смолы по среднерыночным ценам, не допуская необоснованного завышения цены, зачастую цена была ниже, чем у других поставщиков, что подтверждается также заключениями бухгалтерских экспертиз, свидетельствует об отсутствии события преступления. Кроме того, потерпевший не был введен в заблуждение относительно цены товара, поскольку формировал ее самостоятельно, что подтверждает отсутствие обмана и злоупотребления доверием. Отмечает, что проведение спорных конкурентных закупок и заключение спорных договоров поставки смолы между АО и ООО уже становилось предметом проверки прокуратуры, которая не нашла признаков состава преступления. Считает, что вменение ЕКВ в вину в качестве прибыли разницы между ценой приобретаемого товара и полученной выручкой является необоснованным и само по себе не может рассматриваться как преступление, поскольку каких-либо законодательных ограничений по размеру прибыли коммерческой организации при заключении подобного типа договора не установлено.

Полагает, что в ходе судебного следствия стороной обвинения не было представлено достаточных сведений о том, что ЕКВ с целью хищения денежных средств путем обмана повлиял на должностных лиц при определении ими начальной (максимальной) цены договоров или на рассмотрение указанными лицами представленных организациями заявок на участие в открытых аукционах, по делу не установлено обязательных признаков, образующих событие хищения. При этом предоставление организациями коммерческих предложений, содержащих стоимость, за которую Общество было готово поставить товар, не противоречило законодательству РФ. Обращает внимание, что по договорам, заключенным между ООО и АО последнее осуществляло оплату с существенными временными задержками, нарушая условия договоров. Автор жалобы указывает, что все закупки, осуществляемые АО проходили через конкурентные закупки, проверялись иными организациями, входящими в ГК «Ростех», предприятием ежегодно составлялись планы осуществления закупок, ни один из членов закупочной комиссии не подтвердил, что был обманут ЕКВ

По мнению адвоката, при производстве судебной экспертизы, которой была определена сумма причиненного ущерба, не были учтены особенности ценообразования: не учтены расходы, связанные с выплатой комиссии, при производстве экспертизы определялась стоимость смолы, т.е. непосредственно товара, а договорами предусматривалась поставка товара, т.е. передача товара, оказание дополнительных услуг и т.д. Обращает внимание, что АО не могло самостоятельно закупать продукцию компании Д которое отказывалось поставлять товар, согласно служебной записке. Приводя показания свидетелей, адвокат полагает, что поскольку компания Д является единственным производителем товара, не предпринимала действий по участию в аукционе, аукционная документация фактически препятствовала участию данной организации в конкурентных торгах, то накладные расходы посредников подлежали компенсации со стороны покупателя продукции – АО, а потому данные денежные средства не являются предметом хищения.

Считает, что гражданский иск не подлежал удовлетворению, а вопрос о размере возмещения гражданского иска должен быть передан для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства. В обоснование этого довода указывает, что суд, удовлетворяя гражданский иск потерпевшего, не учел, что представитель потерпевшего не представил в суд расчет иска, не смог пояснить, каким образом произведены расчеты. При этом полагает, что ни судом, ни потерпевшим не было учтено, что часть денежных средств, получение которых предписывается ЕКВ, была направлена на уплату налогов, не находилась в его фактическом пользовании.

Указывает, что МАВ не являлся должностным лицом согласно Примечанию 1 к ст.285 УК РФ, а потому ЕКВ не является субъектом преступления, предусмотренного ст.291 УК РФ. Отмечает, что согласно предъявленному обвинению, передача денежных средств и совершение незаконных действий осуществлялись до ДД.ММ.ГГГГ., в указанный период времени действовала редакция Примечания 1, которая не предусматривала квалификацию получения денежных средств сотрудниками юридических лиц, акционерами которых не являлась Российская Федерация или ее субъекты. Указывает на то, что уголовный закон, устанавливающий преступность деяния, усиливающий наказание или иным образом ухудшающий положение лица, обратной силы не имеет. Адвокат полагает, что при вынесении приговора подлежали установлению юридические факты владения непосредственно Российской Федерацией, ее субъектом либо муниципальным образованием акций АО на момент совершения преступления. Ссылаясь на ответ Росимущества на адвокатский запрос, указывает, что в период с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ в собственности РФ контрольный пакет акций АО отсутствовал. Отмечает, что выписка из ЕГРЮЛ не подтверждает наличие у лица комплекса корпоративных прав, в ней указываются лишь лица, учредившие общество, а не владеющие его акциями в конкретные промежутки времени. Приводя историю перехода права собственности на акции ОАО автор жалобы делает вывод о том, что указанное Общество являлось и является исключительно коммерческой организацией без участия в уставном капитале государства, а в реестре владельцев ценных бумаг АО Российская Федерация или уполномоченный федеральный орган исполнительной власти отсутствует. Обращает внимание, что Российская Федерация в лице федерального агентства управления государственным имуществом не является держателем контрольного пакета акций АО не может напрямую голосовать на общем собрании акционеров. По мнению автора жалобы, ссылка следователя на принадлежность акций АО ГК «Ростех» является незаконной, способом преодоления действующего правового регулирования, при этом, согласно федеральному законодательству, Корпорация не отвечает по обязательствам Российской Федерации, а Российская Федерация не отвечает по обязательствам Корпорации. Адвокат считает, что сторона обвинения не привела степень и характер участия РФ в управлении АО Отмечает, что ГК «Ростех» является некоммерческой организацией, закрепленное за ней имущество не является государственной собственностью. Кроме того, согласно Уставу АО оно является коммерческой организацией. В связи с изложенным, автор жалобы делает вывод о том, что МАВ, будучи сотрудником АО не являлся должностным лицом, а ЕКВ – субъектом преступления, предусмотренного ст.291 УК РФ.

Считает незаконной и не подлежащей применению ссылку суда на подзаконный нормативный акт, регулирующий иные правоотношения (Указ Президента РФ № от ДД.ММ.ГГГГ). Полагает, что факт отсутствия в собственности и распоряжении РФ контрольного пакета акций АО подтверждается также ответами ФАС России, ГК «Ростех» и АО на адвокатские запросы, в связи с чем, квалификация действий ЕКВ как преступление, предусмотренное ч.5 ст.291 УК РФ, является ошибочной, у него отсутствовал умысел на дачу взятки.

Обращает внимание на то, что МАВ не обладал какими-либо должностными полномочиями, позволяющими ему совершать незаконные действия (бездействие) в пользу ЕКВ Отмечает, что согласно Уставу АО только единоличный исполнительный орган заключает договоры и совершает иные сделки; МАВ при этом не предоставлялось право совершения юридически значимых действий от имени Общества. Приводя показания свидетелей, указывает, что никто не заявлял об оказании на них давления, работа выполнялась в соответствии с правилами. Обращает внимание, что по договорам между ООО и АО последнее осуществляло оплату с существенными временными задержками, нарушая условия договоров, что явно свидетельствует об отсутствии полномочий у МАВ по совершению действий в пользу ЕКВ, МАВ также не мог влиять на действия закупочной комиссии, препятствовать участию иных лиц в торгах. Указывает, что цена закупки определялась по результатам проведения торгов, а не согласованием с МАВ, не имевшего отношения к такой процедуре. Полагает, что утверждения следователя об отсутствии претензионной работы в отношении организаций, подконтрольных ЕКВ, опровергается как показаниями свидетелей, так и приобщенными к материалам дела претензиями АО, при этом заключенные договоры содержат раздел, предполагающий в случае возникновения споров проведение переговоров, а не осуществление судебно-претензионной работы. Отмечает, что ни один из свидетелей стороны обвинения не подтвердил, что МАВ давал им указания о создании для компаний, подконтрольных ЕКВ, особых условий, об отказе от фиксации нарушений и т.д. Автор жалобы обращает внимание на обстоятельства проведения электронного аукциона №, в результате которого первое место в торгах заняло ООО не смогло осуществить поставку и было внесено в реестр недобросовестных поставщиков. Адвокат делает вывод, что ни одно из утверждений суда о действиях, которые совершал МАВ в интересах ЕКВ, не подтвердилось в ходе судебного следствия.

По мнению автора жалобы, преступление не может квалифицироваться как оконченное, поскольку МАВ ввел ЕКВ в заблуждение относительно наличия у него каких-либо организационно-распорядительных, административно-хозяйственных или иных функций, не совершал каких-либо действий в пользу ЕКВ, фактически присвоив денежные средства. Указывает, что в ходе судебного следствия МАВ не смог предоставить суду конкретные сведения о том, какие действия им совершались в пользу ЕКВ Адвокат просит отнестись критически к показаниям МАВ, данным на предварительном следствии, поскольку он является лицом, в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство, что влечет заинтересованность указанного лица.

Считает, что на стадии преддоговорных отношений, заключения и исполнения договора, участие в работе принимали сотрудники АО которые не находились в служебном или функциональном подчинении у МАВ, он не мог повлиять на принятие ими решений, отдавать обязательные для исполнения распоряжения и приказы. Полагает, что признательные показания МАВ и ЕКВ не освобождали суд от обязанности по проверке обоснованности предъявленного обвинения, а признание обвиняемым вины в совершении преступления может быть положено в основу обвинения лишь при подтверждении его виновности совокупностью имеющихся по делу доказательств, которая, по мнению адвоката, в уголовном деле отсутствует. Отмечает, что признание МАВ своей вины само по себе не доказывает, что ЕКВ причастен к этому преступлению.

В апелляционной жалобе (основной и дополнительных) осужденный ЕКВ просит приговор суда отменить, оправдать его по ч.4 ст.159 УК РФ, переквалифицировать его действия со ст. 291 УК РФ на ч. 3 ст. 30 - ст. 204 УК РФ.

В обоснование жалобы указывает, что судом были допущены процессуальные нарушения, в приговоре отсутствует анализ, оценка, сопоставление доказательств стороны обвинения и стороны защиты, его показания приведены в искаженном виде, доказательства стороны защиты не нашли отражения в приговоре, приговор фактически является копией обвинительного заключения. Полагает, что наценка поставщика на товар в ходе его реализации необоснованно расценена судом как хищение, что нарушает конституционный принцип свободы предпринимательской деятельности. Считает неправомерным признание судом в качестве похищенных денежных средств расходы поставщика продукции и размер уплаченных налогов.

Считает, что судом было допущено фундаментальное нарушение уголовного законодательства, выразившееся в придании обратной силы уголовному закону, устанавливающего ответственность, в части обвинения в совершении преступления, предусмотренного ст. 291 УК РФ. Обращает внимание, что МАВ в силу своей должности никак не мог повлиять на устранение поставщиков завода, т.е. на создание условий работы завода только с ООО» и ООО, это не позволяет сделать и сама система торгов, а также положения законодательства. При этом ООО становилось победителем в связи с лучшими предложенными условиями, а не с помощью МАВ, а в случае появления участника рынка, предложившего более выгодные условия, МАВ не смог бы этому воспрепятствовать. Автор жалобы отмечает, что МАВ получал от него деньги, однако в его компетенцию не входило разрешение вопросов, за которые он их получал, о чем он не сообщил, в результате чего не оказал никакой помощи, не создал для ООО» и ООО ТМ никаких благоприятных условий. Полагает, что указанные обстоятельства опровергают обвинение по ст.ст. 159, 291 УК РФ.

Отмечает, что раскаялся и признал себя виновным в совершении покушения на коммерческий подкуп, при этом просил суд учесть неправомерные действия руководителей завода, фактически повлекшие ограничение конкуренции, что нашло свое подтверждение в материалах проверки, проводимых прокуратурой <адрес>. Приводит также доводы, аналогичные доводам адвокатов.

В возражениях на апелляционные жалобы осужденного ЕКВ, адвокатов Галяшина Н.В., Евстифеева Е.В. государственный обвинитель Бегишев Ю.М. просит апелляционные жалобы оставить без удовлетворения.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции осужденный ЕКВ, адвокаты Евстифеев Е.В., Галяшин Н.В. поддержали доводы апелляционных жалоб, возражали по доводам апелляционного представления; государственный обвинитель поддержал доводы апелляционного представления, возражал по доводам апелляционных жалоб.

Заслушав мнение участников судебного заседания, проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, апелляционного представления судебная коллегия приходит к следующему.

Все обстоятельства, при которых ЕКВ совершил вышеуказанные преступления, и подлежащие доказыванию, предусмотренные ст. 73 УПК РФ, по настоящему уголовному делу, судом установлены правильно.

Вина осужденного подтверждается совокупностью приведенных в приговоре доказательств, полученных в установленном законом порядке, которые являются относимыми, допустимыми и достоверными. Данные доказательства были объективно исследованы и проверены в судебном заседании и получили оценку в соответствии с требованиями ст.ст. 17, 87, 88 УПК РФ, подробно приведены в приговоре. Все выводы суда о доказанности вины осужденного в инкриминируемых ему деяниях, вопреки доводам жалоб, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, мотивированы.

Какие-либо не устраненные судом существенные противоречия в доказательствах, требующие их истолкования в пользу осужденного, которые могли бы повлиять на выводы суда о доказанности его вины или на квалификацию его действий, по делу отсутствуют. Всем исследованным судом доказательствам дана надлежащая оценка. Суд дал оценку всем показаниям осужденного и в полном объеме проверил доводы стороны защиты, при этом надлежащим образом мотивировал свои выводы.

Как следует из протокола судебного заседания и приговора, судебное разбирательство проведено судом с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, принципов равноправия и состязательности сторон. Суд исследовал все представленные сторонами доказательства, которым дал объективную оценку, с которой соглашается суд апелляционной инстанции.

Обвинительное заключение соответствует требованиям ст. 220 УПК РФ, вопреки доводам жалоб, не содержит противоречий и неясности при изложении обстоятельств совершенных преступлений. Оснований для возвращения уголовного дела прокурору в соответствии со ст. 237 УПК РФ, нет. Довод стороны защиты о неполноте следственных действий является необоснованным, поскольку совокупность имеющихся в деле доказательств является достаточной для признания ЕКВ виновным в совершенных им преступлениях. Кроме того, в соответствии с ч. 2 ст. 38 УПК РФ следователь уполномочен самостоятельно направлять ход расследования, принимать решение о производстве следственных и иных процессуальных действий.

Право на защиту осужденного как в ходе предварительного следствия, так и судом первой инстанции нарушено не было. Суд правильно разрешил по существу в соответствии с требованиями УПК РФ все заявленные ходатайства и привел мотивы принятых решений по их рассмотрению. Отказ в удовлетворении заявленных стороной защиты ходатайств не свидетельствует сам по себе о нарушении права осужденного на защиту или об обвинительном уклоне при рассмотрении дела судом. Судебная коллегия также не усматривает оснований для удовлетворения ходатайств стороны защиты, в которых было отказано судом первой инстанции, а также заявленных в апелляционной инстанции.

Протокол судебного заседания отвечает требованиям ст. 259 УПК РФ. В протоколе судебного заседания (во всех его частях) отражен действительный ход судебного заседания, все действия суда изложены в том порядке, в каком они имели место в ходе судебного заседания, правильно изложен смысл и содержание выступлений участников уголовного судопроизводства, в соответствии со сказанным, в том числе заявленные ходатайства. Каких-либо искажений, исправлений, дописок, опечаток, протокол судебного заседания не содержит. Замечания стороны защиты на протокол судебного заседания от ДД.ММ.ГГГГ. в части показаний МАВ, судебная коллегия считает необоснованными, подлежащими отклонению, поскольку замечания фактически сводятся к предложениям об иной редакции изложения показаний МАВ, однако дословное приведение речи участников уголовного разбирательства в протоколе судебного заседания не предусмотрено уголовно-процессуальным законодательством. Каких-либо существенных противоречий между аудиозаписью и изложением показаний МАВ в письменном протоколе судебного заседания, которые бы повлияли на оценку его показаний или выводы суда о доказанности вины ЕКВ, не содержится. Учитывая приведенные обстоятельства, суд апелляционной инстанции считает, что протокол судебного заседания от ДД.ММ.ГГГГ. составлен секретарем в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, регулирующего порядок и правила его составления, и по смыслу которого секретарь обязан отразить суть пояснений участников процесса, изложив их в соответствии с грамматическими и литературными требованиями, предъявляемыми к составлению процессуальных документов. Таким образом, протокол судебного заседания соответствует требованиям ст. 259 УПК РФ, в связи с чем, замечания стороны защиты по его содержанию подлежат отклонению.

Обвинительного уклона при расследовании и рассмотрении уголовного дела не усматривается. Отказ в удовлетворении заявленных стороной защиты ходатайств не свидетельствует сам по себе о нарушении права осужденного на защиту или об обвинительном уклоне со стороны органов предварительного следствия и суда. Оснований для отвода государственного обвинителя и судьи не имеется; сведений об их заинтересованности при рассмотрении уголовного дела, из материалов не усматривается.

Довод жалобы о совершении противоправных действий со стороны сотрудников АО не является предметом настоящего апелляционного рассмотрения, поскольку в соответствии с ч. 1 ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению.

Довод стороны защиты о том, что МАВ не являлся должностным лицом, в связи с чем, в действиях ЕКВ отсутствует состав преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 291 УК РФ, является несостоятельным по следующим основаниям.

Так, согласно примечанию № 1 к ст. 285 УК РФ (в редакции Федерального закона от 13.07.2015 № 265-ФЗ), должностными лицами в статьях этой главы признаются лица, постоянно, временно или по специальному полномочию осуществляющие функции представителя власти либо выполняющие организационно-распорядительные, административно-хозяйственные функции в акционерных обществах, контрольный пакет акций которых принадлежит Российской Федерации.

В соответствии с Федеральным законом от 23.11.2007 № 270-ФЗ «О Государственной корпорации по содействию разработке, производству и экспорту высокотехнологичной промышленной продукции «Ростех»», ГК «Ростех» является юридическим лицом, созданным Российской Федерацией в организационно-правовой форме государственной корпорации, имущество которой формируется за счет имущественного взноса Российской Федерации.

Под контрольным пакетом акций понимается согласно Временному положению о холдинговых компаниях, создаваемых при преобразовании государственных предприятий в акционерные общества, утв. Указом Президента РФ от 16.11.1992г. № 1392, любая форма участия в капитале предприятия, которая обеспечивает безусловное право принятия или отклонения определенных решений на общем собрании участников (акционеров) и в органах управления, в том числе наличие права «золотой акции».

Имеющиеся в материалах уголовного дела Уставы АО в редакциях, действующих на момент совершения ЕКВ преступлений № 1 и № 2, а также сведения из реестра владельцев ценных бумаг АО и АО подтверждают, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ контрольный пакет акций АО принадлежал Российской Федерации, поскольку Российская Федерация осуществляла управление деятельностью ГК «Ростех», которой принадлежало от 99,061319 % до 100 % акций единственного акционера АО - АО. Указанные обстоятельства помимо письменных доказательств подтверждаются также показаниями свидетеля ГИВ - заместителя руководителя территориального управления Росимущества, согласно которым ГК «Ростех», имея указанный пакет акций АО являлась мажоритарным акционером, оказывая основное влияние на управление им.

В связи с этим является необоснованным вывод стороны защиты о том, что АО с 2012 года по настоящее время является исключительно коммерческой организацией без прямого участия в уставном капитале государства, а ссылка стороны защиты на то, что Российская Федерация отсутствует в реестре владельцев ценных бумаг АО и не является держателем контрольного пакета акций, владея ими опосредованно, не ставит под сомнение законность обжалуемого приговора.

Так, судом достоверно установлено, что МАВ в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, занимая должность начальника отдела-материально технического обеспечения АО выполнял организационно-распорядительные, административно-хозяйственные функции в этой организации, относившейся по закону к категории коммерческих организаций, в связи с чем, действия ЕКВ в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ правильно квалифицированы судом по п. «б» ч. 2 ст. 204 УК РФ - как коммерческий подкуп.

Однако в приговоре суд допустил очевидную опечатку на л.д. 121, указав, что действия ЕКВ правильно квалифицированы по «ч. 3 ст. 204 УК РФ». Судебная коллегия считает, что данный недостаток не влияет на законность обжалуемого приговора и может быть устранен путем уточнения описательно-мотивировочной части приговора на странице 121 указанием на то, что действия ЕКВ правильно квалифицированы по п. «б» ч. 2 ст. 204 УК РФ вместо ошибочно указанного судом ч. 3 ст. 204 УК РФ.

Федеральным законом от 13.07.2015г. № 265-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» в примечание 1 к статье 285 УК РФ были внесены изменения, согласно которым к категории должностных лиц были отнесены, в том числе, лица, выполняющие организационно-распорядительные, административно-хозяйственные функции в акционерных обществах, контрольный пакет акций которых принадлежит Российской Федерации.

В связи с изменившимся с 24.07.2015г. законом (от 13.07.2015 № 265-ФЗ) МАВ является должностным лицом, выполняющим организационно-распорядительные и административно-хозяйственные функции в акционерном обществе, контрольный пакет акций которых принадлежит Российской Федерации, в связи с чем, вопреки доводам стороны защиты, действия ЕКВ в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ правильно квалифицированы судом по ч. 5 ст. 291 УК РФ - как дача взятки должностному лицу лично за совершение заведомо незаконных действий (бездействие), в особо крупном размере.

В связи с вышеприведёнными изменениями уголовного закона, суд правильно квалифицировал действия ЕКВ в указанные периоды не как единое продолжаемое преступление, а двумя самостоятельными составами - коммерческий подкуп и дача взятки.

Согласно должностной инструкции МАВ - начальника отдела-материально технического обеспечения АО в его обязанности входило обеспечение своевременного снабжения АО материальными ресурсами, необходимыми для производственного процесса, непосредственное участие при согласовании и заключении договоров, заключаемых заводом с контрагентами, в том числе расходных договоров, организация осуществления торгово-закупочных и принятие участия в работе закупочной комиссии. МАВ являлся заместителем председателя закупочной комиссии, а в случае отсутствия председателя закупочной комиссии, его обязанности возлагались на него. Таким образом, служебное положение МАВ позволяло ему принимать решения, связанные с обеспечением снабжения организации материальными ресурсами, осуществлять руководство подчиненными сотрудниками, а также принимать решения, имеющие юридическое значение и влекущие юридические последствия.

Таким образом, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ МАВ являлся лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой организации, то есть постоянно выполняющим организационно-распорядительные и административно-хозяйственные функции в этой организации, а с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ - должностным лицом, т.е. лицом, постоянно выполняющим организационно-распорядительные, административно-хозяйственные функции в акционерном обществе, контрольный пакет акций которого принадлежит Российской Федерации.

Так, судом достоверно установлено и подтверждается совокупностью исследованных доказательств, подробно приведенных в приговоре, что ЕКВ:

-действуя умышленно и из корыстных побуждений, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ незаконно передал МАВ, выполняющему управленческие функции в коммерческой организации АО, денежные средства в сумме 1 050 000 руб. за совершение действий (бездействие) в интересах дающего в связи с занимаемым МАВ служебным положением, если они совершены за заведомо незаконные действия (бездействие)- преступление № 1;

-действуя умышленно, из корыстных побуждений, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ совершил дачу взятки должностному лицу - МАВ лично за совершение заведомо незаконных действий (бездействие) в размере 4 900 000 рублей, что является особо крупным размером согласно п. 1 примечания к ст. 290 УК РФ- преступление № 2;

-действуя умышленно, из корыстных побуждений, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ЕКВ противоправно безвозмездно изъял и обратил в свою пользу путем обмана денежные средства, принадлежащие АО в сумме <данные изъяты>, что в соответствии с примечанием 4 к ст. 158 УК РФ является особо крупным размером, в результате чего АО причинен ущерб на указанную сумму - преступление № 3.

Вопреки доводам стороны защиты, судом правильно установлен способ совершения преступления № 3 - путем обмана, поскольку ЕКВ организовывал предоставление сотрудникам АО о наличии якобы нескольких заведомо недостоверных коммерческих предложений от разных юридических лиц о поставке иономерной смолы «Серлин» и о цене якобы предлагаемого к поставке указанного товара, чем создавал видимость конкуренции в данной сфере, с целью искусственного завышения цены иономерной смолы «Серлин», указывая в коммерческом предложении подконтрольной ему организации наименьшую цену, при этом превышающую цену, по которой ЕКВ приобретал иономерную смолу «Серлин» посредством ООО ТМ у официальных представителей производителя. В результате обмана сотрудниками АО была сформирована начальная максимальная цена поставок на основании предоставленных ЕКВ фиктивных коммерческих предложений, в результате чего были заключены договоры поставок по завышенной цене, во исполнение которых АО были перечислены денежные средства на счет подконтрольной ЕКВ организации ООО

Умысел ЕКВ на хищение денежных средств АО подтверждается совокупностью подробно приведенных в приговоре доказательств, согласно которым, ЕКВ незаконно завладел денежными средствами АО и распорядился ими по своему усмотрению в результате обмана сотрудников АО завысив цену иономерной смолы «Серлин» по сравнению с ценой, по которой он ее приобретал, используя фиктивные, содержащие заведомо недостоверную информацию документы - коммерческие предложения.

Вина ЕКВ в совершении мошенничества подтверждается:

-показаниями представителя потерпевшего ПСА, согласно которым в результате действий ЕКВ, фактического руководителя ООО - организации, являющейся основным поставщиком на завод иономерной смолы по организации изготовления и предоставления в адрес АО фиктивных коммерческих предложений от различных взаимосвязанных с ним организаций, были похищены денежные средства в особо крупном размере в результате необоснованного и незаконного завышения цены материала;

-показаниями свидетелей ВЛР, ТАВ (сотрудники отдела материально - технического обеспечения), которые, не подозревая о преступных намерениях ЕКВ, сформировали начальную максимальную цену поставок по договорам от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, и ДД.ММ.ГГГГ, в результате чего иономерная смола была поставлена на завод по завышенной цене. Согласно требованиям ЕПОЗ, начальная максимальная цена поставки определялась на основании коммерческих предложений путем определения наименьшей цены, либо как среднее арифметическое значение. О том, что коммерческие предложения содержат недостоверную информацию о рыночной стоимости иономерной смолы, не было известно сотрудниками завода, членам закупочной комиссии, сотрудникам отдела по работе с договорами, проверявшим правильность формирования начальной максимальной цены поставки.

В связи с изложенным, довод стороны защиты на наличие препятствий на заключение прямого договора между АО и производителем иономерной смолы «Серлин», поскольку участие в аукционах на право заключения договора поставки может принимать организация, входящая в реестр субъектов малого и среднего предпринимательства, не влияет на выводы суда о доказанности вины ЕКВ в совершенном преступлении при установленных судом обстоятельствах.

В связи с изложенным, ссылка стороны защиты на Единое Положение о закупке Госкорпорации «Ростех», пояснительные записки и приложения к ним, показания свидетелей ФИО не ставит под сомнение обоснованность выводов суда о совершении ЕКВ преступления путем обмана сотрудников АО

Вина ЕКВ в совершении инкриминируемых преступлений подтверждается показаниями МАВ, согласно которым он указывал о наличии у него договоренности с ЕКВ о перечислении ему денежных средств за совершение действий (бездействия) в интересах ЕКВ и подконтрольных ему организаций ООО ООО которая им была выполнена, в результате чего в период с ДД.ММ.ГГГГ год с организациями ЕКВ - ООО ООО были заключены договоры поставки материалов в адрес АО. Он обеспечивал выбор указанных организаций в качестве поставщиков материалов в адрес завода, не подыскивая иных поставщиков, не предпринимая мер к заключению прямых договоров с представителями производителей. Все вопросы, касающиеся поставок материалов в адрес завода, он решал с ЕКВ, общаясь и информируя его по телефону; при нарушении условий договоров поставки указанными организациями в части сроков поставки товара, качества, по его указанию сотрудники отдела материально-технического снабжения ВЛР, СВВ о всех таких нарушениях должны были докладывать ему, а он лично пытался урегулировать данные возникающие вопросы с ЕКВ без передачи материалов юридическому отделу для предъявления претензии в установленном законом порядке. Именно он информировал ЕКВ о подготовке закупочной документации, обеспечивал направление запросов о предоставлении коммерческих предложений только в организации, подконтрольные ЕКВ, не проводя мониторинг цен. В целях заключения договоров на поставку иономерной смолы «Серлин» ЕКВ на запрос сотрудников отдела материально-технического снабжения были предоставлены коммерческие предложения, которые были приняты во внимание при определении начальной максимальной цены поставки.

Согласно должностной инструкции начальника отдела материально-технического снабжения МАВ, а также его полномочий, как заместителя закупочной комиссии, совершение в интересах ЕКВ и подконтрольных ему организаций действий (бездействия) как законных, так и незаконных входило в его служебные полномочия. Кроме того, в связи с обеспечением МАВ предоставления сотрудникам отдела материально-технического снабжения завода информации при подготовке закупочной документации о поставке иономерной смолы «Серлин» путем направления запросов о стоимости иономерной смолы в организации, взаимосвязанные с ЕКВ, последним было совершено хищение денежных средств, принадлежащих заводу, в результате заключения договоров поставки по явно завышенной цене иономерной смолы.

Давая показания, МАВ подтверждал факт получения денежных средств от ЕКВ в качестве коммерческого подкупа и взятки в общей сумме 1 050 000 рублей и 4 900 000 рублей соответственно, на счет карты, оформленной на его супругу, которая фактически находилась в его пользовании.

Показания МАВ согласуются с показаниями МСН, подтвердившей факт того, что банковская карта АО «Альфа-банк» фактически находилась в пользовании ее супруга МАВ Кроме того, свидетель указала, что ЕКВ ей не знаком, что опровергает довод защиты о том, что частично денежные средства были им перечислены лично МСН для помощи ее болеющей дочери.

Факт получения МАВ от ЕКВ денежных средств путем их перечисления на счет, открытый на имя МСН, в сумме 550 000 рублей со счета ШСН, 350 000 рублей со счета ДИВ (по преступлению № 1), а также в сумме 1 970 000 рублей со счета ШСН (по преступлению № 3) подтверждается показаниями свидетеля ШСН, который по просьбе ЕКВ производил перечисление указанных денежных средств на счет МСН, данные о котором ему предоставил ЕКВ

Кроме того, передача ЕКВ коммерческого подкупа в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в общей сумме 1 050 0000 рублей, а также взятки в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в общей сумме 4 900 000 рублей подтверждается ответами из кредитных учреждений, протоколами осмотра сведений о движении денежных средств по расчетным счетам МСН, ШСН, ДИВ, ЕКВ

Показания МАВ о порядке формирования закупочной документации, поступлении коммерческих предложений и порядке направления запросов на получение таковых ценовых предложений, об определении начальной максимальной цены при поступлении коммерческих предложений от ООО в основном и главном согласуются и с показаниями сотрудников завода.

Так, свидетель ВЛР пояснила, что до заключения договора в ДД.ММ.ГГГГ году на поставку иономерной смолы «Серлин» с ООО поставка указанного сырья производилась представителем производителя в России - Д при этом по ценам гораздо ниже, чем при последующей поставке ООО. С ДД.ММ.ГГГГ года закупки товаров для нужд завода стали производится путем проведения торгов, победителем которого преимущественно являлось ООО Свидетель ВЛР подтвердила, что после того, как поставщиком стало ООО она продолжила работу при формировании закупочной документации с теми же работниками, что и работала в ООО». С ДД.ММ.ГГГГ года при определении начальной максимальной цены она стала учитывать коммерческие предложения, поступающие ей на электронную почту по ее запросам, которые она направляла по указанию МАВ в определенные компании, а именно в ООО При формировании начальной максимальной цены поставки она учитывала указанные коммерческие предложения, определяя цену поставки как наименьшую из ценовых предложений, либо как среднее арифметическое значение. Также по указанию МАВ при нарушении условий договора организациями ЕКВ, она должна была непосредственно докладывать об этом МАВ в целях того, что чтобы не вести официальный претензионной порядок, что ею и выполнялось.

Свидетель СВВ дала аналогичные показания об обстоятельствах поступления коммерческих предложений, направления запросов, исполнения указаний МАВ

Из показаний свидетеля ТАВ следует, что при формировании начальной максимальной цены поставки она использовала коммерческие предложения, полученные по запросу ВЛР

Свидетель МАГ в своих показаниях подтвердил, что МАВ указывал ему докладывать обо всех нарушениях условий договора при поставке товаров организациями ЕКВ - ООО директором которого была супруга ЕКВ, и ООО без инициирования составления претензий в их адрес, чтобы МАВ с ЕКВ самостоятельно решал все возникающие вопросы при поставке товаров данными организациями.

Представленные стороной защиты копии писем о наличии недостатков поставленного материала от имени АО за период с ДД.ММ.ГГГГ.г. не опровергают установленные судом обстоятельства того, что МАВ, получая денежное вознаграждение от ЕКВ, обеспечивал урегулирование споров без инициирования официального претензионного порядка.

В соответствии с должностной инструкцией МАВ должен был обеспечивать подготовку материалов юридическому отделу для предъявления претензий поставщикам при нарушении ими договорных обязательств. Как следует из представленных писем за подписью сотрудников АО», в том числе и самого МАВ, фактически указанные письма носили информационный характер о необходимости исполнить условия договора надлежащим образом, а не претензиями, подготовленными юридическим отделом, влекущими применение штрафных санкций к поставщику, предусмотренных договорами поставки. Кроме того, установлено, что в АО официальная претензионная работа с ДД.ММ.ГГГГ в отношении ООО» не велась, что подтверждается ответом от ДД.ММ.ГГГГ АО

Из показаний свидетеля КСА, генерального директора АО следует, что в период с ДД.ММ.ГГГГ с ООО было заключено 11 договоров поставки иономерной смолы «Серлин» для нужд завода, и со времени его назначения на должность руководителя с ДД.ММ.ГГГГ года им было принято решение о закупке иономерной смолы без посредников в целях минимизации расходов завода, с этого времени иономерная смола стала закупаться напрямую у официального представителя производителя в России - ООО, которое стало являться постоянным участником торгов, как следствие каких-либо препятствий для этого не возникало.

Указанные обстоятельства подтверждаются показаниями ВЛР, пояснившей, что, когда она направила запросы не в организации ЕКВ, то по ее запросу сразу же поступили ценовые предложения и от других поставщиков. Свидетели ХОВ, ЦВВ, ИРВ также подтвердили, что отсутствовали какие-либо препятствия для заключения прямого договора в отсутствие посредников на поставку иономерной смолы «Серлин» в адрес АО

Таким образом, заключение договоров ООО ООО ТМ на поставку различных товаров было обеспечено путем действий МАВ, способствовавшего в силу занимаемого им служебного положения, к ограничению круга поставщиков, в том числе и прямых поставщиков к участию в закупочных процедурах, проводимых АО и выбору подконтрольных ЕКВ организаций в качестве поставщиков материалов.

Свидетели ВАА, ВЛИ, БЮС, СНП, ПВА, МСВ, САС, ЯНВ, КАВ, СВГ, ВИМ, БОВ, ГДЗ, КЕВ ЧАА, СТЕ показали, что вся закупочная документация, в том числе начиная с апреля ДД.ММ.ГГГГ года, проверялась сотрудниками отделов и членами закупочной комиссии формально на предмет соответствия предъявляемым к ней действующим требованиям, без проверки сведений, содержащихся в конкретных документах.

Данным свидетелям, а также свидетелям ПОА, ФТА, не было известно о преступных намерениях ЕКВ, что подтверждает обман с его стороны путем предоставления сотрудникам АО заведомо не соответствующих действительности документов - коммерческих предложений. При заключении договоров поставки в периоды совершения ЕКВ преступлений №№ 1, 2, данным свидетелям не было известно о состоявшейся договоренности между МАВ и ЕКВ, согласно которой ЕКВ передал МАВ денежные средства в качестве коммерческого подкупа и взятки.

Из показаний свидетелей ХАВ, РИВ, сотрудников отдела по работе с договорами, к ведению которых относилась проверка правильности определения начальной максимальной цены поставки материалов, следует, что проверка в части верности формирования начальной максимальной цены производилась на основании имеющихся и поступивших на завод коммерческих предложений, оснований не доверять которым у них не было.

О фактической подконтрольности организаций и осуществлении непосредственного руководства деятельностью ООО указали свидетели ТГИ, ВМХ, ПЕА, МОН, КЕВ, СНП, согласно показаниям которых, помещения организаций, в том числе и ООО ООО ТМ находились рядом, а все сотрудники организаций выполняли поручения ЕКВ, который фактически осуществлял коммерческую деятельность от имени указанных организаций. Свидетель КЕВ указывала, что коммерческие предложения от имени ООО в адрес завода она направляла исключительно по просьбе ЕКВ, а в его распоряжении имелись оттиски печати общества и ее подпись руководителя.

Суд правильно не принял во внимание показания свидетеля КЕВ о том, что ООО не было подконтрольно ЕКВ и вело самостоятельную деятельность, оценив их как субъективное мнение свидетеля об этом.

О фактическом осуществлении ЕКВ деятельности от имени ООО показал и МАВ, сообщая о выполнении своей договоренности с осужденным об оказании способствования в организации поставок с данной организацией в интересах последнего.

Свидетель ВЛР подтвердила, что после того, как ООО стало поставлять материалы на завод, она продолжила работу по вопросам закупки у ООО с теми же сотрудниками, с которыми она работала как с сотрудниками ООО

Кроме того, в результате прослушивания файлов, обнаруженных на диктофоне по месту жительства ЕКВ и согласно заключению эксперта УФСБ России по <адрес> АИВ № 110 и № 111 от ДД.ММ.ГГГГ., выводы которых были подтверждены в результате допроса эксперта АИВ, установлено содержание разговоров ЕКВ и МОН, из которых следует, что фактическим руководителем ООО являлся ЕКВ который контролировал процесс поставок товаров от имени указанной организации в адрес завода.

Согласно результатам оперативно-розыскной деятельности, установлено, что в целях поставок товаров на завод ЕКВ контролировал и фактически вел деятельность от имени ООО, ООО, ООО работники которых взаимодействовали между собой по общим вопросам деятельности всех организаций одновременно.

Судом правильно установлено, что в целях заключения договоров поставки иономерной смолы «Серлин» по договорам поставки от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, и ДД.ММ.ГГГГ (преступления №№ 2, 3) ЕКВ было организовано направление коммерческих предложений от имени ООО, ООО... в адрес АО на запросы сотрудников отдела материально-технического снабжения завода, что следует из показаний МАВ, ВЛР, СВВ, ТАВ о направлении соответствующих запросов и поступлении на электронную почту коммерческих предложений. При этом коммерческие предложения от имени ООО поступали в адрес завода путем направления их ПЕА по электронной почте, в наименовании которой было использовано наименование данной организации, а электронная почта была зарегистрирована самой ПЕА по указанию ЕКВ, о чем последняя сообщила в своих показаниях.

Факт подложности коммерческих предложений, направление которых было организовано ЕКВ в целях заключения договоров поставки по завышенной цене иономерной смолы «Серлин», в виде сканированных копий фиктивных коммерческих предложений ООО фиктивных коммерческих предложений от имени организаций, реквизиты которых имелись в распоряжении ЕКВ - ООО... а также от имени подконтрольной ему организации ООО подтверждается показаниями свидетелей:

-БСС, БНС, согласно которым ООО занималось продажей фруктов и овощей, а коммерческие предложения на поставку иономерной смолы в адрес оборонного предприятия ими никогда не составлялись;

-ФДА, показавшего, что подпись от имени руководителя ООО выполнена им, однако ему неизвестны как порядок закупки иономерной смолы для завода, так и последующей поставки;

-КЕВ о направлении коммерческих предложений от имени ООО» по указанию ЕКВ, которые она не составляла;

-СЕГ о том, что она не составляла коммерческие предложения от имени ООО, подготовку коммерческих предложений организовал ее супруг ЕКВ, использовав ее сканированную подпись;

-ЕНЮ, ШСМ, согласно которым они не составляли коммерческие предложения от имени ООО, а свидетель ШСМ также подтвердил факт подложности коммерческих предложений от имении ООО отношения к которому не имела и его сожительница ДИВ;

-ДВС, ДЛА - родителей ДИВ, МЛА, из которых следует, что ДИВ никогда не занималась коммерческой деятельностью и не являлась участником, либо руководителем юридических лиц.

Помимо указанных показаний свидетелей факт подложности коммерческих предложений, а именно их изготовление ЕКВ путем монтажа изображения подписи от имени руководителя организации и оттиска печати подтверждается также заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ. Кроме того, об организации направления коммерческих предложений говорил и сам ЕКВ в своих показаниях на предварительном следствии.

Из показаний свидетелей ЦЕВ, ЗАН, НАА, ТЕН, ЧСА, ААМ, ПАВ, РВА, ЯАЗ, ЖДА следует, что участие в торгах для нужд завода также принимали иные организации ООО 1 ООО Вместе с тем, ООО так и не стало победителем торгов, поскольку торги были выиграны вновь ООО. Исследованные в ходе судебного следствия протоколы осмотров закупочной документации в части коммерческих предложений от указанных организаций и договоры поставки с ООО 1 ООО, ЗАО не опровергают выводы суда о виновности ЕКВ в совершении трех умышленных преступлений в инкриминируемые ему периоды времени при установленных судом обстоятельствах.

Решение Арбитражного суда <адрес>, которым было установлено, что ООО 1 не могло поставить материал, а ООО ООО являлись аффилированными организациями и о расчете начальной максимальной цены поставки, исходя из среднего значения, а не исходя из минимального значения, предложенного ООО на торгах, победителем которых ООО не являлось, не имеет преюдициального значения и не опровергает собой выводы суда о хищении денежных средств по договорам, заключенным с ООО.

Довод стороны защиты о том, что ООО» становилось каждый раз победителем торгов исключительно потому, что предлагало самую низкую цену материала, предполагаемого к поставке, является несостоятельным, а показания ГДЗ о том, что он давал письменные указания МАВ в виде резолюций о поставке иономерной смолы «Серлин» по цене ниже, указанной в коммерческих предложениях, в том числе и в коммерческом предложении ООО, не ставят под сомнение выводы суда о доказанности вины ЕКВ

Исследовав закупочную документацию по договорам поставки от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, суд правильно пришел к выводу о том, что показания ГДЗ и имеющиеся резолюции не ставят под сомнение факт хищения ЕКВ денежных средств в связи заключением договоров поставки. Так, указанные договоры поставки фактически были заключены по цене, ниже тех указаний, которые по своему личному усмотрению в части цены материала давал ГДЗ; были заключены с ООО в результате ограничения конкуренции путем дачи указания МАВ подчиненным сотрудникам о направлении запросов о предоставлении информации о стоимости материала только в организации, взаимосвязанные с ЕКВ

Судебная коллегия при этом учитывает, что фиктивные коммерческие предложения также были использованы при формировании начальной максимальной цены указанных договоров поставки, как и по другим договорам поставки от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ.

Вопреки доводам стороны защиты, судом достоверно установлено, что ЕКВ, совершая мошенничество, организовал приобретение посредством ООО ТМ иономерной смолы «Серлин» у ООО Д ООО а затем организовал дальнейшую поставку данного материала от имени подконтрольного ему ООО в адрес завода АО по договорам поставки от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, при этом фактически перемещение товара между ООО ТМ и ООО не происходило, материал поступал со склада ООО Д либо ООО сразу же на склад АО

При этом одновременно оформлялись документы, что следует из протоколов осмотра счет-фактур, товарных накладных, якобы свидетельствующие о поставке товара от ООО Д в адрес ООО от ООО ТМ в адрес ООО, а после этого от ООО в адрес АО Указанные обстоятельства подтверждает в своих показаниях свидетель СЕГ

Аналогичным образом была осуществлена поставка иономерной смолы «Серлин» по договорам от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, приобретенной ЕКВ у ООО ЭМР а также части иономерной смолы, которая якобы была поставлена ООО ТМ в адрес ООО ВПК в адрес ООО, что подтверждается помимо исследованных судом счетов-фактур о продаже ООО, покупателю и грузополучателю ООО ВПК, о продаже продавцом ВПК» покупателю ООО» и последующей поставке в адрес АО, показаниями свидетелей ЛСА, МИА об отсутствии фактического исполнения ООО ВПК по заключенным договорам.

Размер похищенных ЕКВ денежных средств установлен судом правильно. Так, из заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ. и показаний эксперта ЛЕН следует, что в период ДД.ММ.ГГГГ ООО в адрес ООО ТМ поставлено иономерной смолы «Серлин» в количестве 1 758 475 кг. на общую сумму <данные изъяты>. В период ДД.ММ.ГГГГ ООО поставлено в адрес АО иономерной смолы «Серлин» по каждому из договоров поставки в общем количестве 1 702 675,00 кг на общую сумму <данные изъяты> рублей, в том числе по договорам от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, а также по договору № от ДД.ММ.ГГГГ. Отклонение между суммой поставки в ДД.ММ.ГГГГ. иономерной смолы ООО в адрес АО и суммой поставки в тот же период данного материала ООО Д и ООО ЭМР в адрес ООО ТМ за аналогичное количество материала, составило <данные изъяты> рублей по договорам от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, а также по договору № от ДД.ММ.ГГГГ, а за вычетом суммы отклонения по договору от ДД.ММ.ГГГГ - <данные изъяты> коп. Таким образом, размер похищенных денежных средств, принадлежащих АО в результате преступных действий ЕКВ составил <данные изъяты> коп.

Вопреки доводам жалобы, оснований сомневаться в достоверности заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ., обоснованно положенного судом в основу приговора в качестве доказательства, судебная коллегия не усматривает. Экспертное исследование проведено надлежащим экспертом, компетентность которого сомнений не вызывает, так как он имеет соответствующее образование и стаж работы. Эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст.307 УК РФ. Составленное экспертом заключение соответствует требованиям ст.204 УПК РФ и Федеральному закону от 31.05.2001г. № 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации". В заключении приведены содержание и результаты исследований, выводы по поставленным перед экспертом вопросам и их обоснование. Вопреки доводам жалобы, показания эксперта в судебном заседании не ставят под сомнение его выводы, изложенные в заключении.

Судом правильно установлен размер похищенных денежных средств в результате совершенного ЕКВ преступления, при этом суд обоснованно не усмотрел оснований для назначения дополнительной судебной бухгалтерской экспертизы, при этом надлежащими образом мотивировал свой отказ в удовлетворении заявленного стороной защиты ходатайства.

Судебная коллегия также не находит оснований для удовлетворения заявленных стороной защиты ходатайств о назначении указанных ею судебных экспертиз, поскольку совокупность собранных по делу доказательств, тщательно исследованных и подробно приведенных в приговоре, является достаточной для принятия итогового решения по делу.

Заключения экспертов по результатам всех проведенных экспертиз составлены в полном соответствии с требованиями закона, надлежащими должностными лицами государственного экспертного учреждения. Порядок назначения и производства экспертиз соблюден. Заключения экспертов соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ, научно обоснованы, в них содержатся подробные ответы на поставленные вопросы, выводы экспертов не содержат каких-либо противоречий и не вызывают сомнений в своей объективности, эксперты надлежащим образом были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных заключений, заключения экспертов отвечают требованиям ст.ст. 74, 80 УПК РФ. Каких-либо оснований, позволяющих усомниться в полноте проведенных исследований, достаточности представленных на исследование материалов, компетентности экспертов и обоснованности их выводов, не усматривается. Оснований для назначения повторных, дополнительных судебных экспертиз, в том числе заявленных стороной защиты, судебная коллегия не усматривает.

По смыслу ст. 159 УК РФ сумма похищенных денежных средств и как следствие сумма ущерба, причиненного в результате совершенного ЕКВ мошенничества (преступление № 3), складывается из разницы между ценой приобретения иономерной смолы «Серлин» у ООО Д ООО ЭМР организацией ООО подконтрольной ЕКВ, и сформированной на основании недостоверных сведений ценой ее фактической поставки в адрес АО по договорам от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ. При определении суммы отклонений по договорам экспертом учтены общие суммы по договорам, включая расходы, связанные с исполнением договоров, в том числе налоги, расходы по доставке, в связи с чем, доводы стороны защиты в данной части являются несостоятельными. Определение рыночной стоимости иономерной смолы в инкриминируемый период времени экспертным путем не требуется, поскольку иономерная смола «Серлин» закупалась ЕКВ у единственных представителей производителей данного материала в России. Довод стороны защиты о том, что размер ущерба определен без учета транспортных расходов и уплаченных налогов, является несостоятельным по вышеизложенным обстоятельствам. Необоснованным является также довод стороны защиты о том, что цена формировалась в рамках предпринимательского риска, в связи с гражданско-правовыми отношениями, поскольку вина ЕКВ в совершенных им преступлениях установлена судом совокупностью приведенных в приговоре доказательств.

Показания МАВ, с которым заключено досудебное соглашение суд правильно признал достоверными, поскольку они последовательны, непротиворечивы, согласуются с совокупностью приведенных в приговоре доказательств. Из материалов дела не усматривается оснований для оговора осужденного со стороны МАВ, судом первой инстанции также не установлено каких-либо данных, свидетельствующих о том, что МАВ имеет личную, материальную или другую заинтересованность в привлечении именно ЕКВ к уголовной ответственности, а факт заключения досудебного соглашения о сотрудничестве сам по себе не может свидетельствовать о том, что МАВ имеет основания оговаривать ЕКВ, поскольку заключение досудебного соглашения не предполагает искажение действительных обстоятельств дела.

Оснований для оговора осужденного со стороны свидетелей обвинения, сведений об их заинтересованности в исходе дела, о привлечении именно осужденного к уголовной ответственности, из материалов дела не усматривается. Данные лица были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, как в ходе предварительного расследования, так и в судебном заседании. Суд правильно оценил показания свидетелей обвинения, положенных в основу приговора, как доказательства вины осужденного в совершенном им преступлении, признав их достоверными, согласующимися как между собой, так и с другими доказательствами по делу. Каких-либо существенных противоречий в показаниях свидетелей обвинения, которые могли бы повлиять на выводы суда о доказанности вины ЕКВ в совершенных им преступлениях, не усматривается.

Судом правильно оценены как недостоверные показания осужденного о том, что он передавал денежные средства МАВ в отсутствие каких-либо договоренностей с последним об оказании способствования организации ООО ТМ при заключении договоров поставки материалов для нужд завода АО а к ООО он отношения не имел, они являлись самостоятельными поставщиками, поставляя материалы в адрес завода на законных основаниях, он не составлял путем монтажа коммерческие предложения в целях их направления сотрудникам завода и определения с их использованием начальной максимальной цены поставки, а содержали они действительные сведения, кроме того, он не имел и умысла на совершение мошенничества, фактически денежные средства он не похищал, а иономерная смола «Серлин» была поставлена ООО во исполнение условий договоров поставки, заключенных по результатам открытых конкурентных торгов. Данные показания ЕКВ опровергаются вышеприведенными категоричными показаниями свидетелей, представителя потерпевшего, МАВ, и письменными доказательствами.

Суд правильно принял во внимание в качестве допустимых доказательств показания ЕКВ, данные им в ходе предварительного расследования, в которых он подтверждал факт изготовления и организации направления коммерческих предложений в адрес завода в целях формирования начальной максимальной цены договора, о наличии договоренности с МАВ об обеспечении благоприятных условий для деятельности его организаций по поставке материалов для нужд завода.

Данные показания полностью соответствуют установленным по делу обстоятельствам и подтверждаются совокупностью подробно приведенных в приговоре доказательств. Как следует из протоколов допроса ЕКВ, данные показания были даны им в присутствии адвоката, добровольно, после разъяснения ему процессуальных прав, предусмотренных ст. 47 УПК РФ, и положений ст. 51 Конституции РФ и предупреждения о том, что при согласии дать показания, его показания могут быть использованы в качестве доказательств, в том числе и в случае последующего отказа от них. Протоколы допроса ЕКВ в ходе предварительного следствия составлены в соответствии с требованиями ст.ст. 166, 189, 190 УПК РФ. Право на защиту его нарушено не было. Никаких возражений и замечаний в ходе допросов ЕКВ или его защитником не высказывалось, каких-либо жалоб на недозволенные методы ведения следствия со стороны сотрудников полиции, от ЕКВ не поступало, протоколы были подписаны им собственноручно, внесены записи о разъяснении прав и о верности содержания протоколов, что свидетельствует о добровольности дачи показаний.

Довод стороны защиты об искажении ЕКВ показаний в целях смягчения меры пресечения, не влияет на правильность их оценки судом первой инстанции. Так, давая показания по предъявленному обвинению в совершении мошенничества, ЕКВ вину полностью не признавал, опровергая подозрение в совершении хищения денежных средств, принадлежащих АО что также свидетельствует о добровольности им дачи ранее показаний и о наличии у него возможности свободно выразить свое мнение относительного предъявленного обвинения.

Преступления №1, №2 являются оконченными, поскольку денежные средства, переданные ЕКВ в качестве коммерческого подкупа и взятки, были получены МАВ

Так, согласно разъяснениям постановления Пленума Верховного Суда РФ от 09.07.2013 № 24 «О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях», ответственность за получение взятки наступает независимо от времени получения должностным лицом взятки - до или после совершения им действий (бездействия) по службе в пользу взяткодателя или представляемых им лиц, а также независимо от того, были ли указанные действия (бездействие) заранее обусловлены взяткой или договоренностью с должностным лицом о передаче за их совершение взятки (п. 8). Дача взятки, а равно незаконного вознаграждения при коммерческом подкупе считаются оконченными с момента принятия должностным лицом либо лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой организации, хотя бы части передаваемых ему ценностей (например, с момента передачи их лично должностному лицу, зачисления с согласия должностного лица на указанный им счет). При этом, получение должностным лицом либо лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой организации, ценностей за совершение действий (бездействия), которые входят в его служебные полномочия либо которым оно может способствовать в силу своего должностного положения, а равно за общее покровительство или попустительство по службе следует квалифицировать как получение взятки или коммерческий подкуп вне зависимости от намерения совершить указанные действия (бездействие) (п. 10). Владелец переданных ценностей может нести ответственность за покушение на дачу взятки или коммерческий подкуп только в том случае, если лицо совершило мошенничество и путем обмана, злоупотребления доверием получило ценности за совершение в интересах дающего или иных лиц действий (бездействие) либо за способствование таким действиям, которые оно не может осуществить ввиду отсутствия соответствующих служебных полномочий или должностного положения (п.24).

Судом правильно установлено, что МАВ были совершены действия (бездействие), в том числе заведомо незаконные, в интересах ЕКВ и подконтрольных ему организаций, исключительно в связи с занимаемым им служебным положением, а потому действия ЕКВ не образуют покушение на коммерческий подкуп и дачу взятки.

Выводы суда о доказанности вины и правильности квалификации действий осужденного в приговоре изложены достаточно полно, надлежащим образом обоснованы, мотивированы, соответствуют фактическим обстоятельствам, установленным по уголовному делу, а потому признаются судом апелляционной инстанции правильными.

Письменная информация, приобщенная к материалам дела по ходатайству стороны защиты в апелляционной инстанции, указание на утратившие силу некоторые пункты Указа Президента РФ от 16.11.1992г. № 1392, не влияет на выводы суда о виновности ЕКВ в совершенных им преступлениях.

Иные доводы стороны защиты и приведенные в качестве их подтверждения обстоятельства, не ставят под сомнение выводы суда о доказанности вины ЕКВ в совершенных им преступлениях и на законность приговора не влияют. Все доводы стороны защиты надлежащим образом проверены судом, выводы суда достаточно мотивированы и не вызывают сомнений у судебной коллегии.

Действия ЕКВ правильно квалифицированы судом по:

преступлению № 1 - по п. «б» ч. 2 ст. 204 УК РФ (в редакции Федерального закона от 07.12.2011 № 420-ФЗ) - как коммерческий подкуп, то есть незаконные передача лицу, выполняющему управленческие функции в коммерческой организации, денег за совершение действий (бездействие) в интересах дающего в связи с занимаемым этим лицом служебным положением, если они совершены за заведомо незаконные действия (бездействие);

преступлению № 2 - по ч. 5 ст. 291 УК РФ - как дача взятки, т.е. дача взятки должностному лицу лично, за совершение заведомо незаконных действий (бездействие), совершенная в особо крупном размере;

преступлению № 3 - по ч. 4 ст. 159 УК РФ - как мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана, совершенное в особо крупном размере.

Оснований для иной юридической квалификации содеянного, в том числе предложенной стороной защиты, не имеется. Оснований для оправдания ЕКВ, прекращения уголовного дела и уголовного преследования, судебная коллегия не усматривает.

Наказание ЕКВ назначено судом справедливое, в соответствии с требованиями уголовного закона, с учетом характера и степени общественной опасности совершенных преступлений, данных о личности осужденного, наличия смягчающих и отсутствия отягчающих наказание обстоятельств, влияния назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, всех конкретных обстоятельств дела.

Каких-либо иных обстоятельств, подлежащих учету в соответствии со ст. 61 УК РФ в качестве смягчающих, в том числе явки с повинной, судебная коллегия не усматривает.

Принимая во внимание характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, конкретные обстоятельства дела, личность осужденного, суд обоснованно пришел к выводу о возможности исправления ЕКВ лишь в условиях изоляции от общества, назначив ему наказание в виде реального лишения свободы в пределах санкции ч. 2 ст. 204, ч. 5 ст. 291, ч. 4 ст. 159 УК РФ, с учетом положений ст.ст. 6, 43, 56, 60, 61, 69 ч. 3, 4 УК РФ, с назначением дополнительного наказания, предусмотренного санкцией ч. 5 ст. 291 УК РФ, в виде штрафа, с учетом положений ст. 46 УК РФ, и в виде лишения права заниматься определенной деятельностью, а именно деятельностью, связанной с осуществлением управленческих функций в коммерческих организациях.

Суд правильно не усмотрел оснований для применения положений ч. 6 ст. 15, ст.ст. 64, 73 УК РФ, так как признанные судом обстоятельства, смягчающие наказание, существенным образом не снижают опасность содеянного и не являются исключительными как по отдельности, так и в совокупности, и учтены судом при назначении вида и размера наказания.

Оснований для смягчения или усиления назначенного наказания, судебная коллегия не усматривает. Указанные стороной защиты обстоятельства и сведения о личности ЕКВ не являются безусловным основанием для смягчения наказания. Как видно из материалов дела, суд исследовал все данные о личности ЕКВ, в том числе указанные стороной защиты, все значимые обстоятельства, влияющие на вид и размер наказания, судом учтены.

Дело рассмотрено судом полно, всесторонне и объективно. Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, в том числе по доводам жалоб, по существу из материалов дела не усматривается. Приговор суда отвечает требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ.

Вид исправительного учреждения, в котором ЕКВ надлежит отбывать назначенное наказание, назначен судом правильно, в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ - исправительная колония строгого режима.

Гражданский иск представителя потерпевшего АО ПСА в размере <данные изъяты> о возмещении материального ущерба, причиненного преступлением, рассмотрен судом правильно в соответствии со ст. 1064 ГК РФ, при этом надлежащим образом мотивировал свое решение. Вопреки доводам стороны защиты, исковые требования обоснованы, подтверждены имеющимися в уголовном деле материалами, их размер у судебной коллегии сомнений не вызывает.

Судьба вещественных доказательств разрешена судом в соответствии с требованиями ст.ст. 81, 82 УПК РФ.

Вместе с тем, приговор суда подлежит изменению по следующим основаниям.

ЕКВ осужден за совершение преступления, предусмотренного п. «б» ч. 2 ст. 204 УК РФ (преступление № 1, в редакции Федерального закона от 07.12.2011 № 420-ФЗ), которое в соответствии с ч. 4 ст. 15 УК РФ относится к тяжким преступлениям.

В соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 78 УК РФ, лицо освобождается от уголовной ответственности, если со дня совершения тяжкого преступления истекло 10 лет.

Как следует из ч. 2 ст. 78 УК РФ, срок давности исчисляется со дня совершения преступления и до момента вступления приговора в законную силу.

Согласно обстоятельствам, установленным приговором суда, преступление, предусмотренное п. «б» ч. 2 ст. 204 УК РФ (в редакции Федерального закона от 07.12.2011 № 420-ФЗ), совершено ЕКВ в период с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ

Приговор в законную силу не вступил.

Таким образом, в связи с истечением десяти лет со дня совершения преступления, срок привлечения ЕКВ к уголовной ответственности истек.

Учитывая, что срок давности привлечения к уголовной ответственности в данном случае истёк после постановления приговора, судебная коллегия полагает необходимым на основании п.3 ч.1 ст. 24 УПК РФ освободить ЕКВ от наказания, назначенного за преступление, предусмотренное п. «б» ч. 2 ст. 204 УК РФ (в редакции Федерального закона от 07.12.2011 № 420-ФЗ). В связи с этим апелляционная жалоба адвоката Галяшина Н.В. полежит частичному удовлетворению.

Кроме того, приговор суда подлежит изменению по доводам апелляционного представления в части допущенных судом технических опечаток.

Так, по тексту приговора суд ошибочно указал, что договор поставки иономерной смолы «Серлин» заключен ДД.ММ.ГГГГ вместо ДД.ММ.ГГГГ

На странице 121 приговора суд ошибочно указал, что контрольный пакет акций принадлежит муниципальному образованию, а не Российской Федерации и что действия ЕКВ правильно квалифицированы по «ч. 3 ст. 204 УК РФ», вместо п. «б» ч. 2 ст. 204 УК РФ.

Судебная коллегия считает, что данные недостатки не являются основанием к отмене приговора, могут быть устранены путем уточнения описательно-мотивировочной части приговора без нарушений процессуальных прав осужденного и без ухудшения его положения как очевидные технические опечатки, не влияющие на выводы суда о доказанности вины ЕКВ в совершенных им преступлениях при установленных судом обстоятельствах.

В связи с этим, апелляционное представление государственного обвинителя подлежит частичному удовлетворению.

Согласно п. 29 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 13.10.2020 № 23 "О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу", если по уголовному делу на имущество обвиняемого или лиц, несущих по закону материальную ответственность за его действия, для обеспечения исполнения приговора в части гражданского иска был наложен арест, то в случае удовлетворения гражданского иска суд в приговоре указывает имущество, соразмерное удовлетворенным требованиям, арест на которое сохраняет свое действие до исполнения приговора в части гражданского иска.

Однако в резолютивной части приговора суд не указал, до какого времени сохранил арест, наложенный на имущество ЕКВ и СЕГ, в связи с чем, в резолютивной части приговора надлежит указать на сохранение ареста, наложенного на имущество ЕКВ и СЕГ, до исполнения приговора в части гражданского иска представителя потерпевшего и исполнения дополнительного наказания в виде штрафа.

Иных оснований для внесения изменений в приговор судебная коллегия не усматривает, в связи с чем, апелляционные жалобы осужденного ЕКВ, адвоката Евстифеева Е.В. удовлетворению не подлежат. Апелляционное представление государственного обвинителя и апелляционная жалоба адвоката Галяшина Н.В. подлежат частичному удовлетворению по основаниям, изложенным выше.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28 УПК РФ,

определила:

приговор <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ЕКВ изменить.

Уточнить описательно-мотивировочную часть приговора, указав:

-дату заключения договора поставки иономерной смолы «Серлин»- ДД.ММ.ГГГГ., вместо ошибочно указанной ДД.ММ.ГГГГ

-действия ЕКВ правильно квалифицированы по п. «б» ч. 2 ст. 204 УК РФ вместо ошибочно указанного судом «ч. 3 ст. 204 УК РФ»;

-контрольный пакет акций принадлежит Российской Федерации, а не муниципальному образованию, как ошибочно указано судом.

Указать в резолютивной части приговора на сохранение ареста, наложенного на имущество ЕКВ и СЕГ, сохранить до исполнения приговора в части гражданского иска представителя потерпевшего и исполнения дополнительного наказания в виде штрафа.

В соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 78 УК РФ освободить ЕКВ от наказания, назначенного по п. «б» ч. 2 ст. 204 УК РФ (в редакции Федерального закона от 07.12.2011г. № 420-ФЗ), в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности.

На основании ч. 3, ч. 4 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний, назначенных по ч. 5 ст. 291 УК РФ, ч. 4 ст. 159 УК РФ, окончательно назначить наказание в виде лишения свободы на срок 8 (восемь) лет 6 (шесть) месяцев, с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, со штрафом в размере однократной суммы взятки - 4 900 000 рублей, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с осуществлением управленческих функций в коммерческих организациях на срок 3 года.

В остальной части этот же приговор оставить без изменения, апелляционное представление государственного обвинителя, апелляционную жалобу адвоката Галяшина Н.В. удовлетворить частично, апелляционные жалобы осужденного ЕКВ, адвоката Евстифеева Е.В. оставить без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора, а для осужденного, содержащейся под стражей,- в тот же срок со дня вручения ему копии судебного решения, вступившего в законную силу, через суд первой инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном статьями 401.7, 401.8 УПК РФ. Осужденный вправе ходатайствовать об участии при рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий-

Судьи-