Приговор № 1-113/2017 от 21 ноября 2017 г. по делу № 1-113/2017

у.д. № 1-113/2017 (следственный № 766358)


П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

с. Шира 22 ноября 2017 г.

Ширинский районный суд Республики Хакасия в составе:

председательствующего судьи Маркова Е.А.,

при секретаре Суворовой О.П.,

с участием:

государственного обвинителя - заместителя прокурора Ширинского района Республики Хакасия Ильченко Д.А.,

защитников: адвоката Тюньдешева А.Г., представившего удостоверение № и ордер № от 06 сентября 2017 г., адвоката Тачеева Я.А., предъявившего удостоверение № и ордер № от 20 ноября 2017 г.,

подсудимого ФИО13,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении

ФИО13, <данные изъяты>, судимого:

- 08 октября 1999 г. Центральным районным судом г. Красноярска (с учетом изменений, внесенных постановлением Тайшетского городского суда Иркутской области от 29 декабря 2004 г.) по п. «а» ч. 3 ст. 161 УК РФ, п.п. «а», «б» ч. 3 ст. 162 УК РФ, ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 166 УК РФ к 9 годам лишения свободы;

- 08 декабря 1999 г. Большемуртинским районным судом Красноярского края (с учетом изменений, внесенных постановлением Тайшетского городского суда Иркутской области от 29 декабря 2004 г.) по ч. 1 ст. 166 УК РФ к 3 годам лишения свободы. На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений с наказанием по приговору от 08 октября 1999 г. окончательно назначено наказание в виде лишения свободы на срок 10 лет. Освобожден 18 декабря 2006 г. условно досрочно по постановлению Тайшетского городского суда Иркутской области от 14 декабря 2006 г. на неотбытый срок 2 года 2 месяца 7 дней;

- 06 августа 2007 г. Центральным районным судом г. Красноярска (с учетом изменений, внесенных постановлением Тайшетского городского суда Иркутской области от 25 ноября 2011 г.) по ч. 1 ст. 162 УК РФ, п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 4 годам лишения свободы. Отменено условно-досрочное освобождение от наказания по приговору от 08 декабря 1999 г. К назначенному наказанию в соответствии со ст. 70 УК РФ присоединено наказание по приговору от 08 декабря 1999 г. и окончательно назначено наказание в виде лишения свободы на срок 4 года 9 месяцев. Освобожденного по постановлению Тайшетского городского суда Иркутской области от 17 июня 2011 г. на неотбытый срок 6 месяцев 17 дней;

- 28 марта 2012 г. Центральным районным судом г. Красноярска (с учетом изменений, внесенных кассационным определением Красноярского краевого суда от 31 мая 2012 г.) по ч. 1 ст. 162 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы. Отменено условно-досрочное освобождение от наказания по приговору от 06 августа 2007 г. К назначенному наказанию в соответствии со ст. 70 УК РФ присоединено наказание по приговору от 06 августа 2007 г. и окончательно назначено наказание в виде лишения свободы на срок 2 года 8 месяцев. Освобожденного 20 августа 2013 г. по постановлению Емельяновского районного суда Красноярского края от 09 августа 2013 г. на неотбытый срок 7 месяцев 28 дней, -

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 162 УК РФ, п.п. «д», «з» ч. 2 ст. 112 УК РФ, -

У С Т А Н О В И Л:

ФИО13 открыто похитил имущество у гражданина "Потерпевший ФИО1" в крупном размере, с угрозой применения насилия, неопасного для жизни и здоровья.

Он же с применением оружия, из хулиганских побуждений, умышлено причинил средней тяжести вред здоровью гражданина "ФИО14", не опасного для жизни человека и не повлекшего последствий, указанных в ст. 111 УК РФ, но вызвавшего длительное расстройство здоровья.

Каждое из вышеуказанных преступлений совершены при следующих обстоятельствах.

16 июня 2015 г. около 01 часа ФИО13, находясь в помещении кафе «Солбан», расположенного по адресу Республика Хакасия, <...>«а», спровоцировал конфликт с "Потерпевший ФИО1" под предлогом реализации последним некачественной алкогольной продукции. При этом, ФИО13 обратил внимание на наличие у "Потерпевший ФИО1" при себе ювелирных изделий из драгоценного металла золото и у него возник преступный умысел, направленный на открытое хищение чужого имущества, с целью его безвозмездного, противоправного изъятия и обращения в свою пользу. Для реализации своего преступного умысла, ФИО13 предложил "Потерпевший ФИО1" проехать по месту нахождения иного лица, который по мнению каждого из них способен был разрешить вышеназванную конфликтную ситуацию. "Потерпевший ФИО1", не подозревая о преступном умысле ФИО13, сел в салон автомобиля под управлением последнего.

Далее ФИО13, управляя транспортным средством, от п. Жемчужный проехал по автодороге Шира-Новоселово и остановился на участке местности, расположенном на территории Ширинского района Республики Хакасия на расстоянии 843 м в южном направлении от километрового отметки «15» автодороги Шира-Новоселово, где предложил "Потерпевший ФИО1" выйти из салона автомобиля для разговора.

Покинув салон автомобиля, 16 июня 2015 г. около 03 часов 30 минут ФИО13, осуществляя свой преступный умысел на открытое хищение чужого имущества с целью его безвозмездного, противоправного изъятия и обращения в свою пользу, действуя из корыстных побуждений, под угрозой применения в словесной форме насилия, неопасного для жизни и здоровья, не проявляя активных действий, направленных на применение к "Потерпевший ФИО1" какого-либо насилия, потребовал от последнего передать ему денежные средства и ювелирные изделия. "Потерпевший ФИО1", реально воспринимая угрозу применения насилия, неопасного для жизни и здоровья, и не желая в дальнейшем вступать в конфликт с ФИО13, передал последнему принадлежащее ему имущество:

- денежные средства в сумме 47200 рублей;

- кольцо из металла золото, стоимостью 180000 рублей;

- цепь из металла золото, стоимостью 50000 рублей.

Данным похищенным имуществом, ФИО13 распорядился по своему усмотрению в личных целях, причинив своими безвозмездными, противоправными действиями "Потерпевший ФИО1" имущественный вред на общую сумму 277200 рублей, являющийся крупным размером.

03 декабря 2015 г. около 23 часов 30 минут ФИО13, находясь в состоянии алкогольного опьянения, с целью приобретения спиртного, проследовал в помещение придорожного мотеля «Интеллигент», расположенного у автомобильной трассы М-54 «Енисей» на административной территории Боградского района Республики Хакасия, на расстоянии 3,9 км на северо-восток от с. Сарагаш.

Находясь в общественном месте и демонстрируя своё пренебрежительное отношения к присутствующим лицам, ФИО13 обратился к "ФИО14" и "Свидетель ФИО1" с требованием о реализации ему спиртных напитков. При этом, получив отказ и не желая добровольно покидать помещение мотеля, а также препятствуя в этом "ФИО14" и "Свидетель ФИО1", которые вывели его из мотеля, ФИО13, используя данное обстоятельство как незначительный повод и желая противопоставить себя вышеназванным гражданам с целью продемонстрировать пренебрежительное отношение к ним и показать своё мнимое превосходство, свою вседозволенность и безнаказанность, действуя с умыслом на причинение вреда здоровью, взял из салона, припаркованного им у мотеля автомобиля, огнестрельное оружие «Сайга-12К».

Реализуя свой преступный умысел, направленный на причинение вреда здоровья вышеназванных граждан, действуя из хулиганских побуждений, 03 декабря 2015 г. около 23 часов 30 минут ФИО13, удерживая в руках огнестрельное оружие «Сайга-12К», вернулся в помещение вышеуказанного придорожного мотеля «Интеллигент», и используя имеющееся при нём оружие, произвел один выстрел в "ФИО14"

В результате чего "ФИО14" было причинено телесное повреждение в виде раны на наружно-задней поверхности нижней трети левого бедра и подколенной области, с гематомой эпиневральной клетчатки ствола большеберцового нерва по латеральному (наружному краю), с повреждением мышечных сосудов и сосудов подкожно-жировой клетчатки, с дефектом латеральной головки икроножной мышцы, двуглавой мышцы бедра, причинившей вред здоровью человека средней тяжести по признаку длительного расстройства свыше 3-х недель.

Выражая в судебном заседании свое отношение к предъявленному обвинению, подсудимый ФИО13 свою вину в совершении инкриминируемых ему преступлений не признал.

Будучи допрошенный в судебном заседании подсудимый ФИО13 показал, что в июне 2015 г. совместно с "Свидетель ФИО2" на автомобиле из г. Абакан выехал в г. Красноярск. По пути движения у одного из сел с собой взяли незнакомую девушку, которой необходимо было доехать до г. Красноярска. Далее решили заехать в п. Жемчужный, где сам он ранее ни когда не был. Остановились у одного из развлекательных заведений, в котором он заказал для себя спиртное. Выпив спиртное, почувствовал себя плохо и его стошнило. Направляясь в уборную, попросил у служащих заведения пригласить администратора. Далее вышел на улицу, где среди присутствующих находился ранее ему незнакомый "Потерпевший ФИО1", который не только не извинился перед ним, но и потребовал рассчитаться за приобретенное спиртное в сумме 300 рублей. Он (ФИО13) порвал футболку, так как побрезговал снимать её через голову, поскольку на её поверхности остались следы в результате того, что его стошнило. После этого отдал "Потерпевший ФИО1" 300 рублей и уехал. Немного отъехав, решил вернуться назад, что бы выяснить отношения с "Потерпевший ФИО1", так как был обозлен на поведение последнего. В ходе разговора с "Потерпевший ФИО1" последний предложил поехать в г. Абакан к лицу, которого назвал Абдуллой, пояснив, что выяснять отношения они будут в присутствии данного лица. Он (ФИО13) не возражал. "Потерпевший ФИО1" сел в салон его автомобиля на заднее пассажирское сидение, где также находилась вышеуказанная девушка. На переднем пассажирском сидении сидел "Свидетель ФИО2" Поскольку указанную местность он (ФИО13) знал плохо, то ошибся в направлении движения, выехав к с. Новоселово. Понимая о том, что следовал в сторону противоположную от г. Абакана, высадил "Потерпевший ФИО1" в с. Новоселово. При этом сам выходил из салона автомобиля, что бы справить нужду. Не желая этого делать в присутствии других лиц, сказал "Свидетель ФИО2" оставаться в салоне автомобиля, поскольку последний хотел выйти. "Потерпевший ФИО1" сообщил свой контактный телефон. Ни какого имущества у "Потерпевший ФИО1" не забирал.

По обстоятельствам причинения телесных повреждений гражданину "ФИО14" подсудимый ФИО13 показал, что совместно с "Свидетель ФИО3" и "Свидетель ФИО4" он возвращался из г. Канск в г. Абакан. По пути движения остановились у мотеля «Интеллигент», намереваясь попить кофе. "Свидетель ФИО3" остался в салоне автомобиля, поскольку спал. Он (ФИО13) и "Свидетель ФИО4" прошли в мотель, где за столиком сидели четверо мужчин, трое из них были с обнаженным голым торсом. Он (ФИО13) подошел к барной стойке и постучал, предполагая, тем самым, обратить на себя внимание бармена, который отсутствовал. Кто-то из вышеуказанных четверых мужчин, высказываясь нецензурно, потребовал от него выйти из мотеля. При этом к нему (ФИО13) направился один из них, а именно ранее незнакомый ему "ФИО14", который спровоцировал драку, уронив его (ФИО13) на пол. Когда он (ФИО13) поднялся, то обратил внимание, что около "Свидетель ФИО4" находятся трое других мужчин, двое из которых его избивают. В это же время прозвучал выстрел. Ружьё удерживал один из этих троих мужчин. Им был ранее незнакомый ему "Свидетель ФИО1", который сообщил, что является сотрудником прокуратуры. Он (ФИО13) перехватил у "Свидетель ФИО1" ружьё и направил его на вышеуказанных мужчин, потребовав от них встать на колени. При этом не стрелял. На наличие телесного повреждения у "ФИО14" внимание не обратил. Далее бросил ружьё справа от себя и вместе с "Свидетель ФИО4" покинул мотель, уехав на автомобиле. Так как находился в эмоциональном состоянии, то предварительно неправильно поехал, а именно в противоположную сторону от г. Абакана, а затем развернулся.

Оценив собранные по делу доказательства в их совокупности, суд находит, что вина подсудимого ФИО13 в совершении каждого из инкриминируемых ему преступлений при описанных судом обстоятельствах, установлена и подтверждается исследованными в судебном заседании доказательствами.

К вышеизложенным показаниям подсудимого о том, что имущество у гражданина "Потерпевший ФИО1" он не похищал, а также о его непричастности к нанесению телесного повреждения гражданину "ФИО14", суд относится как к недостоверным и расценивает их как реализованное право на защиту от предъявленного обвинения с целью избежать уголовной ответственности за содеянные деяния и которые были им даны с учетом его права давать показания в соответствии с избранной позицией защиты. При этом суд учитывает, что вышеизложенные показания подсудимый ФИО13 подстраивает под юридически значимые события, устанавливаемые в судебном заседании, которые опровергаются представленной стороной обвинения совокупностью исследованных судом доказательств.

Доказательства, подтверждающие открытое хищение имущества,

принадлежащего гражданину "Потерпевший ФИО1", в крупном размере,

с угрозой применения насилия, неопасного для жизни и здоровья

Потерпевший "Потерпевший ФИО1" показал, что в летний период времени 2015 г. он осуществлял торгово-развлекательную деятельность в кафе «Солбан» п. Жемчужный Ширинского района. В ночь с 15 на 16 июня 2015 г. находился в данном кафе. Посетителей практически не было. Из зала послышался шум. Охранники сообщили ему ("Потерпевший ФИО1"), что один из посетителей высказал претензии по поводу некачественного алкоголя. Данным посетителем был ранее незнакомый ему подсудимый ФИО13 Он ("Потерпевший ФИО1") возразил ФИО13 Однако последний стал вести себя агрессивно и порвал на себе футболку. Затем успокоился и уехал. Однако по истечению получаса вновь вернулся в кафе и сообщил ему ("Потерпевший ФИО1"), что с ним желает поговорить Абдулла. Последний был ему знаком как житель г. Абакана. Предполагая, что действительно будет разговор с Абдуллой, он ("Потерпевший ФИО1") сел в салон автомобиля ФИО13 Они отъехали от кафе и выехали на трассу Шира-Новоселово. В салоне автомобиля на заднем пассажирском сидении сидела женщина. На переднем пассажирском сидении рядом с ФИО13 сидел парень. По пути движения ФИО13 показал ему ("Потерпевший ФИО1") предмет, который по внешнему виду напоминал обрез ружья, находившийся между передними сидениями автомобиля. Также ФИО13 с кем-то разговаривал по телефону, поясняя, что в кафе ему предложили некачественный алкоголь. Он ("Потерпевший ФИО1") понял по разговору, что собеседник ФИО13 предложил последнему выстрелить в него ("Потерпевший ФИО1"). Далее ФИО13 остановил автомобиль и попросил его ("Потерпевший ФИО1") выйти на улицу для разговора. Они прошли за автомобиль и ФИО13 спросил о том какое у него ("Потерпевший ФИО1") при себе количество денежных средств. Он ("Потерпевший ФИО1") ответил, что это не должно его интересовать. ФИО13 стал угрожать возможным применением насилия и оружия, сказав: «Не заставляй меня силу и оружие применять, отдай по хорошему». При этом оружие при себе у ФИО13 не было. Обрез ружья, который ФИО13 демонстрировал ранее, остался в салоне автомобиля. Он ("Потерпевший ФИО1") отдал ФИО13 деньги в сумме 47200 рублей. После чего ФИО13 обратил внимание на имеющиеся у него ("Потерпевший ФИО1") золотое кольцо-печатку с драгоценными камнями «бриллиант» в количестве не менее 38 штук и золотую цепочку, которые потребовал передать ему. Не желая вступать в дальнейший конфликт с ФИО13, он ("Потерпевший ФИО1") отдал ему ювелирные изделия, осознавая, что последний в противном случае насильно заберет ювелирные изделия. После этого ФИО13 подвез его до с. Новоселово, где дал ему 1500 рублей на такси и уехал. Стоимость похищенного кольца 180000 рублей; цепочки, вес которой составлял 50 гр., - 50000 рублей. Общий размер причиненного имущественного ущерба составил 277200 рублей. Поддерживает заявленные исковые требования на сумму 275700 рублей, поскольку 1500 рублей ФИО13 ему передал в с. Новоселово. В последующем последний звонил ему, интересовался не обращался ли он в полицию, обещал вернуть ювелирные изделия, однако так и не вернул. Абонентскими номерами сотовых телефонов обменялись ещё до того как ФИО13 забрал у него ювелирные изделия и денежные средства. Абонентский номер сотового телефона подсудимого №. Место где у него были похищены ювелирные изделия и денежные средства он показал сотрудникам полиции, обратившись с соответствующим заявлением.

Достоверность показаний потерпевшего "Потерпевший ФИО1" относительно обстоятельств хищения у него денежных средств и ювелирных изделий, а также их стоимости, не вызывает сомнений у суда, поскольку подтверждены иными исследованными в судебном заседании доказательствами. То обстоятельство, что потерпевшим не были представлены документы, подтверждающие стоимость похищенного имущества, не влияет на правильность квалификации действий подсудимого, поскольку стоимость похищенного подтверждена показаниями свидетелей.

Так, свидетель "Свидетель ФИО5" показал, что в 2015 г. он продал знакомому "Потерпевший ФИО1" цепь из металла золото, 585 пробы, весом 50 гр., за 50000 рублей. Ранее данное ювелирное изделие им было приобретено за эту же сумму в ломбарде <адрес>.

Свидетель "Свидетель ФИО6" показал, что он является мастером по изготовлению ювелирных изделий. Стаж работы составляет 20 лет. По роду данной деятельности к нему обращаются с просьбой произвести оценку данных изделий. Сотрудники полиции обращались к нему с просьбой оценить кольцо с отделкой из драгоценных камней «бриллиант». Для сравнения было предоставлено подобное кольцо. На какую сумму им ("Свидетель ФИО6") было оценено кольцо в настоящее время не помнит, но не ниже 100000 рублей. При этом взято во внимание наличие драгоценных камней, драгоценного металла и вес.

Из содержания оглашенных в судебном заседании показаний свидетеля "Свидетель ФИО6", данных им на стадии предварительного следствия, следует, что стоимость кольца, представленного ему для оценки, составляет не менее 200000 рублей (л.д. 146-147 том № 4).

После оглашения данных показаний свидетель "Свидетель ФИО6" подтвердил их достоверность.

Оснований сомневаться в показаниях свидетелей "Свидетель ФИО5" и "Свидетель ФИО6" у суда не имелось, поскольку они не противоречат собранным по делу доказательствам, а каждый из названных свидетелей не заинтересован в исходе дела.

Кроме того, подтверждены показания потерпевшего "Потерпевший ФИО1" относительно изложенных им сведений, имевших место в ночь на 16 июня 2015 г.

Так, свидетель "Свидетель ФИО7" показал, что в летний период времени 2015 г. он работал в качестве охранника ночного клуба «Солбан» п. Жемчужный Ширинского района. В июне 2015 г. подсудимый ФИО13 вместе с ещё одним парнем, прошли в ночной клуб, не оплатив за посещение. В клубе, выпив спиртное, ФИО13 проявил агрессию, скандалил, порвал на себе футболку. Поговорив с "Потерпевший ФИО1", ФИО13 уехал, вернулся через полчаса и вновь о чем-то переговорил с "Потерпевший ФИО1" После этого последний уехал вместе с ФИО13 и отсутствовал около 4-х часов. Когда вернулся, то он ("Свидетель ФИО7") обратил внимание на отсутствие у "Потерпевший ФИО1" ювелирных изделий – кольца-печатки и цепи. Данные изделия были из драгоценного металла золота, кольцо с камнями «бриллиант». "Потерпевший ФИО1" достаточно обеспеченный и не стал бы носить малоценные изделия.

Оснований не доверять показаниям свидетеля "Свидетель ФИО7" у суда не имеется, поскольку они не опровергнуты подсудимым и его защитником, а напротив подтверждены иными исследованными в судебном заседании доказательствами. Несмотря на то, что данный свидетель не являлся непосредственным очевидцем хищения имущества у потерпевшего "Потерпевший ФИО1", данное обстоятельство никоим образом не лишает значимости его показаний, поскольку он был допрошен по обстоятельствам, имеющим значение для разрешения уголовного дела. В связи с чем, суд признает достоверными и допустимыми по делу доказательствами показания свидетеля "Свидетель ФИО7"

Свидетель "Свидетель ФИО2" показал, что летом 2015 г. по просьбе подсудимого ФИО13 вместе с последним он поехал в г. Красноярск. Поехали на автомобиле внедорожнике под управлением ФИО13 По пути движения к ним села девушка, которой необходимо было добраться до г. Красноярска. Следуя в г. Красноярск, заехали в п. Жемчужный, где посетили ночной клуб «Солбан». В клубе между ФИО13 И охранниками возник конфликт. Причина конфликта ему ("Свидетель ФИО2") неизвестна. В конфликт вмешался "Потерпевший ФИО1" Далее последний поехал вместе с ними. Ехали по трассе мимо озеро Беле. По пути движения ФИО13 остановился и вышел из салона автомобиля вместе с "Потерпевший ФИО1" О чем они между собой разговаривали? - ему ("Свидетель ФИО2") не известно, так как он оставался в автомобиле. Далее доехали до одного из населенных пунктов, где "Потерпевший ФИО1" остался. В г. Красноярске он ("Свидетель ФИО2") расстался с ФИО13

По ходатайству государственного обвинителя, при отсутствии возражений со стороны подсудимого и его защитника, в связи с наличием противоречий в показаниях свидетеля "Свидетель ФИО2", данными им в суде, были оглашены его показания, полученные в ходе предварительного следствия 19 июня 2017 г., из содержания которых следует, что употребив в ночном клубе спиртное, ФИО13 почувствовал себя плохо и стал высказывать претензии бармену по поводу некачественного спиртного, отказавшись оплатить заказ. При том ФИО13 проявил агрессию, порвал на себе футболку и требовал владельца клуба. При разговоре с "Потерпевший ФИО1" ФИО13 успокоился, а затем вместе с ним ("Свидетель ФИО2") отъехал от ночного клуба. По пути движения ФИО13 решил вернуться к ночному клубу, что бы выяснить отношения с "Потерпевший ФИО1" относительно некачественного спиртного. Вернувшись, ФИО13 проследовал в клуб и вышел оттуда вместе с "Потерпевший ФИО1", которому предложил проехать с ним к некоему Абдулле для разговора. "Потерпевший ФИО1" согласился, сел на заднее пассажирское сидение и поехал вместе с ними. Он ("Свидетель ФИО2") обратил внимание на обрез ружья, находившийся между передними сидениями. Ранее данного обреза в салоне автомобиля ФИО13 он ("Свидетель ФИО2") не видел. ФИО13 двигался по автодороге Шира – Новоселово. По пути движения ФИО13 взял в руку обрез ружья, демонстрируя его "Потерпевший ФИО1" Далее ФИО13 остановил автомобиль, предложил "Потерпевший ФИО1" выйти на улицу и поговорить. Вдвоем они вышли и отсутствовали минут 10-15. Обстоятельств их разговора он ("Свидетель ФИО2") не видел и не слышал. После того как ФИО13 и "Потерпевший ФИО1" вернулись, то продолжили движение. Доехали до с. Новоселово, где "Потерпевший ФИО1" остался в кафе на автозаправочной станции (л.д. 179-183 том № 4).

После оглашения данных показаний свидетель "Свидетель ФИО2" подтвердил их достоверность, в том числе относительно наличия обреза ружья у ФИО13

По ходатайству стороны защиты были оглашены показания свидетеля "Свидетель ФИО2", данные им в ходе предварительного следствия 01 октября 2015 г., по содержанию которых отсутствуют сведения о наличии у ФИО13 в салоне автомобиля обреза ружья (л.д. 1-5 том № 3).

После оглашения названных показаний свидетель "Свидетель ФИО2" подтвердил достоверность показаний, данных им именно 19 июня 2017 г.

Оценивая показания свидетеля "Свидетель ФИО2", данные им в ходе предварительного следствия 01 октября 2015 г., суд учитывает, что сведения, изложенные в названом протоколе допроса были опровергнуты самим свидетелем, а также опровергаются иными исследованными в судебном заседании доказательствами, в частности показаниями потерпевшего "Потерпевший ФИО1", а потому не могут быть признаны судом достоверными.

В тоже время показания свидетеля "Свидетель ФИО2", данные им в судебном заседании и в ходе предварительного следствия 19 июня 2017 г., суд находит в целом последовательными, логичными, поскольку они соответствуют другим исследованным доказательствам и подтверждены ими. Данные показания дополняют друг друга, а имевшиеся в них противоречия устранены в ходе судебного следствия, а потому не свидетельствуют о их недостоверности. С учетом изложенного, суд не находит оснований сомневаться в достоверности показаний свидетеля "Свидетель ФИО2", данных им в судебном заседании и в ходе предварительного следствия 19 июня 2017 г.

Содержание показаний свидетелей "Свидетель ФИО5", "Свидетель ФИО6", "Свидетель ФИО7" и "Свидетель ФИО2", каждый из которых не заинтересован в исходе дела, относительно тех обстоятельств, которые им известны, как в целом, так и в деталях соответствуют вышеизложенным показаниям потерпевшего "Потерпевший ФИО1" Кроме того, суд учитывает, что подсудимый ФИО13 и потерпевший "Потерпевший ФИО1" до исследуемых судом событий знакомы не были, а потому оснований для оговора подсудимого у потерпевшего "Потерпевший ФИО1" не имеется. С учетом изложенного, суд признает показания потерпевшего "Потерпевший ФИО1", изложенные выше, допустимым и достоверным по делу доказательством.

В судебном заседании стороной защиты были представлены следующие сведения:

- ответ на адвокатский запрос генерального директора ООО ломбард «...» (<адрес>) о том, что названное Общество не осуществляет реализацию невостребованного имущества в розницу с 2014 г., клиенты ломбарда анкетируются, "Свидетель ФИО5" в базе не числится;

- ответ на адвокатский запрос генерального директора ООО «...» (<адрес>) о том, что "Свидетель ФИО5" оглы ни каких золотых изделий не приобретал;

- выписку из Единого государственного реестра юридических лиц в отношении ООО «...», зарегистрированного по адресу <адрес>», поставленного на учет в налоговом органе с 21 сентября 2015 г.

Названные сведения, по мнению стороны защиты опровергают достоверность показаний свидетеля "Свидетель ФИО5" о приобретении последним в ломбарде, находящегося в 4-ом микрорайоне г. Абакана в районе рынка «Северный», ювелирного изделия – цепь.

Доводы защиты о недостоверности показаний свидетеля "Свидетель ФИО5" суд считает несостоятельными. Как следует из Единого государственного реестра юридических лиц решение создании ООО «...» было принято 14 сентября 2015 г., то есть после исследуемых судом событий. Таким образом, представленная стороной защиты выписка из Единого государственного реестра юридических лиц не опровергает показаний свидетеля "Свидетель ФИО5"

Кроме того, стороной защиты не представлено достоверных сведений о том, что в 4-ом микрорайоне г. Абакана в районе рынка «Северный», осуществляют свою деятельность исключительно ООО ломбард «...» и ООО «...», и отсутствуют иные специализированные коммерческие организации, основными видами деятельности которых являются предоставление краткосрочных займов гражданам и хранение вещей.

Также суд учитывает, что "Свидетель ФИО5" не являлся заемщиком либо поклажедателем, а приобрел невостребованную вещь (ювелирное изделие), на которое обращено взыскание. Следовательно, с ним не был заключен договор займа либо хранения, что объясняет отсутствие его анкетных данных в вышеназванных ломбардах. При этом, суд учитывает, что любые допущенные нарушения специализированной коммерческой организацией при реализации заложенного имущества не имеют отношение к предмету доказывания по настоящему уголовному делу.

Кроме того суд учитывает, что стороной защиты представлены сведения об отсутствии среди клиентов вышеназванных специализированных коммерческих организаций гражданина с фамилией «"Свидетель ФИО5"», а фамилия свидетеля по уголовному делу "Свидетель ФИО5".

С учетом изложенного, представленные стороной защиты вышеназванные доказательства, не опровергают достоверность показаний свидетеля "Свидетель ФИО5", а также не имеют какой-либо логической связи с перечисленными в ст. 73 УПК РФ обстоятельствами, подлежащими доказыванию, то есть с предметом доказывания.

В опровержение достоверности показаний свидетеля "Свидетель ФИО6" стороной защиты представлено экспертное заключение № от 17 октября 2017 г. геммолога "ФИО"

Содержание данного экспертного заключения не соответствует предъявляемым к нему требованиям ст. 204 УПК РФ и ст. 25 Федерального закона от 31 мая 2001 г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации».

Вместе с тем, суд учитывает, что названное заключение подготовлено лицом, имеющим специальные познания, которым сделаны выводы о том, что адекватная оценка ювелирных изделий возможно только специалистами, имеющими соответствующее образование и оборудование после проведения экспертных исследований, направленных на установление характеристик изделия, влияющих на его стоимость; при отсутствии названных характеристик, можно говорить лишь о вероятной стоимости, находящейся в достаточном широком диапазоне.

Суд учитывает, что изложенные выводы не опровергают показаний свидетеля "Свидетель ФИО6", являющегося мастером по изготовлению ювелирных изделий и соответственно обладающего специальными познаниями, указавшего вероятную стоимость ювелирного изделия. При этом, показания свидетеля "Свидетель ФИО6" в этой части соответствуют показаниям потерпевшего "Потерпевший ФИО1", которому достоверно была известна стоимость похищенных у него ювелирных изделий.

Таким образом, суд признает показания свидетеля "Свидетель ФИО6" допустимыми и достоверными, и приходит к выводу, что стоимость похищенного у потерпевшего "Потерпевший ФИО1" имущества достоверно установлена и не вызывает сомнений в своей объективности.

По ходатайству стороны защиты с согласия государственного обвинителя в судебном заседании были оглашены показания свидетеля "Свидетель ФИО8", допрошенного в ходе предварительного следствия, из содержания которых следует, что осуществляя пассажирские перевозки в июне 2015 г. в ночное время из с. Новоселова в п. Жемчужный он подвозил незнакомого мужчину кавказской национальности. По пути движения мужчина с ним ни о чем не разговаривал (л.д. 88-89 том № 4).

Оценивая изложенные показания свидетеля "Свидетель ФИО8", суд не находит оснований для признания их относимыми, поскольку не имеется фактических сведений о том, что названный свидетель подвозил именно потерпевшего "Потерпевший ФИО1", а не иное лицо.

Также, суд учитывает, что показания свидетеля "Свидетель ФИО8" не опровергают иных вышеизложенных доказательств, в том числе показаний подсудимого ФИО13, однако касаются обстоятельств, не подлежащих доказыванию по уголовному делу, а потому не могут быть приняты во внимание.

По ходатайству стороны защиты в судебном заседании в качестве свидетеля была допрошена супруга подсудимого – "Свидетель ФИО9", из показаний которой следует, что в июне 2017 г. её супруг был задержан сотрудниками полиции по подозрению в совершении преступления, которого не совершал.

Оценивая показания свидетеля "Свидетель ФИО9", суд учитывает, что она является близким родственником подсудимого (супруга) и заинтересована в благоприятном для последнего исходе дела, а потому её показания не могут служить надлежащим доказательством в обоснование версии о непричастности подсудимого к открытому хищению имущества гражданина "Потерпевший ФИО1", поскольку данная версия опровергнута исследованными в судебном заседании доказательствами стороны обвинения, которые признаны достоверными.

Кроме того, в судебном заседании в порядке, предусмотренном ст. 285 УПК РФ, были оглашены протоколы следственных действий и письменные материалы, подтверждающие совершение подсудимым ФИО13 открытого хищение имущества гражданина "Потерпевший ФИО1" в крупном размере, с угрозой применения насилия, неопасного для жизни или здоровья.

Так, согласно протоколу осмотра места происшествия, выполненного 06 сентября 2015 г. с участием "Потерпевший ФИО1", последний указал на участок местности автодороги Шира – Новоселова на расстоянии 843 м. в южном направлении от километрового знака «15». Данный участок местности находится на административной территории Ширинского район Республики Хакасия. Присутствующий при осмотре "Потерпевший ФИО1" сообщил, что на данном участке автодороги у нег были похищены денежные средства и ювелирный изделия 16 июня 2015 г. (л.д. 101-103 том № 2). Сведения, изложенные в протоколе осмотра места происшествия, отражены на приобщенной к протоколу фототаблице (л.д. 104-105 том № 1).

Из содержания детализация абонентского номера №, зарегистрированного на "Свидетель ФИО9" (супругу подсудимого), за период с 07 июня 2015 г. по 25 июня 2015 г., установлено о нахождении данного абонента 16 июня 2015 г.:

- в 01:02:11 и 02:02:11 - п. Жемчужный Ширинского района;

- в 02:48:12 – 1 км севернее с. Борец;

- в 03:00:45 и 03:02:11 – озеро Беле;

- в. 03:23:00 – 1 км южнее с. Джирим Ширинского района (л.д. 88 том № 3).

Суд не находит оснований для признания вышеуказанных письменных доказательств в качестве недопустимых либо недостоверных.

Рассматривая каждое из вышеуказанных письменных доказательств с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, суд приходит к следующему выводу.

Осмотр места происшествия выполнен органом следствия в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства. Присутствие "Потерпевший ФИО1"О. при осмотре места происшествия не влечет признание данного следственного действия недопустимым доказательством, поскольку было вызвано объективной необходимостью. "Потерпевший ФИО1" как лицу, участвующему при осмотре места происшествия, были разъяснены права и ответственность, а также порядок производства осмотра места происшествия, по окончанию следственного действия он был ознакомлен с его результатами, зафиксированными в протоколе, что подтверждено его подписями.

Вышеназванная детализация абонентского номера №, зарегистрированного на "Свидетель ФИО9", получена по судебному решению (л.д. 68, 69, 71-72, 87-89, 90). Сведения, указанные в названной детализации, подтверждают факт нахождения подсудимого на месте происшествия при обстоятельствах, указанных потерпевшим "Потерпевший ФИО1" в своих показаниях. При этом суд учитывает, что материалами дела подтверждено нахождение абонентского номера № в указанный период времени у подсудимого ФИО13

С учетом названных письменных доказательств в совокупности с показаниями потерпевшего "Потерпевший ФИО1" у суда не возникло сомнений о том, что исследуемое деяние имело место на административной территории Ширинского района Республики Хакасия.

Приведенные выше доказательства собраны с соблюдением требований УПК РФ, поэтому суд признает их допустимыми для доказывания обстоятельств, предусмотренных ст. 73 УПК РФ, а также достоверными, поскольку они не противоречат друг другу.

Уголовное дело возбуждено уполномоченным должностным лицом в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства в публичном порядке (л.д. 63 том № 1). Процессуальных нарушений при производстве предварительного следствия допущено не было. Обвиняемый был обеспечен защитником по назначению со дня задержания в качестве подозреваемого (л.д. 16, 17 том № 5). Предъявленное ФИО13 обвинение и составленное по делу обвинительное заключение не препятствуют принятию по делу правосудного решения.

Кроме того, в судебном заседании государственным обвинителем в качестве доказательства вины подсудимого ФИО13 в хищении имущества у "Потерпевший ФИО1" представлены следующие письменные доказательства:

- протокол выемки у потерпевшего "Потерпевший ФИО1" сотового телефона, принадлежащего последнему;

- протокол осмотра данного предмета, в ходе которого на оптический диск был скопирован видеофайл о событиях, имевших место 15 декабря 2015 г., зафиксировавших перемещение в пешем порядке мужчины и женщины по лестничным маршам.

Оценивая данные доказательства с точки зрения их относимости, суд приходит к выводу, что протокол выемки сотового телефона у потерпевшего "Потерпевший ФИО1", его осмотр и осмотр видеофайла данного сотового телефона, не имеют какой-либо логической связи с перечисленными в ст. 73 УПК РФ обстоятельствами, подлежащими доказыванию, то есть с предметом доказывания.

Согласно ч. 1 ст. 74 УПК РФ доказательствами по уголовному делу являются любые сведения, на основе которых, в том числе, и суд в порядке, определенном данным Кодексом, устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а также иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела.

В силу вышеизложенных обстоятельств, суд приходит к выводу, что протокол выемки у потерпевшего "Потерпевший ФИО1" сотового телефона, принадлежащего последнему, протокол осмотра данного предмета, а также оптический диск с видеофайлом, скопированного с памяти данного сотового телефона, не могут быть признаны сведениями, на основании которых возможно установить наличие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а также иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела.

Таким образом, названные письменные доказательства, а также оптический диск С видеофайлом, как каждое отдельно, так и в совокупности друг с другом не подтверждают событие инкриминируемого подсудимому деяния по факту открытого хищение имущества гражданина "Потерпевший ФИО1" в крупном размере, с угрозой применения насилия, неопасного для жизни или здоровья, а потому не могут быть признаны относящимися к делу.

Вместе с тем, данное обстоятельство не может расцениваться как непричастность подсудимого к хищению имущества у гражданина "Потерпевший ФИО1", поскольку оценивая в совокупности иные исследованные доказательства с точки зрения их относимости и допустимости, суд приходит к однозначному выводу о том, что данные доказательства достоверно доказывают вину подсудимого ФИО13 в открытом хищении имущества гражданина "Потерпевший ФИО1" при обстоятельствах, изложенных выше.

Тот факт, что подсудимый сообщил потерпевшему "Потерпевший ФИО1" абонентский номер своего телефона, не свидетельствует о его непричастности к открытому хищению имущества у последнего. При этом суд учитывает, что созваниваясь в последующем с потерпевшим, подсудимый контролировал его действия, связанные с возможным обращением с заявлением в правоохранительные органы, вводя его в заблуждение относительно своих противоправных, безвозмездных действий, связанных с хищением имущества потерпевшего.

Переходя к вопросу о юридической оценке действий подсудимого по данному факту, суд приходит к следующим выводам.

Органами предварительного следствия действия подсудимого ФИО13 по факту открытого хищения имущества гражданина "Потерпевший ФИО1" квалифицированы по ч. 3 ст. 162 УК РФ, как разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с угрозой применением насилия, опасного для жизни или здоровья, совершенный с применением оружия, в крупном размере.

В судебных прениях государственный обвинитель полагал необходимым квалифицировать действия подсудимого ФИО13 по п.п. «г», «д» ч. 2 ст. 161 УК РФ, как грабеж, то есть открытое хищение чужого имущества, совершенный с угрозой применения насилия, не опасного для жизни и здоровья, в крупном размере.

Свое мнение государственный обвинитель мотивировал тем, что высказанная подсудимым в адрес потерпевшего "Потерпевший ФИО1" угроза носит неопределенный характер и не позволяет однозначно признать ее реальной и опасной для жизни и здоровья потерпевшего. При этом, требуя передать имущество, подсудимый оружием потерпевшему не угрожал. К тому же оружие органом следствия не было обнаружено и изъято, что при отсутствии экспертного заключения не позволяет отнести предмет, который подсудимый демонстрировал потерпевшему, к оружию, предназначенному для поражения живой или иной цели.

Суд находит изменение квалификации действий подсудимого, предложенную государственным обвинителем, обоснованным.

По смыслу закона, хищение считается совершенным с угрозой применения насилия, опасного для жизни или здоровья, если угроза вызывала опасение за жизнь или здоровье, носила реальный характер и могла быть немедленно приведена в исполнение, то есть лицо на момент совершения преступления обладало средствами и имело возможность реализовать высказанную угрозу немедленно.

Как следует из показаний потерпевшего "Потерпевший ФИО1", которые признаны судом достоверными, подсудимый высказал угрозу применения насилия в неопределенной форме, в частности, сказал: «Не заставляй меня силой, видишь у меня оружие, не хочу силой забирать». В указанный момент ружьё либо иной предмет, который мог быть использован в качестве оружия, у подсудимого при себе отсутствовали. Тот факт, что подсудимый ранее продемонстрировал потерпевшему оружие, не может рассматриваться как угроза применения насилия, опасного для жизни и здоровья, поскольку в этот момент потерпевший "Потерпевший ФИО1" не осознавал факт противоправных действий подсудимого, полагая, что следует к месту разрешения ранее возникшего конфликта.

Словесная форма применения оружия без его демонстрации, а также при отсутствии конкретных действий, свидетельствовавших о намерении подсудимого применить физическое насилие, не может быть квалифицирована как угроза применения насилия, опасного для жизни и здоровья.

Само по себе безлюдное место и ночное время суток не является достаточным основанием для признания субъективного мнение потерпевшего о том, что высказанные ему угрозы были восприняты им как опасные для жизни и здоровья. Как следует из показаний потерпевшего, не желая провоцировать подсудимого на совершение каких-либо действий, направленных на применение к нему насилия, он передал последнему денежные средства, а затем и ювелирные изделия.

Что же касается квалификации действий подсудимого ФИО13 по признаку совершения разбоя «с применением оружия», то с учетом исследованных в судебном заседании доказательств, суд приходит к выводу, что названный квалифицирующий признак не нашел своего подтверждения и не основан на нормах материального права.

По смыслу уголовного закона необходимым условием квалификации действий виновного как разбой с применением оружия является установление того, что примененный при нападении предмет в соответствии с Федеральным законом от 13 декабря 1996 г. № 150-ФЗ «Об оружии» и на основании экспертного заключения относится к оружию, предназначенному для поражения живой или иной цели.

Однако, согласно материалам уголовного дела предмет, который по версии органа предварительного следствия является оружием, не изымался. Следовательно, достоверно не было установлено, что ФИО13 демонстрировал потерпевшему устройство, конструктивно предназначенное для поражения живой или иной цели.

Факт демонстрации данного предмета потерпевшему, при условии, что в этот момент последний не осознавал противоправный характер действий подсудимого, и последующее высказывание подсудимым в словесной форме в адрес потерпевшего угрозы применения оружие без его демонстрации в момент открытого хищения имущества последнего, не образует названного квалифицирующего признака.

При изложенных обстоятельствах, из квалификации действий подсудимого ФИО13 подлежит исключению квалифицирующий признак разбоя «с применением оружия».

В связи с изложенным, истолковывая все сомнения в пользу подсудимого, и учитывая оценку степени интенсивности угрозы, высказанной им потерпевшему "Потерпевший ФИО1", суд считает необходимым признать, что ФИО13 угрожал потерпевшему "Потерпевший ФИО1" применением насилия, не опасного для жизни и здоровья.

Квалифицирующий признак хищения чужого имущества «в крупном размере» нашел своё подтверждение и не вызывает сомнений у суда. Размер похищенного имущества в стоимостном выражении установлен исследованными по делу доказательствами, которые признаны судом достоверными и допустимыми. Доказательств обратного стороной защиты не представлено. Стоимость похищенного имущества в размере 277200 рублей в соответствии с п. 4 примечания в ст. 158 УК РФ является крупным размером.

Исследованные в судебном заседании по ходатайству стороны защиты налоговые декларации по единому налогу на вмененный доход от деятельности потерпевшего "Потерпевший ФИО1" за 2015 г. (л.д.191-192, 193-194, 196-197 том № 2) не влияют на квалификацию содеянного относительно квалифицирующего признака хищения чужого имущества «в крупном размере».

При изложенных обстоятельствах, по факту хищения имущества потерпевшего "Потерпевший ФИО1" суд квалифицирует действия подсудимого ФИО13 по п.п. «г», «д» ч. 2 ст. 161 УК РФ, как грабеж, то есть открытое хищение чужого имущества, совершенный с угрозой применения насилия, не опасного для жизни и здоровья, в крупном размере.

Доказательства, подтверждающие умышленное причинение средней тяжести

вреда здоровью гражданина "ФИО14", с применением оружия,

из хулиганских побуждений

Потерпевший "ФИО14" показал, что он осуществляет предпринимательскую деятельность, в собственности имеет мотель «Интеллигент», расположенный на трассе Красноярск-Абакан. 03 декабря 2015 г. в течении дня в мотеле было проведено мероприятие с участие приглашенных лиц, осуществляющих сельскохозяйственную деятельность. В вечернее время присутствующие лица и работники мотеля разошлись. К 23 часам 30 минутам в банкетном зале мотеля остались он ("ФИО14") и двое его друзей: "Свидетель ФИО1" и "Свидетель ФИО10" Во время банкета он и "Свидетель ФИО1" употребили небольшое количество спиртного. Входная дверь мотеля закрыта не была, поскольку ожидали возвращение водителя "Свидетель ФИО1", который повез работников мотеля по домам. В указанное время в мотель зашел подсудимый ФИО13 и потребовал водки. Он ("ФИО14") ответил, что мотель закрыт и вино-водочные изделия не реализуются. Причем сказал об этом трижды. ФИО13 продолжил требовать водки, не слушая того, что ему было сказано. При этом поведение ФИО13 было агрессивно, он попытался его ("ФИО14") ударить. Однако он ("ФИО14") приемом борьбы, уложил ФИО13 на пол и попросил "Свидетель ФИО1" оказать помощь и вывести ФИО13 из мотеля. Последний снял с себя верхнюю одежду и заявил, что здесь «намерены устроить бои без правил». В тот момент когда они выводили ФИО13 из мотеля, вмешался "Свидетель ФИО4", который был вместе с ФИО13 "Свидетель ФИО4" нанес удар рукой по лицу "Свидетель ФИО1" Он ("ФИО14") переключил своё внимание на "Свидетель ФИО4", применив прием борьбы, бросив его на пол и сам упал вместе с ним. На действия ФИО13 в этот момент не обращал внимание. Когда поднимался, то увидел у входной двери ФИО13, который удерживая ружьё, произвел выстрел. В результате данного выстрела он ("ФИО14") был ранен в ногу. В этот момент от ФИО13 он ("ФИО14") находился на расстоянии не более трех метров. Далее ФИО13 передернул затвор и направил ружьё на "Свидетель ФИО1", находившегося рядом с ним ("ФИО14"). Он дернул "Свидетель ФИО1" за руку к себе. Второго выстрела не последовало. Далее ФИО13 и "Свидетель ФИО4" стали обращать внимание на систему видеонаблюдения мотеля. Он ("ФИО14") сообщил, что данная система не работает. После чего ФИО13 и "Свидетель ФИО4" удалились, а он ("ФИО14") был доставлен в лечебное учреждение г. Черногорска. Ни ФИО13, ни "Свидетель ФИО4" ранее не знал и видел каждого из них только один раз при вышеуказанных обстоятельствах. ФИО13 в этот момент находился в состоянии алкогольного опьянения, что следовало из его поведения и запаха алкоголя из полости рта. Был ли "Свидетель ФИО4" в данном состоянии или нет? – ему ("ФИО14") не известно.

Показания потерпевшего "ФИО14" об обстоятельствах причинения ему огнестрельного ранения подтверждаются заключением эксперта № от 26 февраля 2016 г. судебно-медицинской экспертизы, согласно которого у "ФИО14" имелись телесные повреждения в виде:

- <данные изъяты>, которые могли образоваться 03 декабря 2015 г. от как минимум трёх локальных воздействий тупого твердого предмета (ов). Согласно п. 9 раздела № 2 медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных Приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 24 апреля 2008 г. № 194н, расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека;

- <данные изъяты>, которые могли образоваться 03 декабря 2015 г. от одного выстрела из огнестрельного оружия с направлением травмирующего агента снаружи кнутри, спереди назад, сверху вниз. Согласно п. 7.1 раздела № 2 медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных Приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 24 апреля 2008 г. № 194н, расцениваются как повреждения, причинившие вред здоровью человека средней тяжести по признаку длительного расстройства свыше 3-х недель.

Результаты химико-токсикологического исследования крови и мочи "ФИО14" свидетельствуют о легкой степени алкогольного опьянения (л.д. 181-183 том № 3).

Оценивая вышеизложенные показания потерпевшего "ФИО14", суд находит их в целом последовательными, логичными, а потому достоверными. Наличие у потерпевшего "ФИО14" кровоподтеков в проекции передней поверхности грудной клетки, левого плеча, тыльной поверхности правой кисти, не противоречит тому, что подсудимый препятствовал вывести его из помещения отеля. Показания потерпевшего "ФИО14" согласуются как в целом, так и в деталях с показаниями свидетелей, изложенными ниже, а также с содержанием исследованных в судебном заседании иных письменных доказательств.

Так, свидетель "Свидетель ФИО1" показал, что 03 декабря 2015 г. он присутствовал на мероприятии, которое было проведено "ФИО14" в мотеле «Интеллигент». После окончания мероприятия около 23 часов 30 минут в банкетном зале мотеля остались он, "ФИО14" и "Свидетель ФИО10" Ожидали приезда водителя. В мотель зашли двое незнакомых мужчин, один из них был подсудимый ФИО13, который поздоровался и потребовал водки. ФИО13 ответили, что мотель не работает, однако ФИО13 продолжал требовать водки. Он ("Свидетель ФИО1") и "ФИО14" попытались вывести ФИО13 из мотеля. Последний, обращаясь к находившемуся с ним мужчине, сказал: «Смотри, "Свидетель ФИО4", сейчас будут бои без правил» и стал снимать с себя верхнюю одежду. Он ("Свидетель ФИО1") и "ФИО14" вытолкнули ФИО13 из мотеля. "Свидетель ФИО10" вынес одежду ФИО13 Далее, мужчина, который находился с ФИО13, нанес ему ("Свидетель ФИО1") удар кулаком в область брови. В это время прозвучал выстрел и упал "ФИО14" ФИО13 удерживал в руках ружье, передернул затвор и направил ствол на него ("Свидетель ФИО1"). "ФИО14" дернул к его ("Свидетель ФИО1") к себе, пытаясь прикрыть его собой. В "ФИО14" стрелял именно ФИО13 Последний прошел по залу, посмотрел на видеокамеры и удалился из мотеля вместе с другим мужчиной. Он ("Свидетель ФИО1") стал оказывать помощь "ФИО14", перетягивая рану на ноге. После этого "ФИО14" отвезли в больницу г. Черногорска. Когда он ("Свидетель ФИО1") вернулся в мотель, там уже находились сотрудники полиции. По внешнему виду, ружьё, которое удерживал в руках ФИО13, было типа «Сайга». При вышеуказанных событиях у него ("Свидетель ФИО1") в салоне автомобиля, на котором уезжал водитель, находилось ружьё 12 калибра.

Достоверность показаний свидетеля "Свидетель ФИО1" о нанесении ему удара в область брови во время конфликтной ситуации в фойе мотеля подтверждены заключением эксперта № от 26 февраля 2016 г. судебно-медицинской экспертизы, согласно которого у "Свидетель ФИО1" имелось телесное повреждение в виде раны в области правой брови, которое согласно п. 9 раздела № 2 медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных Приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 24 апреля 2008 г. № 194н, расценивается как повреждение, не причинившее вред здоровью человека (л.д. 170 том № 3).

Полагая о недостоверности показаний свидетеля "Свидетель ФИО1" стороной защиты в судебном заседании была представлена справка о результатах оперативно-розыскной деятельности, содержащаяся в материалах уголовного дела, из содержания которой следует, что в отношении свидетеля "Свидетель ФИО1" с использованием полиграфа было проведено психофизиологическое обследование, опровергающее достоверность его показаний (л.д. 254-255 том № 1).

Вместе с тем, суд не находит оснований для признания названных результатов оперативно-розыскной деятельности в качестве допустимого и достоверного доказательства.

Как следует из содержания ст. 89 УПК РФ в процессе доказывания запрещается использование результатов оперативно-розыскной деятельности, если они не отвечают требованиям, предъявляемым к доказательствам данным Кодексом.

В тоже время действующим законодательством не предусмотрен такой вид экспертизы либо исследования как психофизиологическая (ое) с использованием полиграфа, которые являются не более чем опрос на добровольной основе, имеющий своей целью выработку и проверку следственных версий, а потому не относится к доказательствам согласно ст. 74 УПК РФ. Результаты опроса не могут иметь доказательственного значения, поскольку сводятся к даче лицом, проводившим исследование, оценки показаниям лица, в отношении которого проводится экспертиза либо исследование как правдивых или не правдивых, что относится исключительно к компетенции следователя либо суда.

Таким образом, представленное стороной защиты психофизиологическое исследование в отношении "Свидетель ФИО1" не может быть принято во внимание при оценки его показаний.

В тоже время, у суда не возникло оснований подвергать сомнениям достоверность показаний свидетеля "Свидетель ФИО1", поскольку они соответствуют не только показаниям потерпевшего "ФИО14", но и другим свидетелям, каждый из которых был допрошен в судебном заседании.

Так, свидетель "Свидетель ФИО10" показал, что 03 декабря 2015 г. в вечернее время он, "Свидетель ФИО1" и "ФИО14" находились в банкетном зале мотеля «Интеллигент». Кроме них больше ни кого не был. В зал зашел ранее незнакомый ему подсудимый ФИО13 и стал требовать водки. Последнему объяснили, что мотель закрыт, поскольку не работает, а спиртное не реализуется. ФИО13 продолжал требовать водки. В результате чего "ФИО14" и "Свидетель ФИО1" попытались вывести его из зала на улицу. ФИО13 препятствовал им, снял с себя верхнюю одежду, оставшись с обнаженным торсом. При этом ФИО13 кричал, что «сейчас будут бои без правил». Вместе с ФИО13 оказался ещё один мужчина. Последнего ФИО13 назвал "Свидетель ФИО4". В фойе завязалась борьба между ФИО13 и находившимся с ним мужчиной с одной стороны, "ФИО14" и "Свидетель ФИО1" с другой стороны. "ФИО14" и "Свидетель ФИО1" вытолкнули ФИО13 из мотеля на улицу. Он ("Свидетель ФИО10") собрал одежду ФИО13 и выбросил её на улицу. Когда вернулся в фойе, то услышал за своей спиной выстрел. Обернувшись, увидел, что ФИО13 удерживает в руке ружье. "ФИО14" был ранен. Зная о том, что в мотеле должен находиться водитель "Свидетель ФИО1", он ("Свидетель ФИО10") направился за последним. Когда вернулся, то "Свидетель ФИО1" оказывал помощь "ФИО14", перевязывая последнему ногу.

Свидетель "Свидетель ФИО11" показал, что при исследуемых событиях он на автомобиле "Свидетель ФИО1" отвез домой работников мотеля. Когда вернулся, то обратил внимание, что непосредственно у мотеля находится автомобиль, к которому подошел мужчина, извлек из багажника предмет в виде палки и направился в мотель. После чего послышался звук выстрела. Поскольку он ("Свидетель ФИО11") находился от вышеуказанного автомобиля на расстоянии около 15 метров, а также в виду ночного времени суток, рассмотреть более внимательно вышеуказанного мужчину, не смог. После этого он ("Свидетель ФИО11") объехал мотель с другой стороны и направился в банкетный зал через подвальное помещение. К нему навстречу следовал "Свидетель ФИО10", который не смог ему внятно пояснить что произошло. Они вместе прошли в банкетный зал, где "Свидетель ФИО1" оказывал помощь "ФИО14", у которого было ранение ноги. Он ("Свидетель ФИО11") доставил "ФИО14" в Черногорскую городскую больницу. При этом последнего сопровождал "Свидетель ФИО1"

Свидетель "Свидетель ФИО4" показал, что вместе с подсудимым он ранее отбывал наказание в виде лишения свободы в исправительном учреждении. После отбытия наказания в сентябре 2015 г. встретился с подсудимым в г. Красноярске и одолжил последнему денежные средства в сумме 120 тыс. рублей на развитие совместного бизнеса. До октября месяца 2015 г. ФИО13 отсутствовал, а когда они вновь встретились, то сообщил, что испытывает материальные трудности, но может отдать деньги после реализации автомобиля, который находится в г. Абакане. В начале декабря 2015 г. ФИО13 сообщил, что автомобиль необходимо перегнать в г. Красноярск с целью реализации. В г. Абакан вместе с ФИО13 поехали он ("Свидетель ФИО4") и "Свидетель ФИО3" на автомобиле последнего. В салоне автомобиля находилось ружьё, принадлежащее "Свидетель ФИО3" Выехали в полночь, по пути движения останавливались в придорожных кафе, выпить кофе. Остановились, в том числе, и у мотеля «Интеллигент» в Боградском районе. "Свидетель ФИО3" остался в салоне автомобиля. Зайдя в помещение мотеля, ФИО13 направился из фойе в зал, а он ("Свидетель ФИО4") - в туалет. Когда вышел, то увидел, что на полу лежит ФИО13, рядом с которым находятся трое мужчин, которые требовали покинуть мотель и наносили удары ногами по телу ФИО13 Он ("Свидетель ФИО4") оттолкнул одного из этих мужчин и получил удар по затылку, от чего упал. Когда поднялся, то кто-то из присутствующих, применив борцовский прием, перебросил его на пол. Затем он ("Свидетель ФИО4") услышал звук выстрела. Приподняв голову, увидел, что у входа в мотель стоит ФИО13 и удерживает в руках ружьё "Свидетель ФИО3" марки «Сайга», а один из присутствующих мужчин держится за ногу. "Свидетель ФИО3" стоял за спиной ФИО13 Последний был с обнаженным торсом. После этого он ("Свидетель ФИО4"), ФИО13 и "Свидетель ФИО3" покинули мотель, уехав на автомобиле в г. Абакан, оттуда он ("Свидетель ФИО4") и "Свидетель ФИО3" вернулись в г. Красноярск.

По ходатайству государственного обвинителя были оглашены показания свидетеля "Свидетель ФИО4", данные им на досудебной стадии производства по уголовному делу, из содержания которых следует, что когда он вышел из туалета в фойе мотеля «Интеллигент», то обратил внимание, что двое незнакомых мужчин пытаются вывести на улицу ФИО13, у которого был обнажен торс. При этом последний вёл себя агрессивно. Он ("Свидетель ФИО4") попытался вступился за ФИО13 и один из двух вышеуказанных мужчин перебросил его через себя и прижал его к полу. Этот мужчина стал подниматься. В этот момент он ("Свидетель ФИО4") увидел в руках у ФИО13 ружьё и как последний произвел выстрел в мужчину, находившегося рядом с ним ("Свидетель ФИО4") и потребовал от всех встать на колени. В результате выстрела мужчине было причинено ранение в ногу. Далее ФИО13 направил ружьё в другого мужчину, но не стрелял. Он ("Свидетель ФИО4"), обращаясь к ФИО13, просил последнего успокоиться. ФИО13 ответил, что сам за всё ответит. После этого он ("Свидетель ФИО4") и ФИО13 покинули мотель (л.д. 31-36 том № 4).

После оглашения протокола допроса свидетель "Свидетель ФИО4" подтвердил достоверность показаний, данных им в судебном заседании, не отрицая выполненных им в протоколе допроса подписей и записи об ознакомлении с ним.

Свидетель "Свидетель ФИО3" показал, что для совместного бизнеса он передал ФИО13 3,5 млн. рублей. Однако последний не решил вопросы с организацией бизнеса, пообещав вернуть деньги после реализации автомобиля. С этой целью с места своего жительства из г. Красноярск, вместе с ФИО13 и "Свидетель ФИО4", он ("Свидетель ФИО3") на принадлежащем ему автомобиле в декабре 2015 г. поехал в г. Абакан. В салоне автомобиля находилось принадлежащее ему ("Свидетель ФИО3") ружьё «Сайга» 12 калибра, которое по просьбе ФИО13 он ("Свидетель ФИО3") снарядил 7 патронами, поместив один из них в патронник. Как пояснил ФИО13, по пути движения могут оказаться медведи. Автомобилем управлял ФИО13, который вместе с ним ("Свидетель ФИО3") употреблял спиртное. По пути движения около 4-х часов ночи он ("Свидетель ФИО3") уснул и отказался попить кофе в одном из придорожных кафе, куда направились ФИО13 и "Свидетель ФИО4" Вскоре он ("Свидетель ФИО3") услышал крик ФИО13, который обращаясь к нему, требовал передать ему ружьё. Он ("Свидетель ФИО3") выбрался из салона автомобиля, удерживая в руке ружьё. ФИО13 подбежал к нему, выхватил у него из рук ружьё и направился в кафе. При этом у ФИО13 был обнажен торс. Он ("Свидетель ФИО3") пошел следом за ФИО13 и видел как последний подошел к входной двери кафе, произнес: «Стоять, все на колени» и произвел один неприцельный выстрел в незнакомого мужчину. Кроме этого мужчины в фойе кафе находились ещё двое незнакомых мужчин, один из них рядом с "Свидетель ФИО4", последний выбежал из фойе на улицу. После выстрела гильза от патрона оказалась у его ("Свидетель ФИО3") ног, он подобрал её, положил в карман, а в последующем выбросил. После этого ФИО13, "Свидетель ФИО4" и он ("Свидетель ФИО3") сразу же уехали. Сначала ФИО13 поехал в направлении г. Красноярска, затем развернулся и поехал в обратном направлении – в сторону г. Абакан. Из пояснений ФИО13 и "Свидетель ФИО4" ему ("Свидетель ФИО3") стало известно, что присутствовавшие в кафе граждане сообщили, что кафе не работает, в грубой форме потребовали покинуть кафе, в результате чего возникла драка. В последующем он ("Свидетель ФИО3") обратился с заявлением в полицию об утрате вышеуказанного ружья, однако в дальнейшем ружьё было им выдано сотрудникам полиции.

Оценивая показания вышеназванных свидетелей "Свидетель ФИО10", "Свидетель ФИО4" и "Свидетель ФИО3" суд находит их в целом последовательными и логичными, поскольку они согласуются друг с другом, а потому оснований сомневаться в их достоверности не имеется. С учетом изложенного, суд признает показания каждого из них допустимыми и достоверными по делу доказательствами.

Какой-либо заинтересованности названных свидетелей при даче показаний по уголовному делу, оснований для оговора подсудимого, равно как и существенных противоречий по обстоятельствам дела, ставящих их под сомнение, и которые повлияли или могли повлиять на выводы и решение суда при вынесении приговора, на правильность применения уголовного закона, не установлено.

В тоже время, показания свидетеля "Свидетель ФИО4", данные им в судебном заседании о том, что лежащему на полу ФИО13 трое мужчин наносили удары, не нашли своего подтверждения и оцениваются судом как субъективное восприятие им конфликта, в ходе которого потерпевший "ФИО14" и свидетель "Свидетель ФИО1" пытались вывести подсудимого из помещения отеля, а последний воспрепятствовал этому. При изложенных обстоятельствах индивидуальное субъективное восприятие ситуации свидетелем "Свидетель ФИО4" не может быть признано достоверным и допустимым доказательством. Изменение показаний свидетеля "Свидетель ФИО4" в этой части объясняется, в том числе, интересами подсудимого, стремлением облегчить его положение. В тоже время суд учитывает, что имеющиеся в показаниях свидетеля "Свидетель ФИО4" расхождения и противоречия существенными не являются. Не являясь очевидцем возникновения конфликтной ситуации между подсудимым и лицами, находившимися в мотеле, свидетель "Свидетель ФИО4" подтвердил факт нахождения у подсудимого огнестрельного оружия при производстве выстрела, в результате чего потерпевшему "ФИО14" было причинено огнестрельное ранение.

Несмотря на то, что свидетель "Свидетель ФИО11" не являлся непосредственным очевидцем исследуемого в судебном заседании деяния, данное обстоятельство никоим образом не лишает значимости его показаний, поскольку он был допрошен по обстоятельствам, имеющим значение для разрешения уголовного дела. Оснований не доверять показаниям данного свидетеля у суда не имеется. Незначительное противоречие в показаниях свидетелей "Свидетель ФИО11" и "Свидетель ФИО3" относительно места нахождения в салоне автомобиля предмета, которым является огнестрельное оружие, не является существенным и не влияет на достоверность того факта, что огнестрельное оружие, до того как им воспользовался подсудимый, находилось в салоне автомобиля, на котором последний в группе с "Свидетель ФИО3" и "Свидетель ФИО4" подъехал к мотелю «Интеллигент» до исследуемого события. В связи с чем, наравне с показаниями потерпевшего "ФИО14" и иных вышеназванных свидетелей, суд признает достоверными и допустимыми по делу доказательствами показания свидетеля "Свидетель ФИО11"

Кроме того, в судебном заседании в порядке, предусмотренном ст. 285 УПК РФ, были оглашены протоколы следственных действий и письменные материалы, подтверждающие совершение подсудимым ФИО13 умышленного причинения средней тяжести вреда здоровью гражданина "ФИО14", с применением оружия, из хулиганских побуждений.

Так, согласно протоколу осмотра места происшествия, выполненного 04 декабря 2015 г. в период с 03 часов 10 минут до 05 часов 45 минут, установлено, что мотель «Интеллигент» находится на расстоянии 3,9 км на северо-восток от с. Сарагаш Боградского района Республики Хакасия, вблизи автомобильной трассы М-54 «Енисей». На парковочной площадке перед входом в отель обнаружен патрон 12 калибра. На крыльце обнаружены два пятна бурого цвета, похожего на кровь. В холле мотеля обнаружен три части контейнера для снаряда из полимерного материала белого цвета. Имеются повреждения на полимерных цветочных горшках и полимерном плинтусе. В ходе осмотра изъяты патрон, части контейнера для снаряда и на марлевые тампоны произведены смывы с пятен бурого цвета (л.д. 131-136 том № 1). Сведения, изложенные в протоколе осмотра места происшествия, отражены на приобщенной к протоколу схеме (л.д. 137 том № 1) и фототаблице (л.д. 138-140 том № 1).

Согласно протоколу выемки от 18 апреля 2017 г. свидетелем "Свидетель ФИО3" органу следствия было выдано ружьё «Сайга-12К», заводской №, и 6 патронов (л.д. 66-67 том № 4).

Согласно заключению эксперта № от 03 мая 2017 г. судебной баллистической экспертизы ружьё, выданное свидетелем "Свидетель ФИО3", изготовлено промышленным способом на Ижевском машиностроительном заводе и является гладкоствольным охотничьим огнестрельным оружием 12 калибра, модели «Сайга-12К», заводской №, технически исправно и пригодно для производства выстрелов. Шесть патронов, выданные свидетелем "Свидетель ФИО3", являются штатными боеприпасами к гражданскому охотничьему оружию 12 калибра, пригодные для производств выстрела. В ходе производства экспертизы данными шестью патронами была произведена экспериментальная стрельба (л.д. 191-194 том № 3).

Ружьё «Сайга-12К», заводской №, 6 гильз патронов 12-го калибра были осмотрены, признаны и приобщены по делу в качестве вещественных доказательств (л.д. 68-73, 74 том № 4).

Согласно протоколу выемки от 04 декабря 2015 г. органом дознания произведена выемка видеорегистратора камер видеонаблюдения мотеля «Интеллигент» (л.д. 148-149 том № 1).

Рассматривая каждое из вышеуказанных письменных доказательств с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, суд приходит к следующему выводу.

Осмотр места происшествия и выемка видеорегистратора камер видеонаблюдения мотеля «Интеллигент» органом предварительного расследования выполнены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства. Обнаруженные и изъятые при осмотре места происшествия предметы были упакованы и опечатаны, что следует из содержания названного протокола и опровергает доводы стороны защиты об обратном. Присутствие гражданина "Свидетель ФИО10" при осмотре места происшествия, являющегося непосредственным очевидцем преступления, не влечет признание данного следственного действия недопустимым доказательством, поскольку ему, а также другому присутствующему лицу (специалисту-криминалисту) были разъяснены права и ответственность, а также порядок производства осмотра места происшествия, что подтверждено подписями каждого из участвующих лиц. Результаты осмотра места происшествия, наравне с заключениями экспертов, подтверждают показания потерпевшего "ФИО14" и свидетелей об обстоятельствах имевших место в мотеле «Интеллигент» при исследуемом судом событии. В связи с изложенным, суд признает протокол осмотра места происшествия допустимым и достоверным по делу доказательством, поскольку он получен в строгом соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, относится к предмету исследования по делу, и в совокупности с другими доказательствами имеет значение для правильного разрешения дела.

Осмотр ружья, выданного свидетелем "Свидетель ФИО3", выполнен в соответствии с требованиями УПК РФ.

Вышеперечисленные заключения экспертов подготовлены компетентными лицами, обладающими специальными познаниями криминалистики и судебной медицины, их выводы основаны на совокупности соответствующих исследований, подтверждены имеющимися в заключениях методиками проведения судебной экспертизы, а потому оснований сомневаться в научности и обоснованности выводов экспертов не имеется. Также не имеется оснований для назначения по делу дополнительных исследований вещественных доказательств, изъятых при осмотре места происшествия, поскольку каждое из экспертных исследований проведены в порядке, установленном действующим уголовно-процессуальным законодательством. При назначении и проведении судебных экспертиз каких-либо нарушений прав подсудимого на ознакомление с постановлениями либо заключениями экспертов органами предварительного следствия не допущено, оснований для отвода экспертов, проводивших исследование, по материалам дела не усматривается.

Тот факт, что эксперту, давшему заключение № от 03 мая 2017 г. судебной баллистической экспертизы, не были разъяснены положения ст. 57 УПК РФ, не может рассматриваться в качестве процессуального нарушения, влекущего признание данного доказательства в качестве недопустимого. Так, в ст. 57 УПК РФ ничего не говорится об обязанностях эксперта, речь идет о том, что эксперт делать вправе (ч. 3), что не вправе (ч. 4), какую и за что он несет ответственность. Права и обязанности эксперта указаны в ст.ст. 16, 17 Федерального Закона от 31 мая 2001 г. № 73-ФЗ «О государственной судебной деятельности в Российской Федерации», на которые имеется ссылка в названном заключении. При этом, суд учитывает, что эксперт "ФИО", которым была проведена указанная экспертиза, являясь штатным экспертом ЭКЦ МВД России по Республике Хакасия и имея значительный стаж работы в качестве эксперта, обязан знать предоставленные эксперту права: давать заключения либо отказываться от дачи заключений, заявлять ходатайства, приносить жалобы.

Тот факт, что судебно-медицинские экспертизы в отношении потерпевшего "ФИО14" и свидетеля "Свидетель ФИО1" проведены по представленным в отношении каждого из них медицинским документам при отсутствии каждого из них, также не может свидетельствовать о допущенных нарушениях п. 27 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24 апреля 2008 г. № 194н, согласно которого степень тяжести вреда, причиненного здоровью человека, не определяется, если в том числе живое лицо, в отношении которого назначена судебно-медицинская экспертиза, не явилось и не может быть доставлено на судебно-медицинскую экспертизу либо живое лицо отказывается от медицинского обследования. Названная норма не содержит положений, препятствующих проведению экспертизы по медицинским документам, предоставленным в распоряжение эксперта органом или лицом, назначившим экспертизу в случае, без обследования лица, в отношении которого назначена судебно-медицинская экспертиза.

Кроме того, суд учитывает, что приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 12 мая 2010 г. № 346н утвержден Порядок организации и производства судебно-медицинских экспертиз в государственных судебно-экспертных учреждениях Российской Федерации. В соответствии с п.п. 66, 67 названного Порядка эксперт, принявший к производству порученную руководителем государственного судебно-экспертного учреждения экспертизу, проводит ее путем медицинского обследования лица, в отношении которого назначена экспертиза. В случае, когда отсутствует возможность обследовать лицо, в отношении которого назначена экспертиза, ее проводят по материалам дела и оригиналам медицинских документов, предоставленным в распоряжение эксперта органом или лицом, назначившим экспертизу. В случаях невозможности исследовать оригиналы медицинских документов по письменному разрешению органа или лица, назначившего экспертизу, допускается исследование их заверенных копий. Представленные на экспертизу медицинские документы должны содержать исчерпывающие данные об объеме причиненных повреждений и течении патологического процесса, а также иные сведения, имеющие значение для проведения экспертизы. Таким образом, вышеуказанный п. 67 Порядка прямо предусматривает проведение экспертизы по материалам дела и оригиналам медицинских документов в случае отсутствия лица, в отношении которого назначена экспертиза.

С учетом изложенного, суд признает, что каждое из заключений экспертов судебно-медицинских экспертиз по настоящему уголовному делу является допустимым по делу доказательством.

Вместе с тем, в ходе судебного следствия по ходатайству стороны защиты при отсутствии возражений государственного обвинителя в связи с допущенными нарушениями требований УПК РФ были признаны в качестве недопустимых следующие доказательства:

- заключение эксперта № от 15 января 2016 г. судебной баллистической экспертизы, в ходе которой были исследованы три части контейнера и патрон, изъятые в ходе осмотра места происшествия (л.д. 137-138 том № 2);

- протокол осмотра названных предметов (л.д. 15-19, 20 том № 2);

- протокол осмотра видеорегистратора (л.д. 1 том № 2);

- заключение эксперта № от 13 января 2016 г. компьютерной экспертизы, в ходе которой был исследован указанный видеорегистратор и скопированы на оптический DVD-R диск видеофайлы (л.д. 101-106 том № 3);

- протокол осмотра информации, скопированной при производстве компьютерной экспертизы на оптический DVD-R диск (л.д. 3-8 том № 2);

- выводы эксперта, данные им при даче заключения № от 03 мая 2017 г. относительно исследования пыж-контейнера, изъятого при осмотре места происшествия (л.д. 191-184 том №).

Тем самым, несмотря на то, что при производстве выемки видеорегистратора не было допущено каких-либо нарушений требований УПК РФ, сам по себе названный протокол при отсутствии сведений о последующем исследовании изъятого данного предмета не имеет какой-либо логической связи с перечисленными в ст. 73 УПК РФ обстоятельствами, подлежащими доказыванию, то есть с предметом доказывания.

Как указано выше, согласно ч. 1 ст. 74 УПК РФ доказательствами по уголовному делу являются любые сведения, на основе которых, в том числе, и суд в порядке, определенном данным Кодексом, устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а также иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела.

В силу вышеизложенных обстоятельств, суд приходит к выводу, что протокол выемки видеорегистратора сам по себе не может быть признан доказательством, на основании которого возможно установить наличие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а также иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела, и исключает названный протокол из доказательств по настоящему уголовному делу.

Поскольку все доказательства, имеющие отношение к видеозаписи камер наружного наблюдения мотеля «Интеллигент», не могут быть учтены при вынесении настоящего приговора, суд приходит к выводу о том, что отсутствует необходимость изложения и оценки показаний специалиста в области компьютерной информации "ФИО", который был допрошен в судебном заседании по ходатайству стороны защиты.

Специалист "ФИО", обладающий специальными познаниями криминалистики, допрошенный в судебном заседании по ходатайству стороны защиты, показал, что длинноствольное и среднествольное оружие оставляют различные следы выстрела. Самопроизвольный выстрел из огнестрельного оружия возможен при ударе цевья о твердую поверхность. При этом предварительно необходимо установить возможно ли производство выстрела без нажатия на спусковой крючок. В настоящее время заводы изготовителя применяют методику установления пластиковых контейнеров вместе с метательным снарядом. На данном контейнере при выстреле остаются следы от внутреннего участка ствола, которые позволяют идентифицировать огнестрельное оружие. Метательным снарядом патрона 12-го калибра заводского изготовления является пуля, облаченная в пластиковый контейнер, которые внутренними частями, контактируя с поверхностью ствола во время выстрела, оставляют трасы – следы в виде бороздок, которые возможно идентифицировать. При наличии отстрелянной гильзы также возможно идентифицировать оружие, в том числе по следам выбрасывателя. Для того, чтобы воссоздать обстоятельства, при которых был произведен выстрел, необходимо проведение следственного эксперимента на месте происшествия, при котором желательно участие пострадавшего и находившейся на нём одежде. По наличию следов пороха на одежде возможно установить расстояние, с которого произведен выстрел. В частности, дымный порох оставляет следы на расстоянии 3м., бездымный – на расстоянии 2-2,5м. По наличии информации следов выстрела возможно установить с какого положения был произведен выстрел, под каким углом имело место проникновение метательного снаряда. По характеру телесных повреждений на теле может высказаться судебно-медицинский эксперт. С помощью химическим методик при исследовании канала ствола оружия возможно установить давность производства выстрела.

Ссылаясь на показания специалиста "ФИО" стороной защиты в ходе судебного следствия было заявлено ходатайство о назначении по делу медико-баллистической экспертизы. В удовлетворении данного ходатайства было отказано. При этом суд учитывал, что судебная экспертиза назначается в случаях, когда вопросы права нельзя разрешить без оценки фактов, для установления которых требуются специальные познания. Исходя из требований уголовно-процессуального закона, назначение названной экспертизы не является безусловно обязательным при производстве по уголовному делу, вопрос о необходимости и возможности её проведения решается судом с учетом особенностей конкретного дела. Факт причинения потерпевшему "ФИО14" телесного повреждения в результате выстрела из ружья не опровергаются подсудимым и его защитником, а также подтверждается совокупностью собранных по делу доказательств. Характер и степень тяжести причиненного потерпевшему "ФИО14" телесного повреждения установлены по заключению судебно-медицинского эксперта, не вызывают сомнений у суда и не оспариваются стороной защиты. При этом судебно-медицинским экспертом дан вывод об обстоятельствах воздействия травмирующего агента на левое бедро и подколенную область "ФИО14": с направлением снаружи кнутри, спереди назад, сверху вниз. Данные выводы не противоречат иным представленным по делу доказательствам и сомнений не вызывают. Наличие обнаруженных в холле мотеля повреждений пластикового плинтуса и цветочного горшка, также дают основания для вывода о том, что направление полета метательного снаряда при выстреле было сверху вниз.

Показания специалиста "ФИО" о возможности идентификации ружья, из которого произведен выстрел, по наличию трас на пластиковом контейнере метательного снаряда, также не могут являться безусловным основанием для назначение вышеназванной экспертизы, поскольку носят предположительный характер.

В тоже время суд учитывает, что по результатам экспертного исследования (заключение эксперта № от 29 января 2016 г. комплексной судебной баллистической и физико-химической экспертизы, которое было исследовано в судебном заседании по ходатайству стороны защиты) при сравнении способом совмещения следов канала ствола на фрагментах контейнера, изъятых при осмотре места происшествия, со следами канала ствола на экспериментально выстрелянных контейнерах установлено как совпадение, так и различие по совмещению валиков и бороздок, образовавшихся в исследуемом и экспериментальных следах канала ствола. Ни совпадения, ни различия не могут служить основанием для положительного или отрицательного вывода, поскольку совпадения не образуют индивидуальной совокупности и могут быть образованы в результате стрельбы из оружия соответствующего типа. В отношении различий не удалось установить: являются ли они индивидуальными признаками канала ствола другого оружия, либо они обусловлены различными условиями выстрела, иными характеристиками применяемого патрона. Отсутствие однозначности в оценке различий не позволяет решить вопрос ни в категоричной, ни в вероятной форме (л.д. 158-160 том № 4).

Таким образом, вопрос о возможной идентификации оружия, которым был произведен выстрел при исследуемых судом обстоятельствах, был разрешен при производстве баллистической экспертизы.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что для определения обстоятельств причинения телесного повреждения "ФИО14" в результате огнестрельного ранения, не требуется дополнительных специальных познаний.

Показания специалиста "ФИО", изложенные выше, не подтверждают и не опровергают версию подсудимого об обстоятельствах причинения потерпевшему "ФИО14" огнестрельного ранения, а также ни коим образом не опровергают показаний потерпевшего "ФИО14", свидетелей "Свидетель ФИО1", "Свидетель ФИО10", "Свидетель ФИО4" и "Свидетель ФИО3", являющихся непосредственными очевидцами данного преступления.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что показания специалиста "ФИО" не имеют доказательственного значения по делу.

Из показаний свидетеля "Свидетель ФИО9" (супруги подсудимого), допрошенной по ходатайству стороны защиты, следует, что обстоятельства исследуемого деяния ей известны от супруга, который сообщил о причастности к причинению телесного повреждения "ФИО14" другого лица, находившегося в одной компании с потерпевшим.

Изложенные показания свидетеля "Свидетель ФИО9", суд оценивает как производные, поскольку она не является непосредственным очевидцем исследуемого деяния, её показания носят характер установочных и производных от показаний и версии подсудимого, который в соответствии с ч. 2 ст. 45 Конституции РФ, ч. 2 ст. 16 УПК РФ, п.п. 3, 21 ч. 4 ст. 47 УПК РФ вправе возражать против обвинения, защищаться любыми средствами и способами не противоречащими закону, и избирать любую тактику защиты, в том числе отрицая свою причастность к инкриминируемому ему деянию.

При изложенных обстоятельствах, показания свидетеля "Свидетель ФИО9" не могут служить надлежащим доказательством в обоснование версии подсудимого, которая опровергнута исследованными в судебном заседании достоверными и допустимыми доказательствами стороны обвинения.

Кроме того, по ходатайству стороны защиты в судебном заседании были исследованы следующие письменные доказательства:

- постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по заявлению "Свидетель ФИО3" о нахождении у неизвестных лиц автомобиля, собственником которого является гражданка "Свидетель ФИО9" (л.д. 11 том № 3);

- заявление "Свидетель ФИО3", поданное 19 апреля 2016 г. на имя начальника отдела полиции № 11 МУ МВД России «Красноярское» о привлечении к уголовной ответственности ФИО13 за хищение путем обмана денежных средств в сумме 3500 тыс. рублей (л.д. 61 том № 4);

- разрешение на добычу птицы в общедоступных охотничьих угодьях Боградского района, выданное "Свидетель ФИО1" (л.д. 205 том № 1);

- протокол выемки от 13 января 2016 г., согласно которого свидетелем "Свидетель ФИО1" было выдано оружие: гладкоствольное ружьё «BENELLI VINCI», 12 калибра (л.д. 200-201 том № 1);

- протокол осмотра данного ружья от 08 февраля 2016 г. (л.д. 21-22 том № 2) с фототаблицей (л.д. 25-27 том № 2);

- заключение эксперта № от 29 января 2016 г. комплексной судебной баллистической и физико-химической экспертизы, оружие изъятое у свидетеля "Свидетель ФИО1", является одноствольным охотничьим ружьём модели «BENELLI VINCI», 12 калибра, итальянского производства и относится к гладкоствольному огнестрельному оружию. В канале ствола представленного оружия обнаружены оплавленные микрочастицы, которые могут являться взрывчатым веществом метательного воздействия, бездымным порохом, а также следы минерального масла, которое могло быть одним из компонентов оружейной смазки. Оружие для стрельбы пригодно. Патроном 12 калибра, обнаруженного при осмотре места происшествия, возможно произвести выстрел из представленного оружия. Ответить на вопрос выстреляны ли три фрагмента контейнера, обнаруженные при осмотре места происшествия, из данного ружья, не представляется возможным (л.д. 158-160 том № 3).

Оценивая вышеизложенные доказательства стороны защиты, суд приходит к следующим выводам.

Факт обращения "Свидетель ФИО3" 19 апреля 2016 г. с заявлением в правоохранительные органы о привлечении к уголовной ответственности ФИО13 за хищение путем обмана денежных средств в сумме 3500 тыс. рублей, не свидетельствует о его заинтересованности в исходе настоящего уголовного дела, а потому не является основанием для признания его показаний недостоверными. При этом суд учитывает, что показания свидетеля "Свидетель ФИО3" соответствуют и полностью подтверждены совокупностью других исследованных в судебном заседании доказательств.

Принятое правоохранительными органами 25 января 2016 г. процессуальное решение об отказе в возбуждении уголовного дела по заявлению "Свидетель ФИО3" о нахождении у неизвестных лиц автомобиля, собственником которого является гражданка "Свидетель ФИО9", подтверждает показания "Свидетель ФИО3" о наличии между ним и подсудимым договоренности о реализации названного автомобиля с последующей оплатой полученных денежных средств в качестве долга подсудимого перед "Свидетель ФИО3" При этом суд учитывает, что указанный автомобиль находился именно у потерпевшего "Потерпевший ФИО1", который удерживал его в целях возмещения ему в результате вышеописанных действий подсудимого ФИО13 причиненного имущественного вреда. Данные обстоятельства были подтверждены потерпевшим "Потерпевший ФИО1" и не опровергаются подсудимым ФИО13

Таким образом, ни один из указанных документов не опровергает достоверность показаний свидетеля "Свидетель ФИО3", данные им в судебном заседании.

Разрешение на добычу птицы "Свидетель ФИО1", выемка, осмотр и экспертное исследование принадлежащего ему ружья «BENELLI VINCI» 12 калибра, подтверждают лишь тот факт, что у "Свидетель ФИО1" имелось названное огнестрельное оружие, используя которого он охотился в границах Боградского района, о чем в свою очередь свидетель "Свидетель ФИО1" дал показания в ходе судебного следствия. Наличие у "Свидетель ФИО1" данного огнестрельного оружия, само по себе не опровергает вышеуказанных доказательств, которые как каждое отдельно, так и в совокупности друг с другом, являются достаточными для разрешения уголовного дела.

Порядок возбуждения уголовного дела органом дознания в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства был соблюден: постановление о возбуждении уголовного дела вынесено уполномоченным должностным лицом в публичном порядке (л.д. 1 том № 1). Обвиняемый был обеспечен защитником по назначению со дня задержания в качестве подозреваемого (л.д. 16, 17 том № 5). Предъявленное ФИО13 обвинение и составленное по делу обвинительное заключение не препятствуют принятию по делу правосудного решения.

Представленные стороной защиты сведения о том, что 10 августа 2017 г. в период с 15 часов 15 минут до 16 часов 25 минут подсудимый ФИО13 находился в судебном заседании Абаканского городского суда Республики Хакасия при рассмотрении ходатайства органа следствия о продлении срока содержания под стражей, не является основанием для признания нарушений требований УПК РФ при предъявлении ему обвинения в тот же день в 16 часов 25 минут и его допроса в качестве обвиняемого в период с 16 часов 26 минут до 16 часов 28 минут (л.д.101-105, 106-107 том № 6), поскольку как следует из протокола допроса обвиняемого названное следственное действие проведено в помещении Абаканского городского суда Республики Хакасия.

Факт предъявления обвинения подсудимому ФИО13 по окончанию судебного заседания Абаканского городского суда Республики Хакасия 10 августа 2017 г., подтвержден свидетелем "Свидетель ФИО9", допрошенной по ходатайству стороны защиты. При этом утверждение свидетеля "Свидетель ФИО9" об отсутствии защитника, суд считает недостоверным, поскольку как указано вышеназванный свидетель заинтересован в благоприятном для подсудимого исходе дела в силу родственных отношений. Несмотря на отсутствие подписей обвиняемого и его защитника как в протоколе допроса, так и в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого, у суда не возникает сомнений в том, что адвокат "ФИО", защищавшая в тот период времени обвиняемого ФИО13, участвовала в данном следственном действии, так как её присутствие в судебном заседании подтверждено постановлением Абаканского городского суда Республики Хакасия от 10 августа 2017 г. (л.д. 99 том № 6). Факт отказа лиц, участвующих в названном следственном действии, подписать протокол, удостоверен следователем по правилам ст. 167 УПК РФ.

Признание ряда доказательств недопустимыми, не могут расцениваться как непричастность подсудимого к инкриминируемому ему деянию по факту причинения телесного повреждения потерпевшему "ФИО14" при описанных судом обстоятельствах.

Вина подсудимого ФИО13 в умышленном причинении средней тяжести вреда здоровью потерпевшего "ФИО14", не опасного для жизни человека и не повлекшего последствий, указанных в ст. 111 УК РФ, но вызвавшего длительное расстройство здоровья, с применением оружия, из хулиганских побуждений, нашла своё подтверждение исследованными в судебном заседании доказательствами, анализ которых приведен выше и которые признаны судом допустимыми и достоверными.

Исходя из исследованных в судебном заседании доказательств в их совокупности, суд приходит к выводу, что телесное повреждение <данные изъяты> потерпевшему "ФИО14" было причинено именно ФИО13 и исключает причастность других лиц к совершению данного преступления. При этом суд исходит из показаний потерпевшего "ФИО14" и вышеназванных свидетелей, которые признаны допустимыми и достоверными и подтверждены заключением судебно-медицинского эксперта и иными вышеперечисленными доказательствами.

Версия подсудимого о том, что телесное повреждение в виде огнестрельного ранения потерпевшему "ФИО14" причинено в результате действий свидетеля "Свидетель ФИО1", не нашла своего подтверждения. В данном случае, суд учитывает численное и физическое превосходство лиц, находившихся совместно с потерпевшим "ФИО14", а также имевшиеся у последнего навыки приемов борьбы, что подтверждено свидетелем "Свидетель ФИО4" Тем самым, в исследуемой ситуации у свидетеля "Свидетель ФИО1" отсутствовала необходимость в использовании огнестрельного оружия. В тоже время, подсудимый ФИО13 в результате вышеуказанных факторов, не имея возможности противостоять действиям свидетеля "Свидетель ФИО1" и потерпевшего "ФИО14", использовал огнестрельное оружие.

При этом суд признает доказанным, что ФИО13 действовал умышленно и его действия носили явно хулиганский характер, поскольку происходили в общественном месте, грубо нарушали общественный порядок, выражали явное неуважение к присутствующим гражданам, с которыми ранее он знаком не был, ни каких взаимоотношений, конфликтов или ссор между ними не было.

То обстоятельство, что потерпевший "ФИО14" и свидетель "Свидетель ФИО1" попытались вывести подсудимого из помещения отеля, используя физическую силу, не свидетельствует о возникновении между ними личных неприязненных отношений. При этом действия "ФИО14" и "Свидетель ФИО1" были правомерными, направленными на прекращение неоднократных, противоправных требований подсудимого передать ему алкогольную продукцию, при условии, что данное требование не могло быть выполнено, о чём подсудимый был поставлен в известность. Между тем, правомерные действия потерпевшего "ФИО14" и свидетеля "Свидетель ФИО1" были использованы подсудимым в качестве незначительного повода для нанесения им телесных повреждений. При этом, демонстрируя своё пренебрежительное отношение к данным лицам, стремясь показать своё мнимое превосходство, вседозволенность и безнаказанность, подсудимый снял с себя верхнюю одежду, высказывая намерение продолжить инициированную им конфликтную ситуацию с применением насилия по отношению к "ФИО14" и "Свидетель ФИО1", что также свидетельствует о наличии у него хулиганских побуждений. Однако встретив со стороны названных лиц активное сопротивление и осознавая, что не сможет противостоять им, подсудимый ФИО13 взял в салоне автомобиля, припаркованного им у мотеля, огнестрельное ружье и, используя конструктивные особенности и поражающие свойства данного оружия, умышленно произвел из него выстрел в направлении потерпевшего "ФИО14", причинив последнему вышеописанное телесное повреждение.

В соответствии с Федеральным законом от 13 ноября 1996 г. № 150-ФЗ «Об оружии» и на основании экспертного заключения установлено, что подсудимым использовалось именно оружие.

Никаких сомнений в виновности подсудимого ФИО13 у суда не возникло.

Как указано выше, противоправного или аморального поведения со стороны потерпевшего "ФИО14" либо иных лиц не установлено. Наличие у подсудимого ФИО13 алкогольного опьянения, что подтверждено показаниями потерпевшего "ФИО14" и свидетелей, указывает на то, что он не находился в состоянии сильного душевного волнения.

С учетом изложенных обстоятельств, суд не находит оснований для квалификации действий по привилегированному составу преступления, как причинение средней тяжести вреда здоровью в состоянии аффекта.

Кроме того, отсутствуют какие-либо объективные данные, указывающие на совершение данного преступления в состоянии необходимой обороны либо при превышении её пределов.

Совокупность собранных и исследованных по делу доказательств, с учетом клинической оценки ранения, причиненного потерпевшему "ФИО14", как средней тяжести, дают основания для вывода о том, что подсудимый ФИО13 совершил причинение средней тяжести вреда здоровью потерпевшему с прямым умыслом, поскольку в момент производства выстрела из оружия, осознавал, что совершает действия, направленные на причинение указанного вреда здоровью, предвидел возможность наступления указанных последствий, и желал их наступления, не находясь при этом в состоянии необходимой обороты, а также и при превышении ее пределов.

Исходя из изложенного, суд квалифицирует действия ФИО13 по п.п. «д», «з» ч. 2 ст. 112 УК РФ, как умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью, не опасного для жизни человека и не повлекшего последствий, указанных в ст. 111 УК РФ, но вызвавшего длительное расстройство здоровья, совершенное из хулиганских побуждений, с применением оружия.

Определяя вид и меру наказания по каждому из совершенных подсудимым преступлений, суд в соответствии со ст. 60 УК РФ учитывает характер и степень их общественной опасности, данные о личности подсудимого, его семейное положение, возраст и состояние здоровья, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия его жизни и жизни его семьи, а также обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание.

Подсудимый ФИО13 ранее неоднократно судим к лишению свободы за совершение умышленных преступлений против собственности (л.д. 97-104, 106, 110-112, 113-119 том № 5).

На учете у врачей <данные изъяты> не состоит (л.д. 68, 69 том № 5).

В анамнезе диагностированы заболевания:

- <данные изъяты>;

- <данные изъяты>.

По месту жительства в г. ... участковым уполномоченным полиции характеризуется с удовлетворительной стороны (л.д. 142 том № 5).

<данные изъяты> (л.д. 63 том № 5), <данные изъяты>

С ДД.ММ.ГГГГ пенсионер по инвалидности (л.д. 66 том № 5), <данные изъяты> (л.д. 67 том № 5).

Согласно заключения комиссии экспертов № от 19 июня 2017 г. амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы, проведенной в ходе предварительного следствия, ФИО13 каким-либо психическим расстройством не страдал и не страдает в настоящее время. <данные изъяты> Во время инкриминируемых ему деяний, у ФИО13 не наблюдалось признаков временного болезненного расстройства в психической деятельности, он правильно ориентировался в окружающей обстановке и собственной личности, не проявлял бреда и галлюцинаций, действовал последовательно и целенаправленно. Поэтому во время инкриминируемых ему деяний ФИО13 мог в полной мере осознавать фактический характер своих действий, понимать их общественную опасность и руководить ими. По своему психическому состоянию в настоящее время ФИО13 может правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела и давать о них правильные показания. В мерах принудительного медицинского характера не нуждается (л.д. 242-243 том № 3).

Научность и обоснованность выводов компетентных врачей-психиатров, непосредственно исследовавших личность ФИО13, материалы дела в полном объеме, сомнений у суда не вызывает. Оснований для назначения по делу дополнительных либо повторных судебно-психиатрических исследований личности подсудимого, не имеется. В судебном заседании ФИО13 ведет себя адекватно, дает логически выдержанные пояснения в соответствии с избранной линией защиты. У суда не возникло сомнения в выводах экспертов относительно психического состояния подсудимого. С учетом изложенного, суд признает последнего вменяемым.

Обстоятельством, смягчающим наказание ФИО13, в соответствии с ч. 1 ст. 61 УК РФ по каждому из совершенных им преступлений суд относит наличие малолетнего ребенка.

Кроме того, к обстоятельствам, смягчающим наказание подсудимого ФИО13 по каждому из совершенных им преступлений, суд относит наличие у него вышеуказанных заболеваний и инвалидности.

Обстоятельством, отягчающим наказание ФИО13, по каждому из совершенных преступлений в силу ст. 18 УК РФ, п. «а» ч. 1 ст. 63 УК РФ является рецидив преступлений.

Кроме того, в качестве обстоятельства, отягчающего наказание подсудимого ФИО13 по факту причинения вреда здоровью гражданина "ФИО14", в соответствии с ч. 1.1 ст. 63 УК РФ суд признает совершение данного преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя. Так, факт нахождения подсудимого ФИО13 в состоянии алкогольного опьянения подтвержден исследованными доказательствами, в частности, показаниями потерпевшего "ФИО14" и свидетеля "Свидетель ФИО3", которые признаны достоверными. Данное состояние, по мнению суда, существенным образом оказало влияние на поведение подсудимого, явившегося инициатором конфликтной ситуации при отсутствии противоправного поведения со стороны потерпевшего и находившихся с ним лиц, а также на характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, а именно осуществление преступного намерения причинить вред здоровью потерпевшего с использованием предмета, обладающего особо травмирующими действиями. То есть, одним из факторов, обусловивших совершение преступления, явилось нахождение подсудимого в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя.

В тоже время суд не находит оснований для признания данного обстоятельства в качестве отягчающего наказание подсудимого ФИО13 при совершении открытого хищения имущества гражданина "Потерпевший ФИО1", поскольку как установлено в судебном заседании поводом для совершения данного преступления явилось не выяснение взаимоотношений между ними, а корыстный мотив, реализуя который подсудимый завладел имуществом потерпевшего.

Оснований для освобождения ФИО13 от уголовной ответственности по каждому из совершенных им преступлений, не имеется.

При назначении наказания подсудимому ФИО13, суд учитывает положения ст. 6 УК РФ о том, что одним из принципов уголовного закона является соответствие наказания характеру и степени общественной опасности преступлений, обстоятельствам их совершения и личности виновного.

С учетом всех обстоятельств дела, в силу требований ч. 3 ст. 60 УК РФ, учитывая при назначении наказания характер совершенных преступлений и степень их общественной опасности, данные о личности подсудимого, совокупность смягчающих наказание обстоятельств, а также установленные по делу отягчающие наказание обстоятельства, влияние назначенного наказания на исправление осужденного, на условия его жизни, руководствуясь целями назначения наказания, суд приходит к выводу, что исправление подсудимого, предупреждение совершения новых преступлений и восстановление социальной справедливости возможно при назначении подсудимому наказания по каждому из совершенных им преступлений в виде лишения свободы на определенный срок, что будет отвечать целям его исправления, а так же будет являться целесообразным и справедливым.

Определяя указанный вид наказания, суд учитывает прежде всего, что подсудимый ФИО13 был ранее судим и, что немаловажно, отбывал реальное лишение свободы, однако должных вывод для себя не сделал и вновь совершил умышленные преступлений против собственности и личности, относящихся к категории тяжкого и средней тяжести.

Кроме того, суд учитывает, что в соответствии с ч. 2 ст. 68 УК РФ срок наказания при любом виде рецидива преступлений не может быть менее одной третьей части максимального срока наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за совершенное преступление, но в пределах санкции соответствующей статьи Особенной части УК РФ.

В тоже время согласно ч. 3 ст. 68 УК РФ при любом виде рецидива преступлений, если судом установлены смягчающие обстоятельства, предусмотренные ст. 61 УК РФ, срок наказания может быть назначен менее одной третьей части максимального срока наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за совершенное преступление, но в пределах санкции соответствующей статьи Особенной части УК РФ, а при наличии исключительных обстоятельств, предусмотренных ст. 64 УК РФ, может быть назначено более мягкое наказание, чем предусмотрено за данное преступление.

Санкция ч. 2 ст. 112 УК РФ предусматривает единственный вид наказания в виде лишения свободы, аналогичный вид наказания является наиболее строгим санкции ч. 2 ст. 161 УК РФ.

С учетом вышеизложенных требований Общей части УК РФ, при наличии в действиях подсудимого ФИО13 рецидива преступлений, ему не может быть назначено более мягкое наказание, чем лишение свободы, без применения правил ст. 64 УК РФ.

Каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами каждого преступления, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступлений, а также других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступлений, суд не усматривает. Наличие у подсудимого вышеназванных заболеваний, также не могут быть признаны исключительными, существенно уменьшающих характер и степень общественной опасности содеянного. Следовательно, оснований применения в данном случае по каждому из совершенных подсудимым преступлений положений ст. 64 УК РФ, суд не усматривает.

Равным образом суд не усматривает причин для назначения наказания подсудимому по каждому из совершенных им преступлений ниже одной третьей части максимального размера санкции соответствующей статьи.

В тоже время, при наличии у подсудимого заболеваний и инвалидности, в совокупности с удовлетворительной характеристикой с места его жительства, суд полагает возможным не назначать ему дополнительные виды наказания, предусмотренные санкцией ч. 2 ст. 161 УК РФ, в виде штрафа и ограничения свободы.

В связи с признанием в действиях подсудимого ФИО13 отягчающего наказания обстоятельства, оснований для изменения категории по каждому из совершенных преступлений на менее тяжкую в порядке, предусмотренном ч. 6 ст. 15 УК РФ, не имеется.

При определении размера наказания подсудимому, кроме сведений о его личности, обстоятельств совершения преступлений, суд принимает во внимание цели уголовного наказания, требование закона об индивидуальном подходе к назначению наказания, наличие всех вышеперечисленных смягчающих наказание обстоятельств и как указано выше правила назначения наказания при рецидиве преступлений согласно ч.ч. 1, 2 ст. 68 УК РФ.

Наказание по совокупности преступлений ФИО13 следует назначить по правилам ч. 3 ст. 69 УК РФ, применив принцип частичного сложения назначенных наказаний по каждому из совершенных преступлений.

По делу нет оснований для применения к подсудимому положений об условном осуждении и об отсрочке исполнения приговора. К тому же, с учетом императивных требований п. «в» ч. 1 ст. 73 УК РФ, при наличии в действиях подсудимого при совершении преступления, предусмотренного п.п. «г», «д» ч. 2 ст. 161 УК РФ, особо опасного рецидива преступлений в силу п. «а» ч. 3 ст. 18 УК РФ, поскольку ранее он более двух раз был осужден за совершение тяжких и особо тяжких преступлений к реальному лишению свободы и вновь совершил тяжкое преступление, условное осуждение к нему не может быть применено.

Основания освобождения подсудимого ФИО13 от отбытия наказания по болезни также не установлены, поскольку согласно Перечня заболеваний, препятствующих отбыванию наказания, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 06 февраля 2004 г. № 54, освобождение от отбытия наказания может быть предоставлено осужденным <данные изъяты>.

Кроме того, несмотря на наличие у подсудимого ФИО13 заболевания <данные изъяты>, исходя из положения ст. 398 УПК РФ, суд учитывает, что вопрос, касающийся возможности отсрочки исполнения приговора в связи с болезнью, разрешается на стадии исполнения приговора, при наличии установленного у осужденного факта заболевания и при условии, что последний является осужденным приговором суда, который вступил в законную силу.

При изложенных обстоятельствах, реализовать своё право на отсрочку исполнения приговора либо об освобождении от наказания в связи с болезнью подсудимый ФИО13 может на стадии исполнения данного приговора.

При определении вида исправительного учреждения, суд, руководствуясь п. «г» ч. 1 ст. 58 УК РФ, определяет ФИО13 для отбывания наказания исправительную колонию особого режима, поскольку в его действиях установлен особо опасный рецидив преступлений.

Срок отбывания наказания ФИО13 надлежит исчислять с момента провозглашения приговора. В соответствии с требованиями ст. 72 УК РФ в срок отбытого наказания надлежит зачесть время содержания подсудимого под стражей с момента его задержания, то есть со 02 июня 2017 г.

Меру пресечения в виде заключения под стражу, избранную в отношении подсудимого ФИО13, суд полагает необходимым до вступления приговора в законную силу оставить без изменения, с учетом необходимости обеспечения исполнения настоящего приговора, поскольку подсудимый подлежит осуждению к реальному лишению свободы и, осознавая данное обстоятельство, может скрыться, препятствуя его исполнению.

Гражданский иск потерпевшего "Потерпевший ФИО1" на сумму 275 700 (двести семьдесят пять тысяч семьсот) рублей подлежит удовлетворению на основании ст. 1064 ГК РФ, поскольку вред, причиненный гражданину, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

При этом суд учитывает, что неправомерными действиями подсудимый завладел имуществом потерпевшего "Потерпевший ФИО1" и тем самым лишил последнего реальной возможности владеть, пользоваться и распоряжаться данным имуществом по своему усмотрению, то есть было нарушено право собственности, а потерпевшему причинен имущественный вред, который не возмещен до настоящего времени.

Кроме того, потерпевшим "ФИО14" в ходе судебного следствия был заявлен гражданский иск на сумму 1500000 (один миллион пятьсот тысяч) рублей, из них 1000000 (один миллион) рублей – компенсация имущественного ущерба в связи с затратами на лечение и 500000 (пятьсот тысяч) рублей – компенсация морального вреда.

Рассматривая заявленные потерпевшим "ФИО14" исковые требования о возмещении причиненного имущественного вреда, суд учитывает, что в силу ч. 1 ст. 56 ГПК РФ, каждая сторонам должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований. Вместе с тем, документальных сведений, подтверждающих понесенные расходы на лечение, при рассмотрении уголовного дела потерпевшим "ФИО14" не представлено.

Вопрос о размере необходимых расходов на лечение лицу, понесшему эти расходы, должен решаться с учетом нормативных положений Федерального закона РФ от 29 ноября 2010 г. № 26-ФЗ «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации» и определяется страховой медицинской организацией на основании реестров счетов и счетов медицинской организации, что в свою очередь потребует дополнительных расчетов, в то время как судебное разбирательство в соответствии с ч. 1 ст. 252 УПК РФ, проводится лишь по предъявленному обвиняемому обвинению, тогда как совершение преступления в отношении собственности потерпевшего "ФИО14" подсудимому не вменялось.

Тем самым, суд полагает, что для определения размера расходов на лечение потерпевшего "ФИО14", необходимо проведение дополнительных расчетов и отложение в связи с этим судебного разбирательства. В связи с изложенным, суд на основании ч. 2 ст. 309 УПК РФ признает за потерпевшим "ФИО14" право на удовлетворение гражданского иска в части компенсация имущественного вреда в связи с затратами на лечение и передает вопрос о размере возмещения гражданского иска для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства, что не противоречит требованиям закона и права потерпевшего на возмещение материального ущерба не ограничивает.

Рассматривая исковые требования потерпевшего "ФИО14" о компенсации морального вреда, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права либо нарушающими имущественные права гражданина.

Согласно ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В данном случае, суд учитывает, что в результате неправомерных действий подсудимого – умышленное причинение вреда здоровью средней тяжести, потерпевший "ФИО14" испытал физические страдания, а потому у него обоснованно возникло право на требование компенсации морального вреда, причинённого ему противоправными действиями подсудимого.

Определяя размер компенсации морального вреда за вред здоровью, суд принимает во внимание степень причинённого вреда, а именно величину физических страданий потерпевшего "ФИО14", обстоятельства его причинения, в том числе умышленный характер преступления, использование огнестрельного оружия, отсутствие противоправного поведения потерпевшего, и с учётом установленного, основываясь на принципах разумности и справедливости, приходит к выводу о необходимости удовлетворения заявленных требований частично, считая необходимым взыскать компенсацию морального вреда за причиненный вред здоровью в размере 300000 рублей, полагая, что данная сумма реально соответствует причинённому потерпевшему "ФИО14" вреду.

Разрешая вопрос о судьбе имущества, на которое наложен арест для обеспечения гражданского иска, а именно денежных средств в сумме 46950 рублей и обручального кольца стоимостью 4800 рублей, которые по версии органа следствия принадлежат подсудимому ФИО13, суд приходит к следующим выводам. Как следует из материалов дела денежные средства в сумме 6950 рублей и обручальное кольцо были обнаружены и изъяты у подсудимого ФИО13 в ходе его личного обыска при задержании в качестве подозреваемого. Принадлежность данного имущества именно подсудимому не вызывает сомнений у суда и не оспаривается сторонами.

Тем самым, в соответствии с требованиями п. 11 ч. 1 ст. 299 УПК РФ необходимо снять арест, наложенный на имущество, изъятое у ФИО13, в виде денежных средств в размере 6 950 рублей, хранящихся в бухгалтерии МВД по РХ, обратив взыскание на вышеуказанные денежные средства в счет возмещения вреда, причиненного каждому из потерпевших.

Кроме того, суд считает необходимым обратить взыскание на имущество, изъятое у ФИО13, в виде обручального кольца стоимостью 4800 рублей, в соответствии со ст. 69 Федерального закона от 02 октября 2007 г. № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» путем его принудительной реализации и обращения вырученных денежных средств в пользу потерпевших для обеспечения приговора в части возмещения потерпевшим вреда по заявленным ими гражданским искам.

Вместе с тем, поскольку не были опровергнуты показания свидетелей "Свидетель ФИО9" и "Свидетель ФИО12", о принадлежности последней из них денежных средств в сумме 40000 рублей, которые были изъяты при производстве обыска по месту проживания гражданки "Свидетель ФИО9" и принимая во внимание, что данные лица не несут материальную ответственность за действия подсудимого, то суд полагает необходимым освободить из-под ареста данное имущество, в частности, денежные средства в сумме 40000 рублей, хранящиеся в бухгалтерии МВД по РХ с возвращением гражданке "Свидетель ФИО12".

Вопрос о разрешении судьбы вещественных доказательств, подлежит рассмотрению в соответствии с требованиями ст.ст. 81-82 УПК РФ.

При этом три части контейнера из полимерного материала и восемь гильз подлежат уничтожению; оптические диски, хранящиеся в материалах дела, подлежат оставлению в уголовном деле; сотовый телефон, хранящийся у потерпевшего "Потерпевший ФИО1", и видеорегистратор камер видеонаблюдения мотеля «Интеллигент», хранящийся у потерпевшего "ФИО14", подлежат оставлению у каждого из них со снятием ограничения в их использовании и распоряжении; оружие «Сайга-12К», заводской №, подлежит продаже с передачей бывшему собственнику – "Свидетель ФИО3" вырученной суммы с вычетом затрат на его отчуждение.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 296-299, 302-304, 307-310 УПК РФ, суд, -

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО13 признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «г», «д» ч. 2 ст. 161 УК РФ, п.п. «д», «з» ч. 2 ст. 112 УК РФ, и назначить ему наказание:

- по п.п. «г», «д» ч. 2 ст. 161 УК РФ в виде лишения свободы на срок 6 лет;

- по п.п. «д», «з» ч. 2 ст. 112 УК РФ в виде лишения свободы на срок 4 года 9 месяцев.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний, назначить ФИО13 наказание в виде лишения свободы на срок 9 (девять) лет, с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима.

Срок отбывания наказания исчислять с момента провозглашения приговора, то есть с 22 ноября 2017 г.

Зачесть в срок отбытого наказание время содержания под стражей в период с 02 июня 2017 г. по 21 ноября 2017 г. включительно.

Меру пресечения в виде заключения под стражу ФИО13 с содержанием в ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Республике Хакасия до вступления приговора в законную силу оставить прежней.

Гражданский иск потерпевшего "Потерпевший ФИО1" удовлетворить в полном объёме. Взыскать с ФИО13 в счет возмещения причинённого имущественного ущерба в пользу "Потерпевший ФИО1" Аббаса оглы 275700 (двести семьдесят пять тысяч семьсот) рублей.

Гражданский иск потерпевшего "ФИО14" о взыскании денежных средств в счет компенсации морального вреда удовлетворить частично. Взыскать с ФИО13 в пользу "ФИО14" в счет компенсации причиненного морального вреда 300 000 (триста тысяч) рублей.

Признать за потерпевшим "ФИО14" право на удовлетворение гражданского иска о взыскании с ФИО13 имущественного вреда, связанного с расходами на лечение, в порядке гражданского судопроизводства.

Арест, наложенный во время предварительного следствия на имущество ФИО13: денежные средства в сумме 6950 рублей и обручальное кольцо стоимостью 4800 рублей, хранящиеся в МВД по РХ, отменить. Обратить взыскание на денежные средства в сумме 6950 рублей и обручальное кольцо путем принудительной реализации последнего в порядке исполнительного производства и обращения вырученных денежных средств в счет возмещения вреда, причиненного каждому из потерпевших, по заявленным им исковым требованиям.

Освободить из-под ареста денежные средства в сумме 40000 рублей, изъятые при производстве обыска по адресу <адрес>, хранящиеся в МВД по РХ, с возвращением гражданке "Свидетель ФИО12".

В соответствии с требованиями ст.ст. 81-82 УПК РФ вещи и предметы, признанные органом следствия по уголовному делу в качестве вещественных доказательств:

- три части контейнера из полимерного материала и восемь гильз, хранящиеся в камере ранения вещественных доказательств Ширинского районного суда Республики Хакасия, по вступлению приговора в законную силу - уничтожить;

- CD-диск с детализацией абонентского номера № (л.д. 90 том № 3), CD-диск с видеофайлом из телефона "Потерпевший ФИО1"О. (л.д. 23 том № 4), DVD-R к заключению эксперта (л.д. 13 том № 2), хранящиеся в материалах дела, - оставить на хранение в уголовном деле;

- сотовый телефон, хранящийся у потерпевшего "Потерпевший ФИО1", и видеорегистратор камер видеонаблюдения мотеля «Интеллигент», хранящийся у потерпевшего "ФИО14", оставить у каждого из них со снятием ограничения в их использовании и распоряжении по вступлении приговора в законную силу;

- оружие «Сайга-12К», заводской №, хранящееся в УМВД России по г. Абакану, реализовать путем продажи с передачей вырученной суммы с вычетом затрат на его отчуждение бывшему собственнику – "Свидетель ФИО3"

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Республики Хакасия в течение 10 суток со дня его провозглашения через Ширинский районный суд Республики Хакасия, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня получения им копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе в сроки и в порядке, предусмотренном ст. 389.4 УПК РФ, ходатайствовать о своем участии и участии защитника в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий Марков Е.А.