Постановление № 44-Г-116/2019 44Г-116/2019 4Г-3386/2019 от 11 сентября 2019 г. по делу № 2-506/2018

№ 44-г-116/2019


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

президиума Ростовского областного суда

г. Ростов-на-Дону «12» сентября 2019 года

Президиум Ростовского областного суда в составе:

председательствующего Проданова Г.А.,

членов президиума Бахтиной С.М., Зинкиной И.В., Носова В.И., Титовой Н.Н., Чеботаревой М.В., Юровой Т.В.,

рассмотрев гражданское дело по иску публичного акционерного общества «Промсвязьбанк» к ФИО1, ФИО2, ФИО3 о взыскании задолженности по кредитному договору, по встречному иску ФИО1 к публичному акционерному обществу «Промсвязьбанк» о признании договора поручительства недействительным (ничтожным), по встречному иску ФИО3 к публичному акционерному обществу «Промсвязьбанк» о признании прекращенным поручительства, возникшего в силу договора поручительства от 22 декабря 2015 года, переданное в суд кассационной инстанции на основании определения судьи Ростовского областного суда Ломидзе О.Г. от 26 августа 2019 года, вынесенного по кассационной жалобе ПАО «Промсвязьбанк», поданной представителем по доверенности ФИО4, на решение Неклиновского районного суда Ростовской области от 10 декабря 2018 года, апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от 29 апреля 2019 года,

по докладу судьи Ростовского областного суда Ломидзе О.Г.,

установил:

публичное акционерное общество «Промсвязьбанк» (далее – банк, заявитель) обратилось в суд к ФИО1, ФИО2, ФИО3 о взыскании задолженности по кредитному договору в размере 986 161, 14 руб.

ФИО1 обратилась со встречным иском к банку о признании недействительным (ничтожным) договора поручительства между банком и Кислицей С.Л. №83-31011/0014-1 от 14 июня 2013 года.

ФИО3 обратился со встречным иском к банку о признании прекращенным поручительства в силу договора поручительства №83-31011/0014-3 от 22 декабря 2015 года.

Решением Неклиновского районного суда Ростовской области от 10 декабря 2018 года суд частично удовлетворил исковые требования банка. Суд взыскал солидарно с ФИО2, ФИО3 в пользу банка задолженность по кредитному договору <***> от 14 июня 2013 года в размере 986 161, 14 руб., из которых: основная задолженность 926 734,63 руб., проценты за период с 10 октября 2017 года по 05 февраля 2018 года 58 936,17 руб., пеня за один день 05 февраля 2018 года 490,34 руб. С ответчиков в пользу банка взысканы судебные расходы. В остальной части исковые требования банка оставлены судом без удовлетворения.

Судом удовлетворены встречные исковые требования ФИО1 к банку о признании договора поручительства недействительным (ничтожным). Признан недействительным договор поручительства №83-31011/0014-1 от 14 июня 2013 года, заключенный между банком и Кислицей С.Л..

Встречные исковые требования ФИО3 к банку о признании прекращенным поручительства в силу договора поручительства №83-31011/0014-3 от 22 декабря 2015 года суд оставил без удовлетворения.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от 29 апреля 2019 года решение Неклиновского районного суда Ростовской области от 10 декабря 2018 года в части удовлетворения исковых требований банка к ФИО2, ФИО3 о взыскании задолженности по кредитному договору отменено. По делу в указанной части принято новое решение, которым исковые требования банка к указанным ответчикам о взыскании солидарно кредитной задолженности оставлены без удовлетворения. В остальной части решение суда оставлено без изменения.

В кассационной жалобе заявитель просит изменить решение суда первой инстанции, отменить апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда.

Заявитель жалобы не согласен с выводами суда первой инстанции о наличии оснований для удовлетворения встречного иска ФИО1 Обращает внимание на то, что подписание дополнительного соглашения от 22 декабря 2015 года к договору поручительства ФИО1 не оспаривала. Полагает, данное обстоятельство свидетельствует о том, что сделка была впоследствии одобрена Кислицей ФИО6 на наличие основания для применения запрета высказанных Кислицей С.Л. возражений.

Заявитель жалобы не согласен с отказом в иске к ФИО2, ФИО3. Полагает, доводы этих ответчиков не относятся к обстоятельствам дела, суд апелляционной инстанции при выборе подлежащих применению норм материального права ошибочно руководствовался моментом заключения кредитного договора (14 июня 2013 года), применению подлежала редакция Гражданского кодекса Российской Федерации, действовавшая на момент заключения договоров поручительства (22 декабря 2015 года).

Заявитель указывает на то, что судом апелляционной инстанции не учтены общие положения к договорам поручительства, которые являются их неотъемлемой частью, в которых поручитель выражает согласие отвечать за любого нового должника по основному договору в случае перехода обязанностей по основному договору к новому должнику.

Заявитель полагает неверным вывод суда апелляционной инстанции о недобросовестном поведении банка и применении к банку статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Определением судьи Ростовского областного суда от 25 июня 2019 года гражданское дело истребовано из Неклиновского районного суда Ростовской области. Дело поступило в Ростовский областной суд 10 июля 2019 года.

Определением судьи Ростовского областного суда от 26 августа 2019 года кассационная жалоба с делом передана для рассмотрения в судебном заседании президиума Ростовского областного суда.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представители истца по доверенностям от 09 октября 2018 года ФИО4 и ФИО7 доводы жалобы поддержали. Представитель ФИО1 по доверенности от 05 апреля 2018 года ФИО8 доводам кассационной жалобы возражала. Ответчики в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы с делом на 12 сентября 2019 года считаются извещенными надлежащим образом. В соответствии с положениями части 2 статьи 385 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации президиум считает возможным рассмотреть дело в отсутствие указанных лиц.

Проверив материалы гражданского дела, обсудив доводы кассационной жалобы, президиум Ростовского областного суда приходит к следующему.

При рассмотрении дела в кассационном порядке суд проверяет правильность применения и толкования норм материального права и норм процессуального права судами, рассматривавшими дело, в пределах доводов кассационных жалобы, представления (часть 2 статьи 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В силу статьи 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

По настоящему делу такие нарушения допущены судами при применении норм материального и процессуального права.

Судами установлены следующие обстоятельства.

14 июня 2013 года между банком и О. (заемщиком) был заключен кредитный договор №83-31011/0014, в соответствии с которым заемщик получил кредит в сумме 2 000 000 руб. под 19,5 % годовых на срок по 11 июня 2018 года. Впоследствии график платежей был изменен сторонами и установлен срок погашения кредитных обязательств до 07 декабря 2020 года (дополнительное соглашение № 1 от 22 декабря 2015 года).

В обеспечение исполнения обязательств заемщика по кредитному договору были заключены договоры поручительства <***>-2 от 22 декабря 2015 года с ФИО2, <***>-3 от 22 декабря 2015 года с ФИО3

Также банком представлен договор поручительства <***>-1 от 14 июня 2013 года с Кислицей С.Л., однако ФИО1 данный договор не подписывала.

Кредитный договор расторгнут в одностороннем порядке с 05 февраля 2018 года. По состоянию на 06 февраля 2018 года задолженность ответчика по кредитному договору составляет 986 161, 14 руб.

В период рассмотрения спора ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА заемщик О. умерла.

Суд первой инстанции установил, что обязательства по кредитному договору заемщиком надлежащим образом не выполнялись, в связи с чем образовалась задолженность, возмещение которой в силу положений пункта 1 статьи 361 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 323, 363 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также положений пункта 4.1 кредитного договора должно быть возложена на поручителей.

Встречные требования ФИО3 о прекращении поручительства судом оставлены без удовлетворения. Суд указал, что после вступления в силу пункта 4 статьи 367 Гражданского кодекса Российской Федерации в редакции Федерального закона от 08 марта 2015 года №42-ФЗ смерть должника не прекращает поручительство.

Договор поручительства между банком и Кислицей С.Л. суд признал недействительным, поскольку по результатам проведенной судом экспертизы установлено, что подписи в договоре поручительства и общих положениях к договору поручительства выполнены не Кислицей С.Л., а иным лицом.

Суд апелляционной инстанции признал обоснованным вывод суда первой инстанции о признании недействительным договора поручительства, заключенного между банком и Кислицей С.Л. В части отказа в иске банка к данному ответчику, удовлетворения встречного иска ФИО1 судебная коллегия с решением суда первой инстанции согласилась.

В то же время, суд апелляционной инстанции не согласился с выводами суда первой инстанции о наличии оснований для удовлетворения исковых требований банка к поручителям ФИО3 и ФИО2

Суд апелляционной инстанции не усмотрел основания для применения положений статьи 367 Гражданского кодекса Российской Федерации в редакции Федерального закона от 08 марта 2015 года № 42-ФЗ, указал на то, что поручительство является способом обеспечения основного обязательства, кредитный договор заключен 14 июня 2013 года, согласно договорам поручительства поручительство прекращается в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации, в договорах отсутствуют сведения о том, что поручителем дано согласие отвечать за неисполнение обязательства наследником. Суд апелляционной инстанции применил пункт 2 статьи 422 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Суд апелляционной инстанции также усмотрел злоупотребление в действиях банка, указал на то, что банк не привел условия договоров поручительства в соответствие с действующим законодательством.

Выводы судов сделаны без учета следующего.

По результатам проведенной по делу экспертизы установлено, что Кислицей С.Л. подписано дополнительное соглашение от 22 декабря 2015 года к договору поручительства от 14 июня 2013 года (т.2 л.д. 18).

Данным дополнительным соглашением, в частности, изменен срок предоставления кредита, согласован новый график аннуитетных платежей, изменен срок, на который дано поручительство. Также указано, что во всем, что не урегулировано дополнительным соглашением, стороны руководствуются условиями договора поручительства. В дополнительном соглашении указаны паспортные данные поручителя, номер телефона (т.1 л.д.32-33, 168). При предъявлении банком иска в суд к иску приложена копия паспорта данного ответчика (т.1 л.д. 71-73).

Банк последовательно, как в суде первой инстанции, так и в суде апелляционной инстанции ссылался на подписание ответчиком Кислицей С.Л. дополнительного соглашения к договору поручительства (т.2 л.д.66-67, т.3 л.д.95, 106, 237).

ФИО1 подписание дополнительного соглашения не отрицала (т.1 л.д. 170).

Требование о признании договора поручительства недействительным заявлено Кислицей С.Л. после предъявления банком иска о взыскании задолженности по этому договору.

Подписание указанным ответчиком дополнительного соглашения к договору поручительства не может быть признано юридически безразличным.

Подписание Кислицей С.Л. дополнительного соглашения давало основание другим лицам, в том числе банку, полагаться на действительность договора поручительства. Такое поведение создает у контрагента соответствующие разумные ожидания, поэтому отказ от исполнения договора поручительства может свидетельствовать о недобросовестном поведении ответчика ФИО1

Кроме того, в силу статьи 183 Гражданского кодекса Российской Федерации при отсутствии полномочий действовать от имени другого лица или при превышении таких полномочий сделка считается заключенной от имени и в интересах совершившего ее лица, если только другое лицо (представляемый) впоследствии прямо не одобрит данную сделку. Последующее одобрение сделки представляемым создает, изменяет и прекращает для него гражданские права и обязанности по данной сделке с момента ее совершения.

Неуполномоченным лицом является лицо, не имевшее на момент заключения сделки полномочий на заключение этой сделки. При этом заключение сделки неустановленным лицом имеет те же правовые последствия, что и заключение сделки неуполномоченным лицом, поскольку последующее одобрение сделки порождает для одобрившего ее лица все правовые последствия.

Под последующим одобрением сделки представляемым, в частности, могут пониматься заключение, а равно одобрение другой сделки, которая обеспечивает первую или заключена во исполнение либо во изменение первой (пункт 123 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Судам следовало установить обстоятельства подписания Кислицей С.Л. дополнительного соглашения к договору поручительства и представления банку копии паспорта данного ответчика, оценить действия ФИО1 по подписанию дополнительного соглашения с учетом положений статей 10 и 183 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Относительно договоров поручительства, заключенных банком с ответчиками ФИО3 и ФИО2, судебной коллегией не учтено следующее.

Федеральным законом от 08 марта 2015 года № 42-ФЗ «О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Закон №42-ФЗ) внесены изменения в положения пункта 3 статьи 364 и пункта 4 статьи 367 Гражданского кодекса Российской Федерации. Изменения вступили в силу с 1 июня 2015 года.

В соответствии с пунктом 3 статьи 364 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае смерти должника поручитель по этому обязательству не может ссылаться на ограниченную ответственность наследников должника по долгам наследодателя.

Согласно пункту 4 статьи 367 Гражданского кодекса Российской Федерации в редакции Закона №42-ФЗ смерть должника, реорганизация юридического лица - должника не прекращают поручительство. Данная норма является специальной применительно к положениям пункта 4 статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Суд апелляционной инстанции ошибочно исходил из того, что положения Гражданского кодекса Российской Федерации в новой редакции не подлежали применению к возникшим правоотношениям между банком и поручителями ФИО3 и ФИО2

Поручительство, являясь дополнительным обязательством по отношению к обеспеченному обязательству, возникает из самостоятельного договора.

Договоры поручительства с ответчиками ФИО3 и ФИО2 заключены 22 декабря 2015 года, в связи с чем в силу действия закона во времени к возникшим из них правоотношениям подлежали применению положения Гражданского кодекса Российской Федерации в новой редакции.

Применение закона к отношениям кредитора и поручителя не поставлено в зависимость от момента заключения сделки, из которой возникает обеспечиваемое обязательство. В отношении договоров поручительства действует общее правило пункта 1 статьи 422 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

Кроме того, и из законодательства, действовавшего до введения в действие Закона №42-ФЗ, следовал вывод, что смерть должника не влечет непременного прекращения поручительства.

В соответствии с пунктом 1 статьи 418 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательство прекращается смертью должника, если исполнение не может быть произведено без личного участия должника либо обязательство иным образом неразрывно связано с личностью должника.

Судом апелляционной инстанции не установлено, что кредитное обязательство прекращено смертью должника в порядке пункта 1 статьи 418 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Оценивая действия банка с учетом положений статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, суду апелляционной инстанции следовало учесть не только текст договоров поручительства, но и приложения №1 к этим договорам («Общие положения к договору поручительства»). Согласно пункту 4.6 договоров поручительства условия, содержащиеся в приложениях №1 к договорам, являются неотъемлемой частью договоров поручительства. В пункте 6.2 приложения №1 поручителями ФИО3, ФИО2 выражено согласие отвечать за любого нового должника по основному договору в случае перехода обязанностей по основному договору к новому должнику по основаниям, установленным законодательством Российской Федерации (т.1 л.д.38, 43).

Таким образом, судами первой и апелляционной инстанций в нарушение положений статей 67 и 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не исследованы и не оценены все юридически значимые для дела обстоятельства, судом апелляционной инстанции к отношениям сторон ошибочно применена ранее действовавшая редакция Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно части 1 статьи 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции повторно рассматривает дело в судебном заседании по правилам производства в суде первой инстанции с учетом особенностей, предусмотренных главой 39 данного Кодекса.

Повторное рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела и их юридическую квалификацию (пункт 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 июля 2012 года №13 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции»).

Поскольку суд кассационной инстанции не наделен полномочиями по проверке фактических обстоятельств дела, принимая во внимание необходимость соблюдения разумных сроков судопроизводства (статья 6.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), апелляционное определение подлежит отмене с направлением дела на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

При новом рассмотрении дела суду апелляционной инстанции следует учесть вышеизложенное, устранить отмеченные недостатки и рассмотреть дело с соблюдением норм материального и процессуального права.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 387, 388, 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, президиум

постановил:

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от 29 апреля 2019 года по гражданскому делу по иску публичного акционерного общества «Промсвязьбанк» к ФИО1, ФИО2, ФИО3 о взыскании задолженности по кредитному договору, по встречному иску ФИО1 к публичному акционерному обществу «Промсвязьбанк» о признании договора поручительства недействительным (ничтожным), по встречному иску ФИО3 к публичному акционерному обществу «Промсвязьбанк» о признании прекращенным поручительства, возникшего в силу договора поручительства от 22 декабря 2015 года, отменить.

Дело направить в судебную коллегию по гражданским делам Ростовского областного суда на новое апелляционное рассмотрение в ином составе судей.

Председательствующий