Апелляционное постановление № 1-202/2017 22-7697/2017 от 11 октября 2017 г. по делу № 1-202/2017

САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

Рег. № 22-7697/17

Дело № 1-202/17 Судья Браславская И.А.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Санкт-Петербург 12.10.2017 г.

Судья судебной коллегии по уголовным делам Санкт-Петербургского городского суда Цепляева Н.Г.,

при секретаре Егоренко М.К.

осужденного ФИО1

с участием прокурора отдела прокуратуры Санкт-Петербурга Сухоруковой Т.А.

а также защитника- адвоката Буркалина С.Н. действующего в защиту интересов ФИО1

рассмотрела в апелляционном порядке уголовное дело по апелляционному представлению заместителя прокурора Колпинского района Санкт-Петербурга ФИО2 и апелляционной жалобе и дополнениям к ней осужденного ФИО1, на приговор Колпинского районного суда Санкт-Петербурга от 03 июля 2017 года, которым

ФИО1, <...>, со средним специальным образованием, <...>, не работающий, <...>, ранее судимый:

16.04.2013 Калининским районным судом Санкт-Петербурга по ст. 162 ч.2 УК РФ к 3 годам 6 месяцам лишения свободы, без штрафа, с ограничением свободы 1 год. Освобожденного 11.03.2016 по отбытии наказания;

21.02.2017 Василеостровским районным судом Санкт-Петербурга ч. 1 ст. 228, п. «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ к 4 годам 6 месяцам лишения свободы, с отбыванием наказания колонии строгого режима.

осужден

по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы сроком на 2 год 6 месяцев без ограничения свободы,

на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказания с наказанием назначенным по приговору от 21.02.2017 года назначено окончательное наказания в виде лишения свободы сроком на 5 лет 6 месяцев без ограничения свободы, без штрафа, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Заслушав доклад судьи Цепляевой Н.Г., мнение прокурора Сухоруковой Т.А. поддержавшей доводы апелляционного представлении частично поддержавшей доводы апелляционной жалобы, полагавшей, что приговор подлежит изменению, осужденного ФИО1 и адвоката Буркалина С.Н. поддержавших доводы апелляционных жалоб и апелляционного представления, суд,

УСТАНОВИЛ:

Приговором Колпинского районного суда Санкт-Петербурга от 03 июля 2017 года ФИО1 признан виновным и осужден за совершение кражи, то есть тайного хищения чужого имущества, совершенного с причинением значительного ущерба гражданину, совершенного в Санкт-Петербурге, при обстоятельствах подробно изложенных в приговоре.

В апелляционном представлении заместитель прокурора Колпинского района Санкт-Петербурга ФИО2 просит приговор суда в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела и неправильным применением уголовного закона, выразившимся в нарушении требований Общей части УК РФ изменить, зачесть в срок отбывания наказания ФИО1 время его содержания под стражей по настоящему делу с 19.01.2017 по 02.07.2017, поскольку ФИО1 в срок содержания под стражей зачтен срок с 20.0 1. 2017 по 02.07.2017, однако из материалов уголовного дела следует, что ФИО1 фактически задержан в качестве подозреваемого 19.01.2017 (т. 1 л.д. 49-51).

В апелляционной жалобе и дополнениях осужденный ФИО1 просит приговор отменить, уголовное дело направить на новое судебное рассмотрение.

В обоснование указывает, что в установленный законом трех дневным срок после вручения копии обвинительного заключения им подано ходатайство о проведении предварительного слушания, однако данное ходатайство не было рассмотрено в соответствии с нормами УПК РФ.

Из протокола личного досмотра С6 усматривается добровольная выдача им телевизора и пульта, однако свидетелем не была выдана накладная, которая появляется в материалах уголовного дела лишь 19 января 2017 года в день его (ФИО1) задержания, обращает внимание, что указанная накладная содержит неверные сведения о месте проживания, и по мнению осужденного совокупность указанных фактов свидетельствует, о том, что сотрудники 39 отдела полиции завладели его (ФИО1) паспортом, с целью фальсификации уголовного дела.

Обращает внимание на преступные и целенаправленные действия оперуполномоченного С2 и свидетеля С6 по непредставлению следователю видеозаписей из торгового центра и помещения скупки.

Указывает на нарушение положений ст. 312 УПК РФ по вручению копии приговора.

Обращает внимание, что показания свидетелей в приговоре изложены в сокращенном виде, что подтверждается протоколами судебных заседаний.

Также указывает, что поскольку плоскозубцы и отвертки изъятые при осмотре комнаты квартиры №... <адрес> по ул. Южной поселка Понтонный не содержат следов преступлении и отпечатков пальцев не могут быть положены в основу приговора.

Полагает на наличие безусловных оснований для применения положений ст.ст. 61, 64 УК РФ поскольку страдает тяжкими хроническими заболеваниями, имеет на иждивении мать страдающую тяжелыми заболеваниями, положительные характеристики, а также мнения потерпевшей не настаивавшей на строгом наказании.

Указывает на неверное исчисление срока содержания под стражей, поскольку из материалов уголовного дела следует, что он (ФИО1) фактически задержан в качестве подозреваемого 19.01.2017.

Полагает необоснованным взыскание с него процессуальных издержек на оплату труда адвоката, в связи с материальной несостоятельностью, наличием на иждивении матери пенсионерки, также полагает что взыскание процессуальных издержек противоречить требованиям Конституционного суда РФ.

Также указывает на ненадлежащую юридическую помощь адвоката , выразившуюся в неоказании помощи при составлении апелляционной жалобы.

Полагает, что приговор суда построен на предположениях, что является нарушением положений ст. 14 УПК РФ.

Анализируя материалы уголовного дела указывает на противоречия в показаниях потерпевшей П., пояснившей в судебном заседании, о том, что 31.12.2016 года ей было известно о совершении им (ФИО1) кражи телевизора, однако согласно заявлению потерпевшая просит привлечь к уголовной ответственности неустановлен лиц.

Органами предварительного следствия и судом не установлена личность «<...>», совершившего хищение телевизора.

Полагает, что показания свидетеля С6, пояснившего в суде, что не помнить присутствовали понятые при изъятии телевизора, со всей очевидностью свидетельствует о нарушениях ст. 60 УПК РФ.

Судом не приняты во внимание противоречия в показаниях свидетеля С7 и потерпевшей П. о длительности знакомства его (ФИО1) и потевшей.

Указывает о несоответствии протокола судебного заседания событиям имевшим место при рассмотрения уголовного дела.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления и апелляционных жалоб осужденного, выслушав мнение сторон, суд апелляционной инстанции находит приговор суда, постановленный как обвинительный, законным и обоснованным по следующим основаниям.

Вывод суда о доказанности вины осужденного ФИО1 в совершении инкриминируемого ему преступления, а именно в совершении кражи с причинением значительного ущерба гражданину, суд апелляционной инстанции находит правильным, основанным на полно и всесторонне исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре доказательствах, которым суд дал надлежащую оценку.

Так, вина осужденного подтверждается:

Показаниями потерпевшей П., по обстоятельствам совершения хищения принадлежащего ей телевизора, обнаружения похищенного телевизора в скупке расположенной в ТЦ «Шрих-код», и обращения в полицию.

Показаниями свидетеля С6 по обстоятельствам приобретения у ФИО1 телевизора «Филипс», оформления накладной.

Протоколом очной ставки между С6 и ФИО1, в ходе которой С6 указал на ФИО1 как на лицо, передавшее ему телевизор «Филипс»

Показаниями свидетелей С3, С4 данными ходе предварительного следствия (т. 1 л.д. 97-99, 195-197) и свидетеля С7 по обстоятельствам знакомства П. и ФИО1, нахождения ФИО1 в конце декабря в комнате арендованной П. в квартире №... <адрес> по ул. Южной поселка Понтонный, нажодения в указанной комнате телевизора и его пропажи.

Показаниями свидетеля С2 по обстоятельствам опроса П., проведения проверки по заявлению П. о хищении принадлежащего ей телевизора, установлении места нахождения телевизора и ФИО1 как лица его похитившего.

Показания указанных свидетелей обвинения подтверждены исследованными судом материалами дела, в том числе:

Протоколом осмотра места происшествия, заявлением потерпевшей П., протоколом опознания свидетелем С6- ФИО1, протоколом выемки, протоколом личного досмотра С6, протоколами осмотров документов и признания их вещественными доказательствами.

Указанные и иные положенные в основу приговора доказательства, вопреки доводам жалоб осужденного, полно и объективно исследованы в ходе судебного разбирательства, их анализ, а равно оценка подробно изложены в приговоре.

Все исследованные доказательства суд, в соответствии с требованиями ст.ст. 87, 88 УПК РФ, проверил, сопоставив их между собой, и каждому из них дал оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности. Показания потерпевшей П. и свидетелей обвинения не только взаимно подтверждаются и дополняют друг друга, но и согласуются с другими приведенными в приговоре доказательствами. Не установлено судом и оснований для оговора потерпевшей П. и свидетелями обвинения осужденного ФИО1

Данных, свидетельствующих о заинтересованности потерпевшей П. свидетелей обвинения, в частности свидетелей С6, С2, в исходе дела по делу установлено не было. Кроме того, из представленных материалов видно, что каких-либо существенных противоречий показания указанных потерпевшей П. и свидетелей не содержат и согласуются как между собой, так и с иными представленными обвинением доказательствами. В соответствии с требованиями закона суд исследовал показания потерпевшей и всех свидетелей, данные ими как в ходе предварительного следствия, так и при рассмотрении дела в суде.

Кроме того, отсутствуют основания ставить под сомнение результаты проведенного личного досмотра С6, в ходе которого С6 был добровольно выдан телевизор «Филипс», поскольку содержание данного протокола подтверждается показаниями свидетелей – С6, а также сотрудника полиции С2, который проводил личный досмотр, нарушений положений ст. 60 УПК РФ.

Каких-либо противоречивых доказательств, которые могли бы повлиять на выводы суда о виновности осужденного и которым суд не дал бы оценки в приговоре, в деле не имеется. Какие-либо не устраненные судом существенные противоречия в доказательствах, требующие их истолкования в силу ст. 14 УПК РФ в пользу ФИО1, которые могли повлиять на выводы суда о доказанности вины осужденного или на квалификацию его действий, по делу отсутствуют.

Должную оценку получили и показания свидетеля С6 оснований не доверять им не имеется. Кроме того довод о том, что свидетель С6 находится в некой зависимости от оперативных сотрудников несостоятельным, поскольку своего подтверждения не нашли.

Не усматривается оснований к оговору осужденного со стороны потерпевшей и свидетелей, личной заинтересованности указанных свидетелей в привлечении ФИО1 к уголовной ответственности. Обстоятельств, порочащих показания потерпевшей П. и свидетелей С6, С3, С7 С5, С2 не установлено.

Суд апелляционной инстанции также отмечает, что органами предварительного следствия в ходе расследования уголовного дела нарушений требований уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, не допущено. Доказательства, на которых основаны выводы суда о виновности ФИО1, получены с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства и являются допустимыми. Кроме того, в материалах дела не имеется и в суде не представлено доказательств, свидетельствующих об искусственном создании органом уголовного преследования доказательств обвинения.

Показания свидетеля С1, являющейся матерью ФИО1 и фактически заинтересованной в исходе дела, обоснованно были отвергнуты судом с приведением мотивов принятого решения, оснований не согласиться с которыми, не имеется.

Правильность оценки доказательств, данной судом первой инстанции в приговоре, сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывает.

Доводы жалобы о неполноте предварительного следствия отклоняются. Исследованных в судебном заседании доказательств было достаточно для принятия решения по делу, в связи с чем оснований для истребования дополнительных доказательств у суда не имелось.

Не истребование видеозаписей из торгового центра и магазина-скупки не свидетельствует о непричастности ФИО1 к преступлению, поскольку его виновность подтверждается совокупностью иных доказательств по делу.

Доводы о том, что органами предварительного следствия не установлена личность «<...>», не состоятельны, поскольку ФИО1 на протяжении всего предварительного следствия отказывался от дачи показаний на основании ст. 51 Конституции РФ, а также как в ходе судебного заседания не смог указать суду исходный данные кроме имени, позволяющие суду установить личность.

Права ФИО1 в ходе предварительного следствия нарушены не были, все следственные действия, в которых было необходимо участие ФИО1, проводились с его участием. Судом апелляционной инстанции также принимается во внимание тот факт, что суд при рассмотрении уголовного дела оценивает не полноту предварительного следствия, которую вправе определять только следственные органы по согласованию с прокурором, а достаточность представленных суду доказательств для принятия итогового судебного решения.

Какие-либо данные, указывающие на то, что в ходе производства судебного следствия были допущены нарушения уголовно-процессуального законодательства, влекущие нарушение процессуальных прав осужденного, в представленных материалах отсутствуют.

Доводы осужденного о нарушениях, допущенных при назначении судебного заседания, противоречат материалам дела, поскольку согласно протоколу ознакомления обвиняемого и его защитника с материалами дела право ходатайствовать о проведении предварительных слушаний им было разъяснено, такое ходатайство ни при выполнении требований ст. 217 УПК РФ следователю заявлено не было (т.2 л.д. 96).

Из материалов уголовного дела следует, что в ходе судебного заседания 11 мая 2017 года при разрешении вопроса о назначении судебного заседания по рассмотрению уголовного дела по существу ФИО1 ходатайств о проведении предварительного слушания не заявлял, суд в известность о направлении ходатайства почтой также не поставил (т.2 л.д.121-123), ходатайство о проведении предварительного слушания поступило в Колпинский районный суд Санкт-Петербурга 11 мая 21017 года в 17 часов 20 минут, после судебного заседания, при этом в судебном заседании 24 мая 2017 года ФИО1 пояснил, что забыл о направлении письменного ходатайства о проведении предварительного слушания.(т.2 л.л. 142), в связи с чем учитывая, что вплоть до назначения судебного заседания в соответствии со ст. 231 УПК РФ, ходатайств о назначении предварительного слушания от обвиняемого не поступало, и основания проведения предварительного слушания, предусмотренные ст. 229 УПК РФ, отсутствовали, то судья правильно принял решение о назначении судебного заседания без проведения предварительного слушания по делу. Несмотря на не проведение предварительного слушания, ФИО1 не был ограничен в реализации своего права на заявление ходатайств.

В ходе судебного разбирательства обеспечено равенство прав сторон, которым суд, сохраняя объективность и беспристрастность, создал необходимые условия для всестороннего и полного исследования обстоятельств дела, при этом в полном объеме исследованы доказательства, представленные как стороной обвинения, так и стороной защиты.

Вопреки утверждению осужденного, в судебном решении в соответствии с требованиями ст. 307 УПК РФ изложены установленные судом обстоятельства преступного деяния, приведены доказательства, обосновывающие вывод суда о виновности, в том числе, осужденного ФИО1 в содеянном, и мотивированы выводы относительно квалификации преступления. Выводы суда о виновности ФИО1 основаны на материалах дела и соответствуют фактическим обстоятельствам дела. В соответствии с требованиями закона, исходя из протоколов судебного заседания суд подробно изложил в приговоре содержание доказательств, существо показаний потерпевшей, свидетелей и сведения, содержащиеся в письменных доказательствах.

Доводы осужденного о несоответствии протокола судебного заседания ходу судебного разбирательства, несостоятельны, поскольку правильность составления протокола судебного заседания подтверждена подписями председательствующего по делу судьи и секретаря судебного заседания, а также постановлением судьи о рассмотрении замечаний на протоколы судебных заседаний осужденного. Нарушений положений ст. 259, 260 УПК РФ не установлено. Протокол судебного заседания составлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, в нем отражены ход, порядок судебного разбирательства, подробно приведены показания осужденных и свидетелей.

Суд первой инстанции как субъект доказывания не использовал доказательства, полученные с нарушением закона. Следовательно, довод осужденного ФИО1 о фальсификации материалов дела несостоятелен.

При проведении судебного разбирательства принципы уголовного судопроизводства судом первой инстанции соблюдались.

Из представленных материалов усматривается, что каждое из заявленных сторонами ходатайств судом рассмотрено и разрешено в соответствии с требованиями УПК РФ. Выводы суда мотивированы и отражены в протоколах судебных заседаний. Приведенные судом первой инстанции мотивы принятых решений и оценка доводов сторон судебная коллегия находит убедительными, принятые решения соответствующими закону и материалам дела. Нарушений уголовно-процессуального закона или норм международного права, влекущих за собой отмену приговора, судебная коллегия не усматривает. Судебное разбирательство было проведено с соблюдением всех принципов судопроизводства, в том числе, состязательности и равноправия сторон, права на защиту, презумпции невиновности.

Право осужденного на защиту, вопреки доводам его жалобы, не нарушено. Из материалов дела следует, что его защиту на предварительном следствии и в судебном разбирательстве осуществлял адвокат ., от услуг которого он не отказывался. В судебном заседании защитник осужденного . занимал активную позицию, участвовал в исследовании доказательств и высказал в прениях согласованную с ФИО1 позицию.

Нарушений уголовно-процессуального закона, в том числе права на защиту ФИО1, влекущих за собой отмену приговора допущено не было. Согласно протоколам судебных заседаний, обжалуемому приговору, в ходе рассмотрения уголовного дела создавались необходимые условия для исполнения как стороной обвинения, так и стороной защиты их процессуальных обязанностей и осуществления, предоставленных им прав.

При изложенных доказательствах суд пришел к правильному выводу о виновности ФИО1 и доказанности его вины, верно квалифицировал действия ФИО1 по п. «в» ч.2 ст. 158 УК, приведя в приговоре основания, по которым пришел к выводу о наличии в действиях осужденного указанного состава преступления, с которым суд апелляционной инстанции полностью соглашается.

Мотивы, приведенные судом в приговоре при оценке доказательств, а также в обоснование выводов относительно юридической оценки содеянного ФИО1 суд апелляционной инстанции находит убедительными и с ними согласен. Доводы апелляционных жалоб осужденного, не могут быть признаны судом апелляционной инстанции состоятельными, поскольку эти доводы сводятся к переоценке доказательств, которые были оценены судом по своему внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся доказательств, как это предусмотрено ст. 17 УПК РФ.

Все доводы, выдвигавшиеся осужденным в свою защиту, в том числе аналогичные тем, которые приводятся в апелляционных жалобах, судом первой инстанции тщательно проверялись, им дана соответствующая оценка и эти доводы опровергнуты по мотивам, изложенным в приговоре.

Ссылки осужденного ФИО1 на несвоевременность вручения ему копии приговора, не может является основанием признания приговора суда незаконным или необоснованным.

Доводы осужденного ФИО1 о незаконности решения суда в части распределения процессуальных издержек суд апелляционной инстанции признает несостоятельными, поскольку решение суда о взыскании с ФИО1 в пользу федерального бюджета суммы, выплачиваемой адвокату за оказание им юридической помощи при его участии в уголовном судопроизводстве по назначению в соответствии с п. 5 ч. 2 ст. 131 УПК РФ, принято с соблюдением требований положений ч. 2 ст. 132 УПК РФ, согласно которым суд вправе взыскать с осужденного процессуальные издержки, за исключением сумм, выплачиваемых переводчику и защитнику в случаях, предусмотренных частями 4 и 5 ст. 132 УПК РФ, а именно если подозреваемый или обвиняемый заявил об отказе от защитника, но отказ не был удовлетворен и защитник участвовал в уголовном деле по назначению, либо в случае реабилитации лица.

Решение суда о взыскании с осужденного в доход федерального бюджета процессуальных издержек в виде оплаты услуг защитника в размере 3850 рублей является обоснованным, поскольку это взыскание произведено в соответствии со ст. ст. 131, 132 УПК РФ. Вынужденного отказа от услуг защитника – осужденный ФИО1 не заявлял. Доводы осужденного об отсутствии денежных средств или иного имущества само по себе не являются достаточным условием признания его имущественно не состоятельным, что согласуется с правовой позицией, изложенной в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 года № 42 «О практике применения судами законодательства о процессуальных издержках по уголовным делам». Суд апелляционной инстанции также принимает во внимание, что ФИО1 является трудоспособным и не лишен возможности, как в период отбывания наказания, так и после его отбытия произвести выплату процессуальных издержек.

Оснований для освобождения осужденного ФИО1 от возмещения указанной суммы в доход федерального бюджета судом обоснованно не установлено.

Наказание осужденному ФИО1 назначено с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, данных о личности виновного, обстоятельств, влияющих на наказание, и влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни их семей.

При назначении наказания ФИО1 судом было учтено совершение корыстного, умышленного преступления относящихся к категории средней.

В качестве данных о личности подсудимого ФИО1 суд в соответствии со ст. 61 УК РФ смягчающим наказание обстоятельствами, наличие тяжелых хронических заболеваний, а также наличие на иждивении матери страдающей тяжелыми заболеваниями, положительные характеристики, мнение потерпевшей.

Отягчающих наказание обстоятельств в соответствии со ст. 63 УК РФ судом обоснованно установлен рецидив преступлений на основании ч.1 ст. 18 УК РФ. И учитывая смягчающие и отягчающие наказание обстоятельства, суд пришел к выводу, о назначении ФИО1 наказание в виде лишения свободы однако не на максимальный срок, предусмотренный санкцией ч.2 ст. 158 УК РФ, без дополнительного наказания.

При таких обстоятельствах, назначенное ФИО1 наказание в виде лишения свободы является справедливым, отвечает закрепленным в уголовном законодательстве РФ целям исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений, а также принципам справедливости и гуманизма.

Вид исправительной колонии ФИО1 - исправительная колония строгого режима назначен в строгом соответствии с п. «в» ч.1 ст. 58 УК РФ.

При этом исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, для применения ст. 64 УК РФ судом обоснованно не установлено. Кроме того с учетом фактических обстоятельств совершенного преступления оснований для применения ч. 6 ст. 15 УК РФ судом первой инстанции верно также не установлено. Не находит таких оснований и суд апелляционной инстанции.

Одновременно судом обоснованно не установлено оснований для применения ст. 73 УК РФ. Суд правильно пришел к выводу, что исправление ФИО1 невозможно без его изоляции от общества, и применение ст. 73 УК РФ в данном случае не будет отвечать целям уголовного наказания, направленным одновременно на исправление осужденного, восстановление справедливости и воспрепятствование совершению новых преступлений.

Вместе с тем приговор подлежит изменению по следующим основаниям.

При исчислении ФИО1 срока отбывания наказания судом не учтено следующее. В соответствии с п. 11 ст. 5 УПК РФ, под задержанием подозреваемого понимается мера процессуального принуждения, применяемая органом дознания, дознавателем, следователем на срок не более 48 часов с момента фактического задержания лица по подозрению в совершении преступления. Согласно ч. 3 ст. 72 УК РФ в срок отбывания наказания в виде лишения свободы засчитывается время содержания под стражей до судебного разбирательства. При этом, п. 15 ст. 5 УПК РФ определен момент фактического задержания, под которым понимается момент производимого в порядке, установленном УПК РФ фактического лишения свободы передвижения лица, подозреваемого в совершении преступления.

Как следует из представленных материалов уголовного дела, ФИО1, подозреваемый в совершении преступления, был задержан сотрудниками полиции 19 января 2017 года что подтверждается рапортом (т. 1 л. д.257). Таким образом, временем фактического задержания ФИО1 следует считать 19 января 2017 года.

Нарушений Конституционных прав и Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а также норм уголовно-процессуального закона, при рассмотрении уголовного дела с учетом требований ст. 389.15 УПК РФ, которые могли бы послужить основанием отмены приговора суда, судом апелляционной инстанции не установлено.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33, 389.35 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Колпинского районного суда Санкт-Петербурга от 03 июля 2017 года в отношении ФИО1 – изменить:

зачесть в срок отбывания наказания ФИО1 время содержания под стражей с 19 января 2017 года по 2 июля 2017 года.

в остальной части приговор в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу и дополнения к ней осужденного – удовлетворить частично, апелляционное представление удовлетворить.

Судья: