Решение № 2-426/2018 2-426/2018~М-319/2018 М-319/2018 от 18 июля 2018 г. по делу № 2-426/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

19 июля 2018 г. г. Нерчинск

Нерчинский районный суд Забайкальского края

В составе:

председательствующего, судьи Помулевой Н.А.,

при секретаре Федоровой Ю.А.,

С участием:

Прокурора Плотниковой Н.В.,

Истца ФИО1, её представителя по доверенности ФИО2

Представителей ответчика: ФИО3 - на основании прав по должности, Терентьевой Е.Н. - на основании доверенности,

рассмотрев в открытом судебном заседании

гражданское дело № 2-426

по иску ФИО1 к Администрации городского поселения «Нерчинское» Муниципального района «Нерчинский район» о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, взыскании судебных расходов, связанных с оплатой услуг представителя,

У с т а н о в и л:

Истец обратилась в суд с вышеназванным иском к ответчику, мотивируя свои требования следующим.

Со 2 июня 2013 года она работает в администрации городского поселения «Нерчинское» в должности главного специалиста по культуре и туризму. Распоряжением ** от 03 мая 2018 года она была уволена с занимаемой должности по п. 3 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации. Данное увольнение считает неправомерным, поскольку заявление об увольнении писалось ею под психологическим давлением главы администрации городского поселения «Нерчинское» ФИО3 Он, испытывая к ней личную неприязнь, вызвал к себе в кабинет, угрожал различными административными санкциями, чем довел ее до стрессового состояния и потребовал написать заявление об увольнении. Под его давлением она начала заполнение формализованного бланка заявления, но затем отказалась увольняться, в связи с чем прекратила писать текстовку и не поставила дату. ФИО3 выгнал ее из кабинета, оставив у себя не до конца заполненную форму заявления об увольнении. В последствии она, боясь фальсификации с его стороны, дважды подходила к ФИО3 с просьбой вернуть незаполненный в полном объеме бланк заявления, но он ей отказывал, никак не мотивируя свой отказ. 03.05.2018 она находилась на своем рабочем месте, к ней в кабинет зашли заместитель главы администрации ФИО4, юрист Терентьева Е.Н. и специалист администрации ФИО5 ФИО4 сообщила ей, что она уволена и предложила ознакомиться с распоряжением об увольнении. На ее замечание о том, что она отказывается подписывать, так как заявление об увольнении не писала, считая свое увольнение незаконным, указанные лица никак не прореагировали, никаких мер к выяснению конфликтной ситуации не предприняли. Неправомерными действиями работодателя ей был причинен моральный вред, который выразился в постоянной тревоге за материальное обеспечение семьи, как следствие – депрессивном состоянии, головных болях и который она оценивает в 100000 рублей.

Обращаясь в суд, истец с учетом уточнения, просит восстановить ее на работе в администрации городского поселения «Нерчинское» в должности главного специалиста по культуре и туризму. Взыскать с администрации городского поселения «Нерчинское» в ее пользу средний заработок за время вынужденного прогула и по день восстановления ее на работе. Взыскать с администрации городского поселения «Нерчинское» в ее пользу компенсацию морального вреда в сумме 100000 (сто тысяч) рублей. Взыскать с администрации городского поселения «Нерчинское» в ее пользу расходы на оплату услуг представителя в размере 30000 (тридцать тысяч) рублей.

В судебном заседании ФИО1 уточненные исковые требования поддержала в полном объеме, просила их удовлетворить, не принимая во внимание представленный ею расчет заработной платы за время вынужденного прогула, просила произвести выплату, исходя из расчета, представленного работодателем и проверенного судом. При этом пояснила, что в администрации ГП «Нерчинское» она работает с 2013 года, занимая разные должности. С 06 февраля 2018 года она была переведена на должность главного специалиста администрации городского поселения «Нерчинское» по культуре и туризму. Являясь очень ответственным человеком, к своей работе относилась добросовестно, кроме того, выполняла иные распоряжения и поручения работодателя, даже те, которые не были предусмотрены должностной инструкцией. Никогда никаких претензий по работе к ней не предъявлялось. Дважды она награждалась почетными грамотами. Никогда между ней и ФИО3 либо еще с кем-то из сослуживцев не возникало конфликтных ситуаций, она человек спокойный, коммуникабельный, со всеми в коллективе у нее хорошие отношения. 07 апреля 2018 года в ее доме проходило собрание собственников жилья по определению порядка управления многоквартирным жилым домом. На данном собрании решался вопрос о передаче их дома на обслуживание управляющей компании «Ритм». В ходе данного собрания она одна из всех жильцов выступила против данного предложения, за что в последствии встретила негодование своего руководителя. Так, 12 апреля 2018 года (этот день она хорошо запомнила, поскольку это был день Космонавтики, и они с коллегами шутили по этому поводу) ее вызвал к себе глава администрации ФИО3, который очень заинтересован в том, чтобы УК «Ритм» оказывала коммунальные услуги населению города, и начал отчитывать ее за то, что она, как муниципальный служащий, не имела права ходить на общее собрание и тем более высказывать там свое мнение. В свою очередь она заявила, что является собственником квартиры в данном доме и судьба дома ей не безразлична. На данной почве они разругались, при этом ФИО3 сказал ей: «Пиши заявление на увольнение, чтобы в следующий раз не повадно было», сразу же он пригласил к себе секретаря и попросил принести бланк заявления. При заполнении заявления она спросила, что писать, ФИО3 ответил: «Пиши заявление по собственному желанию». Она начала писать заявление, но потом остановилась и сказала, что ничего писать не будет, так как не намерена увольняться, однако ФИО3 продолжал настаивать. Она дописала заявление, но даты не проставила, отдала заявление руководителю и вышла из кабинета. Данное заявление она считала недействительным, так как не проставила на нем даты, однако, дважды пыталась заявление забрать, но в кабинет к руководству попасть не могла, ФИО3 был постоянно занят. Будучи уверенной, что заявление не имеет силы, она продолжала спокойно работать, никто о том, что готовится приказ об ее увольнении, ей не говорил. Работа шла своим чередом, она практически успокоилась из-за произошедшего конфликта. 03 мая 2018 года в конце рабочего дня, примерно в 17 часов 35 минут в кабинет, где находится ее рабочее место, зашли заместитель руководителя С.Г.Б., юрист Терентьева Е.Н. и специалист К.Н.В. Они сообщили ей, что готово распоряжение об ее увольнении согласно заявлению от *** и предложили ознакомиться с ним. Настаивая на своих требованиях о восстановлении на работе, истица ссылалась на те обстоятельства, что, отказавшись знакомиться с распоряжением, пояснив, что не намерена увольняться, что заявление было написано под давлением главы администрации, другого места работы у нее нет, и на руках находится малолетний ребенок, отказавшись забирать трудовую книжку, она, таким образом, отозвала свое заявление об увольнении. Истица полагает, что увольнение является не законным. Ответчик препятствовал ей в отзыве заявления об увольнении, поскольку С.Г.Б. заявила, что распоряжение уже готово и свое заявление об увольнение нужно было отзывать заранее. После всего этого она находилась в шоке, не могла понять, что происходит, не знала что делать, заплакала и вышла из кабинета.

Представитель истца по доверенности ФИО2 в судебном заседании исковые требования ФИО1 поддержал в полном объеме, настаивал на их удовлетворении, при этом просил обратить внимание, что процедура увольнения ФИО1 не соблюдена. Даже, если учесть, что она лично написала заявление об увольнении, и ей был предоставлен двухнедельный срок для отработки, никто не лишал ее права в течение этого срока данное заявление отозвать. Письменная форма отзыва заявления об увольнении законом не регламентирована, отзыв мог быть заявлен в любой форме, это могло быть устное высказывание, телеграмма, СМС-сообщение. ФИО1 свой отказ от увольнения выразила своим поведением, отказавшись от ознакомления с распоряжением об увольнении и отказом получить трудовую книжку. При этом в акте четко, собственноручно ФИО1 написано, что она не намерена увольняться, так как заявление написано под давлением. Данное заявление о несогласии с увольнением было сделано до окончания рабочего дня и у работодателя должны были возникнуть сомнения относительно добровольности написания заявления об увольнении. Кроме того, истец пояснила, что заявление было написано 12 апреля 2018 года, но почему-то дата регистрации стоит – 16 апреля 2018 года, при этом сама ФИО1 данное заявление в установленном порядке в канцелярию администрации не сдавала. Отсутствие на заявлении даты написания заявления, а также даты, с которой истец хотела быть уволенной, также ставит под сомнение добровольность ее намерений, при том, что ФИО1 очень педантична, на всех документах, в том числе и на ранее написанных заявлениях всегда проставляет даты. Просил также учесть, что работодатель не имел права не принимать отказ от увольнения, поскольку в течение двухнедельного срока он не принял на место ФИО1 другого работника, которому не может быть отказано в приеме на работу.

В судебном заседании представители ответчика: ФИО3, действующий на основании прав по должности, Терентьева Е.Н. - на основании доверенности, каждый в отдельности, исковые требования ФИО1 не признали. Против удовлетворения исковых требований возражали и просили отказать в полном объеме. При этом ФИО3 пояснил, что никакого давления на ФИО1 не оказывал, заявление она написала сама 16 апреля 2018 года и сама же зарегистрировала его в канцелярии. Утром 03 мая 2018 года, когда она заходила к нему в кабинет по рабочим вопросам, он сказал ей, что сегодня ее последний рабочий день, но ФИО1 никак не отреагировала и пошла в поликлинику, чтобы оформить больничный лист, что у нее не получилось. Неприятный разговор между ним и ФИО1 действительно был, в том числе и из-за собрания собственников жилого дома, в котором она проживает. Он спрашивал ее, почему она возражает против УК «Ритм» и пояснил, что дом нуждается в капитальном ремонте и уже долгое время никакие работы не проводятся, так как не определено управление жилым домом. Он действительно указал ей на то, что она, как муниципальный служащий не может участвовать в общих собраниях. Также имел место разговор с ФИО1, при котором он спросил ее, почему она, немногим ранее, когда в администрацию приходил сотрудник ГИБДД, просила у него шоколад (он лично слышал это, находясь в соседнем кабинете), при этом указал, что такое поведение недопустимо, каждый должен выполнять свою работу за установленную заработную плату, а не за дополнительное вознаграждение. 16 апреля 2016 года у него состоялся разговор с ФИО1, где он указал ей на некачественно выполненную работу по подготовке программы развития туризма, на что ФИО1 ответила, что не справляется с этим заданием, после чего он сказал, что выход из этой ситуации только один – увольняться. Вечером 16 апреля 2018 года ему на подпись принесли заявление ФИО1 об увольнении по собственному желанию и поскольку на заявлении отсутствовали даты, он поставил на нем свою резолюцию – уволить с 03.05.2018 с двухнедельной отработкой. Больше на эту тем никаких разговоров не было. Подписывая заявление ФИО1, он принимал во внимание сложившуюся ситуацию, а также тот факт, что ФИО1 неоднократно писала такие заявления, в том числе, два заявления об увольнении по собственному желанию было написано уже с момента его назначения на должность. Все руководители, в том числе и он, жалели ее, и не увольняли, хотя уволить надо было давно, так как на какую бы должность ее не переводили - с работой она не справлялась.

Представитель ФИО6 пояснила, что вины работодателя в увольнении ФИО1 нет. М.Н. написав заявление, просила ее уволить, что было и сделано. Действительно при ознакомлении с распоряжением она отказалась его подписать, был составлен акт и в акте ФИО1 указано, что она отказывается от ознакомления, так как заявление написано под давлением. По ее мнению, данная фраза ни о чем не говорит, а лишь свидетельствует об отказе увольняемого работника от ознакомления с распоряжением. ФИО1 письменный отзыв об отказе от увольнения не писала, о сохранении за ней ее рабочего места не просила. При ознакомлении с распоряжением ФИО1 также отказалась от получения трудовой книжки, о чем был составлен соответствующий акт. Когда ФИО1 было предложено ознакомиться с распоряжением, она повела себя неестественно, заметно нервничала, но не говорила о том, что желает забрать свое заявление. Действиями администрации моральный вред ФИО1 не причинен, а заявленные требования о компенсации морального вреда в сумме 100000 рублей и судебных издержек в сумме 30000 рублей несоразмерно завышены.

Свидетель М.Е.В., с августа 2017 года по май 2018 года работавшая в администрации городского поселения «Нерчинское» в отделе по земельно-имущественным отношениям, в судебном заседании показала, что история, по увольнению ФИО1 началась уже давно, примерно с марта 2018 года. Хотя они никогда не были близки с ФИО1 и поддерживали с ней рабочие отношения, периодически общаясь с ФИО1, она слышала, что у той какие-то неприятности, связанные с работой. Как-то в разговоре ФИО7 сказала ей, что ее пытаются уволить. 12 апреля 2018 года она хотела подписать у руководителя документы, но, подойдя к двери его кабинета, услышала, как ФИО3 на повышенных тонах разговаривал с ФИО1 и сказал ей, чтобы она увольнялась, на что ФИО1 говорила: «Нет, я не буду увольняться». Предшествующий этой фразе разговор она не слышала, но, судя по интонации и голосу, он явно был не очень приятным. Спустя непродолжительное время, ФИО1 буквально выбежала из кабинета руководителя вся нервная, возбужденная. Сама она уже заходить к ФИО8 не стала, боясь попасть «под горячую руку». Позже ФИО7 рассказала ей, что ФИО3 заставил ее написать заявление на увольнение. Она, чтобы как-то сгладить обстановку, пошутила и сказала, что сегодня день космонавтики, что ее уволят в праздничный день, и полетит она с работы, как в космос. М. тогда отреагировала на шутку, немного успокоилась. Позднее она спрашивала М., забрала ли та свое заявление, но она ответила, что пыталась поговорить с руководством, но никак не могла к нему попасть, а потом успокоилась и сказала, что раз на заявлении нет даты, то, наверное, его не приняли. М. продолжала работать, ее никто не трогал, все было спокойно. 03 мая 2018 года в конце рабочего дня, где-то после 17 часов 30 минут она поднялась на второй этаж, хотела зайти к М., но услышала, что в кабинете много людей и заходить не стала. Из кабинета доносились голоса, говорили на повышенных тонах. М. говорила, что не хочет увольняться, она плакала, просила понять ее, так как у нее маленький ребенок, хотела остаться работать. Ей сказали, что у нее последний рабочий день и чтобы она ознакомилась с распоряжением, потому что оно уже подписано. М. выбежала из кабинета вся в слезах. Больше ей ничего не известно, сама она уволилась из администрации по собственному желанию, увольнение прошло спокойно, в день увольнения с утра ее ознакомили с распоряжением, выдали трудовую книжку, немногим позднее произвели окончательный расчет. У нее никаких конфликтных ситуаций на работе не было, она ни с кем не ругалась, оснований оговаривать кого-то из участников процесса, у нее нет.

Заместитель руководителя администрации городского поселения «Нерчинское» С.Г.Б., допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля, суду показала, что с 2013 года она работает заместителем руководителя администрации ГП «Нерчинское». ФИО1 работала в администрации с 2013 года на различных должностях. Несмотря на то, что ФИО1 имеет высшее экономическое образование, ни на одной из занимаемых ею должностей, она не зарекомендовала себя квалифицированным работником. С порученными обязанностями не справлялась, из-за чего ее переводили с должности на должность. Не справляясь с поставленной задачей, ФИО1 сразу писала заявления на увольнение, но ее все жалели и не увольняли, хотя это нужно было сделать уже давно. 03 мая 2018 года было издано распоряжение об ее увольнении по собственному желанию по заявлению от 16 апреля 2018 года. Руководитель отъехал по служебным делам, и поскольку в администрации не было кадрового работника, он попросил ее ознакомить ФИО1 с распоряжением об увольнении. В конце рабочего дня, примерно в половине шестого она и юрист Терентьева Е.Н. зашли в кабинет к ФИО1, где в присутствии находившейся там специалиста К.Н.В. предложили ФИО1 ознакомиться с распоряжением. ФИО1 категорически от ознакомления отказалась, начала плакать, говорила, что у нее маленький ребенок. В связи с отказом от ознакомления с распоряжением был составлен акт об отказе, в котором ФИО1 указала, что от ознакомления отказывается, так как заявление было написано под давлением. Никто из присутствующих не воспринял данную запись, как отказ от увольнения, все посчитали, что она просто отказалась от ознакомления. ФИО1 также отказалась от получения трудовой книжки. Вместе с тем, распоряжением от 03.05.2018 ФИО1 была уволена с занимаемой должности. Информация о произошедшем инциденте была доведена до сведения руководителя, но он также не посчитал, что это отказ от увольнения.

Т.М.Н. допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля, пояснила, что с 22 мая 2017 года работала в администрации ГП «Нерчинское» в должности секретаря руководителя. 14 мая 2018 года переведена на должность специалиста по земельным вопросам. Она помнит, что 16 апреля 2018 года ФИО1 заходила к руководителю, была у него не долго, а когда вышла, передала ей свое заявление об увольнении по собственному желанию. Сама она 16.04.2018 по просьбе руководителя бланки заявлений ему не передавала, заносила когда-то ранее, когда именно это было, не помнит. О каком-либо конфликте между ФИО3 и ФИО1 ей ничего не известно. Работая секретарем руководителя, она постоянно находилась в приемной и никогда не слышала, чтобы ФИО3 и ФИО1 ругались. Насколько ей известно, ФИО1 вообще никогда ни с кем не ругалась. Обстоятельства увольнения ФИО1, а также причины, по которым она написала заявление, ей не известны. Ничего, кроме того, что она уже сказала, она пояснить не может.

Исследовав материалы дела, выслушав стороны, их представителей, свидетелей, заключение прокурора, полагавшей требования ФИО1 законными и обоснованными, а действия работодателя неправомерными ввиду несоблюдения срока предупреждения об отзыве заявления об увольнении, суд приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст. 37 Конституции Российской Федерации труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

В силу ст. 16 Трудового кодекса РФ трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом.

Основания прекращения трудового договора регламентированы ст. 77 Трудового кодекса РФ.

Как предусмотрено п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ, одним из оснований прекращения трудового договора является расторжение трудового договора по инициативе работника.

Данное основание прекращения трудового договора конкретизировано в ст. 80 Трудового кодекса РФ.

При разрешении спора о восстановлении на работе, когда работник был уволен по п. 3 ч. 1 ст. 77, ст. 80 ТК РФ, суду, в зависимости от конкретных обстоятельств дела, необходимо выяснять: соблюден ли двухнедельный срок предупреждения об увольнении или срок, установленный по соглашению работника и работодателя; не отзывал ли работник свое заявление об увольнении по собственному желанию в течение указанного срока; не был ли приглашен в связи с этим на работу другой работник; поведение истца, свидетельствующее или не свидетельствующее о намерении прекратить трудовые отношения.

Как следует из материалов дела и установлено судом 02.07.2013 ФИО1 принята на работу в администрацию городского поселения «Нерчинское» на должность главного специалиста по ГО ЧС, пожарной безопасности и безопасности дорожного движения (л.д. 53).

Распоряжением от 17.06.2014 ФИО1 была переведена на должность мастера по благоустройству города в администрации городского поселения «Нерчинское» (л.д. 55).

На основании распоряжения от 31.07.2017 ФИО1 переведена на должность инспектора по ГО ЧС, пожарной безопасности и безопасности дорожного движения (л.д. 57).

Согласно распоряжению от 07.02.2018 ФИО1 была переведена на должность главного специалиста по культуре и туризму с 06 февраля 2018 года (л.д.74).

ФИО1 было написано заявление на увольнение по собственному желанию без указания даты, с которой она хотела бы быть уволенной, а также без указания даты его написания. Данное заявление зарегистрировано в журнале регистрации приема граждан по личным вопросам и завизировано работодателем: «уволить с 03.05.2018 г. с двухнедельной отработкой» (л.д. 10).

Распоряжением ответчика № 119 от 03 мая 2018 года ФИО1 была уволена с занимаемой должности главного специалиста по культуре и туризму на основании п. 3 ст. 77 Трудового кодекса РФ (л.д. 9).

В соответствии с частями 1 и 2 ст. 80 ТК РФ работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее, чем за две недели, если иной срок не установлен настоящим Кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении. По соглашению между работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении.

Как разъяснено в п. 22 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" при рассмотрении споров о расторжении по инициативе работника трудового договора, заключенного на неопределенный срок, а также срочного трудового договора (пункт 3 части первой статьи 77, статья 80 ТК РФ) судам необходимо иметь в виду, что расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.

Согласно части 4 статьи 80 ТК РФ до истечения срока предупреждения об увольнении работник имеет право в любое время отозвать свое заявление. Увольнение в этом случае не производится, если на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому в соответствии с настоящим Кодексом и иными федеральными законами не может быть отказано в заключении трудового договора.

В соответствии с ч. 3 ст. 84.1 ТК РФ днем прекращения трудового договора является последний день работы работника.

Согласно положениям ст. 14 ТК РФ течение сроков, с которыми настоящий Кодекс связывает прекращение трудовых прав и обязанностей, начинается на следующий день после календарной даты, которой определено окончание трудовых отношений.

С учетом приведенных норм, последним днем, когда истица была вправе отозвать свое заявление, является 03.05.2018.

Распоряжение об увольнении ФИО1 издано 03.05.2018 и из его текста следует, что истица уволена 03.05.2018.

03.05.2018 в последний рабочий день при ознакомлении с распоряжением об увольнении истица указала на свое несогласие с увольнением, а именно письменно - в акте об отказе от ознакомления с распоряжением отметила, что заявление об увольнении по собственному желанию было написано ею под давлением руководства. Из объяснений истца и ее представителя в судебных заседаниях следует, что ФИО1 не желала прекращать трудовые отношения, о чем сообщила представителям администрации, вручавшим ей распоряжение об увольнении. О своем нежелании она указала в акте об отказе от ознакомления с распоряжением, а также устно указала на отсутствие намерений увольняться при отказе от получения трудовой книжки. Таким образом, она заявила отказ от увольнения, однако его отказались принять, ссылаясь на то, что 03.05.2018 – последний рабочий день и распоряжение уже издано.

Показания свидетелей, представителей ответчика согласуются с пояснениями истицы указавшей, что она 03.05.2018 отказалась от ознакомления с распоряжением об ее увольнении, заявив, что отказывается от ознакомления, так как не согласна, поскольку заявление написано под давлением главы. Членам комиссии, вручавшим ей распоряжение, она открыто заявила, что увольняться не желает, ей некуда пойти, у нее на руках маленький ребенок.

Из акта об отказе от ознакомления с распоряжением от 03.05.2018 следует, что истица в день увольнения при ознакомлении с распоряжением об увольнении указала, что «от ознакомления отказывается, так как не согласна – заявление написано под давлением главы».

Игнорируя выраженное 03.05.2018 волеизъявление истицы на отзыв заявления и продолжение трудовых отношений, ответчиком было нарушено предусмотренное ч. 4 ст. 80 ТК РФ право истицы на отзыв ранее поданного заявления об увольнении по собственному желанию и соответственно право на труд, которое сохраняется у работника вплоть до окончания календарного дня прекращения трудовых отношений.

Принимая во внимание, что поведение истицы 03.05.2018, ее действия содержали прямо и ясно выраженное намерение не прекращать трудовые отношения и давали ответчику основания считать, что ФИО1 отзывает свое заявление об увольнении и желает продолжать трудовые отношения, то с учетом правил ч. 4 ст. 80 ТК РФ, находящейся в нормативном единстве с положениями ст. 14 ТК РФ, регламентирующей исчисление сроков, у работодателя отсутствовали правовые основания для увольнения ФИО1 03.05.2018 по ее инициативе. Также из материалов дела следует, что истица отказалась получать 03.05.2018 трудовую книжку, что также свидетельствовало в данном случае об отказе прекращения трудовых отношений.

Учитывая вышеизложенные обстоятельства в их совокупности следует, что работодатель своими действиями создал истице препятствия для возможности воспользоваться своим правом на отзыв заявления об увольнении.

При таком положении бремя негативных последствий неисполнения работодателем положений трудового законодательства не может быть возложено на работника.

Доводы ответчика о том, что истица надлежащим образом не уведомила работодателя о намерении продолжить трудовые отношения путем отзыва заявления об увольнении с занимаемой должности до истечения срока предупреждения об увольнении, не соответствует материалам дела и фактическим обстоятельствам.

Довод ответчика о том, что истица должна была заранее письменно отозвать заявление об увольнении является несостоятельным. Законом предусмотрено, что до истечения срока предупреждения об увольнении работник может отозвать свое заявление. При этом порядок подачи и способ отзыва заявления об увольнении законодательно не регламентированы.

Ссылка работодателя на то, что ФИО1 должна была отозвать свое заявление до издания распоряжения, судом не принимается, поскольку основана на неверном толковании норм материального права.

Оценивая по правилам п. 3 ст. 67 ГПК РФ все представленные по данному делу доказательства и объяснения сторон, следует считать установленным, что работодатель до окончания последнего рабочего дня ФИО1 достоверно знал о ее намерении продолжить трудовые отношения, т.е. об отзыве заявления об увольнении, поскольку она прямо об этом заявила членам комиссии из числа аппарата администрации при ознакомлении ее с распоряжением об увольнении.

При этом, принимая во внимание положения ч. 4 ст. 80 ТК РФ, следует отметить, что как следует из пояснений представителей ответчиков, другой работник, которому в соответствии с Трудовым кодексом и иными федеральными законами не может быть отказано в заключении трудового договора, на место истицы не был приглашен по переводу в письменной форме.

Истица имела право до истечения срока предупреждения об увольнении в любое время отозвать свое заявление. В данном случае последним днем для подачи такого заявления является 03.05.2018. Поскольку, как установлено в судебном заседании, на занимаемую истицей должность в установленном законом порядке не был приглашен другой работник, которому не могло быть отказано в заключении трудового договора, работодатель не мог отказывать истице в реализации ее права на отзыв заявления об увольнении.

Данное положение определено ст. 80 Трудового кодекса РФ, согласно которому право на отзыв заявления об увольнении не может быть реализовано работником лишь в том случае, если на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому в соответствии с настоящим Кодексом и иными федеральными законами не может быть отказано в заключении трудового договора.

Само по себе обращение истицы с настоящим иском в суд, заявленное ею требование о восстановлении на прежней работе свидетельствует о том, что она не согласна с действиями работодателя, желает продолжить работу.

При таких обстоятельствах увольнение ФИО1 по собственному желанию, до истечения двухнедельного срока предупреждения работодателя произведено в нарушение установленного Трудовым кодексом РФ порядка и является не законным, в связи с чем, исковые требования ФИО1 о восстановлении на работе в ранее занимаемой должности подлежат удовлетворению.

С учетом положений ст. 394 Трудового кодекса РФ ФИО1 подлежит восстановлению на работе в ранее занимаемой должности главного специалиста по культуре и туризму Администрации городского поселения «Нерчинское» Муниципального района «Нерчинский район Забайкальского края.

В соответствии со ст. 394 Трудового кодекса РФ орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула.

Исходя из статьи 234 Трудового кодекса Российской Федерации, работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться.

Такая обязанность, в частности, наступает, если заработок не получен в том числе, в результате незаконного отстранения работника от работы, его увольнения или перевода на другую работу.

Из части второй статьи 394 Трудового кодекса Российской Федерации следует, что орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения нижеоплачиваемой работы.

В силу положений ст. 139 ТК РФ для всех случаев определения размера средней заработной платы (среднего заработка), предусмотренных настоящим Кодексом, устанавливается единый порядок ее исчисления.

Для расчета средней заработной платы учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя независимо от источников этих выплат.

При любом режиме работы расчет средней заработной платы работника производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале - по 28-е (29-е) число включительно).

Особенности порядка исчисления средней заработной платы, установленного настоящей статьей, определяются Правительством Российской Федерации с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений.

В соответствии с п. 9 Положения "Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы" утв. Постановлением Правительства РФ от 24.12.2007 г. N 922 средний заработок работника определяется путем умножения среднего дневного заработка на количество дней (календарных, рабочих) в периоде, подлежащем оплате.

Средний дневной заработок, кроме случаев определения среднего заработка для оплаты отпусков и выплаты компенсаций за неиспользованные отпуска, исчисляется путем деления суммы заработной платы, фактически начисленной за отработанные дни в расчетном периоде, включая премии и вознаграждения, учитываемые в соответствии с пунктом 15 настоящего Положения, на количество фактически отработанных в этот период дней.

Должность главного специалиста по культуре и туризму ФИО1 занимала с 06.02.2018. Средний дневной заработок, при установленной пятидневной рабочей неделе, согласно справке, представленной работодателем и не оспоренной истцом в этот период составляет 1007 руб. 51 коп., исходя из следующего расчета (59443 руб. 47 коп. – начисленная истцу заработная плата за отработанное время – февраль - 20898 руб. 25 коп., март - 19272 руб. 56 коп., апрель – 19272 руб. 56 коп./59 дней фактически отработанных в этот период), что согласуется с расчетом, представленным ответчиком.

Таким образом, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию средний заработок за период с 04 мая 2018 года по 19 июля 2018 года в сумме 53398 руб. 03 коп. (средний дневной заработок – 1007 руб. 51 коп. * 53 дня – период вынужденного прогула).

Разрешая требования истца в части взыскания компенсации морального вреда и судебных расходов, суд приходит к следующему.

Анализ исследованных судом доказательств в их совокупности с учетом объяснений сторон дает суду основание признать исковые требования истца о взыскании компенсации морального вреда обоснованными.

В судебном заседании истец ФИО1 требования о компенсации морального вреда в заявленной сумме 100000 рублей поддержала. Мотивируя требование о взыскании именно данной суммы, истец просила суд принять во внимание, что после увольнения она и ее малолетний ребенок остались полностью без средств к существованию. Она является единственным кормильцем в семье и после увольнения она не знала, что делать. Работы в г. Нерчинске нет, устроиться невозможно, она была вынуждена обратиться в Центр занятости населения и встать на учет по безработице. Она имеет высшее образование, не один год работала в администрации, и вдруг ее увольняют. 03 мая 2018 года она пережила настоящий стресс, поскольку была убеждена, что никакого увольнения не будет, поэтому, услышав, что ее уволили, она была крайне шокирована. После услышанной информации об увольнении, у нее обострилось имеющееся заболевание – пропал голос. Наступившая депрессия не проходит до настоящего времени, ее мучают головные боли, бессонные ночи, постоянно подкатывают слезы. Особое волнение и тревогу за маленького ребенка она испытывает из-за того, что осталась без средств к существованию. Отец ребенка, материальной помощи на содержание сына не оказывает. Взысканные алименты не выплачивает.

Представитель истца ФИО2 полагал необходимым требования о взыскании морального вреда удовлетворить в полном объеме, поскольку при сложившейся ситуации компенсация морального вреда должна быть существенной. Увольнение было незаконным. Незаконное увольнение, можно расценить как унижение, поскольку работодателем не были приняты во внимание ни стаж работы, ни отсутствие работы в г. Нерчинске, ни отсутствие денежных средств у ФИО1 на содержание малолетнего ребенка, не было принято во внимание, что у ФИО1, имеются кредитные обязательства, которые, в связи с увольнением, она просто не сможет исполнять. Причинение нравственных страданий при установленных обстоятельствах увольнения не должно вызвать сомнений, пострадало доброе имя, задета честь истицы. Сумма компенсация не должна быть символичной, а должна быть соразмерной причиненным страданиям.

Представители ответчика, каждый в отдельности, поддерживая ранее изложенную позицию, настаивали на отсутствии вины работодателя в увольнении и просили в удовлетворении требований о компенсации морального вреда отказать.

Согласно ст. 2 Конституции Российской Федерации высшей ценностью государства является человек, его права и свободы. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина есть обязанность государства. При этом отдельно взятый человек является субъектом не только общественных отношений в целом, но и отдельной их части - трудовых отношений.

Причинение морального вреда истцу в сфере трудовых отношений, безусловно, причинило истице не только физические и нравственные страдания, но и привело в определенной степени к деформации ее социальных качеств (во взглядах, оценке случившегося с ней, в отношениях). Пострадал авторитет истицы, ее значимость как специалиста. Она был лишена права выполнять свои должностные обязанности, получать заработную плату.

Установив, что ФИО1 03.05.2018 была уволена без законных к тому оснований, суд в соответствии со ст. 394 ТК РФ вправе удовлетворить требование истца о компенсации морального вреда, причиненного неправомерными действиями работодателя.

В соответствии со ст. 237 ТК РФ компенсация морального вреда возмещается в денежной форме, в размере, определяемом судом, независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости (абз. 4 п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации").

Определяя размер компенсации, суд исходит из конкретных обстоятельств дела, принимает во внимание личные объяснения истца о степени, объеме и характере перенесенных ею нравственных страданий в связи с увольнением, представленные ею доказательства о наличии на иждивении малолетнего ребенка, у которого она является единственным кормильцем, об имеющемся заболевании, об отсутствии иного дохода, отсутствии материальной поддержки, реакцию истца на увольнение, стресс, повышенная нервозность, бессонница, головные боли.

Поскольку компенсация предназначена для сглаживания нанесенных истцу моральных страданий, следовательно, размер компенсации должен быть для истца чувствительным, а сумма, подлежащая взысканию с ответчика в пользу истца, должна быть соразмерной степени причиненных истцу физических и нравственных страданий, суд присуждает к взысканию с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в сумме 10000 рублей, поскольку данный размер компенсации, по мнению суда, является и разумным, и справедливым

Разрешая требования истца о возмещении судебных расходов, суд приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 настоящего Кодекса.

Согласно ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии со ст.94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе расходы на оплату услуг представителей. Истица понесла издержки в связи с рассмотрением данного гражданского дела в суде в виде оплаты услуг представителя в размере 30000 рублей, что подтверждается доверенностью, договором на оказание юридических услуг, актом выполненных работ и квитанцией от 21 июня 2018 года.

Согласно положений п. 12, 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (ч. 1 ст. 100 ГПК РФ, ст. 112 КАС РФ, ч. 2 ст. 110 АПК РФ). При неполном (частичном) удовлетворении требований расходы на оплату услуг представителя присуждаются каждой из сторон в разумных пределах и распределяются в соответствии с правилом о пропорциональном распределении судебных расходов (ст. 98, 100 ГПК РФ, ст. 111, 112 КАС РФ, ст. 110 АПК РФ). Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства. В связи с частичным удовлетворением исковых требований, учитывая объем услуг представителя, подготовившего исковое заявление, участвовавшего в сборе доказательств, а также в предварительном судебном заседании и два дня при рассмотрении по существу гражданского дела, связанных с выездом представителя из ... в ..., категорию дела, относящегося к наиболее сложным делам, суд считает услуги представителя разумными в размере 15000 рублей.

Руководствуясь ст.ст.194-198, 199 ГПК РФ, суд,

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к Администрации городского поселения «Нерчинское» Муниципального района «Нерчинский район» о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, взыскании судебных расходов, связанных с оплатой услуг представителя - удовлетворить частично.

Восстановить ФИО1 на работе в администрации городского поселения «Нерчинское» в должности главного специалиста по культуре и туризму.

Взыскать с администрации городского поселения «Нерчинское» в пользу ФИО1 средний заработок за время вынужденного прогула и по день восстановления ее на работе в размере 53398 рублей 03 копейки.

Взыскать с администрации городского поселения «Нерчинское» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 10000 (десять тысяч) рублей.

Взыскать с администрации городского поселения «Нерчинское» в пользу ФИО1 расходы на оплату услуг представителя в размере 15000 (пятнадцать тысяч) рублей.

В остальной части исковых требований отказать.

Решение в части восстановления на работе подлежит немедленному исполнению.

Решение суда может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке, право принесения апелляционного представления принадлежит прокурору, участвующему в деле.

Апелляционную жалобу вправе подать также лица, которые не были привлечены к участию в деле и вопрос, о правах и обязанностях, которых, был разрешен судом.

Апелляционные жалоба, представление подаются через Нерчинский районный суд Забайкальского края в Забайкальский краевой суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий, судья –

Мотивированное решение изготовлено 23 июля 2018 года. Не вступило в законную силу.