Апелляционное определение № 11-1931/2026 от 1 апреля 2026 г.

УИД 74RS0005-01-2024-008003-02

Дело №2-674/2025 первой инстанции

Судья Полякова Г.В.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

№ 11-1931/2026

02 апреля 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Челябинского областного суда в составе: председательствующего Белых А.А., судей Приваловой Н.В., Лисицына Д.А., при секретаре Щегольковой Н.В., с участием прокурора Гиззатуллина Д.З., рассмотрела в открытом судебном заседании в г. Челябинске гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Металлургического районного суда г. Челябинска от 17 ноября 2025 года по гражданскому делу по иску ФИО2 к ФИО1, страховому публичному акционерному обществу «Ингосстрах» о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, компенсации морального вреда.

Заслушав доклад судьи Белых А.А. об обстоятельствах дела, объяснения ответчика ФИО1, поддержавшей доводы апелляционной жалобы, объяснения истца ФИО2, полагавшей решение суда законным и обоснованным, объяснения представителя страхового публичного акционерного общества «Ингосстрах» - ФИО3, ходатайствовавшего об оставлении иска без рассмотрения, заключение прокурора, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО2 обратилась в суд с иском к ФИО1, с учетом уточнения требований в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, о взыскании компенсации морального вреда - 450 000 руб., возмещении материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия (далее – ДТП), в размере 486 564 руб., расходов, связанных с лечением рубца, в размере 81 500 руб., расходов по хранению автомобиля на охраняемой стоянке - 11 800 руб., а также возмещении расходов по оплате услуг оценщика - 15 000 руб., расходов по уплате государственной пошлины - 16 617 руб., расходов на оплату юридической помощи - 87 000 руб., почтовых расходов - 901 руб.

В обоснование иска указала, что 17 февраля 2024 года произошло ДТП с участием автомобиля «Сузуки» под управлением водителя ФИО1 и автомобиля «Хендэ Солярис» под управлением водителя ФИО2 В результате ДТП автомобилю истца причинены механические повреждения, а ФИО2 – вред здоровью. Виновным в ДТП признана водитель ФИО1 Гражданская ответственность ФИО1 на момент ДТП была застрахована в СПАО «Ингосстрах». Страховщик осуществил выплату страхового возмещения в размере 400 000 руб., однако данной суммы оказалось недостаточно для восстановления поврежденного автомобиля. Согласно заключению судебной экспертизы <данные изъяты> общий размер ущерба, причиненного в результате ДТП, составляет 486 564 руб. (1 071 600 руб. (рыночная стоимость автомобиля) - 185 036 руб. (годные остатки) - 400 000 руб. (выплаченное страховое возмещение)).

Кроме того, произошедшим по вине ответчика ДТП истцу был причинен <данные изъяты> здоровью, последняя длительное время проходила лечение из-за телесных повреждений, полученных в результате ДТП. Свои нравственные страдания она оценивает в 450 000 руб. Также истцом на платной основе проводилось медицинское лечение, на которое потрачено 81 500 руб., за хранение автомобиля на автостоянке ввиду его неисправного состояния было оплачено 11 800 руб., стоимость проведения независимой экспертизы составила 15 000 руб., понесены расходы на оплату услуг юриста в размере 87 000 руб. (т. 1 л.д. 15-21, 209-215, т. 2 л.д. 127-133).

Суд постановил решение, которым исковые требования ФИО2 удовлетворил частично. Взыскал с ФИО1 в пользу ФИО2 в счет возмещения ущерба, причиненного в результате ДТП, – 486 564 руб., расходы на проведение независимой оценки - 15 000 руб., расходы по оплате услуг хранения транспортного средства - 11 800 руб., расходы по <данные изъяты> - 81 500 руб., расходы по оплате юридических услуг - 40 000 руб., расходы по уплате государственной пошлины - 16 617 руб., почтовые расходы - 901 руб., компенсацию морального вреда - 150 000 руб. В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО2 отказал.

В апелляционной жалобе ФИО1 просит отменить решение суда первой инстанции и принять новое решение об отказе в удовлетворении требований истца. Указывает, что не согласна с решением суда в части размера взысканной компенсации морального вреда, а также в части взыскания расходов на лечение. Полагает, что судом не дана надлежащая оценка тому факту, что причиненный истцу вред здоровью квалифицируется как <данные изъяты>, не повлекший долговременной утраты трудоспособности, а также не в полной мере учтено, что ответчик добровольно компенсировал истцу причиненный вред здоровью на сумму 55 000 руб. Ссылается на то, что судом не учтено имущественное положение ответчика, а также тот факт, что с учетом размера постоянного дохода ответчика, обязанность по выплате компенсации морального и имущественного вреда в присужденном размере фактически лишает последнего каких-либо средств к существованию.

Проверив материалы дела, и обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия полагает решение суда подлежащим отмене ввиду нарушения норм процессуального права.

Согласно ч. 4 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) основанием к отмене решения суда первой инстанции в любом случае является принятие судом решения о правах и об обязанностях лиц, не привлеченных к участию в деле.

Судебной коллегией установлено, что судом первой инстанции при рассмотрении иска ФИО2 к ФИО1 о возмещении ущерба, причиненного в результате ДТП, компенсации морального вреда, не была привлечена к участию в деле в качестве ответчика страховая компания СПАО «Ингосстрах», застраховавшая по договору ОСАГО гражданскую ответственность виновника ДТП – ФИО1, чьи права и законные интересы могут быть нарушены, поскольку с заявлением о страховом возмещении ущерба, причиненного вреду здоровью, ФИО2 в страховую компанию не обращалась, при этом лимит ответственности СПАО «Ингосстрах» по договору ОСАГО (500 000 руб.) не исчерпан.

Указанное обстоятельство свидетельствует о нарушении судом норм процессуального права и влечет безусловную отмену принятого судебного акта. Определением судебной коллегии по гражданским делам Челябинского областного суда от 04 марта 2026 года осуществлен переход к рассмотрению гражданского дела по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных гл. 39 ГПК РФ, СПАО «Ингосстрах» привлечено к участию в деле в качестве соответчика.

Третьи лица АО «АльфаСтрахование», АО «ГСК «Югория», ФИО4, ФИО5 надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения дела, не явились в суд апелляционной инстанции. Судебная коллегия признала возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц на основании ст. 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГПК РФ).

Также в суд апелляционной инстанции от ответчика СПАО «Ингосстрах» поступило ходатайство об оставлении исковых требований ФИО2 в части возмещения расходов на лечение <данные изъяты> 81500 руб. без рассмотрения ввиду несоблюдения истцом обязательного досудебного порядка.

Разрешая заявленный иск ФИО2 по существу, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

В силу п. 1 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГК РФ) лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно п. 3 ст. 1079 ГК РФ вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях, т.е. на основании ст. 1064 ГК РФ.

Согласно п.1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежат возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

По общему правилу необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности являются: причинение вреда, противоправность поведения и вина причинителя вреда, наличие причинно-следственной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда.

В соответствии с п.1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств) обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством и т.п.).

Как следует из разъяснений, данных в п. 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 1 от 26 января 2010 года «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

Следовательно, для возложения на лицо обязанности по возмещению вреда, причиненного источником повышенной опасности, необходимо установление его юридического и фактического владения источником повышенной опасности, на основании представленных суду доказательств, виды которых перечислены в ст. 55 ГПК РФ.

Таким образом, по смыслу действующего законодательства ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности должна возлагаться на законного владельца источника повышенной опасности.

В силу п. 4 ст. 931 ГК РФ в случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.

В соответствии со ст. 7 Федерального закона от 25 апреля 2002 года №40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее – Закон об ОСАГО) страховая сумма, в пределах которой страховщик при наступлении каждого страхового случая (независимо от их числа в течение срока действия договора обязательного страхования) обязуется возместить потерпевшим причиненный вред, составляет в части возмещения вреда, причиненного имуществу каждого потерпевшего, 400 тысяч рублей.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08 ноября 2022 года № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», если по результатам проведенного страховщиком осмотра поврежденного имущества страховщик и потерпевший достигли согласия о размере страхового возмещения и не настаивают на организации независимой технической экспертизы транспортного средства или независимой экспертизы (оценки) поврежденного имущества, такая экспертиза в силу п. 12 ст. 12 Закона об ОСАГО может не проводиться.

При заключении соглашения об урегулировании страхового случая без проведения независимой технической экспертизы транспортного средства или независимой экспертизы (оценки) поврежденного имущества потерпевший и страховщик договариваются о размере и порядке осуществления потерпевшему страхового возмещения в пределах срока, установленного абз. 1 п. 21 ст. 12 Закона об ОСАГО (п. 12 ст. 12 Закона об ОСАГО). После осуществления страховщиком оговоренного страхового возмещения его обязанность считается исполненной в полном объеме и надлежащим образом, что прекращает соответствующее обязательство страховщика (п. 1 ст. 408 ГК РФ). Вместе с тем, при выявлении скрытых недостатков потерпевший вправе обратиться к страховщику с требованиями о дополнительном страховом возмещении. Указанное выше соглашение может быть также оспорено потерпевшим по общим основаниям недействительности сделок, предусмотренным гражданским законодательством (параграф 2 главы 9 ГК РФ).

В силу положений ст. 1072 ГК РФ юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в ползу потерпевшего (ст. 931 ГК РФ, п. 1 ст. 935 ГК РФ), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

Из материалов дела следует, что 17 февраля 2024 года в 18 час 05 мин у дома №81 по ул. Профессора Благих в г. Челябинске произошло ДТП с участием автомобиля «Сузуки» государственный регистрационный знак <данные изъяты> под управлением водителя ФИО1, принадлежащего на праве собственности ФИО4, автомобиля «Хендэ Солярис» государственный регистрационный знак <данные изъяты> под управлением водителя ФИО2, принадлежащего ей на праве собственности, и автомобиля «Лада Гранта» государственный регистрационный знак <данные изъяты> под управлением водителя ФИО5, принадлежащего ему на праве собственности (т. 1 л.д. 95, 100-101). В результате ДТП автомобиль истца получил механические повреждения, а ФИО2 причинен вред здоровью.

21 мая 2024 года в отношении ФИО1 в связи с наличием в ее действиях нарушений требований п. 8.3 Правил дорожного движения РФ был составлен протокол об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.24 КоАП РФ (т. 1 л.д. 98).

Постановлением Ленинского районного суда г. Челябинска от 26 июля 2024 года, вступившим в законную силу 11 августа 2024 года, ФИО1 признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.24 КоАП РФ, ей назначено административное наказание в виде административного штрафа в размере 5 000 руб. (т. 1 л.д. 97).

В соответствии с п. 4 ст. 61 ГПК РФ вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом. Данные обстоятельства подтверждены материалами дела и сторонами не оспаривались.

Гражданская ответственность водителя ФИО1 на момент ДТП была застрахована в СПАО «Ингосстрах» по полису ОСАГО серии <данные изъяты> №, водителя ФИО2 – в АО ГСК «Югория» по полису ОСАГО серии <данные изъяты> №, водителя ФИО5 - в АО «АльфаСтрахование» по полису ОСАГО серии <данные изъяты> № (т. 2 л.д. 56-57).

18 октября 2024 года ФИО2 обратилась к СПАО «Ингосстрах» с заявлением о страховом возмещении (т. 3 л.д. 3-7).

28 октября 2024 года <данные изъяты> по заданию страховой компании был проведён осмотр транспортного средства, о чем составлен акт осмотра (т. 3 л.д. 14-15). 29 октября 2024 года <данные изъяты> по заданию страховой компании подготовлено экспертное заключение №, согласно которому стоимость восстановительного ремонта автомобиля по Единой методике без учета износа составляет 540 419,76 руб., с учетом износа – 401600 руб. (т.3 л.д. 16-34).

01 ноября 2024 года между ФИО2 и СПАО «Ингосстрах» было заключено соглашение о размере страховой выплаты и урегулировании страхового случая (т. 3 л.д. 35-36).

Согласно п. 1.4 соглашения стороны соглашаются с тем, что размер страхового возмещения в связи с наступлением события составляет 400 000 руб. и включает в себя в том числе, но, не ограничиваясь этим, стоимость подлежащих замене и/или ремонту деталей, узлов и агрегатов, стоимость их окраски, утрату товарной стоимости и иные необходимые расходы потерпевшего, неустойку.

02 ноября 2024 года СПАО «Ингосстрах» произвело выплату страхового возмещения в размере 400 000 руб., что подтверждается платежным поручением № (т. 3 л.д. 37).

Для определения действительной стоимости восстановительного ремонта ФИО2 обратилась к независимому эксперту ИП ФИО11 Согласно заключению ИП ФИО11 № от 19 ноября 2024 года, стоимость восстановительного ремонта транспортного средства «Хендэ Солярис» составляет 1 199 953 руб., среднерыночная стоимость транспортного средства – 1 041 200 руб., стоимость годных остатков – 196 510 руб. (т. 1 л.д. 34-76).

В ходе рассмотрения дела, по ходатайству ответчика ФИО1, по делу была назначена судебная автотехническая экспертиза, проведение которой поручено эксперту <данные изъяты>» ФИО12 (т. 1 л.д. 259-260). Согласно заключению судебного эксперта ФИО12 № стоимость восстановительного ремонта автомобиля Хендэ Солярис» на дату ДТП 17 февраля 2024 года составила с учетом износа 561 137 руб., без учета износа - 1 143 950 руб., стоимость автомобиля составила 1 071 600 руб., стоимость годных остатков – 185 036 руб. (т. 2 л.д. 21-51).

Допрошенный в судебном заседании суда первой инстанции эксперт ФИО12 выводы проведенной экспертизы поддержал. Дополнительно эксперт пояснил, что при проведении исследования были использованы материалы дела, фотографии. В ходе производства экспертизы эксперт пришел к выводу о наступлении конструктивной гибели транспортного средства (т. 2 л.д. 124).

Судебная коллегия приходит в выводу о том, что судебная экспертиза в полной мере является допустимым и достоверным доказательством, соответствует требованиям ст. 86 ГПК РФ. Оснований сомневаться в выводах эксперта не имеется, поскольку данное заключение составлено компетентным специалистом, обладающим специальными познаниями, заключение составлено полно, а его выводы - обоснованны, противоречий не содержат. Эксперт имеет соответствующее образование, опыт в проведении экспертиз, заключение дано экспертом в пределах его специальных познаний, он был предупрежден об уголовной ответственности по ст. 307 Уголовного кодекса РФ. Заключение содержит необходимые исследования, ссылки на нормативно-техническую документацию, использованную при производстве экспертизы.

Разрешая требования ФИО2 о взыскании материального ущерба, судебная коллегия исходит из следующего.

В силу п. 15.1 ст. 12 Закона об ОСАГО страховое возмещение вреда, причиненного легковому автомобилю, находящемуся в собственности гражданина и зарегистрированному в Российской Федерации, осуществляется (за исключением случаев, установленных п. 16.1 указанной статьи) в соответствии с п.п. 15.2 или 15.3 данной статьи путем организации и (или) оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства потерпевшего (возмещение причиненного вреда в натуре).

При этом п. 16.1 ст. 12 вышеуказанного закона установлен перечень случаев, когда страховое возмещение осуществляется в денежной форме, в том числе и по выбору потерпевшего. В частности, п/п. «ж» указанного пункта установлено, что страховое возмещение в денежной форме может быть выплачено при наличии соглашения об этом в письменной форме между страховщиком и потерпевшим (выгодоприобретателем).

Таким образом, в силу п/п. «ж» п. 16.1 ст. 12 Закона об ОСАГО потерпевший с согласия страховщика вправе получить страховое возмещение в денежной форме. Реализация потерпевшим данного права соответствует целям принятия Закона об ОСАГО, указанным в его преамбуле, и каких-либо ограничений для его реализации при наличии согласия страховщика Закон об ОСАГО не содержит. Получение согласия причинителя вреда на выплату потерпевшему страхового возмещения в денежной форме Закон об ОСАГО также не предусматривает.

Как следует из материалов дела, ФИО2 заключила со СПАО «Ингосстрах» письменное соглашение о выплате страхового возмещения в размере 400 000 руб. Реализация потерпевшим права на получение страхового возмещения в форме страховой выплаты, в том числе и в случае, предусмотренном п/п. «ж» п. 16.1 ст. 12 Закона об ОСАГО, является правомерным поведением и соответствует указанным выше целям принятия Закона об ОСАГО, а, следовательно, сама по себе не может расцениваться как злоупотребление правом.

В соответствии с п.п. 18 и 19 ст. 12 Закона об ОСАГО, а также с учетом разъяснений, изложенных в п. 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08 ноября 2022 года № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», оплата стоимости восстановительного ремонта осуществляется страховщиком с учетом износа комплектующих изделий (деталей, узлов, агрегатов).

Поскольку между ФИО2 и СПАО «Ингосстрах» имело место соглашение в рамках урегулирования спора по договору ОСАГО, что является законным основанием для выплаты страхового возмещения в денежной форме с учетом износа, то в действиях страховой компании нарушений прав истца не усматривается.

Истец, как потерпевший в ДТП, и получивший страховую выплату в денежной форме на основании п/п. «ж» п. 16.1 ст. 12 Закона об ОСАГО, в силу положений ст. 1072 ГК РФ вправе требовать возмещения ущерба с причинителя вреда в части, не покрытой страховым возмещением и выплаченный размер ущерба не является для истца неосновательным обогащением.

Реализация потерпевшим данного права соответствует целям принятия Закона об ОСАГО, указанным в его преамбуле, и каких-либо ограничений для его реализации при наличии согласия страховщика данный закон не содержит.

Ответственность страховщика в рамках договора ОСАГО ограничена размером ущерба, определенным по Единой методике определения расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, утвержденной Положением Центрального Банка России от 04 марта 2021 года №755-П, и установленным законом лимитом ответственности страховщика по договору ОСАГО.

Сверх определенной таким образом суммы ущерба ответственность перед потерпевшим несет причинитель вреда, который в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба в силу ст. 1072 ГК РФ.

Таким образом, выплата страхового возмещения по договору ОСАГО сама по себе не освобождает причинителя вреда от обязанности возместить разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба в силу норм действующего законодательства.

Согласно правовой позиции, изложенной в п. 2.2 Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 11 июля 2019 года №1838-О, законоположения в рамках Закона об ОСАГО относятся к договорному праву и в этом смысле не регулируют как таковые отношения по обязательствам из причинения вреда.

Требование потерпевшего (выгодоприобретателя) к страховщику о выплате страхового возмещения в рамках договора обязательного страхования является самостоятельным и отличается от требований по обязательствам из причинения вреда.

Закон об ОСАГО, будучи специальным нормативным актом, вместе с тем не отменяет действия общих норм гражданского права об обязательствах из причинения вреда между потерпевшим и причинителем вреда, а потому потерпевший при недостаточности страховой выплаты на покрытие причиненного ему ущерба вправе рассчитывать на восполнение образовавшейся разницы за счет лица, противоправное поведение которого вызвало этот ущерб, с предъявлением ему соответствующего требования.

Возмещение вреда в полном объеме означает восстановление транспортного средства до состояния, предшествовавшего причинению вреда, исключая неосновательное его улучшение, устанавливаемое судом в каждом конкретном случае. При этом выбор способа защиты нарушенного права - путем взыскания фактически произведенных расходов либо расходов, которые необходимо произвести, - по смыслу приведенных выше положений ст. 15 ГК РФ принадлежит лицу, право которого нарушено.

Размер ущерба при наступившей полной гибели автомобиля истца по настоящему делу установлен заключением эксперта <данные изъяты>» ФИО12 №, доказательств, указывающих на недостоверность экспертизы либо ставящих под сомнение её выводы, ответчиком суду также не представлено.

ФИО2, как потерпевший в ДТП и получивший страховую выплату в денежной форме, в силу положений ст. 1072 ГК РФ вправе требовать возмещения ущерба с причинителя вреда в части, не покрытой страховым возмещением.

В соответствии с разъяснением в п. 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08 ноября 2022 года № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», причинитель вреда, застраховавший свою ответственность в порядке обязательного страхования в пользу потерпевшего, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба только в случае, когда надлежащее страховое возмещение является недостаточным для полного возмещения причиненного вреда (ст. 15, п. 1 ст. 1064, ст. 1072, п.1 ст.1079, ст. 1083 ГК РФ). К правоотношениям, возникающим между причинителем вреда, застраховавшим свою гражданскую ответственность в соответствии с Законом об ОСАГО, и потерпевшим в связи с причинением вреда жизни, здоровью или имуществу последнего в результате дорожно-транспортного происшествия, положения Закона об ОСАГО, а также Методики не применяются.

Исходя из разъяснений, содержащихся в п. 64 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08 ноября 2022 года №31, при реализации потерпевшим права на получение страхового возмещения в форме страховой выплаты, в том числе в случаях, предусмотренных п. 16.1 ст. 12 Закона об ОСАГО, с причинителя вреда в пользу потерпевшего подлежит взысканию разница между фактическим размером ущерба и надлежащим размером страховой выплаты. Реализация потерпевшим права на получение страхового возмещения в форме страховой выплаты, в том числе и в случае, предусмотренном п/п. «ж» п. 16.1 ст.12 Закона об ОСАГО, является правомерным поведением и сама по себе не может расцениваться как злоупотребление правом.

В соответствии с п. 1.5 части II Методических рекомендаций по проведению судебных автотехнических экспертиз и исследований колесных транспортных средств в целях определения размера ущерба, стоимости восстановительного ремонта и оценки ФБУ РФЦСЭ при Минюсте России, 2018, следует, что в результате рассматриваемого ДТП, произошедшего 17 февраля 2024 года, наступила полная (конструктивная) гибель автомобиля «Хендэ Солярис» государственный регистрационный знак <***>, так как стоимость восстановительного ремонта автомобиля необходимая для устранения повреждений, образовавшихся в результате ДТП, определенная в соответствии с указанными рекомендациями, превышает рыночную стоимость данного автомобиля на момент происшествия.

При таких обстоятельствах, с учетом ст.ст. 15, 1064, 1072,1079 ГК РФ, разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08 ноября 2022 года №31, в пользу истца подлежит взысканию с ответчика ФИО1 в счет возмещения ущерба в размере 486 564 руб., исходя из расчета: (1 071 600 руб. (рыночная стоимость автомобиля) – 185 036 руб. (стоимость годных остатков) – 400 000 руб. (страховое возмещение)).

В соответствии с ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано (ч.1).

Истцом ФИО2 заявлены требования о взыскании с ответчика ФИО1 в счет возмещения расходов по уплате государственной пошлины – 16617 руб., расходов по оценке стоимости восстановительного ремонта – 15000 руб., почтовых расходов в общем размере 901 руб., расходов на оплату услуг охраняемой стоянки - 11 800 руб., которые подтверждены соответствующими документами, подтверждающими факт их несения ФИО2 и, по мнению судебной коллегии, являющиеся необходимыми (т. 1 л.д. 6-7, 77, 201-202, 203-204).

Поскольку уточненные исковые требования ФИО2 о взыскании стоимости восстановительного ремонта транспортного средства удовлетворены, судебная коллегия приходит к выводу о взыскании с ответчика ФИО1 в пользу истца ФИО2 в счет возмещения расходов по уплате государственной пошлины – 16 617 руб., расходов по оценке стоимости восстановительного ремонта – 15 000 руб., почтовых расходов в общем размере 901 руб., расходов на оплату услуг охраняемой стоянки - 11 800 руб.

В силу ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (ч. 3 ст. 111 АПК РФ, ч. 4 ст. 1 ГПК РФ, ч. 4 ст. 2 КАС РФ).

Из материалов дела следует, что 06 марта 2024 года между ФИО2 и <данные изъяты> было заключено соглашение об оказании юридических услуг (правовой помощи), предметом которого является представление интересов ФИО2 в Металлургическом районном суде г. Челябинска. Стоимость услуг по соглашению составляет 87 000 руб. (т. 1 л.д. 197-200).

Суд при рассмотрении данного вопроса учитывает категорию дела и длительность его рассмотрения, принимает во внимание объем оказанных адвокатом <данные изъяты>. услуг, а именно: подготовку искового заявления, уточнений к нему, иных документов по делу, участие в судебных заседаниях, а также учитывает, что исковые требования ФИО2 удовлетворены.

Разрешая вопрос о возмещении расходов на оплату услуг представителя, судебная коллегия, принимая во внимание степень сложности рассматриваемого спора, количество судебных заседаний и подготовительных мероприятий по делу, приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения требований ФИО2, определив размер подлежащей возмещению суммы таких расходов в размере 40000 руб.

Разрешая требования ФИО2 о компенсации морального вреда, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно ст. 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» здоровье – это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

В силу п. 1 ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

На основании п. 1 ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными гл. 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (ст. 1064 - 1101 Гражданского кодекса РФ) и ст. 151 ГК РФ.

Согласно п. 3 ст. 1083 ГК РФ суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

В силу абз. 2 ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Согласно п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права либо нарушающими имущественные права гражданина.

Исходя из разъяснений, содержащихся в п. 21 вышеуказанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №33, моральный вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, подлежит компенсации владельцем источника повышенной опасности (ст. 1079 ГК РФ).

В п. 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 также разъяснено, что под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции). Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда.

Причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда (п.15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33).

При определении размера компенсации морального вреда суду, с учетом требований разумности и справедливости, следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В п. 25 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 указано, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из ст.ст. 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

В п. 26 вышеуказанного постановления Пленума разъяснено, что определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.

В п. 28 постановления Пленума указано, что под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.

Поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 30 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (п. 2 ст. 1101 ГК РФ).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (ст. 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Согласно разъяснениям, изложенным в абз. 2 п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина», установленная ст. 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Из материалов дела следует, что согласно заключению эксперта <данные изъяты>» № от 26 марта 2024 года у гр. ФИО2 имели место повреждения: <данные изъяты> Данные повреждения по медицинскому критерию, соответствующему большей степени тяжести вреда, вызвали кратковременное нарушение функции органов и (или) систем (временная нетрудоспособность), продолжительностью до трех недель от момента травмы (до 21 дня включительно), что является медицинским критерием квалифицирующего признака (кратковременное расстройство здоровья) в отношении <данные изъяты><данные изъяты> (п. 8.1 Медицинских критериев, утвержденных приказом Минздравсоцразвития РФ от 24 апреля 2008 года №194н (т. 1 л.д. 114об.-116).

Согласно медицинским документам, истцу ФИО2 был поставлен диагноз <данные изъяты> По заключению врачебной комиссии разрешена выдача листа нетрудоспособности за прошедшие дни на основании осмотра в травмпункте <данные изъяты>, осмотр <данные изъяты>.

Вместе с тем, установлено, что ответчику ФИО1 в результате ДТП также причинен вред здоровью, что подтверждается медицинскими документами, представленными в материалы дела.

Так, из сведений <данные изъяты>» усматривается, что ФИО1 при обращении за медицинской помощью был поставленный диагноз <данные изъяты> последняя находилась в стационаре с <данные изъяты> по ДД.ММ.ГГГГ, выписана в связи с улучшением состояния, проведены медицинские исследования (т. 2 л.д. 7-12).

Согласно заключению эксперта <данные изъяты>» № от 27 апреля 2024 года у гр. ФИО1 имели место повреждения: <данные изъяты> Указанные повреждения вызвали временное нарушение функции органов и (или) систем (временная нетрудоспособность), продолжительностью до трех недель от момента травмы (до 21 дня включительно), что является медицинским критерием квалифицирующего признака (кратковременное расстройство здоровья) в отношении <данные изъяты> (п. 8.1 Медицинских критериев, утвержденных приказом Минздравсоцразвития РФ от 24 апреля 2008 года № 194н (т. 1 л.д. 116об.-118).

В ходе судебного разбирательства ответчик ФИО1 поясняла, что подрабатывает в <данные изъяты>, заработная плата составляет <данные изъяты> руб., обучается в институте на бюджетной основе <данные изъяты>, каких-либо денежных обязательств не имеет, детей не имеет.

Определяя размер взыскиваемой компенсации, судебная коллегия учитывает, что вред причинен в результате деятельности, связанной с управлением источником повышенной опасности, принимает во внимание, что в результате ДТП истцу ФИО2 были причинены повреждения, которые расцениваются как <данные изъяты>, истец наблюдалась у врачей, получала лечение, проводила медицинские манипуляции <данные изъяты>, была нетрудоспособна в период с <данные изъяты> по ДД.ММ.ГГГГ, добровольное возмещение ответчиком причиненного морального вреда в ходе рассмотрения в отношении нее дела об административном правонарушении (55 000 руб.), принесение извинений перед истцом при рассмотрении указанного дела, учитывает ее возраст, семейное, материальное и имущественное положение, и приходит к выводу о необходимости взыскания с ответчика ФИО1 в пользу истца ФИО2 компенсации морального вреда в размере 100 000 руб., поскольку именно такой размер способен компенсировать перенесенные истцом физические и нравственные страдания с учетом характера вышеуказанных повреждений, обстоятельств их причинения в результате ДТП.

Указанный размер компенсации морального вреда, по мнению судебной коллегии, согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (ст. ст. 21 и 53 Конституции Российской Федерации), а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.

Разрешая требования ФИО2 о возмещении расходов, связанных с лечением <данные изъяты>, судебная коллегия приходит к следующему.

Как следует из материалов выплатного дела, представленных СПАО «Ингосстрах», помимо обращения к страховой компании за выплатой страхового возмещения в связи с повреждением автомобиля, истец ФИО2 также обращалась с заявлением о возмещении ущерба в связи с причинением вреда жизни, здоровью. В подтверждение своих требований представлено заключение эксперта №, справки 2-НДФЛ (т. 2 л.д. 81-84).

Как следует из расчетов СПАО «Ингосстрах», на основании запрошенных медицинских документов, подтверждающих нетрудоспособность истца ФИО2 в период с 17 февраля 2024 года по 22 февраля 2024 года, был рассчитан утраченный заработок, который составил <данные изъяты> руб. (т. 2 л.д. 112).

По результатам обращения ФИО2 в связи с повреждением здоровья денежные средства в размере <данные изъяты> руб. были перечислены на счет истца, что подтверждается платежным поручением № от 05 ноября 2024 года (т. 2 л.д. 111).

Вместе с тем, из материалов дела следует, что истец также обращалась за медицинской помощью к <данные изъяты> с жалобами на <данные изъяты> была осмотрена <данные изъяты>, проведена профилактика <данные изъяты>. Хирургом назначено лечение – <данные изъяты> (т. 1 л.д. 122-133, 134-138).

Кроме того, истец 29 февраля 2024 года обращалась в <данные изъяты> с жалобами на <данные изъяты> после аварии, назначена <данные изъяты> и <данные изъяты>, 25 мая 2024 года рекомендована <данные изъяты>, 07 июня 2024 года рекомендовано <данные изъяты> и <данные изъяты> (т. 1 л.д. 120-121).

Из справки <данные изъяты> от 07 марта 2024 года следует, что ФИО2 была консультирована в отделении реконструктивной и пластической хирургии, поставлен диагноз: <данные изъяты>. Показано хирургическое лечение – <данные изъяты>. Ориентировочная стоимость операции и пребывания в стационаре 50 000 руб. (т. 1 л.д. 81).

Как следует из выписки из медицинской карты ФИО2 из <данные изъяты> пациентка обратилась с жалобами на наличие <данные изъяты>, <данные изъяты> Описанные жалобы появились 17 февраля 2024 года в связи с ДТП. ФИО2 проведено лечение: 29 февраля 2024 г. <данные изъяты>, 25 мая 2024 года – <данные изъяты>, 07 июня 2024 года – <данные изъяты> После проведенного лечения состояние <данные изъяты> улучшилось, наблюдается минимальное <данные изъяты>. Рекомендовано проведение повторной процедуры <данные изъяты> (т. 1 л.д. 80).

В рамках заключенного между ФИО2 и <данные изъяты> договора возмездного оказания медицинских услуг № от 18 декабря 2023 года истцом были понесены расходы по оплате оказанных услуг (29 февраля 2024 года - 25 000 руб. (<данные изъяты>), 25 мая 2024 года - 6 500 руб. (<данные изъяты>), 07 июня 2024 года - 25 000 руб. (<данные изъяты>), 12 февраля 2025 года - 25 000 руб. (<данные изъяты>)), что подтверждается соответствующими чеками (т. 1 л.д. 193-196, т. 2 л.д. 144-146).

В соответствии со ст. 2 ГПК РФ задачами гражданского судопроизводства являются правильное и своевременное рассмотрение и разрешение гражданских дел в целях защиты нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан, организаций, прав и интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований, других лиц, являющихся субъектами гражданских, трудовых или иных правоотношений. Гражданское судопроизводство должно способствовать укреплению законности и правопорядка, предупреждению правонарушений, формированию уважительного отношения к закону и суду, мирному урегулированию споров.

На основании абз. 2 ст. 222 ГПК РФ суд оставляет заявление без рассмотрения в случае, если истцом не соблюден установленный Федеральным законом для данной категории дел или предусмотренный договором сторон досудебный порядок урегулирования спора.

Ч. 4 ст. 3 ГПК РФ установлено, что заявление подается в суд после соблюдения претензионного или иного досудебного порядка урегулирования спора, если это предусмотрено Федеральным законом для данной категории споров.

Обязательный досудебный порядок урегулирования споров из договора ОСАГО установлен п. 1 ст. 16.1 Закона об ОСАГО, согласно которому до предъявления к страховщику иска, содержащего требование об осуществлении страхового возмещения, потерпевший обязан обратиться к страховщику с заявлением, содержащим требование о страховом возмещении или прямом возмещении убытков, с приложенными к нему документами, предусмотренными правилами обязательного страхования.

Ч. 2 ст. 25 Федерального закона от 04 июня 2018 года № 123-ФЗ «Об уполномоченном по правам потребителей финансовых услуг» предусмотрено, что потребитель финансовых услуг вправе заявлять в судебном порядке требования к финансовой организации, указанные в ч. 2 ст. 15 этого Закона, только после получения от финансового уполномоченного решения по обращению, за исключением случаев, указанных в п. 1 ч. 1 данной статьи.

В соответствии с разъяснением в п. 114 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08 ноября 2022 года № 31, если потерпевший не обращался в страховую организацию с заявлением о страховой выплате или прямом возмещении убытков (абз. 2 п. 2 ст. 11 Закона об ОСАГО), то при предъявлении потерпевшим иска непосредственно к причинителю вреда суд в силу ч. 3 ст. 40 ГПК РФ и ч. 6 ст. 46 АПК РФ обязан привлечь к участию в деле в качестве ответчика страховую организацию, к которой в соответствии с Законом об ОСАГО потерпевший имеет право обратиться с заявлением о страховой выплате или прямом возмещении убытков (абз.2 п. 2 ст. 11 Закона об ОСАГО). Исковые требования как к страховщику, так и к причинителю вреда в этом случае подлежат оставлению без рассмотрения на основании абз. 2 ст. 222 ГПК РФ и п. 2 ч. 1 ст. 148 АПК РФ.

Если потерпевший обращался в страховую организацию с заявлением о страховой выплате или прямом возмещении убытков (абз.2 п. 2 ст. 11 Закона об ОСАГО), в отношении которой им был соблюден обязательный досудебный порядок урегулирования спора, то при предъявлении им иска непосредственно к причинителю вреда суд в силу ч. 1 ст. 43 ГПК РФ и ч. 1 ст. 51 АПК РФ обязан привлечь к участию в деле в качестве третьего лица страховую организацию. В этом случае суд в целях определения суммы ущерба, подлежащего возмещению причинителем вреда, определяет разницу между фактическим размером ущерба и надлежащим размером страхового возмещения, подлежавшим выплате страховщиком.

Правила об обязательном досудебном порядке урегулирования спора применяются и в случае замены ответчика - причинителя вреда на страховую компанию в соответствии со ст. 41 ГПК РФ и ст. 47 АПК РФ.

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенным в п. 116 постановления от 08 ноября 2022 года №31, суд первой инстанции или суд апелляционной инстанции, рассматривающий дело по правилам суда первой инстанции, удовлетворяет ходатайство страховщика об оставлении иска без рассмотрения в связи с несоблюдением истцом досудебного порядка урегулирования спора, если оно подано не позднее дня представления страховщиком первого заявления по существу спора и им выражено намерение его урегулировать, а также если на момент подачи данного ходатайства не истек установленный законом срок досудебного урегулирования и отсутствует ответ на обращение либо иной документ, подтверждающий соблюдение такого урегулирования (п. 5 ч. 1 ст. 148, ч. 5 ст. 159 АПК РФ, ч. 4 ст. 1, ст. 222 ГПК РФ).

Исходя из разъяснений, содержащихся в п.п. 1 и 28 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 июня 2021 года №18 «О некоторых вопросах досудебного урегулирования споров, рассматриваемых в порядке гражданского и арбитражного судопроизводства» под досудебным урегулированием следует понимать деятельность сторон спора до обращения в суд, осуществляемую ими самостоятельно либо с привлечением третьих лиц, а также посредством обращения к уполномоченному органу публичной власти для разрешения спора в административном порядке. Данная деятельность способствует реализации таких задач гражданского судопроизводства, как содействие мирному урегулированию споров, становлению и развитию партнерских и деловых отношений. Суд удовлетворяет ходатайство ответчика об оставлении иска без рассмотрения в связи с несоблюдением истцом досудебного порядка урегулирования спора, если оно подано не позднее дня представления ответчиком первого заявления по существу спора и ответчик выразил намерение его урегулировать, а также если на момент подачи данного ходатайства не истек установленный законом или договором срок досудебного урегулирования и отсутствует ответ на обращение либо иной документ, подтверждающий соблюдение такого урегулирования (ч. 4 ст. 1, ст. 222 ГПК РФ).

Из разъяснений Верховного Суда Российской Федерации следует, что суд оставляет иск без рассмотрения при установлении совокупности обстоятельств: заявленное ответчиком ходатайство об оставление без рассмотрения в срок не позднее дня первого отзыва на иск и выражено намерение его урегулировать. Таким образом, целью досудебного порядка является возможность урегулировать спор без задействования суда, предотвращение излишних судебных споров и судебных расходов.

Изучив материалы дела, судебная коллегия установила, что 18 октября 2024 года ФИО2 обратилась в страховую компанию СПАО «Ингосстрах» с заявлением о возмещении ущерба, причиненного повреждением транспортного средства, а также с заявлением о возмещении ущерба в связи с причинением вреда жизни, здоровью, возмещении утраченного заработка.

Между тем, ФИО2 в страховую компанию с заявлением о возмещении расходов на <данные изъяты> не обращалась. Первоначально истец обратился в суд с иском к непосредственному причинителю вреда. Впоследствии СПАО «Ингосстрах» было привлечено в качестве соответчика по делу.

В суде апелляционной инстанции от СПАО «Ингосстрах» поступило ходатайство об оставлении исковых требований ФИО2 в части возмещения расходов на <данные изъяты> без рассмотрения, поскольку истцом не соблюден досудебный порядок.

Учитывая, что истцом ФИО2 не соблюден досудебный порядок урегулирования спора, предусмотренный Законом об ОСАГО, судебная коллегия приходит к выводу об оставлении искового заявления ФИО2 к ФИО1 в части требования о возмещении расходов на <данные изъяты> 81500 руб. без рассмотрения.

Руководствуясь ст. 328 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Металлургического районного суда г. Челябинска от 17 ноября 2025 года отменить и принять по делу новое решение.

Взыскать с ФИО1 (паспорт <данные изъяты>) в пользу ФИО2 (паспорт <данные изъяты>) в счет возмещения ущерба, причиненного в результате ДТП, – 486 564 руб., расходы на проведение независимой оценки - 15 000 руб., расходы по оплате услуг хранения транспортного средства - 11 800 руб., расходы по оплате юридических услуг - 40 000 руб., расходы по уплате государственной пошлины - 16 617 руб., почтовые расходы - 901 руб., компенсацию морального вреда - 100 000 руб.

Иск ФИО2 в части требования к ФИО1, страховому публичному акционерному обществу «Ингосстрах» о возмещении расходов на <данные изъяты> 81500 руб. оставить без рассмотрения.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО2 отказать.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 16 апреля 2026 года.