Апелляционное постановление № 1-114/2024 22-4516/2024 от 25 июня 2024 г.

Санкт-Петербургский городской суд

Дело № 1-114/2024 Судья: Елисеев А.Я.

Рег. № 22-4516/2024


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Санкт-Петербург 26 июня 2024 года

Судья судебной коллегии по уголовным делам Санкт-Петербургского городского суда ФИО1,

при ведении протокола судебного заседания секретарем И ГЕ,

с участием

прокурора отдела уголовно-судебного управления прокуратуры Санкт-Петербурга П ДН,

осужденного К ИВ,

защитника - адвоката С ИВ,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу осужденного К ИВ на приговор <адрес> от <дата>, которым

К ИВ, <дата> года рождения, уроженец <адрес>, ранее не судимый,

осуждён

по ч. 1 ст. 264.1 УК РФ к наказанию в виде штрафа в размере 200 000 рублей с лишением права заниматься деятельностью по управлению транспортным средством на срок 2 года,

меру процессуального принуждения в виде обязательства о явке постановлено отменить по вступлению приговора в законную силу,

автомобиль марки «<...>.», государственный регистрационный знак №..., принадлежащий К ИВ, постановлено конфисковать.

Приговором также разрешена судьба вещественных доказательств.

Доложив материалы дела, заслушав выступление осужденного К ИВ и его защитника – адвоката С ИВ, поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора П ДН, возражавшего против удовлетворения апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

К ИВ приговором <адрес> от <дата> признан виновным в совершении <дата> управления транспортным средством в состоянии опьянения лицом, подвергнутым административному наказанию, а именно управление автомобилем лицом, находящимся в состоянии опьянения, подвергнутым административному наказанию за управление транспортным средством в состоянии опьянения.

Преступление совершено в <адрес> при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе осужденный К ИВ просит приговор отменить, направить дело на новое рассмотрение.

В обоснование апелляционной жалобы осужденный излагает свои показания, указывая, что на момент остановки инспектором он находился в трезвом состоянии, наркотические средства не употребляет; им была пройдена проверка на алкогольное опьянения, после чего предложено пройти медицинское освидетельствование; при это до этого инспектором ему было сообщено о том, что он будет находиться под арестом минимум 14 суток при проверки на наркотические средства, что ему (К ИВ) не подходило, так как отцу нужны были лекарства, он бы потерял работу.

Ссылается на то, что у него имелись покраснения кожи, на что указывает инспектор, поскольку было очень жарко; после задержания он находился в шоковом состоянии; и уже <дата> им было пройдено химико-токсикологическое исследование, и ему известно, что наркотические средства сохраняются в среднем в течении 5 дней в биологическом материале.

Обращает внимание, что дознавателем не была проведена очная ставка между ним и инспектором Свидетель №2 о том, что последний ввел осужденного в заблуждение перед проверкой на состояние опьянения; и Свидетель №2 в суде были даны ложные показания; а судом было отказано в проверки показаний на основании экспертизы по полиграфу, чем были нарушены права осужденного.

Полагает, что свидетель – понятой Г АИ путался в своих показаниях, в связи с чем имеются сомнения о том, что был другой понятой.

Также в апелляционной жалобе осужденный приводит замечания на протокол судебное заседание.

Таким образом, осужденный полагает, что выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Проверив материалы уголовного дела, доводы апелляционной жалобы, выслушав мнения участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В соответствии с требованиями ст. 307 УПК РФ в приговоре суд подробно изложил описание преступления, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, цели и последствия преступления, а также доказательства, на которых основаны выводы суда, изложенные в приговоре, мотивы решения всех вопросов, относящихся к назначению уголовного наказания, и обоснование принятых решений по другим вопросам, указанным в ст. 299 УПК РФ.

Вывод суда о доказанности вины осужденного К ИВ в совершении управления транспортным средством в состоянии опьянения лицом, подвергнутым административному наказанию, а именно управление автомобилем лицом, находящимся в состоянии опьянения, подвергнутым административному наказанию за управление транспортным средством в состоянии опьянения, при обстоятельствах, установленных судом, суд апелляционной инстанции, находит правильным, основанным на полно и всесторонне исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре доказательствах.

Суд обосновано пришел к выводу, о чём правильно указал в приговоре, что вина осужденного подтверждена

- показаниями свидетеля Свидетель №2 – старшего инспектора <адрес> о том, что им был остановлен автомобиль под управлением К ИВ, который управлял транспортным средством с признаками опьянениями, и при проверке было установлено, что К ИВ ранее был привлечен к административной ответственности за управление автомобилем в состоянии опьянения. К ИВ в присутствии понятых прошел освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, в результате которого прибор показал нули, после чего К ИВ было предложено пройти медицинское освидетельствование на состояние опьянения, на что К ИВ отказался,

- показаниями свидетеля Г АИ о том, что он принимал участие в качестве понятого при прохождении К ИВ освидетельствования на состояние опьянения и при направлении К ИВ на прохождение медицинского освидетельствования на состояние опьянения, но К ИВ от его прохождения отказался.

Показания свидетелей являются последовательными, объективными, непротиворечивыми, оснований сомневаться в их достоверности не имеется, ни у суда, ни у суд апелляционной инстанции, и оснований для оговора осужденного у свидетелей также не установлено.

Кроме того, показания свидетелей подтверждаются и соответствуют другим доказательствам по делу, отраженным в приговоре: протоколом об отстранении от управления транспортным средством К ИВ; актом освидетельствования на состояние опьянения, согласно которого у К ИВ состояния алкогольного опьянения не установлено; протоколом о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, согласно которому К ИВ от прохождения медицинского освидетельствования на состояния опьянения отказался; протоколом осмотра места происшествия - автомобиля «<...>.», государственный регистрационный знак №...; протоколом о задержании транспортного средства «<...>.», государственный регистрационный знак №...; постановлением мирового судьи судебного участка №... Санкт-Петербурга, исполняющего обязанности <адрес>, от <дата>, вступившего в законную силу <дата>, в отношении К ИВ, а также иным доказательствами, отраженными в приговоре.

Вина осужденного К ИВ в совершении указанного преступления установлена исследованными в ходе судебного разбирательства доказательствами, которые в необходимом объеме приведены в приговоре.

Суд апелляционной инстанции соглашается с тем, что перечисленные выше доказательства, подтверждают вину К ИВ в совершении данного преступления, получены в соответствии с требованиями УПК РФ, являются достоверными, относимыми, допустимыми и, что их совокупность достаточна для принятия решения по делу. Оснований сомневаться в правильности указанных выводов суд апелляционной инстанции не усматривает.

Оснований не согласиться с приведённой в приговоре оценкой доказательств, а также оснований для переоценки доказательств у судебной коллегии не имеется. Судом сделан правильный вывод об относимости, допустимости и достоверности доказательств, на основании которых суд установил виновность К ИВ в содеянном.

Так, судом были проверены показания К ИВ в части непризнания им своей вины, доводы стороны защиты о недоказанности вины К ИВ, обоснованно и мотивированно признаны судом недостоверными, поскольку они опровергаются совокупностью доказательств, в частности показаниями свидетеля Свидетель №2 и Г АИ, в присутствии которых К ИВ и отказался от прохождения медицинского освидетельствования, и протоколом о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, в соответствии с которым К ИВ отказался от прохождения медицинского освидетельствования. Также и сам К ИВ не отрицал факт отказа от прохождения медицинского освидетельствования, поясняя лишь причины отказа от данного освидетельствования, которые судом не признаются вынужденными, поскольку не являются таковыми.

Вопреки утверждению стороны защиты, оснований не доверять показаниям данных свидетелей ни у суда первой инстанции, ни у суда апелляционной инстанции не имеется. Так, до рассматриваемых событий К ИВ со свидетелями не были знакомы, свидетели при даче показаний были предупреждены об уголовной ответственности по ст. ст. 307, 308 УК РФ, и не установлено неприязненных отношений со стороны свидетелей к осужденному.

Полагать, что свидетель Г АИ не присутствовал при совершении преступления, не имеется оснований. Так, свидетелем пояснено было в присутствии осужденного и его защитника о том, что он присутствовал в качестве понятого при прохождении К ИВ медицинского освидетельствования, что присутствовал второй понятой – женщина, что были разъяснены права, а также сообщил местонахождение его (свидетеля Г АИ), второго понятого, К ИВ и сотрудника ГИБДД при проведении освидетельствования осужденного на состояние алкогольного опьянение, отказе К ИВ от медицинского освидетельствования. Также свидетелем Г АИ было подтверждено наличие его подписей в протоколе о направлении К ИВ на медицинское освидетельствование, и свидетель подтвердил показания, данные им в ходе предварительного расследования. То, что свидетель не помнит досконально прохождение К ИВ освидетельствования на состояние алкогольного опьянение, направление К ИВ на медицинское освидетельствование, марку транспортного средства связанно с давностью событий, что пояснено было самим Г АИ, который при этом пояснил, что ранее он также не был знаком и с сотрудником ГИБДД, проводившим освидетельствование К ИВ и направление последнего на медицинское освидетельствование. При этом, показания свидетеля подтверждаются и протоколом об отстранении от управления транспортным средством К ИВ, актом освидетельствования на состояние алкогольного опьянения у К ИВ, протоколом о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения К ИВ, которые по сути не оспариваются стороной защиты, как и факт того, что К ИВ проходил освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, был отстранён от управление транспортным средством и отказался от прохождения медицинского освидетельствования, указывая лишь на причины отказа.

В связи с изложенным, доводы осужденного о том, что имеются основания полагать, что имеются сомнения в том, что Г АИ являлся понятым, голословными, опровергаются совокупность доказательств. Обстоятельств, которые бы исключали участие данного лица в качестве понятого, ст. 25.12 КоАП РФ, ст. 60 УПК РФ, не имеется. Данные понятых отражены в протоколе об отстранении от управления транспортным средством, акте освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, протоколе о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, копии которых были получены К ИВ

Доводы стороны защиты о ложности показаний свидетеля Свидетель №2 являются защитной тактикой, были проведены судом и не нашли своего подтверждения. Так, показания Свидетель №2 согласуются с доказательствами по делу, являются логичными и последовательными, и причин оговора им К ИВ не установлено и таковых не приведено ни осужденным, ни его защитником. При этом, в суде первой инстанции К ИВ и его защитнику была предоставлена возможность допросить данного свидетеля, оспорить его показания, в связи с чем ссылка на то, что не была в ходе дознания проведена очная ставка между осуждённым и свидетелем несостоятельна. Также данное право осужденного по допросу лично было реализовано и в отношении свидетеля Г АИ

Требования апелляционной жалобы осужденного о проверки показаний с использованием полиграфа не основано на положениях закона, такая процедура уголовно-процессуальным законом не предусмотрена. Данный вид исследования является результатом опроса с применением прибора «полиграф», регистрирующего только психофизиологические реакции на какой-либо вопрос, и данные, полученные в ходе проведенного исследования, не отвечают требованиям, предъявляемым к доказательствам, предусмотренным ст. 74 УПК РФ, ввиду отсутствия научно-обоснованных методик для дачи заключения, при том, что согласно Федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ, проводимое исследование должно быть объективным, основано на строго научной и логической основе в пределах соответствующий специальности и объёме, заключение должностного лица в положениях дающих возможность проверить обоснованность сделанных выводов на базе общественно-научных и практических данных, что невозможно при использовании «полиграфа». Исследование физиологических реакций лица на полиграфе не относится к числу способов собирания доказательств, предусмотренных уголовно-процессуальным законом.

Также, является несостоятельным утверждение осужденного о том, что он был введен в заблуждение свидетелем Свидетель №2

Так, свидетель Г АИ пояснил, что К ИВ не пояснял причину отказа от прохождения медицинского освидетельствования, на осужденного давление не оказывалось, и сотрудники ГИБДД не сообщали К ИВ о том, что результаты освидетельствование необходимо ждать две недели, находясь под стражей.

Свидетелем Свидетель №2 было последовательно сообщено о том, что осужденному разъяснялись его права, что если он соглашается, то они проедут на медицинское освидетельствование, где он проходит медицинское освидетельствование и получает справку; а также были разъяснены положения ч. 2 ст. 12.7 КоАП РФ, что лицам, которые лишены права управления транспортным средством, предусмотрено назначение административного ареста на 15 суток либо штраф в размере 30 000 рублей. При этом, было установлено, что К ИВ был лишен права управления транспортными средствами, что осужденному было известно достоверно, и разъяснения свидетелем Свидетель №2 соответствуют действующему законодательству. Свидетелем Свидетель №2 на вопросы защитника было пояснено, что все указанные разъяснения для К ИВ не были связаны с медицинским освидетельствованием, осужденному разъяснялись положения КоАП РФ, и К ИВ было пояснены последствия отказа от медицинского освидетельствования, сроки проведения медицинского освидетельствования, и осужденному не сообщалось о том, что ожидать результатов освидетельствования необходимо, находясь под стражей.

При этом, и протокол о направлении К ИВ на медицинское освидетельствование на состояние опьянения не содержит указание о том, что осужденный отказывается от его прохождения по причине необходимости ожидания результатов освидетельствования, и от него, так как и от понятых, замечаний каких-либо не поступало.

Кроме того, показания самого осужденного К ИВ о том, что ему сообщали, что необходимо ждать результаты освидетельствования, находясь под стражей, являются непоследовательными, поскольку осужденный не смог пояснить, когда данная информация была сообщена ему сотрудником ГИБДД, указывая то, что в присутствии понятых, то в отсутствие понятых, и, поясняя после допроса свидетеля Свидетель №2, что понятой - свидетель Г АИ сообщил правду.

Согласно примечанию 2 к ст. 264 УК РФ для целей ст. 264.1 УК РФ лицом, находящимся в состоянии опьянения, признается лицо, управляющее транспортным средством, не выполнившее законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения в порядке и на основаниях, предусмотренных законодательством Российской Федерации.

В связи с чем доводы осужденного о том, что на момент его остановки инспектором ГИБДД он находился в трезвом состоянии, а также последующее прохождение К ИВ химико-токсикологического исследования, познания осужденного в области сохранения наркотических средств в организме человека, не влияют на квалификацию действий осужденного, не свидетельствуют об его невиновности, поскольку К ИВ был осуществлен именно отказ от прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

В соответствии с ч. 1.1 ст. 27.12 КоАП РФ лицо, которое управляет транспортным средством соответствующего вида и в отношении которого имеются достаточные основания полагать, что это лицо находится в состоянии опьянения, подлежит освидетельствованию на состояние алкогольного опьянения в соответствии с ч. 6 настоящей статьи. При отказе от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения либо несогласии указанного лица с результатами освидетельствования, а равно при наличии достаточных оснований полагать, что лицо находится в состоянии опьянения, и отрицательном результате освидетельствования на состояние алкогольного опьянения указанное лицо подлежит направлению на медицинское освидетельствование на состояние опьянения.

П. 2.3.2 Правил дорожного движения РФ, утвержденных Постановлением Совета Министров – Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года № 1090, предусматривает, что по требованию должностных лиц, уполномоченных на осуществление федерального государственного контроля (надзора) в области безопасности дорожного движения, проходить освидетельствование на состояние алкогольного опьянения и медицинское освидетельствование на состояние опьянения.

При этом, критериями, при наличии хотя бы одного из которых имеются достаточные основания полагать, что лицо находится в состоянии опьянения и подлежит направлению на медицинское освидетельствование, являются, в том числе резкое изменение окраски кожных покровов лица, наличие чего у осужденного не отрицалось им, следует из показаний свидетеля Свидетель №2, а также акта освидетельствование на состояние алкогольного опьянения. Данные критерии установлены Порядком проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения (алкогольного, наркотического или иного токсического), утверждённым Приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 18 декабря 2015 года № 933н.

Поскольку имелись достаточные основания полагать, что К ИВ находится в состоянии опьянения, при отрицательном результате освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, К ИВ подлежал направлению на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, о чём был составлен протокол.

Так, вопреки утверждению стороны защиты, представленные сторонами в судебном разбирательстве доказательства всесторонне, полно и объективно исследованы судом первой инстанции, правильно оценены в соответствии с положениями ст. ст. 87, 88 и 307 УПК РФ. Данную судом первой инстанции оценку доказательств по делу суд апелляционной инстанции находит правильной.

На основе исследованных доказательств суд первой инстанции правильно установил фактические обстоятельства совершенного преступления, обоснованно пришел к выводу о виновности К ИВ и квалификации его действий по ч. 1 ст. 264.1 УК РФ. При этом полагает, что вопреки доводам стороны защиты, приговор суда основан на фактических обстоятельствах дела и соответствует требованиям закона. Оснований для оправдания осужденного согласно доводам жалобы, не имеется, также как не имеется и оснований для признания, с учетом вышеизложенного, какого-либо доказательства недопустимым.

Судебное разбирательство по уголовному делу проведено с соблюдением всех принципов судопроизводства, в условиях, обеспечивающих возможность исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и реализации предоставленных им прав, все заявленные сторонами ходатайства были рассмотрены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, по ним приняты обоснованные и мотивированные решения, права и законные интересы участников уголовного судопроизводства не были ограничены либо нарушены. Принцип состязательности сторон, закрепленный в ст. 15 УПК РФ, вопреки утверждению стороны защиты, сводящемуся к несогласию с решением суда, судом первой инстанции соблюден.

Приведенные в апелляционной жалобе осужденным замечаний на протокол судебного заседания были рассмотрены председательствующем по делу и были удовлетворены <дата>. При этом данные обстоятельства сами по себе не влияют на выводы суда, и доказательства по делу, в том числе показания свидетелей, были оценены при постановлении приговора.

При назначении наказания судом в соответствии с требованиями ст. 60 УК РФ учтены не только характер и степень общественной опасности совершенного преступления, но и данные, характеризующие личность осуждённого, наличие обстоятельств, смягчающие наказание, и отсутствие отягчающих обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на исправление осуждённого и на условия жизни его семьи.

С учетом характера и степени общественной опасности преступления, конкретных обстоятельств дела, данных, характеризующих личность К ИВ, что он на учете у психиатра и нарколога не состоит, является самозанятым, при отсутствии отягчающих обстоятельств, наличии смягчающих обстоятельств – совершения преступления впервые, наличие на иждивении отца пенсионного возраста, страдающего хроническими заболеваниями, приняв во внимание и материальное положение осужденного, суд пришел к выводу, что цели исправления К ИВ и предупреждения совершения им новых преступлений будут достигнуты при назначении К ИВ наказания в виде штрафа.

Данных, свидетельствующих об обстоятельствах, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного К ИВ преступления, а также каких-либо исключительных обстоятельств, не установлено, в связи с чем оснований для применения положений ст. 64 УК РФ, а также ст. 73 УК РФ не усматривается.

Поскольку К ИВ совершено преступление небольшой тяжести, то вопрос в порядке ч. 6 ст. 15 УК РФ, не подлежал рассмотрению.

Наказание в виде лишения права заниматься определенной деятельностью в виде управления транспортными средствами назначено обоснованно, при этом является обязательным.

С учетом всех обстоятельств дела, данных о личности осужденного, общественной опасности совершенного преступления, суд пришел к правильному выводу, что наказание К ИВ за совершенное преступление должно быть назначено в пределах санкции ч. 1 ст. 264.1 УК РФ в виде штрафа.

Суд апелляционной инстанции находит назначенное К ИВ наказание справедливым и соразмерным содеянному, соответствующим общественной опасности совершенного им преступления и личности виновного, закрепленным в уголовном законодательстве РФ принципам гуманизма и справедливости и полностью отвечающим задачам исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений, а потому суд апелляционной инстанции не находит оснований для смягчения назначенного наказания К ИВ или его снижения, а также оправдания.

Вопросы о судьбе вещественных доказательств разрешены в соответствии с требования ст. ст. 81-82 УПК РФ, и выводы суда являются верными.

Так, в соответствии с требования п. «д» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ обосновано было конфисковано транспортное средство, принадлежащее К ИВ и использованное им при совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264.1 УК РФ.

Таким образом, нарушений конституционных прав и норм уголовно-процессуального закона при рассмотрении уголовного дела в отношении К ИВ, которые, с учетом требований ст. 389.15 УПК РФ, могли бы послужить основанием отмены или изменения приговора суда, судом апелляционной инстанции не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор <адрес> от <дата> в отношении К ИВ - оставить без изменения.

Апелляционную жалобу осужденного К ИВ - оставить без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции в порядке главы 47.1 УПК РФ, через районный суд Санкт-Петербурга в течение шести месяцев.

Осуждённый вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции. Такое ходатайство может быть заявлено осуждённым в кассационной жалобе либо в течение 3 суток со дня получения им извещения о дате, времени и месте заседания суда кассационной инстанции, если уголовное дело было передано в суд кассационной инстанции по кассационному представлению прокурора или кассационной жалобе другого лица.

Судья: