Приговор № 1-98/2019 от 2 декабря 2019 г. по делу № 1-98/2019

Дело № 1-98/2019


П Р И Г О В О Р именем Российской Федерации

город Шенкурск 03 декабря 2019 года

Виноградовский районный суд Архангельской области в составе

председательствующего Поздняковой М.И.,

при секретаре Селиверстовой Т.Г.,

с участием государственного обвинителя - прокурора Шенкурского района Архангельской области Корнилаева Р.А. заместителя прокурора Шенкурского района Архангельской области Писарева С.В.,

подсудимого ФИО1, его защитника - адвоката Перминова В.П.,

подсудимого ФИО2, его защитника - адвоката Конечной А.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении

ФИО1, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданина <данные изъяты>, <данные изъяты>, зарегистрированного в <адрес>, ранее судимого:

- ДД.ММ.ГГГГ Виноградовским районным судом Архангельской области по ч. 1 ст. 318 УК РФ к лишению свободы на срок 2 года 10 месяцев, освобожден по отбытии наказания ДД.ММ.ГГГГ,

мера пресечения в виде заключения под стражу, под стражей по данному делу с 15 апреля 2019 года;

ФИО2, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, <данные изъяты>, зарегистрированного в <адрес>, ранее судимого:

- ДД.ММ.ГГГГ Архангельским областным судом по ст. 105 ч. 2 п.п. «д,», «ж» УК РФ к лишению свободы на срок 9 лет 10 месяцев;

- ДД.ММ.ГГГГ тем же судом по ст. 297 ч. 1 УК РФ к обязательным работам на срок 150 часов, на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ присоединен приговор от ДД.ММ.ГГГГ, окончательно - к лишению свободы на срок 9 лет 10 месяцев 15 дней; с учетом постановления Вельского районного суда Архангельской области от ДД.ММ.ГГГГ освободился по отбытии наказания ДД.ММ.ГГГГ;

мера пресечения в виде заключения под стражу, под стражей по данному делу с 17 апреля 2019 года,

обвиняемых в совершении преступления, предусмотренного пунктами «а», «в» части 2 статьи 163 Уголовного кодекса Российской Федерации,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 и ФИО2 виновны в совершении вымогательства при следующих обстоятельствах:

ФИО1, ФИО2, предварительно договорившись на завладение имуществом С.Д.А. и С.А.Л., действуя из корыстных побуждений, умышленно, совместно, незаконно требовали у последних передачи <данные изъяты>, обвинив их в возникновении обязательств вследствие конфликта, произошедшего между С.Д.А., С.А.Л. и К.О.С.. и используя в качестве предлога для своих незаконных требований несуществующий долг.

Реализуя задуманное, ДД.ММ.ГГГГ в период с 09:00 до 12:00, находясь в доме К.О.С.. по адресу: <адрес>, с целью завладения имуществом С.Д.А. и А.Л., используя в качестве предлога для своих незаконных требований наличие у последних несуществующих обязательств перед К. из-за произошедшего с тем конфликта, действуя совместно и по предварительному сговору, ФИО2 и ФИО1 потребовали от С.Д.А. и А.Л. передачи в течение недели <данные изъяты>, и в течение месяца <данные изъяты>, при этом ФИО1 высказал угрозу применения насилия в отношении С.Д.А. и А.Л. в случае неисполнения требований - вывезти в лес, где их никто не найдет, которую в сложившейся обстановке последние восприняли как реально осуществимую угрозу своей жизни и здоровью. После чего ФИО1, находясь во дворе <адрес>, в продолжение умысла на завладение денежными средствами С., с целью подавления воли к сопротивлению, высказал С.Д.А. угрозу применения насилия в нецензурной форме - избить, которую тот воспринял как реально осуществимую.

В продолжение единого умысла, направленного на завладение денежными средствами С., действуя совместно и согласованно, в один из дней в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с 20:00 до 23:00 ФИО2 на автомобиле привез С.А.Л. во двор <адрес> в <адрес>, где ФИО1 в присутствии ФИО2 продемонстрировал С.О.Л. пневматический пистолет «<данные изъяты>» калибра 4,5мм, №, предупредив, что пистолет боевой, тем самым угрожая применением насилия, вновь высказал незаконное требование передать в установленные сроки <данные изъяты>. Указанные действия ФИО1 С.А.Л. воспринял как реальную угрозу своей жизни и здоровью и опасался ее осуществления.

После чего в один из дней в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с 20:00 до 23:00, находясь около кафе «<данные изъяты>» расположенного в <адрес>, ФИО1 избил С.Д.А., нанеся ему не менее 3 ударов кулаком по лицу, причинив физическую боль. После примененного насилия ФИО2 незаконно потребовал от С.Д.А. денежные средства, высказав, что срок передачи <данные изъяты> истек, а ФИО1, поддерживая требование передачи денег, потребовал у С.Д.А. приступить к сбору денежных средств, сократив срок их передачи следующим днем. Когда С.Д.А. проследовал от кафе до <адрес> в <адрес>, ФИО1 нанес С.Д.А. не менее 2 ударов кулаком в область лица, причинив физическую боль, и вновь потребовал передать ему и ФИО2 денежные средства в сумме <данные изъяты> на следующий день.

После высказанных угроз применения насилия и примененного насилия, С.А.Л. и С.Д.А. в один из дней в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с 09:00 до 14:00 около <адрес> в <адрес> передали ФИО1 и ФИО2 денежные средства в сумме <данные изъяты>.

Подсудимые ФИО1 и ФИО2 вину в вымогательстве денежных средств у потерпевших не признали.

Подсудимый ФИО1 на судебном заседании и в ходе предварительного расследования (показания оглашены в части на основании п. 1 ч.1 ст. 276 УПК РФ том 2 л.д. 99-100) отрицал свою причастность к вымогательству денежных средств у С. с применением насилия и под угрозой его применения, подтвердил, что в январе 2019 года он и ФИО2 присутствовали при разговоре С.Д.А. и А.Л. и К., который предложил С. в качестве компенсации заплатить по <данные изъяты> за причиненный стресс каждой дочери, <данные изъяты> - его матери. При этом С.Д.А. согласился выплатить <данные изъяты>, чтобы К. не обращался в полицию с заявлением о побоях, а С.А.Л. сообщил о готовности продать мотобуксировщик и выплатить за сына все долги, включая суммы, которые тот ранее задолжал К.. На улице он предлагал С.Д.А. поговорить о том, что тот пьяный напугал детей и пожилую женщину, при этом денежные средства не требовал, не угрожал. Через несколько дней около своего дома он обсуждал с С.А.Л. работу укладчиком плитки и события, произошедшие у К.. С.О.Л. он передал в руки пневматический пистолет, поскольку тот сам обратил на него внимание. ФИО4 не видел происходящее. Позднее Шестаков интересовался, достигнута ли договоренность о трудоустройстве С.А.Л., в их разговоре прозвучало, что С. возможно испугался пистолета, поэтому ответ не дал. В феврале 2019 года недалеко от кафе «<данные изъяты>» на перекрестке с <адрес> он действительно нанес С.Д.А. два удара ладонью в область уха, в связи с высказанными тем оскорблениями. ФИО4 в тот день с ним не было. Они с ФИО4 денежные средства у С. не требовали, угрозы не высказывали, насилие не применяли, так как потерпевшие должны были К.. Ранее он с К. знаком не был. Ему не известно об обстоятельствах передачи С. <данные изъяты>. Полагает, что ФИО4 был посредником передачи денег П.О.В., по просьбе последнего.

Подсудимый ФИО5, будучи допрошенным в качестве обвиняемого, и на судебном заседании (показания оглашены в части на основании п. 1 ч.1 ст. 276 УПК РФ том 2 л.д. 220), дал аналогичные показания. Об обстоятельствах разговора в доме К. уточнил, что накануне вечером приехал к К. по просьбе П.О.В. оказать помощь в защите от С., которых он ранее не знал, однако тех уже не было. Он, П.О.В. и другие лица догнали отца и сына С. в <адрес>, где договорились встретиться на следующий день в доме К.. Требований о передаче денег он не высказывал. Кроме компенсации в размере <данные изъяты>, К. попросил С.Д.А. вернуть долг <данные изъяты>, а деньги предать ему (ФИО4). Так как К. уехал на вахту, он звонил С., напоминал о необходимости исполнить долговые обязательства, а в конце января 2019 встречался с С.А.Л. с этой целью. При разговоре с С.А.Л. он не видел в руках ФИО1 пистолет. На следующий день С.А.Л. добровольно передал ему <данные изъяты> в <адрес>. Указанную сумму он сразу отдал П.О.В.

Показания подсудимых ФИО4 и ФИО3, противоречащие установленным обстоятельствам дела, суд отвергает как недостоверные, поскольку они опровергаются совокупностью представленных доказательств и направлены на защиту от предъявленного обвинения.

Несмотря на занятую подсудимыми позицию, их вина в полном объеме подтверждается совокупностью представленных стороной обвинения доказательств, исследованных и проверенных судом.

Из показаний потерпевшего С.А.Л., данных им в судебном заседании и на предварительном следствии (исследованных в суде по ходатайству государственного обвинителя на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ) следует, что ДД.ММ.ГГГГ его сын С.Д.А. попросил его поговорить с К.О.С.., который не в полном размере выплатил зарплату. Во дворе дома К., между С.Д.А. и К. завязалась борьба, на улицу выбежали дочери и мать последнего, а также П.О.В. Тогда он и С.Д.А. уехали, по дороге заметили, что их преследует автомобиль <данные изъяты> темного цвета. В <адрес> к ним подбежали ФИО2, П.О.В., Н.А.В. и иные лица, стали удерживать их автомобиль, оторвали спойлер и вырвали ручку дверцы автомобиля. По требованию ФИО4 он вышел из автомобиля, ФИО4 сел на водительское место, разговаривал с С.Д.А. После чего его также попросили сесть в автомобиль, где ФИО4 сказал, чтобы их догнать, он потратил <данные изъяты>, и они зря устроили конфликт с К., договорились о встрече у К. в 09:00. На следующий день ДД.ММ.ГГГГ в доме К. находились ФИО1, ФИО2, Н.А.В., П.О.В.. К. сообщил, что они устроили скандал, напугали детей, и за это должны <данные изъяты>. ФИО1, уточнил, что достаточно <данные изъяты>. Когда он (С.А.Л.) возразил, ФИО1 сказал, что в <адрес> всё решают он и ФИО2, отец в ответе за сына, поэтому тоже должен эти деньги, установил срок передачи денежных средств 1 месяц. Деньги необходимо было отдать ФИО4 и ФИО3. ФИО3 в присутствии ФИО4 предупредил, что если они с сыном нарушат установленные сроки, их вывезут в лес, где они потеряются. Высказанное он воспринял реально, как угрозу своей жизни. В ходе разговора ФИО1 выводил С.Д.А. на улицу. Во дворе дома ФИО2 потребовал от него (С.А.Л.) еще <данные изъяты> за расходы на такси. Учитывая численное превосходство, высказанную угрозу, они с сыном были вынуждены согласиться отдать ФИО4 и ФИО3 несуществующий долг перед К. 50000 и <данные изъяты>.

В конце января 2019 года позвонил ФИО2, договорился о встрече, затем забрал его из <адрес> на автомобиле <данные изъяты> серебристого цвета, в салоне которого находились еще 2 молодых человека. У 4хквартирного дома в <адрес> все вышли из автомобиля, из подъезда вышел ФИО1 и спросил у него в присутствии ФИО4, почему он с сыном не отдают деньги, что им еще не понятно, угрожал «порвать» сына. В этот момент ФИО1 положил ему в руки пистолет типа «ПМ» металлический весом около 1 кг, сказал «смотри, боевой», напомнил сроки возврата <данные изъяты>. ФИО4 в тот момент стоял рядом, наблюдал за происходящим. Когда он вернул пистолет ФИО3, ФИО4 потребовал сесть обратно в салон автомобиля. В сложившейся обстановке, сопряженной с демонстрацией пистолета, который он воспринял как огнестрельное оружие, испугался за свою жизнь. В тот же день после 00:00, когда он находился у Б.К.Н., пришел С.Д.А., сказал, что ФИО3 и ФИО4, избивая его у кафе «<данные изъяты>», требовали деньги. На лице сына было покраснение. Испугавшись, они решили передать деньги, с этой целью он одолжил у П.И.В. <данные изъяты>, <данные изъяты> были в наличии у С.Д.А. После чего, предварительно позвонив ФИО4, у памятника «<данные изъяты>» в <адрес> передали ФИО4 и ФИО3 <данные изъяты> (том 1 л.д. 38-44,59-60,95-96).

Аналогичным образом об обстоятельствах преступления потерпевший С.А.Л. рассказал в ходе очных ставок с ФИО2, ФИО1, настаивал на своих показаниях, указывая, что ФИО3 и ФИО4 права требования денежных средств у него и его сына С.Д.А. не имели, деньги вымогали, угрожая применением насилия и применяя насилие к С.Д.А. (л.д. 71-80, 81-92 тома 1).

При проверке показаний на месте С.А.Л. уверенно и точно указал место в <адрес>, где его на автомобиле догнал ФИО4, дом К. в <адрес>, где они с С.Д.А. по требованию ФИО4 встречались на следующий день с ФИО3 и ФИО4, территорию у подъезда <адрес>, где ФИО3, демонстрируя пистолет, требовал у него деньги, а ФИО2 находился рядом (л.д. 49-58 тома 1).

Потерпевший С.Д.А. в ходе предварительного следствия (л.д.100-111,142-143,144-145 тома 1) и на судебном заседании дал показания об обстоятельствах вымогательства денежных средств и роли каждого из подсудимых, аналогичные показаниям С.А.Л., дополнительно пояснил, что в ходе конфликта ударов К. не наносил. Один из молодых людей, который в <адрес> сел к нему в автомобиль, представился ФИО2, после чего потребовал у него и его отца С.А.Л. <данные изъяты> за то, что они уезжали от него, установив срок передачи денег неделю. Сообщил, что недавно освободился из мест лишения свободы и все вопросы решаются через него. В доме К. ФИО1 и ФИО2 вдвоем в свою пользу требовали у него и его отца С.А.Л. <данные изъяты>, угрожая вывезти в лес, где они потеряются, и эти угрозы он воспринимал реально. При этом ФИО4 установил срок передачи денег 1 месяц. ФИО1 предложил ему выйти на улицу, где в грубой форме высказал угрозу избить, которую он (С.Д.А.) с учетом обстановки воспринял как реально осуществимую, испугался. Учитывая численное превосходство присутствующих в доме, высказанные угрозы, он также согласился с незаконными требованиями ФИО3 и ФИО4 выплатить <данные изъяты>. Примерно ДД.ММ.ГГГГ около 22:00 к нему в кафе «<данные изъяты>» подошел «Н.А.В.», вызвал на улицу, где его ждали ФИО2 и ФИО1 ФИО3 спросил, когда он отдаст деньги. На его уточнение, что месячный срок еще не истек, ФИО3 со словами «вспоминай» нанес ему не менее трех ударов кулаками в область лица, причинив физическую боль. Тогда ФИО4 повторил требование о передаче им <данные изъяты>, в связи с истечением недельного срока, а ФИО3 потребовал собрать всю сумму, установил срок передачи - на следующий день. На перекрестке <адрес>, его догнал автомобиль «<данные изъяты>», из которой вышел ФИО3 и нанес ему 2 удара кулаком в область лица, потребовав, чтобы все деньги были переданы им на следующий день. О произошедшем он рассказал отцу, от которого узнал, что ФИО4 привез его к ФИО3, где угрожая пистолетом, ФИО3 и ФИО4 требовали у него деньги. Из-за этого на следующий день они с отцом С.А.Л. вынуждены были отдать лично ФИО4 <данные изъяты>, присутствующий при этом ФИО3 повторил требование передать им <данные изъяты> до ДД.ММ.ГГГГ.

Данные показания С.Д.А. подтвердил в ходе очных ставок с обвиняемыми ФИО1 и ФИО2 и при проверке его показаний на месте, при этом уверенно и точно указал места, где происходили описанные им события. Уточнив место у кафе «<данные изъяты>», где ФИО3 нанес ему удары, высказывая вместе с ФИО4 требования передачи денег на следующий день, и на <адрес> в <адрес>, где ФИО3 снова применил к нему насилие, повторив требование. Последовательно отрицал наличие у него долга перед К. (л.д. 116-123, 124-132, 133-139 тома 1).

С.Д.А. после оглашения в части его показаний, данных в ходе предварительного расследования, подтвердил их достоверность, однако заявил, что ФИО3 не присутствовал при передаче <данные изъяты> ФИО4. Объяснить причину возникновения противоречий между изложенными показаниями с показаниями в суде в указанной части затруднился.

Показания потерпевшего в ходе предварительного следствия, которые он давал спустя непродолжительное время после произошедших событий, получены в соответствии с уголовно-процессуальным законом, с разъяснением ему процессуальных прав и обязанностей, в том числе об использовании его показаний в качестве доказательств по делу, протоколы допроса прочитаны С.Д.А., замечаний к протоколам допроса он не высказал, о чем им сделаны надписи собственноручно и удостоверены его подписями.

Учитывая изложенное, доводы С.Д.А. о частичном несоответствии первоначальных показаний фактическим обстоятельствам дела суд находит несостоятельными, а утверждение о том, что ФИО3 не присутствовал при передаче <данные изъяты> в <адрес>, отвергает.

Помимо этого, приведенные показания потерпевшего С.Д.А. при производстве предварительного расследования в части, не противоречащей установленным обстоятельствам дела, согласуются с другими доказательствами по уголовному делу, что позволяет суду признать их допустимыми доказательствами и оценить в качестве достоверных.

Как пояснили потерпевшие С.Д.А., С.А.Л. в судебном заседании, со стороны следователя на них какого-либо давления не оказывалось. В ходе предварительного расследования они подробно и последовательно излагали известные им обстоятельства.

В ходе предварительного расследования С.Д.А. и С.А.Л. уверенно опознали ФИО2 и ФИО1 как лиц, вымогавших у них денежные средства с применением насилия к С.Д.А., с угрозой применения насилия (л.д. 78-81, 194-197, 74-77, 198-201 тома 2).

ФИО2 и ФИО1 были предъявлены для опознания каждому из потерпевших в соответствии со ст. 193 УПК РФ вместе с другими лицами. Каких-либо замечаний, в том числе относительно внешних данных лиц, участвующих в следственном действии, от опознаваемого ФИО2, так же как и от других участников процесса не поступало, ФИО1 утверждал об отсутствии схожести со статистами.

Результаты опознания С.А.Л. уверенно подтвердил в судебном заседании, настаивал, что вымогательство денежных средств при описанных им обстоятельствах совершили именно ФИО4 и ФИО3, каких-либо сомнений в личностях подсудимых у него не возникает и в настоящее время. Кроме того, как ФИО1, так и С.А.Л. на судебном заседании подтвердили, что ранее были знакомы, как жители <адрес>. Субъективное восприятие ФИО1 внешности статистов не может иметь решающего значения, поскольку если бы он не был известен потерпевшим, последние не идентифицировали бы его личность.

Из показаний свидетеля К.О.С.. в ходе судебного заседания следует, что в январе 2019 года он выгнал из дома С.Д.А., который находился в состоянии алкогольного опьянения и необоснованно требовал доплатить за работу на вахте, угрожал. Так как задолженности не было, опасаясь возвращения С., попросил П.О.В. позвать на помощь кого-нибудь. Через несколько минут подъехала машина, и когда он пошел открывать входную дверь, на него напал С.Д.А. и на улице нанес не менее 5 ударов кулаками по голове и спине. На шум выбежали его несовершеннолетние дочери, мать и П.О.В.. С С.Д.А. приехал его отец С.А.Л. Когда закончился конфликт, С. уехали. Дети и мать были напуганы. На следующий день около 10:00 в его доме в присутствии П.О.В. и ранее не знакомых ему ФИО4, ФИО3 и Н.А.В. обсуждался произошедший конфликт, при этом никто С. не угрожал, денег не требовал. Когда его мать К.К.М.. сказала, что обратится в полицию, С.Д.А. сообщил, что ему в этом случае отменят условное осуждение, и сам предложил выплатить в качестве компенсации <данные изъяты>. А также <данные изъяты>, которые ранее был ему должен. Так как он уезжал на вахту, предложил отдать деньги через присутствующих молодых людей. Однако право требовать денежные средства с С. он ФИО4, ФИО3, иным лицам не передавал и не просил об этом.

Свидетель К.К.М.. на судебном заседании пояснила, что вышла на шум на улице, увидела, что С.Д.А. наносит удары в область лица её сыну, дети кричат. Она оттащила С.Д.А., а П.О.В. разговаривал с С.А.Л. Внучки были сильно напуганы произошедшим. При разговоре между К., С., П.О.В. и молодыми людьми она не присутствовала, когда зашла в комнату и сказала, что вызвала полицию, С.А.Л. попросил не делать этого. Ей известно, что сын неоднократно давал С.Д.А. деньги в долг.

Несовершеннолетие К.М.О.. и К.М.О.. подтвердили, что зимой 2019 года С.Д.А. требовал у отца деньги, затем П.О.В. кому-то звонил. В тот же вечер на улице С.Д.А. бил их отца, они сильно испугались. Кроме того, ранее в их присутствии С.Д.А. брал у отца деньги в долг.

Свидетель П.О.В. на судебном заседании сообщил, что по просьбе К.О.В.. звонил ФИО2, чтобы тот поприсутствовал на случай возвращения С.Д.А. Через некоторое время вышел на улицу на крики, когда С.Д.А. боролся с К.О.В.. А когда он, Н.А.В., ФИО4 на такси под управлением М.А.Н. догнали С. в <адрес>, он удерживал автомобиль последних за спойлер, чтобы те не уехали, оторвал его и ручку на дверце. На следующий день в доме К. С. никто не угрожал, деньги не требовал. С. принесли извинения, а С.Д.А. сам предложил загладить вред в размере <данные изъяты>, чтобы К. не обращались в полицию с заявлением на него. К. согласился. Так как К. уезжал на вахту, попросил его получить деньги от С. для передачи. Он сам в середине февраля 2019 года выехал за пределы <адрес> на работу, поэтому доверил получить деньги у ФИО6 и ФИО3. От К. ему известно о долге С.Д.А. около <данные изъяты>. Летом мать передала ему <данные изъяты>, сообщив, что их принес молодой человек.

Аналогичные показания об обстоятельствах разговора с С. в <адрес> и в доме К., дал свидетель Н.А.В., который указал, что при передаче С. <данные изъяты> ФИО4 для К. присутствовал только он и М.А.Н.. В этот же день деньги были переданы П.О.В. лично. При конфликте ФИО3 и С.Д.А. у кафе «<данные изъяты>» его не было.

Свидетель П.В.Ю. сообщила, что зимой молодой человек передал ей <данные изъяты> для сына П.О.В., которому она указанную сумму отдала в июле, по возвращению его с вахты.

Свидетель П.Р.А., допрошенный на судебном заседании по ходатайству стороны защиты, пояснил, что в январе 2019 года с ФИО1 подъехал на автомобиле <данные изъяты> к кафе «<данные изъяты>», где С.Д.А. загнул зеркало бокового вида у его автомобиля, стал оскорблять ФИО3. Он и ФИО3 догнали С.Д.А. на автомобиле «<данные изъяты>» под управлением П. у перекрестка. С. снова начал оскорблять ФИО3. Он видел, как ФИО3 замахнулся. ФИО4, Е. при этом не было.

Таким образом, как сами подсудимые, так и свидетели К., П.О.В., Н.А.В. по-разному описывали, кого именно К. попросил получить деньги от С., в судебном заседании поддерживая выдвинутую подсудимыми версию событий.

Из показаний свидетеля Е.Е.А. на судебном заседании и в ходе предварительного расследования, оглашенных в порядке ч.3 ст.281 УПК РФ (л.д. 148-149 тома 1), следует, что в конце января 2019 года он находился с С.Д.А. в кафе «<данные изъяты>», когда того позвал молодой человек. С.Д.А. был напуган, сказал, что надо уходить. На улице С.Д.А. позвал молодой человек, как он узнал от последнего «<данные изъяты>». У автомобиля «<данные изъяты>» также находился еще один молодой человек, со слов С.Д.А. - ФИО4. «<данные изъяты>» несколько раз кулаком ударил С.Д.А., при этом спрашивал, когда будут деньги. Через некоторое время около перекрестка <адрес>, из которой вышел «<данные изъяты>» и нанёс С.Д.А. несколько ударов кулаком по лицу и потребовал отдать деньги. В тот же день С.Д.А. рассказал, что <данные изъяты> и ФИО4 у кафе требовали у него <данные изъяты> и <данные изъяты>, вымогают деньги также и у его отца, вывозили его в Усадьбу лесхоза, где угрожали пистолетом. Со слов С.Д.А. ему известно, что указанным лицам они отдали <данные изъяты>. Настаивал об отсутствии долговых обязательств перед К. у С.Д.А., с которым находится в дружеских отношениях.

Е.Е.А. после оглашения его показаний, данных в ходе предварительного расследования, подтвердил их достоверность, указывая на давность происходивших событий.

Свидетель М.А.Н. на судебном заседании и в ходе предварительного расследования( показания оглашены в части на основании ч.3 ст. 281 УПК РФ) ( л.д. 152-153, 154-156 тома 1) пояснил, что в конце января 2019 года, работая в такси, на автомобиле <данные изъяты> довозил П.О.В., ФИО2 и Н.А.В. до автомобиля <данные изъяты>, который они догнали в <адрес>. Он видел, как ФИО4 оторвал ручку и спойлер у указанного автомобиля. Из машины вышел мужчина, а ФИО4 сел на водительское место, после чего мужчина сел обратно в автомобиль вместе с Н.А.В.. Через несколько дней он встретил П.А.А. за рулем автомашины <данные изъяты>, серебристого цвета, и ФИО2 Он согласился на предложение последнего съездить в <адрес>, где у магазина к ним в машину сел С.А.Л. ФИО4 сразу стал спрашивать С., когда тот отдаст деньги. Они приехали к дому ФИО1, где ФИО4, ФИО3 и С.А.Л. на улице о чем-то разговаривали около 10 минут. После чего, высаживая С.А.Л. из автомобиля, ФИО4 спросил у него «Договорились?». Через некоторое время он вез ФИО4 и ФИО3, которые обсуждали указанный разговор с С., тогда ФИО4 сказал ФИО3, что он зря доставал пистолет, на что ФИО3 согласился. Об услышанном он рассказал П.А.А.

После оглашения изложенных выше показаний свидетель М.А.Н. заявил, что не видел, как ФИО4 отрывал спойлер и ручку, с протоколом следственного действия он не знакомился, подписал его, внимательно не читая, в остальной части оглашенные показания, данные им в ходе предварительного расследования, имеющие отношение к существу предъявленного подсудимым обвинения, подтвердил.

Свидетель П.А.А. на судебном заседании и в ходе предварительного расследования (л.д.158-160 тома 1) сообщил, что в январе 2019 года возил ФИО2 на автомобиле <данные изъяты>. По просьбе последнего в <адрес> у магазина они забрали С.А.Л. ФИО4 сразу стал спрашивать у С.А.Л., когда тот отдаст деньги, называя какие-то сроки возврата. В Усадьбе Лесхоза видел, что С.. ФИО4 и ФИО3 стояли рядом. Он слышал разговор о деньгах, и как ФИО3 на повышенных тонах спрашивал у С., какой срок ему дать. Во время поездки до Усадьбы лесхоза и обратно С.А.Л. был напряженный, у него дрожал голос. Позднее М.А.Н. рассказал о наличии пистолета во время общения ФИО3, ФИО4 с С..

Свидетель П.А.А. после оглашения его показаний, исследованных в суде по ходатайству государственного обвинителя на основании ч.3 ст.281 УПК РФ, подтвердил их достоверность. Пояснил, что возникновение противоречий между его показаниями на предварительном следствии и показаниями в суде связано с давностью событий января 2019 года.

Свидетель П.И.В. пояснил, что в январе 2019 года С.А.Л. занимал у него деньги в сумме <данные изъяты>.

В ходе осмотра места происшествия осмотрен автомобиль <данные изъяты>, серого цвета, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, принадлежащий С.О.Л., зафиксированы повреждения ручки дверки со стороны водителя, отсутствие спойлера, со слов участвующего при осмотре С.А.Л., ФИО4 оторвал спойлер, когда удерживал автомобиль, повредил ручку дверки, когда в <адрес> пытался открыть заблокированную изнутри дверь. Основание ручки дверки изъято, осмотрено, отдельным постановлением следователя признано вещественным доказательством и приобщено к материалам дела ( л.д. 65-70 тома 1, л.д.49-52,53 тома 2).

При обыске в жилище ФИО1 по адресу: <адрес>, обнаружен и изъят металлический пистолет (л.д.244-246 тома 1).

Согласно протоколу осмотра предметов изъятый пистолет марки <данные изъяты>, <данные изъяты> cal. 4.5MM, <данные изъяты><данные изъяты>, выполнен из металла, черного цвета. На затворе имеются мушка и целик, курок. На момент осмотра в рукоятке установлен магазин с металлическими шарикам, газовый баллон. Пистолет признан вещественным доказательством и приобщен к материалам дела (том 2 л.д. 49-52, 53).

Как следует из протокола предъявления предметов для опознания, потерпевший С.А.Л. уверенно опознал пистолет марки <данные изъяты>, как пистолет, который ему передал ФИО7, по размеру и общему виду, отсутствию выреза на затворе (л.д. 61-64 тома 1).

В ходе судебного заседания С.А.Л. подтвердил, что он пистолет опознал уверенно, поскольку, несмотря на стресс и ограниченное время, он разглядел и запомнил его индивидуальные особенности, и в момент демонстрации ФИО1 пистолета он воспринимал его как боевое оружие, при этом действия ФИО3 с ФИО4 носили согласованный характер. ФИО4 привез его в Усадьбу лесхоза, и последующие действия ФИО3 не вызвали удивления у ФИО4, последний видел происходящее и своим присутствием оказывал на него психологическое воздействие.

Согласно заключению эксперта изъятый в ходе обыска в жилище ФИО1 пистолет марки <данные изъяты>, <данные изъяты> является пневматическим, работающий на сжатом углекислом газе (СО2), пригоден для производства выстрелов металлическими шариками калибра 4,5 мм, к огнестрельному оружию не относится (л.д. 64-65 тома 2).

Заключение эксперта полное, научно мотивированное, исследование произведено компетентным специалистом и в соответствие с требованиями уголовно-процессуального законодательства, выводы эксперта противоречий не содержат.

Эксперт П.А.А. подтвердил выводы, изложенные в заключении. Уточнил, что предоставленный на исследование пневматический пистолет марки <данные изъяты> имеет внешнее сходство с боевым серийным пистолетом «<данные изъяты>» по форме, весу, размерам. Человек, не обладающий специальными познаниями, при внешнем осмотре предоставленного на экспертизу пистолета, может принять его за боевой пистолет (л.д. 66-68 тома 2).

Согласно детализации звонков, соединения абонентского номера +№ (С.А.Л.) с абонентским номером № (ФИО2) осуществлялись ДД.ММ.ГГГГ в 23:25; абонентского номера № (ФИО2) с абонентским номером № осуществлялись ДД.ММ.ГГГГ в 17:06 исходящий звонок, ДД.ММ.ГГГГ в 22:25 входящий звонок (л.д. 61-64 тома 1).

Анализируя исследованные в судебном заседании доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что виновность каждого из подсудимых в совершении инкриминируемого преступления доказана.

Ни в ходе расследования, ни в судебном заседании ФИО3 и ФИО4 не отрицали, что ДД.ММ.ГГГГ присутствовали в доме К. при обсуждении конфликта, произошедшего накануне между С. и К., ФИО3 - факта демонстрации им при разговоре пневматического пистолета С.О.Л., которого привез ФИО4, ФИО3 также не отрицал факт нанесения им ударов С.Д.А. в <адрес> около кафе «<данные изъяты>», ФИО4 - получение им денег в сумме <данные изъяты> от С. в д.<адрес>, однако их показания о мотивах таких действий, об отсутствии предварительной договоренности на вымогательство денежных средств у потерпевших являются противоречащим установленным обстоятельствам дела.

В то же время потерпевшие С.Д.А. и С.А.Л. на всех этапах уголовного судопроизводства подробно и последовательно излагали обстоятельства совершенного в отношении них преступления, в деталях описывали противоправные действия ФИО4 и ФИО3, указывая на совместный и согласованный характер их действий, направленных на вымогательство денежных средств в размере <данные изъяты> и <данные изъяты>, о примененном в отношении С.Д.А. насилии, угрозы применения насилия в отношении каждого из потерпевших, отсутствии долговых обязательств у С.Д.А. перед К., подтвердили свои показания, как в ходе очных ставок с подсудимыми, так и в судебном заседании.

Так потерпевшие настаивали, что в доме К. С. в присутствии ФИО4 сообщил потерпевшим, что в <адрес> всё решают он и ФИО4, потребовав передать именно им <данные изъяты> в течение месяца, подкрепляя требование угрозой применения насилия - вывезти потерпевших в лес, где те потеряются. После чего, с целью подкрепления угрозы с целью получения денежных средств потерпевших в будущем, ФИО3 на улице высказал С.Д.А.. угрозу избить, в случае, если деньги не будут переданы в установленный срок, а во дворе дома ФИО6 незаконно потребовал от С.А.Л. передать им еще <данные изъяты> под надуманным предлогом якобы за такси.

В сложившейся обстановке, с учетом характера и интенсивности действий подсудимых, высказанных каждому из потерпевших угроз, численное превосходство присутствующих в доме К. лиц, агрессивное поведение последних накануне указанных событий, потерпевшие реально воспринимали угрозы применения в отношении них насилия, опасного для жизни и здоровья, и опасались их осуществления.

В связи с чем, потерпевшие были вынуждены согласиться на требования подсудимых передать им <данные изъяты>.

Оснований сомневаться в достоверности показаний С.Д.А. и С.А.Л. у суда не имеется. Потерпевшие дали убедительные, последовательные, полные и непротиворечивые показания об обстоятельствах совершения в отношении них преступления. Каждый из них детально описал поведение ФИО4 и ФИО3, а также их действия во время совершения преступления.

Доводы свидетелей П.О.В., Н.А.В., К.О.С.. об обстоятельствах разговора с С. в доме К. и <адрес> в части отсутствия угроз со стороны подсудимых и добровольном волеизъявлении потерпевшего С.Д.А. выплатить К. <данные изъяты> за конфликт произошедший накануне и наличии долга размером <данные изъяты> С.Д.А. перед ним, а также П. об отсутствии ФИО4 и Е. у кафе «<данные изъяты>» при общении ФИО3 с С. обусловлено наличием между ними и подсудимыми дружеских отношений и, как следствие, желанием помочь им смягчить ответственность за совершенное преступление, а также свою роль в указанных событиях.

Учитывая наличие у П.О.В., Н.А.В., К. личной заинтересованности в благоприятном для подсудимых исходе дела, их утверждение о том, что С.Д.А. добровольно предложил выплатить К. <данные изъяты>, отсутствии угроз со стороны ФИО3 и ФИО4, суд отвергает как не соответствующие действительности.

В ходе очной ставки с К.О.С. П.О.В. потерпевшие С.А.Л., С.Д.А. настаивали на своих показаниях, указывая на незаконный характер требований денежных средств ФИО3 и ФИО4, с угрозой применения насилия, отрицая факт наличия долговых обязательств у С.Д.А. перед К. в размере <данные изъяты>, отсутствии иных обязательств перед К. (л.д.45-48, 112-115, 93-94, 140-141 тома 1)

Сообщенные потерпевшими сведения полностью согласуются с показаниями свидетеля Е., которому С.Д.А. рассказал о вымогательстве подсудимыми у него и его отца С.А.Л. денежных средств в сумме 10000 и <данные изъяты>.

Потерпевший С.Д.А. последовательно утверждал, что ФИО3 наносил ему удары, подкрепляя угрозы, ФИО4 при этом повторил незаконное требование предать им <данные изъяты> на следующий день, поскольку установленный ими недельный срок передачи <данные изъяты> истек, а ФИО3 потребовал отдать всю сумму.

При этом Е., также являясь очевидцем событий у кафе «<данные изъяты>», дал показания, аналогичные показаниям потерпевшего С.Д.А., указывая на применение ФИО3 насилия в отношении последнего с целью получения денежных средств и в присутствии второго молодого человека по фамилии ФИО4.

Характер телесных повреждений потерпевшего С.Д.А., описанных также и потерпевшим С.А.Л.,со всей очевидность указывают на примененное в отношении С.Д.А. насилие и согласуются с показаниями последнего и свидетеля Е. о способе и обстоятельствах причинения ему телесных повреждений.

Учитывая приведенные обстоятельства, а также тот факт, что показания потерпевших, не противоречащие установленным обстоятельствам дела, не только относятся к существу рассматриваемого уголовного дела, но и соответствуют требованиям уголовно-процессуального закона, суд признает их относимыми, допустимыми и достоверными, вследствие чего принимает их за основу, а показания подсудимых отвергает.

В частности, доводы подсудимого ФИО3 о том, что пистолетом около своего дома по <адрес> лесхоза он С.О.Л. не угрожал, передал его тому в руки посмотреть; а также версия подсудимых об отсутствии при этом согласованности действий подсудимых, являются надуманными.

О недостоверности показаний подсудимых в этой части свидетельствуют показания потерпевшего С.А.Л., а также потерпевшего С.Д.А., которому отец в тот же день рассказал, что ФИО4 привез его к ФИО3, где, угрожая пистолетом, оба подсудимых требовали деньги, а также показаниями свидетелей П.А.А. и М.А.Н., в присутствии которых ФИО4 позвал С.А.Л. сесть в машину, где спросил у потерпевшего, когда тот отдаст деньги, сказал отвезти их в Усадьбу лесхоза.

Более того, вопреки доводам стороны защиты, указанные лица подтвердили согласованный характер действий подсудимых, сообщив, что при разговоре как ФИО3, так и ФИО4 стояли рядом с С.А.Л., разговор был на повышенных тонах. А П.А.А., оставаясь в автомобиле, слышал обрывки разговора о сроках, которые надо дать потерпевшему, при этом описал состояние С.А.Л. во время поездки, как напряженное. Позднее М.А.Н. присутствовал при разговоре между подсудимыми, когда именно ФИО4 сказал ФИО3, что тот зря доставал пистолет.

При этом потерпевший С.А.Л. как в ходе предварительного расследования, так и в суде настаивал, что в момент демонстрации ФИО3 пистолета, сопровождавшейся его словами о том, что оружие «боевое», он действительно воспринимал пистолет как огнестрельное оружие. Угрожая пистолетом, ФИО3 вновь напомнил ему сроки передачи им с ФИО4 <данные изъяты>. Указанные действия ФИО3 не вызывали удивления у ФИО4, последний видел происходящее и своим присутствием оказывал психологическое воздействие на потерпевшего, после чего потребовал у С.А.Л. сесть обратно в автомобиль.

Потерпевший С.А.Л. уверенно опознал пистолет, которым ему угрожали, а эксперт П.А.А. подтвердил внешнее сходство указанного пневматического пистолета с боевым серийным пистолетом «<данные изъяты>».

В сложившейся обстановке, с учетом численного превосходства подсудимых, потерпевший реально воспринимал угрозы применения в отношении него насилия, опасного для жизни и здоровья, выразившиеся в демонстрации пистолета, и опасался их осуществления.

Таким образом, каждый из подсудимых осознавал, что они совместно совершают вымогательство денежных средств с угрозой применения насилия к С.Д.А. и А.Л., и применением насилия к С.Д.А.

У суда нет оснований сомневаться в достоверности показаний свидетелей М.А.Н., П.А.А., Е., потерпевших, поскольку они последовательны, полностью соотносятся друг с другом, взаимно дополняют друг друга и противоречий не содержат.

Оснований для оговора подсудимого со стороны свидетеля Е., который не знаком с ФИО3 и ФИО4, приятелей подсудимых - свидетелей М.А.Н. и П., потерпевших суд не усматривает, подобных оснований не приведено и стороной защиты.

То, что свидетель Е. не опознал подсудимых на судебном заседании, не ставит под сомнение изложенные им обстоятельства, поскольку свидетель указал, что визуально не помнит молодых людей, находившихся у кафе «<данные изъяты>», объясняя давностью событий.

Испугавшись примененного насилия в отношении С.Д.А., а так же угрозы применения насилия в отношении них двоих, потерпевшие решили передать деньги в сумме <данные изъяты> подсудимым, при этом заняв недостающую сумму у П.И.В., который на судебном заседании подтвердил данный факт.

Совокупность изложенных доказательств опровергают и показания подсудимых об отсутствии между ними предварительного сговора на вымогательство денежных средств потерпевших, а также о том, что насилие к потерпевшему С.Д.А. применялось ФИО3 из личной неприязни, как не нашедшие своего подтверждения.

Установленные фактические обстоятельства свидетельствуют о том, что подсудимые действовали совместно и согласованно, преследуя корыстную цель, использовали надуманный повод - конфликт, произошедший между К. и С., чтобы получить от потерпевших деньги посредством угроз о применении насилия и применения насилия в отношении С.Д.А., подкрепляющего эти угрозы, поскольку именно с этой целью ФИО3 в присутствии ФИО4 высказал угрозу применения насилия потерпевшим в доме К., затем во дворе дома С.Д.А.; после чего ФИО4 привез С.А.Л. к дому ФИО3, где ему вновь угрожали применением насилия, а затем С.Д.А. около кафе «<данные изъяты>» подвергся избиению.

При этом потерпевший С.Д.А. и С.А.Л. последовательно утверждали, что никаких обязательств перед К. у них не имелось, и не возникло в связи с произошедшим конфликтом, а тем более перед ФИО3 и ФИО4, последнего потерпевшие увидели впервые.

Потерпевшие утверждали, что ФИО3 и ФИО4 совместно незаконно требовали передать им деньги в сумме <данные изъяты> в течение месяца и <данные изъяты> - якобы траты ФИО4 на такси - в течение недели. При этом ни один из подсудимых не говорил о передаче им <данные изъяты> в счет долга перед К..

Из исследованных судом доказательств следует, что ни договорных, ни иных правовых оснований для возникновения обязательств у С.Д.А. и А.Л. перед ФИО3 и ФИО4, на что ссылается сторона защиты, не было.

Об отсутствии долговых обязательств у С.Д.А. перед К. в размере <данные изъяты> последовательно утверждал потерпевший С.Д.А., свидетель Е., с которым С.Д.А. находится в близких дружеских отношениях, потерпевший С.А.Л. также сообщил, что об указанном факте ему ничего не известно.

При этом в доме К. потерпевшие согласились с предъявленными необоснованными требованиями материального характера вынужденно, под угрозами применения в отношении них насилия.

Ссылка стороны защиты на показания свидетелей К.К.М.., несовершеннолетних К.М.О.. и М.О.. о том, что С.Д.А. занимал деньги у К., обстоятельства конфликта у дома К. и драки между С.Д.А. и К., наличие у потерпевшего С.Д.А. условного осуждения, а также факт передачи подсудимыми полученных от потерпевших <данные изъяты> матери П.О.В. - П. не свидетельствует об отсутствии вины подсудимых в вымогательстве денежных средств у потерпевших. Несовершеннолетние дети К., как и его мать не являлись очевидцами передачи денежных средств С. и не свидетельствуют о наличии у С.Д.А. долговых обязательств перед К.. К.К.М.. пояснила, что ей не известно, имеются ли у С.Д.А. долговые обязательства перед сыном.

Сам К. на судебном заседании настаивал, что право требовать деньги с потерпевших подсудимым он не передавал, лишь не возражал, если деньги ему С. передадут в добровольном порядке через кого-нибудь.

Кроме того, ФИО4 и ФИО3 близкими лицами К., его детям и матери не являются и законных оснований для требования денежной компенсации причинения моральных страданий для указанных людей не имеют, напротив, как установлено в судебном заседании, до инкриминируемых им событий они не были знакомы ни с К., ни с его семьей.

Таким образом, в отсутствие реальных оснований для возникновения у потерпевших денежного обязательства перед ФИО4 и ФИО3 доводы осужденных о мотивах своих действий, обусловленных якобы образовавшимися обязательствами у потерпевших перед К., суд расценивает как способ ухода от ответственности за совершенные действия и не усматривает оснований для квалификации их действий по ст. 330 УК РФ.

О наличии между подсудимыми предварительного сговора, направленного на вымогательство денежных средств С.Д.А. и С.А.Л., свидетельствуют характер, согласованность и последовательность их действий, детально описанные потерпевшими.

При таких обстоятельствах суд находит вину ФИО3 и ФИО4 доказанной, и квалифицирует действия каждого из них по пунктам «а», «в» части 2 статьи 163 Уголовного кодекса Российской Федерации - как вымогательство, то есть требование передачи чужого имущества, под угрозой применения насилия, совершенное группой лиц по предварительному сговору, с применением насилия.

За содеянное каждый из подсудимых подлежит уголовному наказанию, при назначении которого суд, руководствуясь требованиями ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ, учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, роль каждого из подсудимых в преступлении, данные об их личности, обстоятельства, смягчающие наказание, а также отягчающее у ФИО3, влияние назначенного наказания на исправление каждого осужденного и на условия жизни его семьи, его состояние здоровья.

Преступление, совершенное каждым из подсудимых, является умышленным, направлено против собственности и, исходя из ч.4 ст.15 УК РФ, относится к категории тяжких.

Подсудимые характеризуются следующим образом.

ФИО2 ранее судим (л.д. 37-38, 41-55, 56-60, 66-67, 68 тома 3). Решением Вельского районного суда Архангельской области от 25.10.2018 в отношении него установлен административный надзор, поскольку он был признан злостным нарушителем установленного порядка отбывания наказания, возложены административные ограничения в виде обязательной явки четыре раза в месяц в орган внутренних дел по месту жительства, пребывания или фактического нахождения для регистрации, запрещения пребывания вне жилого или иного помещения, являющегося местом жительства либо пребывания в период с 22 до 6 часов (л.д. 63-65 тома 3).

Начальником ОУУП и ДН ОМВД России по Шенкурскому району характеризуется как нуждающийся в контроле со стороны правоохранительных органов, к административной ответственности не привлекался (л.д. 71, 72, 73 тома 3). Из бытовой характеристики главы администрации МО «Шенкурский муниципальный район» следует, что к административной ответственности не привлекался, жалобы и заявления на него в администрацию не поступали (л.д. 80 тома 3). С ДД.ММ.ГГГГ зарегистрирован в ГКУ АО «ЦЗН Шенкурского района» в целях поиска подходящей работы. При взаимодействии со специалистами центра занятости активности не проявлял, пассивно реагировал на вопросы со стороны специалистов., отнесен к группе с низким потенциалом трудоустройства и мотивационным уровнем (л.д. 82 тома 3). На учете у врачей психиатра и психиатра-нарколога не состоит (л.д. 31 тома 3).

Жильцами <адрес> в <адрес> охарактеризован положительно, проживает со С.О.А., воспитывает её детей, в общении вежлив, нарушений тишины и покоя не допускал, спиртными напитками не злоупотребляет.

Свидетель С.О.А. показала, что состоит с ФИО2 в фактических брачных отношениях, он занимается воспитанием её двух малолетних детей, обеспечивает их материально, спиртными напитками не злоупотребляет.

Свидетель Ш.О.А. положительно охарактеризовала сына ФИО4, подтвердила наличие у него хронического заболевания.

ФИО1 ранее судим (л.д. 145-146, 162-168, 172 тома 2). Начальником ОУУП и ДН ОМВД России по Шенкурскому району характеризуется как агрессивный, конфликтный, нуждается в контроле со стороны правоохранительных органов, к административной ответственности не привлекался (л.д. 182 тома 2). Согласно бытовой характеристике главы администрации МО «Шенкурский муниципальный район» на заседаниях административной комиссии не рассматривался, жалобы и заявления на него в администрацию не поступали (л.д. 184 тома 2). На учете у врачей психиатра и психиатра-нарколога не состоит (л.д. 137 тома 2).

По месту отбывания наказания по предыдущему приговору ФКУ ИК-4 УФСИН России по Архангельской области, ФИО1 характеризуется отрицательно, неоднократно допускал нарушения установленного порядка отбывания наказания, имел 9 дисциплинарных взысканий, из которых три - водворение в ШИЗО, не поощрялся, состоял на профилактическом учете как склонный к нападению на представителей администрации и иных сотрудников правоохранительных органов (л.д. 171, 173-174 тома 2).

Свидетель С.А.М. указала о том, что брак с ФИО1 расторгнут по личным обстоятельствам, однако они состоят в фактических брачных отношениях. ФИО1 занимается воспитанием их общих детей, материально обеспечивает их, подрабатывает, алкоголем не злоупотребляет.

Сотрудники ОМВД России по Шенкурскому району участковый уполномоченный полиции С.П.А., начальник ОУУП и ДН Р.А.А. подтвердили представленные характеристики, указав, что они даны на основании личностей ФИО4 и ФИО3, с учетом их непогашенных и неснятых судимостей по предыдущим приговорам.

Г.Н.В. - инспектор по административному надзору ОМВД России по Шенкурскому району сообщила, что ФИО2 не допускал нарушений возложенных на него ограничений, пропусков обязательных явок в орган внутренних дел. С ним проводились профилактические беседы о недопустимости совершения преступлений и административных правонарушений.

Обстоятельствами, смягчающими наказание на основании ч.ч. 1 и 2 ст. 61 УК РФ суд признает и учитывает у каждого из подсудимых: наличие на иждивении малолетних детей, частичное признание своей вины на всех стадиях уголовного судопроизводства; наличие хронического заболевания.

Принимая во внимание неснятую и непогашенную судимость ФИО1 по приговору от 02.12.2015, суд признает в его действиях рецидив преступлений и учитывает его в качестве обстоятельства, отягчающего наказание, в соответствии с п. «а» ч.1 ст.63 УК РФ.

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимого ФИО2, не имеется.

С учетом всех обстоятельств уголовного дела в совокупности, характера и категории тяжести совершенного каждым из подсудимых преступления, которое имеет корыстную направленность и сопряжено с посягательством на чужую собственность, а также данных о личностях ФИО2, ранее судимого за совершение особо тяжкого преступления, и ФИО1, ранее судимого, наличие в его действиях отягчающего наказание обстоятельства, суд для достижения целей наказания, установленных ст. 43 УК РФ, восстановления социальной справедливости, исправления осужденных и предупреждения совершения ими новых преступлений, приходит к выводу о том, что исправление ФИО2 и ФИО1 возможно только в условиях изоляции от общества и считает необходимым назначить каждому из них реальное лишение свободы.

При наличии совокупности смягчающих наказание обстоятельств, суд считает возможным не назначать ФИО2 и ФИО1 дополнительное наказание в виде штрафа, ограничения свободы.

В связи с отсутствием каких-либо исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного подсудимыми преступления, суд не находит оснований для применения при назначении ФИО1 наказания - ч.3 ст.68 УК РФ, а также при назначении наказания каждому из подсудимых - ст.64 УК РФ, в соответствие со ст. 73 УК РФ - условного осуждения, а также для изменения категории преступления, на менее тяжкую, в соответствии с частью шестой статьи 15 УК РФ.

При назначении наказания ФИО1 суд применяет положения ч.ч. 1 и 2 ст.68 УК РФ, а также при определении размера наказания каждому из подсудимых учитывает ст. 67 УК РФ - степень фактического участия каждого из них в совершении группового преступления.

Местом отбывания наказания ФИО1 в соответствии с п. «в» ч.1 ст.58 УК РФ суд определяет исправительную колонию строгого режима, поскольку в соответствии с ч. 1 ст. 18 УК РФ его действия образуют рецидив преступлений.

Местом отбывания наказания ФИО2 в соответствии с п. "б" ч. 1 ст. 58 УК РФ, а также в силу разъяснений Пленума Верховного Суда РФ в п. 3 постановления от 29.05.2014 "О практике назначения и изменения судами видов исправительных учреждений", суд определяет исправительную колонию общего режима, поскольку он осужден к лишению свободы за тяжкое преступление, при этом ранее отбывал лишение свободы, при отсутствии рецидива преступлений.

Руководствуясь ст.97 и ст.110 УПК РФ, учитывая личность каждого подсудимого и обстоятельства совершения тяжкого преступления, в целях обеспечения исполнения приговора избранную подсудимым ФИО2 и ФИО1 меру пресечения - заключение под стражу - суд оставляет без изменения до вступления приговора в законную силу.

Время содержания под стражей засчитывается в срок лишения свободы ФИО2 в силу ст. 72 ч. 3.1 п. «б» УК РФ из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима; ФИО1 - в силу ч. 3.2 ст. 72 УК РФ из расчета один день за один день.

На основании ст.81 УПК РФ вещественное доказательство:

- -детализация соединений абонентского номера № за период с 01 по ДД.ММ.ГГГГ на 5 листах; детализация соединений абонентского номера № за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в электронном виде на 1 оптическом диске - подлежат хранению при уголовном деле в течение всего хранения последнего;

-пневматический пистолет <данные изъяты> - передать в распоряжение УМВД России по Архангельской области для принятия решения об уничтожении или реализации либо использовании в надлежащем порядке;

-основание дверной автомобильной ручки - подлежит уничтожению, как не представляющее ценности и не истребованное законным владельцем С.А.Л.

В соответствии с п.5 части 2 ст.131 УПК РФ денежные суммы, выплачиваемые адвокату за оказание юридической помощи в случае участия его в уголовном деле по назначению, относятся к процессуальным издержкам, и на основании ч.ч.1, 2 ст.132 УПК РФ подлежат взысканию с осужденного или возмещаются за счет средств федерального бюджета.

Расходы на оказание юридической помощи ФИО1 в ходе предварительного расследования и судебном заседании составили <данные изъяты> и <данные изъяты> адвокату Градобоеву А.П., участвующему по назначению следователя (л.д. 115, 249 тома 3).

Расходы на оказание юридической помощи ФИО2 адвокатом Мылюевым А.А., участвующему по назначению следователя, в ходе предварительного расследования и судебном заседании составили <данные изъяты> и <данные изъяты>, а также связанные с явкой его на следственные действия и в суд <данные изъяты>, <данные изъяты> (л.д. 117, 119, 245, 246 тома 3).

Суммы выплаченных вознаграждений адвокатам на предварительном следствии и за участие в судебном заседании за оказание юридической помощи подсудимым, а также связанные с явкой защитника Мылюева по назначению в судебное заседание и на следственные действия, суд признает процессуальными издержками.

Как установлено в судебном заседании, ФИО3 и Шестаков имеют молодой возраст, являются трудоспособными, оснований для освобождения их от уплаты процессуальных издержек не имеется, от услуг защитника они не отказывались, процессуальные издержки подлежат взысканию с осужденных ФИО1 в размере <данные изъяты> и ФИО2 - <данные изъяты> в доходную часть федерального бюджета в полном объеме.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 307-309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного пунктами «а», «в» части 2 статьи 163 Уголовного кодекса Российской Федерации, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 3 (Три) года с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения ФИО1 в виде заключения под стражу до вступления приговора в законную силу оставить без изменения.

Срок отбытия наказания ФИО1 следует исчислять со дня вступления приговора в законную силу с зачетом в срок лишения свободы:

- времени содержания его под стражей по данному делу с15 апреля 2019 года по день вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

ФИО2 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного пунктами «а», «в» части 2 статьи 163 Уголовного кодекса Российской Федерации, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 2 (Два) года 10 (Десять) месяцев с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

Меру пресечения ФИО2 в виде заключения под стражу до вступления приговора в законную силу оставить без изменения.

Срок отбытия наказания ФИО2 следует исчислять со дня вступления приговора в законную силу с зачетом в срок лишения свободы:

- времени содержания его под стражей по данному делу с 17 апреля 2019 года по день вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания в исправительной колонии общего режима.

Вещественные доказательства:

- -детализацию соединений абонентского номера № за период с 01по ДД.ММ.ГГГГ на 5 листах; детализацию соединений абонентского номера № за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в электронном виде на 1 оптическом диске - хранить при уголовном деле в течение всего хранения последнего;

-пневматический пистолет <данные изъяты> - передать в распоряжение УМВД России по Архангельской области для принятия решения об уничтожении или реализации либо использовании в надлежащем порядке;

-основание дверной автомобильной ручки - уничтожить.

Взыскать с ФИО1 в федеральный бюджет процессуальные издержки в сумме 9180 рублей 00 копеек.

Взыскать с ФИО2 в федеральный бюджет процессуальные издержки в сумме 11467 рублей 50 копеек.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Архангельском областном суде через Виноградовский районный суд Архангельской области в течение десяти суток со дня провозглашения, а осужденным, находящимся под стражей, в тот же срок со дня получения им копии приговора.

Председательствующий Позднякова М.И.