Приговор № 1-84/2017 от 5 октября 2017 г. по делу № 1-84/2017

Дело № 1-84/2017


П Р И Г О В О Р именем Российской Федерации

пос.Березник 06 октября 2017 года

Виноградовский районный суд Архангельской области в составе

председательствующего судьи Поздняковой М.И.,

при секретаре Дубининой С.А., Поповой А.С.,

с участием государственного обвинителя - помощника прокурора Виноградовского района Архангельской области Ворсина Д.В.,

потерпевшей С.Л.П.,

подсудимого ФИО1, его защитника - адвоката Волыхина Е.А., представившего удостоверение № и ордер № от ДД.ММ.ГГГГ,

подсудимого ФИО2, его защитника - адвоката Мылюева А.А., представившего удостоверение № и ордер № от ДД.ММ.ГГГГ,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении

ФИО2, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданина <данные изъяты>, <данные изъяты>, проживающего по адресу регистрации в <адрес>, не судимого, мера пресечения в виде заключения под стражу,

содержащегося под стражей по данному делу с 25 мая 2017 года,

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных частью 2 статьи 162, части 1 статьи 158 УК РФ,

ФИО1, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданина <данные изъяты>, в браке не состоящего, детей на иждивении не имеющего, с основным общим образованием, не работающего, зарегистрированного по адресу: <адрес>, проживающего в <адрес>, ранее судимого:

1. 29.08.2012 года Няндомским районным судом Архангельской области по ч.1 ст. 161, ст. 73 УК РФ, к лишению свободы на срок 1 год 2 месяца, условно с испытательным сроком на 1 год 6 месяцев, постановлением Северодвинского городского суда Архангельской области от 19.12.2013 года условное осуждение отменено, направлен для отбывания наказания в колонию-поселение на срок 1 год 2 месяца;

2. 14.03.2014 года Северодвинским городским судом Архангельской области по ч.3 ст. 30 п. «г» ч.2 ст. 161 УК РФ к лишению свободы на срок 1 год 8 месяцев, на основании ст. 70 УК РФ присоединено наказание по приговору от 29.08.2012 года, окончательно назначено наказание в виде лишения свободы на срок 2 года; освобожден по отбытию наказания 15.01.2016 года;

Мера пресечения в виде заключения под стражу, под стражей по данному делу с 25 мая 2017 года;

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного частью 2 статьи 162 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО2 виновен в совершении разбоя и кражи, ФИО1 виновен в совершении разбоя при следующих обстоятельствах:

ФИО1 и ФИО2 в период с 23 часов 00 минут 24 мая 2017 года до 01 часа 30 минут 25 мая 2017 года, находясь в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, предварительно договорившись о совместном хищении денежных средств у С.Л.П., действуя с этой целью умышленно, согласованно, из корыстных побуждений, реализуя совместный умысел, зашли в <адрес>, где ФИО1 незаконно потребовал от С.Л.П. передачи денежных средств, получив отказ, с целью подавления воли потерпевшей к сопротивлению, и в присутствии ФИО2 взял нож, используя его в качестве оружия, направляя лезвие ножа на С.Л.П., высказал в отношении последней угрозу убийством и потребовал деньги. ФИО2, продолжив свое участие в преступлении, воспользовавшись нападением на потерпевшую, также потребовал от С.Л.П. передать деньги. Угрозы применения насилия, опасного для жизни, в сложившейся обстановке потерпевшая воспринимала как реально осуществимые, передала напавшим на неё ФИО1 и ФИО2 денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей, которые те открыто похитили.

В продолжение единого, совместного преступного умысла, направленного на хищение принадлежащих потерпевшей денежных средств, ФИО2 и ФИО1 вновь потребовали денежные у С.Л.П., заставили позвонить племяннице и попросить привезти деньги в сумме <данные изъяты> рублей за якобы проведенный ими ремонт дома С.Л.П.. ФИО1 и ФИО2 вновь высказали в отношении С.Л.П. угрозу убийством. После чего ФИО2, выходя за рамки договоренности с ФИО1 на хищение денежных средств, открыто похитил со стола комнаты принадлежащий С.Л.П. мобильный телефон марки «<данные изъяты>» стоимостью <данные изъяты> рублей, распорядившись им по своему усмотрению.

ФИО2 в период с 23 часов 20 минут до 24 часов 00 минут 24 мая 2017 года, находясь в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, в <адрес>, с целью хищения чужого имущества, действуя умышленно, из корыстных побуждений, тайно похитил принадлежащую С.Л.П. икону с изображением лика святых стоимостью <данные изъяты> рублей. С похищенным скрылся, распорядился им по своему усмотрению, причинив потерпевшей материальный ущерб в размере <данные изъяты> рублей.

№
">По факту разбойного нападения:

На судебном заседании ФИО1 вину в совершении преступления признал частично, от дачи показаний отказался, воспользовавшись правом, предусмотренным ст.51 Конституции РФ.

На основании п. 3 ч.1 ст. 276 УПК РФ исследованы показания, данные ФИО1 на стадии предварительного расследования.

Из показаний ФИО1, данных им в качестве подозреваемого и обвиняемого в ходе предварительного расследования, следует, что в ходе совместного распития спиртных напитков с ФИО2, последний рассказал о проживающей рядом одинокой пожилой женщине, которая недавно продала квартиру. По причине отсутствия денег на спиртное, он согласился на предложение ФИО2 похитить деньги у этой женщины, как ему позднее стало известно - С.Л.П. 24 мая 2017 года около 23:00, согласно предварительной договоренности, он один зашел к потерпевшей в дом, потребовал деньги. С.Л.П. отказалась, услышала за дверью шум, вышла и увидела ФИО2. ФИО2 прошел в дом, также потребовал у С.Л.П. деньги, при этом настаивал, что деньги у неё есть. Получив отказ, он взял с тумбочки у входа нож с зеленой рукояткой. С целью напугать, приближал нож к потерпевшей, демонстративно перекидывал его из руки в руку, требуя деньги, говорил, что не местный и терять ему нечего, высказал угрозу её убить. С.Л.П. отдала кожаный кошелек, где находились 400 рублей, которые он забрал. Потерпевшая вышла из дома и спряталась в сарае. ФИО2 попросил подольше заводить С.Л.П. обратно в дом, так как хотел похитить из дома икону. Вернувшись, он заметил, что в углу комнаты отсутствует икона. Он и ФИО2 вновь потребовали у потерпевшей деньги в сумме <данные изъяты> рублей. Поскольку все деньги со слов С.Л.П. находились у племянницы, по их требованию она позвонила последней. Племяннице С.Л.П. он сказал, что необходимо оплатить <данные изъяты> рублей за якобы сделанный ими ремонт дома. Получив обещание привезти указанную сумму, они покинули дом. Уходя, ФИО2 открыто забрал со стола мобильный телефон С.Л.П.. Куда ФИО2 дел телефон, ему не известно. На хищение имущества потерпевшей они не договаривались. По дороге ФИО2 сказал, что пока оставил икону на веранде у дома С.Л.П.. Утром 25 мая 2017 года они рассказали Ф.С.Н. о произошедшем (л.д. 130-131, 158-161, 170-173 тома 1, 106-109 тома 2).

В ходе проверки показаний на месте ФИО1 аналогичным образом в деталях воспроизвел произошедшие события, уверенно продемонстрировал, каким образом держал в руке нож, угрожая им потерпевшей, указав месторасположение С.Л.П. недалеко от него, а ФИО2 у двери, что свидетельствует о непосредственном участии его и ФИО2 в преступлении (том 1 л.д. 139-151)

25 мая 2017 года ФИО1 обратился с явкой с повинной, в которой сообщил, что в ночь с 24 на 25 мая 2017 года согласился на предложение ФИО2 забрать деньги у С.Л.П.. Находясь в доме, применил нож, угрожал им потерпевшей, требуя деньги. С.Л.П. передала ему и Еськову кошелек с 4 купюрами по <данные изъяты> рублей. По их требованию потерпевшая позвонила племяннице, попросила привезти <данные изъяты> рублей за якобы сделанный ими ремонт её дома. Уходя из дома потерпевшей, ФИО2 забрал со стола мобильный телефон потерпевшей (том 1 л.д. 124-125).

На судебном заседании подсудимый ФИО1 частично подтвердил достоверность вышеизложенных показаний, заявив об отсутствии договоренности с ФИО2 на хищение денежных средств потерпевшей.

Подсудимый ФИО2 в ходе судебного заседания свою вину не признал, не отрицая факт хищения совместно с ФИО1 денежных средств и лично им мобильного телефона потерпевшей, указал об отсутствии предварительной договоренности с ФИО1 на хищение денег. Пояснил, что направляясь в дом к потерпевшей, договаривались деньги взять в долг. На С.Л.П. он не нападал, угрозы не высказывал, нож не применял. ФИО1 с ножом в руках близко к потерпевшей не подходил, нож к горлу не приставлял.

В связи с наличием существенных противоречий по ходатайству государственного обвинителя на основании п.1 ч.1 ст.276 УПК РФ судом были исследованы показания, данные ФИО2 на стадии предварительного следствия, в которых он сообщал, что 24 мая 2017 года в ходе распития спиртного ФИО1 согласился на его предложение похитить деньги у С.Л.П., которая недавно продала квартиру, и приобрести алкоголь. Реализуя предварительную договоренность, ФИО1 зашел в дом потерпевшей, а он остался ждать на веранде, чтобы потерпевшая его не узнала и предупредить о появлении посторонних лиц. После обнаружения его С.Л.П., он зашел в дом вместе с ней. Он и ФИО1 стали требовать деньги от потерпевшей. Получив отказ, он сказал, что деньги у С.Л.П. есть, потребовал их передать. ФИО1 взял со стола, расположенного справа от входа, кухонный нож с пластиковой ручкой зеленого цвета, начал им размахивать, приставил лезвие к горлу С.Л.П., угрожая убить, требовал деньги. С.Л.П. испугалась, передала им кошелек с деньгами в сумме <данные изъяты> рублей. Когда ФИО1 привел С.Л.П. обратно в дом, они снова потребовали у неё деньги, заставили звонить племяннице и попросить привезти деньги в сумме <данные изъяты> рублей. Поверив, что денег в доме нет, он забрал со стола мобильный телефон <данные изъяты>, принадлежавший потерпевшей, и они с ФИО1 покинули дом. На хищение вещей из дома С.Л.П. он и ФИО1 не договаривались (л.д. 218-220, 241-243 тома 1)

Объяснить суду причину изменения своих первоначальных показаний ФИО2 не смог. Заявил, что с протоколами допросов он не знакомился, подписал их, не читая, поскольку рассчитывал на иную квалификацию своих действий, а произошедшие события наиболее точно изложил в суде.

При проверке показаний на месте ФИО2 уверенно и точно указал дом, в котором происходили описанные им события, сообщил о своих действиях и действиях ФИО1. Пояснил, что ФИО1 с ножом в руках и С.Л.П. стояли у входных дверей. Подтвердил факт хищения им мобильного телефона (том 1 л.д. 229-239).

В ходе очной ставки ФИО1 и ФИО2 утверждали о наличии договоренности между ними об открытом хищении денег у С.Л.П. и о распределении ролей с этой целью. ФИО2 подтвердил, что телефон похитил именно он, чтобы потерпевшая не могла позвонить, позднее его потерял (том 1 л.д. 152-157).

Из исследованных протоколов допросов ФИО1 ФИО2 следует, что им неоднократно разъяснялись процессуальные права, предусмотренные ст. 46 УПК РФ, в том числе и право, предусмотренное ст.51 Конституции РФ, свои показания они давали в присутствии защитников, а достоверность изложенных в протоколах сведений заверена как подписями последних, так и самими подсудимыми. Они предупреждались, что данные им показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу, даже в случае последующего отказа от них, однако заявлений о незаконных методах расследования и вынужденном характере своих показаний не делали.

Очная ставка проведена в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, с участием защитников. Ни в ходе, ни по окончании допросов подсудимые не делали замечаний к правильности записанных с их слов показаний, заверили протоколы своими подписями.

При таких обстоятельствах показания подсудимых, данные ими в ходе расследования, суд признает не только относимыми, но и допустимыми доказательствами и оценивает их в совокупности с другими доказательствами по делу.

Несмотря на занятую подсудимыми позицию, их вина в полном объеме подтверждается совокупностью представленных стороной обвинения доказательств, исследованных и проверенных судом.

Так, потерпевшая С.Л.П., показания которой были оглашены на судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя на основании ч.3 ст. 281 УПК РФ, в ходе предварительного расследования показала, что в ночь с 24 на 25 мая 2017 года в дом зашел ранее незнакомый ей ФИО1 и потребовал деньги. Она услышала шум в коридоре, увидела ФИО2. Когда ФИО2 зашел в комнату, ФИО1 стоял около дверей и держал в руках нож с пластиковой ручкой зеленого цвета, потребовал отдать деньги. ФИО2 также потребовали передать им деньги. Она сказала, что денег нет. ФИО2 вновь потребовал отдать деньги от продажи квартиры по-хорошему. Она отказалась, сообщив, что такой суммы у неё нет. Тогда ФИО1, угрожая ножом, потребовал отдать <данные изъяты> рублей, высказал в её адрес угрозу убийством, поскольку он не местный и терять ему нечего. Она испугалась, отдала ФИО1 кошелек с деньгами в сумме <данные изъяты> рублей. После чего она смогла убежать из дома, спряталась в бане. Однако ФИО1 её нашел, вернул в дом. ФИО1 продолжал угрожать ей ножом, ФИО2 потребовал отдать деньги, так как знает, что она продала квартиру. Она был напугана применением в отношении неё ножа, восприняв в сложившейся обстановке высказанную угрозу убийством реально. По требованию ФИО1 и ФИО2 позвонила племяннице Б.Е.В., у которой находились деньги от продажи её квартиры. В ходе разговора та пообещала привезти деньги за якобы произведенный подсудимыми ремонт дома. После чего ФИО2 забрал со стола её мобильный телефон, и подсудимые ушли. Похищенный мобильный телефон марки «<данные изъяты>» она оценивает в <данные изъяты> рублей (л.д. 118-121 тома 1).

На судебном заседании потерпевшая С.Л.П. пояснила, что ФИО2 деньги у неё не требовал, а только говорил, что ему известно о наличии у неё денег от продажи квартиры. Когда она увидела в руках ФИО1 нож, лезвие которого он направлял на неё, приставлял к горлу, сильно испугалась за свою жизнь, а высказанные угрозы убийством восприняла реально. ФИО1 и ФИО2, по ее мнению, в состоянии опьянения не находились. Подтвердила, что опознает ФИО1 как человека, напавшего на неё вместе с ФИО2, поскольку, несмотря на ограниченное время, она разглядела и запомнила его индивидуальные особенности.

Уточнила, что возникновение противоречий между её показаниями на предварительном следствии и показаниями в суде связано с давностью событий. В настоящее время в силу пожилого возраста и перенесенного стресса она путает и не точно помнит события, происходящие в мае 2017 года.

Показания потерпевшей в ходе предварительного расследования, которые она давала спустя непродолжительное время после произошедших событий, получены в соответствии с уголовно-процессуальным законом, с разъяснением ей процессуальных прав и обязанностей, в том числе об использовании её показаний в качестве доказательств по делу, протокол допроса прочитан потерпевшей замечаний к протоколу допроса она не высказала, о чем ею сделаны надписи собственноручно и удостоверены её подписями. Как пояснила потерпевшая на судебном заседании, со стороны следователя на неё какого-либо давления не оказывалось. Потерпевшая подробно и последовательно излагала обстоятельства совершенного в отношении неё преступления, в деталях описывал противоправные действия как ФИО1, так и ФИО2.

Учитывая приведенные обстоятельства, а также тот факт, что показания потерпевшей в ходе предварительного следствия не только относятся к существу рассматриваемого уголовного дела, но и соответствуют требованиям уголовно-процессуального закона, суд признает их относимыми, допустимыми и достоверными, вследствие чего принимает их за основу.

Согласно протоколу принятия устного заявления о преступлении, С.Л.П. просит привлечь к уголовной ответственности ФИО2 и незнакомого ей молодого человека, которые напали на неё в ночь с 24 на 25 мая 2017 года в её доме, при этом незнакомый молодой человек, применяя нож, угрожал её убить, и открыто похитили деньги в сумме <данные изъяты> рублей, икону, сотовый телефон «<данные изъяты>» (л.д. 10-11 тома 1).

Характер действий подсудимых, мотивы и цели преступления, способ его совершения, подтверждены и другими исследованными в судебном заседании доказательствами.

Кроме того, в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя с согласия сторон на основании ч.1 ст.281 УПК РФ были исследованы показания свидетелей Ф.С.Н., Б.Е.В.

Свидетель Ф.С.Н. сообщил, что 24 мая 2017 года распивал спиртные напитки с ФИО2 и ФИО1 Около 22:00 он уснул. Утром от ФИО1 или ФИО2 узнал, что ночью, угрожая ножом, они похитили у С.Л.П. деньги в сумме <данные изъяты> рублей, забрав их из кошелька, а также требовали у неё <данные изъяты> рублей, так как ФИО2 известно о продаже ею квартиры в <адрес>. После чего обманули по телефону племянницу С.Л.П. о том, что ремонтировали дом последней, за работу она обещала привезти деньги в сумме <данные изъяты> рублей (л.д. 113-114 тома 1).

Свидетель Б.Е.В. подтвердила, что 24 мая 2017 года в 23:55 ей позвонила тетя С.Л.П., попросила привезти <данные изъяты> рублей. Трубку взял молодой человек, судя по голосу, последний находился в состоянии опьянения, сказал, что деньги нужны за ремонт дома. Пообещав привезти деньги в сумме <данные изъяты> рублей и передать их только после проверки выполненных работ, услышала в трубке разговор двух мужчин о том, чтобы она не поняла, что дом не ремонтировался. Перезвонив С.Л.П., та подтвердила, что у неё все хорошо, и они собираются уходить. 26 мая 2017 года от С.Л.П. ей стало известно, что в тот день к ней приходил ФИО2 и незнакомый молодой человек, которые, угрожая ножом, похитили у неё <данные изъяты> рублей и мобильный телефон, а также икону (л.д. 111-112 тома 1).

В ходе осмотра места происшествия зафиксирована обстановка в <адрес>, изъят кошелек коричневого цвета, который осмотрен, признан вещественным доказательством и приобщен к материалам уголовного дела. Обстановка на месте происшествия зафиксирована также в Приложениях к протоколу осмотра места происшествия - в фототаблице. (л.д. 14-21, 26-28, 29 тома 1)

Анализируя исследованные на судебном заседании доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что вина подсудимых нашла подтверждение в полном объеме.

Ни в ходе расследования, ни в судебном заседании ФИО1 и ФИО2 не отрицали, что после 23:00 24 мая 2017 года находились в доме С.Л.П., где открыто похитили у потерпевшей <данные изъяты> рублей, а ФИО2 и мобильный телефон, в также не оспаривали применение ФИО1 ножа в отношении потерпевшей. Однако их показания о мотивах таких действий, об отсутствии предварительной договоренности на хищение денег потерпевшей и последующего нападения на неё с целью хищения являются противоречивыми.

ФИО2 по-разному описывал причину и характер своих действий, роль в преступлении, вместе с тем, на всех этапах уголовного судопроизводства признавал факт использования ФИО1 ножа и высказанных угроз убийством, чтобы завладеть деньгами, принадлежащими потерпевшей, и его осведомленность об этом.

Сведения, изложенные ФИО1 в его явке с повинной и в ходе предварительного расследования, ФИО2 при допросе в качестве подозреваемого и обвиняемого, очных ставок, а также при проверке их показаний на месте в части, не противоречащей установленным фактическим обстоятельствам дела, суд признает достоверными и принимает за основу приговора, отвергая показания подсудимых об отсутствии у них предварительного сговора и корыстного мотива, а также утверждения стороны защиты о том, что ФИО2 в нападении участия не принимал.

Об их объективности свидетельствует и то, что они в целом согласуются между собой и с исследованными в судебном заседании доказательствами: показаниями потерпевшей, свидетелей обвинения: Ф.С.Н. о том, что подсудимые рассказали ему о совершении ими нападения на С.Л.П., хищении денег и примененном для этого ноже; Б.Е.В.; протоколами следственных действий.

О наличии у подсудимых корыстного умысла, направленного на неправомерное завладение деньгами потерпевшей путем разбойного нападения, свидетельствуют характер и последовательность их действий, описанные самими подсудимыми и потерпевшей.

Вопреки занятой в судебном заседании позиции, в ходе первоначальных допросов, в ходе проведения очных ставок между собой подсудимые указывали о наличии предварительного сговора между ними на хищение денег С.Л.П.. При этом в ходе очной ставки им была предоставлена возможность задавать вопросы друг другу, однако они не оспаривали и инициатора договоренности.

При этом ФИО2 не отрицал, что при применении ножа ФИО1 и высказанных тем угроз применения насилия, опасного для жизни потерпевшей, продолжил свое участие в преступлении, преследуя цель завладения денежными средствами, высказал С.Л.П. требования передать им с ФИО1 деньги.

Указанные подсудимыми в ходе предварительного расследования показания в целом соответствуют характеру их действий, описанных С.Л.П., указавшей об активном участии ФИО2 в преступлении и высказывании им требований о передаче денег, в том числе и при нападении на неё с ножом ФИО1.

С учетом изложенного, суд отвергает доводы подсудимых о самооговоре в результате неточного изложения их показаний следователем, поскольку подтверждения они не нашли.

Потерпевшая С.Л.П. показала, что угрозы применения насилия, опасного для жизни, выразившиеся в направленном на неё в непосредственной близости ноже и высказанную угрозу убийством, она в сложившейся обстановке воспринимала реально.

Потерпевшая о совершенном в отношении нее разбойном нападении сразу сообщила Б.Е.В., которая рассказала об известных ей обстоятельствах дела.

О наличии у подсудимых предварительного сговора и единого умысла на хищение денег потерпевшей, и последующего нападения на неё свидетельствуют согласованность действий каждого из соучастников, детально описанных подсудимыми и потерпевшим в своих показаниях, быстрота их действий, четкое распределение ролей между ними при совершении преступления.

Как установлено судом, ФИО1 и ФИО2 предварительно договорились на хищение денег у С.Л.П.. Находясь в доме потерпевшей, ФИО1 потребовал передать им деньги, получив отказ, действуя в присутствии ФИО2, с целью завладения денежными средствами потерпевшей, подавления воли и предупреждения оказания возможного сопротивления, применил нож, пригодный для нанесения ранений, используя его в качестве оружия, направлял его лезвие на потерпевшую, находясь в непосредственной близости от неё, высказал угрозу убийством, создав реальную угрозу применения насилия, опасного для жизни; потребовал деньги. При этом ФИО2, преследуя цель завладения денежными средствами, продолжил свое участие в преступлении, воспользовался нападением ФИО1 с применением ножа, предъявил С.Л.П. требование о передаче денег. В сложившейся обстановке, с учетом характера и интенсивности действий подсудимых потерпевшая реально воспринимала угрозу применением насилия, опасного для жизни и здоровья, и опасалась их осуществления.

Таким образом, согласно разъяснениям постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.12.2002 N 29 (ред. от 16.05.2017) "О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое", ФИО2 и ФИО1 несут уголовную ответственность за разбой группой лиц по предварительному сговору с квалифицирующим признаком «применение предмета, используемого в качестве оружия», который также нашел свое подтверждение.

При совершении преступления применялся предмет, используемый в качестве оружия,- нож, и каждый из нападавших понимал это.

Напав на потерпевшую, ФИО2 и ФИО1 открыто похитили у потерпевшей <данные изъяты> рублей, а ФИО2, выйдя за пределы предварительной договоренности, открыто похитил принадлежащий С.Л.П. мобильный телефон марки <данные изъяты>, стоимостью <данные изъяты> рублей.

Стоимость похищенного телефона на судебном заседании стороной защиты не оспаривается.

Суд квалифицирует действия каждого из подсудимых: ФИО2 и ФИО1 по ч.2 ст.162 УК РФ, как разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, совершенный с угрозой применением насилия, опасного для жизни, группой лиц по предварительному сговору, с применением предмета, используемого в качестве оружия.

С учетом установленных в судебном заседании фактических обстоятельств дела государственный обвинитель в порядке ч.8 ст.246 УПК РФ изменил предъявленное ФИО1 обвинение, обоснованно исключил указание на хищение им мобильного телефона «<данные изъяты>».

№">По факту кражи.

На судебном заседании подсудимый ФИО2 вину в совершении кражи иконы не признал. Показал, что икону, принадлежащую потерпевшей, не похищал. Находясь в комнате, ждал, пока ФИО1 найдет потерпевшую и приведет её в дом, снял со стены икону, чтобы лучше рассмотреть изображение святых. С этой же целью вынес её на улицу. Увидев ФИО1 и потерпевшую, оставил икону в пристройке к дому. Ценности для него икона не представляла.

Несмотря на занятую подсудимым позицию, его вина в полном объеме подтверждается совокупностью представленных стороной обвинения доказательств, исследованных и проверенных судом.

По ходатайству стороны обвинения на основании п.1 ч.1 ст. 276 УПК РФ судом исследованы показания ФИО2, данные ими в ходе предварительного следствия.

Допрошенный в качестве подозреваемого и обвиняемого ФИО2 пояснил, что находясь в доме С.Л.П., решил похитить икону, которая находилась в углу кухни. Когда потерпевшая передала им кошелек с деньгами и выбежала на улицу, спряталась в сарае, он попросил ФИО1 вести потерпевшую в дом подольше, так как ему необходимо время для кражи иконы. Он забежал в дом, снял икону со стены, положил её на веранду или около неё на улицу. Уходя из дома С.Л.П., икону оставил, чтобы её потом забрать (л.д. 218-220, 240-243 тома 1).

Протоколом проверки показаний на месте зафиксировано, что ФИО2 не помнит, чтобы чем-то просил ФИО1 (л.д. 229-240 тома 1).

В ходе судебного заседания подсудимый заявил, что протоколы допросов подписал, не читая, а произошедшие события наиболее точно изложил в суде.

Потерпевшая С.Л.П. как на судебном заседании, так и в ходе предварительного расследования одинаково последовательно показала, что после совершенного на неё нападения ФИО1 и ФИО2 и их ухода обнаружила пропажу принадлежащей ей иконы, которая стояла в углу комнаты. Икона размерами 45см на 45 см в деревянном окладе под стеклом с изображением 12 святых апостолов. Стоимость иконы <данные изъяты> рублей. Похищенную икону ей вернули сотрудники полиции (л.д. 118-121 тома 1).

Обращаясь с устным заявлением о преступлении, С.Л.П. указала, что ФИО2 и незнакомый ей молодой человек, в ночь с 24 на 25 мая 2017 года похитили из её дома принадлежащую ей икону (л.д. 10-11 тома 1).

Из изложенных выше показаний ФИО1, данных им в ходе предварительного расследования, его явки с повинной и проверки показаний на месте следует, что ФИО2 действительно просил его вести С.Л.П. в дом медленно, чтобы тот успел похитить икону. Вернувшись в дом с потерпевшей, он заметил, что в углу комнаты отсутствует икона. Позднее на его вопрос ФИО2 сообщил, что оставил икону пока у дома С.Л.П. (л.д. 124-125, 130-131, 139-151 тома 1, л.д. 106-109 тома 2).

В ходе очной ставки ФИО1 утверждал, что ФИО2 сообщал ему о намерении похитить икону, для этого просил его вести С.Л.П. в дом помедленнее. ФИО2 подтвердил, что икону из дома похитил именно он и спрятал её возле дома (том 1 л.д. 152-157).

Согласно показаниям свидетеля Ф.С.Н., утром 25 мая 2017 года ФИО2 ему рассказал, что из дома С.Л.П. похитил старинную икону, которую спрятал на улице возле её дома, и планирует продать её (л.д. 113-114 тома 1).

Свидетель Б.Е.В. подтвердила, что со слов С.Л.П. ей известно о том, что в день нападения на неё, ФИО2 и ранее незнакомый молодой человек похитили у неё из дома икону (л.д. 111-112 тома 1).

Протоколом осмотра места происшествия зафиксирована обстановка около <адрес>, где возле задней стены дома, со стороны двора обнаружена и изъята икона с изображением 12 апостолов, размерами 45х45 см в деревянной рамке, которая возвращена потерпевшей С.Л.П. (том 1 л.д.22-25 ).

В ходе выемки указанная икона изъята у потерпевшей С.Л.П., осмотрена, признана вещественным доказательством и приобщена к материалам дела (л.д. 32-35, 36-40, 41 тома 1)

Свидетель А.Л.В.- катехизатор при храме подтвердила стоимость иконы, аналогичной похищенной у С.Л.П., в сумме <данные изъяты> рублей (л.д. 113 тома 2).

Анализируя исследованные доказательства, суд приходит к выводу о том, что вина подсудимого нашла свое подтверждение в полном объеме.

На первоначальных этапах уголовного судопроизводства ФИО2 подробно и последовательно описывал свои неправомерные действия, указал на мотив их совершения. При этом сообщенные им сведения в деталях согласуются с показаниями потерпевшей С.Л.П. о пропаже иконы в день нападения на неё ФИО1 и ФИО2, подсудимого ФИО1, изобличавшего ФИО2, и свидетелей, Ф.С.Н., осведомленного со слов ФИО2 о хищении им иконы и намерении её продать, Б.Е.В., которой потерпевшая сообщила о пропаже иконы в ночь с 24 на 25 мая 2017 года, а также с результатами осмотра места происшествия об обнаружении похищенной иконы около дома потерпевшей, о чем указывал сам ФИО2 в своих показаниях в ходе предварительного расследования. В ходе очной ставки ФИО1 настаивал, что ФИО2 сообщал ему о намерении похитить икону, а ФИО2 не отрицал, что икону из дома потерпевшей похитил именно он.

В судебном заседании каких-либо мотивов изменения своей первоначальной позиции ФИО2 не привел, подтвердил, что действительно давал показания, но подписал их, не читая. Назвать причины, по которым потерпевшая, соучастник группового преступления ФИО1 и свидетели указали на него, как на лицо, совершившее преступление, не смог.

Приведенные подсудимым доводы суд находит несостоятельными и отвергает.

Все исследованные в судебном заседании доказательства, в том числе и показания подсудимого, отвечают требованиям уголовно-процессуального закона и относятся к существу предъявленного ФИО2 обвинения.

До начала каждого из допросов ФИО2 разъяснялись процессуальные права, в том числе и право не свидетельствовать против самого себя, предусмотренное ст.51 Конституции РФ, а достоверность изложенных в протоколах сведений удостоверена, как им самим, так и его защитником. При этом никаких замечаний и возражений от них не поступало. С заявлениями о неправомерных действиях сотрудников полиции в правоохранительные органы ФИО2 не обращался.

Кроме того, как установлено в судебном заседании, потерпевшая и свидетели по делу неприязни к нему не испытывали. При таких обстоятельствах каких-либо оснований для оговора подсудимого названными лицами суд не усматривает.

Исходя из изложенного показания подсудимого, данные им на стадии предварительного следствия, а также показания подсудимого ФИО1, потерпевшей С.Л.П., свидетелей Ф.С.Н., Б.Е.В., А.Л.В., суд признает относимыми, допустимыми и достоверными и принимает их за основу.

Доводы стороны защиты о добровольном отказе от преступления суд находит необоснованными.

ФИО2, находясь в доме потерпевшей, воспользовавшись тем, что за его действиями не наблюдают, то есть тайно, похитил икону, принадлежащую С.Л.П. Завладев имуществом, спрятал его, чтобы позднее продать, тем самым распорядился похищенным имуществом по своему усмотрению, что свидетельствует о корыстном умысле подсудимого.

Стоимость похищенной иконы <данные изъяты> рублей стороной защиты по делу не спаривается.

Действия ФИО2 суд квалифицирует по ч.1 ст. 158 УК РФ - как кражу, то есть таное хищение чужого имущества.

За совершенные преступления подсудимые подлежат наказанию, при назначении которого суд, согласно требованиям ст.ст.6, 43, 60 УК РФ, учитывает характер и степень общественной опасности совершенных ими преступлений, личности виновных, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление подсудимых и условия жизни их семей.

Совершенные ФИО2 преступления являются умышленными и, исходя из ч.ч. 2,4 ст.15 УК РФ, относятся к категории небольшой тяжести и тяжкого.

Совершенное ФИО1 преступление относится к категории тяжких в силу ч.4 ст. 15 УК РФ.

Обстоятельствами, смягчающими наказание подсудимым, на основании ч.ч.1,2 ст.61 УК РФ суд признает:

- по факту разбоя у каждого из подсудимых: активное способствование раскрытию и расследованию преступления, изобличению и уголовному преследованию соучастника преступления, а также совершение действий, направленных на заглаживание вреда, выразившееся в принесении извинений потерпевшей, добровольное возмещение имущественного ущерба; раскаяние в содеянном, у ФИО1 также его явку с повинной.

- по факту кражи у ФИО2 - активное способствование раскрытию и расследованию преступления.

Объяснения, данные ФИО2, до возбуждения уголовного дела, суд признает явкой с повинной и учитывает в качестве обстоятельства, смягчающего наказание по всем инкриминируемым ему преступлениям (л.д. 45-46 тома 1)

В соответствии с ч.1.1 ст.63 УК РФ с учетом характера и степени общественной опасности совершенных подсудимыми тяжких преступлений, обстоятельств их совершения и личности виновных по каждому из преступлений суд признает обстоятельством, отягчающим наказание подсудимым, совершение преступлений в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя.

Как в ходе предварительного следствия, так и в судебном заседании ФИО1 и ФИО2 не отрицали, что инкриминируемые им деяния они совершили в состоянии алкогольного опьянения. Факт алкогольного опьянения в момент преступления подтверждается и показаниями свидетеля Ф.С.Н. об употреблении крепких спиртных напитков подсудимыми 24 мая 2017 года. При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что именно состояние опьянения, в которое подсудимые себя привели, употребляя алкоголь, сняло внутренний контроль за их поведением, повысило общественную опасность их деяний, и привело к совершению ими тяжкого преступления, а ФИО2 также и кражи.

Обстоятельством, отягчающим наказание подсудимому ФИО1, является рецидив преступлений.

Как личность подсудимые характеризуются следующим образом.

ФИО1 судим (л.д. 183-184, 200-201, 212-213 тома 1). Как следует из характеристики, предоставленной УУП ОМВД России «Няндомский», вел антиобщественный образ жизни, квартира находится в ветхом состоянии, злоупотребляет спиртными напитками, не работает, на его поведение поступали жалобы, профилактические беседы результатов не дают (л.д. 196 тома 1). Инспектором ОУУП и ПДН ОМВД России по Виноградовскому району охарактеризован как состоящий на учете в ОМВД <адрес> в качестве лица, формально подпадающее под административный надзор (л.д. 197 тома 1), не привлекался к административной ответственности (л.д. 185 тома 1).

ФИО2 не судим (л.д. 176 тома 2). Как следует из характеристики, предоставленной инспектором ОУУП и ПДН ОМВД Росси по Виноградовскому району ведет асоциальный образ жизни, не работает, злоупотребляет спиртными напитками, в состоянии алкогольного опьянения агрессивен, на его поведение неоднократно поступали жалобы, привлекался к административной ответственности за нарушение общественного порядка (лд. 17, 25 тома 2) Жалобы и заявления на него в администрацию МО «Осиновское» не поступали (л.д. 24 тома 2).

На учете у врачей психиатра, психиатра-нарколога не состоят (л.д. 193, 194 тома 1, л.д.15,16 тома 2)

С учетом всех обстоятельств уголовного дела в совокупности, характера и категории тяжести совершенных преступлений, а также имеющихся данных о личности подсудимых: ФИО1, не работающего, имеющего судимости за преступления против собственности, совершившего корыстное преступление, относящееся к категории тяжких, при наличии отягчающего наказания обстоятельства и его действия образуют рецидив преступлений; ФИО2, не имеющего постоянных источников доходов, не трудоустроенного, совершившего при наличии отягчающего наказания обстоятельства два умышленных преступления, в том числе тяжкого и представляющего повышенную общественную опасность, суд для достижения целей наказания, установленных ст. 43 УК РФ, восстановления социальной справедливости, предупреждения совершения осужденными новых преступлений приходит к выводу, что исправление осужденных без их изоляции от общества невозможно, и считает необходимым назначить наказание:

- ФИО2 по ч.1 ст. 158 УК РФ в виде исправительных работ, по ч.2 ст. 162 УК РФ реальное лишение свободы;

- ФИО1 по ч.2 ст. 162 УК РФ, учитывая требования п. «в» ч.1 ст.73 УК РФ - реальное лишение свободы.

В действиях ФИО2 имеется совокупность преступлений небольшой тяжести и тяжкого, при назначении ему окончательного наказания суд применяет правила ст. 71, ч.3 ст.69 УК РФ и назначает наказание по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний.

Учитывая совокупность смягчающих наказание обстоятельств, суд считает возможным не назначать дополнительные наказания ФИО2 и ФИО1 по ч.2 ст. 162 УК РФ в виде штрафа и ограничения свободы.

Исходя из всех фактических обстоятельств дела, социальной значимости и характера преступлений, отсутствие каких-либо исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенных подсудимыми преступлений, суд не находит оснований для применения ст.64 УК РФ, для изменения категории преступления, предусмотренного ч.2 ст. 162 УК РФ, совершенного ФИО2 и ФИО1, на менее тяжкую, в соответствии с частью шестой статьи 15 УК РФ, а также в соответствии со ст.73 УК РФ - условного осуждения, а у ФИО1 - ст.68 ч.3 УК РФ.

При определении размера наказания подсудимым суд учитывает положения ч.1 ст.67 УК РФ, то есть характер и степень фактического участия каждого из подсудимых в преступлении, совершенном в соучастии, у ФИО1 также ч.ч.1, 2 ст. 68 УК РФ.

Местом отбывания наказания ФИО2 в соответствие с п. «б» ч.1 ст.58 УК РФ суд определяет исправительную колонию общего режима, поскольку он совершил тяжкое преступление и ранее не отбывал наказание в виде лишения свободы.

Местом отбывания наказания ФИО1 в соответствие с п. «в» ч.1 ст.58 УК РФ суд определяет исправительную колонию строгого режима, поскольку он совершил преступление при опасном рецидиве преступлений в силу п. «б» ч.2 ст.18 УК РФ и ранее отбывал лишение свободы.

Руководствуясь ст.97 и ст. 110 УПК РФ, в целях обеспечения исполнения приговора ранее избранную ФИО1 и ФИО2 меру пресечения - заключение под стражу - на период апелляционного обжалования суд оставляет без изменения.

Вещественные доказательства:

- икона, кошелек - на досудебной стадии уголовного судопроизводства выданы законному владельцу С.Л.П. (том 1 л.д. 30, 42)

В соответствии с п. 5 части 2 ст. 131 УПК РФ денежные суммы, выплачиваемые адвокату за оказание юридической помощи в случае участия им в уголовном деле по назначению, относятся к процессуальным издержкам, и на основании ч.ч. 1, 2 ст. 132 УПК РФ подлежат взысканию с осужденного.

Расходы на оказание юридической помощи в ходе предварительного следствия и в судебном заседании составили: ФИО1 - 9724 рубля, 1870 рублей, 935 рублей (л.д. 47, 126, 146 тома 2) ФИО2 - 8789 рублей, 1870 рублей, 935 рублей (том 2 л.д. 45, 128, 148)

Как установлено на судебном заседании, ФИО1, ФИО2 являются трудоспособными, имеют молодой возраст, иждивенцами не обременены, оснований для освобождения их от уплаты процессуальных издержек не имеется, от услуг защитника они не отказывались, о своей имущественной несостоятельности не заявляли. В связи с изложенным, процессуальные издержки, которыми суд признает суммы выплаченных вознаграждений адвокату в ходе предварительного расследования и в суде за оказание им юридической помощи, подлежат взысканию с осужденных в доходную часть федерального бюджета в полном объеме.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 299,303,307-309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 2 статьи 162 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 4 (Четыре) года с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Срок отбывания наказания исчислять с 06 октября 2017 года. Зачесть в срок отбывания наказания время содержания ФИО1 под стражей в период с 25 мая 2017 года по 05 октября 2017 года включительно.

Меру пресечения - заключение под стражей - на период апелляционного обжалования оставить без изменения.

ФИО2 признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных частью 1 статьи 158, частью 2 статьи 162 Уголовного кодекса Российской Федерации, и назначить ему наказание:

- по ч.1 ст.158 УК РФ - в виде исправительных работ сроком на 5 месяцев с удержанием 5% заработка в доход государства,

- по ч.2 ст.162 УК РФ - в виде лишения свободы на срок 3 (Три) года 5 (пять) месяцев.

На основании ч.3 ст.69, ст. 71 Уголовного кодекса Российской Федерации по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний окончательно назначить ФИО2 наказание в виде лишения свободы на срок 3 (Три) года 6 (Шесть) месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Срок отбывания наказания исчислять с 06 октября 2017 года. Зачесть в срок отбывания наказания время содержания ФИО2 под стражей в период с 25 мая 2017 года по 05 октября 2017 года включительно.

Меру пресечения - заключение под стражей - на период апелляционного обжалования оставить без изменения.

Вещественные доказательства: икону, кошелек - оставить законному владельцу С.Л.П.

Процессуальные издержки, связанные с выплатой вознаграждения адвокатам, защищавшим по назначению в ходе предварительного следствия и в судебном заседании интересы ФИО1 в сумме 16269 рублей 00 копеек, ФИО2 в сумме 15334 рубля 00 копеек, взыскать с осужденных в федеральный бюджет.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Архангельском областном суде через Виноградовский районный суд Архангельской области в течение 10 суток со дня провозглашения, а осужденным, находящимся под стражей, в тот же срок со дня получения им копии приговора.

Дополнительные апелляционные жалоба, представление подлежат рассмотрению, если они поступили в суд апелляционной инстанции не позднее чем за 5 суток до начала судебного заседания

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чем он должен указать в апелляционной жалобе, а в случае подачи апелляционного представления или жалобы другого лица - в отдельном ходатайстве или возражениях на жалобу (представление) в течение 10 суток со дня вручения копии жалобы (представления).

Осужденный также вправе ходатайствовать об апелляционном рассмотрении дела с участием защитника, о чем должен подать в суд, постановивший приговор, соответствующее заявление в срок, установленный для подачи возражений на апелляционные жалобы (представление).

Председательствующий Позднякова М.И.