Апелляционное постановление № 22-6054/2025 от 10 сентября 2025 г.

Председательствующий – судья ФИО2 №


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

<адрес> 11 сентября 2025 года

Суд апелляционной инстанции по уголовным делам <адрес>вого суда в составе председательствующего судьи ФИО14,

при секретаре ФИО3,

с участием прокурора апелляционного отдела уголовно-судебного управления прокуратуры <адрес> ФИО4,

защитника осужденного – адвоката ФИО5,

осужденного ФИО19,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным представлению заместителя прокурора <адрес> г.ФИО6 ФИО15 жалобе адвоката ФИО5 в интересах осужденного ФИО19 на приговор Советского районного суда <адрес> от <дата>, которым

ФИО19, 05 <данные изъяты>, не судимый,

осужден по ч. 3 ст. 327 УК РФ к 4 месяцам ограничения свободы с возложением ограничений: не изменять места жительства без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы и не выезжать за пределы территории муниципального образования – городской округ <адрес> без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы;

возложена обязанность являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы, один раз в месяц, в установленный указанным органом день, для регистрации.

На основании п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ освобожден от назначения наказания в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности.

Приговором также разрешены вопросы по мере процессуального принуждения, судьба вещественных доказательств.

Доложив обстоятельства дела, доводы апелляционных представления, жалобы, выслушав мнение сторон, суд апелляционной инстанции,

УСТАНОВИЛ:

ФИО19 признан виновным и осужден за использование заведомо поддельного удостоверения, предоставляющего права, совершенного в <адрес> при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

ФИО19 вину в совершении преступления не признал, пояснил, что при трудоустройстве никому не передавал поддельное удостоверение, у него спросили указанное удостоверение только в сентябре, воспользовавшись ст. 51 Конституции РФ отказался от дачи показаний.

Из оглашенных в судебном заседании показаний ФИО19 следует, что в 2017 году получил специальность «Слесарь по контрольно-измерительным приборам и автоматике» в межотраслевом региональном центре повышения квалификации и подготовки кадров <адрес>, по результатам обучения выдавался диплом и удостоверение, обучение проходило по утвержденной программе, в <адрес> никогда не работал, соответственно уволиться оттуда не мог, удостоверение туда не сдавал. На руках удостоверения в настоящее время не имеет.

В апелляционном представлении заместитель прокурора <адрес> г.ФИО6 ФИО16, не оспаривая доказанность вины и квалификацию действий ФИО19, считает приговор подлежащим изменению. Указывает, что в описательно-мотивировочной части приговора судом установлено, что в неустановленное время у ФИО19 возник преступный умысел на приобретение в целях использования заведомо поддельного удостоверения, при этом, приобретение поддельного документа ФИО19 не вменялось, в связи с чем, указанные обстоятельства подлежат исключению из описательно-мотивировочной части.

Просит изменить приговор суда, исключив из приговора сведения об установлении обстоятельств приобретения поддельного удостоверения.

В апелляционной жалобе адвокат ФИО5 в интересах осужденного ФИО19 просит приговор отменить, ФИО19 оправдать.

Указывает, что вопреки предъявленного обвинения, защитой <дата> представлены объективные доказательства того, что ФИО19 впервые в жизни приехал в <адрес><дата>, и не мог лично представить удостоверение в отдел кадров <адрес>» в мае-июне 2022 года, но не позднее <дата>. После чего, в ходе допроса государственным обвинителем свидетели вспомнили, что документы могли направляться по электронной почте, в приказе могли быть неправильно проставлены даты, в связи с чем, государственный обвинитель по своему ходатайству фактически перепредъявил новое обвинение подсудимому, что является недопустимым, однако суд первой инстанции отверг данные доводы без ссылок на закон. Отмечает, что ходатайство прокурора содержит просьбу предъявить обвинение в новой редакции, не смягчая, а наоборот, увеличивая обвинение.

Обращает внимание, что защита представила доказательства, подтверждающие алиби подсудимого и обвинение, под давлением этих доказательств, с согласия суда было изменено по ходатайству государственного обвинителя.

Суд не проверил полученные из показаний свидетеля ФИО32 данные о том, что копия документа направлялась ФИО19 ФИО17 <дата>. ФИО18 судом не допрашивалась, в связи с чем указание суда на то, что обвинение является конкретным, содержит указание на место, время, способ и иные обстоятельства необоснованно, противоречит обвинению и фактическим обстоятельствам дела.

Кроме того, поясняет, что ФИО19 в период инкриминируемого ему деяния находился в <адрес> (<дата> или <дата>). Со ссылкой на п.11 ПП ВС № указывает, что место преступления находилось в <адрес>, по месту нахождения ФИО19. ФИО19 не давал согласия на рассмотрение дела судом в <адрес>, просил передать дело по подсудности, что суд не сделал.

Также суд незаконно отклонил ходатайство стороны защиты о приобщении к материалам дела доказательств, которые дознаватель незаконно уничтожил, оценка действиям дознавателя судом не дана. Дознаватель не отрицала, что в материалах имелось поручение о производстве следственных действий и фотографии процессуальных документов, которые она сочла необходимым не приобщать к делу.

Обращает внимание суда на то, что среди документов, которые дознаватель изъяла, также имелись постановление о назначении экспертизы, ходатайства стороны защиты относительно заключения эксперта, что указывает на нарушения, допущенные при назначении и производстве судебной экспертизы. Ходатайство стороны защиты о назначении повторной экспертизы проигнорировано дознавателем, что в совокупности с ч.1.2 ст.144 УПК РФ дает основания считать заключение эксперта недопустимым доказательством.

Кроме того, суд проигнорировал то обстоятельство, что удостоверение не давало подсудимому прав при трудоустройстве, в данной части оценка доводам защиты не дана. Данное удостоверение не является тем документом, которое представляет право занимать должность слесаря по контрольно-измерительным приборам и автоматике 5 разряда, требования к квалификации работника по данной должности указаны в должностной инструкции №, согласно которой, работник должен иметь квалификацию в соответствии с определенными требованиями, однако никаких документов, подтверждающих получение дополнительного профессионального образования по программам повышения квалификации, а также наличия опыта практической работы ФИО19 работодателю не предоставлял.

Указывает, что показания свидетелей не последовательны, противоречивы, содержат расхождения в датах приема на работу и трудоустройства. Также на вопрос защиты как ФИО1 мог выйти на работу, не находясь в Красноярске, свидетель ФИО20 сказала, что ей нечего ответить.

Заключение эксперта содержит противоречивые выводы, из которого следует, что на экспертизу представлено только удостоверение, однако в постановлении участкового о назначении экспертизы указано о направлении ответа ФИО21, эксперт указывает на поставленный вопрос о способе изготовления удостоверения, что также не соответствует постановлению. Постановление от <дата>, с которым защита знакомилась, в материалах дела отсутствует, однако на л.д.58 указано об ознакомлении с этим постановлением.

Обстоятельства изготовления и использования оттисков печати не установлены, данных, указывающих на подделку в материалах дела не представлено. Использование метода ротационной трафаретной печати не говорит о заведомой подложности документа, отсутствие сравнительных экспертиз должно свидетельствовать об отсутствии у ФИО19 умысла, и введение его в заблуждение лицом, выдавшим ему удостоверение.

Копия приказа №-лсу о прекращении трудового договора не прилагается к заявлению о преступлении, ее происхождение не известно. <дата> дознаватель вынес постановление, в котором приобщил данный приказ в качестве вещественного доказательства, что не соответствует действительности, поскольку заявитель ФИО22 такие документы в заявлении не указал, запрос ФИО23 в адрес проректора учебной части не направлялся, в связи с чем, постановление о признании вещественными доказательствами является незаконным и необоснованным, противоречащим материалам дела.

Просит отменить приговор суда, вынести оправдательный приговор.

В возражениях на апелляционную жалобу адвоката ФИО5 государственный обвинитель ФИО7 просит отказать в удовлетворении апелляционной жалобы адвоката, в связи с необоснованностью изложенных в ней доводов.

Заслушав участников процесса, изучив материалы дела по доводам представления, жалобы, возражений, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Виновность ФИО19 в совершении преступления при обстоятельствах, описанных в приговоре суда, вопреки доводам апелляционной жалобы, полностью подтверждается достаточной совокупностью исследованных судом допустимых доказательств, которым судом дана надлежащая оценка, не оставляющая сомнений в виновности осужденного.

Доводы, выдвинутые в защиту осужденного и повторно приведенные в апелляционной жалобе, были предметом проверки в суде первой инстанции и опровергнуты исследованными судом и приведенными в приговоре доказательствами.

Данных о том, что предварительное следствие и судебное разбирательство проводились предвзято либо с обвинительным уклоном и что суд отдавал предпочтение какой-либо из сторон, из материалов дела не усматривается.

Выводы суда о виновности ФИО19 в использовании заведомо поддельного удостоверения, предоставляющего права по профессиональной деятельности, являются правильными и основаны на совокупности исследованных доказательств, которым дана надлежащая оценка.

Так, виновность ФИО19 в совершенном преступлении, о чем обоснованно указано судом, подтверждается:

- показаниями свидетеля ФИО8 о том, что с <дата> в <данные изъяты> на должность слесаря КИПиА 5 разряда был трудоустроен ФИО19, который в июне 2022 года предоставил ФИО9 оригиналы документов, в том числе удостоверение № от <дата>. Предварительно светокопия удостоверения направлялась ФИО19 в адрес ФИО9 по электронной почте <дата>. <дата> в адрес отдела экономической безопасности поступило письмо о признаках подделки представленного ФИО19 удостоверения. <дата> на запрос из <данные изъяты>» получен ответ, что ФИО19 у них не обучался, удостоверение не выдавалось. На прилагаемых документах стоит синий оттиск печати который не мог использоваться вузом, так как вуз был переименован. Также указал, что предполагает, что ФИО19 направил в организацию оригиналы документов почтой.;

- показаниями свидетеля ФИО10 о том, что ФИО19 был трудоустроен в 2022 году <данные изъяты>» на должность слесаря КИПиА 5 разряда, ФИО19 направлял копии документов ФИО24. Документы о повышении квалификации не истребовали, удостоверения было достаточно, приказ о приеме на работу датирован <дата>, может быть датирован до личного прибытия работника, дата приема документов <дата>, при вынесении приказа о трудоустройстве оригиналов документов могло не быть, поскольку дата приема документов позже приказа о приеме на работу. В июне 2022 года ФИО19 в отдел кадров предоставил удостоверение № от <дата> по профессии «слесарь по контрольно-измерительным приборам и автоматике 5 разряда», выданное <данные изъяты> на свое имя. В августе 2022 года службой безопасности <данные изъяты>» выявлен факт того, что удостоверение, является поддельным. Также в судебном заседании свидетель ФИО10 указала, что могла спутать дату приказа и дату трудоустройства, поскольку давала показания через полгода после трудоустройства ФИО19, сотрудник может представить оригиналы документов и в день, когда он приступил к работе. Предполагает, что ФИО19 направлял копии документов по электронной почте, поскольку это практика организации, документы направлялись не ей лично, а специалисту по подбору. Полагает, что до <дата> у них не могли оказаться оригиналы документов.;

- письменными доказательствами: -заявлением ФИО11, зарегистрированным в КУСП ОП № МУ МВД России «Красноярское» от <дата> №; - копией приказа о приеме работника на работу от <дата>; -копией приказа о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) от <дата>; -должностной инструкцией № слесаря по контрольно-измерительным приборам и автоматике 5 разряда; -копией трудового договора № ВС 2415 от <дата>; -ответом проректора по учебной работе <данные изъяты> от <дата>; -ответом проректора по учебной работе ФГБОУ ВО «Иркутский государственный университет» от <дата>; -ответом проректора по учебной работе <данные изъяты> от <дата>; -протоколом осмотра места происшествия от <дата>; -заключением эксперта № от <дата>; -протоколом осмотра предметов (документов) от <дата> с фототаблицей.

Все изложенные в приговоре доказательства были тщательным образом исследованы судом, по итогам чего им дана надлежащая оценка в соответствии с требованиями ст.ст.87, 88 УПК РФ, с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в своей совокупности - достаточности для разрешения данного дела.

Уголовное дело возбуждено с соблюдением ст. ст. 140, 146 УПК РФ при наличии повода и оснований для возбуждения дела, которые полно изложены в отвечающем требованиям ст. 146 УПК РФ постановлении о возбуждении уголовного дела и принятии его к производству. Отсутствие в заявлении о привлечении к уголовной ответственности ссылки на приказ об увольнении, вопреки доводам жалобы, не свидетельствует о незаконности возбужденного уголовного дела и постановления о признании в качестве вещественных доказательств от <дата>.

Суд первой инстанции обоснованно не усмотрел существенных нарушений уголовно-процессуального закона при сборе доказательств по уголовному делу, проведении следственных и процессуальных действий, которые давали бы основания для признания их недопустимыми доказательствами. Суд при этом не ограничился только указанием на доказательства, но и с достаточной полнотой изложил содержание доказательств с отражением всех существенных сведений, влияющих на правильность юридической оценки действий осужденного, а также привел мотивы, по которым он принял указанные доказательства в качестве допустимых и достоверных. Данная судом оценка доказательств не противоречит материалам дела, оснований для признания этой оценки неправильной не имеется.

Каких-либо противоречий в исследованных и положенных судом в основу приговора доказательствах, которые могли бы повлиять на выводы суда о виновности осужденного в инкриминируемом ему преступлении и позволили усомниться в его виновности, суд апелляционной инстанции не находит. Фактов фальсификации или уничтожения доказательств, в материалах дела не имеется, суду первой и апелляционной инстанции не представлено, и судом не выявлено.

Пункт 1 ч. 1 ст. 73 и корреспондирующие ему положения п. 4 ч. 2 ст. 171 УПК РФ прямо предусматривают, что при производстве по уголовному делу среди прочих обстоятельств подлежит доказыванию событие преступления - время, место, способ и другие обстоятельства его совершения, т.е. объективные признаки преступления, степень конкретизации которых при доказывании важна для квалификации деяния в качестве уголовно наказуемого, для определения основания и меры уголовной ответственности, когда эти элементы включены в конструкцию конкретного состава преступления, предусмотренного Особенной частью УК РФ.

Из этого следует, что в основе обвинения всегда должны лежать доказательства, на основании которых дознаватель может установить фактические обстоятельства обвинения. Каждое утверждение дознавателя о времени, месте, способе и других обстоятельствах совершения преступления, виновности лица, форме его вины, мотивах, характере и в том числе размере вреда, причиненного преступлением, - должно быть основано на достаточной и непротиворечивой совокупности собранных и проверенных доказательств, что соблюдено в полном объеме при расследовании и рассмотрении данного дела по существу.Из показаний дознавателя ФИО12 следует, что не совершала служебный подлог, не уничтожала какие-либо ходатайства или процессуальные документы, уголовное дело находилось в ее производстве все время, фальсификаций в уголовном деле не было. Когда от защитника ей поступили ходатайства: о производстве экспертизы, ходатайство по ст.217 УПК РФ, уголовное дело уже поступило в прокуратуру, в связи с чем, она физически не смогла вложить данные ходатайства в дело. Ответы на ходатайства стороны защиты она скидывала адвокату в PDF формате, посредством электронной почты.

В связи с чем, оснований согласиться с доводами жалобы защитника об уничтожении дознавателем доказательств по делу, и о том, что судом не дана оценка данным обстоятельствам, суд апелляционной инстанции не находит.

Анализ содержания показаний указанных лиц, подробно описавших и подтвердивших определенные обстоятельства, имеющие прямое и непосредственное отношение к преступному деянию, вопреки доводам жалоб о непоследовательности и противоречивости показаний свидетелей, не свидетельствует об их недопустимости или недостоверности. Как усматривается из приговора, показания названных лиц, детально описавших известные им сведения, подверглись тщательной проверке и оценке, и лишь после сопоставления их с иными исследованными судом доказательствами они на законном основании положены в основу приговора.

В том числе показания свидетеля ФИО26 были проверены судом первой инстанции и обоснованно признаны допустимыми и достоверными, показания ФИО25 в части обстоятельств и времени направления документов ФИО27 подтверждаются также показаниями свидетеля ФИО28, в связи с чем, каких-либо существенных нарушений, влекущих незаконность приговора ввиду не допроса ФИО29, вопреки доводам жалобы, не имеется. Показания свидетеля ФИО8 последовательны, убедительны, подробны. Не доверять его показаниям у суда оснований не было и суд правомерно положил их в основу приговора.

Проведенное по делу и исследованное судом заключение эксперта у суда апелляционной инстанции также сомнений не вызывает. Установленный порядок назначения и производства экспертизы соблюден, также не имеется оснований сомневаться в компетентности и квалификации эксперта, заключение которого полностью соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ, которое обоснованно признано судом допустимыми доказательством.

В распоряжение эксперта были представлены все необходимые для дачи заключения доказательства, на основании которых с приведением указанных в заключении методик, подходов и соответствующих документов, были даны объективные и развернутые ответы на все поставленные вопросы, которые входят в компетенцию эксперта.

Не предоставление ответа <данные изъяты>» на экспертизу, вопреки доводам жалобы, также не свидетельствует о незаконности заключения эксперта, влекущего его недопустимость, поскольку содержание указанного заключения достаточно ясно и полно отражает существо выводов эксперта и каких-либо противоречий не содержит. Оснований сомневаться в обоснованности его выводов не имеется, а доводы защитника о недопустимости заключения эксперта каких-либо указаний на нарушение норм уголовно-процессуального закона, являющихся основанием для его исключения из числа доказательств, не содержат.

Доводы апелляционной жалобы о том, что в деле также отсутствует ходатайства защиты относительно проведенной экспертизы, вопреки доводам защиты, не свидетельствует о недопустимости заключения эксперта, имеющегося в материалах дела и приведенного в качестве доказательств виновности осужденного. При этом ходатайства защиты дознавателем были разрешены, то, что не было разрешено ходатайство о назначении повторной экспертизы, не свидетельствует о недопустимости заключения эксперта, либо о нарушениях в ходе дознания. Также в судебном заседании сторона защиты не была ограничена в возможности заявлять необходимые ходатайства. Судом заявленные ходатайства были разрешены с заслушиванием мнения участников процесса, и с последующим принятием по ним решений.

Отсутствие постановления от <дата> в материалах дела, на что ссылается адвокат, с которым защита знакомилась, не является существенным нарушением, влекущим отмену приговора суда, и не свидетельствует о недопустимости проведенной по делу экспертизы, при этом, на основании постановления <адрес>» ФИО13 была назначена технико-криминалистическая экспертиза. Наличие протокола ознакомления с постановлением о назначении судебной экспертизы на л.д.58 в целом разъясняет права, предусмотренные ст.198 УПК РФ, применительно ко всем видам назначаемых экспертиз, кроме того, вид экспертизы соответствует постановлению, имеющемуся в материалах уголовного дела.

Не установление обстоятельств изготовления и использования оттисков печати не влияет на выводы суда о виновности ФИО19, поскольку последнему вменяется только использование заведомо поддельного удостоверения, а не его изготовление.

Установление метода изготовления само по себе может не указывать на подложность документа, однако с учетом ответа проректора по учебной работе <данные изъяты> от <дата>, на прилагаемых документах ФИО19 (удостоверение, свидетельство) стоит синий оттиск мастичной печати с реквизитами <данные изъяты> и в марте 2017 года данная печать не могла использоваться ВУЗом, поскольку Приказом Министерства образования и науки Российской Федерации от <дата> № ГОУ ВПО «<данные изъяты> был переименован в федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования «Иркутский государственный университет», что в своей совокупности свидетельствует о заведомой подложности документа, используемого ФИО19.

Вопреки доводам жалобы, судом не допущено каких-либо предположительных суждений. При этом судом, подробно проанализированы правовые нормы, дана надлежащая оценка характеру действий осужденного, направленности его умысла именно на совершение преступления, за которое он осужден.

Предоставление осужденным удостоверения № от <дата> по профессии «слесарь по контрольно-измерительным приборам и автоматике 5 разряда» работодателю при трудоустройстве подтверждается показаниями свидетеля ФИО8, о том, что все документы были предоставлены ФИО19, наряду с иными документами о трудоустройстве.

Помимо этого из ответов проректора по учебной работе <данные изъяты> следует, что свидетельство о профессиональной подготовке от <дата> и удостоверение № от <дата> на имя ФИО19 не выдавалось, программа профессионального обучения по профессии «Слесарь по контрольно-измерительным приборам и автоматике 5 разряда» не реализуется, в 2016-2017 годах факт обучения по данной программе не подтверждается.

Доводы жалобы о том, что ФИО19 не имел умысла и был введен в заблуждение выдавшим ему удостоверение лицом, суд апелляционной инстанции не принимает, поскольку данные доводы со всей очевидностью опровергаются совокупностью исследованных по делу доказательств.

Согласно разъяснениям содержащихся в п. 10 постановления Пленума Верховного суда РФ от <дата> N 43 "О некоторых вопросах судебной практики по делам о преступлениях, предусмотренных статьями 324 - 327.1 УК РФ", под использованием в ч. 3 ст. 327 УК РФ заведомо поддельного (подложного) документа понимается его представление по собственной инициативе или по требованию уполномоченных лиц и органов в соответствующее учреждение либо должностному лицу, иным уполномоченным лицам в качестве подлинного в целях получения (подтверждения) права, а равно освобождения от обязанности. Пунктом 11 вышеназванного постановления использование заведомо поддельного (подложного) документа, указанного в ч. 3 ст. 327 УК РФ, квалифицируется как оконченное преступление с момента его представления с целью получения прав или освобождения от обязанностей независимо от достижения данной цели. С учетом вышеуказанного, с учетом фактических обстоятельств дела, а именно представлением ФИО19 поддельного удостоверения в отдел по работе с персоналом <данные изъяты> которое было необходимо для трудоустройства на должность, требующей наличия такого образования, опровергает доводы защитника о недоказанности умысла осужденного на совершение преступления.

Указание стороны защиты о предоставлении доказательств, подтверждающих алиби ФИО19, что ФИО19 приехал в Красноярск <дата> и не мог лично представить документы не позднее <дата>, опровергается показаниями свидетелей ФИО30 и ФИО31, показавших о том, что сначала документы ФИО19 в отдел кадров были направлены по электронной почте, чего достаточно для того, что бы его трудоустроить <дата> и вынести приказ о трудоустройстве.

Доводы о том, что удостоверение не давало ФИО19 прав при трудоустройстве, требовалась определенная квалификация, опровергаются материалами дела, в том числе должностной инструкцией № слесаря по контрольно-измерительным приборам и автоматике 5 разряда и показаниями свидетеля ФИО10, из которых следует, что согласно должностной инструкции к кандидату предоставляется требование к образованию, обучению, среднее, общее образование, профессиональное обучение по профессии слесарь по контролю измерительных приборов и автоматики, также обязательно, не реже, чем 1 раз в 5 лет, проходить повышение квалификации. У ФИО19 документы о повышении квалификации при трудоустройстве не истребовали, что не является нарушением, поскольку это дополнительное профессиональное образование, квалификационного удостоверения им было достаточно для приема ФИО19 на работу.

Органом дознания ФИО19 обвиняется в использовании заведомо поддельного удостоверения, предоставляющего права. В силу п. 1 ст. 307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть приговора должна содержать описание преступного деяния, признанного судом доказанным. ФИО19 был осужден судом по ч. 3 ст. 327 УК РФ за использование заведомо поддельного удостоверения, предоставляющего права.

Доводы апелляционного представления прокурора об изменении приговора суда ввиду допущенных существенных нарушений норм уголовно-процессуального закона суд апелляционной инстанции не принимает, поскольку суд при описании преступного деяния, признанного доказанным, в соответствии со ст. 307 УПК РФ правильно описал преступное деяние как оно установлено судом, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий совершения преступления. Указание суда в описательно-мотивировочной части приговора на неустановленное время и неустановленные обстоятельства приобретения поддельного удостоверения и умысел на это является описанием преступного деяния, и в последующем обстоятельств использования заведомо поддельного удостоверения, однако, наряду с правильной квалификацией действий, не влечет увеличение обвинения и не свидетельствует о неправильном описании событий преступления.

С учетом изложенного, всесторонний анализ и основанная на законе оценка совокупности исследованных в судебном заседании доказательств с точки зрения относимости, допустимости, достоверности и достаточности позволили суду первой инстанции правильно установить фактические обстоятельства содеянного ФИО19 и верно квалифицировать его действия по ч. 3 ст. 327 УК РФ - использование заведомо поддельного удостоверения, предоставляющего права, с чем соглашается суд апелляционной инстанции.

Несогласие стороны защиты с положенными в основу приговора доказательствами, как и с приведенной в приговоре их оценкой, не может свидетельствовать о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела, установленным в ходе судебного заседания и недоказанности виновности ФИО19

В судебном заседании государственным обвинителем в соответствии со ст. 246 УПК РФ обвинение ФИО19 фактически было уточнено, в связи с установлением обстоятельств по делу, что соответствует положениям ч.2 ст.252 УПК РФ, не ухудшает положение подсудимого и не нарушает его право на защиту. Данное ходатайство прокурора судом рассмотрено в соответствии с законом, суд, выслушав мнение сторон, принял решение, несогласие с которым стороны защиты не свидетельствует о его незаконности. Решение суда вынесено на основе представленных документов как стороной обвинения, так и стороной защиты, и доводов защиты, которые адвокат, в том числе, приводит в жалобе в части нахождения ФИО19 в <адрес>, и другие, при этом, само по себе вынесение обвинительного приговора по своей сути не свидетельствует об обвинительном уклоне суда. При этом стороны не были лишены возможности высказываться по обстоятельствам обвинения, представлять доказательства в свою защиту. Выводы о виновности суд достаточно мотивировал в приговоре, обстоятельства инкриминируемого преступления в целом не изменились, а приведенные уточнения в судебном заседании не опровергают выводы суда по итогам рассмотрения уголовного дела и не свидетельствуют о незаконности приговора.

В соответствии с п.11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от <дата> N 43 "О некоторых вопросах судебной практики по делам о преступлениях, предусмотренных статьями 324 - 327.1 Уголовного кодекса Российской Федерации" использование заведомо поддельного (подложного) документа, указанного в частях 3 и 5 статьи 327 УК РФ, квалифицируется как оконченное преступление с момента его представления с целью получения прав или освобождения от обязанностей независимо от достижения данной цели. ФИО19 инкриминируется преступление, оконченное в <адрес> края, на территории, относящейся к юрисдикции Советского районного суда <адрес>, в связи с чем, доводы защиты о том, что уголовное дело рассмотрено с нарушением правил подсудности отклоняются судом апелляционной инстанции как несостоятельные.

Как следует из протокола судебного заседания, разбирательство проведено с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, принципов равноправия и состязательности сторон, а также непосредственности и гласности судебного разбирательства. Суд исследовал все представленные сторонами доказательства, предоставив стороне защиты и обвинения равные возможности по реализации своих прав, разрешил по существу в соответствии с требованиями УПК РФ заявленные ходатайства, в том числе о приобщении документов к материалам дела, в удовлетворении которого обоснованно отказал, и привел мотивы принятых решений по их рассмотрению, с которыми нельзя не согласиться. Необоснованных отказов в удовлетворении ходатайств, которые могли иметь существенное значение для исхода дела, судом не допущено.

Права ФИО19, как в ходе предварительного расследования, так и в ходе судебного разбирательства соблюдены, защитой в лице адвоката, он был обеспечен.

Наказание в виде ограничения свободы назначено в строгом соответствии с требованиями уголовного закона, в пределах санкции соответствующей статьи особенной части УК РФ, с учётом характера и степени общественной опасности преступления, личности осужденного, а также влияния наказания на исправление осужденного, и на условия жизни его семьи.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание, в соответствии со ст.61 УК РФ, судом обоснованно учтено активное способствование раскрытию и расследованию преступления, отсутствие тяжких последствий от совершенного преступления.

Обстоятельств, отягчающих наказание, судом не установлено.

Каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, поведением виновного, а также других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, предусмотренных ст.64 УК РФ, судом обоснованно не установлено, не усматривает таковых и суд апелляционной инстанции.

По мнению суда апелляционной инстанции, назначенное осужденному наказание за совершенное преступление по своему виду и размеру отвечает закрепленным в уголовном законодательстве Российской Федерации целям наказания и принципу справедливости, и не является суровым.

Вместе с тем, суд первой инстанции верно применил положения ст.78 УК РФ, освободив осужденного ФИО19 от наказания.

Существенных нарушений уголовно-процессуального закона, которые путём лишения или ограничения гарантированных законом прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры уголовного судопроизводства или иных, влекущих отмену приговора, не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции,

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Советского районного суда <адрес> от <дата> в отношении ФИО19 - оставить без изменения, апелляционные представление, жалобу адвоката ФИО5 в интересах осужденного ФИО19 – без удовлетворения.

Апелляционное постановление, приговор могут быть обжалованы в кассационном порядке в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции по правилам, установленным главой 47.1 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня вынесения апелляционного постановления.

Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий ФИО14

Копия верна