Решение № 12-223/2019 от 17 сентября 2019 г. по делу № 12-223/2019

№ 12-223/2019

УИД №


Р Е Ш Е Н И Е

17 сентября 2019 года г. Оренбург

Судья Промышленного районного суда г. Оренбурга Горбачева Т.В.,

с участием помощника прокурора Промышленного района г. Оренбурга Кенжина Р.А., лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении ФИО2 и его защитника Черемухиной Е.С., потерпевшего ФИО1

при секретаре Князевой А.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании жалобу генерального директора публичного акционерного общества «Оренбургское хлебоприемное предприятие» ФИО2 на постановление мирового судьи судебного участка № № Промышленного района г. Оренбурга от ДД.ММ.ГГГГ, которым ФИО2 <данные изъяты> привлечен к административной ответственности по ч. 4 ст. 5.27 КоАП РФ,

У С Т А Н О В И Л:

Постановлением мирового судьи судебного участка № № Промышленного района г.Оренбурга от ДД.ММ.ГГГГ генеральный директор ПАО «Оренбургское хлебоприемное предприятие» ФИО2 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 4 ст. 5.27 КоАП РФ, ему назначено наказание в виде административного штрафа в размере <данные изъяты> рублей.

В жалобе, поданной в Промышленный районный суд г. Оренбурга, ФИО2 выражает несогласие с постановлением, считая его незаконным и необоснованным. Полагает, что с потерпевшим ФИО1 был заключен именно гражданско-правовой договор, так как последний выполнял работы разового характера, юридическому лицу был важен срок и результат работ, а не процесс и график труда, в штате организации отсутствовала указанная должность. Считает, что мировой судья неверно определил неконкретизированность предмета договора между организацией и потерпевшим, так как объем услуг был указан в актах оказанных услуг. Указывает, что обществу был удобен расчет именно по безналичной системе в связи с поступлением выручки на расчетные счета, поэтому ФИО1. лично заключил договор банковского счета с банком, при этом организация не направляла в банк какие-либо сведения о должности ФИО1 так как в штате он не состоит. Ссылается на автоматизированное ведение бухгалтерского и налогового учета, в связи с чем, ФИО1 был автоматически присвоен табельный номер в реестре на зачисление выплат. Обращает внимание, что расчет с ФИО1. обществом производился в категории расчета именно по договорам гражданско-правового характера. Считает, что в платежных поручениях о переводе потерпевшему денежных средств на счета отсутствует назначение платежа о перечислении ему заработной платы. Ответ главного бухгалтера ФИО17 об отсутствии задолженности по заработной плате был дан строго в рамках поступившего вопроса о заработной плате. Имеющаяся в материалах дела справка 2 НДФЛ ФИО1 о доходах подтверждает выплаты по договорам гражданско-правового характера. Полагает, что мировым судьей на него была возложена обязанность доказывать свою невиновность, что противоречит основополагающим принципам административного законодательства. Доказательства, которые указаны в обжалуемом постановлении, не подтверждают его виновность в совершении инкриминируемого правонарушения. Производимые ФИО1 работы не носили признаки постоянно выполняемой трудовой функции, так как последний не подчинялся правилам внутреннего распорядка, локальным нормативным актам, не был зачислен в штат общества, место работы в договоре не определено, выполнял работы разового характера, которые были конкретизированы и оформлялись в виде акта оказанных услуг, получал вознаграждение на основании оформленных актов оказанных услуг, ежемесячная фиксированная оплата не была гарантирована, средствами индивидуальной защиты не обеспечивался, контроль со стороны заказчика за процессом труда не обеспечивался, определенной трудовой функции у последнего не было, медкомиссию не проходил, работал на свой риск, характер производимых им работ не относится к основному виду деятельности общества. Отмечает, что ФИО1 в общество для выполнения работ службой занятости не направлялся. Настаивает, что в договорах об оказании услуг место работы потерпевшего, условия о предусмотренных трудовым законодательством гарантиях и компенсациях, а а также фиксированный размер оплаты труда за выполнение работы не были определены. С учетом вышеизложенного, настаивает на имевших место между ФИО1 и обществом именно гражданско-правовых отношений. Просит постановление отменить, производство по делу прекратить.

В судебном заседании генеральный директор общества ФИО2 доводы жалобы поддержал, просил ее удовлетворить по основаниям, изложенным в ней, просил постановление мирового судьи отменить, производство по делу прекратить.

В судебном заседании защитник ФИО2 – Черемухина Е.С., действующая на основании доверенности, доводы жалобы поддержала, просила ее удовлетворить по основаниям, изложенным в ней, просила постановление отменить, производство по делу прекратить.

В судебном заседании помощник прокурора Промышленного района г. Оренбурга Кенжин Р.А. просил постановление мирового судьи оставить без изменения, а жалобу общества – без удовлетворения. Пояснил, что в ходе проверки было установлено заключение гражданско-правовых договоров между ФИО1 обществом, фактически регулирующих трудовые отношения. О наличии именно трудовых отношений свидетельствует то, что ФИО1 длительное время выполнял функции слесаря по ремонту оборудования, подчинялся правилам трудового распорядка на предприятии, был обеспечен обществом условиями труда, так как имел спецодежду - робу, инструменты, расчет получал два раза в месяц на карту, открытую в кредитной организации, обслуживающей предприятие, в размере, который соответствовал авансу и заработной плате работников, работающих на основании трудовых договоров, был интегрирован в трудовой коллектив, поскольку работал в команде с другими работниками и под руководством мастера, который ежедневно определял рабочие задания.

Потерпевший ФИО1 в судебном заседании пояснил, что ПАО «Оренбургское хлебоприемное предприятие» неоднократно заключало с ним договоры об оказании услуг, которые носили систематический характер и не имели конкретного задания. В процессе работы он подчинялся внутренним правилам трудового распорядка, а также бригадиру ФИО25 который ежедневно давал ему задания, носил спецодежду предприятия – робу, выполнял работы слесаря лично на постоянной основе в бригаде с другими работниками, пользовался инструментами предприятия, соблюдал график и режима работы с <данные изъяты> до <данные изъяты> минут и обед с <данные изъяты> до <данные изъяты>, получал заработную плату дважды в месяц за процесс работы, как и другие работники предприятия, в том числе аванс.

Выслушав участников процесса, обсудив доводы жалобы, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с ч. 3 ст. 30.6 КоАП РФ при рассмотрении жалобы на постановление по делу об административном правонарушении судья проверяет дело в полном объеме.

Частью 4 статьи 5.27 КоАП РФ предусмотрена административная ответственность за уклонение от оформления или ненадлежащее оформление трудового договора либо заключение гражданско-правового договора, фактически регулирующего трудовые отношения между работником и работодателем.

В силу ч. 2 ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации (далее - ТК РФ) работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права.

В соответствии с ч. 1 ст. 15 ТК РФ под трудовыми отношениями понимаются – отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Из смысла приведенной нормы следует, что к признакам трудовых правоотношений относятся: личный характер прав и обязанностей работника; обязанность работника выполнять определенную, заранее обусловленную трудовую функцию; подчинение работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда; возмездный характер (оплата производится за труд).

Согласно ч. 1 ст. 16 ТК РФ трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом.

Понятие трудового договора приводится в ст. 56 Трудового кодекса РФ, а порядок и сроки его заключения - в ст. 67 данного Кодекса.

В отличие от трудового договора гражданско-правовой договор (договор возмездного оказания услуг) не предполагает наличие между сторонами трудовых отношений, поскольку не порождает ни личный характер прав и обязанностей исполнителя, ни обязанность последнего выполнять определенную, заранее обусловленную трудовую функцию и подчиняться каким-либо правилам внутреннего трудового распорядка, а со стороны заказчика не порождает обязанности обеспечить условия труда.

Гражданско-правовой договор характеризуется следующими признаками: исполнитель должен выполнять конкретное, заранее определенное задание; договор прекращается по факту выполнения работы; исполнитель вправе привлечь для выполнения работы третьих лиц; исполнитель не подчиняется правилам внутреннего трудового распорядка заказчика; исполнитель получает не заработную плату, а вознаграждение, выплачиваемое по факту выполнения отдельного задания.

Согласно правовой позиции Верховного суда РФ по поводу отличия трудового договора от договора возмездного оказания услуг, изложенной в определении от ДД.ММ.ГГГГ № договор возмездного оказания услуг заключается для выполнения исполнителем определенного задания заказчика, согласованного сторонами при заключении договора. Целью договора возмездного оказания является не выполнение работы как таковой, а осуществление исполнителем действий или деятельности на основании индивидуально-конкретного задания к оговоренному сроку за обусловленную в договоре плату.

От договора возмездного оказания услуг трудовой договор отличается предметом договора, в соответствии с которым исполнителем (работником) выполняется не какая-то конкретная разовая работа, а определенные трудовые функции, входящие в обязанности физического лица - работника, при этом важен сам процесс исполнения им этой трудовой функции, а не оказанная услуга. Также по договору возмездного оказания услуг исполнитель сохраняет положение самостоятельного хозяйствующего субъекта, в то время как по трудовому договору работник принимает на себя обязанность выполнять работу по определенной трудовой функции (специальности, квалификации, должности), включается в состав персонала работодателя, подчиняется установленному режиму труда и работает под контролем и руководством работодателя; исполнитель по договору возмездного оказания услуг работает на свой риск, а лицо, работающее по трудовому договору, не несет риска, связанного с осуществлением своего труда.

На основании п. 1 ст. 779 ГК РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика лишь оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется лишь оплатить эти услуги.

В силу ч. 2 ст. 15 ТК РФ заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается.

Как следует из материалов дела, прокуратурой проведена проверка соблюдения ПАО «Оренбургское хлебоприемное предприятие» требований трудового законодательства в связи с обращением ФИО1

В ходе проверки установлено, что генеральный директор ПАО «Оренбургское хлебоприемное предприятие» ФИО2 заключил с ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ на срок по ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ на срок по ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ ан срок по ДД.ММ.ГГГГ гражданско-правовые договоры на оказание услуг, фактически регулирующие трудовые отношения между работником и работодателем.

Данные обстоятельства зафиксированы в акте проверки от ДД.ММ.ГГГГ

Факт заключения гражданско-правового договора, фактически регулирующего трудовые отношения между работником и работодателем послужил основанием для возбуждения прокурором Промышленного района г. Оренбурга дела об административном правонарушении по ч. 4 ст. 5.27 КоАП РФ в отношении генерального директора ПАО «Оренбургское хлебоприемное предприятие» ФИО2

Постановлением мирового судьи судебного участка № Промышленного районного суда г. Оренбурга от ДД.ММ.ГГГГ генеральный директор ПАО «Оренбургское хлебоприемное предприятие» ФИО2 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 4 ст. 5.27 КоАП РФ.

Фактические обстоятельства совершенного ФИО2 административного правонарушения подтверждаются собранными по делу доказательствами: постановлением о возбуждении дела об административном правонарушении от ДД.ММ.ГГГГ по ч. 4 ст. 5.27 КоАП РФ (л.д. 6-8), письменными объяснениями ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 10), решением о проведении проверки № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 11), актом проверки от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 12-13), приказом об исполнении обязанностей директора от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 14), сообщением главного бухгалтера ФИО17 об отсутствии у общества задолженности по заработной плате перед ФИО1 (л.д. 16), заявлением ФИО1 в прокуратуру по факту нарушения его трудовых прав (л.д. 64-65), договорами оказания услуг от ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ и актами выполненных ФИО1 работ от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 17-26), соглашением о расторжении договора оказания услуг между ПАО «Оренбургское хлебоприемное предприятие» и ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 27), платежными поручениями и реестрами к ним о перечислении денежных средств работникам по трудовым договорам и контрактам (л.д. 28-53), штатным расписанием предприятия (л.д. 90-93), генеральным соглашением между банком и обществом (л.д. 78-93), уставом предприятия (л.д. 94-111), справкой о доходах ФИО1 (л.д. 118), табелями учета рабочего времени (л.д. 115-121), правилами трудового распорядка (л.д. 125-133), сведениями счета 70 предприятия и иными материалами дела, которые получили оценку на предмет относимости, допустимости, достоверности и достаточности по правилам ст. 26.11 КоАП РФ.

В соответствии со ст. 2.4 КоАП РФ административной ответственности подлежит должностное лицо в случае совершения им административного правонарушения в связи с неисполнением либо ненадлежащим исполнением своих служебных обязанностей.

Согласно приказу № от ДД.ММ.ГГГГ на основании протокола заседания совета директоров от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 вступил в должность генерального директора ПАО «Оренбургское хлебоприемное предприятие» с ДД.ММ.ГГГГ

Таким образом, генеральный директор ПАО «Оренбургское хлебоприемное предприятие» ФИО2, будучи должностным лицом, осуществляющим организационно-распорядительные и административно-хозяйственные функции, обоснованно привлечен к административной ответственности, предусмотренной ч. 4 ст. 5.27 КоАП РФ.

Вывод мирового судьи о наличии события правонарушения и виновности генерального директора ПАО «Оренбургское хлебоприемное предприятие» ФИО2 в совершении правонарушения, предусмотренного ч. 4 ст. 5.27 КоАП РФ, является правильным и обоснованным.

Суд не находит оснований не согласиться с позицией мирового судьи о том, что заключенные с ФИО1 договоры об оказании услуг фактически обладали признаками трудового договора.

Согласно объяснению ФИО2 (л.д. 10), с ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ заключены договоры на оказание услуг, предметом которых являлось оказание услуг по ремонту и обслуживанию оборудования, прочие работы.

Согласно заявлению ФИО1 направленному последним в прокуратуру, и его показаниям у мирового судьи в ходе рассмотрения дела и при рассмотрении настоящей жалобы, с ним неоднократно заключались договоры об оказании услуг, которые носили систематический характер и не имели конкретного задания (работ), он подчинялся внутренним правилам трудового распорядка, а также бригадиру, выполнял работы слесаря лично на постоянной основе в составе бригады, соблюдал график и режим работы, получал заработную плату за процесс работы дважды в месяц в том числе аванс, как и другие работники предприятия.

Исходя из системного анализа заключенных с ФИО1 договоров оказания услуг от ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ, каждый из данных договоров заключался на период более 2-х месяцев, по окончании действия договора на следующий день вступал в силу другой аналогичный договор идентичного временного периода действия.

Вопреки доводам жалобы ФИО2, смысловое содержание вышеприведенных договоров оказания услуг позволяет достоверно прийти к выводу о неконкретизированности предмета их заключения, так как последние не содержат индивидуально-конкретного задания, которое необходимо выполнить к оговоренному сроку за обусловленную в договоре плату. Помимо этого, плата за услуги, как и срок их выполнения, договорами конкретно не установлены. Имеющиеся в договорах об оказании услуг ссылки на определение стоимости оказанных услуг исходя из действующих расценок и вариативность сумм оплаты за них исходя из объема проделанной работы, как и указание общей формулировки оказываемых услуг (по ремонту и обслуживанию оборудования, прочие работы), вопреки доводам жалобы, не свидетельствуют об установленности и конкретности работ, срока их выполнения и стоимости, а, напротив, прямо говорят об обратном.

Мнение ФИО2 о том, что предмет договоров об оказании услуг являются конкретизированным ввиду наличия актов приема оказанных услуг и определенности размера оплаты на основании данных актов, является ошибочным, так как акты приема оказанных услуг являются конечным итогом реализации и исполнения указанных договоров, не имеющим отношения к стадии их заключения и определения юридически важных составляющих элементов договора, в том числе, к установлению его предмета.

Указание в договорах об оказании услуг от ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ в качестве предмета оказание услуг по ремонту и обслуживанию оборудования является обширным понятием, в содержание которого могут входить различные по своему характеру и количеству виды отдельных работ и действий, и является, с учетом вышеизложенных доводов, доказательством выполнения ФИО1 определенной, заранее обусловленной трудовой функции, вопреки доводам жалобы, а не конкретного, заранее определенного задания.

Кроме этого, как следует из материалов дела, договоры об оказания услуг от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ в течении всего периода действия каждого из них и в рамках их действия содержат несколько актов приема оказанных услуг, однако, после составления каждого такого акта расчет за данные оказанные услуги с ФИО1 не производился. Более того, в период действия договора оформлялись другие акты приема оказанных услуг. Вышеприведенные обстоятельства позволяют придти к выводу о том, что ФИО1 вознаграждение по факту выполнения отдельного задания не выплачивалось, договор по факту выполнения работы, согласно акту приема оказанных услуг, не был прекращен, а продолжил свое действие.

Факт получения ФИО1 заработной платы, а не выплачиваемого по факту выполнения отдельного задания вознаграждения также подтверждается платежными поручениями и реестрами к ним о перечислении денежных средств работникам по трудовым договорам и контрактам, согласно которым расчет с ФИО1 производился дважды в месяц, размер вознаграждения соответствовал величине заработной платы работников предприятия, при этом, расчет с потерпевшим производился в определенные фиксированные дни наравне с другими работниками предприятия, вне зависимости от даты выполнения работ и прекращения действия договоров об оказании услуг от ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ.

Подчинение внутренним правилам трудового распорядка, бригадиру, выполнение работы слесаря лично на постоянной основе, соблюдение графика и режима работы, получение заработной платы за процесс работы подтверждается показаниями ФИО1 который был предупрежден по ст. 17.9 КоАП РФ за дачу заведомо ложных показаний, и иными материалами дела, в связи чем, доводы жалобы в этой части также являются несостоятельными.

Оснований для оговора потерпевшим ФИО1 генерального директора ПАО «Оренбургское хлебоприемное предприятие» ФИО2 в ходе судебного разбирательства установлено не было.

Мнение ФИО2 о том, что ФИО1 выполнял работы разового характера, обществу был важен срок и результат работ, а не процесс труда, опровергается вышеприведенной совокупностью доказательств.

Форма расчета с потерпевшим за работу, автоматическое присвоение потерпевшему табельного номера в реестре на зачисление выплат, а также факт заключения/незаключения договора банковского счета лично ФИО1 доказательственного значения при установлении юридически важных обстоятельств по делу не имеет.

Ссылка жалобы ФИО2 об отсутствии в платежных поручениях назначения платежа о перечислении заработной платы также подлежит отклонению и опровергается материалами дела, в соответствии с которыми в платежных поручениях имеется отметка о зачислении сумм заработной платы работникам по трудовым договорам и контрактам, среди которых в списке сотрудников общества на зачисление сумм указан ФИО1 и, помимо прочего, не оказывает какого-либо воздействия на фактическое назначение и характер произведенных с потерпевшим выплат согласно установленным обстоятельствам.

Выполнение ФИО1 не относящихся к основному вид деятельности общества работ, ненаправление ФИО1 в общество для выполнения работ службой занятости не могут свидетельствовать о невиновности директора ФИО2 в совершении инкриминируемого правонарушения и не являются доказательствами соблюдения должностным лицом требований трудового законодательства.

Доводы жалобы о необеспечении ФИО1 средствами индивидуальной защиты, непрохождении последним медкомиссии, неуказании в договоре места работы потерпевшего, отсутствии в договорах об оказании услуг условий о предусмотренных трудовым законодательством гарантиях и компенсациях, указания фиксированного размера оплаты труда за выполнение работы, неуказание должности ФИО1 при направлении в банк сведений о расчете, произведение с потерпевшим расчета в категории расчета по договорам гражданско-правового характера, указание в справке о доходах ФИО1 2 НДФЛ о произведенных выплатах гражданско-правового характера, отсутствие в организации должности по ремонту оборудования, незачисление ФИО1 в штат общества, свидетельствуют лишь о допущенных нарушениях директором ФИО2 требований трудового законодательства.

С учетом вышеизложенного, мировой судья пришел к обоснованному вводу о наличии в действиях генерального директора ПАО «Оренбургское хлебоприемное предприятие» ФИО2 состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 4 ст. 5.27 КоАП РФ.

Приведенные в жалобе доводы в своей совокупности, как усматривается из их содержания, сводятся к переоценке доказательств, основаны на неверном толковании норм права и не влекут отмену обжалуемого судебного постановления, поскольку не свидетельствуют об отсутствии вины генерального директора ПАО «Оренбургское хлебоприемное предприятие» ФИО2 в совершении правонарушения.

Вопреки доводам жалобы, выводы мирового судьи основаны на правильном применении законодательства об административных правонарушениях и соответствуют установленным по делу обстоятельствам. Несогласие заявителя с оценкой доказательств и с толкованием мировым норм Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях и законодательства, подлежащих применению в деле, не свидетельствует о том, что им допущены существенные нарушения названного Кодекса и (или) предусмотренные им процессуальные требования, не позволившие всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело.

Иные доводы жалобы ФИО2 направлены на переоценку установленных по делу обстоятельств, правовых оснований для которых не установлено.

Суд отмечает, что из материалов дела об административном правонарушении не следует, что в ходе производства дела об административном правонарушении были нарушены положения ст. 1.5 КоАП РФ, вопреки доводам жалобы ФИО2

Постановление о привлечении ФИО2 к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 4 ст. 5.27 КоАП РФ, вынесено мировым судьей с соблюдением срока давности привлечения к административной ответственности, установленного ст. 4.5 КоАП РФ для данной категории дел.

Административное наказание ФИО2 назначено в пределах, установленных санкцией ч. 4 ст. 5.27 КоАП РФ, в минимальном размере.

При назначении наказания мировой судья учел характер совершенного административного правонарушения, имущественное положение лица, привлекаемого к административной ответственности, отсутствие смягчающих и отягчающих административную ответственность обстоятельств.

Принципы презумпции невиновности и законности, закрепленные в ст. 1.5, 1.6 КоАП РФ, при рассмотрении настоящего дела соблюдены.

Неустранимые сомнения, которые должны быть истолкованы в пользу ФИО2, не установлены.

Обстоятельства, которые могли бы повлечь изменение либо отмену обжалуемого постановления, также не установлены. Не приведены такие обстоятельства и в рассматриваемой жалобе.

Нарушений норм материального и процессуального права, влекущих безусловную отмену обжалуемого постановления, при рассмотрении дела об административном правонарушении не допущено. При таких обстоятельствах постановление мирового судьи сомнений в своей законности не вызывает, является правильным и оснований для его отмены или изменения не усматривается.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.30.6-30.9 КоАП РФ, суд

РЕШИЛ:

постановление мирового судьи судебного участка № № Промышленного района г. Оренбурга от ДД.ММ.ГГГГ по делу об административном правонарушении по ч. 4 ст. 5.27 КоАП РФ в отношении генерального директора ПАО «Оренбургское хлебоприемное предприятие» ФИО2 - оставить без изменения, а жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в порядке надзора в Оренбургский областной суд.

Судья Т.В. Горбачева

Решение вступило в законную силу ДД.ММ.ГГГГ.