Апелляционное постановление № 22-154/2025 от 9 февраля 2025 г. по делу № 1-54/2024

№1-54/2024 67RS0019-01-2024-000465-30

судья Ковалев В.Д. дело №22-154/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10 февраля 2025 года г.Смоленск

Смоленский областной суд в составе:

председательствующего: судьи Ткаченко Д.В.,

при помощнике судьи Самординой С.Е.,

с участием прокурора отдела прокуратуры Смоленской области Лебедевой Н.Н.,

адвоката Ревенко Е.В.,

представителя наряду с адвокатом Гуреева К.Е.,

осужденного ФИО1,

представителя потерпевшего ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Ревенко Е.В. в интересах осужденного ФИО1 на приговор Починковского районного суда Смоленской области от 10 декабря 2024 года, заслушав доклад судьи Ткаченко Д.В., выступление осужденного ФИО1 его адвоката Ревенко Е.В. и защитника наряду с адвокатом Гуреева К.Е. об изменении приговора, мнение прокурора Лебедевой Н.Н. и представителя потерпевшего ФИО2 об оставлении приговора без изменения, суд

установил:

Приговором Починковского районного суда Смоленской области от 10 декабря 2024 года

ФИО1, <дата> в <адрес>, <данные изъяты>, ранее не судимый,

осужден ч. 3 ст. 264 УК РФ к 2 годам лишения свободы, с отбытием наказания в колонии-поселении, с лишением права управлять транспортным средством на срок 2 года.

Срок отбытия наказания в виде лишения свободы ФИО1 исчисляется со дня прибытия осужденного в колонию-поселение, зачесть время следования осужденного к месту отбывания наказания в срок лишения свободы из расчета один день за один день, мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении постановлено отменить по вступлению приговора в законную силу.

Постановлено взыскать с ФИО1 в пользу Я. 1 000 000 рублей в счет компенсации морального вреда, признано за гражданским истцом Я. право на удовлетворение гражданского иска о взыскании материального ущерба, вопрос о размере возмещения гражданского иска передан для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

Решена судьба вещественных доказательств.

Приговором суда ФИО1 признан виновным в нарушении лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности смерть потерпевшей Я.

Преступление совершено 25 августа 2022 года в дневное время, на 289 км. + 870,5 м. <адрес> при обстоятельствах, изложенных в приговоре суда.

Подсудимый ФИО1 в судебном заседании суда первой инстанции вину не признал и указал, что 25 августа 2022 года он управлял принадлежащим ему автомобилем марки Киа Рио и двигался из <адрес> в <адрес> со скоростью около 40 км/ч, когда он въехал в <адрес> со стороны <адрес>, то ему внезапно стало плохо, он потерял сознание, очнулся в реанимации Рославльской ЦРБ, где ему сообщили, что произошло ДТП, в котором погибла женщина.

В апелляционной жалобе, поданной в защиту интересов осужденного ФИО1, адвокат Ревенко Е.В. считает, что вина его подзащитного не доказана. Согласно показаний инспекторов ДПС, место наезда установлено следователем; эксперт, выезжавший на место ДТП, показал, что выполнял только фотосъемку. Следователь, показала, что на обочине была осыпь, разбросаны продукты питания и личные вещи погибшей, однако на фототаблице и приобщенных цветных фотографиях указанные предметы отсутствуют; на схеме и фототаблице данные предметы следователь и эксперт показать не смогли. Осколки, о которых говорит следователь, изъяты не были, указывать, что они принадлежат транспортному средству ФИО1 нельзя. Адвокат полагает, что достоверное место наезда на пешехода, его скорость и направление движения не установлены; мог ли ФИО1 его своевременно заметить, имел ли техническую возможность избежать ДТП путем применения торможения; не дана оценка действиям пешехода. Полагает, что протокол осмотра предметов от 13 мая 2023 года и постановление о признании вещественным доказательством являются недопустимыми доказательствами, поскольку протокол осмотра содержит сведения, которых нет и не может быть на компакт диске; его содержание отражает умозаключение лица, осматривавшего компакт диск, о том, что осужденный 25.08.2022 года в ходе разговора по телефону жаловался М. на здоровье, говорил о намерении в таком состоянии следовать дальше. Отмечает, что не опровергнуты показания ФИО1, что в момент управления автомобилем он внезапно потерял сознание, очнулся только в отделении реанимации Рославльской ЦРБ. Доводы о том, что ФИО1 не терял сознание или что ему стало плохо ранее, не подтверждены доказательствами. Факт нахождения ФИО1 в бессознательном состоянии подтверждается показаниями свидетелей, являющихся очевидцами ДТП: М., С. и Ч. Согласно данным медицинской карты ФИО1 и выписного эпикриза, сразу после ДТП он был экстренно госпитализирован в отделение реанимации, где проходил лечение и пришел в себя спустя несколько дней, данные обстоятельства не получили оценки и не внесены в приговор. Указывает, что согласно показаний М., супруг не говорил ей об ухудшении здоровья, что не опровергнуто. Отмечает, что показания Э. и Ю. являются недопустимыми доказательствами, поскольку они заинтересованные лица (следователи в чьем производстве находилось уголовное дело). Суд не обоснованно критически оценил заключение судебно-медицинской экспертизы (т.2 л.д. 38-44), которым подтверждена потеря сознания ФИО1 перед ДТП, установлено, что он не мог управлять транспортным средством, применить торможение и избежать ДТП; данные обстоятельства подтверждены показаниями специалиста Д. Однако суд необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства защиты о приобщении к материалам уголовного дела и исследовании в судебном заседании заключения специалиста Д. (акт специалиста от 10.11.2024 года); отказ в приобщении заключения не основан на законе, является препятствием к защите ФИО1, направлен на создание преимуществ стороне обвинения. Отмечает, что Т. направил следователю ходатайство о необходимости предоставить эксперта в области неврологии для проведения экспертизы, отражая, что без указанного эксперта провести экспертизу не смогут. Однако, органы предварительного следствия искали специалиста в области неврологии, а не эксперта. Отмечает, что для проведения экспертизы была привлечена специалист Б., неизвестное лицо на л.д.9 предупреждает ее об уголовной ответственности по ст.307 УК РФ, разъясняет права и обязанности эксперта, предусмотренные ст. 57 УПК РФ, не смотря на то, что есть ст.58 УПК РФ, где отражены права и обязанности специалиста. Указывает, что специалист и эксперт обладают разными правами, обязанностями, ответственностью, а разъяснение специалисту ст. 57 УПК РФ не делает его экспертом в соответствии с действующими нормами права. На основании изложенного, полагает, что заключение эксперта №20 от 28 февраля 2024 года получено с нарушением норм УПК РФ и не может являться допустимым доказательством. Ставит под сомнение объективность приговора, поскольку для оценки доводов сторон в судебных прениях суду потребовалось несколько часов для перерыва и оглашения приговора; вывод о виновности ФИО1 возник у суда заранее и был сформирован до удаления в совещательную комнату. Отмечает, что в обвинении не указано, когда и какое болезненное состояние у ФИО1 возникло перед ДТП, мог ли он повлиять на эти обстоятельства или нет, в силу чего оно возникло. Право на защиту ФИО1 при таких обстоятельствах нарушено, обвинение и приговор не конкретизированы, состав преступления в его действиях не установлен. Отмечает, что ходатайство о возвращении дела прокурору, заявленное в прениях, было оставлено без оценки. Позиция ФИО1 не оценена судом, она не может являться основанием для ужесточения ему наказания, поскольку является способом реализации его права на защиту. Судом не учтены в полном объеме смягчающие вину обстоятельства, некоторые из них обесценены; установлена совокупность смягчающих обстоятельств: частичная компенсация ФИО1 денежных средств в счет компенсации морального вреда в размере 200 000 рублей, компенсация материального ущерба. Обесценено судом, установленное обстоятельство в виде <данные изъяты>; ФИО1 пожертвованы денежные средства на нужды <данные изъяты>. Полагает, что в случае признания ФИО1 виновным в совершении преступления, совокупность установленных в смягчающих вину обстоятельств, его отношение к содеянному, позволяют назначить более мягкое наказание, с применением ст.73 УК РФ. Полагает, что размер компенсации морального вреда не был подтвержден в судебном заседании, он необоснованно завышен, не отвечает критериям разумности и справедливости; в случае удовлетворения гражданского иска в части компенсации морального вреда подлежит снижению. Просит приговор суда отменить, ФИО1 оправдать ввиду отсутствия в его действиях признаков состава преступления предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ.

В суде апелляционной инстанции осужденный ФИО1 полностью признал свою вину и указал о полном возмещении морального вреда потерпевшему, предоставив квитанцию о перечислении денежных средств потерпевшему. Просил применить положения ст. 73 УК РФ.

В возражениях на апелляционную жалобу адвоката Ревенко Е.В. государственный обвинитель Лобкова В.В. считает приговор суда законным и обоснованным, просит оставить его без изменения.

Проверив доводы апелляционной жалобы, изучив материалы уголовного дела, выслушав участников процесса, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст.389.15 УПК РФ, основаниями отмены или изменения судебного решения в апелляционном порядке являются: несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции; существенное нарушение уголовно-процессуального закона; неправильное применение уголовного закона; несправедливость приговора.

Органами следствия при производстве предварительного расследования, и судом при рассмотрении дела в судебном заседании, каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, допущено не было. Дело расследовано и рассмотрено всесторонне, полно и объективно.

Выводы суда о виновности осужденного в совершении указанного преступления основаны на достаточной совокупности исследованных доказательств, проверенных и оцененных в судебном заседании с точки зрения их относимости, допустимости и достоверности, в соответствии со ст.88 УПК РФ, подробно и полно приведённых в приговоре суда.

Вина ФИО1 в совершении указанного преступления подтверждается:

- показаниями потерпевшего Я., свидетелей Ч., С., оглашенными показан6иями свидетеля М., показаниями свидетелей И., Ю. и Э.;

- письменными материалами уголовного дела: протоколом осмотра места происшествия от 25 августа 2022 года с фототаблицей и схемой (т.1 л.д.4-11), протоколом осмотра транспортного средства от 25 августа 2022 года (т.1 л.д.12-13), протоколом осмотра предметов от 23 октября 2023 года с фототаблицей (т.1 л.д.160-162), протоколом осмотра предметов от 13 мая 2023 года (т.1 л.д.95-97), заключением эксперта №165 от 22 сентября 2022 года (т.1 л.д.31-35), заключением эксперта №754р от 08 августа 2023 года (т.1 л.д.112-114), заключением судебно-медицинской экспертизы (том 2, л.д.38-44).

Показания потерпевшего и свидетелей обвинения обоснованно положены судом в основу обвинительного приговора, как последовательные, подтверждающиеся иными доказательствами, исследованными в ходе судебного разбирательства и приведенными в приговоре суда, полученными в соответствии с требованиями уголовно - процессуального закона.

В приговоре суда указаны обстоятельства, установленные судом первой инстанции, подробно приведены исследованные судом доказательства в подтверждение выводов суда о его виновности, даны соответствующий анализ и оценка собранным по делу доказательствам, сформулированы выводы суда о квалификации действий подсудимого; указаны мотивы и основания, почему суд принял одни доказательства и отверг другие.

То обстоятельство, что свидетели Ю. и Э. являются сотрудниками правоохранительных органов, не свидетельствует о какой-либо их личной заинтересованности в исходе дела и не ставит под сомнение достоверность показаний по обстоятельствам проведения ими процессуальных действий в силу возложенных на них полномочий.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, доводы осужденного о потере сознания перед ДТП не подтверждены материалами дела.

Заключение судебно-медицинской экспертизы (том 2, л.д.38-44) не содержит данных о том, что ФИО1 потерял сознание и у него возник эпиприступ в момент ДТП. Заключения экспертизы эксперты подтвердили в судебном заседании.

Суд обоснованно привел в приговоре разъяснения абз. 3 п.2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 декабря 2010 года №28 «О судебной экспертизе по уголовным делам», указав, что к иным экспертам из числа лиц, обладающих специальными знаниями, относятся, в том числе лица, не работающие в судебно-экспертных учреждениях; сослался на ст. 41 ФЗ-73 от 31 мая 2001 года «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» и пришел к выводу, что квалификация и уровень профессиональной подготовки Б. свидетельствуют о том, что она обладает специальными знаниями, необходимыми для ответа на поставленные вопросы, то есть является экспертом. С данными выводами соглашается и суд апелляционной инстанции.

Имеющиеся в материалах дела экспертные заключения оценены судом надлежащим образом, в совокупности с другими исследованными по делу доказательствами. При этом суд обоснованно указал, что данные экспертизы проведены в соответствии с требованиями УПК РФ, экспертами, имеющими надлежащую квалификацию, эксперты предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ. Указанные экспертные заключения научно обоснованы, их выводы надлежащим образом мотивированны, каких-либо оснований сомневаться в их правильности не имеется. Выводы, содержащиеся в данных заключениях экспертиз, а также показания экспертов согласуются с другими исследованными по делу доказательствами.

Всесторонне, полно и объективно исследовав обстоятельства дела, проверив доказательства, представленные как стороной обвинения, так и стороной защиты, сопоставив их друг с другом, оценив собранные доказательства в их совокупности, суд, вопреки доводам апелляционной жалобы, пришел к обоснованному выводу о достаточности доказательств для разрешения дела.

Выводы экспертизы согласуются с показаниями потерпевшего Я., свидетелей Ч., С., Ю. и И. о том, что на месте дорожно-транспортного происшествия М., пояняла, что ей звонил по телефону муж, сообщил, что когда он ехал из <адрес>, ему стало плохо, она предлагала остановиться, однако он поехал дальше.

Суд верно указал, что факт общения осужденного с супругой по телефону 25.08.2022 в 11:26:34 подтверждается протоколом осмотра предметов (том 1, л. д. 95-97). Доводы апелляционной жалобы о недопустимости данного доказательства, несостоятельны, суд принимал во внимание только факт осуществления звонка; доводы о плохом самочувствии осужденного перед ДТП, вопреки указаниям адвоката, подтверждаются показаниями свидетелей на месте ДТП, а не протоколом осмотра места происшествия. Кроме того, свидетель И., за 10 минут до ДТП указывал, что осужденный, управляя автомашиной, грубо нарушал ПДД, обгонял несколько автомашин по правой обочине.

Согласно п.2.7 ПДД РФ водителю запрещается управлять транспортным средством в состоянии опьянения (алкогольного, наркотического или иного), под воздействием лекарственных препаратов, ухудшающих реакцию и внимание, в болезненном или утомленном состоянии, ставящем под угрозу безопасность движения.

Таким образом, суд правильно указал на то, что осужденный, при ухудшении состояния здоровья не должен был садиться за руль и управлять автомашиной, а в случае ухудшения состояния здоровья при управлении автомашиной обязан был остановить транспортное средство.

Изложенные в апелляционной жалобе доводы по существу сводятся к переоценке доказательств, которые судом исследованы и оценены по внутреннему убеждению, как это предусмотрено ст. 17 УПК РФ. Само по себе несогласие адвоката, избравшего данный способ реализации предоставленных уголовно-процессуальным законом прав, с данной судом оценкой доказательств не влияет на правильность выводов суда об указанных в судебном решении обстоятельствах, не свидетельствует об односторонней оценке доказательств и не является основанием для отмены или изменения приговора.

Суд первой инстанции верно указал, что специалист - это лицо, обладающее специальными знаниями, привлекаемое к участию в процессуальных действиях для содействия обнаружения, изъятия предметов, документов, применения технических средств, исследования материалов уголовного дела, для постановки вопросов эксперта и для разъяснения вопросов сторонам и суду, находящихся в его профессиональной деятельности. И поскольку выводы специалиста Д. были сделаны только на основании заключения экспертов, суд обоснованно отклонил заявленное стороной защиты ходатайство о приобщении и исследовании акта специалиста Д. от 10.11.2024. Исследованное в судебном заседании суда апелляционной инстанции указанное заключение не влияет на выводы суда о виновности ФИО1

Согласно протокола судебного заседания, суд первой инстанции создал сторонам зашиты и обвинения одинаковые условия, обеспечивающие исполнение ими процессуальных обязанностей и осуществление предоставленных прав, в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон. Все заявленные сторонами ходатайства судом рассмотрены, по ним приняты мотивированные решения, при этом подавляющее большинство ходатайств, заявленных стороной защиты, удовлетворено. Сторона защиты не была ограничена в представлении доказательств, а судебное следствие завершено в отсутствие возражений с их стороны. При таких обстоятельствах, утверждение автора жалобы о проведении судебного разбирательства с обвинительным уклоном является необоснованным.

Доводам адвоката о невиновности ФИО1 и возвращении дела прокурору дана оценка путем вынесения обвинительного приговора, основанного на исследованных доказательствах.

Судом правильно квалифицированы действия ФИО1 по ч. 3 ст. 264 УК РФ, как нарушении лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности смерть потерпевшей Я.

Из материалов уголовного дела установлено, что ФИО1 25 августа 2022 года в дневное время, на <адрес> управлял технически исправным автомобилем марки «Киа Рио», из-за болезненного состояния здоровья, которое ставит под угрозу безопасность движения, возникшего до момента ДТП, ФИО1 не справился с рулевым управлением и совершил наезд на Я., которая двигалась по обочине. Я. в результате ДТП были причинены телесные повреждения, которые квалифицирующиеся как тяжкий вред здоровью, от которых она скончалась.

Нарушение ФИО1 правил дорожного движения повлекло причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшей, повлекшее ее смерть. Данные выводы суда подтверждаются показаниями свидетелей Ч., И., С., М., согласующиеся между собой и с заключением судебной автотехнической экспертизы № 754р от 08.08.2023.

Из заключения эксперта №165 от 22 сентября 2022 года следует, что телесные повреждения Я. получены от действия массивных тупых предметов и являются характерными для автомобильной травмы.

Поскольку ФИО1 легкомысленно и самонадеянно рассчитывал, что при возникновении опасности при движении сможет предотвратить аварийную ситуацию и наступление общественно-опасных последствий, что привело к причинению тяжкого вреда здоровью потерпевшей, повлекшей ее смерть, имеет место быть неосторожная форма вины.

Нарушений требований ст. 295 и 298 УПК РФ при постановлении приговора судом не допущено. Указанные правовые нормы, регламентирующие порядок удаления суда в совещательную комнату для постановления приговора, не запрещают судье заранее изготавливать проект судебного решения и не содержат конкретных сроков для постановления приговора. Оснований полагать, что судом была нарушена тайна совещательной комнаты, не имеется.

Наказание ФИО1 назначено в соответствии с требованиями главы 10 Общей части УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, данных о его личности, конкретных обстоятельств дела, а именно: совершения им преступления средней тяжести, характеризуется положительно, жалоб в администрацию и полицию не поступило, на учете в наркологическом и психиатрическом кабинете не состоит; при отсутствии обстоятельств, отягчающих наказание; при наличии обстоятельств, смягчающих наказание: наличие благодарности и участие в сборе средств на приобретение транспортного средства, используемого в <данные изъяты>, а также частичное возмещение материального ущерба и частичную компенсацию морального вреда.

Наказание ФИО1 назначено в пределах санкции статьи УК РФ.

Оснований для применения положений ст.64 УК РФ суд обоснованно не усмотрел, поскольку отсутствуют исключительные обстоятельства, связанные с целью и мотивами преступлений, другие обстоятельства, существенно уменьшающие степень общественной опасности содеянного.

С учетом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности, приняв во внимание способ совершения преступления, степень реализации преступных намерений, мотивы, цели совершенного деяния, характер и размер наступивших последствий, суд обоснованно не нашел оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую в порядке ч. 6 ст. 15 УК РФ.

Правовых оснований для применения ст. 73 УК РФ не имеется, учитывая характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, личность ФИО1, наличие смягчающих наказание обстоятельств, что в своей совокупности не позволяет прийти к убежденности о вероятности исправления осужденного без реального отбывания наказания.

С учетом фактических обстоятельств совершения преступления, характера и степени его общественной опасности, данных о личности осужденного, суд пришел к обоснованному выводу о необходимости назначения ФИО1 дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами.

Таким образом, все заслуживающие внимания обстоятельства, известные суду на момент постановления приговора, были надлежащим образом учтены при решении вопроса о виде и размере наказания,

Вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката, гражданский иск о компенсации морального вреда судом разрешен обоснованно, в строгом соответствии с нормами действующего гражданского законодательства, в том числе положений ст.1100 ГК РФ и ч. 1 ст. 1079 ГК РФ.

В силу ч.1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно п. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

В соответствии с ч.1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.

Согласно ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

В силу ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Судом размер компенсации морального вреда в пользу потерпевшего определен с учетом конкретных обстоятельств дела, степени вины осужденного, характера, степени и объема причиненных потерпевшим физических и нравственных страданий (утрата близкого, родного человека - супруги, гибель которой невосполнимая утратой), материального положения М.Ю., частичного возмещения данного вреда в сумме 200 000 рублей.

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что при определении размера компенсации морального вреда судом первой инстанции были учтены все заслуживающие внимания обстоятельства; данных указывающих на несоразмерность в той или иной степени компенсации морального вреда, взысканной в пользу потерпевшего, в деле не имеется.

Вместе с тем приговор подлежит изменению по следующим основаниям. Выслушав в судебном заседании суда апелляционной инстанции пояснения ФИО1 и исследовав представленные документы о возмещении морального вреда потерпевшему, суд апелляционной инстанции полагает необходимым признать в качестве смягчающих наказание обстоятельств: признание вины и в соответствие с п. «к» ч.1 ст.61 УК РФ добровольное возмещение имущественного ущерба и морального вреда причиненных в результате преступления, и смягчить наказание. В связи с наличием смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п. «к» ч.1 ст.61 УК РФ и отсутствием отягчающих наказание обстоятельств, наказание подлежит назначению с учетом положений ч.1 ст.62 УК РФ.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, судом не допущено.

руководствуясь ст.389.13, 389.15, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд

постановил:

Приговор Починковского районного суда Смоленской области от 10 декабря 2024 года в отношении ФИО1 изменить:

-признать смягчающими наказание обстоятельствами: признание вины и в соответствии с п. «к» ч.1 ст.61 УК РФ добровольное возмещение имущественного ущерба и морального вреда причиненных в результате преступления;

-смягчить ФИО1 основное наказание с учетом положений ч.1 ст.62 УК РФ до 1 (одного) года 9 (девяти) месяцев лишения свободы.

В остальной части приговор оставить без изменения, а апелляционную жалобу адвоката – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном гл.47.1 УПК РФ, во Второй кассационный суд общей юрисдикции. Кассационные жалоба, представление, подаются через суд первой инстанции, постановивший приговор, в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу судебного решения.

О своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции осужденный вправе ходатайствовать в кассационной жалобе, либо в течение трех суток со дня вручения ему извещения о дате, времени и месте заседания суда кассационной инстанции, если дело было передано в суд кассационной инстанции по кассационному представлению прокурора или кассационной жалобе другого лица.

Председательствующий: подпись Д.В. Ткаченко

Копия верна:

Судья Смоленского областного суда: Д.В. Ткаченко