Апелляционное постановление № 22-4513/2025 22-98/2026 от 18 января 2026 г.

Судья Шигильдеева Н.В. Дело № 22-98/2026 (22-4513/2025)


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Кемерово 19 января 2026 года

Кемеровский областной суд в составе председательствующего судьи Лукьяновой Т.Ю.,

при секретаре судебного заседания Смазновой Е.Ф.,

с участием прокурора Кузменко А.С.,

осужденного ФИО2,

защитника – адвоката Сидорова А.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы осужденного ФИО2, адвоката Сидорова А.С. в защиту осужденного на приговор Заводского районного суда г. Новокузнецка Кемеровской области от 29.10.2025, которым

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, гражданин РФ, не судимый,

осужден по ч. 1 ст. 264 УК РФ к ограничению свободы на 1 год с применением ч. 3 ст. 47 УК РФ с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на 1 год с установлением ограничений и возложением обязанностей, указанных в приговоре.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменения.

Разрешена судьба вещественных доказательств.

Доложив краткое содержание обжалуемого приговора, существо апелляционных жалоб, выслушав выступления осужденного и его защитника, поддержавших доводы апелляционных жалоб, прокурора, возражавшего против удовлетворения доводов апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 признан виновным и осужден за нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

Преступление совершено 08.05.2024 в г. Новокузнецке Кемеровской области - Кузбассе при обстоятельствах, подробно изложенных в описательно-мотивировочной части приговора.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО2 выражает несогласие с приговором суда, считает его незаконным.

Считает, что приговор основан на совокупности противоречивых доказательств, а суд изначально рассматривал уголовное дело с обвинительным уклоном, что подтверждается необоснованным отказом в удовлетворении ряда ходатайств со стороны защиты, судом не принимались во внимание доказательства, свидетельствующие о его невиновности.

Указывает, что обвинение построено на выводах судебных автотехнических экспертиз, основанных на недостоверных, противоречивых показаниях двух свидетелей, которые не могут служить основанием для признания его виновным в совершении преступления. В приговоре не указано по каким основаниям он принял одни доказательства, а отверг другие.

Полагает, что судом необоснованно не приняты во внимание объяснения свидетеля Свидетель №2 от 08.05.2024, данные в день ДТП, которые имели существенное значение для устранения противоречий в показаниях свидетеля, однако протокол осмотра места совершения административного правонарушения, схема места ДТП, составленные в ходе административного расследования суд учел в качестве доказательств его вины, не приводя в приговоре мотивов признания указанных доказательств допустимыми, а показания свидетелей данные в тот же день, не относящимися к числу допустимых доказательств.

Утверждает, что его вины в случившемся ДТП не имеется, поскольку водителю мотоцикла было запрещено выполнять обгон его автомобиля согласно ПДД, поскольку транспортное средство движущееся впереди по той же полосе подало сигнал поворота. Нарушение водителем мотоцикла требований п. 11.2 ПДД РФ не наделяло его правом преимущественного проезда, а наоборот запрещало ему совершать маневр, связанный с выездом на встречную полосу. При таких обстоятельствах, полагает, что в действиях водителя мотоцикла усматривается несоответствие требованиям п. 11.2 ПДД РФ, что находится в причинной связи с ДТП.

Просит приговор отменить, направить дело на новое рассмотрение.

В апелляционной жалобе адвокат Сидоров А.С. в защиту интересов осужденного ФИО2 выражает несогласие с приговором суда, считает, что вина ФИО2 не нашла своего подтверждения в ходе судебного следствия.

Ссылается на то, что суд указал в приговоре в качестве доказательств виновности ФИО2 протокол осмотра места происшествия административного правонарушения, схему ДТП, оба документа составлены инспектором Свидетель №3 в рамках административного расследования. В ходе судебного следствия, после повторного допроса свидетеля Свидетель №2, защитником было заявлено ходатайство об оглашении объяснения свидетеля Свидетель №2 от 08.09.2024, полученного инспектором группы Свидетель №3 в день ДТП, основанием для оглашения послужило то, что его показания данные в судебном заседании являются аналогичными пояснениям данным в объяснениях от 08.05.2024, являясь противоречивыми показаниям, данным в ходе предварительного расследования. Однако суд необоснованно отклонил данное ходатайство, мотивируя тем, что данный документ не является доказательством по делу, однако протокол осмотра места совершения административного правонарушения и схему места ДТП составленные в ходе проведения административного расследования являются допустимыми доказательствами по делу, а показания свидетеля, данные в день ДТП в рамках этого же административного расследования не относятся к числу допустимых доказательств, считает что отказ суда в удовлетворении указанного ходатайства свидетельствует об обвинительном уклоне, нарушении принципа состязательности, равноправия сторон и объективности суда.

Считает, что к показаниям Свидетель №2 следует отнестись критически поскольку он является работником СИЗО, что предполагает его взаимозависимость от органов предварительного следствия, а также судом необходимо учесть то, что сам Свидетель №2 пояснял о том, что его первоначальные объяснения данные в день ДТП являются правдивыми и соответствуют действительности, а показания в ходе предварительного следствия он давал спустя 9 месяцев после ДТП.

Считает что заключения автотехнических экспертиз от 20.12.2024 и 10.03.2025 основаны на противоречивых показаниях свидетелей, поскольку в основу исходных данных о том, что водитель мотоцикла первым выехал на полосу встречного движения были взяты показания свидетелей Свидетель №1 и Свидетель №2, которые меняли свои показания в ходе судебного следствия, в связи с этим стороной защиты было заявлено ходатайство о назначении повторной судебной автотехнической экспертизы, однако суд отказал в удовлетворении ходатайства мотивировав тем, что заключение эксперта получено с соблюдением требований УПК РФ, однако сторона защиты не оспаривала законность заключения эксперта, а лишь ходатайствовала о повторной экспертизе в связи с изменениями исходных данных на основании изменившихся показаний свидетелей Свидетель №1 и Свидетель №2, что могло повлиять на выводы эксперта.

Более этого, при ответе на вопрос № эксперт указал, что удаление на котором находился мотоцикл в момент возникновения опасности для движения, с учетом параметров движения автомобиля Ниссан, при принятых исходных данных, определяется равным 5 метров при движении мотоцикла со скоростью 60 км/ч, при этом эксперт не указывает до какого именно места на проезжей части или транспортном средстве Nissan Maxima он берет в расчет расстояние. Данное обстоятельство указывает на неточность представленных в заключении эксперта расчетах.

Ссылается на то, что эксперт ФИО12, допрошенный в суде пояснил, что водитель мотоцикла выехал на полосу встречного движения на 0,3 секунды раньше, чем водитель автомобиля Nissan Maxima ФИО2 приступил к выполнению маневра. Свидетель Свидетель №1 и ФИО16 суду пояснили, что ФИО2 включил левый поворот заблаговременно, также ФИО2 пояснил, что включил левый поворот заблаговременно за 5-7 секунд до начала маневра, на расстоянии около 50 метров до начала маневра, что больше на 0,3 секунды, указанных экспертом. Считает, что данные сведения указывают на то, что в момент начала совершения маневра – выезда на полосу встречного движения мотоцикла водитель Nissan Maxima уже включил указатель левого поворота, соответственно, представленные следователем эксперту исходные данные не соответствовали действительной обстановке ДТП.

Считает, что в действиях водителя мотоцикла имеется нарушение требований п. 11.2 ПДД РФ, что находится в причинной связи с ДТП. Довод о том, что водитель мотоцикла мог не видеть включенного указателя поворота из-за впереди идущего транспортного средства Мазда-3 не является основанием для обвинения ФИО2

Указывает на, что суд не проверил должным образом доказательства по делу, не устранены значимые противоречия в показаниях свидетелей.

Полагает, что суд принимая допустимыми показания свидетеля Свидетель №1, данные на стадии предварительного расследования, указал, что не имеется оснований не доверять им, ссылаясь на фиксацию показаний в протоколе допроса следователем после разъяснения всех прав. Однако следует учесть, что при допросе в ходе судебного следствия свидетелю Свидетель №1 также разъяснялись его права, однако он настоял на том, что его показания были зафиксированы следователем неверно, аналогичные пояснения дал при первом допросе на судебном следствии свидетель Свидетель №2, однако судом не приведено убедительных мотивов, почему приняты показания свидетелей, данные на стадии предварительного следствия.

Просит приговор отменить, уголовное дело направить на новое рассмотрение.

Суд апелляционной инстанции, проверив материалы уголовного дела, выслушав участников процесса, обсудив доводы апелляционных жалоб, возражений, приходит к следующему.

Согласно ч. 2 ст. 297 УПК РФ приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона.

Указанным требованиям закона названный приговор соответствует.

Согласно материалам уголовного дела, привлечение ФИО2 к уголовной ответственности соответствует положениям гл. 23 УПК РФ, обвинительное заключение отвечает требованиям ст. 220 УПК РФ.

Обстоятельств, препятствующих рассмотрению дела в судебном заседании и принятию итогового решения, нарушений норм уголовно-процессуального закона и стеснения прав осужденного на стадии досудебного производства по уголовному делу не имеется.

Описательно-мотивировочная часть приговора, согласно требованиям п.1 ст. 307 УПК РФ, содержит описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, даты, времени и способа его совершения, формы вины осужденного и последствий преступления.

В соответствии с требованиями п. 2 ст. 307 УПК РФ суд привел в приговоре убедительные мотивы, по которым принял в качестве допустимых и достоверных одни доказательства и отверг другие, поэтому утверждения защиты об обратном, удовлетворению не подлежат.

Судом тщательно проверялись все доводы стороны защиты, осужденного о невиновности последнего и были обоснованно отвергнуты со ссылкой на конкретные доказательства, которые получили надлежащую оценку со стороны суда, правильность которой сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывает.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, а также позиции стороны защиты выводы суда о виновности ФИО2 в совершении преступления при обстоятельствах, установленных судом, подтверждается достаточной совокупностью доказательств, собранных в ходе предварительного расследования, исследованных в судебном заседании и подробно изложенных в приговоре, которым судом при вынесении оспариваемого приговора дана объективная оценка.

В качестве доказательств виновности осужденного суд обоснованно сослался на совокупность имеющихся в деле доказательств, в том числе:

- показаниями потерпевшего Потерпевший №1 о том, что 08.05.2024 примерно 19.50 час. он на своем мотоцикле <данные изъяты> № выехал в сторону своего дома, двигаясь по <адрес>, свернул на <адрес> армии, после перекрестка на <адрес> и ул. 13 микрорайон, приближаясь к дому №А <адрес> начал совершать обгон, догнал бампер впереди движущегося автомобиля Nissan Maxima, водитель которого неожиданно включил сигнал поворота, произошло столкновение, его скинуло и он оказался на проезжей части дороги, был в сознании, ему причинен тяжкий вред здоровью;

- показаниями свидетеля Свидетель №3 в части проведения осмотра места дорожно-транспортного происшествия, составления протокола осмотра места совершения правонарушения и схемы к нему;

- показаниями свидетеля Свидетель №2 данными в ходе предварительного следствия и оглашенными в судебном заседании на основании ч.3 ст.281 УПК РФ о том, что ДД.ММ.ГГГГ по <адрес> со стороны рыбзавода в сторону <адрес>, двигались автомобили марки Мазда-3, впереди которой следовал автомобиль Nissan Maxima, приближаясь к повороту у <адрес>А <адрес>, увидел, что его автомобиль обгоняет мотоцикл <данные изъяты> встречной полосе, мотоцикл обогнал его и движущийся впереди него автомобиль Мазда-3, после этого он увидел, что произошло столкновение мотоцикла с автомобилем Nissan Maxima, который двигался впереди автомобиля Мазда-3 и выехал на полосу встречного движения поворачивая налево;

- показаниями свидетеля Свидетель №1 данными в ходе предварительного следствия и оглашенными в судебном заседании на основании ч.3 ст.281 УПК РФ о том, что ДД.ММ.ГГГГ он на своем автомобиле марки Мазда-З двигался по <адрес> со стороны <адрес> в направлении <адрес>, впереди его двигался автомобиль Nissan Maxima, позади его двигался мотоцикл. Когда они приблизились к указанному повороту у <адрес>А <адрес>, следующий впереди автомобиль Nissan Maxima примерно за 40-50 метров до поворота налево, включил левый поворот, мотоциклист не мог видеть указанный автомобиль из-за его автомобиля. Он начал притормаживать и в этот момент увидел, что водитель мотоцикла выехал на полосу встречного движения и увеличил скорость и начал его обгонять по встречной полосе, в этот же момент увидел, что автомобиль Nissan Maxima начал совершать маневр поворота налево, произошло столкновение;

- показаниями свидетеля ФИО6 согласно которым, при производстве допросов свидетелей Свидетель №2 и Свидетель №1, последние предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, им разъяснялись их процессуальные права. Протоколы допросов составлены со слов свидетелей, какого - либо давления на свидетелей не оказывалось. Ознакомление с протоколами допроса осуществлялось путем личного прочтения, замечания не приносились. К протоколам допроса прилагались схемы, составленные со слов свидетелей;

Кроме указанных показаний виновность осужденного подтверждается также письменными доказательствами, приведенными в приговоре, а именно:

- протоколом осмотра места совершения административного правонарушения от ДД.ММ.ГГГГ со схемой и фототаблицей к нему, в котором зафиксированы координаты места ДТП, которое произошло ДД.ММ.ГГГГ у <адрес>А <адрес>, столкновение 2-х транспортных средств автомобиля Nissan Maxima под управлением ФИО2 и мотоцикла HONDA № под управлением Потерпевший №1 В ходе осмотра проводилась фотосъемка, прилагается схема. К протоколу осмотра приобщена схема места ДТП, фототаблица, определение о возбуждении административного производства;

- протоколом выемки от ДД.ММ.ГГГГ с фототаблицей, в ходе которого, потерпевший Потерпевший №1, добровольно выдал мотоцикле марки HONDA № у которого имеется обширное повреждение передней части. Потерпевший №1 пояснил, что все повреждения на мотоцикле образовались в ходе ДТП ДД.ММ.ГГГГ при столкновении с автомобилем Nissan Maxima под управлением ФИО2 В ходе выемки произведено фотографирование;

- протоколом выемки от ДД.ММ.ГГГГ с фототаблицей, в ходе которого, ФИО2, добровольно выдал автомобиль Nissan Maxima с государственным регистрационным знаком № На момент выемки автомобиль имеет повреждение в районе передней левой стойки на левом пороге, повреждение переднего левого крыла. ФИО2 пояснил, что данные повреждения образовались ДД.ММ.ГГГГ в ходе ДТП при столкновении с мотоциклом под управлением Потерпевший №1;

- заключением судебно-медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ согласно выводам которой Потерпевший №1 причинен вред здоровью, который квалифицируется как тяжкий по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть;

- заключением судебной автотехнической экспертизы № Зэ/1-110 от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которой, водитель мотоцикла HONDA № не располагал технической возможностью предотвратить столкновение с автомобилем Nissan Maxima путем экстренного торможения при движении со скоростью 60,0 км/ч; действия водителя автомобиля Nissan Maxima не соответствовали требованиям безопасности пунктов 8.1 и 11.3 ПДД РФ, и с технической точки зрения находятся в причинной связи с ДТП, несоответствий действий водителя мотоцикла HONDA № требованиям безопасности ПДД РФ, не установлено;

- заключением дополнительной судебной автотехнической экспертизы № Зэ/1-23 от ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводам которой с технической точки зрения действий водителя мотоцикла HONDA № не соответствовали требованиям безопасности абзаца 1-го пункта 10.1 и пункта 10.2 ПДД РФ, и с технической точки зрения не находятся в причинной связи с дорожно-транспортным происшествием; действия водителя автомобиля Nissan Maxima не соответствовали требованиям безопасности пунктов 8.1 и 11.3 ПДД РФ, и с технической точки зрения находятся в причинной связи с дорожно - транспортным происшествием; удаление, на котором находился мотоцикл HONDA № в момент возникновения опасности для движения с учётом параметров движения автомобиля Nissan Maxima, при принятых исходных данных, определяется равным 5,0 метров при движении со скоростью 80,0 км/ч.

- показаниями эксперта ФИО12, подтвердившего выводы экспертиз № Зэ/1-110 от ДД.ММ.ГГГГ и № Зэ/1-23 от ДД.ММ.ГГГГ и пояснившего, что в данном случае был след юза, он был до столкновения. В первой экспертизе были заявлены сначала разные исходные данные, а именно след юза 3 метра, а в другой 9 метров, поэтому выводы при дополнительной экспертизе относительно скорости движения мотоцикла изменились, поскольку изменились расчеты, однако установление скорости 80 км/ч на выводы эксперта не повлияло, в указанном случае скорость не является причинно-следственной связью. В данном случае водитель мотоцикла со скоростью 60 км/ч и 80 км/ч не располагал технической возможностью предотвратить столкновение с автомобилем.

Виновность ФИО2 также подтверждается и иными доказательствами, исследованными судом и подробно приведенными в приговоре.

Вопреки доводам жалобы стороны защиты у суда не было оснований подвергать сомнениям достоверность показаний потерпевшего Потерпевший №1, свидетелей Свидетель №1, Свидетель №2, ФИО6, поскольку в ходе судебного следствия не установлено данных о заинтересованности указанных лиц в оговоре осужденного, данные показания, в том числе другие доказательства, обоснованно положены в основу обжалуемого решения, являются последовательными, дополняют друг друга, согласуются между собой и с иными вышеизложенными доказательствами по делу, в том числе с протоколом осмотра места происшествия, заключениями экспертиз, в связи с чем, не вызывают у суда сомнений, являются относимыми и допустимыми, полученными в полном соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства. Фактические обстоятельства дела судом установлены правильно и полно изложены в приговоре.

Доводы стороны защиты о том, что свидетели Свидетель №1, Свидетель №2 не подтвердили ранее данные им показания в судебном заседании суда первой инстанции, не ставит под сомнение достоверность их оглашенных показаний, полученных на стадии предварительного расследования в полном соответствии с требованиями уголовно - процессуального закона и оглашенных в ходе судебного заседания. При этом, в судебном заседании был допрошен свидетель ФИО6 – начальник отделения следственной части отдела по г. Новокузнецку, непосредственно осуществлявший допрос свидетелей, и подтвердившего, что последние предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, им разъяснялись процессуальные права, протоколы допросов составлены со слов свидетелей, ознакомление с протоколом допросов осуществлялось путем личного прочтения, замечания не приносились, к протоколам допроса прилагались схемы, составленные со слов свидетелей.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что каких-либо противоречий в показаниях указанных лиц, в письменных материалах дела, которые могли бы поставить под сомнение выводы суда о виновности ФИО2 и о правильности квалификации его действий, не имеется. Все заявления и версии в защиту осужденного судом проверены и обоснованно отвергнуты как несостоятельные.

Доводы жалобы о том, что к показаниям свидетеля Свидетель №2 стоит отнестись критически, суд апелляционной инстанции находит несостоятельными, поскольку в основу приговора положены его показания, данные в ходе предварительного расследования, в этой связи, его дальнейшее общение со следователем и служба в ГУФСИН РФ на содержание показаний не влияет.

Оценивая заключения экспертов: по результатам автотехнической судебной экспертизы - № Зэ/1-110 от ДД.ММ.ГГГГ и дополнительной автотехнической судебной экспертизы № Зэ/1-23 от ДД.ММ.ГГГГ, суд апелляционной инстанции находит, что экспертизы назначены и проведены без нарушений норм Уголовно-процессуального кодекса РФ, надлежащими лицами – экспертами, имеющими соответствующее образование, квалификацию и стаж работы по специальности, которые были предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ.

Заключения экспертов соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ, Федерального закона от 31 мая 2001 г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», изложенные в них выводы - научные и обоснованные, надлежащим образом мотивированы, являются ясными, противоречий не имеют, содержат ответы на поставленные вопросы. Сомнения в компетенции экспертов, а также в достоверности и объективности их выводов, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Как следует из уголовного дела, при проведении автотехнических экспертиз в распоряжение эксперта были предоставлены в достаточном объеме сведения и материалы, необходимые для их производства, а в заключениях экспертом приведены ответы на все поставленные перед ним вопросы. Оснований для проведения повторных либо дополнительных экспертиз не имелось.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что в распоряжение эксперта для проведения экспертизы по результатам которой дано заключение № Зэ/1-110 от ДД.ММ.ГГГГ представлены материалы КУСП, в том числе и объяснения свидетелей Свидетель №1, Свидетель №2, данные ими непосредственно после ДТП ДД.ММ.ГГГГ, а при производстве экспертизы по заключению № Зэ/1-23 от ДД.ММ.ГГГГ, показания данные ими в ходе предварительного следствия в дальнейшем, которые положены в основу приговора, в этой связи, доводы стороны защиты о том, что эксперту не были представлены исходные данные на основании изменившихся показаний свидетелей Свидетель №1 и Свидетель №2, состоятельными не являются, поскольку первоначальная экспертиза была проведена ДД.ММ.ГГГГ, то есть до их допросов в качестве свидетелей ДД.ММ.ГГГГ, которые на выводы эксперта не повлияли.

Требования законов, являющихся гарантиями объективности результатов судебных экспертиз и обеспечения прав стороны защиты в уголовном судопроизводстве, были соблюдены, а потому нет оснований считать, что в ходе предварительного и судебного следствия были нарушены права осужденного в этой части.

Отсутствие в экспертизе указания расстояния, до какого именно места на проезжей части, которое эксперт берет в расчет при указании об определении равным 5,0 м при движении мотоцикла со скоростью 60 км/ч на обоснованность выводов суда о виновности осужденного в совершении преступления не влияет, поскольку причиной дорожно-транспортного столкновения явилось нарушение ФИО7, управлявшим автомобилем, требований пунктов 8.1, 8.2, 11.3 Правил дорожного движения, который был обязан не препятствовать обгону транспортного средства посредством повышения скорости движения или иными действиями.

Доводы жалобы относительно длины юза являлись предметом рассмотрения суда первой инстанции и обоснованно отклонены как несостоятельные.

Вопреки доводам жалоб, то обстоятельство, что ФИО2 включил указатель поворота перед совершением маневра, также не свидетельствует о его невиновности, поскольку подача сигнала указателем поворота не дает водителю преимущества в движении и не освобождает его от принятия мер предосторожности, убедившись в том, что при повороте налево его не обгоняет другое транспортное средство.

Согласно заключению судебной автотехнической экспертизы № Зэ/1-110 от ДД.ММ.ГГГГ, водитель мотоцикла HONDA № не располагал технической возможностью предотвратить столкновение с автомобилем Nissan Maxima путем экстренного торможения, а действия водителя автомобиля Nissan Maxima не соответствовали требованиям безопасности пунктов 8.1 и 11.3 ПДД РФ, и с технической точки зрения находятся в причинной связи с ДТП, несоответствий действий водителя мотоцикла HONDA № требованиям безопасности ПДД РФ, не установлено.

Доводы стороны защиты о необоснованном отказе в оглашении в судебном заседании объяснений свидетелей Свидетель №1, Свидетель №2, данных ими непосредственно ДД.ММ.ГГГГ об обстоятельствах ДТП, не ставят под сомнение достоверность их показаний, признанных судом достоверными и допустимыми доказательствами, поскольку в силу требований ст. 74 УПК РФ объяснения лица, полученные в ходе процессуальной проверки, не являются доказательствами по уголовному делу.

Оснований для признания недопустимыми доказательствами письменных доказательств, в том числе протокола осмотра места совершения административного правонарушения и схемы места совершения административного правонарушения, суд верно не усмотрел, проверив соответствующие доводы стороны защиты в совокупности со всеми исследованными доказательствами.

Вопреки доводам стороны защиты суд не усмотрел оснований для признания недопустимым доказательством протокола осмотра места совершения административного правонарушения со схемой, поскольку протокол составлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства.

Каких-либо противоречивых доказательств, которые могли бы существенно повлиять на выводы суда о виновности осужденного, и которым суд не дал бы оценки в приговоре, не имеется.

Доказательства, полученные с нарушением требований уголовно-процессуального закона, в силу ст. 75 УПК РФ являются недопустимыми, не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения.

Так, в качестве доказательства по делу в приговоре приведены показания свидетеля – инспектора группы по ИАЗ ОБДПС ГИБДД УМВД России по г.Новокузнецку Свидетель №3 об обстоятельствах преступления, ставших ему известными от осуждённого, которые в силу требований ст. 75 УПК РФ, правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в Определениях № 44-О от 6 февраля 2004 года, № 1068-О от 19 июня 2012 года, не могут быть признаны допустимым доказательством и использоваться судом в обоснование виновности осуждённого. Соответственно, показания данного свидетеля в указанной части подлежат исключению из числа доказательств по уголовном делу. Между тем, учитывая, что показания

При указанных обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что показания свидетеля Свидетель №3 в части сведений, которые стали известны из беседы с ФИО2, в отсутствие его защитника, не могут быть использованы в качестве доказательства виновности осужденного.

Вместе с тем, учитывая, что указанный свидетель допрошен и по обстоятельствам проведения процессуальных действий (осмотра места происшествия, составление схемы), показания которого в данной части могут быть использованы в качестве доказательства виновности осужденного.

Суд апелляционной инстанции полагает возможным не исключать из приговора ссылку на показания свидетеля Свидетель №3 в целом.

Органами предварительного следствия, как и судом неоднократные ходатайства стороны защиты, в том числе о назначении автотехнической экспертизы были рассмотрены в установленном законом порядке с вынесением соответствующих постановлений.

Таким образом, оснований для отмены приговора, как об этом ставится вопрос в апелляционных жалобах, не имеется. Изложенные адвокатом и осужденным доводы сводятся к переоценке собранных по делу доказательств, которые получили надлежащую оценку суда в приговоре, не согласиться с которой поводы отсутствуют.

Субъективная оценка происшедшего и анализ доказательств, которые даны авторами жалоб, не могут быть приняты, поскольку суд первой инстанции, как того требуют положения ст. ст. 87, 88 УПК РФ, оценил каждое доказательство с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все доказательства в совокупности - достаточности для вынесения итогового решения по делу. Тот факт, что данная оценка доказательств не совпадает с позицией защиты, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона и не является основанием к отмене или изменению приговора.

Предусмотренные ст. 73 УПК РФ обстоятельства, подлежащие доказыванию, судом установлены.

Выдвинутые в защиту осужденного доводы проверены и обоснованно, с приведением в приговоре убедительных мотивов принятого решения отклонены судом первой инстанции как недостоверные.

Нарушений принципа состязательности сторон, необоснованных отказов осужденному и защитнику в исследовании доказательств, которые могли иметь существенное значение для исхода дела, нарушений процессуальных прав участников, в том числе права осужденного на защиту, повлиявших или могущих повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, по делу не допущено.

Суд первой инстанции обеспечил равноправие сторон, принял предусмотренные законом меры по соблюдению принципа состязательности, создал сторонам необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав.

Все ходатайства, заявленные сторонами, рассмотрены судом в установленном УПК РФ порядке, разрешены после выяснения мнений участников судебного разбирательства и фактических обстоятельств дела, относящихся к данным вопросам, по ним приняты обоснованные решения. Незаконных ограничений в использовании своих прав стороной защиты и необоснованных отказов в удовлетворении ходатайств, в том числе указанных в жалобах ходатайств о назначении экспертиз, признании доказательств недопустимыми, материалами дела не установлено.

Решения суда по этим ходатайствам сомнений в своей законности и обоснованности не вызывают.

Что касается доводов жалобы о том, что суд неправомерно отказал в удовлетворении упомянутых в жалобе ходатайств, то следует отметить, что сам по себе отказ в удовлетворении ходатайств при соблюдении процедуры их разрешения и обоснованности принятого решения, не может расцениваться как нарушение права на защиту и принципа равноправия сторон, а также не свидетельствует о необъективности суда при рассмотрении уголовного дела.

Таким образом, судом верно установлено, что ФИО2 нарушил правила дорожного движения, а именно п.п. 1.3, 1.5, 8.1, 8.2, 9.1, 10.1, 11.3 ПДД РФ.

Нарушение осужденным п.п.8.1,11.3 Правил дорожного движения Российской Федерации привело к возникновению дорожно-транспортного происшествия, несмотря на то, что нарушение п.п. 1.3,1.5,8.2,9.1 ПДД РФ, не находится в прямой причинной связи с обстоятельствами конкретного дорожно-транспортного происшествия и наступившими последствиями в виде причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшего, суд считает на отсутствие необходимости исключения из приговора указания на нарушение осужденным при совершении преступления указанных требований Правил дорожного движения РФ, по мнению суда апелляционной инстанции, не влияет на доказанность вины, квалификацию действий осужденного.

Доводы жалоб, состоящие из утверждений о невиновности осужденного и сводящиеся к воссозданию иной картины дорожно-транспортного происшествия, фактически направлены на переоценку положенных в основу приговора доказательств по делу.

Утверждения в жалобе о допущенных со стороны второго участника происшествия нарушениях Правил дорожного движения, которые оставлены без оценки судом первой инстанции, несостоятельны, поскольку, исходя из положений ст. 252 УПК РФ, судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению. Вопрос о виновности другого участника дорожно-транспортного происшествия предметом разбирательства по данному делу не является и выяснению не подлежит.

Кроме того, данное обстоятельство не исключает вину осужденного ФИО2 в совершении преступления, поскольку судом достоверно установлено, что ДТП произошло в результате нарушения осужденным вышеуказанных пунктов Правил дорожного движения, что находится в прямой причинной связью с ДТП и наступившими последствиями, так как при соблюдении Правил дорожного движении он имел возможность избежать ДТП.

Все ходатайства, заявленные сторонами, рассмотрены судом в установленном УПК РФ порядке, разрешены после выяснения мнений участников судебного разбирательства и фактических обстоятельств дела, относящихся к данным вопросам, по ним приняты обоснованные решения. Незаконных ограничений в использовании своих прав стороной защиты и необоснованных отказов в удовлетворении ходатайства, в том числе о назначении повторной автотехнической экспертизы, признании, материалами дела не установлено.

Что касается доводов жалобы о том, что суд неправомерно отказал в удовлетворении упомянутого в жалобе ходатайства, то следует отметить, что сам по себе отказ в удовлетворении ходатайства при соблюдении процедуры их разрешения и обоснованности принятого решения, не может расцениваться как нарушение права на защиту и принципа равноправия сторон, а также не свидетельствует о необъективности суда при рассмотрении уголовного дела и обвинительном уклоне.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции считает, что вина ФИО2 в совершении преступления, за которое он осужден, доказана в полном объеме, его действиям судом дана правильная правовая оценка и квалификация по ч. 1 ст. 264 УК РФ.

При назначении наказания суд в соответствии с требованиями ст.ст.6,43,60 УК РФ, учёл характер и степень общественной опасности содеянного, данные о личности осужденного, которые подробно приведены в приговоре, наличие смягчающих наказание обстоятельств, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

В качестве смягчающих наказание обстоятельств суд учел: признание вины на стадии предварительного расследования, состояние здоровья подсудимого и его близких родственников, оказание посильной помощи в быту родителям, привлечение к уголовной ответственности впервые, положительную характеристику с места работы и жительства, мнение потерпевшего, который не настаивал на строгом наказании.

Таким образом, судом первой инстанции в полной мере учтены все смягчающие наказание обстоятельства, предусмотренные ст. 61 УК РФ.

Отягчающие наказание обстоятельства отсутствуют.

Учитывая характер и степень общественной опасности совершенного преступления, в целях исправления подсудимого и предупреждения совершения новых преступлений, суд пришел к обоснованному выводу о назначении наказания в виде ограничения свободы, которое позволит достичь целей наказания, в соответствии с правилами ст.43 УК РФ будет соответствовать личности подсудимого, принципам соразмерности наказания содеянному и справедливости, в том числе, учитывая принцип гуманизма, а также будет способствовать его исправлению, соответствовать характеру и степени общественной опасности содеянного, обстоятельствам совершения преступления и будет достаточным для исправления подсудимого.

Мотивы разрешения всех вопросов, касающихся назначения наказания, приведены в приговоре.

Назначенное наказание отвечает целям, указанным в ст. 6 и 43 УК РФ, является справедливым, и оснований для его смягчения или применения положений ст.ст. 64, 73, ч. 6 ст. 15 УК РФ не имеется.

Дополнительное наказание на основании ч. 3 ст. 47 УК РФ в виде лишение права заниматься определенной деятельностью - управлением транспортными средствами назначено обоснованно на разумный и справедливый срок, при этом судом учтены все обстоятельства по делу в совокупности, характер и степень общественной опасности совершенного преступления и личности виновного, что именно при использовании транспортного средства причинен вред здоровью потерпевшему.

Судом правильно разрешены вопросы о судьбе вещественных доказательств.

Нарушений уголовно-процессуального закона, которые могли бы поставить под сомнение законность и обоснованность приговора, в том числе по доводам апелляционных жалоб, не установлено.

Все другие доводы жалобы стороны защиты не влияют на правильность принятого судом решения, а потому являются несостоятельными.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Заводского районного суда г. Новокузнецка Кемеровской области от 29.10.2025 в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора или иного итогового судебного решения, через суд первой инстанции. Жалобы рассматриваются в порядке, предусмотренном статьями 401.7, 401.8 УПК РФ. Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Судья Т.Ю. Лукьянова