Апелляционное постановление № 10-1160/2023 от 8 марта 2023 г. по делу № 1-781/2022

Дело № 10-1160/2023 Судья Бушина А.Р.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ постановление

г. Челябинск 09 марта 2023 года

Челябинский областной суд в составе судьи Иванова С.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Беленковым В.Н.,

с участием:

прокурора Марининой В.К.,

осужденного ФИО1 и его защитника – адвоката Мосягина В.П.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению с дополнением государственного обвинителя ФИО5 и апелляционной жалобе защитника осужденного – адвоката Мосягина В.П. на приговор Тракторозаводского районного суда г. Челябинска от 23 декабря 2022 года, которым

ГУРА ФИО9, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в г. <адрес>, гражданин РФ, судимый

17 июня 2020 года Советским районным судом г. Челябинска по ст. 264.1 УК РФ к наказанию в виде обязательных работ на срок 300 часов (отбытому 12 февраля 2021 года) с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года 6 месяцев (к 23 декабря 2022 года не отбыто 7 дней),

осужден по ч. 2 ст. 264.1 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 6 месяцев с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 3 года; окончательно с применением ст. 70 УК РФ путем частичного присоединения неотбытой части дополнительного наказания по предыдущему приговору назначено наказание в виде лишения свободы на срок 6 месяцев с отбыванием в колонии-поселении, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 3 года 2 дня.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения.

Срок основного наказания исчислен со дня прибытия ФИО1 в колонию-поселение, с зачетом времени самостоятельного следования к месту отбывания лишения свободы из расчета один день за один день.

Изучив материалы уголовного дела, заслушав выступления прокурора, просившего об изменении приговора по доводам апелляционного представления с дополнением; участников процесса со стороны защиты, поддержавших доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 как лицо, имеющее судимость за совершение преступления, предусмотренного ст. 264.1 УК РФ, осужден за управление в состоянии опьянения механическим транспортным средством, совершенное в период с 21:00 до 21:50 26 июля 2022 года при обстоятельствах, подробно приведенных в обжалуемом приговоре, постановленном в порядке гл. 40 УПК РФ.

В апелляционном представлении государственный обвинитель ФИО5 просит направить «материалы уголовного дела на новое судебное рассмотрение», отменив приговор по основаниям указанным в пп. 1-3 ст. 389.15 УПК РФ, поскольку судом первой инстанции в нарушение ст. 6 УПК РФ, устанавливающей назначение уголовного судопроизводства, при назначении наказания в качестве «смягчающих вину» обстоятельств должно быть признано активное способствование расследованию преступления, что выразилось «в сообщении достоверных сведений об обстоятельствах совершенного деяния, оказании активного содействии правоохранительным органам в установлении юридически значимых по делу обстоятельств». Равным образом, как полагает государственный обвинитель, не учтено поведение осужденного при задержании, «который не оспаривал факт задержания» и добровольно прошел «медицинское освидетельствование».

Также, по мнению автора представления, не в полной мере учтены обстоятельства, характеризующие личность осужденного, – в чем конкретно выразилось это нарушение, государственный обвинитель не указывает.

В дополнительном апелляционном представлении государственный обвинитель, поддерживая первоначально приведенные доводы, просит в юридической оценке действий ФИО1, описанной судом, исключить указание на наличие судимости за совершение «в состоянии опьянения» преступления, предусмотренного ст. 264.1 УК РФ, правильно указав о наличии судимости за совершение преступления, предусмотренного ст. 264.1 УК РФ.

По мотивам, влекущим ухудшение положение осужденного, стороной обвинения приговор, таким образом, не обжалован.

В апелляционной жалобе адвокат Мосягин В.П. также выражает несогласие с приговором, полагая его несправедливым вследствие чрезмерной суровости назначенного наказания, и просит его изменить, применив иной вид основного наказания, не связанный с лишением свободы.

В обоснование своей позиции, ссылаясь на небольшую тяжесть преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 264.1 УК РФ, санкция которой предусматривает иные виды наказания, помимо лишения свободы, автор жалобы подробно приводит положительные данные о личности ФИО1, который является гражданином РФ, имеет постоянное место проживания, состоит в фактических брачных отношениях, активно помогает в воспитании двух малолетних детей сожительницы, оказывая им материальную помощь, занят общественно-полезным трудом, имеет доход и, в целом, положительно характеризуется.

Защитник также просит учесть позицию ФИО1 в ходе производства дознания, который изначально давал признательные показания и самостоятельно рассказал обо всех обстоятельствах совершения преступления, признал вину в полном объеме, после чего подтвердил заявленное им ходатайство о рассмотрении уголовного в особом порядке судебного разбирательства.

В связи с этим адвокат с учетом «военно-политической обстановки в мире в отношении нашего государства» считает, что назначение ФИО1 основного наказания, не связанного с лишением свободы, будет способствовать одновременно и его исправлению, и «активному участию в жизни страны».

Обсудив доводы апелляционных жалоб защитника и государственного обвинителя, суд апелляционной инстанции усматривает основания для того, чтобы согласиться с ними частично.

ФИО1 вину в инкриминированном ему преступлении признал полностью, вследствие чего судом удовлетворено его согласованное с адвокатом ходатайство о рассмотрении уголовного дела при особом порядке принятия судебного решения, предусмотренном гл. 40 УПК РФ, против чего не возражал государственный обвинитель.

При этом соответствующие требования уголовно-процессуального закона соблюдены: данное ходатайство своевременно и добровольно заявлено обвиняемым после ознакомления с материалами уголовного дела в соответствии с положениями ст. 217 УПК РФ совместно с защитником (№).

В судебном заседании подсудимому надлежащим образом разъяснены процессуальные права и последствия рассмотрения уголовного дела без проведения судебного разбирательства в общем порядке, а равно установленные ст. 317 УПК РФ пределы обжалования приговора (№).

Признав, что обвинение подтверждается доказательствами, собранными по уголовному делу, суд на основании ст.ст. 314-316 постановил обвинительный приговор, правильно квалифицировав действия подсудимого по ч. 2 ст. 264.1 УК РФ в соответствии с требованиями п. 3 ч. 1 ст. 308 УПК РФ.

Вместе с тем доводы дополнительного апелляционного представления заслуживают внимания. Так, описывая совершение ФИО1 преступления и давая юридическую оценку действиям подсудимого, суд указал об управлении им механическим транспортным средством как лицом, находящимся в состоянии опьянения, имеющим судимость «за совершение в состоянии опьянения» (№) преступления, предусмотренного ст. 264.1 УК РФ, тот есть исказил диспозицию названной статьи излишней формулировкой, не устранив аналогичные изъяны юридической техники, содержащиеся в обвинительном акте.

Так, согласно диспозиции ч. 2 ст. 264.1 УК РФ, признак субъекта данного преступления, как имеющего судимость за совершение «в состоянии опьянения» преступления, распространяется на лиц, ранее осужденных по чч. 2, 4 и 6 ст. 264 УК РФ.

Признак наличия судимости по ст. 264.1 УК РФ сам по себе презюмирует, что это преступление имело место в состоянии алкогольного опьянения, поэтому его повторное приведение в тексте приговора не требуется.

В связи с этим описательно-мотивировочная часть приговора и юридическая оценка действий ФИО1 подлежит уточнению путем исключения указания на наличие судимости за совершение «в состоянии опьянения» преступления, предусмотренного ст. 264.1 УК РФ.

Наряду с этим, согласно ч. 1 ст. 389.19 УПК РФ суд апелляционной инстанции не связан доводами соответствующих жалоб и представлений и вправе проверить производство по уголовному делу в полном объеме.

Как правильно установлено судом на основании обвинительного акта по уголовному делу, ФИО1, совершая преступление, предусмотренное ч. 2 ст. 264.1 УК РФ, управлял скутером (мопедом) модели <данные изъяты> с номером рамы №, то есть другим механическим транспортным средством, а не автомобилем (п. 1 примечаний к ст. 264 УК РФ, п.1.2 Правил дорожного движения и п. 1 ст. 25 Федерального закона от 10 декабря 1995 года № 196-ФЗ «О безопасности дорожного движения»).

Вопреки этому, при описании возникновения умысла ФИО1, суд, несмотря на правильное поименование в обвинительном акте транспортного средства, которым управлял виновный, – как иного механического транспортного средства, и правильного указания об этом в целом в приговоре, в том числе при квалификации действий виновного, дважды ошибочно указал на то, что умысел ФИО1 возник в отношении автомобиля (№).

В этой связи суд апелляционной инстанции также считает возможным изменить приговор в этой части, исключив из его-описательно-мотивировочной части указание об умысле ФИО1 на управление автомобилем.

При этом в приговоре необходимо правильно указать на надлежащие признаки с тем, чтобы исключить допущенные судом первой инстанции противоречия.

Вносимые изменения не требуют исследования доказательств, не нарушают право осужденного на защиту, не увеличивая объем предъявленного ФИО1 обвинения, не ухудшают положение осужденного, не влияют на оценку выводов об его виновности и квалификации его действий, и, соответственно, не являются основанием для смягчения назначенного ему наказания, поскольку не влекут переоценки характера и степени общественной опасности совершенного преступления.

Кроме того, по смыслу уголовно-процессуального закона вводная часть обвинительного приговора должна быть изложена таким образом, чтобы не возникало сомнений при его исполнении. При этом в отношении лиц, имеющих судимость, должны, в частности, отражаться сведения о размере неотбытой части наказания.

В силу ч. 4 ст. 47 и ч. 1 ст. 36 УИК РФ срок лишения права заниматься определенной деятельностью, назначенного в качестве дополнительного вида наказания к обязательным работам, если его исполнение не отсрочено, исчисляется с момента вступления приговора суда в законную силу.

Во вводной части обжалуемого приговора указано, что срок неотбытого наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, назначенного приговором Советского районного суда г. Челябинска от 17 июня 2020 года, составляет 08 дней, что не соответствует действительности.

Названный приговор вступил в законную силу 30 июня 2020 года, следовательно, последним днем отбывания указанного дополнительного наказания ФИО1 являлось 29 декабря 2022 года. Назначение наказание по совокупности приговоров основного наказания в виде лишения свободы прервало исполнение указанного дополнительного наказания, поскольку в этих случаях оно распространяется на все время отбывания основного вида наказания, но при этом его срок исчисляется с момента его отбытия. Таким образом, неотбытый срок дополнительного наказания составлял 06, а не 08 суток. Наряду с этим, в срок наказания не засчитывается время, в течение которого осужденный занимался запрещенной для него деятельностью, то есть применительно к данному уголовному делу – 26 июля 2022 года. Следовательно, всего ФИО1 не отбыто 07 суток наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, назначенного по предыдущему приговору от 17 июня 2020 года.

Обсуждая доводы сторон о назначении осужденному наказания, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

При назначении наказания подсудимому ФИО1 суд первой инстанции сослался на то, что в соответствии со ст.ст. 6, 43 и 60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, которое законодателем отнесено к категории преступлений небольшой тяжести, а также «особенности личности» подсудимого, смягчающие наказание обстоятельства и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, влияние назначаемого наказания на исправление виновного, на условия его жизни, а также на условия жизни его семьи.

К числу данных о личности виновного, подлежащих учету при назначении наказания, суд первой инстанции отнес то, что: ФИО1 является гражданином РФ, не имеет регистрации по месту жительства или месту пребывания, но фактически проживает в г. <адрес>, состоит в «фактических брачных отношениях», не состоит на учете у врача-психиатра и врача-нарколога, по месту проживания характеризуется удовлетворительно, занят общественно-полезным трудом, хотя и без официального трудоустройства.

Что конкретно не учел или учел не должным образом суд, анализируя данные, характеризующие личность виновного, ни из апелляционной жалобы защитника, ни из апелляционного представления не ясно.

Вопреки доводам апелляционного представления в силу п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ в качестве смягчающего наказания обстоятельства суд первой инстанции учел активное способствование расследованию преступления.

Мотивами этого решения суда, которые сторонами не оспариваются, явилось то, что «в ходе предварительного расследования ФИО1 сообщил достоверные сведения об обстоятельствах совершенного им деяния, оказывал активное содействие правоохранительным органам в установлении юридически значимых по делу обстоятельств, что, безусловно, сыграло важную роль в эффективном расследовании совершенного преступления», то есть те самые обстоятельства, на которые указывает государственный обвинитель.

Каким образом то, что ФИО1, не оспаривал факт задержания и добровольно прошел медицинское освидетельствование, влияет на оценку назначенного ему наказания, из доводов государственного обвинителя не следует. Они являются неконкретными и беспредметными, на действующем законодательстве и материалах дела не основаны.

В связи с чем ФИО1 при выявлении совершения им преступления в условиях очевидности и при видео-фиксации процессуальных действий, предусмотренных КоАП РФ, должен был оспаривать задержание не ясно. Из дела не усматривается, что ФИО1 не задерживался в порядке ст. 27.3 КоАП РФ или ст. 91 и 92 УПК РФ. Прохождение медицинского освидетельствования является обязательным альтернативным способом установления состояния алкогольного опьянения (от прохождения освидетельствования на месте ФИО1 отказался). В силу п. 2 примечаний к ст. 264 УК РФ для целей, в том числе ст. 264.1 УК РФ, лицо, управляющее транспортным средством, не выполнившее законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения в порядке и на основаниях, предусмотренных законодательством РФ, считается находящимся в состоянии опьянения.

В соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ в качестве смягчающих наказание обстоятельств суд также учел полное признание ФИО1 вины (что является условием для рассмотрения уголовного дела в порядке гл. 40 УПК РФ) и раскаяние в содеянном, оказание помощи в воспитании и содержании малолетних детей сожительницы (что предполагает наличие источника дохода).

Иных обстоятельств, прямо предусмотренных уголовным законом в качестве смягчающих, достоверные сведения о которые имеются в материалах дела, но не учтенных при назначении наказания, равно как и других обстоятельств, которые применительно к совершенному деянию и личности осужденного в данном конкретном случае должны были бы быть признаны смягчающими наказание в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ, судом апелляционной инстанции не установлено.

Таким образом, доводы сторон о ненадлежащем учете смягчающих наказание обстоятельств и данных о личности осужденного неубедительны.

Мотивируя необходимость применения наказания в виде лишения свободы, суд первой инстанции сослался на то, что оценив данные о личности подсудимого, учитывая сведения о тяжести совершенного ФИО1 преступления и его общественную опасность, наличие непогашенной судимости за аналогичное преступление, суд находит, что виновному должно быть назначено наказание в виде лишения свободы. По мнению суда, именно данный вид наказания будет способствовать исправлению ФИО1 и предупреждению совершения им новых преступлений, а также будет являться адекватной содеянному мерой уголовно-правового воздействия.

Назначение подсудимому менее строгого наказания, предусмотренного санкцией ч. 2 ст. 264.1 УК РФ, в виде штрафа, исправительных работ и ограничения свободы, как следует из приговора, суд счел нецелесообразным, поскольку именно лишение свободы будет способствовать исправлению ФИО1 и предупреждению совершения им новых преступлений, а также будет являться «адекватной содеянному мерой уголовно-правового воздействия».

Кроме того, как указано в приговоре, с учетом фактических обстоятельств совершенного преступления, его мотивов, способа и общественной опасности, замена наказания в виде лишения свободы альтернативным видом наказания – принудительными работами в данном конкретном случае представляется суду невозможной, поскольку, по мнению суда, «не сможет обеспечить достижение целей уголовного наказания в отношении ФИО1».

С данными выводами полностью согласиться нельзя, поскольку они не в полной мере соответствуют смыслу уголовного закона.

Так, в соответствии с требованием ч. 1 ст. 60 УК РФ более строгий вид наказания из числа предусмотренных за совершенное преступление назначается только в случае, если менее строгий вид наказания не сможет обеспечить достижение целей наказания.

Формулировку о наличии непогашенной судимости за аналогичное преступление, использованную при мотивировании назначения наказания, следует исключить из приговора в силу требования ч. 2 ст. 63 УК РФ, поскольку наличие такой судимости является признаком субъекта преступления, предусмотренного диспозицией ст. 264.1 УК РФ, санкция которой, в свою очередь, предусматривает несколько альтернативных основных видов наказания.

При этом эффективность исправительного воздействия наказания, назначенного по предыдущему приговору – обязательных работ в сочетании с дополнительным наказанием в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, не может быть признана достаточной, в связи с чем выводы суда о том, что ФИО1 надлежит назначить наказание в виде реального лишения свободы, по существу, являются правильными, с учетом того, что все положительные данные о личности осужденного и смягчающие наказание обстоятельства имели место и на момент совершения им преступления, либо связаны исключительно с признанием вины в преступлении, выявленном в условиях очевидности.

Срок лишения свободы назначен ФИО1 с соблюдением положений чч. 1 и 5 ст. 62 УК РФ и оснований для его смягчения судом апелляционной инстанции не усматривается.

Указанное приводит суд к апелляционной инстанции к выводу о необходимости назначения ФИО1 основного наказания, не только с привлечением его к оплачиваемому труду, что будет отвечать данным об условиях жизни его близких и сведениям о содержании им малолетних детей сожительницы; но и одновременно, с постоянным контролем над его поведением, вследствие чего применение к нему основного наказания в виде штрафа, исправительных работ либо ограничения свободы, а равно признания его осуждения к лишению свободы условным в соответствии со ст. 73 УК РФ нецелесообразно, поскольку не обеспечит возможности предупреждения совершения им новых преступлений, а также его исправления в условиях, допускающих свободное употребление им алкоголя и управление транспортными средствами в состоянии опьянения, даже не смотря на применение наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением таковыми.

Вместе с тем, согласно п. 7.1 ч. 1 ст. 299 УПК РФ при постановлении обвинительного приговора суд обязан разрешить вопрос о том, имеются ли основания для замены наказания в виде лишения свободы принудительными работами в случаях и порядке, установленных ст. 53.1 УК РФ.

В силу ч. 2 ст. 53.1 УК РФ, если, назначив наказание в виде лишения свободы, суд придет к выводу о возможности исправления осужденного без реального отбывания наказания в местах лишения свободы, он постановляет заменить осужденному назначенное наказание принудительными работами.

Мотивируя невозможность такой замены, суд в приговоре сослался на фактические обстоятельства содеянного, его мотивы (никак не конкретизировав, что именно имеется в виду) и способ (управление другим механическим транспортным средством, который предусмотрен диспозицией ст. 264.1 УК РФ), а также общественную опасность совершенного преступления (которое отнесено к категории небольшой тяжести).

Таким образом, вывод о необходимости назначения подсудимому наиболее строгого вида наказания без возможности замены альтернативным видом наказания, предусмотренным ст. 53.1 УК РФ, суд убедительно не мотивировал, не обосновав невозможность исправления виновного без реального отбывания лишения свободы, что влечет необходимость изменения приговора по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 389.18 УПК РФ.

Принудительные работы заключаются в привлечении осужденного к оплачиваемому труду, что соответствует условиям жизни близких ФИО1; данное наказание отбывается в исправительных центрах, где осужденные обязаны выполнять правила внутреннего распорядка, а употребление спиртных напитков относится к злостному нарушению порядка и условий отбывания такого наказания, влекущее возможность его замены на лишение свободы.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции в силу императивного требования ч. 1 ст. 60 УК РФ считает необходимым смягчить назначенное ФИО1 наказание в виде лишения свободы, заменив его на принудительные работы, поскольку по делу не установлено обстоятельств, свидетельствующих о невозможности исправления осужденного посредством применения данного вида наказания без реального отбывания наказания в виде лишения свободы.

Ввиду отсутствия исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности содеянного, суд первой инстанции обоснованно не счел возможным применить по уголовному делу положения ст. 64 УК РФ, правильно посчитав, что оснований для этого не имеется.

Исходя из того, что степень общественной опасности преступного деяния определяется именно конкретными обстоятельствами его совершения, в частности, способами содеянного, видом умысла, а также обстоятельствами, смягчающими наказание, относящимися к совершенному преступлению, оснований для переоценки данного вывода суда о непризнании исключительной совокупности обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Таким образом, оснований для неприменения к ФИО1 дополнительного вида наказания в виде лишения права управления транспортными средствами не имеется. При этом суд апелляционной инстанции учитывает, что при замене лишения свободы принудительными работами дополнительное наказание, предусмотренное к лишению свободы, в том числе и в качестве обязательного, не назначается.

При замене лишения свободы принудительными работами, надлежит решить вопрос о назначении дополнительного наказания, предусмотренного санкцией соответствующей статьи Особенной части УК РФ к принудительным работам, поскольку такой вопрос судом первой инстанции не разрешался.

Поскольку решение о назначении ФИО1 принудительных работ принимается судом апелляционной инстанции, то, смягчая наказание, следует выполнить приведенные требования закона, а также требования ст. 70 УК РФ.

Продолжительность срока обязательного дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, суд апелляционной инстанции определяет с учетом требований ст. 60 УК РФ, применяя на срок, соразмерный обстоятельствам содеянного и данным о личности виновного, и с учетом невозможности ухудшения положения осужденного в отсутствие конкретных доводов стороны обвинения в апелляционном представлении.

Предусмотренных законом оснований для освобождения ФИО1 от уголовной ответственности либо от наказания в ходе производства по уголовному делу не установлено.

Факт оказания ФИО1 «спонсорской помощи» в размере 2 000 рублей детской поликлинике после постановления приговора, о чем стороной представлено благодарственное письмо, положительно характеризует личность осужденного и учитывается судом апелляционной инстанции при смягчении наказания, назначенного осужденному.

Уголовное дело рассмотрено судом первой инстанции с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства РФ в соответствии с принципами равноправия и состязательности сторон, при этом нарушений требований УПК РФ, влекущих отмену приговора или внесение в него иных изменений, в том числе по доводам апелляционного представления, не имеется.

При этом основанием для отмены приговора с направлением уголовного дела на новое судебное разбирательство являются нарушения, которые не могут быть устранены судом апелляционной инстанции. На таковые в апелляционном представлении прокурора не указано, и судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь п. 9 ч. 1 ст. 389.20, ст. 389.28, ч. 2 ст. 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

приговор Тракторозаводского районного суда г. Челябинска от 23 декабря 2022 года в отношении Гура ФИО10 изменить.

В его вводной части правильно указать, что неотбытая часть дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, назначенного приговором Советского районного суда г. Челябинска 17 июня 2020 года, составляет 07 дней;

В его описательно-мотивировочной части:

при описании преступного деяния и при изложении юридической оценки действий осужденного исключить формулировки суда о наличии судимости за совершение «в состоянии опьянения» преступления, предусмотренного ст. 264.1 УК РФ (абз. 13 л.д. 102; абз. 7 л.д. 104), считать правильным указания о наличии у ФИО1 судимости за совершение преступления, предусмотренного ст. 264.1 УК РФ.

при описании преступного деяния исключить формулировки суда о наличии у ФИО1 умысла на управление автомобилем (абз. 1 и 2 л.д. 103), дополнив ее правильными указаниями об умысле на управление другим механическим транспортным средством;

исключить формулировку суда о наличии непогашенной судимости за аналогичное преступление, использованную при мотивировании назначения наказания в виде лишения свободы;

Смягчить наказание, назначенное ФИО1, на основании ч. 2 ст. 53.1 УК РФ, заменив основное наказание в виде лишения свободы на срок 06 месяцев, принудительными работами на срок 06 месяцев с удержанием 5% из заработной платы осужденного в доход государства.

Назначить ФИО1 к принудительным работам дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 3 года.

На основании ч. 4 ст. 69, ст. 70 УК РФ, по совокупности приговоров, путем частичного присоединения к назначенному наказанию неотбытой части дополнительного наказания, назначенного по приговору Советского районного суда г. Челябинска от 17 июня 2020 года, окончательно назначить Гура ФИО11 наказание в виде принудительных работ на срок 06 месяцев с удержанием 5% из заработной платы осужденного в доход государства с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 3 года 01 день.

В остальной части этот же приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката и апелляционное представление государственного обвинителя с дополнением удовлетворив частично.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке с соблюдением требований ст. 401.4 УПК РФ в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции путем подачи кассационных жалоб, представления через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления его в законную силу.

В случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном ст. 401.10 – 401.12 УПК РФ.

В случае подачи кассационных жалоб, представления лица, участвующие в уголовном деле, вправе ходатайствовать о своем участии в его рассмотрении судом кассационной инстанции.

Судья