Апелляционное постановление № 22-1634/2025 от 28 августа 2025 г.

Дело № 22-1634/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Санкт-Петербург 29 августа 2025 года

Ленинградский областной суд в составе председательствующего – судьи Гулевича С.А.,

с участием прокурора отдела управления прокуратуры Ленинградской области Дзуцевой А.Р.,

подсудимого ФИО1,

защитника – адвоката Козырева А.А.,

при помощнике судьи Ганецкой Т.С.,

рассмотрел в апелляционном порядке в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционному представлению государственного обвинителя – старшего помощника Кингисеппского городского прокурора Бомбела Ю.И. на постановление <адрес> от 21 мая 2025 года, которым уголовное дело в отношении ФИО1, <данные изъяты>, не судимого, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 285 УК РФ, возвращено прокурору <адрес> в порядке п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Изложив существо обжалуемого судебного решения, доводы апелляционного представления, выслушав выступление прокурора Дзуцевой А.Р., поддержавшей апелляционное представление, полагавшей необходимым постановление суда отменить, материалы уголовного дела направить на новое судебное разбирательство, выступления подсудимого ФИО1 и его защитника Козырева А.А., просивших постановление суда оставить без изменения, суд апелляционной инстанции,

у с т а н о в и л:

18.10.2023 в <адрес> для рассмотрения по существу поступило уголовное дело по обвинению ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 285 УК РФ.

Обстоятельства преступления, в совершении которого обвиняется ФИО1, подробно приведены в обжалуемом постановлении, а также в представленном суду обвинительном заключении.

21.05.2025 суд вынес постановление о возвращении уголовного дела прокурору по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ.

Принятое решение суд фактически мотивировал тем, что составленное в отношении ФИО1 обвинительное заключение не соответствует требованиям ст. 220 УПК РФ, что исключает возможность постановления судом на основе данного обвинительного заключения приговора или принятия иного решения, предусмотренного УПК РФ.

Не согласившись с данным постановлением суда, государственный обвинитель Бомбела Ю.И. внес апелляционное представление, в котором просит постановление отменить и направить материалы на новое рассмотрение в суд первой инстанции со стадии подготовки к судебному заседанию.

В представлении государственный обвинитель в обоснование своих требований указывает на то, что оснований для возвращения уголовного дела прокурору в порядке п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ у суда первой инстанции не имелось.

Сумма ущерба, вмененная ФИО1, основана на заключении эксперта № 13/Э/СТЭ-34-22 от 09.03.2023, согласно которому объем работ по устройству сборного бортового камня выполнен в количестве 236,5 погонных метров. Вместе с тем, в ходе предварительного расследования неоднократно проводились осмотры места происшествия мкр. <адрес>, в соответствующих протоколах зафиксировано иное количество установленных бортовых камней, во всех случаях больше установленного экспертом количества, что свидетельствует о возможно меньшей сумме причиненного ущерба.

Допущенное нарушение может быть устранено в судебном заседании путем проведения дополнительной судебной экспертизы, что не повлечет изменение обвинения на более тяжкое либо существенно отличающегося по фактическим обстоятельствам, не ухудшит положения обвиняемого и не нарушит его права на защиту.

Вопреки доводам суда о неуказании в обвинительном заключении выражения иной личной заинтересованности, следователем указано, что ФИО1 действовал исходя из ложно понятых интересов службы, прикрывал просчеты в своей служебной деятельности и искусственно завышал ее показатели, нес всю полноту ответственности за последствия принимаемых решений, преследовал цель создания видимости эффективного осуществления своих должностных полномочий и расходования бюджетных средств по муниципальному контракту, незаконно и необоснованно распорядился средствами бюджета. ФИО1 прикрывал просчеты своей служебной деятельности, связанные с не организацией должного контроля за ходом выполнения работ по заключенному контракту, создавал видимость эффективной реализации возложенных на него полномочий как руководителя МКУ «ФИО22», что делает указанный вывод суда несостоятельным.

С учетом характера и фактических обстоятельств совершенного преступления объем регионального финансирования не является существенными для разрешения уголовного дела и не может являться препятствием для рассмотрения уголовного дела по существу.

Просит постановление суда отменить и передать уголовное дело на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции со стадии подготовки к судебному заседанию.

Проверив представленные материалы и обсудив доводы апелляционного представления, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Согласно ч. 4 ст. 7 УПК РФ постановление судьи должно быть законным, обоснованным и мотивированным, вынесенным в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основанным на правильном применении уголовного закона.

Данное требование закона судом первой инстанции при вынесении постановления не выполнено.

Возвращение уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ имеет своей целью устранение таких препятствий его рассмотрения судом, которые исключают возможность постановления законного, обоснованного и справедливого приговора или иного итогового судебного решения.

Возвращение уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ должно рассматриваться как исключительное обстоятельство и осуществляться в тех случаях, когда невозможно в судебном заседании устранить недостатки, препятствующие рассмотрению дела.

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 27 февраля 2018 года N 274-О, возвращение уголовного дела прокурору для устранения препятствий к его судебному рассмотрению может иметь место лишь в случае, если допущенное органами предварительного расследования процессуальное нарушение является таким препятствием для рассмотрения дела, которое суд не может устранить самостоятельно и которое исключает возможность постановления законного и обоснованного приговора.

Статья 237 УПК РФ закрепляет порядок и основания возвращения уголовного дела прокурору по ходатайству стороны или по собственной инициативе для устранения препятствий его рассмотрения судом. Перечень оснований для возвращения уголовного дела прокурору является исчерпывающим.

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случаях, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.

Под допущенными при составлении обвинительного заключения, нарушениями требований уголовно-процессуального закона в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ следует понимать такие нарушения изложенных в ст. 220 УПК РФ, а также других взаимосвязанных с ними нормах УПК РФ, которые исключают возможность принятия судом решения по существу дела на основе данного обвинительного документа.

При этом уголовное дело не подлежит возвращению прокурору, если допущенное органами предварительного расследования нарушение требований уголовно-процессуального закона может быть устранено в судебном заседании, когда это не влечет изменения обвинения на более тяжкое либо существенно отличающееся по фактическим обстоятельствам, не ухудшает положения обвиняемого и не нарушает его права на защиту.

В частности, не имеется препятствий для рассмотрения дела, в случаях, когда в обвинительном документе и предъявленном обвинении отсутствует указание на обстоятельства, не являющиеся с учетом характера и фактических обстоятельств совершенного преступления существенными для разрешения уголовного дела.

Вопреки указанным нормам закона и разъяснениям порядка их применения, приведенные судом первой инстанции причины возвращения уголовного дела прокурору, не относятся к тем нарушениям закона, которые служат препятствием для рассмотрения судом уголовного дела по существу.

Выводы суда о том, что при описании преступления не установлен причиненный ущерб, а приведенная в обвинении и установленная органом следствия сумма ущерба основывается на противоречивых доказательствах, ошибочны.

Так, согласно ч. 1 ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство проводится в отношении обвиняемого лишь по предъявленному ему обвинению, при этом в соответствии с ч. 2 ст. 171 и ч. 1 ст. 220 УПК РФ постановление о привлечении в качестве обвиняемого и обвинительное заключение должны содержать описание преступного деяния, с указанием места, времени, способа его совершения, а также иные обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела, и подлежащие обязательному доказыванию в соответствии с п.п. 1, 2 ч. 1 ст. 73 УПК РФ, формулировку предъявленного обвинения с указанием пункта, части, статьи УК РФ, предусматривающих ответственность за данное преступление.

В представленном суду обвинительном заключении, в частности при описании преступления, подробно указано время, место, способ совершения преступления, занимаемая ФИО1 должность в Учреждении, его служебные обязанности, сумма, причиненного имущественного ущерба – 6 740 310 рублей.

Несоответствие сумм приведенных в графиках перечисления субсидий тем суммам, которые приведены в обвинительном заключении, противоречия в содержании отдельных письменных доказательств, исследованных в порядке ст. 285 УПК РФ (результаты осмотра вещественных доказательств – бортовых камней) не препятствует рассмотрению судом дела по существу, принятию по нему итогового решения, предусмотренного УПК РФ.

Суд не лишен возможности провести по делу судебное следствие, исследовать доказательства, представленные сторонами, устранить приведенные в обжалуемом постановлении противоречия, установить, с учетом исследованных доказательств сумму ущерба.

Не согласившись с выводами следователя в обвинительном заключении относительно перечисленных сумм субсидий результатам осмотра вещественных доказательств и несоответствия таких результатов данным, приведенным в обвинительном заключении, суд не лишен возможности по результатам судебного следствия уточнить данные обстоятельства, с учетом исследованных в суде доказательств, привести такие уточнения в приговоре при описании преступления.

Очевидно, что приведение таких обстоятельств преступления в приговоре, по результатам проведенного судебного следствия, не повлечет изменение обвинения на более тяжкое либо существенно отличающееся по фактическим обстоятельствам, не ухудшит положение обвиняемого, не нарушит его право на защиту и положения ст. 252 УПК РФ.

Не ограничен суд также в праве по результатам судебного следствия, установить сумму ущерба в том случае, если приведенный в обвинительном заключении размер ущерба не будет подтвержден представленными суду стороной обвинения доказательствами.

Суд первой инстанции в ходе судебного следствия, если в этом возникнет необходимость, с целью установления данных обстоятельств, с целью установления противоречий, установленных в выводах эксперта, приведенным в заключении эксперта № 13/Э/СТЭ-34-22 от 09.03.2023, на основании которых следователь установил сумму ущерба, также может реализовать свое право, предусмотренное ст. 283 УПК РФ и провести по делу дополнительную или повторную судебную экспертизу.

Кроме того, с целью устранения приведенных в обжалуемом постановлении противоречий суд имеет право по собственной инициативе в порядке ст. 282 УПК РФ вызвать в суд судебного эксперта, давшего заключение на стадии предварительного следствия и допросить его для разъяснения или дополнения данного им заключения.

При этом, как верно указано в апелляционном представлении, приведенное в обжалуемом постановлении противоречие о количестве установленных бортовых камней, исходя из которого была установлена сумма ущерба, свидетельствует о возможно меньшей сумме причиненного ущерба.

В данной части суд апелляционной инстанции отмечает, что обжалуемое постановление не содержит каких-либо данных о том, что представленными доказательствами установлено причинение ущерба в наибольшей сумме, чем указано в представленном обвинительном заключении.

Вопреки выводам суда, представленное обвинительное заключение содержит указание о том, в чем выразилась иная личная заинтересованность ФИО1, применительно к совершению всей совокупности действий, которая повлекла за собой совершении им вменяемого в вину преступления.

При этом указание в обвинительном заключении каждый раз данной личной заинтересованности при совершении отдельных действий, составляющих объективную сторону преступления, как то подписание справки о стоимости выполненных работ и акта приема выполненных работ, не требуется.

Приведенное в обвинительном заключении описание преступного деяния, никоим образом не противоречит предложенной органом следствия квалификации.

Как разъяснил Конституционный суд РФ в Определении № 368-О-О от 23.03.2010 рассматриваемая в единстве с положениями Общей части УК Российской Федерации (статьи 5 и 8, часть первая статьи 14 и статья 25), его ст. 285 УК РФ устанавливает уголовную ответственность за злоупотребление должностными полномочиями. При этом используемое в данной норме понятие "существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества или государства", как и всякое оценочное понятие, наполняется содержанием в зависимости от фактических обстоятельств конкретного дела и с учетом толкования этого законодательного термина в правоприменительной практике, не является неопределенным и не препятствует единообразному пониманию и применению соответствующих законоположений.

По смыслу закона по делам о преступлении, предусмотренном ст. 285 УК РФ судам надлежит, наряду с другими обстоятельствами дела, выяснять и указывать в приговоре, какие именно права и законные интересы граждан или организаций либо охраняемые законом интересы общества или государства были нарушены и находится ли причиненный этим правам и интересам вред в причинной связи с допущенным должностным лицом нарушением своих служебных полномочий (абзац первый пункта 18 постановления от 16 октября 2009 года N 19 "О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий").

При этом выводы относительно квалификации преступлений по той или иной статье уголовного закона, ее части либо пункту должны быть мотивированы судом. Признавая подсудимого виновным в совершении преступления по признакам, относящимся к оценочным категориям (например, тяжкие последствия, существенный вред, наличие корыстной или иной личной заинтересованности), суд не должен ограничиваться ссылкой на соответствующий признак, а обязан привести в описательно-мотивировочной части приговора обстоятельства, послужившие основанием для вывода о наличии в содеянном указанного признака (абзац первый пункта 19 постановления от 29 ноября 2016 года N 55 "О судебном приговоре").

Таким образом, при постановлении приговора, суд не ограничен в возможности по данной категории дел, с учетом исследованной совокупности доказательств, в описательно-мотивировочной части раскрыть последствия совершенного преступления, в виде существенного нарушения прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества или государства", а также в чем выразилась иная личная заинтересованность лица в преступлении.

При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что в соответствии с требованиями ст. 299 УПК РФ вопросы доказанности предъявленного обвинения разрешаются судом только по итогам судебного разбирательства при постановлении приговора, где и подлежат оценке доказательства, представленные сторонами, по правилам, установленным ст. 88 УПК РФ.

Учитывая, что никто не может быть признан виновным в совершении преступления и подвергнут уголовному наказанию иначе как по приговору суда и в порядке, установленном Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации, обвиняемый считается невиновным, пока его виновность в совершении преступления не будет доказана и установлена вступившим в законную силу приговором суда, и лишь суд, отправляя правосудие по уголовному делу, при постановлении приговора разрешает вопросы: доказано ли, что имело место деяние, в совершении которого обвиняется подсудимый, и что это деяние совершил именно он, является ли это деяние преступлением и дает юридическую квалификацию его действий, виновен ли подсудимый в совершении этого преступления, подлежит ли подсудимый наказанию за совершенное им преступление, соответственно указанная в обвинительном заключении квалификация содеянного может рассматриваться лишь в качестве предварительной. Окончательная же юридическая квалификация деяния и назначение наказания за него осуществляется только судом, исходя из его исключительных полномочий по осуществлению правосудия, установленных Конституцией Российской Федерации и уголовно-процессуальным законом.

При таких обстоятельствах является необоснованным вывод суда о том, что обвинительное заключение по делу составлено с нарушениями уголовно-процессуального закона, исключающими возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.

Как отмечено выше основанием для возвращения уголовного дела прокурору послужили выводы суда о том, что обвинительное заключение составлено с нарушением норм УПК РФ и на его основании невозможно постановить приговор или принять иное решение, предусмотренное УПК РФ (п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ).

При этом суду первой инстанции, чтобы прийти к таким выводам потребовалось исследование отдельных доказательств стороны обвинения.

По смыслу закона положения статьи 63 УПК РФ не содержат запрета при отсутствии обстоятельств, предусмотренных статьей 61 УПК РФ, на повторное участие судьи в рассмотрении уголовного дела после отмены судебного решения о возвращении данного дела прокурору. При этом по смыслу статьи 242 УПК РФ рассмотрение уголовного дела тем же судьей или тем же составом суда продолжается с того момента, с которого дело было возвращено прокурору.

Ссылки судьи в постановлении на отдельные письменные доказательства, исследованные в порядке ст. 285 УПК РФ, не надлежащее описание в обвинении объективной стороны преступления, выводы суда о том, что установленный ущерб установлен на противоречивых данных, не препятствует завершению судебного следствия и рассмотрению дела, принятию итогового решения по делу в том же составе суда.

При таких обстоятельствах в соответствии с п. 2 ст. 389.15, п. 2 ч. 2 ст. 389.17 УПК РФ, постановление <адрес> от 21 мая 2025 года о возвращения уголовного дела в отношении ФИО1 прокурору в порядке п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, подлежит отмене по доводам, приведенным в апелляционном представлении с передачей уголовного дела на рассмотрение тем же составом с момента, с которого дело было возвращено прокурору.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.15, 389.17, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

п о с т а н о в и л:

Постановление <адрес> от 21.05.2025 о возвращении прокурору <адрес> в порядке п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ уголовного дела по обвинению ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 285 УК РФ, отменить.

Уголовное дело передать на рассмотрение в суд первой инстанции тем же составом суда с момента, с которого дело было возвращено прокурору.

Апелляционное представление государственного обвинителя – старшего помощника Кингисеппского городского прокурора Бомбела Ю.И. – удовлетворить.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции в соответствии с главой 471 УПК РФ.

Кассационная жалоба, представление подается непосредственно в судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции.

Судья