Апелляционное определение № 22-19/2026 22-778/2025 от 1 февраля 2026 г.

Судья 1 инстанции Удычак Э.В.

Докладчик Войстриков М.Н. Дело №


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

<адрес> 2 февраля 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного суда Республики Адыгея в составе:

председательствующего судьи Демьяненко Л.И.

судей: Панеш Х.Е. и Войстрикова М.Н.

при секретаре судебного заседания Быбченко И.Г.

с участием прокурора Казаковой К.Б.

осужденного ФИО1 (по ВКС)

осужденной ФИО3 (по ВКС)

защитников ФИО13 и ФИО12

переводчика ФИО8

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам защитника ФИО13, поданной в защиту интересов осужденного ФИО1, защитника ФИО12, поданной в защиту интересов осужденной ФИО3, на приговор Майкопского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ, которым,

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес> Узбекской ССР, гражданин Республики Узбекистан, женатый, имеющий одного малолетнего и одного несовершеннолетнего ребенка, официально не трудоустроенный, до задержания работавший водителем такси в <адрес>, зарегистрированный и проживающий по адресу: <адрес>, не судимый,

- признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «г» ч. 4 ст. 228.1, ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 4 ст. 228.1 (5 преступлений) УК РФ и ему назначено наказание:

- по ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ - 9 (девять) лет лишения свободы;

- по ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ - 7 (семь) лет лишения свободы;

- по ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ - 7 (семь) лет лишения свободы;

- по ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ - 7 (семь) лет лишения свободы;

- по ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ - 7 (семь) лет лишения свободы;

- по ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ - 7 (семь) лет лишения свободы.

В соответствии с ч. 2 ст. 69 УК РФ, путем частичного сложения назначенных наказаний, окончательно назначено 11 (одиннадцать) лет 6 (шесть) месяцев лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу, с зачетом в него времени содержания под стражей с ДД.ММ.ГГГГ и до вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Мера пресечения - заключение под стражей - до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения.

Гражданский иск по делу не заявлен. Процессуальные издержки постановлено отнести за счет средств федерального бюджета.

ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженка <адрес> АССР Узбекской ССР, гражданка Республики Узбекистан, разведенная, детей на иждивении не имеющая, официально не трудоустроенная, зарегистрированная по адресу: <адрес>, литер А, <адрес>, проживающая по адресу: <адрес>, не судимая,

- признана виновной в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «г» ч. 4 ст. 228.1, ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 4 ст. 228.1 (5 преступлений) УК РФ, и ей назначено наказание:

- по ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ - 8 (восеь) лет лишения свободы;

- по ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ - 6 (шесть) лет лишения свободы;

- по ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ - 6 (шесть лет лишения свободы;

- по ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ - 6 (шесть лет лишения свободы;

- по ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ - 6 (шесть) лет лишения свободы;

- по ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ - 6 (шесть) лет лишения свободы.

В соответствии с ч. 2 ст. 69 УК РФ, путем частичного сложения назначенных наказаний, окончательно назначено 10 (десять) лет лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Срок наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу, с зачетом в него времени содержания под стражей с ДД.ММ.ГГГГ по день вступления приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Мера пресечения – заключение под стражей – оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу.

Гражданский иск по делу не заявлен. Процессуальные издержки постановлено отнести за счет средств федерального бюджета.

На основании п. «г» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ конфискованы и обращены в собственность государства принадлежащие ФИО1 и ФИО3 мобильные телефоны -«Samsung S20» в корпусе серого цвета; «Honor X5 Plus» в корпусе черного цвета; «Samsung А15» в корпусе белого цвета; «Iphone 12 Pro» в корпусе серого цвета, использованные ими при совершении преступлений.

Заслушав доклад судьи Войстрикова М.Н., доложившего обстоятельства дела, содержание приговора, доводы апелляционных жалоб и выслушав мнение участников судебного заседания о необходимости изменения приговора, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

согласно приговору, ФИО1 и ФИО2 совершили покушение на преступление, то есть, умышленные действия лица, непосредственно направленные на незаконный сбыт наркотических средств, с использованием информационно – телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в крупном размере, если при этом преступление не было доведено до конца по независящим от этого лица обстоятельствам, то есть, преступление, предусмотренное ч.3 ст.30, п.п. «а», «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ.

Они же, совершили 5 преступлений, связанных с покушением на незаконный сбыт наркотических средств, с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), в значительном размере, организованной группой, то есть, преступления, предусмотренные ч.3 ст.30, п. «а» ч.4 ст. 228.1 УК РФ.

Все преступления совершены при обстоятельствах, указанных в приговоре.

В судебном заседании суда первой инстанции ФИО1 и ФИО2 свою вину в инкриминируемых им деяниях признали частично, указав на отсутствие в их действиях квалифицирующего признака «совершение преступлений в составе организованной группы».

В апелляционной жалобе защитник ФИО13 указывает на необходимость изменения приговора, в виду неверной квалификации действий осужденного ФИО1, как совершившего указанные преступления в составе организованной группы, и, соответственно, назначения ему чрезмерно сурового наказания.

По мнению защитника, по делу не доказано, что осужденные совершили указанные преступления в составе организованной группы. Выводы суда в этой части не соответствуют положению ст. 35 УК РФ. Так, по делу не установлен состав организованной группы и факт распределения ролей между её участниками.

Согласно выводам суда, в состав организованной группы, помимо ФИО1 и ФИО3, также входили: организатор, создавший организованную группу и возложивший на себя обязанности руководителя этой группой; лицо под псевдонимом «Муслим» - администратор сайта созданного для незаконного сбыта наркотических средств; «закладчики» наркотических средств; «курьеры»; «фасовщики» и иные не установленные лица, с четко определенными для них обязанностями, указанными в приговоре;

Между тем, кроме ФИО1 и ФИО3, других лиц из состава организованной группы, не установлено. В приговоре не указаны конкретные функции и обязанности каждого из участников предполагаемой организованной группы, и какими доказательствами они подтверждаются.

По делу отсутствуют доказательства наличия конспирации между участниками организованной группы, в том числе, в части способа незаконного сбыта наркотических средств через сеть «Интернет»; не установлен сайт в «Интернете», посредством которого участники предполагаемой организованной группы планировали организацию незаконного сбыта наркотических средств.

В изъятом у ФИО1 мобильном телефоне обнаружены 5-ть фотографий различных участков местности с географическими координатами и адресами в <адрес> (где впоследствии сотрудниками полиции были изъяты свертки с «Метадоном», заложенные там осужденными). Однако, данные фотографии не были отправлены предполагаемым участникам организованной группы, включая лицо под псевдонимом «Муслим».

По делу не установлены обстоятельства создания организованной группы и ее иные признаки, в том числе, порядок приобретения, поставки, хранения и сбыта наркотических средств, распределения доходов от преступной деятельности.

Фактически, обвинением представлены доказательства того, что неустановленное следствием лицо, под псевдонимом «Муслим», предложило ФИО1 за денежное вознаграждение осуществлять незаконный сбыт наркотических средств путем получения от последнего координат оптовых тайниковых закладок с наркотическим веществом «Метадон», которые, в последующем, он должен будет раскладывать на территории <адрес> в виде розничных тайниковых закладок с сообщением их местоположения и географических координат. При этом, ФИО1, также решил предложить своей знакомой ФИО3 помочь ему в осуществлении незаконного сбыта наркотических средств на вышеуказанных условиях, на что она ответила согласием.

Ни ФИО1, ни ФИО2 не сообщали органам предварительного следствия о том, что помимо них в состав предполагаемой организованной группы входили иные лица с отведенными для них преступными ролями. О существовании иных лиц из состава предполагаемой организованной группы, равно как и о существовании самой предполагаемой организованной группы, лицо под псевдонимом «Муслим» ФИО1, не сообщало.

Указанные обстоятельства подтверждают тот лишь факт, что ФИО1 и ФИО2 планировали осуществить незаконный сбыт наркотических средств только «группой лиц по предварительному сговору» и не подтверждают факта наличия организованной группы.

При таких обстоятельствах, действия осужденных следует квалифицировать как:

покушение на преступление, то есть, умышленные действия лица, непосредственно направленные на незаконный сбыт наркотических средств, совершенный с использованием информационно - телекоммуникационных сетей (включая сеть - «Интернет»), группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере, если при этом преступление не было доведено до конца по независящим от этого лица обстоятельствам, т.е., по ч.3. ст. 30 п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ (по одному преступлению);

покушение на незаконный сбыт наркотических средств с использованием информационно - телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), в значительном размере, группой лиц по предварительному сговору, т.е. по ч.3. ст. 30, п.п. «а», «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (по пяти преступлениям).

В связи с изменением квалификации действий ФИО1, подлежит снижению и назначенный ему срок наказания как по каждому из преступлений, так и окончательный, назначенный по совокупности преступлений.

В апелляционной жалобе защитник ФИО12 так же указывает на необходимость изменения приговора в виду неверной квалификации действий ФИО3 по всем преступлениям, как совершивших в составе организованной группы и назначения ей чрезмерно сурового наказания, без учета всех смягчающих наказание обстоятельств.

ФИО2 частично признала свою вину в совершенных преступлениях, но не в составе организованной группы, в которую она не вступала и наличие которой по делу не доказано.

Ещё на предварительном следствии ФИО3 необоснованно было отказано в заключении досудебного соглашения, хотя в своем ходатайстве она выражала готовность оказать органам следствия содействие (и фактически оказывала его), в раскрытии и расследовании данного уголовного дела, в том числе и о роли в нем ФИО1, который вовлек её в совершение данных преступлений тем, что ДД.ММ.ГГГГ она оказала ему содействие в приобретении оптовой партии наркотического средства <адрес>, предназначенной для сбыта в <адрес> посредствам осуществления закладок в различных местах города.

ФИО2 просила при назначении наказания применить к ней положения п. «и» ч.1 ст.61, ст. ст. 64 и (или) 73 УК РФ и назначить более мягкое наказание, чем предусмотрено за данные преступления.

Однако, указанные выше обстоятельства суд принял во внимание не в полном объеме, как при определении квалификации действий ФИО3, так и при назначении ей вида и размера наказания по всем преступлениям и по их совокупности, что противоречит разъяснениям, содержащимся в Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации № от ДД.ММ.ГГГГ «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с наркотическими средствами, психотропными, сильнодействующими и ядовитыми веществами».

Находит необоснованным привлечение к уголовной ответственности по настоящему уголовному делу только ФИО2 и ФИО1, как закладчиков (сбытчиков) наркотических средств, оставив без надлежащего внимание вопрос о привлечении к уголовной ответственности других соучастников незаконного сбыта наркотических средств.

Считает приговор не соответствующим требованиям, указанным в разъяснениях Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О судебном приговоре», а именно, что выводы суда о совершении ФИО3 и ФИО1 указанных преступлений в составе организованной группы основаны на предположениях; в приговоре не получили должной оценки все представленные по делу доказательства сторон; по делу не устранены сомнения в доказанности предъявленного осужденным обвинения (что должно толковаться в пользу обвиняемых); в приговоре, исходя из положения ч.2 ст.61 УК РФ, не дана оценка наличию по делу таких смягчающих наказание обстоятельств, как «ходатайство ФИО3 о заключении досудебного соглашения» и её «ходатайство о желании заключить контракт с МО РФ»; в приговоре отсутствует оценка обстоятельств, связанных с целями и мотивами совершенных осужденной преступлений; суд не учел поведения ФИО3 во время и после совершения преступлений; в приговоре не опровергнуты доводы осужденной о том, что она не принимала чьих либо предложений и не объединялась с кем - либо в устойчивую организованную преступную группу и не совершала указанных преступлений в составе этой группы ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, что существенно уменьшает степень общественной опасности её действий в указанных преступлениях.

Изложенные в приговоре выводы суда о совершении ФИО1 и ФИО3 указанных преступлений в составе организованной группы, не убедительны и не основаны на фактических обстоятельствах по делу.

В деле нет сведений о регистрации факта совершения ФИО3 в составе организованной группы указанных преступлений.

Суд не принял во внимание и того, что ФИО1 и ФИО2 фактически добровольно отказались от совершения преступлений, поскольку только приготовили наркотики к сбыту и не отправляли администратору сайта описания мест закладок. То есть, доводы органа предварительного следствия и выводы суда, о покушении ФИО3 на незаконный сбыт наркотических средств, основаны на предположениях.

Как установлено в судом, ФИО2 не совершала действия непосредственно направленных на незаконный сбыт наркотических средств, а только создала условия для этого, то есть, совершила приготовление к незаконному сбыту наркотических средств.

При таких обстоятельствах, ещё со стадии предварительного следствия, а затем и в суде, действия ФИО3 ошибочно квалифицированы по ч.3 ст.30, п.п.«а», «г» ч.4 ст.228.1 и ч.3 ст.30, п.«а» ч.4 ст.228.1 УК РФ (по пяти эпизодам), с указанием на совершение преступлений в составе организованной группой.

Стороной обвинения суду не предоставлено документальных сведений уголовного преследования неустановленных лиц по обвинению в совершении в группе с ФИО3 указанных преступлений; не представлено доказательств тому, что эти неустановленные лица были осведомлены о действиях ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ, связанных с покушением на незаконный сбыт наркотических средств в составе организованной преступной группы.

Считает, что суд не мотивировал своих выводов о необходимости назначения ФИО3 вида и размера наказания по всем преступлениям и по их совокупности, назначив ей чрезмерно суровое наказание в виде 10 (десяти) лет лишения свободы, без соблюдения принципа соразмерности и не приняв во внимание в полном объеме наличие по делу смягчающих наказание обстоятельств, в том числе, что ФИО2 имела желание заключить досудебное соглашение о сотрудничестве еще вначале предварительного следствия, а в последующем и контракт с МО РФ и убыть в зону проведения СВО; суд в приговоре не обосновал не применение положений ст.ст.64 и 73 УК РФ.

Просит приговор в отношении ФИО3 изменить:

- признать по делу смягчающими наказание обстоятельствами в соответствии с ч.2 ст. 61 УК РФ - ходатайство подсудимой о заключении досудебного соглашения и ходатайство о заключении контракта с МО РФ;

- признать исключительными обстоятельствами совокупность смягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных п. «и» ч.1 ст.61 УК РФ (явку с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления) и предусмотренных ч.2 ст.61 УК РФ - положительные характеристики ФИО3, наличие у не постоянного места жительства, совершение преступления впервые, частичное признание вины, поданные подсудимой ходатайства о заключении досудебного соглашения и о заключении контракта с МО РФ;

- при назначении вида и размера наказания применить положения ст.ст. 51 и 64 УК РФ, назначив ФИО3 более мягкое наказание, чем предусмотрено за данные преступления - в виде принудительных работ.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции осужденный ФИО1(по ВКС) и его защитник - адвокат ФИО13, осужденная ФИО2 (по ВКС) и её защитник - адвокат ФИО12, просили приговор суда изменить, по доводам апелляционных жалоб, с исключением из него указания о совершении подсудимыми преступления в составе организованной группы.

Прокурор Казакова К.Б. просила приговор в отношении ФИО1 и ФИО3 изменить. Квалифицировать действия осужденных по всем эпизодам как единое продолжаемое преступление по ч.3 ст. 30, п.п. «а», «г» ч.4 ст.228.1 УК РФ, назначив ФИО1 наказание в виде 9 (девяти) лет лишения свободы, а ФИО3 - 8 (восьми) лет лишения свободы. В остальной части приговор оставить без изменений, а доводы апелляционных жалоб защитников - без удовлетворения.

Изучив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб защитников, выслушав мнения участников процесса, судебная коллегия приходит к выводу о необходимости изменения приговора в отношении обоих осужденных по следующим основаниям.

Согласно ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым. Приговор признается таковым, если он постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, вывод суда о виновности ФИО1 и ФИО3 в покушении на незаконный сбыт наркотических средств, имевшее место ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> при обстоятельствах указанных в приговоре, полностью соответствует фактическим обстоятельствам, установленным судом в ходе судебного разбирательства по делу, подтвержденных совокупностью изложенных в приговоре доказательств, законность, обоснованность и допустимость которых не вызывает сомнений. Вина осужденных в совершении преступных действий, выразившихся в покушении на незаконный сбыт наркотических средств, с использованием информационно – телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), в крупном размере, в составе организованной группы, полностью доказана. Правильность и объективность выводов суда в этой части отмене или изменению не подлежит.

Все представленные сторонами доказательства судом исследованы всесторонне, полно и объективно, заявленные ходатайства рассмотрены и по ним вынесены соответствующие мотивированные решения.

При рассмотрении дела суд в соответствии со ст. 15 УПК РФ создал сторонам необходимые условия для исполнения своих процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав.

Судебное следствие проведено в соответствии с требованиями ст. ст. 273-291 УПК РФ.

Суд, правильно установил фактические обстоятельства дела, оценив в совокупности собранные по делу доказательства, пришел к обоснованному выводу о доказанности вины осужденных в совершении указанных преступных действий, направленных на незаконный сбыт наркотических средств ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>.

Признаков добровольного отказа от совершения преступления, как на то указано в апелляционной жалобе защитника ФИО12 со ссылкой на положение ст. 31 УК РФ, в действиях осужденных не имеется, поскольку их противоправная деятельность по незаконному сбыту наркотических средств ДД.ММ.ГГГГ на территории <адрес>, была прекращена не в результате их собственного волеизъявления на стадии приготовления к совершению преступления, а пресечена сотрудниками правоохранительных органов на этапе исполнения ими объективной стороны данного преступления, которую они не смогли довести до конца по независящим от их воли обстоятельствам.

При таких обстоятельствах, действия ФИО1 и ФИО3 по настоящему уголовному делу квалифицированы правильно - по ч.3 ст.30 УК РФ - как покушение на совершение преступления связанного с незаконным оборотом наркотических средств.

Судебная коллегия не может согласиться с доводами апелляционных жалоб об отсутствии в действиях осужденных квалифицирующего признака, предусмотренного п. «а» ч.4 ст. 228.1 УК РФ - «совершение преступления в составе организованной группы», как не основанного на фактических обстоятельствах, установленных по делу.

Вопреки доводам, защиты, квалифицирующие признаки совершения преступления «организованной группой» и с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, включая сеть "Интернет" нашли свое полное подтверждение в исследованных по делу доказательствах. При этом, суд исходил из фактических обстоятельств совершенных преступных действий, указанных и признанных таковыми самими осужденными. Не вызывают сомнения выводы суда о том, что данные преступные действия совершены осужденными в составе организованной группы.

В приговоре приведены характерные для этой деятельности признаки: наличие у группы тщательно законспирированного руководителя, обеспечивающего координацию действий соучастников, общение с которым осуществлялось через "Интернет", распределение функциональных обязанностей между участниками группы, а именно совершения совместного сбыта расфасованных наркотических средств разным потребителям, конспирация действий участников, нацеленность преступлений в сфере незаконного оборота наркотических средств, оснований не согласится с ними, равно как и оснований для иной квалификации действий осужденных, как о том ставится вопрос в апелляционных жалобах, у судебной коллегии не имеется.

Вопреки доводам защитников, в приговоре приведены время и обстоятельства вступления ФИО1 и ФИО3 в состав организованной преступной группы. Наличие у осужденных умысла на сбыт наркотических средств, при установленных судом фактических обстоятельствах, не вызывает сомнения.

Таким образом, обстоятельства, подлежащие доказыванию по данному делу место, время, способ совершения преступлений, форма вины, мотив, цели, обстоятельства создания организованной группы и вступления в нее осужденных, а также иные данные, позволяющие судить о событии преступления и виновности осужденных, судом установлены в полном объеме.

В то же время, говоря о квалификации действий ФИО1 и ФИО3, судебная коллегия приходит к выводу о необходимости ее изменения.

Согласно приговору, действия ФИО1 и ФИО3 по покушению на незаконный сбыт наркотического средства «метадон» (фенадон, долофин) в размере 12,578 грамма (предварительно расфасованных в 61 свертке) изъятых при личном досмотре ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ при пресечении сотрудниками правоохранительных органов преступленной деятельности осужденных, квалифицированы судом как самостоятельное преступление по ч.3 ст.30, п.п. «а», «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, а действия по покушению на незаконный сбыт наркотического средства «метадон» (фенадон, долофин) в размере 0,306 грамма, 0,291 грамма, 0,315 грамма, 0,292 грамма, 0,318 грамма, расфасованного в отдельные свертки и разложенные в различных местах <адрес>, квалифицированы как пять самостоятельных преступлений по ч.3 ст.30, п. «а» ч.4 ст. 228.1 УК РФ.

Судебная коллегия не может согласиться с данной квалификацией, как не основанной на фактических обстоятельствах по делу и ухудшающей положение осужденных.

Согласно показаниям осужденных установлено, что ДД.ММ.ГГГГ, они, от администратора преступной группы под псевдонимом «Муслим» получили координаты оптовой тайниковой «закладки» с наркотическим средством «метадон» (фенадон, долофин) в <адрес>, предварительно расфасованную во множество свертков, которую, по указанию того же «Муслима», доставили <адрес>, где, с целью сбыта стали осуществлять тайниковые «закладки» в различных местах города (по одному свертку в каждой «закладке»). После пятой «закладки», их задержали сотрудники правоохранительных органов. При личном досмотре у ФИО3 был изъят 61 сверток (как позже выяснилось) с наркотическим средством «метадон» (фенадон, долофин) массой 12,578 грамма. В тот же вечер, то есть ДД.ММ.ГГГГ, в <адрес>, в местах, указанных ФИО1 и ФИО3, были обнаружены и изъяты ещё пять свертков с наркотическим средством «метадон» (фенадон, долофин) массой 0,306 грамма, 0,291 грамма, 0,315 грамма, 0,292 грамма, 0,318 грамма.

Из приведенных доказательств видно, что вся партия наркотического средства «метадон» (фенадон, долофин) расфасованная в общей сложности в 66 свертков (61 + 5) и общей массой 14,1 грамма (12,578 +

0,306 + 0, 291 + 0,315 + 0,292 + 0,318), предназначалась для незаконного сбыта в <адрес> посредствам осуществления осужденными тайниковых «закладок» в различных местах города, поэтому, их действия охватывались единым умыслом, направленным на незаконный сбыт наркотических средств, а потому составляли одно продолжаемое преступление, которое они не смогли довести до конца по независящим от их воли обстоятельствам.

При таких обстоятельствах, во взаимосвязи с разъяснениями, содержащимися в п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 12.12. 2023 г. № «О некоторых вопросах судебной практики по уголовным делам о длящихся и продолжаемых преступлениях», действия ФИО1 и ФИО3(каждого в отдельности), подлежат квалификации по ч. 30 ст.30, п.п. «а», «г» ч.4 ст. 228.1 УК РФ, как покушение на преступление, то есть, умышленные действия лица, непосредственно направленные на незаконный сбыт наркотических средств, с использованием информационно – телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в крупном размере, если при этом преступление не было доведено до конца по независящим от этого лица обстоятельствам.

В связи с изменение квалификации действий осужденных, подлежит изменению и назначенное им наказание, но в только части его размера.

Доводы жалобы адвоката ФИО12, о назначении осужденной ФИО3 чрезмерно сурового наказания (в виде реального лишения свободы), судебная коллегия считает не необоснованными.

Как видно из приговора, разрешая вопросы о назначении ФИО3 вида и размера наказания, суд первой инстанции правильно руководствовался нормами Общей части уголовного закона, регулирующими вопросы назначения подсудимой наказания и обоснованно пришел к выводу о назначении ей наказания только в виде реального лишения свободы, что в полной мере отвечает целям и задачам наказания, степени тяжести и общественной опасности совершенного ею особо тяжкого преступления, обстоятельствам его совершения и её личности, при соблюдении в полной мере принципов законности, обоснованности и справедливости.

При этом, суд обоснованно признал по делу обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО3 её явку с повинной и активное способствование раскрытию и расследованию преступления (п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ), положительную характеристику с места жительства (ч. 2 ст. 61 УК РФ), а так же отсутствие обстоятельств, отягчающих наказание.

Суд первой инстанции обоснованно не нашел оснований для применения к ФИО3 положений ч.6 ст.15, ст.ст. 64 и 73 УК РФ и назначения более мягкого вида наказания, чем лишение свободы. Не находит таких оснований и судебная коллегия.

Доводы защитника о признании в отношении ФИО3 обстоятельствами смягчающими наказание её ходатайства о заключении досудебного соглашения о сотрудничестве и о заключении контракта с МО РФ для участия в СВО, не подлежат удовлетворению.

Согласно положениям ст. 317.1 УПК РФ, досудебное соглашение о сотрудничестве, представляет собой желание обвиняемого оказать правоохранительным органам содействие в раскрытии и расследовании преступления, изобличению иных участников преступления.

Несмотря на отсутствие в деле досудебного соглашения, стремление ФИО3 об оказании содействия органам следствия в раскрытии и расследовании настоящего уголовного дела, полностью удовлетворено судом путем признания в ее действиях смягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных п. «и» ч.1 ст. 61 УК РФ. При таких обстоятельствах, оснований для признания этих же обстоятельств смягчающими в соответствии с ч.2 ст. 61 УК РФ, нет.

Ходатайство ФИО3 о желании заключить контракт с МО РФ для участия в СВО, также не может быть признаны смягчающим обстоятельством, как не основанное на положении ч.2 ст. 61 УК РФ.

При назначении наказания ФИО1 суд в полной мере учел обстоятельства совершенного им особо тяжкого преступления, все данные о его личности, в том числе и о его семейном положении и обоснованно пришел к выводу о назначении ему наказания в виде реального лишения свободы на определенный срок.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1 суд правильно признал наличие у него малолетнего ребенка, явку с повинной и активное способствование раскрытию и расследованию преступления (п. «г» и п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ), положительную характеристику с места жительства, наличие несовершеннолетнего ребенка и отца инвалида 1 группы (ч. 2 ст. 61 УК РФ).

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО1 по делу не установлено.

Наказание ФИО1 и ФИО3 суд первой инстанции обоснованно назначил с применением положений ч. 3 ст. 66 и ч.1 ст. 62 УК РФ.

Вид исправительного учреждения каждому из осужденных назначен правильно, в соответствии с требованиями ст. 58 УК РФ. Зачет времени содержания осужденных под стражей в срок отбывания лишения свободы, произведен судом правильно, в соответствии с положением ст. 72 УК РФ. Оснований для внесения изменений в приговор в этой части, не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия,

ОПРЕДЕЛИЛА:

приговор Майкопского городского суда Республики Адыгея от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 и ФИО3 - изменить.

Действия ФИО1 по покушению на незаконный сбыт наркотических средств в размере 12,578 грамма, 0,306 грамма, 0,291 грамма, 0,315 грамма, 0,292 грамма, 0,318 грамма квалифицировать, как единое продолжаемое преступление по признаку- покушение на преступление, то есть умышленные действия лица, непосредственно направленные на незаконный сбыт наркотических средств, с использованием информационно – телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в крупном размере, если при этом преступление не было доведено до конца по независящим от этого лица обстоятельствам, то есть, по ч. 3 ст.30, п.п. «а», «г» ч.4 ст. 228.1 УК РФ.

Назначить ФИО1 за данное преступление наказание в виде 9 (девяти) лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Действия ФИО3 по покушению на незаконный сбыт наркотических средств в размере 12,578 грамма, 0,306 грамма, 0,291 грамма, 0,315 грамма, 0,292 грамма, 0,318 грамма квалифицировать как единое продолжаемое преступление по признаку -покушение на преступление, то есть умышленные действия лица, непосредственно направленные на незаконный сбыт наркотических средств, с использованием информационно – телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в крупном размере, если при этом преступление не было доведено до конца по независящим от этого лица обстоятельствам, то есть, по ч. 3 ст.30, п.п. «а», «г» ч.4 ст. 228.1 УК РФ.

Назначить ФИО3 за данное преступление наказание в виде 8 (восьми) лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

В остальной части приговор в отношении ФИО1 и ФИО3 оставить без изменений, а доводы апелляционных жалоб защитников ФИО13 и ФИО12 – без удовлетворения.

Апелляционное определение и приговор вступают в законную силу с момента оглашения апелляционного определения и могут быть обжалованы в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции, в порядке и сроки, установленные нормами главы 47.1 УПК РФ.

В случае кассационного обжалования, осужденные вправе ходатайствовать о своем участии в судебном заседании суда кассационной инстанции.

Председательствующий Л.И. Демьяненко

судьи: Х.Е. Панеш

М.Н. Войстриков