Апелляционное постановление № 22-656/2026 от 6 апреля 2026 г.

судья Заполина Е.А. 22-656/2026


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

г. Оренбург 7 апреля 2026 года

Оренбургский областной суд в составе

председательствующего судьи Калугиной Т.В.,

с участием:

прокурора отдела прокуратуры Оренбургской области Ушаковой Е.Н.,

осужденного ФИО2, его защитника-адвоката Исхакова Д.В.,

представителя потерпевших ФИО3,

при секретаре Трофимовой Д.С.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам потерпевших Потерпевший №2, Потерпевший №1, действующей в своих интересах и интересах несовершеннолетней ФИО9, защитника осужденного ФИО2 - адвоката Исхакова Д.В. на приговор Ленинского районного суда г. Оренбурга от 2 февраля 2026 года в отношении ФИО2.

Заслушав доклад судьи Калугиной Т.В., выступление осужденного ФИО2, его защитника-адвоката Исхакова Д.В., представителя потерпевших ФИО3 поддержавших доводы апелляционных жалоб, мнение прокурора Ушаковой Е.Н. об оставлении приговора без изменения, суд апелляционной инстанции

У C Т А Н О В И Л:

приговором Ленинского районного суда г. Оренбурга от 2 февраля 2026 года

ФИО2, родившийся (дата) в (адрес), ***, не судимый, осужден к наказанию в виде ограничения свободы по:

- ч. 1 ст. 109 УК РФ на срок 1 год 10 месяцев,

- ч. 1 ст. 118 УК РФ на срок 1 год 6 месяцев.

На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения, назначено окончательное наказание в виде ограничения свободы на срок 3 года, с установлением предусмотренных ст. 53 УК РФ ограничений и возложением обязанности.

В срок наказания на основании ч. 3 ст. 72 УК РФ зачтено время задержания в период с 19 по 21 февраля 2025 года из расчета один день содержания под стражей за два дня ограничения свободы.

Гражданские иски потерпевших Потерпевший №2 и Потерпевший №1, действующей в своих интересах и интересах несовершеннолетней ФИО9 удовлетворены частично, постановлено взыскать с ФИО2 в пользу:

- ФИО10 и ФИО9 в счет возмещения морального вреда по 1 000 000 рублей каждой, ФИО10 в счет возмещения материального вреда - 377 900 рублей,

- Потерпевший №2 в счет возмещения морального вреда - 500 000 рублей, в счет возмещения материального вреда – 2 500 рублей.

Решен вопрос о мере пресечения и судьбе вещественных доказательств.

Согласно приговору ФИО2 признан виновным в причинении смерти по неосторожности (ФИО11) и тяжкого вреда здоровью по неосторожности (Потерпевший №2).

Преступления, как установлено судом, совершены при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе защитник осужденного ФИО2 - адвокат Исхаков Д.В. считает приговор незаконным, необоснованным, немотивированным, подлежащим отмене в виду нарушения норм уголовно-процессуального закона, неправильного применения уголовного закона, а выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствующими фактическим обстоятельствам дела. Считает, что при рассмотрении уголовного дела установлены обстоятельства, указанные в п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, в связи с чем стороне защиты незаконно отказано в ходатайстве о возвращении уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Выводы суда о том, что ФИО2 нарушил требования промышленной безопасности опасных производственных объектов и правил охраны труда, по его мнению, являются ошибочными, поскольку действия (бездействие) ФИО2 не состоят в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями.

Приводя описание предъявленного ФИО2 обвинения, полагает, что оно фактически построено на ошибочном отнесении автоцистерны к объекту производственной опасности (ОПО) и как следствие, ошибочного применения к ФИО2 требований п. 364 ФниП «Общие правила взрывобезопасности для взрывопожароопасных химических, нефтехимических и нефтеперерабатывающих производств», утвержденных приказом Ростехнадзора от 15 декабря 2020 года № 533 (далее приказ от 15 декабря 2020 года № 533) и п. 78 Правил по охране труда на автомобильном транспорте, утвержденных приказом Минтруда России от 9 декабря 2020 года № 871н (далее приказ от 9 декабря 2020 года № 871н).

Обращает внимание, что обвинение построено фактически на одном доказательстве - заключении эксперта по вопросам охраны труда и техники безопасности от (дата) № (т. 3 л.д. 143-157).

Ссылаясь на нормы Федерального закона от 21 июля 1997 года № 116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов», а также приказа от 15 декабря 2020 года № 533 полагает, что в данном случае автоцистерна не является объектом ОПО.

Автоцистерна может быть отнесена к объекту ОПО только в случае, если она является неотъемлемой частью производственного, перерабатывающего или иного объекта, который самостоятельно является объектом ОПО. При этом в случае, если автоцистерна, будучи неотъемлемой частью такого объекта, признается объектом ОПО, ей должен быть присвоен класс опасности, от которого напрямую зависит правила и требования безопасности при работе на объекте ОПО.

Если собственник автоцистерны (ФИО2), не принял мер по обращению в органы Ростехнадзора для ее регистрации в качестве объекта ОПО, то класс опасности должен был быть установлен в ходе экспертизы на предварительном следствии, чего сделано не было. Класс опасности напрямую влияет на то, какие правила подлежат применению.

Однако, в данном случае, на ФИО2 не была возложена обязанность регистрировать автоцистерну в органах Ростехнадзора как объект ОПО, поскольку она таковым объектом не является. Таким образом, ФИО2 не может быть признан виновным в нарушении правил п. 364 ФниП «Общие правила взрывобезопасности для взрывопожароопасных химических, нефтехимических и нефтеперерабатывающих производств».

Обращает внимание, на имеющееся в материалах уголовного дела письмо Ростехнадзора, согласно которому в данном случае автоцистерна не является объектом ОПО (т.3 л.д 191-192).

Указывает, что по ходатайству защиты в суде первой инстанции приобщен к материалам дела и исследован ответ Западно-уральского управления Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору Ростехнадзора от 28 апреля 2025 года № 283-1756, однако суд не дал оценки в приговоре указанному доказательству.

Отмечает, что ФИО2, заказав в ООО «Ресурссырье» услугу по очистке автоцистерны, будучи непосредственным заказчиком услуги, не был ознакомлен с Технологическим регламентом пропарки и очистки цистерны от 17 октября 2023 года ООО «Ресурссырье».

С учетом фактических обстоятельств дела, на ФИО2 в данном случае не распространяется нормативное регулирование законодательства в области охраны труда, а потому п. 78 Правил по охране труда на автомобильном транспорте, в данном случае не применим.

Требования правил по охране труда на автомобильном транспорте обязательны для исполнения работодателями при организации и осуществлении ими работ, связанных с эксплуатацией, техническим обслуживанием, ремонтом и проверкой технического состояния транспортных средств.

Однако, ФИО2 по отношению к ФИО11 и Потерпевший №2 не является работодателем. ФИО2, будучи физическим лицом, не организовывал проведение работ, а фактически заказал у ФИО11 услугу по выполнению работ. При рассмотрении уголовного дела было установлено, что ФИО11 долгие годы оказывал аналогичные услуги по выполнению сварочных работ. Решения относительно способа и механики производства работ ФИО11, как в отношении себя, так и Потерпевший №2 принимал сам.

Считает заключение эксперта по вопросам охраны труда и техники безопасности от (дата) № (т. 3 л.д. 143-157) недопустимым доказательством, поскольку экспертиза, в нарушение требований ст. ст. 196, 204 УПК РФ, Федерального Закона № 73-ФЗ «О государственной экспертной деятельности в Российской Федерации», не является строго научным исследованием, выводы экспертизы ошибочны, перед экспертом фактически были поставлены вопросы права, что недопустимо и относится к компетенции суда, а сам эксперт, проводивший исследование, не обладает образованием, компетенцией и квалификацией для дачи экспертного заключения в данной области научных знаний.

По его мнению, суд необоснованно отклонил доводы и доказательства стороны защитой, отнесся к ним критически. Ссылается на позицию Верховного Суда Российской Федерации по уголовному делу № 51-УД25-20-К8.

Считает, что суд в нарушение пределов судебного разбирательства, вышел за пределы обвинительного заключения, указав что нарушение п. 364 ФниП № 533 и п. 78 Правил № 871н вменено ФИО2 в качестве минимальных требований стандарта технической безопасности, как собственнику источника повышенной опасности, при этом применение указанных правил не зависит от административного статуса объекта.

Указанные выводы суда не основаны на обвинительном заключении, выходят за рамки предъявленного ФИО2 обвинения, нарушили право ФИО2 на защиту, а именно право знать, в чем он конкретно обвиняется и защищаться от предъявленного обвинения всеми не запрещенными законом способами.

Обвинение ФИО2 предъявлено по ч. 1 ст. 109 УК РФ, ч. 1 ст. 118 УК РФ. Действия ФИО2 квалифицированы предварительным следствием как преступное легкомыслие, выраженное в том, что ФИО2 не выполнил, не предпринял действий, предусмотренных п. 364 ФниП «Общие правила взрывобезопасности для взрывопожароопасных химических, нефтехимических и нефтеперерабатывающих производств» и п. 78 Правил по охране труда на автомобильном транспорте, чем нарушил указанные нормативные требования.

Приказ от 15 декабря 2020 года № 533 является нормативным правовым актом специального отраслевого регулирования, распространяет свое действие на сферу промышленной безопасности, применяется на правоотношения в области промышленной безопасности и, вопреки выводам суда первой инстанции об отсутствии значения административного статуса объекта, распространяет свое действие исключительно на объекты производственной опасности.

Приказ от 9 декабря 2020 года № 871н является нормативным правовым актом специального отраслевого регулирования, распространяет свое действие на сферу охраны труда, и применяется только в соответствующей области правоотношений, связанной с охраной труда.

ФниП «Общие правила взрывобезопасности для взрывопожароопасных химических, нефтехимических и нефтеперерабатывающих производств» и Правила по охране труда на автомобильном транспорте являются отраслевыми нормативами в области промышленной безопасности. Они не касаются источников повышенной опасности, а связаны именно с промышленной безопасностью и опасными производственными объектами.

Конструкция обвинения ФИО2 не связана с действиями (бездействием) ФИО2 как собственника источника повышенной опасности.

Считает, что суд, выражая критическое отношение к доводам защиты о неприменении в данном случае Приказа от 15 декабря 2020 года № 533 и Приказа от 9 декабря 2020 года № 871н, указал на общее формальное указание в обвинении на данные нормы и правила, установив при этом, что ФИО2 несет уголовную ответственность за нарушение объективного технического стандарта безопасности, как собственник источника повышенной опасности.

Однако, обвинительное заключение сформулировано конкретно, а именно ФИО2 по версии органа предварительного следствия легкомысленно не предпринял действий, возложенных на него Приказами от 15 декабря 2020 года № 533 и 9 декабря 2020 года № 871н, что привело к наступлению опасных последствий.

Таким образом, полагает, что указание судом на то, что данные нормативные правовые акты, нарушение которых вменено ФИО2, используются обвинением и судом лишь для установления факта нарушения ФИО2, как собственником источника повышенной опасности, объективного или минимального технического стандарта безопасности, является произвольным.

Выводы суда первой инстанции не основаны на исследованных в ходе судебного следствия доказательствах.

К обстоятельствам, подлежащим доказыванию из существа предъявленного обвинения, относится факт нарушения ФИО2 требований отраслевых нормативных правовых актов специального правового регулирования Приказов от 15 декабря 2020 года № 533 и 9 декабря 2020 года № 871н.

Вопросы действий (бездействия) ФИО2 как владельца источника повышенной опасности к диспозиции предъявленного обвинения не относятся. Суд произвольно ссылается на минимальный технический стандарт безопасности. Такого стандарта не существует, и нарушение какого-либо минимального технического стандарта безопасности предъявленным обвинением ФИО2 не вменено по обвинительному заключению.

Судом необоснованно отказано в удовлетворении ходатайства стороны защиты о возвращении уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в порядке ч. 1 ст. 237 УПК РФ.

Выражает несогласие с выводами суда в приговоре о том, что каких-либо оснований для обязательного назначения и проведения экспертизы судом не установлено.

Выводы предварительного следствия, изложенные в обвинительном заключении о нарушении ФИО2 требований Приказов от 15 декабря 2020 года № 533 и 9 декабря 2020 года № 871н, обоснованы заключением эксперта по вопросам охраны труда и техники безопасности от (дата) № (т.3 л.д. 143-157).

Однако, по его мнению, данное экспертное заключение является недопустимым доказательством, поскольку выводы экспертизы ошибочны, перед экспертом фактически были поставлены вопросы права, что недопустимо и относится к компетенции суда, а сам эксперт, проводивший исследование, не обладает образованием, компетенцией и квалификацией для дачи экспертного заключения в данной области научных знаний.

Ссылаясь на ст. 73 УПК РФ, п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 декабря 2024 года № 3 считает, что исходя из существа предъявленного обвинения ФИО2, проведение государственной судебной экспертизы по вопросам охраны труда и техники безопасности является обязательным.

Полагает, что недостатки заключения эксперта от (дата) № сами по себе являются основанием для назначения судом повторной, дополнительной судебной экспертизы в порядке ст. 207 УПК РФ, о чем было заявлено стороной защиты в судебном заседании, однако необоснованно отказано.

При этом, необходимость производства повторной экспертизы была очевидна еще на стадии предварительного следствия, о чем стороной защиты также заявлялось, но было необоснованно отказано следователем.

Приговор основан на недопустимых доказательствах, в частности, на заключении эксперта по вопросам охраны труда и техники безопасности от (дата) № (т.3 л.д. 143-157) и показаниях эксперта ФИО12, которые подлежат исключению из приговора.

Исходя из существа заключения, экспертиза проводилась в том числе по вопросам промышленной безопасности, поскольку при производстве судебной экспертизы эксперт исследовал нормативные правовые акты в данной области.

Однако, в нарушении положений ст. 1 Федерального закона от 21 июля 1997 года №116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов» о понятии «эксперта в области промышленной безопасности», экспертное заключение (дата) № выполнено экспертом ФИО12, не имеющим соответствующего образования, квалификации в области промышленной безопасности.

Кроме того, заключение эксперта не отвечает требованиям ст. ст. 196, 204 УПК РФ, Федерального Закона № 73-ФЗ «О государственной экспертной деятельности в Российской Федерации».

Эксперт ошибочно отнес автоцистерну к объектам производственной опасности, не определив при этом соответствующий класс опасности, пришел к ошибочному выводу о применении в данном случае Приказов от 15 декабря 2020 года № 533 и 9 декабря 2020 года №н.

Суд необоснованно отнесся критически к показаниям свидетелей ФИО4 №4, ФИО4 №8, поскольку они противоречат, в части, показаниям потерпевшего ФИО13 Кроме того, судом показания указанных свидетелей расценены как стремление помочь облегчить ответственность ФИО2

Считает, что показания свидетелей ФИО4 №8, ФИО4 №4 являются последовательными, согласуются между собой. Оснований расценить их критически у суда первой инстанции не имелось.

Суд не учел, что показания свидетеля ФИО4 №4 полностью согласуются и с Технологическим регламентом пропарки и очистки цистерны от 17 октября 2023 года «ООО «Ресурссырье».

Полагает, что показания свидетеля ФИО4 №4 непосредственно осуществлявшего пропарку, имеют важное значение для установления обстоятельств, подлежащих доказыванию по данному уголовному делу.

Оснований полагать, что ФИО4 №4 и ФИО4 №8 каким-то образом пытались облегчить судьбу ФИО2, не имеется. Тем более, что указанные свидетели предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомом ложных показаний.

Суд не принял во внимание, что материалами уголовного дела, а также показаниями свидетелей ФИО4 №1, ФИО4 №2, ФИО4 №3, ФИО4 №4, ФИО4 №8 фактически установлено, что пропарка (очистка) автоцистерны сотрудниками ООО «Ресурссырье» выполнена не полностью, не качественно, весь объем мероприятий по очистке не выполнен.

Суд установил в приговоре, что первопричиной взрыва является некачественная очистка автоцистерны. Считает, что предварительное следствие неверно определило лицо, подлежащее уголовной ответственности.

В данном случае на ФИО2, как на собственника автоцистерны была возложена только одна обязанность - принять меры по подготовке автоцистерны к производству сварочных работ. В первую очередь ФИО2 это было известно накануне 28 июня 2024 года со слов ФИО11

ФИО2 эту обязанность выполнил, заказав и оплатив услугу пропарки в ООО «Ресурссырье». ФИО2 не вменяется факт того, что он не принял мер по очистке цистерны. ФИО2 вменяется фактически неполнота и недостаточность качества пропарки.

Однако, суд не учел, что ФИО4 №4, не выполнив проветривание и замер уровня остаточных газов автоцистерны, не сообщил об этом руководству.

Суд не принял во внимание, что ФИО2 на производственной базе ООО «Ресурссырье» 28 июня 2026 года не присутствовал при проведении пропарки. ФИО2 не был ознакомлен с регламентом пропарки ООО «Ресурссырье», ему никто не сообщал предварительные условия и требования проведения пропарки. Уже после завершения пропарки никто из сотрудников ООО «Ресурссырье», а именно ФИО4 №1, ФИО4 №2, ФИО4 №3, ФИО4 №4, не сообщали ФИО2 подробности выполненной пропарки, не разъясняли установленные запреты.

Суд не принял во внимание, что согласно показаниям свидетеля ФИО4 №2, он составил акт на выполненную пропарку № от (дата) еще до момента начала пропарки, еще до того момента как ФИО4 №8 привез автоцистерну на производственную базу ООО «Ресурссырье». Из показаний ФИО4 №3 следует, что еще до приезда автоцистерны, они вместе с ФИО4 №2 сели в машину и поехали домой. На выезде из базы ФИО4 №2, отдал акт пропарки весовщику. В указанной части показания свидетелей согласуются с показаниями ФИО4 №8 о том, что он получил акт пропарки на выезде из базы.

Суд не принял во внимание наличие существенного не устраненного противоречия, которое должно толковаться в пользу ФИО2 Из показаний потерпевшего Потерпевший №2 следует, что он не был непосредственным участником разговора между ФИО11 и ФИО2 Разговор между ними потерпевший Потерпевший №2 слышал урывками, когда ФИО11 и ФИО2 ходили вокруг автоцистерны. С учетом изложенного, версия защиты и показания ФИО2, в части разговора с ФИО11 утром (дата) перед началом сварочных работ, объективно не могут быть опровергнуты ни показаниями потерпевшего Потерпевший №2, ни иными доказательствами по уголовному делу.

Суд, сославшись в приговоре на письма Западно-уральского управления Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору Ростехнадзора (т. 3 л.д. 191-192), ответ на запрос Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору, Западно-Уральское Управление от (дата) №, оставил без какой-либо оценки данные документы, указав в приговоре только на сам факт их исследование, а также на содержание указанных писем.

Считает, что суд необоснованно и незаконно отверг, как недопустимые доказательства защиты - заключение специалиста № СНЦ СЭИ «Созидание» ФИО16, а также показания самого специалиста ФИО16

Разрешая гражданские иски потерпевших, суд не принял во внимание то обстоятельство, что потерпевшие Потерпевший №2 и Потерпевший №1 не смогли ответить на вопрос защиты о том, какими действиями (бездействием) ФИО2 причинил им моральный вред, а также ввел Потерпевший №2 и ФИО11 в заблуждение относительно безопасности производства работ с автоцистерной. Потерпевший №1 пояснила только, что ФИО2 не представил визуально для ознакомления ФИО11 акт на выполненную пропарку от (дата) №.

Однако, вопреки утверждению потерпевшей Потерпевший №1, ФИО2 ознакомил ФИО11 с содержанием акта пропарки от (дата) № путем устного воспроизведения ФИО11 содержания указанного акта, включая отметку «Запрещается производство работ внутри автоцистерны с применением открытого огня!». Обязанность именно визуально ознакомить ФИО11 с актом пропарки на ФИО2 ничем не возложена.

Исследованными доказательствами, вещественными доказательствами, допросами свидетелей, указанная позиция защиты не опровергнута, обратного не доказано.

Считает, что присужденные потерпевшим суммы компенсаций морального вреда являются чрезмерно завышенными. Кроме того, не согласен с размерами представительских судебных расходов.

Суд не принял во внимание показания ФИО2, потерпевшего Потерпевший №2, свидетеля ФИО4 №8, из которых фактически следует, что Потерпевший №2 утром (дата) приступил по указанию ФИО11 к работе шлифовальной машинкой, зачищая корпус автоцистерны от краски, еще до приезда на производственную базу ФИО2 Что свидетельствует о том, что ФИО11 принял решение о производстве работ еще до приезда на производственную базу ФИО2

Таким образом, полагает, что поскольку автоцистерна не является объектом ОПО, положения Приказов от 15 декабря 2020 года № 533, 9 декабря 2020 года № 871н в данном случае не применимы. ООО «Ресурссырье» произвело некачественную, неполную очистку (пропарку) автоцистерны, принадлежащей ФИО2, о чем он не знал и не мог знать. Впоследствии некачественно, неполно выполненная очистка (пропарка) автоцистерны, в результате производства сварочных работ ФИО11 привела к взрыву, повлекшему смерть ФИО11 и тяжкий вред здоровью Потерпевший №2 Действия (бездействие) ФИО2 не состоят в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями.

Просит приговор отменить, ФИО2 оправдать по ч. 1 ст. 109, ч. 1 ст. 118 УК РФ, на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 и п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ, за отсутствием в его деянии состава преступления, признав право на реабилитацию.

В апелляционной жалобе потерпевшие Потерпевший №2 и Потерпевший №1, действующая в своих интересах и интересах несовершеннолетней ФИО9, выражают несогласие с приговором в части назначенного ФИО2 наказания.

Считают, что суд необоснованно учел в качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО2: наличие хронических заболеваний, состояние здоровья подсудимого, состояние здоровья родителей подсудимого, положительные характеристики, наличие грамоты от ВООВ «Боевое братство», благодарственные письма от АНО «Редакции газеты «Континент», от Оренбургского областного клинического психоневрологического госпиталя ветеранов войн, от ОООВИ «ВоИн», от ОООО «ВОИ», от организации «Опора России», принесение соболезнования семье погибшего ФИО11, извинений потерпевшему Потерпевший №2

Указывают, что наличие хронических заболеваний и состояние здоровья ФИО2 не препятствовали ему активно работать механиком, заниматься незарегистрированной деятельностью по перевозке в автоцистерне нефтепродуктов. Состояние здоровья родителей осужденного не требовало участия ФИО2 в их жизни, при этом отец осужденного - ФИО4 №11 также работает.

Наличие у осужденного многочисленных благодарственных писем воспринимают как насмешку над горем потерпевших, а соболезнование и принесение извинения – лицемерием со стороны осужденного.

Отмечают, что осужденный, имея финансовую возможность, не оказал никакой материальной поддержки на похороны, на дорогостоящее лечение Потерпевший №2

Считают, что действия ФИО2 во время следствия по продаже КАМАЗа и автоцистерны направлены на сокрытие имущества от ареста.

В связи с изложенным, полагают необходимым исключить из приговора указанные обстоятельства в качестве смягчающих наказание ФИО2

Считают, что размер компенсации морального вреда в пользу Потерпевший №1, ФИО9, Потерпевший №2 не отвечает принципу разумности и обстоятельствам дела.

Просят приговор изменить. Исключить из приговора обстоятельства, смягчающие наказание ФИО2 - наличие хронических заболеваний, состояние здоровья виновного, состояние здоровья родителей виновного, положительные характеристики, наличие грамоты от ВООВ «Боевое братство», благодарственные письма от АНО «Редакции газеты «Континент», от Оренбургского областного клинического психоневрологического госпиталя ветеранов войн, от ОООВИ «ВоИн», от ОООО «ВОИ», от организации «Опора России», принесение соболезнования семье погибшего ФИО11, извинений потерпевшему Потерпевший №2 Назначить ФИО2 строгое наказание. Удовлетворить исковые заявления в полном объеме и взыскать с ФИО2 в качестве компенсации морального вреда в пользу Потерпевший №1 и ФИО9 - 3 000 000 рублей каждой, в пользу Потерпевший №2 - 2 000 000 рублей.

В возражении на апелляционные жалобы государственный обвинитель - помощник прокурора Ленинского района г. Оренбурга Семенов Н.А. выражает несогласие с изложенными в них доводами, считает их необоснованными, просит оставить приговор без изменения, а апелляционные жалобы - без удовлетворения.

В возражении на апелляционную жалобу защитника осужденного ФИО2 - адвоката Исхакова Д.В. потерпевшие Потерпевший №2 и Потерпевший №1 выражают несогласие с изложенными в ней доводами, просят отказать в удовлетворении апелляционной жалобы.

Проверив материалы уголовного дела, выслушав мнение сторон, обсудив доводы апелляционных жалоб и возражений на них, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Суд с соблюдением требований уголовно-процессуального закона рассмотрел дело, исследовал все представленные сторонами обвинения и защиты доказательства и в соответствии с ними, оценив их в совокупности, обоснованно признал ФИО1 виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 109, ч. 1 ст. 118 УК РФ.

В описательно-мотивировочной части обвинительного приговора суда в соответствии с требованиями ст. 307 УПК РФ содержится описание преступных деяний, признанных судом доказанными, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступлений.

Осужденный ФИО2 в ходе судебного заседания отрицал свою причастность к совершению преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 109, ч. 1 ст. 118 УК РФ.

Данная позиция осужденного проверена судом первой инстанции, обоснованно опровергнута приведенными в приговоре доказательствами.

Суд апелляционной инстанции, проверяя аналогичные доводы защитника осужденного, оснований для иных выводов не усматривает, поскольку установленные судом обстоятельства преступных деяний, нашли полное подтверждение.

Несмотря на занятую осужденным позицию, его виновность подтверждается показаниями:

- потерпевшей Потерпевший №1, которая в судебном заседании пояснила, что её супруг ФИО11 занимался сварочными работами без оформления статуса ИП, для этих целей арендовал помещение. (дата) ФИО4 №6 сообщил ей, что произошел взрыв цистерны и ФИО11 погиб, а Потерпевший №2 находится в тяжелом состоянии в больнице. (дата) супруг рассказывал о договоренности с ФИО2 на сварочные работы с цистерной,

- потерпевшего Потерпевший №2, данными и оглашенными в судебном заседании о том, что (дата) они с ФИО11 должны были выполнить сварочные работы на автоцистерне, принадлежащей ФИО2, которая эксплуатировалась им для перевозки нефтепродуктов. ФИО11 спрашивал у водителей КАМАЗа о пропарке цистерны, на что они сообщили, что цистерна пропарена. Когда он (Потерпевший №2) зачищал цистерну перед началом сварочных работ, прибыл ФИО2, который в разговоре с ФИО11 также подтвердил, что цистерна пропарена, при этом ФИО2 отметил, что на машине есть два огнетушителя. Когда ФИО11 стал приваривать металл, металл цистерны прожегся, так как был ржавый, он стал приваривать с другой стороны. Он (Потерпевший №2) находился в одном метре от него, развернулся и хотел пойти в ангар и в этот момент произошел взрыв, он потерял сознание. От взрыва получил телесные повреждения в виде ожогов, перелома десяти ребер, лопатки со смещением, рваную рану руки, черепно-мозговую травму,

- свидетеля ФИО4 №1, данными и оглашенными в судебном заседании о том, что является директором ООО «Ресурссырье», оказывающей услуги по пропариванию цистерн. Описал механизм и время пропарки цистерны, в том числе для произведения сварочных работ. После произошедшего несчастного случая (дата) им было установлено, что (дата) на их производственную базу приезжала автоцистерна на базе КАМАЗа с государственным регистрационным знаком № для пропарки от нефтепродуктов. Со слов мастера ФИО4 №2 известно, что водитель автоцистерны ФИО4 №8 пояснял, что с ней в последующем планируется произвести сварочные работы. Пропарка данной цистерны по акту оказанных услуг производилась 5 часов. Его сотрудниками ФИО4 №8 был предупрежден, что помимо пропаривания необходимо проветрить образовавшиеся пары, замерить газоанализатором уровень газов в цистерне и зачистить дно автоцистерны. Однако ФИО4 №8 отказался от выполнения полной процедуры пропарки цистерны и уехал. Водитель ФИО4 №8 был предупрежден, что с цистерной нельзя производить сварочные работы, запрещается производство работ внутри автоцистерны с применением открытого огня, это было прямо указано в акте выполненных работ, который был выдан на руки водителю. Собственник цистерны и рабочие, производившие сварочные работы, проигнорировали запрет, данный их организацией (т.2 л.д. 72-46),

- свидетеля ФИО4 №2, данными и оглашенными в судебном заседании о том, что (дата) на производственную базу приезжала автоцистерна на базе КАМАЗа с государственным регистрационным знаком №, под управлением водителя ФИО4 №8, который попросил пропарить автоцистерну, где ранее перевозились нефтепродукты. Он убыл еще до прибытия клиента, но уже знал, что необходимо пропарить цистерну за 5 часов, но без проведения очистки дна цистерны. Он подписал акт о проведении пропарки до приезда цистерны, оставил мастеру, который должен был произвести пропаривание цистерны. Пропарку совершал мастер ФИО4 №3 Он заранее знал от клиента, что тот отказывается от чистки дна цистерны и согласен только на пропаривание, поэтому заблаговременно указал в акте, что запрещается производство работ внутри автоцистерны с применением открытого огня. Их сотрудники предупреждали водителя ФИО4 №8, что помимо пропаривания необходимо проветрить образовавшиеся пары, замерить газоанализатором уровень газов в цистерне и зачистить дно автоцистерны в случае необходимости от остатков нефтепродуктов. Несмотря на все это, водитель ФИО4 №8 отказался от проведения данных процедур и уехал (т.2, л.д. 103-107). Свои показания свидетель ФИО4 №2 подтвердил на очной ставке со свидетелем ФИО4 №8 в ходе предварительного следствия (т.2л.д. 203-206),

- свидетеля ФИО4 №3, данными и оглашенными в судебном заседании о том, что (дата) на производственную базу приезжала автоцистерна на базе КАМАЗа с государственным регистрационным знаком №. Водитель ФИО4 №8 попросил пропарить автоцистерну, где ранее перевозились нефтепродукты, он убыл еще до прибытия клиента, но уже знал от клиента, что необходимо пропарить цистерну за 5 часов, но без проведения очистки дна цистерны. Инженер по охране труда ФИО4 №2 подписал акт о проведении пропарки до приезда цистерны, оставил ему (ФИО4 №3) (т.2 л.д. 108-112). Свои показания свидетель ФИО4 №3 подтвердил на очной ставке со свидетелем ФИО4 №8 в ходе предварительного следствия (т. 2 л.д. 207-211),

- свидетеля ФИО4 №4, данными и оглашенными в судебном заседании о том, что (дата) на производственную базу приезжала автоцистерна на базе КАМАЗа с государственным регистрационным знаком №. Водитель ФИО4 №8 попросил пропарить автоцистерну, где ранее перевозились нефтепродукты. Мастер ФИО4 №3 указал, что провести пропаривание автоцистерны необходимо за 5 часов, про чистку цистерны ничего не говорили, ни водитель, ни его руководство. На 5 часу пропаривания пошла чистая вода, которая не свидетельствует о том, что автоцистерна полностью очищена. Когда пошла чистая вода, он (ФИО4 №4) пошел за вентилятором, хотел продуть пар и проверить газоанализатором, однако, когда он ушел, водитель ФИО4 №8 уехал. Для каких целей готовилась цистерна, ему никто не говорил (т.2 л.д. 149-152),

- свидетеля ФИО4 №6, который в судебном заседании показал, что ФИО11 по устной договоренности арендовал у него ангар. О гибели ФИО11 узнал от сотрудника ФИО4 №9 На месте трагедии увидел тело ФИО11, а также ФИО15 в ожогах, все его тело было в веществе черного цвета. На месте он узнал, что был взрыв и пожар. Со слов присутствующих, ему известно, что ФИО11 работал со шлифовальной машинкой, Потерпевший №2 ему помогал и произошел взрыв. После произошедшего он осматривал цистерну, от нее исходил запах нефтепродуктов, были брызги нефтепродуктов на заборе, на земле, внутри была каша нефтепродуктов,

- свидетеля ФИО4 №5, который в судебном заседании показал, что (дата) узнав о гибели ФИО11, они с ФИО4 №6 выехали на место происшествия, там находились сотрудники МЧС, СК, МВД, видел, как тушили горящий бензовоз. Узнал, что ФИО11 работал шлифовальной машинкой на бензовозе и произошел взрыв, ему помогал Потерпевший №2, который тоже пострадал. Территория была в жидкости темно-коричневого цвета, была жирность от нефтепродуктов, был сломан забор,

- свидетеля ФИО4 №9, который сообщил суду, что ФИО11 арендовал ангар у ФИО4 №6, (дата) он ехал на базу, увидел дым, подъехал увидел на их базе пожар, горел КАМАЗ, автоцистерна была разорвана, забор поврежден, узнал, что произошел взрыв КАМАЗа, погиб ФИО11, Потерпевший №2 получил повреждения. Вокруг автоцистерны все было черного цвета в остатках продуктов горения,

- свидетеля ФИО4 №8, который в ходе предварительного следствия пояснил, что (дата) по указанию ФИО2 он отвез на КАМАЗе автоцистерну в организацию ООО «Ресурссырье» для пропарки. Он лично ни с кем из сотрудников ООО «Ресурссырье» не договаривался о количестве времени пропарки, не сообщал о планируемых сварочных работах. Этими вопросами занимался ФИО2 Ему был выдан документ, который подтверждал факт пропаривания цистерны, где он расписался. По указанию ФИО2 он совместно с ФИО4 №7 (дата) отвез на КАМАЗе пропаренную автоцистерну к ФИО11 Потерпевший №2 размотал провода, приготовил инструменты и стал слева от цистерны проводить зачистку поверхности цистерны от лакокрасочного покрытия. ФИО11 с помощником подошли к цистерне и готовились к работе, он (ФИО4 №8) встал перед кабиной КАМАЗа со вторым водителем. В этот момент произошел хлопок, от которого его отбросило на землю. Все заволокло дымом, он побежал в гараж, думал, что там находится ФИО11, видел по ногам, как помощник ФИО11 отбегал от цистерны. (т.2 л.д. 190-195, 197-202). Оглашенные показания свидетель ФИО4 №8 подтвердил в полном объеме,

- свидетеля ФИО4 №7, который в ходе предварительного следствия пояснил, что ФИО2 и ФИО11 в ходе разговора обсуждали план сварочных работ. ФИО11 говорил, что от цистерны исходит запах нефтепродуктов, на что ФИО2 говорил, что цистерна пропарена. Он понял, что планировалось наложить металлическую платку на цистерну и приварить ее сваркой. Когда машину загоняли к гаражу ФИО11 один из люков на цистерне был открыт и оттуда стекала вода без каких-либо примесей. Перед непосредственным взрывом он был с ФИО4 №8 у кабины КАМАЗа. Помощник ФИО11 стоял у цистерны и чистил поверхность машинкой. В том же месте был и ФИО11, но визуально он его не наблюдал. В какой-то момент произошел взрыв, все заволокло дымом, пылью. Он обошел машину, увидел, как пробежал помощник ФИО11 и держался за лицо. В 10 метрах от цистерны увидел тело ФИО11 без признаков жизни (т.2 л.д. 182-187),

- свидетеля ФИО4 №10, данных и оглашенных в судебном заседании о том, что примерно в августе или сентябре 2024 года ФИО2 привез ему автоцистерну на ремонт, но она не подлежала восстановительному ремонту. В феврале 2025 года ФИО2 предложил ему купить данную автоцистерну, он (ФИО4 №10) согласился. О том, что произошел взрыв автоцистерны со смертельным исходом, ФИО2 не сообщал. На дне цистерны имелись слои грязи, высота осадка составляла от 3 до 5 см. В последующем автоцистерна им была продана частями (т.2 л.д. 224-227).

Оснований не доверять показаниям потерпевших, свидетелей у суда не было, поскольку они последовательны, логичны, не имеют существенных противоречий, согласуются между собой и с другими исследованными по делу доказательствами, устанавливают одни и те же обстоятельства.

Судом первой инстанции устранены противоречия в показаниях свидетелей обвинения, путем оглашения их показаний, данных в ходе предварительного следствия.

Каких-либо данных, свидетельствующих о заинтересованности данных лиц в исходе дела, не имеется.

Кроме показаний вышеуказанных лиц виновность осужденного ФИО1 также подтверждается письменными доказательствами, исследованными в судебном заседании:

- протоколом осмотра места происшествия от (дата), согласно которому осмотрена территория организации ИП ФИО4 №6, расположенная по адресу: (адрес), а также находящиеся на ней автомобиль КАМАЗ (государственный регистрационный знак № с цистерной (государственный регистрационный знак № труп мужчины (т.1 л.д. 63-83),

- протоколом осмотра места происшествия от (дата), согласно которому у свидетеля ФИО4 №6 был изъят флеш-накопитель с видеозаписью взрыва (дата) (т.1 л.д. 84-89),

- протоколом осмотра места происшествия от (дата), согласно которому у ФИО2 изъяты: акт № на выполненную пропарку автоцистерны от (дата); ПТС на КАМАЗ №, ПТС на автоцистерну, свидетельство о регистрации ТС (КАМАЗ), свидетельство о регистрации ТС (автоцистерна) (т.1 л.д. 90-95),

- протоколом выемки от (дата), согласно которому у свидетеля ФИО4 №1 изъяты: выписка из реестра лицензий, прейскурант цен, технологический регламент пропарки и очистки цистерны, акт № от (дата) (т.3 л.д. 6-10),

- заключением эксперта от (дата) №, из которого следует, что при экспертизе трупа ФИО11 обнаружены повреждения, которые образовались при взаимодействии с тупыми твердыми предметами в результате отбрасывания тела потерпевшего близким взрывом взрывчатого вещества с последующим падением его с высоты, превышающей высоту собственного роста и в совокупности расцениваются как повлекшие тяжкий вред здоровью, по признаку опасности для жизни. Смерть ФИО11 наступила от грубой несовместимой с жизнью тупой сочетанной травмы тела. Между совокупностью телесных повреждений ФИО11 и наступлением смерти имеется прямая причинно-следственная связь (т.3 л.д. 19-24),

- заключением эксперта от (дата) №, из которого следует, что у Потерпевший №2 имелись повреждения в виде тяжелой комбинированной травмы: термического ожога I-II-ІІІ степени 51% поверхности: лица, шеи, туловища, верхних и нижних конечностей, с развитием ожоговой болезни, который образовался в результате воздействия высокой температуры; закрытой черепно-мозговой травмы: сотрясения головного мозга, кровоизлияния в склеру левого глаза; закрытых переломов II,III,IV,V,VI,VII,VIII,IX,Х ребер слева со смещением отломков с повреждением тканей левого легкого, левостороннего пневмоторакс, эмфиземы мягких тканей слева; закрытого оскольчатого перелома левой лопатки; рана левой верхней конечности, множественных ушибов, ссадин в области туловища и конечностей, которые образовались от действий твердого тупого предмета, либо при ударе о таковой. Телесные повреждения в совокупности повлекли тяжкий вред здоровью (по признаку опасности для жизни) (т.3 л.д. 38-41). Эксперт ФИО32 в судебном заседании пояснил, что в соответствии с новым порядком определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, степень тяжести вреда здоровью Потерпевший №2 не изменилась,

- заключением эксперта от (дата) №, из которого следует, что на поверхности вещества (объект 1), представленного по уголовному делу №, выявлены следовые количества нефтепродукта, содержащего н-парафины с числом атомов углерода от C5 до С30, в том числе гепта- и октадекан (наличие на хроматограмме сдвоенных пиков, характерных для гепта- и октадекана), изопарафины элюирующие между н-парафинами (т.3 л.д. 53-57),

- заключением эксперта от (дата) №, из которого следует, что вероятными причинами пожара являются воспламенение ГПВС нефти в результате кондуктивного прогрева металлических стенок цистерны от воздействия электрической дуги сварочного аппарата при проведении электросварочных работ и (или) воспламенение ГПВС нефти в результате воздействия электрической дуги сварочного аппарата. Очаг пожара находился во внутреннем объеме цистерны, расположенной на полуприцепе государственный регистрационный номер № (т.3 л.д. 70-85),

- заключением эксперта от (дата) №, из которого следует, что ФИО11 не мог производить сварочные работы с цистерной, так как не были соблюдены требования техники безопасности и охраны труда по подготовке цистерны, перевозящей нефтепродукты, к ремонтным работам, что в итоге привело к взрыву. Ответственным лицом за обеспечение безопасности при выполнении работ ФИО11 являлся собственник цистерны, который до начала ремонтных работ должен провести пропарку цистерны в течение не менее 24 часов с удалением пирофорных отложений. Основным фактором, который стал причиной взрыва автоцистерны, является наличие в ней остатков нефтепродуктов, возникших из-за нарушения требований п. 364 ФНиП № 533 «Общие правила взрывобезопасности для взрывопожароопасных химических, нефтехимических и нефтеперерабатывающих производств» к процедуре пропарке ёмкости перед её ремонтом и игнорирования запрета на производство работ с применением открытого огня, указанные в Акте №. Поскольку в результате сварочных работ произошел взрыв, цистерна перед проведением сварочных работ не была полностью очищена и освобождена от пожаровзрывоопасных веществ в нарушение требований п.78 Правил по охране труда на автомобильном транспорте № 871н (т.3 л.д. 143-157),

- протоколом осмотра предметов (документов) от (дата), согласно которому с участием Потерпевший №2 просмотрена видеозапись произошедших событий от (дата) (т.3 л.д. 210-220, 221),

- протоколом осмотра предметов (документов) от (дата), согласно которому осмотрены сварочный аппарат, фрагмент провода с электродом, удлинитель, две угловые шлифовальные машинки, паспорт транспортного средства на полуприцеп-цистерну, акт № на выполненную пропарку автоцистерны от (дата), оптический диск с информацией ПАО Мегафон, выписка из реестра лицензий №, прейскурант цен на пропарку, очистку, просушивание цистерны ООО «Ресурссырье», технологический регламент пропарки и очистки цистерны от (дата) (т.3 л.д. 222-235, 236-237),

- протоколом осмотра предметов (документов) от (дата), согласно которому с участием свидетеля ФИО4 №10 осмотрены три железные части от рамы прицепа-цистерны, которые он приобрел у ФИО2 (дата) (т.3 л.д. 244-250).

Доводы защитника о недопустимости доказательств по делу - заключения эксперта от (дата) № (т.3 л.д. 143-157) и показаний эксперта ФИО12, а в связи с этим о необходимости проведения повторной, дополнительной судебной экспертизы были проверены судом и отвергнуты с приведением мотивированного решения.

Суд пришел к обоснованному выводу о том, что заключение эксперта от (дата) № содержит ответы на все поставленные вопросы, выполнено экспертом, обладающими соответствующей квалификацией, отвечает требованиям ст. 204 УПК РФ и положениям Федерального закона от 31 мая 2001 года N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации", оценил его в совокупности с другими исследованными доказательствами, что дало основание признать его допустимым доказательством, подтверждающим виновность осужденного. Выводы эксперта подтверждены и разъяснены им в судебном заседании.

Ссылка адвоката на правовую позицию Верховного Суда РФ, изложенную в определении судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ по уголовному делу № 51-УД25-20-К8 от 21 января 2026 года не свидетельствует о том, что по настоящему делу судом первой инстанции были допущены нарушения уголовно-процессуального закона.

Судом рассматривался вопрос о допустимости доказательства представленного стороной защиты, в частности заключения специалиста ФИО16 от (дата) №, относительно которого, вопреки доводам защитника, судом принято мотивированное решение об исключении его из числа доказательств.

Судом верно отмечено, что специалистом ФИО16 в его заключении от (дата) № фактически дан критический анализ заключения эксперта от (дата) № что не входит в компетенцию указанного лица, поскольку проверка и оценка доказательств являются прерогативой суда. Сам специалист ФИО16 в судебном заседании давал пояснения исключительно по выводам, изложенных в своем заключении.

Доказательства, исследованные судом и приведённые в приговоре, соответствуют принципу достаточности, являются относимыми, согласуются между собой, взаимодополняют друг друга, содержат сведения об обстоятельствах, совершенных ФИО2 преступлений, а также иных обстоятельствах, имеющих значение для дела, получены в соответствии с требованиями процессуального законодательства и обоснованно приняты в качестве доказательств виновности ФИО2 в совершении инкриминируемых ему преступлений.

Содержание исследованных судом доказательств изложено в приговоре в той части, которая имеет значение для подтверждения либо опровержения значимых для дела обстоятельств; фактов, свидетельствующих о приведении в приговоре показаний допрошенных лиц либо содержания экспертных выводов или иных документов таким образом, чтобы это искажало существо исследованных доказательств и позволяло им дать иную оценку, чем та, которая содержится в приговоре, судебной коллегией не установлено.

Судом первой инстанции дана правильная оценка выводам, изложенным в заключениях экспертов в совокупности с иными доказательствами. Экспертизы были проведены в порядке, установленном законом, специалистами, компетентность и объективность которых сомнений не вызывает.

Таким образом, судебная коллегия считает, что суд первой инстанции дал надлежащую оценку всем доказательствам, исследованным в ходе судебного разбирательства, в их совокупности, при этом указал основания, по которым одни доказательства приняты, а другие отвергнуты, подробно приведя мотивы принятого решения. Такая оценка произведена судом в соответствии с требованиями ст. ст. 87, 88 УПК РФ.

Несогласие защитника с положенными в основу приговора доказательствами и их оценкой не свидетельствует о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела и недоказанности вины осужденного.

Суд, правильно установив фактические обстоятельства дела, обоснованно пришел к выводу о виновности ФИО2 и квалификации его действий по ч. 1 ст. 109 УК РФ как причинение смерти по неосторожности, ч. 1 ст. 118 УК РФ как причинение тяжкого вреда здоровью по неосторожности.

Доводы апелляционной жалобы защитника о неприменимости к ФИО2 требований п. 364 ФНиП «Общие правила взрывобезопасности для взрывопожароопасных химических, нефтехимических и нефтеперерабатывающих производств», утвержденные приказом Ростехнадзора от 15 декабря 2020 года № 533 и п. 78 Правил по охране труда на автомобильном транспорте, утвержденные приказом Минтруда России от 9 декабря 2020 года № 871н являлись предметом судебной проверки.

Судом достоверно установлено, что ФИО2 имея акт № от (дата) с прямым запретом на работы с открытым огнем внутри цистерны проигнорировал риск взрыва. Скрыв информацию об опасности от ФИО11 и Потерпевший №2, он (ФИО2) допустил их к работе на взрывоопасном объекте. Первопричиной взрыва, повлекшим смерть ФИО11 и тяжкий вред здоровью Потерпевший №2, как установлено заключением эксперта от (дата) № явился тот факт, что цистерна не была очищена в соответствии с п. 78 Правил № 871н и не пропарена в течение 24 часов согласно п. 364 ФНиП № 533.

Судом верно отмечено, что данные нормы использованы для установления факта того, что ФИО2 нарушил государственные требования безопасности, чем создал смертельную опасность для ФИО11 и Потерпевший №2, что подтверждает наличие прямой причинно-следственной связи между необеспечением безопасности объекта ФИО2 и наступившими последствиями для обоих потерпевших.

Доводы защитника, основанные на ответах заместителя руководителя Западно-Уральского Управления Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору ФИО17 от (дата) № и (дата) № о том, что автоцистерна не является опасным производственным объектом, в связи с чем не зарегистрирована в органах Ростехнадзора не исключает обязанность по соблюдению требований ФНиП «Общие правила взрывобезопасности для взрывопожароопасных химических, нефтехимических и нефтеперерабатывающих производств», утвержденные приказом Ростехнадзора от 15 декабря 2020 года № 533.

Уголовная ответственность по ч. 1 ст. 109 и ч. 1 ст. 118 УК РФ носит общий характер и наступает при нарушении лицом общепринятых и специальных правил предосторожности. ФИО2, перед началом сварочных работ с автоцистерной ФИО11 и Потерпевший №2, был ознакомлен с актом ООО «Ресурссырье» № от (дата), в котором установлен прямой запрет на производство работ с применением открытого огня, в связи с чем, мог предвидеть наступление общественно опасных последствий, однако игнорировал правила безопасности.

Судом сделан правильный вывод о том, что ФИО2, будучи профессиональным участником рынка перевозок нефтепродуктов, не мог не знать, что пропарка без механической очистки дна от осадков нефтепродуктов не гарантирует безопасность, при этом не имеет значение, где происходит нагрев - внутри или снаружи стенки цистерны, поскольку взрываются пары внутри от передачи тепла через металл.

При таких обстоятельствах, ссылка защитника на ответы заместителя руководителя Западно-Уральского Управления Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору ФИО17 от (дата) № и (дата) № о том, что на цистерны и бочки, в том числе передвижные, в которых не создается избыточное давление, требования промышленной безопасности не распространяются, в связи с чем они не являются объектами контроля (надзора) Ростехнадзора, а также доводы о том, что ФИО2 не был ознакомлен с Технологическим регламентом пропарки и очистки цистерны от 17 октября 2023 года ООО «Ресурссырье», не являлся работодателем ФИО11 и Потерпевший №2 не влияют на квалификацию действий ФИО2 и не свидетельствует о его невиновности в совершении указанных преступлений.

Доводы защитника со ссылкой на ответственность сотрудников ООО «Ресурссырье», поскольку ФИО2 являлся лишь заказчиком услуги по очистке автоцистерны, не отвечают требованиям ст. 252 УПК РФ. При этом, судом достоверно установлено, что ООО «Ресурссырье» выдало акт № от (дата) с запретом на проведение работ с применением открытого огня, таким образом, исполнило свою обязанность по информированию заказчика.

Доводы апелляционной жалобы защитника о нарушении права ФИО2 на защиту, выразившееся в том, что в нарушение положений ст. 252 УПК РФ, суд вышел на пределы обвинения, являются несостоятельными.

Указание в приговоре судом о том, что требования ФНиП «Общие правила взрывобезопасности для взрывопожароопасных химических, нефтехимических и нефтеперерабатывающих производств», утвержденные приказом Ростехнадзора от 15 декабря 2020 года № 533 использованы в обвинении не как административный регламент, а как объективный технический стандарт безопасности, не свидетельствуют о том, что суд вышел за пределы обвинения и ухудшил положение осужденного ФИО2

Само по себе несогласие стороны защиты с обвинением ФИО2 в несоблюдении правил безопасности при ведении ремонтных работ в нарушение п. 364 ФНиП «Общие правила взрывобезопасности для взрывопожароопасных химических, нефтехимических и нефтеперерабатывающих производств», утвержденные приказом Ростехнадзора от 15 декабря 2020 года № 533 и п. 78 Правил по охране труда на автомобильном транспорте, утвержденных приказом Минтруда России от 9 декабря 2020 года № 871н, не может расцениваться как нарушение права на защиту и не свидетельствует о необъективности суда при рассмотрении доводов защиты о неприменении данных норм к осужденному. Изложенные в приговоре выводы суда о виновности ФИО2 в содеянном соответствуют фактическим обстоятельствам дела и подтверждаются исследованными судом доказательствами.

Таким образом, оснований для иной оценки доказательств, оправдания или иной квалификации действий ФИО2 не имеется, в связи с чем доводы апелляционной жалобы защитника удовлетворению не подлежат.

Доводы защитника о необходимости возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ, в связи с необходимостью проведения судебной экспертизы были проверены судом первой инстанции, получили надлежащую оценку и обоснованно были отклонены.

Судебное разбирательство по делу проведено в соответствии со ст. ст. 273 - 291 УПК РФ, при соблюдении принципов состязательности и равноправия сторон. Нарушений требований уголовно-процессуального закона, выразившихся в лишении или ограничении гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства либо несоблюдении процедуры судопроизводства, по делу не допущено.

Все заявленные сторонами ходатайства были разрешены судом в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и в зависимости от их значения для правильного разрешения дела, с принятием по ним должных решений и их мотивацией.

Психическое состояние ФИО2 проверено судом надлежащим образом и обоснованно установлено, что преступления совершены им во вменяемом состоянии, в настоящее время он осознает характер своих действий и может руководить ими.

Разрешая вопросы о виде и размере наказания, суд первой инстанции в соответствие с требованиями ст. ст. 6, 60 УК РФ должен учесть характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность виновного, наличие смягчающих наказание обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Указанные нормы закона судом выполнены не в полной мере.

Так, к обстоятельствам, смягчающим наказание осужденного ФИО2, суд по всем преступлениям отнес - наличие одного малолетнего ребенка, наличие на иждивении двоих несовершеннолетних детей, наличие хронических заболеваний и состояние здоровья виновного, состояние здоровья родителей виновного, положительные характеристики, наличие грамоты от ВООВ «Боевое братство», благодарственных писем от АНО «Редакция газеты «Континент», от Оренбургского областного клинического психоневрологического госпиталя ветеранов войн, от ОООВИ «ВоИн», от ОООО «ВОИ», от организации «Опора России», по ч. 1 ст. 109 УК РФ - принесение в судебном заседании соболезнований семье погибшего ФИО11, по ч. 1 ст. 118 УК РФ - принесение извинений потерпевшему Потерпевший №2 в ходе очной ставки на предварительном следствии и слова сочувствия в судебном заседании.

Других обстоятельств, смягчающих наказание осужденного, на момент вынесения приговора не установлено, не усматривает их и суд апелляционной инстанции.

Вместе с тем, признавая в качестве обстоятельств, смягчающих наказание осужденного ФИО2 по ч. 1 ст. 109 УК РФ - принесение в судебном заседании соболезнований семье погибшего ФИО11, по ч. 1 ст. 118 УК РФ - принесение извинений потерпевшему Потерпевший №2 в ходе очной ставки на предварительном следствии и слова сочувствия в судебном заседании, суд не учел, что потерпевшими извинения и соболезнования от осужденного не приняты.

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции считает необходимым удовлетворить доводы апелляционной жалобы потерпевших, исключить данные обстоятельства из числа смягчающих наказание ФИО2

При этом, несмотря на исключение вышеуказанных смягчающих наказание обстоятельств, суд апелляционной инстанции вопреки доводам потерпевших не находит оснований для усиления наказания ФИО2, поскольку назначенное ему наказание является справедливым и соразмерным содеянному, в полном объеме согласуется с нормами уголовного закона, отвечает целям исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений, а также принципам справедливости и гуманизма.

Оснований для исключения из приговора иных, указанных потерпевшими в апелляционной жалобе обстоятельств, смягчающих наказание осужденного ФИО2, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО2, не установлено.

При назначении наказания, судом также учитывались данные, характеризующие личность осужденного ФИО2

Какие-либо исключительные обстоятельства, существенно уменьшающие общественную опасность совершенных преступлений и являющиеся основанием для назначения ФИО2 наказания с применением правил ст. 64 УК РФ, судом первой инстанции установлены не были. Таких обстоятельств также не усматривает и суд апелляционной инстанции.

На основании изложенного, суд назначил ФИО2 наказание по всем преступлениям в виде ограничения свободы, предусмотренного санкцией соответствующих статей УК РФ.

Суд первой инстанций, обоснованно не усмотрел оснований для применения к ФИО2 ст. 76.2 УК РФ и освобождения его от уголовной ответственности с назначением судебного штрафа.

При назначении окончательного наказания ФИО2 суд верно применил положения ч. 2 ст. 69 УК РФ.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, гражданские иски Потерпевший №2 и Потерпевший №1 действующей в своих интересах и интересах несовершеннолетней ФИО9 о возмещения имущественного и морального вреда разрешены с учетом положений ст. ст. 151, 1099 - 1101 ГК РФ, а также требований разумности и справедливости в связи с установленными судом конкретными обстоятельствами дела, причинением морального вреда, перенесенными потерпевшими нравственными страданиями в связи с утратой близкого человека и причинения тяжкого вреда здоровью.

Доводы защитника о том, что потерпевшие Потерпевший №2 и Потерпевший №1 в ходе рассмотрения дела не смогли ответить на вопросы защиты какими действиями (бездействием) ФИО2 причинил им моральный вред, не свидетельствует о том, что потерпевшие не испытывали нравственные страдания в результате совершенных ФИО2 преступлений.

Оснований не соглашаться с выводами суда в части определенного размера компенсации морального вреда, как и оснований для определения размера компенсации морального вреда в большем или меньшем размере, вопреки доводам апелляционных жалоб, не имеется.

Нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, не установлено.

На основании изложенного и, руководствуясь ст. ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Ленинского районного суда г. Оренбурга от 2 февраля 2026 года в отношении ФИО2 изменить.

Исключить признание в качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО2 по ч. 1 ст. 109 УК РФ - принесение в судебном заседании соболезнований семье погибшего ФИО11, по ч. 1 ст. 118 УК РФ - принесение извинений потерпевшему Потерпевший №2 в ходе очной ставки на предварительном следствии и слова сочувствия в судебном заседании.

В остальном приговор оставить без изменения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном гл. 47.1 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции, через суд первой инстанции, в течение 6 месяцев со дня оглашения апелляционного постановления. В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении, путём подачи кассационной жалобы непосредственно в суд кассационной инстанции.

Председательствующий Т.В. Калугина