Апелляционное постановление № 10-61/2025 от 18 августа 2025 г. по делу № 10-61/2025

Мировой судья <данные изъяты> №

№

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

19 августа 2025 года г. Омск

Ленинский районный суд г. Омска в составе председательствующего судьи Московец Е.Е., с участием помощников прокурора ЛАО г.Омска Курманова Э.М., ФИО1, осужденного ФИО2, его защитника – адвоката Дворцова Е.В., при помощнике судьи Дюжевой В.Н., секретаре Маричевой С.Д.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу защитника Дворцова Е.В. в интересах осужденного ФИО2 и апелляционное представление заместителя прокурора Ленинского АО г.Омска Герасимовой Ю.В. на приговор мирового судьи судебного участка <данные изъяты> которым:

ФИО2, <данные изъяты>

осужден по ч.1 ст.245 УПК РФ к 180 часам обязательных работ. На основании п. «а» ч.1 ст.78 УК РФ, п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ освобожден от назначенного наказания в связи с истечением сроков давности уголовного преследования,

разрешен вопрос о вещественных доказательствах по уголовному делу,

УСТАНОВИЛ:

Согласно приговору ФИО2 признан виновным и осужден за жестокое обращение с животным в целях причинения ему боли и страданий, а равно из хулиганских побуждений, повлекшее его гибель.

Преступление совершено 28.01.2023 в утреннее время не позднее 10 часов 30 минут на аллее <адрес>, при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании при рассмотрении дела ФИО2 вину в инкриминируемом преступлении не признал.

Дело рассмотрено в общем порядке судебного разбирательства, по результатам которого мировым судьей вынесен указанный выше приговор.

В апелляционной жалобе защитник ФИО2 – адвокат Дворцов Е.В. выражает несогласие с приговором, находит его незаконным и необоснованным, подлежащим отмене в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела.

Обращает внимание на то, что суд первой инстанции изменил выводы эксперта, изложенные в постановлении о привлечении ФИО2 в качестве обвиняемого, указав на то, что ранение было огнестрельным, а не пулевым, как указано в заключении эксперта.

Ставит под сомнение допустимость представленных стороной обвинения доказательств, давая им собственную оценку.

Кроме того, отмечает, что ФИО2 не признал вину, пояснив, что выстрел произвел поверх стаи бродячих собак, проявивших агрессию по отношению к нему, на аллее между дачными участками, а не за ограждением участка №, использовал оружие, чтобы отпугнуть стаю собак.

Акцентирует внимание на том, что суд ссылается на показания свидетелей, ни один из которых не был очевидцем описанных событий, о чем указано также в рапорте Е. Показания всех свидетелей основаны на догадках и предположениях.

Ссылается на показания свидетеля Б., который выстрелов в этот день не слышал, лай собак не считает проявлением агрессии, не отрицает, что его показания основаны на предположениях. Участия в осмотре собаки не принимал, труп собаки отвез на собственном автомобиле на <адрес>, оплатил вскрытие.

Между показаниями свидетеля и исследованными доказательствами имеются существенные противоречия, которые суд не устранил, признав допустимым доказательством протокол осмотра места происшествия, согласно которому был изъят труп собаки и упакован, а также в нем дописано красителем другого цвета об изъятии следа обуви и трупа собаки, что ставит под сомнение допустимость указанного доказательства. В удовлетворении ходатайства о назначении экспертизы суд отказал.

Обращает внимание на недопустимость доказательства - объяснения ФИО2, полученное в отсутствие защитника.

Также отмечает, что органом дознания не установлена причинно-следственная связь между выстрелом ФИО2 и последствиями в виде обнаруженной дроби. Ссылается на предположение эксперта ФИО3 о том, что дробь, обнаруженная на двери хозяйственной постройки на дачном участке, могла быть образована в результате выстрела из огнестрельного охотничьего ружья, но не факт, что из ружья <данные изъяты>. Эксперт указал, что имел возможность провести дополнительную баллистическую экспертизу при наличии ружья, однако, суд исказил показания эксперта, указав, что эксперт мог провести исследование в прошлом, а не в настоящее время.

Кроме того, указывает, что защитой было заявлено ходатайство об исследовании в судебном заседании охотничьего ружья <данные изъяты>, изъятого у ФИО2, которое приобщено к делу в качестве вещественного доказательства. Однако, ружье не исследовано, поскольку уничтожено до начала рассмотрения уголовного дела, чем нарушено право подсудимого на справедливое судебное разбирательство.

Судом не установлен предмет, от которого образовалась рана на собаке. Полагает, что органом дознания нарушен порядок назначения биологической экспертизы, а также усматривается фальсификация доказательств, поскольку свидетель Б. пояснил, что труп собаки не упаковывал и отвез на экспертизу, однако, следователь дописал в протоколе, что труп был упакован в присутствии Б. и опечатан. Нет достоверной информации о способах направления и времени предоставления предмета на экспертизу.

Кроме того, указывает, что следователь не ознакомил подозреваемого, обвиняемого и его защитника с постановлением о назначении экспертизы, не разъяснил процессуальные права при назначении экспертизы.

Также судом отказано в удовлетворении ходатайств о назначении повторной и дополнительной ветеринарной экспертизы, ссылаясь на уничтожение вещественных доказательств, чем нарушено право обвиняемого на защиту.

Полагает, что заключение ветеринарно-биологической экспертизы является недопустимым доказательством, поскольку нарушен порядок назначения указанной экспертизы. Утверждает, что содержание экспертизы не отвечает требованиям ст.204 УПК РФ, ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ № ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», в нем не указаны методики исследования и полученные при этом результаты, а также заключение является не полным.

Кроме того, оспаривает достоверность протокола патологоанатомического вскрытия № от ДД.ММ.ГГГГ, представленного в суд прокурором после исследования заключения специалиста от ДД.ММ.ГГГГ №. Также отмечает, что заключение эксперта и протокол вскрытия суд исследовал после допроса эксперта ФИО4.

Просит приговор отменить, ФИО2 оправдать.

В апелляционном представлении заместитель прокурора Ленинского округа г.Омска находит приговор суда незаконным и необоснованным в связи с допущенными нарушениями норм уголовного и уголовно-процессуального законодательства. В обоснование своей позиции указывает, что органом дознания ФИО2 обвинялся в том, что, имея умысел на жестокое обращение с животным путем отстрела, умышленно, с целью причинения увечий и наступления общественно-опасных последствий в виде мучительной смерти животного, желая их наступления, из хулиганских побуждений, используя гладкоствольное охотничье ружье, произвел не менее одного прицельного выстрела в собаку, причинив последней увечье в виде слепой раны. Полагает, что при описании преступного деяния суд вышел за рамки предъявленного ФИО2 обвинения, указав, что осужденный совершил указанные действия и произвел прицельный выстрел в целях причинения боли и страданий животному. Аналогичные выводы приведены судом в описательно-мотивировочной части приговора при указании об умысле ФИО2 на причинение собаке боли и страданий. Допущенные нарушения ставят под сомнение правильность квалификации судом действий ФИО2 по признаку «жестокое обращение с животными в целях причинения ему боли и страданий» и, как следствие, справедливость назначенного наказания за данное преступление.

Кроме того, полагает недостаточно обоснованными выводы суда о назначении ФИО2 более строгого вида наказания, чем ему было определено ранее приговором мирового судьи от ДД.ММ.ГГГГ, отмененным судом апелляционной инстанции.

Также указывает, что определяя судьбу вещественных доказательств и принимая решение об уничтожении дроби № в количестве 7 штук, суд не указал, что решение в данной части подлежит исполнению после вступления приговора в законную силу.

Просит приговор мирового судьи судебного участка отменить, уголовное дело направить на новое рассмотрение.

На апелляционную жалобу защитника Дворцова Е.В. государственным обвинителем Соловьевой М.А. поданы возражения об оставлении жалобы без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, выслушав участников судебного заседания, обсудив доводы, изложенные в апелляционной жалобе защитника, апелляционном представлении прокурора, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 389.9 УПК РФ суд апелляционной инстанции проверяет по апелляционным жалобам и представлениям законность, обоснованность и справедливость приговора суда первой инстанции.

Выводы мирового судьи о виновности ФИО2 в жестоком обращении с животным, из хулиганских побуждений, повлекшее его гибель, вопреки доводам апелляционной жалобы, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным в ходе судебного разбирательства, предположений и противоречий не содержат, являются мотивированными и полностью подтверждаются совокупностью доказательств, всесторонне, полно и объективно исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре:

- показаниями свидетелей Ш., К., Б. о том, что ДД.ММ.ГГГГ они обнаружили на двери сарая К., следы от выстрелов, вдоль сарая - капли крови, пройдя по которым Б. и К. возле другого СНТ обнаружили собаку в луже крови, у которой на шее была рана, собака была еще теплой, но уже мертвой;

- показаниями свидетелей Ш.В.В., Ш.Ж.В., К., Е., Б.А.С., Ш.И.А., К.А.В., которым стало известно об обнаружении убитой собаки со слов других садоводов;

- показаниями свидетелей Ш.В.В., Ш.Ж.В. о том, что, в том числе, указанную собаку они подкармливали;

- показаниями свидетелей П.В.В., М., К.С.А., С., К.И.Г., а также Ш.В.В., Ш.Ж.В., Ш., К., Б. о том, что собаки, приходящие в садоводство, агрессию к людям не проявляли, опасности для людей не представляли;

- показаниями свидетеля Т., которому со слов ФИО2 стало известно об убийстве им собаки.

Кроме показаний указанных свидетелей, виновность осужденного в совершении преступления установлена иными доказательствами, признанными судом достоверными, в частности:

- показаниями эксперта П., проводившей патологоанатомическое вскрытие трупа собаки, доставленной на экспертизу, установившей причину смерти собаки, а также факт ее гибели в результате огнестрельного ранения;

- показаниями специалиста Ц., проводившего в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ баллистическую экспертизу по постановлению дознавателя, на исследование были предоставлены: охотничье ружье <данные изъяты>, принадлежащих осужденному ФИО2, и изъятых у него, согласно которым повреждения на стене и двери хозяйственной постройки могли быть образованы в результате выстрела из огнестрельного охотничьего оружия с использованием патрона, снаряженного дробью № перпендикулярно или под незначительным углом к преграде;

- протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, на котором зафиксирована обстановка на месте преступления, изъяты 7 металлических шариков из хозяйственной постройки, след обуви, труп собаки;

- актом изъятия ДД.ММ.ГГГГ у ФИО2 охотничьего ружья с чехлом и пятью патронами к нему;

- протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, которым установлено расстояние от ограждения дачного участка до хозяйственной постройки – 20 метров;

-заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому изъятое у ФИО2 ружье относится к категории огнестрельного оружия; патроны <данные изъяты>, четыре из них снаряжены дробью № семь штук;

- заключением судебной ветеринарно-биологической экспертизы механических повреждений у непродуктивного животного № от ДД.ММ.ГГГГ, на основании которого установлена причина смерти собаки и механизм ее причинения;

- протоколом осмотра 7 штук дроби, которые признаны вещественным доказательством;

-копией постановления о привлечении ФИО2 к административной ответственности по <данные изъяты> за стрельбу в неположенном месте ДД.ММ.ГГГГ, в <адрес>

- протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ – участка пожарной дороги за <адрес>

- протоколом осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ - диска с видеозаписью от ДД.ММ.ГГГГ и фотографиями убитой собаки, признанными вещественными доказательствами;

- протоколом патологоанатомического вскрытия № от ДД.ММ.ГГГГ.

Все доказательства судом проверены в соответствии с требованиями ст.87 УПК РФ, оценены с учетом правил, предусмотренных ст.88 УПК РФ, с точки зрения их допустимости, достоверности и относимости к рассматриваемому событию, а в совокупности - достаточности для признания ФИО2 виновным в совершении преступления.

Суд первой инстанции в приговоре дал правильную оценку показаниям свидетелей обвинения, касающимся обстоятельств совершения осужденным преступления, и с учетом установленных по делу обстоятельств и совокупности исследованных в судебном заседании доказательств обоснованно признал их достоверными, в том числе показания свидетеля ФИО5 об обнаружении убитой в садоводстве собаки, транспортировке трупа собаки на экспертизу, при этом верно исходил из того, что их показания носят подробный и последовательный характер, не содержат существенных противоречий, дополняют друг друга и конкретизируют обстоятельства произошедшего, в целом согласуются между собой и с иными письменными доказательствами, исследованными в судебном заседании, а также с установленными судом фактическими обстоятельствами дела.

При этом суд в приговоре привел мотивы, по которым принял за основу одни доказательства и отверг другие, в том числе, дана оценка протоколу осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, заключению судебной ветеринарно-биологической экспертизы, в том числе о механизме образования повреждения, обнаруженного у собаки, об отсутствии оснований для признания указанных доказательств недопустимыми; приведена критическая оценка позиции ФИО2 по делу, в том числе его позиции об оказании на него давления со стороны сотрудников полиции. С указанными выводами суда первой инстанции соглашается суд апелляционной инстанции.

Каких-либо существенных противоречий в показаниях свидетелей обвинения, на что обращает внимание сторона защиты в жалобе, относительно обстоятельств, имеющих значение для дела, ставящих под сомнение их достоверность, которые повлияли или могли повлиять на выводы суда о фактических обстоятельствах совершенного преступления, а также данных о наличии у них оснований для оговора осужденного в совершении преступления, не установлено.

Доводы автора апелляционной жалобы о том, что суд привел в приговоре объяснения ФИО2, полученные без участия защитника, являются необоснованными, поскольку судом первой инстанции объяснения ФИО2 в приговоре в качестве доказательств не приведены.

Также несостоятельным является доводы стороны защиты о неознакомлении подозреваемого, обвиняемого, его защитника с постановлениями о назначении экспертиз, имеющихся в деле. Постановления о назначении указанных экспертиз вынесены дознавателем по настоящему уголовному делу, возбужденному в отношении неустановленного лица. В соответствии со ст.198 УПК РФ право на ознакомление, в том числе, с постановлением о назначении экспертизы возникает у подозреваемого лица. На момент вынесения постановлений о назначении судебных экспертиз, ФИО2 не имел статус подозреваемого лица по делу. Вместе с тем, являясь подозреваемым по уголовному делу, ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 совместно с защитником ознакомлены с постановлениями о назначении всех экспертиз по делу и заключениями экспертов, с разъяснением процессуальных прав.

Вопреки доводу стороны защиты, уничтожение вещественных доказательств по делу - охотничьего ружья и трупа собаки – не нарушило права осужденного ФИО2 на защиту, поскольку указанные вещественные доказательства были осмотрены, зафиксированы их признаки, по ним были проведены соответствующие исследования, которые имеются в материалах дела.

Кроме того, несостоятельными суд находит доводы защиты о нарушении права ФИО2 на защиту в связи с отказом в ходатайствах о назначении повторных, дополнительных экспертиз, поскольку при разрешении данных ходатайств, как следует из протокола судебного заседания, суд мотивированно принял решение об отказе в удовлетворении ходатайств. Все ходатайства, заявленные стороной в ходе судебного заседания, разрешены судом первой инстанции, что отражено в протоколе судебного заседания.

Судом первой инстанции заключение судебной ветеринарно-биологической экспертизы механических повреждений у непродуктивного животного № от ДД.ММ.ГГГГ обоснованно признано допустимым доказательством по делу. Содержание выводов эксперта ясно и не двусмысленно. Данное заключение верно оценено мировым судьей в совокупности с показаниями эксперта в судебном заседании, предупрежденным об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, протоколом патологоанатомического вскрытия № от ДД.ММ.ГГГГ. Помимо этого, с учетом показаний эксперта в судебном заседании, судом устранена техническая ошибка о пулевом ранении собаки, допущенная экспертом в заключении. Кроме того, представление в суд первой инстанции протокола патологанатомического исследования № от ДД.ММ.ГГГГ, не ставит под сомнение его достоверность, как указывает об этом в жалобе сторона защиты. В указанном протоколе указана дата его составления, которая соответствует дате начала проведения экспертизы, объект исследования, результаты исследования. Достоверность данного протокола исследования также подтверждена экспертом в судебном заседании.

В связи с изложенным, доводы стороны защиты о недопустимости доказательств – заключения судебной ветеринарно-биологической экспертизы механических повреждений у непродуктивного животного № от ДД.ММ.ГГГГ, протокола патологанатомического исследования № от ДД.ММ.ГГГГ, а также об изменении судом первой инстанции выводов эксперта о характере ранения собаки, суд находит необоснованными.

Исследование судом заключения судебной ветеринарно-биологической экспертизы и протокола патологоанатомического вскрытия после допроса эксперта, как об этом указывает сторона защиты в жалобе, не является нарушением уголовно-процессуального законодательства, не ставит под сомнение достоверность этих доказательств и не нарушает состязательность сторон в судебном заседании.

Вывод суда первой инстанции о гибели собаки в результате огнестрельного ранения установлен на основании исследованных судом доказательств, которые приведены в приговоре, в том числе показаний эксперта П., уточнившей в судебном заседании подготовленное ею заключение судебной ветеринарно-биологической экспертизы в части причиненного животному ранения, которое повлекло его смерть. Изменение судом обвинения в части указания о причинении собаке огнестрельного ранения вместо указанного в обвинительном акте пулевого не ухудшает положение осужденного и не нарушило его право на защиту.

Помимо этого, вопреки доводам стороны защиты, выводы специалиста Ц., проводившего баллистическое исследование оружия и патронов к нему, изъятых у ФИО2, в совокупности с его показаниями в судебном заседании о причинах образования повреждений на стене и двери хозяйственной постройки, расположенной на участке <адрес>», в результате выстрела из огнестрельного оружия, не ставят под сомнение факт выстрела из ружья ФИО2 в собаку.

При таких обстоятельствах, соглашаясь с выводами суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции признает несостоятельными доводы апелляционной жалобы, сводящиеся к утверждению о недоказанности виновности осужденного ФИО2 в совершении преступления, а также неверной оценке судом доказательств по делу, положенных в основу обвинительного приговора, и не находит оснований для его оправдания, о чем ходатайствует сторона защиты.

Иная оценка доказательств, положенных в основу приговора, приведенная в апелляционной жалобе, является неубедительной и основанной на собственной субъективной оценке осужденным и его защитником отдельных доказательств и фактов по уголовному делу без связи и в отрыве от совокупности иных добытых и исследованных доказательств, что противоречит положениям ст.88 УПК РФ.

Тот факт, что данная судом оценка доказательств не совпадает с позицией стороны защиты, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона и не является основанием к отмене судебного решения.

Судебное разбирательство по уголовному делу проведено с соблюдением уголовно-процессуального закона, положений ст.ст.15,243,244 УПК РФ, предписывающих обеспечение состязательности и равноправия сторон. Нарушений норм уголовно-процессуального закона, которые путем лишения и ограничения гарантированных прав участников судопроизводства, в том числе права на защиту, несоблюдения процесса судопроизводства или иным способом повлияли бы на вынесение законного и обоснованного решения, не допущено.

Действия ФИО2 судом первой инстанции квалифицированы по ч.1 ст.245 УК РФ, как за жестокое обращение с животным в целях причинения ему боли и страданий, а равно из хулиганских побуждений, повлекшее его гибель.

Судом первой инстанции правомерно установлено наличие в действиях ФИО2 хулиганских побуждений, поскольку, как видно из материалов дела, осужденный без какого-либо повода и видимой причины умышленно, находясь в общественном месте, а именно, в садоводческом товариществе, в котором находились граждане, в утреннее время, пренебрегая общепризнанными нормами морали и гуманного обращения с животными, из огнестрельного оружия выстрелил в собаку, последствием чего явилась ее гибель, что свидетельствует о его явном неуважении к обществу, умышленном несоблюдении им общепризнанных норм морали и правил поведения, сформированных в обществе принципов нравственного и гуманного обращения с животными, а также о том, что его действия и поведение были продиктованы желанием противопоставить себя окружающим, в том числе гражданам, которые осуществляли уход за погибшей собакой, продемонстрировать пренебрежительное отношение к ним и судьбе животного.

Вместе с тем, указанный приговор мирового судьи подлежит изменению по следующим основаниям.

В соответствии со ст.297 УПК РФ приговор должен быть законным, обоснованным и справедливым. Приговор признается таковым, если он постановлен в соответствии с требованиями, предусмотренными уголовно-процессуальным законом, и основан на правильном применении уголовного закона.

В соответствии с ч.1 ст.252 УПК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению.

Согласно п.п.1,4 ст.307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления, а также мотивы решения всех вопросов, относящихся к назначению уголовного наказания.

Вместе с тем, вышеуказанные требования судом в полном объеме не выполнены.

Так, ФИО2 органом дознания обвинялся в том, что, имея умысел на жестокое обращение с животным путем отстрела, а именно, с беспородной собакой-самцом рыжего окраса, реализуя свой преступный умысел, умышленно, с целью причинения увечья и наступления общественно-опасных последствий в виде мучительной смерти животного и желая их наступления, пренебрегая общепринятыми нормами морали и гуманного обращения с животными, из хулиганских побуждений, используя в качестве оружия находившееся в его законном пользовании гладкоствольное охотничье самозарядное ружье модели «<данные изъяты>, относящееся к категории огнестрельного оружия, вставив в ружье патрон, снаряженный дробью №), предназначенной для снаряжения охотничьих патронов для гладкоствольного ружья, произвел не менее одного прицельного выстрела в указанную собаку, причинив последней увечье в виде слепой раны. От полученного пулевого ранения в результате выстрела, произведенного ФИО2, собака погибла.

При этом, органом дознания ФИО2 не предъявлялось обвинение в жестоком обращении с животным в целях причинения ему боли и страданий, в связи с чем, ссылка суда на совершение ФИО2 прицельного выстрела в целях причинения боли и страданий животному, а также суждение суда об умысле ФИО2 на причинение собаке страданий и боли подлежат исключению из описательно-мотивировочной части приговора, а также из квалификации действий ФИО2

Кроме того, органом дознания ФИО2 обвинялся в совершении прицельного выстрела в собаку, находившуюся в не менее 20 метрах от него за ограждением, на территории участка <адрес> Между тем, мировым судьей в описательно-мотивировочной части приговора указано о совершении прицельного выстрела ФИО2 в собаку через ограждение территории участка <адрес>. Указание предлога «через» суд апелляционной инстанции считает явной технической ошибкой, не влияющей на виновность ФИО2 в совершении преступления и квалификацию его действий.

Иных оснований для изменения приговора суд не усматривает.

В приговоре мировым судьей приведены мотивы принятия решения по вопросам, относящимся к назначению уголовного наказания, с которыми суд апелляционной инстанции соглашается.

Наказание ФИО2 назначено в соответствии с требованиями закона, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, отнесенного законом к категории небольшой тяжести, влияния назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, данных о личности виновного, а также установленных по делу смягчающих наказание обстоятельств: состояние здоровья подсудимого и членов его семьи, оказание материальной помощи детским фондам.

Обстоятельств, отягчающих наказание, суд обоснованно не усмотрел.

Учитывая влияние назначенного наказания на исправление осужденного, жизнь его семьи, в целях исправления и предупреждения совершения им новых преступлений, для достижения социальной справедливости, мировой судья обоснованно пришел к выводу о возможности назначения ФИО2 наказания в виде обязательных работ, верно не усмотрев препятствий к отбыванию данного вида наказания.

Назначенное ФИО2 наказание суд признает соответствующим требованиям ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ и соразмерным содеянному.

Оснований для применения положений ст. 64 УК РФ, иного вида наказания мировой судья обоснованно не усмотрел, мотивировав свои выводы по данным вопросам. Не усматривает таких оснований и суд апелляционной инстанции, поскольку все заслуживающие внимания обстоятельства надлежащим образом учтены мировым судьей при решении вопроса о виде и размере наказания, которое назначено в пределах санкции ч. 1 ст. 245 УК РФ, является справедливым и соответствует целям и задачам назначения уголовного наказания. В связи с изложенным, доводы апелляционного представления о недостаточно обоснованных выводах мирового судьи о назначении более строгого наказания, чем ранее ему было назначено приговором мирового судьи судебного участка <данные изъяты>, суд полагает необоснованными, учитывая при этом то обстоятельство, что ранее приговор был отменен по доводам апелляционного представления, в котором, в том числе, содержались доводы о чрезмерно мягком размере назначенного наказания, а также о необоснованном исключении квалифицирующего признака преступления «из хулиганских побуждений», который был установлен мировым судьей при повторном рассмотрении дела.

Мировым судьей верно применены положения п. «а» ч.1 ст.78 УК РФ, предусматривающей освобождение лица от уголовной ответственности по истечении двух лет со дня совершения преступления небольшой тяжести.

Также при постановлении приговора мировым судьей разрешен вопрос о вещественных доказательствах по делу. Нарушений уголовно-процессуального закона при разрешении указанного вопроса мировым судьей не допущено.

Нарушений норм уголовного, уголовно-процессуального закона, процедуры судопроизводства, которые могли бы повлиять на законность и обоснованность приговора, являться основаниями для его отмены, судом апелляционной инстанции не установлено.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор мирового судьи судебного участка <данные изъяты> в отношении ФИО2, осужденного за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 245 УК РФ, изменить.

Исключить из описательно-мотивировочной части приговора при описании преступного деяния указание на совершение ФИО2 прицельного выстрела в целях причинения боли и страданий животному.

Исключить из описательно-мотивировочной части приговора суждение суда об умысле ФИО2 на причинение собаке страданий и боли.

Исключить из осуждения ФИО2 по ч.1 ст.245 УК РФ признак жестокого обращения с животным – «в целях причинения ему боли и страданий».

Апелляционное представление заместителя прокурора Ленинского административного округа г.Омска Герасимовой Ю.В. удовлетворить частично.

В остальной части указанный приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу защитника Дворцова Е.В. в интересах ФИО2 – без удовлетворения.

Процессуальные издержки взысканию с осужденного не подлежат.

Настоящее постановление может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции (г. Кемерово) в порядке главы 47.1 УПК РФ в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу.

Председательствующий судья Е.Е. Московец