Апелляционное определение № 33-1035/2026 от 28 апреля 2026 г.

Председательствующий по делу судья Салбуков К.В.

Дело № 33-1035/2026 (№ дела в суде 1-й инст. 2-567/2025) УИД 75RS0015-01-2025-000976-77


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Забайкальского краевого суда в составе:

председательствующего судьи Чайкиной Е.В.,

судей Епифанцевой С.Ю., Радюк С.Ю.,

при участии прокурора Апрелковой В.С.,

при секретаре Ваулиной Ю.Д.,

рассмотрела в открытом судебном заседании в г. Чите 29 апреля 2026 г. гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Горно-буровая компания» о признании отношений трудовыми, об установлении факта несчастного случая на производстве,

по апелляционной жалобе представителя ответчика ООО «Горно-буровая компания» ФИО2,

на решение Краснокаменского городского суда Забайкальского края от 08 октября 2025 г.

Заслушав доклад судьи Епифанцевой С.Ю., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратился в суд с указанным иском, просил суд признать отношения между ФИО1 и ООО «Горно-буровая компания» трудовыми; признать несчастный случай, а именно дорожно-транспортное происшествие, произошедшее <Дата>, несчастным случаем на производстве.

Требования мотивированы тем, что с 2021 г. ФИО1 работал вахтовым методом, был трудоустроен в Общество с ограниченной ответственностью «Горно-буровая компания» (далее – ООО «Горно-буровая компания») <данные изъяты>, работодатель направлял истца в <адрес>. <Дата> истец был официально уволен из компании, но фактически работу продолжал. Вся переписка с работодателем велась посредством мессенджера WhatsApp, которая сохранилась с января 2023 г. Представитель работодателя направила 19 февраля 2024 г. электронные билеты на поезд маршрутом <адрес>, так как нужно было выезжать на новый период работы. <Дата> истец прибыл в <адрес>, до вахтового поселка и должен был довезти автомобиль №. Водитель автомобиля ФИО3, двигаясь по маршруту, допустил столкновение с другим автомобилем №. В результате ДТП ФИО1 были причинены тяжкие телесные повреждения, ему установлена <данные изъяты>. Таким образом, тяжкий вред здоровью ФИО1 причинен при следовании к месту выполнения работы вахтовым методом в интересах работодателя ООО «Горно-буровая компания» (т. 1 л.д. 3-5).

Определениями суда от 19 мая 2025 г., от 16 июня 2025 г. к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований, были привлечены Государственная инспекция труда в <адрес>, Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Свердловской области, Общество с ограниченной ответственностью «Ледокол», ФИО3 (т. 1 л.д. 162-163, 239-240, т.3 л.д. 13-14).

Решением Краснокаменского городского суда Забайкальского края от 08 октября 2025 г. иск удовлетворен. Установлен факт трудовых отношений, возникших между ФИО1 и Обществом с ограниченной ответственностью «Горно-буровая компания». Установлен факт несчастного случая на производстве, произошедшего <Дата> с ФИО1 в результате дорожно-транспортного происшествия в районе <адрес>. С Общества с ограниченной ответственностью «Горно-буровая компания» взыскана государственная пошлина в бюджет Краснокаменского муниципального округа Забайкальского края в сумме 3 000 руб. (т. 3 л.д. 51-58).

Не согласившись с решением суда, представитель ответчика ФИО2 подал апелляционную жалобу, в которой просит об отмене решения суда, отказе в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

В жалобе выражает несогласие с выводом суда первой инстанции о том, что ФИО1 в момент ДТП следовал к месту работы в ООО «Горно-буровая компания», поскольку трудовые отношения с истцом были прекращены задолго до ДТП <Дата> по инициативе ответчика в связи с грубым нарушением трудовых обязанностей (прогулом). С момента прекращения трудовых отношений сам ФИО1 повторно к ответчику по вопросу трудоустройства не обращался. ООО «Горно-буровая компания» за период с января по март 2024 г. в качестве субподрядчика выполняло работы на объекте строительства «Этап 6.9.2 Лупинги магистрального газопровода «Сила Сибири»» в <адрес>. ФИО1 по собственной инициативе прибыл в <адрес>, намереваясь найти работу на объекте. Зная, что в <адрес> находится знакомый ему ФИО3, попросил его отвезти на строительный объект. <Дата> ФИО3, с ФИО1 и Г, который также намеревался устроиться на работу, на автомобиле № направились на объект, по пути к которому произошло ДТП, что подтверждается показаниями самого ФИО3 Отмечает, что о своем намерении истец ответчику не сообщал, о трудоустройстве не просил, документы в целях трудоустройства не направлял, обязательной предварительное медицинское обследование и обучение по охране труда не проходил. В свою очередь ООО «Горно-буровая компания» не принимало решения о приеме истца на работу, не направляло его к месту работы, пропусков на территорию выполнения работ не выдавало и к работе не допускало. Считает необходимым учесть, что ООО «Горно-буровая компания» по вышеуказанному договору строительного подряда выполняло работы на объекте ПАО «Газпром». Объект и участки работ находились под охраной с пропускным режимом, допуск на объект производился по пропускам только с согласованных работников подрядчиков и субподрядчиков, работники перед допуском должны были пройти проверку служб безопасности. Работы на объекте выполнялись под контролем представителей, инспекционных и контрольных органов ПАО «Газпром» и его подрядчиков. Исходя из требований ПАО «Газпром» и договора, ответчик мог выполнять работы по договору лишь работниками по трудовому договору, с обязательным предварительным прохождением медицинского обследования, обучением по охране труда и промышленной безопасности, допуском служб безопасности.

Полагает, что суд необоснованно сослался в решении на протокол допроса потерпевшего Г, поскольку он не был привлечен к участию в деле, достоверность его показаний судом не проверена. Между тем, показания Г в части трудовых отношений с соответчиком не соответствуют действительности, Г работником ООО «Горно-буровая компания» не является, его нахождение в автомобиле в момент ДТП обусловлено теми же причинами, что и у ФИО1 Также полагает ошибочным вывод суда о том, что автомобиль № был предоставлен ФИО3 его работодателем ООО «Горно-буровая компания», поскольку представленными в материалы дела документами, автомобиль ГАЗ «Соболь» не принадлежит ответчику, не мог был предоставлен водителю ФИО3 для исполнения его трудовых обязанностей. ООО «Горно-буровая компания» данное транспортное средство не эксплуатировало и в аренду у ООО «Ледокол» не принимало. Ссылается, что отношения по использованию указанного транспортного средства сложились непосредственно между ФИО3 и ООО «Ледокол». Исходя из условий договора аренды ФИО3 использовал автомобиль в собственных интересах, а не в интересах ООО «Горно-буровая компания». Указывает, что показания свидетелей Б и ФИО4 о том, что ФИО1 продолжал работать у ответчика без заключения трудового договора, не соответствует действительности. Представленные в материалы дела переписка истца с неизвестным абонентом о приобретении ФИО1 билетов для проезда, а также платежи, не имеют отношения к ООО «Горно-буровая компания» и отношения с ответчиком не подтверждают. В подтверждение указанных обстоятельств ответчик представил ответ ПАО «Мегафон» от <Дата> из которого следует, что данный абонентский номер никогда не принадлежал ООО «Горно-буровая компания» и не входил в список номеров телефонов, закрепленных за сотрудниками данного предприятия. Представленные истцом справки не указывают на получение денежных средств от ООО «Горно-буровая компания», ответчик не является плательщиком ни по одному платежу, истец не является получателем платежей, доказательств того, что представленные платежи предназначались в пользу истца в материалы дела не представлено. В жалобе также указывает, что действия ответчика после ДТП о съеме жилья в <адрес>, предложение об оказании финансовой помощи, были обусловлены намерением ООО «Горно-буровая компания» защитить интересы своего работника ФИО3 от возможного уголовного преследования в связи с ДТП.

В письменных пояснениях к апелляционной жалобе, дополнениях к письменным пояснениям представитель ответчика ФИО2 дополнительно указывает, что в период с 2021 г. по 2024 г. ООО «Горно-буровая компания» не выполняло работы на строительных объектах, расположенных в населенных пунктах <адрес>. Отмечает, что И, Н, Ю, с которыми истцом велась переписка, сотрудниками ООО «Горно-буровая компания» не являются. Работы на объекте в <адрес> выполнялись работниками ООО «Горно-буровая компания», среди которых указан ФИО3 в должности мастера. Порядок допуска работников ответчика к выполнению работ по договору с ООО «ССК «Газрегион» состоит в том, что работники проходят проверку Службами безопасности и контроля ООО «ССК «Газрегион». Из ответа ООО «ССК «Газрегион» следует, что пропуск, нахождение и работа на объекте строительства регламентируется Инструкцией о пропускном и внутриобъектовом режимах на объекте «Этап 6.9.2. Лупинги магистрального газопровода «Сила Сибири» и Положением «О порядке взаимодействия в области промышленной безопасности со сторонними организациями на объектах ООО «ССК «Газрегион». Допуск физических лиц на территорию (с территории) Объекта разрешен только через КПП по пропускам для физических лиц. (т. 3 л.д. 87-89, т. 4 л.д 1-2, 165-166).

В возражениях на апелляционную жалобу старший помощник межрайонного прокурора Краснокаменской межрайонной прокуратуры Батомункуева Ю.Б. просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу ответчика – без удовлетворения (т. 3 л.д. 166).

Относительно доводов апелляционной жалобы представителем истца ФИО5 направлены возражения, в которых отмечено, что в суд истец обратился именно с той целью, чтобы признать отношения, имевшие место также в феврале 2024 г. трудовыми, так как именно в этот период времени истец не был трудоустроен, но привлекался ответчиком, в том числе ему неоднократно приобретались билеты для проезда к месту вахты.

В судебное заседание не явились истец ФИО1, его представитель ФИО5, представители третьих лиц Государственной инспекции труда в Амурской области, Государственной инспекции труда в Забайкальском крае, Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Свердловской области, Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Забайкальскому краю, ООО «Ледокол», ФИО3, извещенные о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщили, об отложении слушания дела не просили. Представитель ОСФР по Забайкальскому края ФИО6 направила ходатайство о рассмотрении дела в ее отсутствие.

Руководствуясь статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия посчитала возможным рассмотреть гражданское дело в отсутствие неявившихся лиц.

Судебная коллегия, проверив решение суда в пределах доводов апелляционной жалобы в порядке ст. 327.1 ГПК РФ, выслушав представителя ответчика ФИО2, поддержавшего доводы апелляционной жалобы и дополнений к ней, заключение прокурора Апрелковой В.С. о законности и обоснованности решения суда первой инстанции, изучив материалы дела, приходит к следующему.

Согласно положениям статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

При рассмотрении дела таких нарушений судом первой инстанции не допущено, имеющие значение для дела обстоятельства установлены правильно и подтверждаются исследованными в суде доказательствами.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ООО «Горно-буровая компания» зарегистрировано в качестве юридического лица <Дата>, местом его нахождения является адрес: <адрес> основным видом деятельности по ОКВЭД – «42.21 Строительство инженерных коммуникаций для водоснабжения и водоотведения, газоснабжения», учредителем – Ш, что подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ (т. 1 л.д. 11-17).

Обращаясь в суд, истец указал, что был официально трудоустроен в ООО «Горно-буровая компания» в период с <Дата> по <Дата> проходчиком на открытых горных выработках, в последующем фактически продолжил работу у ответчика, работал вахтовым методом по той же должности, в том числе на объекте в <адрес>, получал заработную плату, которая перечислялась на карту сестры Б

<Дата> истец с <адрес> до вахтового поселка должен был быть доставлен транспортом работодателя на свое рабочее место – участок СК Газрегион, при этом во время следования произошло дорожно-транспортное происшествие, в результате которого ФИО1 был причинен тяжкий вред здоровью, впоследствии была установлена инвалидность первой группы.

Трудовые отношения между истцом и ООО «Горно-буровая компания» не оформлялись: трудовой договор не заключен, приказ о приеме на работу работодателем не издан, записи в трудовую книжку не внесены.

<Дата> Врио начальника СО МО МВД России «Свободненский» было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ в отношении неустановленного лица, из которого следует, что <Дата> примерно в <данные изъяты>, водитель автомобиля № ФИО3, двигаясь в районе <данные изъяты>. автомобильной дороги <адрес>» <адрес>, в котором в качестве пассажиров находились ФИО7 и Г, допустил столкновение в заднюю часть автомобиля марки «<данные изъяты>» государственный регистрационный знак №, стоящий на дороге. В результате данного дорожно-транспортного происшествия пассажирам автомобиля марки «<данные изъяты>» государственный регистрационный знак №, ФИО7 и Г, были причинены телесные повреждения (т. 2 л.д. 37).

В рамках уголовного дела проведена судебно-медицинская экспертиза в ГБУЗ <адрес> «Амурское бюро судебно-медицинской экспертизы». Из заключения эксперта № от <Дата> следует, что у ФИО1 имеется сочетанная травма: <данные изъяты> (т. 2 л.д. 55 оборот-57).

Разрешая исковые требования, суд первой инстанции, оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, установил, что между ФИО1 и ООО «Горно-буровая компания» было достигнуто соглашение о выполнении истцом работ на территории работодателя по профессии проходчика на открытых горных выработках, истец был допущен к выполнению данной работы с ведома и по поручению ответчика, в спорный период февраль 2024 года он выполнял работу в интересах, под контролем и управлением работодателя, ему выплачивалась заработная плата за выполненную работу, в связи с чем пришел к выводу об установлении факта трудовых отношений между ФИО1 и ООО «Горно-буровая компания».

Установив указанные обстоятельства, суд пришел к выводу, что произошедшее <Дата>, примерно в 19 часов 43 минуты, дорожно-транспортное происшествие с автомобилем марки «<данные изъяты> государственный регистрационный знак № в котором в качестве пассажира находился ФИО7 и под управлением ФИО3, в районе <данные изъяты> м. автомобильной дороги «<адрес>» <адрес>, должно квалифицироваться как несчастный случай на производстве, произошедший с ФИО1 в ходе осуществления трудовой деятельности в ООО «Горно-буровая компания».

При этом суд исходил из того, что автомобиль марки «Газ Соболь» государственный регистрационный знак № был предоставлен ФИО3 его работодателем ООО «Горно-буровая компания», для выполнения возложенной на него трудовой обязанности по доставке работников от места проживания к месту работы (участку) и обратно.

Оснований не согласиться с такими выводами судебная коллегия не усматривает.

Трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается (ст. 15 Трудового кодекса Российской Федерации; далее - ТК РФ).

В силу части первой ст. 16 ТК РФ трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с этим Кодексом.

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен (ч. 3 ст. 16 ТК РФ).

Статья 16 ТК РФ к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем относит фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен. Данная норма представляет собой дополнительную гарантию для работников, приступивших к работе с разрешения уполномоченного должностного лица без заключения трудового договора в письменной форме, и призвана устранить неопределенность правового положения таких работников (п. 3 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 г. N 597-О-О).

Порядок признания отношений, связанных с использованием личного труда, которые были оформлены договором гражданско-правового характера, трудовыми отношениями регулируется ст. 19.1 ТК РФ.

Признание отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями может осуществляться: лицом, использующим личный труд и являющимся заказчиком по указанному договору, на основании письменного заявления физического лица, являющегося исполнителем по указанному договору, и (или) не обжалованного в суд в установленном порядке предписания государственного инспектора труда об устранении нарушения части второй статьи 15 настоящего Кодекса; судом в случае, если физическое лицо, являющееся исполнителем по указанному договору, обратилось непосредственно в суд, или по материалам (документам), направленным государственной инспекцией труда, иными органами и лицами, обладающими необходимыми для этого полномочиями в соответствии с федеральными законами (ч. 1 ст. 19.1 ТК РФ).

В случае прекращения отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, признание этих отношений трудовыми отношениями осуществляется судом. Физическое лицо, являвшееся исполнителем по указанному договору, вправе обратиться в суд за признанием этих отношений трудовыми отношениями в порядке и в сроки, которые предусмотрены для рассмотрения индивидуальных трудовых споров (ч. 2 ст. 19.1 ТК РФ).

Частью 3 ст. 19.1 ТК РФ предусмотрено, что неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.

В ч. 1 ст. 56 ТК РФ предусмотрено, что трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Согласно ч. 1 ст. 61 ТК РФ трудовой договор вступает в силу со дня его подписания работником и работодателем, если иное не установлено названным Кодексом, другими федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации или трудовым договором, либо со дня фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя.

Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (ч. 1 ст. 67 ТК РФ).

Трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом (ч. 2 ст. 67 ТК РФ).

Если физическое лицо было фактически допущено к работе работником, не уполномоченным на это работодателем, и работодатель или его уполномоченный на это представитель отказывается признать отношения, возникшие между лицом, фактически допущенным к работе, и данным работодателем, трудовыми отношениями (заключить с лицом, фактически допущенным к работе, трудовой договор), работодатель, в интересах которого была выполнена работа, обязан оплатить такому физическому лицу фактически отработанное им время (выполненную работу) (ч. 1 ст. 67 ТК РФ).

Частью 1 ст. 68 ТК РФ предусмотрено, что прием на работу оформляется приказом (распоряжением) работодателя, изданным на основании заключенного трудового договора. Содержание приказа (распоряжения) работодателя должно соответствовать условиям заключенного трудового договора.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. N 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. N 15) в пунктах 20 и 21 содержатся разъяснения, являющиеся актуальными для всех субъектов трудовых отношений, о том, что отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания в судебном порядке сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку из содержания статей 11, 15, части 3 статьи 16 и статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с положениями части второй статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации следует, что трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. Датой заключения трудового договора в таком случае будет являться дата фактического допущения работника к работе. Неоформление работодателем или его уполномоченным представителем, фактически допустившими работника к работе, в письменной форме трудового договора в установленный статьей 67 Трудового кодекса Российской Федерации срок, вопреки намерению работника оформить трудовой договор, может быть расценено судом как злоупотребление со стороны работодателя правом на заключение трудового договора (статья 22 Трудового кодекса Российской Федерации) (п. 20 названного Постановления).

При разрешении споров работников, с которыми не оформлен трудовой договор в письменной форме, судам исходя из положений статей 2, 67 Трудового кодекса Российской Федерации необходимо иметь в виду, что, если такой работник приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель - физическое лицо (являющийся индивидуальным предпринимателем и не являющийся индивидуальным предпринимателем) и работодатель - субъект малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям (п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. N 15).

Из приведенных выше нормативных положений трудового законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что к характерным признакам трудового правоотношения относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда; возмездный характер трудового отношения (оплата производится за труд).

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают на основании трудового договора, заключаемого в письменной форме. Обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора, издание приказа (распоряжения) о приеме на работу) нормами Трудового кодекса Российской Федерации возлагается на работодателя.

Вместе с тем само по себе отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем закон (ч. 3 ст. 16 ТК РФ) относит также фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Цель указанной нормы - устранение неопределенности правового положения таких работников и неблагоприятных последствий отсутствия трудового договора в письменной форме, защита их прав и законных интересов как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, в том числе путем признания в судебном порядке факта трудовых отношений между сторонами, формально не связанными трудовым договором. При этом неисполнение работодателем, фактически допустившим работника к работе, обязанности не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе оформить в письменной форме с ним трудовой договор может быть расценено как злоупотребление правом со стороны работодателя на заключение трудового договора вопреки намерению работника заключить трудовой договор.

Таким образом, по смыслу статей 15, 16, 56, ч. 2 ст. 67 ТК РФ в их системном единстве, если работник, с которым не оформлен трудовой договор в письменной форме, приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель.

Следовательно, суд должен не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 ТК РФ, был ли фактически осуществлен допуск работника к выполнению трудовой функции.

Нормы трудового законодательства, определяющие понятие трудовых отношений, их отличительные признаки, особенности, основания возникновения, формы реализации прав работника при разрешении споров с работодателем по квалификации сложившихся отношений в качестве трудовых, судом первой инстанций применены правильно.

Разрешая спор, суд первой инстанции, верно определив обстоятельства, имеющие значение для дела, исследовав доводы и возражения сторон, представленные сторонами доказательства, правильно применив нормы материального права, регулирующие спорные отношения, правомерно исходил из того, что факт трудовых отношений между ФИО1 и ответчиком подтвержден совокупностью исследованных доказательств, в связи с чем пришел к правильному выводу об удовлетворении заявленных исковых требований.

Как следует из материалов дела и установлено судом, ФИО1 состоял в трудовых отношениях в период с <Дата> по <Дата> с ООО «Горно-буровая компания» на основании трудового договора № в должности проходчика на открытых горных выработках (т. 1 л.д. 203-204).

На основании приказа от <Дата> № ФИО1 был уволен по п.п. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ за прогул (т.1 л.д. 205).

После увольнения ФИО1 <Дата> из ООО «Горно-буровая компания» сведений о его ином трудоустройстве не имеется (т.1 л.д. 23-26).

Из доводов искового заявления следует, что после увольнения, ФИО1 продолжил работу в ООО «Горно-буровая компания» в той же должности, работал вахтовым методом, вся переписка с работодателем велась посредствам мессенджера WhatsApp, сотрудниками отдела кадров ему приобретались электронный билеты по маршруту следования до места работы и обратно.

При этом в обоснование заявленных требований истцом представлена переписка из мессенджера WhatsApp с абонентом И, из которой следует, что ФИО1 направлялись электронные билеты. Переписка содержит сведения о приобретении на имя ФИО1 железнодорожных билетов, первое сообщение датировано <Дата>, где ФИО1 приобретались электронные билеты на <Дата> по маршруту <данные изъяты>, далее переписка содержит сведения о приобретении электронных билетов также в 2023 г., по маршруту <данные изъяты> на имя ФИО1 приобретались билеты на <Дата>, на <Дата>, на <Дата> (т. 1 л.д. 28-47).

Факт приобретения проездных документов в период с <Дата> по <Дата> для пассажира ФИО1 по маршруту Краснкокаменск-Карымская на даты <Дата>, <Дата>, <Дата>, Карымская-Свободный на даты <Дата>, <Дата>, <Дата>, <данные изъяты> на даты <Дата>, <данные изъяты> на даты <Дата>, <Дата>, подтвержден сведениями из архива АСУ «Экспресс», поступившими по запросу суда от АО «Федеральная пассажирская компания» (т. 2 л.д. 109-111).

Договор строительного подряда <данные изъяты> от <Дата>, заключенный между ООО «ССК «Газрегион» и ООО «Горно-буровая компания», приобщенный судом апелляционной инстанции в качестве нового доказательства, также подтверждает, что работы по бестраншейной прокладке кожуха методом продавливания на объекте «Этап 6.9.2. Лупинги магистрального газопровода «Сила Сибири» (код стройки 051-2000973 осуществлялись в период с <Дата> на пересечение а/д «Магдагачи-Толбузино», пересечение а/д от пос. «Новогергиевка –Шимановск», пересечение а/д «Подъезд к п. Углегорск», пересечение ж/д «Свободный-Шимановск», пересечение а/д «Свободный-Талали» (т. 3 л.д. 95-138).

Доводы стороны ответчика о том, что ФИО1 по состоянию на <Дата> не работал в ООО «Горно-буровая компания», а в 19 часов его забрал ФИО3 с целью трудоустройства в ООО «Горно-буровая компания» опровергаются представленными доказательствами, в том числе проездными билетами до <адрес>, приобретенными на имя ФИО1

Доказательств, опровергающих доводы стороны истца о том, что он работал вахтовым методом в интересах ООО «Горно-буровая компания» в заявленный период, для чего ему приобретались проездные документы, в том числе до <адрес>, стороной ответчика представлено не было.

Из переписки с мессенджера WhatsApp с абонентом Наталья Дмитриевна на дату <Дата> следует, что ФИО1 сообщил, что он вернулся с ночной смены (т. 1 л.д. 49 оборот).

Таким образом, на дату <Дата> ФИО1 приступил к выполнению работ, где он работал на участке СК Газрегион в ночную смену. Данные обстоятельства также подтверждаются показаниями свидетелей.

Допрошенные судом первой инстанции в качестве свидетелей Б, приходящаяся сестрой ФИО1, ФИО4 - мать ФИО1 суду показали, что ФИО1 работал в ООО «Горно-буровая компания» с 2021 года вначале официально, затем без заключения трудового договора. ФИО1 звонили от работодателя, приглашали на работу, предоставляли билеты для проезда и он уезжал на вахту, примерно на один месяц. Заработная плата поступала на карту Б, так как ее попросил об этом сам ФИО1 В феврале 2024 года ФИО1 также работал в ООО «Горно-буровая компания», у него в этот месяц были ночные смены, об этом он рассказывал по телефону. После произошедшего ДТП по пути на рабочее место, представители ООО «Горно-буровая компания» сняли для ФИО4 квартиру в <адрес>, просили подписать документы об отсутствии претензий, обещали выплачивать компенсацию в размере <данные изъяты> рублей в месяц. После отказа подписать документы, ООО «Горно-буровая компания» перестала оплачивать съемное жилье (т. 3 л.д. 47-49).

Оснований не доверять показаниям допрошенных свидетелей сестры и матери истца не имеется, свидетели предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, кроме того их показания являются последовательными, согласуются с иными материалами дела, показаниями свидетеля Г

Факт перечисления заработной платы на карту Б в период его работы в ООО «Горно-буровая компания» подтверждается представленными и приобщенными в качестве новых доказательств платежными поручениями о перечислении заработной платы, а также заявлением ФИО1, где он просил о перечислении заработной платы и подотчетных средств на банковскую карту получателя Б (т. 4 л.д. 129-140).

Как поясняла сторона истца, после прекращения трудовых отношений с ООО «Горно-буровая компания» денежные средства поступали также на карту сестры Б, о чем представлены справки по операции ПАО Сбербанк за период с октября 2023 г. (т. 1 л.д. 75-90).

Отсутствие сведений в представленных истцом справках по операции ПАО Сбербанк за период с октября 2023 г. о типе операции, плательщике (т. 1 л.д. 75-90) с учетом оценки иных письменных доказательств, показаний свидетелей, не опровергнутых ответчиком, не свидетельствуют об отсутствии трудовых отношений с истцом.

Кроме того, из протокола допроса в рамках уголовного дела потерпевшего Г от <Дата> следует, что с <Дата> он был трудоустроен в ООО «Горно-буровая компания», но официальный договор не успел подписать. <Дата> за ним на рабочую смену заехал автомобиль марки «<данные изъяты>», в нем уже сидел ФИО1 Водитель повез их на рабочую смену, на участок СК Газрегион в <адрес>. Во время движения он смотрел в свой телефон и не понял, как произошло ДТП, очнулся уже в больнице (т. 2 л.д. 59-60).

Вопреки доводам апелляционной жалобы, оснований сомневаться в показаниях, данных Г, у суда не имеется, поскольку он был предупрежден за дачу заведомо ложных показаний по ст. 307 УК РФ.

ФИО1 фактически был допущен к выполнению трудовой функции, приступил к ее выполнению с ведома, по поручению работодателя и под его контролем.

В такой ситуации суд первой инстанции верно пришел к выводу о наличии трудовых отношений между ФИО1 и ООО «Горно-буровая компания».

Вопреки доводам жалобы в материалы дела представлены доказательства осуществления ФИО1 трудовых функций, что свидетельствует о возникновении между сторонами трудовых отношений.

Отсутствие заключенного в письменном виде трудового договора, приказа о приеме на работу и иных документов, предусмотренных трудовым законодательством, не свидетельствует об отсутствии трудовых отношений, а указывает на допущенные со стороны работодателя нарушения при оформлении трудовых отношений.

Доводы апелляционной жалобы представителя ответчика ООО «Горно-буровая компания» о том, что автомобиль «<данные изъяты>» не предоставлялся ФИО3 работодателем для выполнения возложенной на него трудовых обязанностей, в связи с наличием между ФИО3 и собственником автомобиля ООО «Ледокол» заключенного договора аренды, были предметом оценки суда первой инстанции и правомерно отклонены как необоснованные и противоречащие материалам дела.

Так, судом первой инстанции достоверно установлено, что ООО «Ледокол» на момент ДТП <Дата> владело транспортным средством <данные изъяты>» государственный регистрационный знак №, на основании договора лизинга <данные изъяты>, заключенного с ООО «Интерлизинг» (т.2 л.д. 113).

Согласно договору аренды от <Дата> ООО «Ледокол» передало во временное владение по <Дата> на правах аренды автомобиль марки «<данные изъяты>» государственный регистрационный знак № ФИО3 (т.2 л.д. 117).

Вместе с тем, ФИО3 работает в ООО «Горно-буровая компания» на должности мастера производственного участка с <Дата> (т.2 л.д. 106).

При допросе ФИО3 в качестве свидетеля <Дата> и допросе в качестве подозреваемого <Дата> в ходе предварительного следствия, следует, что он работает в ООО «Горно-буровая компания» в должности мастера участка и по совместительству водителем. Он всегда работает на автомобиле марки «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак №. Каждый день он доставляет работников на участок СК Газрегион и потом назад до места проживания. <Дата> примерно в 19 часов 30 минут он забрал из дома двух пассажиров - ФИО7 и Г, которые собирались устраиваться на работу на участок с целью ознакомления со спецификой работы. Во время следования на работу, примерно в 19 часов 43 минуты произошло дорожно-транспортное происшествие, он допустил столкновение со стоящим на дороге автомобилем марки «<данные изъяты>» (т. 2 л.д. 48-49, 52-53).

Из приказа о направлении работника в командировку № от <Дата>, приобщенного судебной коллегией в качестве нового доказательства, следует, что ФИО3 находился в командировке на производственном участке в <адрес> на объекте строительства «<данные изъяты>» с <Дата> по <Дата> с целью выполнения работ по договору Строительного подряда № от <Дата> с ООО «ССК «Газрегион» (т. 4 л.д. 38).

Анализируя в совокупности представленные в материалы дела доказательства, судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции, что автомобиль марки «<данные изъяты>» государственный регистрационный знак № был предоставлен ФИО3 его работодателем ООО «Горно-буровая компания», для выполнения возложенной на него трудовой обязанности по доставке работников от места проживания к месту работы (участку) и обратно.

При этом, судом верно отмечено, что учредителем ООО «Горно-буровая компания» является Ш (т.1 л.д. 11), а учредителем ООО «Ледокол» является ее сын Ш, оба юридических лица расположены в <адрес>, что свидетельствует о заинтересованности указанных лиц (т.1 л.д. 241).

Совокупность приведенных обстоятельств позволяет прийти к выводу о том, что договор аренды между ФИО3 и ООО «Ледокол» реально сторонами не заключался, а был подписан для освобождения ответчика от обязанности по возмещению вреда.

Кроме того, сторона ответчика не отрицала, что после ДТП представители ООО «Горно-буровая компания» сняли для ФИО4 квартиру в <адрес>, предлагали оказать финансовую помощь.

Ссылка ответчика в апелляционной жалобе на недоказанность истцом наличия между сторонами в спорный период трудовых отношений не влечет отмену принятого по делу решения в апелляционном порядке, поскольку, в силу разъяснений п. 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. N 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям», при разрешении споров работников, с которыми не оформлен трудовой договор в письменной форме, судам исходя из положений статей 2, 67 Трудового кодекса Российской Федерации необходимо иметь в виду, что если такой работник приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным; в связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель.

Однако, ответчик при рассмотрении дела доказательств отсутствия с истцом трудовых отношений не представил.

Ссылка стороны ответчика о возможности прохода на объект строительства работ только через КПП по пропуску для физических лиц, установленный Инструкцией о пропускном и внутриобъектовом режимах на объекта «<данные изъяты>, утвержденного приказом ООО «ССК «Газрегион» от 27 ноября 2023 г. №759 и Положением «О порядке взаимодействия в области промышленной безопасности со сторонними организациями на объектах ООО «ССК «Газрегион» (т. 4 л.д. 167-186) не опровергает установленные судом обстоятельства установленного факта трудовых отношений. В данном случае представитель работодателя ООО «Горно-буровая компания» не был лишен возможности оформить пропуск на территорию производства работ в том же порядке, в каком были оформлены пропуска для иных работников. Кроме того, возможность проезда на территорию стройки магистрального газопровода «Сила Сибири» без соответствующего пропуска подтверждена ФИО3 при его допросе в качестве свидетеля и подозреваемого 01 марта 2024 г., где с ним на территорию стройки ехали ФИО7 и Г

Вопреки доводам жалобы, представленные стороной ответчика документы, приобщенный судом апелляционной инстанции в качестве новых доказательств – сведения о штатных сотрудниках ООО «Горно-буровая компания» за период с января 2023 г. по февраль 2024 г. (т. 4 л.д. 15-28), общие данные о кадровых ресурсах организации в рамках закупки № Выполнение работ по бестраншейной прокладке кожуха № для строительства Магистральный газопровод «Сила Сибири» Этап 6.9.2 (т 4. Л.д. 41-45), протоколы проверки знания требований охраны труда работников (т. 4 л.д. 46-96), выписки из протокола заседания аттестационной комиссии № от <Дата> работников (т. 4 л.д. 99), журналы вводного инструктажа, инструктажа по охране труда на рабочем месте, учета противопожарных инструктажей (т. 4 л.д. 100-114), протоколы проверки знаний норм и правил работы в электроустановках ( т. 4 л.д. 115-118), личные карточки учета выдачи СИЗ работникам (т. 4 л.д. 119-126), из которых видно, что истец не заключал трудовой договор с ООО «Горно-буровая компания», не свидетельствуют об отсутствии трудовых отношений с истцом (при условии доказанности фактического допуска истца к работе в интересах ООО «Горно-буровая компания»). Указанные документы в рассматриваемой ситуации подтверждают допущенные ответчиком ООО «Горно-буровая компания» нарушения по надлежащему, основанному на законе, оформлению отношений с работником.

Следовательно, ответчик не представил бесспорных доказательств, подтверждающих, что на момент ДТП ФИО1 не являлся работником ответчика.

При таких обстоятельствах судебная коллегия находит выводы суда в указанной части обжалуемого решения правильными, основанными на полном всестороннем исследовании доказательств, оценка которых подробно приведена в решении суда. Оснований не согласиться с данными выводами, судебная коллегия не усматривает.

Однако, при разрешении заявленных требований об установлении факта трудовых отношений судом не была определена дата начала трудовых отношений, занимаемая ФИО1 должность, в связи с чем, судебная коллегия учитывает доказанность факта их наличия в период с февраля 2024 г. по должности проходчика на открытых горных выработках, а также положения ч. 3 ст. 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в силу которой суд ограничен пределами заявленных истцом требований.

Верным, по мнению судебной коллегии, является и вывод об установлении факта несчастного случая на производстве, произошедшего <Дата> с ФИО1 в результате дорожно-транспортного происшествия в районе <данные изъяты>. автомобильной дороги «<адрес>» <адрес>.

Вопросы расследования несчастных случаев на производстве определены положениями статей 227 - 231 Трудового кодекса Российской Федерации.

Частью 1 статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что расследованию и учету в соответствии с главой 36 Трудового кодекса Российской Федерации подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

В соответствии с нормативными положениями части 3 статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат события, в результате которых пострадавшими были получены: телесные повреждения (травмы), в том числе нанесенные другим лицом; тепловой удар; ожог; обморожение; утопление; поражение электрическим током, молнией, излучением; укусы и другие телесные повреждения, нанесенные животными и насекомыми; повреждения вследствие взрывов, аварий, разрушения зданий, сооружений и конструкций, стихийных бедствий и других чрезвычайных обстоятельств, иные повреждения здоровья, обусловленные воздействием внешних факторов, повлекшие за собой необходимость перевода пострадавших на другую работу, временную или стойкую утрату ими трудоспособности либо смерть пострадавших, если указанные события произошли: в течение рабочего времени на территории работодателя либо в ином месте выполнения работы, в том числе во время установленных перерывов, а также в течение времени, необходимого для привидения в порядок орудий производства и одежды, выполнения других предусмотренных правилами внутреннего трудового распорядка действий перед началом и после окончания работы, или при выполнении работы за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени, в выходные и нерабочие праздничные дни; при следовании к месту выполнения работы или с работы на транспортном средстве, предоставленном работодателем (его представителем), либо на личном транспортном средстве в случае использования личного транспортного средства в производственных (служебных) целях по распоряжению работодателя (его представителя) или по соглашению сторон трудового договора; при следовании к месту служебной командировки и обратно, во время служебных поездок на общественном или служебном транспорте, а также при следовании по распоряжению работодателя (его представителя) к месту выполнения работы (поручения) и обратно, в том числе пешком; при следовании на транспортном средстве в качестве сменщика во время междусменного отдыха (водитель-сменщик на транспортном средстве, проводник или механик рефрижераторной секции в поезде, член бригады почтового вагона и другие); при работе вахтовым методом во время междусменного отдыха, а также при нахождении на судне (воздушном, морском, речном) в свободное от вахты и судовых работ время; при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах, в том числе действий, направленных на предотвращение катастрофы, аварии или несчастного случая.

Правовое регулирование отношений по возмещению вреда, причиненного здоровью, или в случае смерти работника вследствие несчастного случая на производстве либо профессионального заболевания осуществляется по нормам Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний».

Обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний подлежат в числе других физические лица, выполняющие работу на основании трудового договора, заключенного со страхователем (абзац второй пункта 1 статьи 5 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний»).

Несчастным случаем на производстве в силу абзаца десятого статьи 3 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» признается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных данным федеральным законом случаях как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

В пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 г. N 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» содержатся разъяснения о том, что в силу положений статьи 3 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ и статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации несчастным случаем на производстве признается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении обязанностей по трудовому договору или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем или совершаемых в его интересах как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем (или на личном транспортном средстве в случае его использования в производственных (служебных) целях по распоряжению работодателя (его представителя) либо по соглашению сторон трудового договора), и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

При этом следует учитывать, что событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при следовании к месту служебной командировки и обратно, во время служебных поездок на общественном или служебном транспорте, а также при следовании по распоряжению работодателя (его представителя) к месту выполнения работы (поручения) и обратно, в том числе пешком, также может быть отнесено к несчастным случаям на производстве.

В связи с этим для правильной квалификации события, в результате которого причинен вред жизни или здоровью пострадавшего, необходимо в каждом случае исследовать следующие юридически значимые обстоятельства: относится ли пострадавший к лицам, участвующим в производственной деятельности работодателя (часть вторая статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации); указано ли происшедшее событие в перечне событий, квалифицируемых в качестве несчастных случаев (часть третья статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации); соответствуют ли обстоятельства (время, место и другие), сопутствующие происшедшему событию, обстоятельствам, указанным в части третьей статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации; произошел ли несчастный случай на производстве с лицом, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (статья 5 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний»); имели ли место обстоятельства, при наличии которых несчастные случаи могут квалифицироваться как не связанные с производством (исчерпывающий перечень таких обстоятельств содержится в части шестой статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации), и иные обстоятельства.

Из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что физические лица, выполняющие работу на основании трудового договора, подлежат обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

Принимая во внимание обстоятельства причинения вреда здоровью, установленный факт трудовых отношений на момент причинения вреда здоровью, судебная коллегия не находит оснований не согласиться в выводом суда первой инстанции об обоснованности требований истца об установлении факта несчастного случая на производстве, произошедшего <Дата> с ФИО1 в результате дорожно-транспортного происшествия в районе <данные изъяты>. автомобильной дороги «<адрес>» <адрес> при исполнении трудовых обязанностей ФИО1 в качестве проходчика на открытых горных выработках ООО «Горно-буровая компания», как связанного с производством, поскольку обстоятельства причинения вреда здоровью истцу, изложенные выше, соответствуют положениям ст. 227 Трудового кодекса Российской Федерации и Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» применительно к понятию несчастного случая на производстве, связанного с выполнением трудовых обязанностей, повлекшего причинение тяжкого вреда здоровью работника при выполнении трудовых обязанностей.

С учетом изложенного, судебная коллегия полагает, что суд с достаточной полнотой исследовал все обстоятельства дела, дал надлежащую оценку представленным доказательствам, выводы суда не противоречат материалам дела, решение суда является законным, поскольку вынесено в соответствии с нормами материального и процессуального права, которые подлежали применению к данным правоотношениям, в решении отражены имеющие значение для данного дела факты, подтвержденные проверенными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости (статьи 59, 60 ГПК РФ).

Вопреки доводам жалобы, суд первой инстанции правильно установил обстоятельства, имеющие значение для дела, не допустил недоказанности установленных юридически значимых обстоятельств и несоответствия выводов, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела, правомерно учел положения подлежащих применению норм закона, и принял решение в пределах заявленных исковых требований.

Доводы апелляционной жалобы по существу сводятся к несогласию с выводами суда первой инстанции и иной оценке доказательств по делу, не содержат фактов, которые не были бы проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, основанными на субъективном толковании норм материального права, и не могут служить основанием для отмены решения суда. Учитывая фактические обстоятельства дела, судебная коллегия не находит правовых оснований для иной оценки доказательств по делу и иных выводов.

Руководствуясь статьей 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Краснокаменского городского суда Забайкальского края от 08 октября 2025 г. дополнить указанием на установление факта трудовых отношений, возникших между ФИО1 и Обществом с ограниченной ответственностью «Горно-буровая компания» с 01 февраля 2024 г. по должности проходчика на открытых горных выработках.

В остальной части решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступило в законную силу и может быть обжаловано в трехмесячный срок со дня изготовления мотивированного апелляционного определения в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции (г. Кемерово) путем подачи кассационной жалобы через суд первой инстанции – Краснокаменский городской суд Забайкальского края.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 14 мая 2026 г.