Решение № 12-17/2017 от 8 марта 2017 г. по делу № 12-17/2017

Дело № 12-17/2017


Р Е Ш Е Н И Е

пос. Кез Удмуртской Республики 09 марта 2017 года

Судья Кезского районного суда Удмуртской Республики Гуляева Е.В.,

при секретаре Семеновой А.А.,

с участием лица, привлекаемого к административной ответственности, К.А.Г., его защитника ФИО1,

рассмотрев дело по жалобе К.А.Г. на постановление мирового судьи судебного участка Кезского района Удмуртской Республики от ДД.ММ.ГГГГ о привлечении К.А.Г. к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ,

установил:

На основании постановления по делу об административном правонарушении, вынесенного ДД.ММ.ГГГГ мировым судьей судебного участка Кезского района Удмуртской Республики К.А.Г. признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, выразившегося в том, что ДД.ММ.ГГГГ на <адрес> К.А.Г. управлял транспортным средством, находясь в состоянии опьянения, ответственность за нарушение которого предусмотрена ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ. За совершение указанного административного правонарушения К.А.Г. назначено наказание в виде административного штрафа в размере 30000 рублей с лишением права управления транспортными средствами сроком на полтора года.

К.А.Г. обратился с жалобой на данное постановление, указав, что в его действиях отсутствует состав и событие административного правонарушения, его вина не доказана. Судья переиначила его показания, а также показания свидетелей в пользу ГИБДД. До начала судебного заседания ДД.ММ.ГГГГ сотрудник ГИБДД ФИО3, свидетели ФИО4, ФИО2 в течение часа находились в канцелярии суда, беседовали, таким образом, судья заранее приняла сторону сотрудников ГИБДД. Кроме того, указывает, что все протоколы и документы по делу составлены должностным лицом в отсутствие защитника, ему не разъяснялись права, предусмотренные КоАП РФ. Надлежащая копия протокола по делу об административном правонарушении ему не вручена. Также заявитель считает, что составленные сотрудником ГИБДД ФИО3 документы по делу подлежат исключению как незаконные, в связи с тем, что данный сотрудник не видел факт управления К.А.Г. автомобилем, не отстранял его от управления автомобилем, кроме того, составлены в отсутствие понятых. По тому же основанию просит исключить из числа доказательств рапорт сотрудника ОВО ФИО2 Также заявитель указал на нарушение сотрудником ГИБДД должностной инструкции, Регламента МВД РФ № 185, превышение полномочий сотрудников ОВО МО «Кезский», а также обстоятельство того, что установление состояния опьянения сотрудником ГИБДД и в медицинском учреждении проводилось одним прибором.

К.А.Г. в судебном заседании доводы жалобы поддержал, пояснил, что действительно ДД.ММ.ГГГГ находился в состоянии алкогольного опьянения, но автомобилем не управлял.

В судебном заседании защитник ФИО1 на жалобе настаивал, по изложенным в ней доводам. Считает, что оснований для привлечения К.А.Г. к административной ответственности не имеется, поскольку он не управлял транспортным средством.

Оценив доводы жалобы, заслушав пояснения К.А.Г., его защитника, не ограничиваясь доводами жалобы, проверив дело в полном объеме на основании ст. 30.6 КоАП РФ, суд не находит оснований для отмены обжалуемого постановления.

В соответствии с ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ административным правонарушением признается управление транспортным средством лицом, находящимся в состоянии опьянения. Такие действия прямо запрещены п. 2.7 Правил дорожного движения.

В соответствии с пунктом 2.7 Правил дорожного движения водителю запрещается управлять транспортным средством в состоянии опьянения (алкогольного, наркотического, или иного) под воздействием лекарственных препаратов, ухудшающих реакцию и внимание, в болезненном или утомленном состоянии, ставящем под угрозу безопасность движения.

Событие административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, и виновность К.А.Г. в его совершении, подтверждаются представленными в материалы дела доказательствами, протоколом об административном правонарушении № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому, ДД.ММ.ГГГГ на <адрес> водитель К.А.Г. управлял автомобилем Тойота Гаиа регистрационный номер № в состоянии алкогольного опьянения, тем самым нарушил требования п. 2.7 Правил дорожного движения, ответственность за нарушение которого предусмотрена ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, протоколом об отстранении от управления транспортным средством, протоколом о направлении на медицинское освидетельствование в связи с несогласием с результатами освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, актом освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, рапортами полицейского ОВО ФИО2, инспектора ДПС ФИО3, исследованных мировым судьёй в полном объёме в соответствии с требованиями статьи 26.11 КоАП РФ, и получивших надлежащую оценку.

Исходя из рапорта сотрудника ОВО ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ. около <адрес> им совместно с ст. с-ом полиции ФИО4 был остановлен автомобиль Тойота Гаиа г/н № для проверки документов. Водителем оказался К.А.Г. При общении с К.А.Г. от него исходил запах алкоголя. Был вызван сотрудник ДПС для дальнейшего разбирательства.

К К.А.Г. в порядке ч. 1 ст. 27.1 КоАП РФ были применены меры обеспечения производства по делу об административном правонарушении. Из протокола об отстранении от управления транспортным средством № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что К.А.Г. отстранен от управления автомобилем Тойота Гаиа регистрационный номер №, в связи с тем, что управлял данным транспортным средством с признаками, достаточными полагать, что он находится в состоянии опьянения. Содержание протокола соответствует ч. 4 ст. 27.12 КоАП РФ, копия протокола согласно ч. 5 ст. 27.12 КоАП РФ получена К.А.Г.

К.А.Г. был направлен на медицинское освидетельствование согласно ч.1.1 ст. 27.12 КоАП РФ. О направлении на медицинское освидетельствование был составлен протокол № от ДД.ММ.ГГГГ, соответствующий требованиям ч. 4 ст. 27.12 КоАП РФ. Указанный протокол был подписан и получен К.А.Г.

Согласно указанному протоколу основанием для направления на медицинское освидетельствование явилось то обстоятельство, что от К.А.Г. исходил запах алкоголя из рта, нарушена речь.

На основании медицинского освидетельствования (акт медицинского освидетельствования на состояние алкогольного опьянения № от ДД.ММ.ГГГГ) сделано заключение об установлении состояния алкогольного опьянения К.А.Г.

В протоколе об административном правонарушении № от ДД.ММ.ГГГГ, составленном с соблюдением требований ст. 28.2 КоАП РФ, должностным лицом, уполномоченным на основании ст. 28.3 КоАП РФ составлять протоколы об административных правонарушениях, предусмотренных ст. 12.8 КоАП РФ, зафиксирован факт нарушения К.А.Г. требований п. 2.7 Правил дорожного движения.

Дело в отношении К.А.Г. рассмотрено с соблюдением подведомственности, определенной ст. 23.1 КоАП РФ, мировым судьей судебного участка Кезского района Удмуртской Республики.

Мировой судья, исследовав обстоятельства совершённого К.А.Г. правонарушения, оценив собранные и представленные с протоколом об административном правонарушении доказательства, верно квалифицировал действия К.А.Г. по ч.1 ст.12.8 КоАП РФ. Оценка представленным доказательствам произведена в соответствии с требованиями ст. 26.11 КоАП РФ.

Оснований для переоценки выводов мирового судьи о нарушении водителем К.А.Г. п. 2.7 ПДД не имеется.

Процессуальных нарушений установленного КоАП РФ порядка рассмотрения дела мировым судьёй не допущено.

Решение о назначении К.А.Г. административного наказания в виде административного штрафа в размере 30000 рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок полтора года в постановлении мотивированно, соответствует санкции ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ.

Оценивая доводы К.А.Г., приведенные им в жалобе, суд считает их необоснованными по следующим основаниям.

Довод жалобы о том, что протокол об административном правонарушении, иные материалы дела составлены без участия защитника и без разъяснения К.А.Г. его прав, является несостоятельным.

Согласно ч.4 ст.25.5 КоАП РФ защитник допускается к участию в производстве по делу об административном правонарушении с момента возбуждения дела об административном правонарушении.

Пунктом 3 ч.4 ст. 28.1 КоАП РФ установлено, что дело об административном правонарушении считается возбужденным с момента составления протокола об административном правонарушении.

При составлении протокола об административном правонарушении К.А.Г. были разъяснены права, в том числе право пользоваться юридической помощью защитника (л.д. 2).

Как следует из материалов дела об административном правонарушении, К.А.Г. не заявлял инспектору ДПС ГИБДД ходатайство о составлении протокола об административном правонарушении в присутствии с защитника.

Доводы жалобы о заинтересованности судьи в исходе дела в пользу ГИБДД, а также о неверной оценке, в связи с этим, представленных К.А.Г. доказательств, при отсутствии прямых доказательств такой заинтересованности, а также с учетом фактических материалов дела, несостоятельны. Отвод суду К.А.Г. по указанным им основаниям не заявлял.

Мировым судьей обоснованно приняты во внимание рапорты инспектора ОГИБДД МО МВД России «Кезский» ФИО3, полицейских ОВО ФИО2, ФИО4, а также показания данных лиц, полученные в судебном заседании. Будучи очевидцами указанного правонарушения, сотрудники ОВО факт управления К.А.Г. транспортным средством Тойота Гаиа в состоянии алкогольного опьянения подтвердили. Их показания последовательны и подтверждаются материалами дела. Кроме того, при допросе указанные лица были предупреждены об административной ответственности. Учитывая, что данные лица находились при исполнении служебных обязанностей, ранее К.А.Г. с ними неприязненных отношений не имел, оснований для оговора К.А.Г. данными сотрудниками не установлено.

Одновременно, мировой судья правильно оценил критически показания свидетелей ФИО5, которая является бывшей супругой правонарушителя, ФИО6, который состоит с ним в дружеских отношениях, ФИО7, который затруднился дать подробные показания по обстоятельствам дела, подлежащим установлению.

Указание в жалобе К.А.Г. о том, что понятые не присутствовали при его отстранении от управления транспортным средством несостоятельно,

Согласно ч. 2 ст. 27.12 КоАП РФ отстранение от управления транспортным средством соответствующего вида, освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, направление на медицинское освидетельствование на состояние опьянения осуществляются должностными лицами, которым предоставлено право государственного надзора и контроля за безопасностью движения и эксплуатации транспортного средства соответствующего вида, а в отношении водителя транспортного средства Вооруженных Сил Российской Федерации, внутренних войск Министерства внутренних дел Российской Федерации, инженерно-технических, дорожно-строительных воинских формирований при федеральных органах исполнительной власти или спасательных воинских формирований федерального органа исполнительной власти, уполномоченного на решение задач в области гражданской обороны, а также должностными лицами военной автомобильной инспекции в присутствии двух понятых либо с применением видеозаписи.

Учитывая, что при отстранении от управления транспортным средством и освидетельствовании на состояние алкогольного опьянения производилась видеозапись, необходимость в привлечении двух понятых отсутствовала.

Довод жалобы о том, что К.А.Г. автомобилем не управлял, суд расценивает как позицию защиты с целью избежания ответственности. Данная позиция опровергается вышеприведенными доказательствами.

Так, как следует из процессуальных документов, видеозаписи, К.А.Г. не указывал, что за рулем автомобиля не находился. Кроме того, К.А.Г. без замечаний подписал протокол об отстранении от управления транспортным средством, который предусмотрен именно для лиц, управляющих транспортным средством. При составлении протокола об административном правонарушении К.А.Г. также возражений относительно вмененного ему правонарушения не выразил, каких-либо объяснений по данному факту не дал.

Доводы жалобы К.А.Г. со ссылкой на то обстоятельство, что освидетельствование на состояние опьянения в отношении него проведено с нарушениями, также несостоятельны.

В силу п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 октября 2006 года № 38 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Особенной части Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» доказательствами состояния опьянения водителя являются акт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и (или) акт медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

Наряду с указанными актами не исключается подтверждение факта нахождения водителя в состоянии опьянения и иными доказательствами (например, показаниями свидетелей).

Из акта освидетельствования № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что К.А.Г. находился в состоянии алкогольного опьянения, показания прибора составили 0,79 миллиграмм на один литр выдыхаемого воздуха.

В связи с тем, что К.А.Г. не согласился с результатами проведенного освидетельствования, он был направлен на медицинское освидетельствование.

При медицинском освидетельствовании К.А.Г. на состояние алкогольного опьянения было установлено наличие этилового спирта в ДД.ММ.ГГГГ в концентрации 0,87 миллиграмм на один литр выдыхаемого воздуха и через 20 минут - в концентрации 0,68 миллиграмм на один литр выдыхаемого воздуха.

По результатам медицинского освидетельствования К.А.Г. составлен соответствующий акт по форме № 307/у-05, утвержденной Приказом Минздравсоцразвития России от 10 января 2006 года № 1, с указанием всех необходимых сведений и постановлением вывода об установлении состояния алкогольного опьянения.

Доводы К.А.Г. о нарушении процедуры медицинского освидетельствования по тому основанию, что установление состояния опьянения сотрудником ГИБДД и в медицинском учреждении проводилось одним прибором, также несостоятельны, поскольку медицинское освидетельствование на состояние опьянения в отношении К.А.Г. проведено в медицинском учреждении, имеющем лицензию на осуществление медицинской деятельности, врачом, имеющим право проводить освидетельствование, посредством проведения ряда иных, помимо использования прибора Алкотектор, допустимых при таком освидетельствовании исследований.

Таким образом, оснований полагать, что данные доказательства получены с нарушением закона, не имеется.

Довод жалобы о том, что копия протокола об административном правонарушении не вручена К.А.Г., суд признает несостоятельным, поскольку факт вручения ему копии протокола объективно подтверждается его подписью в протоколе, имеющейся в материалах дела. Указанный документ представлен в деле в подлиннике, оснований сомневаться в его достоверности у суда не имеется. Факт отсутствия подписей лица, привлекаемого к административной ответственности, на оборотной стороне копии протокола в графах о разъяснении положений ст.25.1 КоАП РФ не свидетельствует о ее несоответствии подлиннику.

Доводы жалобы о том, что сотрудники полиции действовали с нарушением закона, несостоятельны, опровергаются совокупностью исследованных доказательств и фактическими обстоятельствами дела, объективно и всесторонне исследованными мировым судьей при рассмотрении административного дела.

Сотрудники ОВО, находясь на дежурстве и обнаружив административное правонарушение, совершаемое К.А.Г., который управлял транспортным средством с признаками алкогольного опьянения, действуя в соответствии с требованиями п.2 ч.2 статьи 27 Федерального закона от 7 февраля 2011 года № 3-ФЗ «О полиции», приняли соответствующие меры по пресечению административного правонарушения, сообщив об этом в подразделение ДПС.

Иные доводы жалобы основанием к отмене вынесенного по делу судебного постановления являться не могут, поскольку при доказанности факта управления транспортным средством лицом в состоянии опьянения, данные обстоятельства правового значения для разрешения дела не имеют.

В соответствии с п. 4 ч. 1 ст. 30.7 КоАП РФ постановления по делу об административном правонарушении может быть отменено в случае существенного нарушения процессуальных требований, предусмотренных настоящим Кодексом, только если это не позволило всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело, однако в ходе рассмотрения дела в порядке пересмотра таких нарушений выявлено не было.

Принимая во внимание изложенное, и руководствуясь ст. ст. 12.8, 29.10, 30.1-30.8 КоАП РФ, судья

р е ш и л:

Постановление по делу об административном правонарушении, вынесенное ДД.ММ.ГГГГ мировым судьей судебного участка Кезского района УР, в соответствии с которым К.А.Г. признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ оставить без изменения, жалобу К.А.Г. - без удовлетворения.

Судья Е.В.Гуляева