Апелляционное постановление № 22-1610/2024 от 13 мая 2024 г. по делу № 1-30/2024

В суде первой инстанции слушал дело судья Ильиных И.Н.

Дело № 22-1610/2024


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Хабаровск 14 мая 2024 года

Суд апелляционной инстанции Хабаровского краевого суда в составе:

председательствующего судьи Нестерова П.А.,

с участием прокурора Масловой О.В.,

осужденной ФИО14 (с использованием ВКС),

защитника-адвоката Ворошкова А.В. (с использованием ВКС),

потерпевшего ФИО15 (с использованием ВКС),

при секретаре Колтыпине Д.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе защитника-адвоката Ворошкова А.В. на приговор Центрального районного суда г. Комсомольска-на-Амуре Хабаровского края от 13.03.2024 года, которым

ФИО14, <данные изъяты>, осуждена по ч. 2 ст. 109 УК РФ к 2 годам ограничения свободы с лишением права заниматься врачебной деятельностью сроком на 2 года с установлением ограничений и возложением обязанности.

На основании п. «а» ч.1 ст. 78 УК РФ, п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ и ч. 8 ст. 302 УПК РФ ФИО14 от назначенного наказания освобождена в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

Приговором разрешен вопрос о судьбе вещественных доказательств.

Заслушав доклад председательствующего, защитника-адвоката Ворошкова А.В., осужденную ФИО14, поддержавших доводы апелляционной жалобы, прокурора Маслову О.В., потерпевшего ФИО15, возражавших против апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО14 осуждена за причинение смерти ФИО1 по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей.

Преступление ФИО14 совершено в период с 10 часов 17 минут 28.05.2018 до 06 часов 35 минут 29.05.2018 в г. Комсомольске-на-Амуре Хабаровского края, при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО14 вину в совершении преступления не признала.

В апелляционной жалобе защитник-адвокат Ворошков А.В., не соглашаясь с вынесенным приговором, считает его незаконным необоснованным, а выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Указывает, что в действиях его подзащитной отсутствует состав преступления, предусмотренный ч. 2 ст. 109 УК РФ, что подтверждается экспертными заключениями, показаниями эксперта ФИО2 согласно которых ФИО14 не имеет отношения к возникновению у потерпевшей ФИО1. заболевания и кровотечения, развившегося после её осмотра осужденной. Согласно показаниям ФИО4 на момент обследования у потерпевшей обнаружен эрозивный гастрит, кровотечения внутренних органов не обнаружено, о чем было сообщено врачу-хирургу ФИО5., который принял решение об отказе в госпитализации и направлении в терапевтический корпус для принятия решения о лечении низкого гемоглобина. ФИО14, исходя из своих знаний и опыта, установила и назначила лечение диагноза «хроническая железодефицитная анемия средней степени» в условиях поликлиники. Обращает внимание, что в постановлении о привлечении в качестве обвиняемой, а также в приговоре не указано, какие нарушения правил осуществления деятельности фельдшера приемного отделения допустила ФИО14 Согласно приказу главного врача КГБУЗ «Городская больница № 7» осужденная не являлась врачом приемного отделения, вместе с тем, ей вменяется не выполнение предписанных врачу действий. Суд также не указал, какие конкретно действия должна была совершить ФИО14, но не совершила, что явилось нарушением требований п. «а» ст. 9 Положения об организации оказания специализированной, в том числе высокотехнологичной, медицинской помощи, утвержденного приказом Министерства здравоохранения РФ от 02.12.2014 № 796. Кроме того, согласно заключению комиссионной судебно-медицинской экспертизы № 110 от 12.05.2020 (п.9 раздел «Выводы»), а также заключению дополнительной комиссионной судебно-медицинской экспертизы № 010 от 12.01.2021 (ответ на вопрос № 8 раздел «Выводы») между смертью ФИО16 и бездействием, вмененным ФИО14 отсутствует причинно-следственная связь. Также указывает, что согласно показаниям эксперта ФИО2 кровотечение у больных эрозивно-язвенным эзофагитом может протекать как с небольшой интенсивностью, так и в виде массивной кровопотери, а согласно показаниям заведующей терапевтическим отделением ФИО6 предвидеть такое развитие заболевания не может не один врач, при отсутствии данных о внутреннем кровотечении. Просит приговор суда первой инстанции отменить, вынести оправдательный приговор в отношении ФИО14

В возражениях на апелляционную жалобу потерпевший ФИО3. просил доводы апелляционной жалобы защитника-адвоката Ворошкова А.В. признать необоснованными. Указывает, что ФИО14 не провела опрос и должный осмотр его супруги, не ознакомилась с результатами обследований хирургического отделения. Обращает внимание, что согласно показаниям свидетеля ФИО7 – каждый специалист должен делать свой осмотр, а согласно показаниям эксперта ФИО8 – ФИО14 не осмотрела ФИО1 не ознакомилась с анамнезом и анализами, не вызвала хирурга и отказала в госпитализации. Согласно показаниям свидетеля ФИО6 – осужденная должна была обратить внимание на анализ крови, согласно которому имелось воспаление и решить вопрос о госпитализации. Полагает, что вина ФИО14 в ходе судебного заседания была доказана.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Вина ФИО14 в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.109 УК РФ подтверждается совокупностью доказательств, исследованных судом, подробно изложенных и проанализированных в приговоре.

Преступление совершено в период времени и при обстоятельствах, изложенных в приговоре суда, описательно-мотивировочная часть которого, согласно требованиям п. 1 ст. 307 УПК РФ, содержит описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа совершения, формы вины, а также доказательства, на которых основаны выводы суда, изложенные в приговоре, мотивы решения всех вопросов, относящихся к назначению уголовного наказания, и обоснование принятых решений по другим вопросам, указанным в ст. 299 УПК РФ.

Обстоятельства совершения ФИО14 преступления, подлежащие в силу ст. 73 УПК РФ доказыванию по настоящему делу, установлены судом правильно.

Вывод суда о доказанности вины ФИО14 основан на полно и всесторонне исследованных и приведенных в приговоре доказательствах, которым суд первой инстанции дал надлежащую оценку.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, выводы суда о виновности ФИО14 в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.109 УК РФ соответствуют фактическим обстоятельствам дела, являются обоснованными, подтверждаются доказательствами, исследованными в судебном заседании, а именно:

Показаниями потерпевшего ФИО3 который подтвердил, что 28.05.2018 в связи с плохим состоянием здоровья его супруги ФИО1 была вызвана скорая медицинская помощь, которая госпитализировала последнюю в КГБУЗ «Городская больница №7», где ее обследовали в хирургическом отделении, а позже перевели в терапевтическое, и в этот же день ее отправили домой. На следующий день, ввиду ухудшения состояния здоровья супруги, он вызвал скорую помощь, через некоторое время его жена умерла. Свидетель ФИО10 забирал 28.05.2018 мать из больницы, в плохом состоянии, последняя указала об отсутствии мест в больнице. Свидетель ФИО9 навещала ФИО1 дома, также подтвердила плохое состояние последней.

Показаниями свидетеля ФИО11 которая являясь врачом КГБУЗ «Комсомольской-на-Амуре» ССМП подтвердила, что 28.05.2022 она в составе бригады скорой помощи выезжала на вызов по адресу: <адрес> для оказания помощи пациентке ФИО1 последняя была госпитализирована и передана в приемный покой хирургу ФИО5. Также врачу они передали сопроводительный талон от скорой помощи, в котором было указано, что у ФИО1 было установлено желудочно-кишечное кровотечение неясной теологии.

Показаниями свидетеля ФИО7 состоящей в должности заместителя главного врача по лечебной части КГБУЗ «Городская больница № 7», которая подтвердила, что ФИО14 работала фельдшером приемного отделения в КГБУЗ «Городская больница №7», ей вменялись обязанности врача приемного отделения. Помощь ФИО1 оказывалась в хирургическом отделении, затем в терапевтическом отделении ФИО14, в обязанности которой входило: сбор жалоб, анамнез, осмотр, выставление предварительного диагноза, обследование, ознакомление с медицинской документацией, принятие решения по дальнейшей тактике ведения пациента. ФИО14 могла принимать решение о госпитализации пациента. При наличии выявленных у ФИО1 клинических признаков тяжелой кровопотери, бледности кожных покровов, гипотонии, снижения уровня гемоглобина, тяжести общего состояния, анамнестических данных рвота кровью, милены, её должны были госпитализировать в хирургическое отделение. ФИО14 была наделена обязанностью передавать пациента в другое отделение для установления точного диагноза, не относящегося к профилю её должностных функций.

Показаниями свидетеля ФИО4 состоящей в должности врача-эндоскописта КГБУЗ «Городская больница № 7», которая подтвердила, что 28.05.2018 она проводила ФГДС ФИО1 по результатам которого было установлено, что у последней внутреннего кровотечения на момент осмотра не было. Она составила заключение, передала его врачу-хирургу ФИО5. Он при ней позвонил в приёмный покой терапевтического корпуса, где дежурила ФИО14 и сказал ей, что направляет в терапевтический корпус ФИО1 у которой низкий гемоглобин и её нужно госпитализировать в терапевтическое отделение, для дальнейшего наблюдения в стационаре. В больнице установлен следующий алгоритм действий, а именно, пациентов, у которых низкий гемоглобин и у которых по результатам обследования ФГДС желудочно-кишечного кровотечения не установлено, направляют в терапевтический корпус для дальнейшего дообследования и наблюдения – госпитализации в терапевтическом отделении. ФИО14 должна была госпитализировать ФИО1 в терапевтическое отделение. Фельдшер может принять решение о госпитализации. Он консультируется с дежурным терапевтом, который находится в отделении.

Показаниями свидетеля ФИО12 состоящего в должности заведующего хирургическим отделением КГБУЗ «Городская больница №7», который подтвердил, что при обследовании ФИО1 у последней не обнаружено кровотечение, в связи с чем, последняя была передана в терапевтическое отделение. 28.05.2018 ФИО14 занимала должность врача приемного покоя. На тот период времени она имела право отправить на амбулаторное лечение больного. В случае госпитализации ФИО14 должна предупредить дежурного врача и они совместно принимают решение о госпитализации пациента.

Показаниями свидетеля ФИО6 состоящей в должности заведующей терапевтическим отделением КГБУЗ «Городская больница №7», которая подтвердила, что в 2018 году ФИО14 работала в приемном отделении фельдшером. Фельдшер имеет право ставить диагнозы пациентам и проводить лечение, может направить пациента на госпитализацию при необходимости. Решение о госпитализации ФИО14 могла принять самостоятельно, если не было заведующего в вечернее время. ФИО14 в 2018 году обязана была ставить диагнозы. Если она отпускает домой пациента, она должна выписать справку, сделать краткий осмотр, указать давление, анализы и написать предварительный диагноз.

Показаниями свидетеля ФИО13 который являясь врачом КГБУЗ «Комсомольская-на-Амуре ССМП», 29.05.2018 выезжал в составе бригады скорой помощи к ФИО1 проводил реанимационные мероприятия, которые были безуспешны.

Показаниями специалиста ФИО2 который показал о хроническом заболевании, которое имелось у ФИО1 подтвердил, что при диагнозе эрозивно-язвенный эзофагит может происходить кровотечение повторно, возможно приостановление, а затем повторное кровотечение.

Показаниями эксперта ФИО8 который указал, что участвовал в проведении дополнительной судебно-медицинской комиссионной экспертизы по факту ненадлежащего исполнения работниками КГБУЗ «Городская больница № 7» служебных обязанностей, повлекших смерть ФИО1 Подтвердил, что терапевт не измерил пульс и давление ФИО1 на гемоглобин внимания не обратил, но должен был это сделать, написал рекомендации и отправил пациентку домой. Терапевт должна была вызвать хирурга для консультации, сообщить ему, что уровень у пациентки гемоглобина низкий, чёрный стул. ФИО1 необходимо было госпитализировать. Пульс, давление, уровень гемоглобина могут сказать врачу, что человек находится в тяжелом состоянии. Хирург был обязан провести ректальное обследование, а то, что терапевт ему поверила это ее ответственность. Считает, что между несвоевременным оказанием медицинской помощи врачами КГБУЗ «Городская больница №7» и смертью ФИО1. была прямая связь.

Кроме того, вина ФИО14 подтверждается письменными материалами, а именно:

Актом судебно-медицинского исследования трупа № 573 от 18.06.2018, согласно которому, смерть ФИО1 наступила от эрозивного язвенного эзофагита, осложнившегося эрозивным пищеводно-желудочным кровотечением, приведшим к малокровию организма.

Выпиской из истории болезни КГБУЗ «Городская больница № 7» г. Комсомольска-на-Амуре, содержащей записи: №105 согласно которых, 28.05.2018, 10-17 ч. доставлена ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ СМП п/п № 66 терапия, 12-00. Диагноз: ЖКК вр. ФИО5 Жалобы на рвоту кровью, темный стул. Болеет в течение двух суток, после нарушения диеты. Состояние удовлетворительное, живот болезненный в эпигастрии. ФГДС. Данных за острую хирургическую патологию на момент осмотра нет. Направлена в терапевтическое отделение больницы № 7.

Информированным добровольным согласием на медицинское вмешательство в отношении определенного вида медицинского вмешательства в КГБУЗ «Городская больница № 7» г. Комсомольск-на-Амуре данное ФИО1 28.05.2018.

Результатом общего анализа крови ФИО1 выданным КГБУЗ «Городская больница № 7» г.Комсомольск-на-Амуре, содержащий сведения о гемоглобине – 85 г/л, цветном показателе 0,9, эритроциты 2,62, лейкоциты 26,9.

Сигнальным листом о констатации смерти ФИО1 06.35 час. 29.05.2018 и справкой, выданной в КГБУЗ «Городская больница № 7» г. Комсомольск-на-Амуре, из которой следует, что ФИО1 обращалась в приемный покой 28.05.2018. Диагноз: <данные изъяты>. Проведено: ФГДС. Данных за острую хирургическую патологию на момент осмотра нет. Направлена в терапевтическое отделение больницы № 7. Врач ФИО5.

Заключениями комиссионной судебно-медицинской экспертизы № 110 от 12.05.2020 и дополнительной комиссионной судебно-медицинской экспертизы № 010 от 12.01.2021, согласно выводам которых, имело место дефектное оказание медицинской помощи (диагностики), которое не способствовало эффективному и своевременному купированию этого патологического состояния, не прервало патологический процесс и не снизило риск рецидива кровотечения, и тем самым обусловило прогрессирование патологии, что привело к летальному исходу. В случае правильной и своевременной диагностики состояния пациентки, выбора верной тактики ее наблюдения с оказанием адекватной медицинской помощи и профилактики возможных осложнений не исключается возможность избежать наступления летального исхода в анализируемом случае.

Кроме того, вина ФИО14 подтверждается: положением о приемном отделении КГБУЗ «Городская больница № 7» (приложение к приказу от 09.01.2020 № 85); медицинскими показаниями для оказания специализированной, в том числе высокотехнологичной, медицинской помощи в стационарных условиях, (приложение № 2 к приказу от 09.01.2020 № 85); ответом на запрос КГБУЗ «Городская больница № 7» от 05.07.2022; приказом № 584 от 31.12.2020 «О проведении служебного расследования по обращению ФИО15»; протоколом служебного расследования комиссией КГБУЗ «Городская больница № 7» от 12.11.2020; ответом на запрос КГБУЗ «Городская больница № 7» от 06.07.2022; трудовой книжкой ФИО14; трудовым договором № 3785, заключенным между КГБУЗ «Городская больница № 7» и ФИО14, принятой 06.07.2012 на работу санитаркой в операционный блок (т.2 л.д.177); приказом о приеме на работу от 11.07.2012 № 1041 «п» в КГБУЗ «Городская больница №7» ФИО14 в операционный блок санитаркой; дополнительным соглашением № 1 от 01.07.2014 к трудовому договору № 3785 от 11.07.2012, согласно которому ФИО14 переведена на должность врача-терапевта приемного отделения КГБУЗ «Городская больница № 7»; дополнительным соглашением № 2 от 01.09.2014 к трудовому договору № 3785 от 11.07.2012, согласно которому ФИО14 переведена постоянно на должность врача-терапевта для оказания круглосуточной помощи приемного отделения КГБУЗ «Городская больница № 7»; дополнительным соглашением от 27.12.2017 к трудовому договору № 3785 от 11.07.2012, заключенного 27.12.2017 между КГБУЗ «Городская больница №7» и ФИО14; приказом о переводе работника на другую работу от 28.12.2017, согласно которому ФИО14, работающая врачом терапевтом приемного отделения переведена на должность фельдшера приемного отделения КГБУЗ «Городская больница № 7»; сведениями о трудовой деятельности ФИО14, согласно которым она с 27.12.2017 работает в должности фельдшера приемного отделения КГБУЗ «Городская больница № 7»; должностной инструкцией врача терапевта приемного отделения КГБУЗ «Городская больница от 2009 года; копией диплома ФИО14 о среднем профессиональном образовании.

Вышеуказанные доказательства всесторонне, полно и объективно исследованы в судебном заседании, оценены в совокупности, в соответствии с требованиями ст. ст. 87, 88, 307 УПК РФ.

Допустимость и достоверность доказательств, положенных судом в основу обвинительного приговора, сомнений не вызывает, их совокупность не находится в противоречии по отношению друг к другу в части юридически значимых обстоятельств, исследована в судебном заседании с достаточной объективностью, на основе состязательности сторон, что позволило суду принять обоснованное и объективное решение по делу.

Приведенные в приговоре доказательства были проверены и исследованы в ходе судебного следствия, суд дал им надлежащую оценку, в том числе показаниям осужденной вину в совершении преступления не признавшей.

Суд первой инстанции обоснованно признал положенные в основу приговора результаты экспертиз допустимыми и достоверными доказательствами, поскольку они получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, противоречий не имеют, согласуются с другими доказательствами по делу. Поэтому оснований не доверять выводам, изложенным в заключениях, не имеется, поскольку они проведены компетентными экспертами, с исследованием материалов дела. Выводы экспертов в заключениях ясные, понятные, они мотивированы, научно обоснованы, составлены заключения в надлежащей форме.

Как видно из протокола судебного заседания, суд не ограничивал прав участников процесса по исследованию имеющихся доказательств. В судебном заседании исследованы все существенные для исхода дела доказательства. Каких-либо данных, свидетельствующих об одностороннем или неполном судебном следствии, не имеется. Из протокола судебного заседания не следует, чтобы со стороны председательствующего судьи проявлялась предвзятость, либо заинтересованность по делу. Нарушений принципов состязательности и равноправия сторон в судебном заседании не допущено. Все заявленные ходатайства обсуждались и по ним принимались мотивированные решения.

Тщательно исследовав обстоятельства дела и правильно оценив все доказательства по делу, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о доказанности вины ФИО14 в установленном судом преступлении.

Обстоятельств, дающих основания полагать об оговоре ФИО14 кем-либо из свидетелей, потерпевшим в судебном заседании не установлено. Напротив, приведенные в приговоре показания допрошенных по делу свидетелей и потерпевшего логичны, последовательны, согласуются между собой и материалами дела, исследованными в ходе судебного следствия. С мотивами, по которым суд первой инстанции отверг одни доказательства и принял другие, суд апелляционной инстанции соглашается.

Довод апелляционной жалобы о том, что виновность ФИО14 опровергается заключениями экспертиз и показаниями специалиста ФИО2 суд апелляционной инстанции отклоняет, поскольку заключениями комиссионной судебно-медицинской экспертизы № 110 от 12.05.2020 и дополнительной комиссионной судебно-медицинской экспертизы № 010 от 12.01.2021 установлено, что имело место дефектное оказание медицинской помощи (диагностики), которое не способствовало эффективному и своевременному купированию этого патологического состояния, не прервало патологический процесс и не снизило риск рецидива кровотечения, и тем самым обусловило прогрессирование патологии, что привело к летальному исходу. Специалист ФИО2 подтвердил факт, возможности приостановления кровотечения, а затем повторности кровотечения.

Довод апелляционной жалобы о том, что осужденная не являлась врачом приемного отделения, вместе с тем, ей вменяется не выполнение предписанных врачу действий, является не состоятельным, поскольку в судебном заседании было установлено, что ФИО14 состояла в должности врача-терапевта приемного отделения, далее постоянно на должности врача-терапевта для оказания круглосуточной помощи приемного отделения, а впоследствии в должности фельдшера приемного отделения, при этом, как в течение этого периода времени ее профессиональной деятельности с 27.12.2017 по 28.05.2018, так и в день совершения преступления она неоднократно после проведенного осмотра осуществляла госпитализацию пациентов, что было подтверждено сообщениями КГБУЗ «Городская больница № 7». Возложение отдельных функций лечащего врача по оказанию медицинской помощи на фельдшера медицинской организации, в связи с неукомплектованностью врачами, соответствует Приказу Министерства здравоохранения от 23.03.2012 № 252н и в данной ситуации было подтверждено заместителем главного врача ФИО7 В связи с чем, ФИО14 при исполнении своих профессиональных обязанностей должна и обязана была руководствоваться всеми нормами законодательства и иными специальными правовыми актами, нормами трудового права, локальными нормативными актами, определяющими ее обязанности по госпитализации ФИО1

Как верно было установлено судом первой инстанции, действия ФИО14 нарушают требования п. 5 ст. 70 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», абзаца 1 раздела I и абзацев 1 и 2 раздела VI Клинических рекомендаций «Язвенные гастродоуденальные кровотечения», принятых 06.06.2014 на Общероссийской согласительной конференции по принятию национальных клинических рекомендаций, положения о приемном отделении КГБУЗ «Городская больница № 7», трудового договора от 11.07.2012, и соглашения к нему от 27.12.2017 определяющих критерии качества и тактики диагностики подлежащей проведению ФИО14 в стационарных условиях пациента ФИО1 при наличии у нее признаков тяжелой кровопотери и вследствие этого обязательной госпитализации последней в стационар.

В связи с чем, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что медицинская помощь, необходимая для сохранения здоровья и спасения жизни ФИО1 на момент обращения в условиях приемного отделения в КГБУЗ «Городская больница № 7» 28.05.2018 оказана не была. Необходимый объём медицинской помощи, а также диагностических и лечебных мероприятий, по причине ненадлежащего исполнения ФИО14, своих профессиональных обязанностей по оказанию медицинской помощи ФИО1. не выполнен. Вследствие ненадлежащего исполнения ФИО14 своих профессиональных обязанностей по оказанию медицинской помощи ФИО1 при наличии установленного и подтвержденного диагноза обследование и тактика ведения пациента была не правильной, необходимой медицинской помощи ФИО1 и соответствующего лечения проведено не было.

Вследствие преступной небрежности ФИО14 и допущенных ею дефектов оказания медицинской помощи наступила смерть ФИО1 от эрозивного язвенного эзофагита, осложнившегося эрозивным пищеводно-желудочным кровотечением, приведшим к острой массивной кровопотере. При этом в случае правильной и своевременной диагностики состояния здоровья ФИО1 выбора верной тактики ее наблюдения с оказанием адекватной медицинской помощи и профилактики возможных осложнений, возможно было избежать наступления летального исхода ФИО1

Таким образом, оспаривая выводы суда о виновности ФИО14 на основе собственного анализа доказательств, автор апелляционной жалобы по существу повторяет позицию стороны защиты, избранную в суде первой инстанции, которая тщательно проверялась при рассмотрении дела в судебном разбирательстве и мотивированно была опровергнута.

В связи с чем, действия ФИО14 правильно квалифицированы судом первой инстанции по ч.2 ст.109 УК РФ как причинение смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей.

Оснований для иной квалификации действий ФИО14 судом апелляционной инстанции не установлено.

Обстоятельств, смягчающих, отягчающих наказание ФИО14 суд обоснованно не установил.

По делу отсутствует совокупность исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновной, ее поведения во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, в связи с чем, отсутствуют основания для применения ст.64 УК РФ.

Таким образом, основное наказание ФИО14 назначено с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, обстоятельств дела и данных о ее личности, влияния наказания на ее исправление и условия жизни ее семьи и, с учетом требований закона об индивидуальном подходе к назначению наказания является справедливым.

Суд обоснованно назначив по ч.2 ст.109 УК РФ наказание в виде ограничения свободы на срок 2 года на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ и ч. 8 ст. 302 УПК РФ, от назначенного наказания ФИО14 освободил, в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

Вместе с тем, приговор подлежит изменению в связи с неправильным применением уголовного закона.

Так согласно п.3 ч.1 ст.389.18 УПК РФ, неправильным применением уголовного закона, в том числе является назначение наказания более строгого, чем предусмотрено соответствующей статьей Особенной части УК РФ.

Как следует из санкции ч.2 ст.109 УК РФ, дополнительное наказание в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью предусмотрено только к основным наказаниям в виде принудительных работ и лишения свободы. Вместе с тем, назначая ФИО14 основное наказание в виде ограничения свободы, суд первой инстанции назначил при этом дополнительное наказание в виде лишения права заниматься врачебной деятельностью сроком на 2 года с установлением ограничений и возложении обязанности, без ссылки на ч.3 ст.47 УК РФ, ошибочно указав в описательно-мотивировочной части приговора о наличии данного дополнительного наказания в санкции ч.2 ст.109 УК РФ.

Таким образом, из приговора подлежит исключению ссылка о назначении ФИО14 дополнительного наказания в виде лишения права заниматься врачебной деятельностью сроком на 2 года с установлением ограничений и возложении обязанности.

Существенные нарушения уголовно-процессуального закона, влекущие отмену или иное изменение приговора, судом апелляционной инстанции не установлены.

На основании изложенного и руководствуясь ст.389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Центрального районного суда г. Комсомольска-на-Амуре Хабаровского края от 13.03.2024 в отношении ФИО14 изменить.

Исключить ссылку о назначении ФИО14 дополнительного наказания в виде лишения права заниматься врачебной деятельностью сроком на 2 года и установлении ограничений: не уходить из места постоянного проживания в период времени с 22.00 часов до 06.00 часов, за исключением медицинского обслуживания; не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования - г.Комсомольска-на-Амуре Хабаровского края и не менять места жительства либо пребывания без согласования специализированного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы и возложении обязанности один раз в месяц являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы на регистрацию.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу защитника-адвоката Ворошкова А.В. без удовлетворения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу со дня его вынесения и может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном гл.47.1 УПК РФ, в Девятый кассационный суд общей юрисдикции, через суд постановивший приговор, в течение 6 месяцев со дня его провозглашения.

Осужденная при подаче кассационной жалобы вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий