Апелляционное постановление № 22К-640/2024 3/12-4/2024 от 16 февраля 2024 г. по делу № 3/12-4/2024

№ 3/12-4/2024 Судья первой инстанции: Сердюк И.В.

№ 22К-640/2024 Судья апелляционной инстанции: Михайлов Д.О.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

16 февраля 2024 года г. Симферополь

Верховный суд Республики Крым в составе:

председательствующего судьи - Михайлова Д.О.,

при секретаре - Корохове А.С.,

с участием прокурора - Челпановой О.А.,

обвиняемого - ФИО3,

защитника - адвоката Кожухова С.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы дела по апелляционной жалобе защитника обвиняемого ФИО3 – адвоката Кожухова С.А. на постановление Симферопольского районного суда Республики Крым от 7 февраля 2024 года, которым в отношении:

ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, УССР, гражданина РФ, женатого, имеющего двух несовершеннолетних детей, не трудоустроенного, зарегистрированного и проживающего по адресу: <адрес>, не судимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст. 30, п. «б» ч.3 ст. 228.1 УК РФ,

продлен срок домашнего ареста на 01 месяц 00 суток, а всего до 02 месяцев 28 суток, то есть до 13 марта 2024 года, с сохранением ранее установленных запретов и ограничений.

Доложив о содержании обжалуемого постановления суда первой инстанции и существе апелляционной жалобы, заслушав защитника и обвиняемого, поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора, возражавшего против удовлетворения апелляционной жалобы, полагавшего необходимым судебное решение оставить без изменения, суд апелляционной инстанции,

УСТАНОВИЛ:

13 октября 2023 года СО ОМВД России по <адрес> возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного ч.3 ст. 30, п. «б» ч.3 ст. 228.1 УК РФ.

12 декабря 2023 года ФИО3 был задержан в порядке ст. ст. 91, 92

УПК РФ по подозрению в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст. 30, п. «б» ч.3 ст. 228.1 УК РФ и допрошен в качестве подозреваемого.

14 декабря 2023 года постановлением Симферопольского районного суда Республики Крым, в отношении ФИО3 избрана мера пресечения в виде домашнего ареста сроком на 01 месяц 30 суток, то есть до 13 февраля 2024 года, с установлением запретов.

21 декабря 2023 года ФИО3 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30 – п. «б» ч.3 ст. 228.1 УК РФ.

6 февраля 2024 года срок предварительного следствия по уголовному делу № продлен на 01 месяц 00 суток, а всего до 05 месяцев 00 суток, то есть до 13 марта 2024 года.

6 февраля 2024 года следователь СО УМВД России по г. Керчи (прикомандированный в СО ОМВД России по <адрес>) майор юстиции ФИО7, с согласия руководителя следственного органа, обратилась с ходатайством в суд о продлении срока домашнего ареста в отношении обвиняемого ФИО3 на 1 месяц 00 суток, а всего до 2 месяцев 30 суток, то есть по ДД.ММ.ГГГГ.

Постановлением Симферопольского районного суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 продлен срок домашнего ареста на 01 месяц 00 суток, а всего до 02 месяцев 28 суток, то есть до ДД.ММ.ГГГГ, с сохранением ранее установленных запретов и ограничений.

Не согласившись с указанным постановлением суда, адвокат Кожухов С.А. в интересах обвиняемого ФИО3 подал апелляционную жалобу, в которой просит обжалуемое постановление суда отменить, принять новое решение, которым избрать в отношении обвиняемого ФИО3 меру пресечения в виде запрета определенных действий.

Как указывает защитник, принимая решение об удовлетворении ходатайства следователя и о продлении срока обвиняемому меры пресечения в виде домашнего ареста, суд сослался на тяжесть преступления, в котором ФИО3 обвиняется, а также на то, что по делу необходимо провести ряд следственных и процессуальных действий. Вместе с тем, защитник обращает внимание, что в представленных суду материалах нет, а стороной обвинения не были представлены доказательства, подтверждающие, что обвиняемый планирует или может скрыться от суда, либо от органов следствия, находился в местном, федеральном или международном розыске, каким-либо образом оказывал влияние на свидетелей, предпринимал попытки по уничтожению доказательств либо иным способом препятствовал расследованию.

Апеллянт указывает, что обжалуемое постановление не содержит указание ни на одно из основана предусмотренное статьей 97 УПК РФ.

Обращает внимание, что суд первой инстанции, указывая на то, что основания, послужившие для избрания, ФИО3 меры пресечения в виде домашнего ареста не отпали и не изменились, суд не указал обстоятельства и не объяснил, почему они не изменились или не отпали.

Кроме этого, защитник обращает внимание, что из резолютивной части постановления усматривается, что обвиняемому ФИО3 запрещено общения с лицами, которые в уголовном деле имеют статус свидетеля.

Вместе с тем, в качестве свидетелей, по данному уголовному делу была допрошена супруга обвиняемого, а также его сын ФИО1, которые присутствовали при обыске домовладения, где проживает обвиняемый вместе с ними, заявления от которых имеются в деле (л.д. 23, 24, 36, 37). Однако следователем протоколы их допроса суду не были представлены. Таким образом, судом фактически установлен запрет обвиняемому на общение с близкими родственниками, которые проживают с ним в одном домовладении, и является заведомо неисполнимым.

Также, защитник отмечает, что суд указал, что представленные материалы подтверждают причастность обвиняемого к инкриминируемому ему деянию, однако в материалах имеется лишь рапорт оперуполномоченного ФИО9, где последний указывал, что в ходе оперативно-розыскных мероприятий, в отношении ФИО10 была получена информация о том, что ФИО3 может быть поставщиком наркотических средств. При этом, каких-либо протоколов допроса, либо опроса самого ФИО10 или иных данных, добытых в порядке процессуального законодательства, подтверждающих эти суждения, в материалах дела нет. В материалах дела также не содержится данных, подтверждающих то, что какие-либо оперативно-розыскные мероприятия проводились и были закреплены процессуальным путем, передавались следователю и признавались доказательствами по делу.

Обращает внимание, что предыдущее ходатайство следователя основывалось на тех же доводах, которые были представлены суду, однако суд не выяснял, почему эти процессуальные действия до сих пор не были выполнены.

По мнению стороны защиты, сама по себе необходимость дальнейшего производства следственных действий не может выступать в качестве достаточного основания для продления срока меры пресечения обвиняемому.

Просит учесть, что ФИО3, является гражданином Российской Федерации, имеет постоянную регистрацию, проживает в Крыму, детей, женат, трудоустроен, имеет легальный постоянный источник дохода, не судим, крепкие социальные связи, положительные характеристики.

По мнению защитника, с учетом данных о личности обвиняемого, учитывая его процессуальное поведение до задержания и после и то, что первоначальный этап расследования прошел, и объем выполненных по делу следственных и процессуальных действий, отсутствую основания для продления меры пресечения в виде домашнего ареста, а надлежащее процессуальное поведение обвиняемого возможно достичь путем применения к последнему иной, более мягкой меры пресечения.

Кроме того, защитник просил истребовать у органа предварительного расследования протоколы допроса свидетелей ФИО1, а также ФИО2 и в порядке ч.1.1 ст.389.6 УПК РФ исследовать эти процессуальные документы как новые доказательства, которые не были исследованы судом первой инстанции.

Проверив представленные материалы, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Исходя из части первой статьи 107 УПК РФ, домашний арест в качестве меры пресечения избирается по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения и заключается в нахождении подозреваемого или обвиняемого в изоляции от общества в жилом помещении, в котором он проживает в качестве собственника, нанимателя либо на иных законных основаниях, с возложением запретов и осуществлением за ним контроля.

Данная мера пресечения в силу ч. 2 ст. 107 УПК РФ избирается на срок до двух месяцев. Срок домашнего ареста исчисляется с момента вынесения судом решения об избрании данной меры пресечения в отношении подозреваемого или обвиняемого. В случае невозможности закончить предварительное следствие в срок до двух месяцев и при отсутствии оснований для изменения или отмены меры пресечения этот срок может быть продлен по решению суда в порядке, установленном статьей 109 УПК РФ.

Согласно статье 109 УПК РФ содержание под стражей при расследовании преступлений не может превышать 2 месяца (часть 1); при невозможности закончить предварительное следствие в указанный срок он может быть продлен до 6 месяцев.

В силу требований ст. 110 УПК РФ мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость или изменяется на более строгую или более мягкую, когда изменяются основания избрания меры пресечения, предусмотренные статьями 97, 99 УПК РФ.

Как видно из представленных материалов, при продлении обвиняемому ФИО3 срока содержания под домашним арестом суд первой инстанции учел объем процессуальных и следственных действий, которые необходимо выполнить для окончания предварительного следствия по делу, а поэтому срок продления содержания под домашним арестом обвиняемого является разумным, не выходящим за рамки срока предварительного следствия.

Вопреки доводам жалоб, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что основания и обстоятельства, учитываемые при принятии решения о мере пресечения в виде домашнего ареста, не изменились, и не отпала необходимость в сохранении данной меры пресечения.

При этом судом обосновано было отмечено, что ФИО3 обвиняется в причастности к совершению тяжкого преступления, и в случае изменения меры пресечения на более мягкую, он будет иметь возможность скрыться от органов предварительного следствия и суда, или иным образом воспрепятствовать производству по делу.

При таких обстоятельствах, вопреки доводам апелляционной жалобы защитника, суд первой инстанции сделал обоснованный вывод о том, что основания и обстоятельства, учитываемые при избрании меры пресечения в виде домашнего ареста обвиняемому, предусмотренные ст. ст. 97, 99 УПК РФ, не изменились, и необходимость в сохранении указанной меры пресечения не отпала.

Принимая решение по ходатайству следствия, суд первой инстанции строго руководствовался требованиями уголовно-процессуального закона. Выводы суда, вопреки доводам защиты, о необходимости продления в отношении обвиняемого срока содержания под домашним арестом в качестве меры пресечения в постановлении мотивированы.

При этом суд первой инстанции учел, что в судебное заседание было представлено отвечающее требованиям закона ходатайство следователя о продлении срока содержания обвиняемого под домашним арестом, а также необходимые материалы, подтверждающие изложенные в ходатайстве доводы.

Ходатайство составлено уполномоченным на то должностным лицом, в производстве которого находится уголовное дело, в рамках возбужденного уголовного дела, в установленные законом сроки и с согласия соответствующего руководителя следственного органа.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции обоснованно согласился с доводами ходатайства следствия о продлении срока содержания под домашним арестом в отношении обвиняемого ФИО3

Вопреки доводам апелляционной жалобы, постановление суда является обоснованным, содержит основанные на конкретных фактических обстоятельствах выводы об отсутствии оснований для изменения меры пресечения на более мягкую, решение об этом подробно мотивировано.

По мнению суда апелляционной инстанции, суд первой инстанции обосновал невозможность избрания иной, более мягкой меры пресечения.

Суд апелляционной инстанции соглашается с указанными выводами, и также не находит оснований для изменения меры пресечения на более мягкую, в том числе в виде запрета определенных действий, как на то в своей апелляционной жалобе указывает сторона защиты.

Суд первой инстанции принял во внимание и наличие достаточных данных, свидетельствующих об обоснованности подозрения в причастности обвиняемого к совершенному преступлению, которые проверялись ранее при избрании меры пресечения.

Судом первой инстанции учтены все данные о личности обвиняемого ФИО3, в том числе семейное положение, род занятий.

Содержащиеся в апелляционной жалобе доводы относительно сведений о личности обвиняемого не могут служить безусловным и достаточным основанием для отказа следователю в удовлетворении ходатайства о продлении срока домашнего ареста обвиняемому.

Суд первой инстанции рассматривал вопрос об избрании альтернативных мер пресечения, что подтверждается обжалуемым постановлением. По смыслу закона, суд вправе применить более мягкие меры пресечения при условии, что они смогут гарантировать создание условий, способствующих эффективному производству по уголовному делу, а именно, что обвиняемый, находясь вне изоляции от общества, не скроется от органов следствия и суда, не совершит противоправного деяния или не примет мер к созданию условий, препятствующих эффективному судебному разбирательству по делу.

Однако представленные материалы не дают суду апелляционной инстанции оснований для изменения меры пресечения на залог либо запрет определённых действий, поскольку, по мнению суда, только продление срока домашнего ареста ФИО3 будет способствовать достижению целей меры пресечения, лишит обвиняемого возможности препятствовать производству по уголовному делу, гарантируя в наибольшей степени обеспечение задач уголовного судопроизводства, охрану прав и законных интересов всех участников процесса.

Вопреки доводам апелляционной жалобы защитника, изложенные в постановлении суда выводы о необходимости продления в отношении ФИО3 меры пресечения в виде домашнего ареста, основаны не только на тяжести предъявленного обвинения, но и на совокупности представленных в суд материалов, свидетельствующих о наличии оснований, предусмотренных ст. 97 УПК РФ, с учетом обстоятельств, предусмотренных ст. 99 УПК РФ.

Утверждения апеллянта о незаконности постановления являются несостоятельными, поскольку требования уголовно-процессуального закона, регламентирующие условия и порядок применения меры пресечения в виде домашнего ареста, а также ее продление, по настоящему делу не нарушены. Выводы суда о необходимости продления срока содержания под домашним арестом в отношении обвиняемого и невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения, о чем ходатайствовала сторона защиты в суде первой инстанции, в постановлении суда мотивированы, поэтому изложенные в апелляционных жалобах доводы о необоснованности принятого судом решения не могут быть признаны справедливыми.

Доводы защитника о необходимости истребования у органа предварительного следствия протоколов допроса свидетелей ФИО1 и ФИО2 и их исследования как новых доказательств, которые не были исследованы судом первой инстанции, суд апелляционной инстанции полагает необоснованными, поскольку следователем в обоснование ходатайства представлены достаточные данных, обосновывающие ходатайство о продлении срока домашнего ареста.

Вопреки доводам адвоката, возложенные на ФИО1 запреты и ограничения соответствуют требованиям ст. 107 УПК РФ, направлены на обеспечение интересов правосудия, и по своему виду и характеру не противоречат общепризнанным принципам и нормам международного права.

Суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для изменения в отношении ФИО1 меры пресечения, а также установленных ему запретов и ограничений, принимая во внимание фактические обстоятельства преступления, в совершении которого обвиняется ФИО1, и данные о личности обвиняемого.

Вопреки доводам апелляционной жалобы защитника, постановление суда отвечает требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ, основано на объективных данных, содержащихся в представленных материалах и исследованных в судебном заседании, вынесено с соблюдением норм уголовно-процессуального законодательства.

Ходатайство следователя рассмотрено с соблюдением положений ст.15 УПК РФ, в условиях состязательности сторон и при обеспечении участникам судопроизводства возможности обосновать свою позицию по рассматриваемому вопросу, при этом ограничений прав участников уголовного судопроизводства, в том числе предусмотренных Конституцией РФ и Конвенцией о защите прав человека и основных свобод, влекущих отмену судебного решения, допущено не было.

Заболевания, препятствующих дальнейшему содержанию ФИО3 в условиях домашнего ареста, в материалах дела не имеется, суду первой инстанции и суду апелляционной инстанции не представлено.

Вопреки доводам защитника, вопросы о виновности либо невиновности ФИО3 во вмененном ему преступлении, оценки собранных по уголовному делу доказательств, квалификации деяния, допустимости доказательств подлежат обсуждению судом первой инстанции при рассмотрении уголовного дела по существу.

Следовательно, доводы, изложенные в апелляционной жалобе защитника, являются несостоятельными, а выводы суда первой инстанции - законными, обоснованными и соответствующими требованиям норм УПК Российской Федерации, и разъяснениям, изложенным в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 41 от 19.12.2013 "О практике применении судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий".

С учетом изложенного, постановление Симферопольского районного суда Республики Крым от 7 февраля 2024 года является законным и обоснованным и изменению либо отмене не подлежит.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.19, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Симферопольского районного суда Республики Крым от 7 февраля 2024 года в отношении ФИО3 – оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Кожухова С.А. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в соответствии с требованиями главы 47.1 УПК РФ.

Судья Д.О. Михайлов