Апелляционное постановление № 22-739/2018 от 24 апреля 2018 г. по делу № 22-739/2018

Судья Шурупов В.А. Дело № 22-739


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Воронеж 24 апреля 2018 г.

Воронежский областной суд в составе:

председательствующего судьи Карифановой Т.В.,

при секретаре Рыжковой И.А.,

с участием прокурора управления прокуратуры Воронежской области Бутырина Е.И.,

осужденного Лосунова С.Н.,

потерпевшей ФИО2,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Лискинской межрайонной прокуратуры Воронежской области ФИО7, апелляционным жалобам осужденного Лосунова С.Н. на приговор Лискинского районного суда Воронежской области от 6 февраля 2018 г., которым

Лосунов, ДД.ММ.ГГГГ рождения, уроженец <адрес>, <данные изъяты>, проживающий по адресу: <адрес>, ранее не судимый,

осужден по ч. 3 ст. 264 УК РФ к 2 годам лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами на срок 3 года, с отбыванием основного наказания в колонии-поселении.

Срок отбывания наказания постановлено исчислять со дня прибытия осужденного в колонию-поселение.

Гражданский иск ФИО2 удовлетворен частично. С осужденного Лосунова С.Н. в пользу ФИО2 взыскана компенсация морального вреда в размере 500 000 рублей.

Доложив материалы уголовного дела, содержание обжалуемого приговора и существо апелляционных представления и жалоб, выслушав мнение прокурора Бутырина Е.И., просившего удовлетворить апелляционное представление, а в удовлетворении апелляционных жалоб осужденного отказать, объяснения осужденного Лосунова С.Н., полагавшего необходимым приговор суда отменить и вынести оправдательный приговор, потерпевшей ФИО2, возражавшей против удовлетворения апелляционного представления государственного обвинителя и апелляционных жалоб осужденного, суд апелляционной инстанции

У С Т А Н О В И Л:

Приговором суда Лосунов С.Н. признан виновным в нарушении лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности смерть человека.

Как следует из приговора, 11.12.2016, примерно в 7 часов 50 минут, в г. Лиски Воронежской области водитель ФИО1, управляя технически исправным автомобилем марки «ГАЗ 31105», государственный регистрационный знак №, двигался по ул. 40 лет Октября в направлении ул. В.Буракова со скоростью не менее 50 км/ч, избрав указанную скорость движения в нарушение п.10.1 ПДД РФ, обязывающего водителя вести транспортное средство, учитывая дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения, обеспечивающую возможность постоянного контроля за движением транспортного средства, нарушил п. 1.4 ПДД РФ, согласно которому на дорогах установлено правостороннее движение транспортных средств и требования горизонтальной дорожной разметки «1.1», которую пересекать запрещается, выехал на предназначенную для встречного движения полосу, допустив наезд на пешехода ФИО6

В результате дорожно-транспортного происшествия гражданка ФИО6 получила телесные повреждения, от которых скончалась на месте происшествия.

Преступление совершено при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционном представлении государственный обвинитель ФИО7 просит изменить приговор, исключив из описательно-мотивировочной части ссылку о привлечении ФИО1 к административной ответственности за нарушение ПДД в виде превышения установленной скорости движения, поскольку уголовный закон не содержит предписаний, обязывающих учитывать в качестве данных, характеризующих личность виновного, сведения о его привлечении к административной ответственности, отягчающим наказание данное обстоятельство также не является.

В апелляционных жалобах осужденный ФИО1 считает приговор незаконным, необоснованным и несправедливым вследствие несоответствия выводов суда о его виновности фактическим обстоятельствам, установленным судом, проведения предварительного и судебного следствия с нарушениями требований УПК РФ. Считает, что имеющиеся противоречия в доказательствах его вины судом не устранены, выводы о виновности основаны на догадках и предположениях, свидетельские показания стороны защиты необоснованно отвергнуты вследствие заинтересованности свидетелей в его оправдании. Судом безосновательно проигнорированы показания свидетеля ФИО8 о том, что он на встречную полосу движения не выезжал, предпринял все меры для торможения с момента обнаружения пешехода ФИО6, которая была закрыта для его видимости автобусом ПАЗ, а также заключение эксперта, определившего скорость движения его автомобиля как 37.6 км/ч, а не «не менее 50 км/ч», как указал суд. Суд не дал оценки справке МУП Лискидор от 21.03.2017 (т. 2, л.д. 233), а так же заключению дополнительной экспертизы от 08.08.2017 № об отсутствии у него технической возможности предотвратить наезд на пешехода экстренным торможением с остановкой автомобиля до линии движения пешехода, а также данным метеоцентра о гололеде на дороге. Считает недопустимым доказательством, полученным с нарушением требований УПК РФ, показания свидетеля ФИО35, данные им в судебном заседании, поскольку показания, данные ФИО35 на очной ставке об обработке места ДТП пескосмесью до осмотра места происшествия следователями, которую они впоследствии приняли за «осыпь грязи», неправильно определив место наезда, безосновательно не приняты судом во внимание. Так же недопустимым доказательством считает протокол осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, схему места ДТП, фототаблицы к протоколу осмотра места происшествия, поскольку сам он в осмотре не участвовал, в протоколе не расписывался, подпись свою поставил под записью о не согласии с протоколом, права ему не разъяснялись, а так же его не предупредили о том, что будет производиться фотосъемка, его замечания в протокол не занесены, понятой ФИО37 находился в состоянии алкогольного опьянения, в протоколе осмотра места происшествия и схеме к нему не указано, где находился знак аварийной остановки, хотя перед осмотром знак находился на его полосе движения, не отражено наличие тормозного пути от его автомобиля на его полосе движения. Следователь ФИО38 до составления протокола осмотра умышленно изменил расположение вещей, свидетельствующих об обстоятельствах ДТП, создав вещественную обстановку на месте ДТП с целью сфальсифицировать его виновность. Осмотр произведен следователем ФИО38 в отсутствии у него полномочий для этого, поскольку уголовное дело к своему производству он не принимал. Эксперта ФИО12 на месте происшествия не было. Недопустимым, по его мнению, является и заключение эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, поскольку исходные данные для проведения этой экспертизы получены и фрагменты ЛКП изъяты следователем с места происшествия с нарушением требований УПК РФ, однако, ходатайство о признании данной экспертизы недопустимым доказательством суд немотивированно отклонил. Считает, что вследствие неверного определения места наезда следователем, выводы автотехнической экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ ошибочны и его виновность не доказывают, поскольку экспертом информация о месте наезда получена из расчетов следователя. При проведении осмотра места происшествия было нарушено его право на защиту, т.к. он просил следователя ФИО9 пригласить ему адвоката, на что ему было предложено пригласить адвоката ФИО10, хотя он ходатайствовал о приглашении адвоката ФИО11 Выводы суда о том, что место наезда на пешехода ФИО6 было на полосе встречного движения не обоснованы. Потерпевшая выбежала на его полосу движения, он применил экстренное торможение, но избежать наезда не смог, следы торможения его автомобиля были на его полосе движения, и они были уничтожены в результате обработки проезжей части дороги, где произошло ДТП, пескосмесью. Размер компенсации морального вреда – 500 000 рублей считает завышенным, не соответствующим нравственным страданиям потерпевшей, его материальному положению, а также определенным без учета добровольного возмещения потерпевшей 30 000 рублей на похороны её матери. Кроме того, считает, что судом нарушено его право на защиту вследствие несвоевременной выдачи протокола судебного заседания, который он считает сфабрикованным ввиду отклонения судом замечаний на него. Просит отменить обвинительный приговор и вынести в отношении него оправдательный приговор, гражданский иск в части компенсации морального вреда в размере 500 000 рублей оставить без удовлетворения.

В письменных возражениях на апелляционную жалобу осужденного ФИО1 государственный обвинитель ФИО7, потерпевшая ФИО2, ее представитель ФИО10, считая приговор суда законным, обоснованным, вину осужденного доказанной, основанной на фактических обстоятельствах дела, просят оставить приговор суда без изменения, а апелляционные жалобы осужденного без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления, апелляционных жалоб осужденного, возражений на апелляционные жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Несмотря на то, что ФИО1 вину в содеянном не признал, его вина установлена совокупностью собранных по делу доказательств, исследованных в судебном заседании, подробно изложенных и тщательно проанализированных в приговоре.

Вина ФИО1 подтверждается:

- показаниями потерпевшей ФИО2, согласно которым погибшая ФИО6 приходится ей матерью. О гибели матери ей стало известно от брата. В связи с болезнью сахарным диабетом мать очень плохо ходила и постоянно жаловалась на ноги. На похороны ФИО1 было передано 30000 рублей;

- показаниями свидетеля ФИО12, согласно которым он работает в должности эксперта отдела специальных и физико-химических экспертиз ЭКЦ ГУ МВД России по Воронежской области. 11.12.2016 он выезжал на место происшествия в составе следственной группы и принимал участие в осмотре места происшествия в качестве специалиста. На левой стороне проезжей части были обнаружены фрагменты лакокрасочного покрытия серого цвета на асфальтированной поверхности, а также были обнаружены осыпь смеси грязи со снегом, труп женщины, следы торможения колеса. Все это было им зафиксировано, фрагменты ЛКП - изъяты. Протокол осмотра места происшествия подписан им.

- показаниями свидетеля ФИО30, согласно которым 11.12.2016 в составе следственно-оперативной группы она выезжала на место ДТП, которое произошло на улице 40 лет Октября г. Лиски. Она производила осмотр места ДТП, в котором участвовали понятые, водитель ФИО1, специалист ФИО12, который все фиксировал, производилась фотосъемка. По ее приглашению в осмотре участвовал следователь ФИО9 На момент осмотра места происшествия асфальтированная поверхность была влажной, песка, льда не было, проезжая часть ничем не обрабатывалась. От участвующих лиц, после осмотра места происшествия каких-либо замечаний не поступило. ФИО1 с протоколом осмотра места происшествия был не согласен. На проезжей части, по которой двигался ФИО3, следы торможения, юза отсутствовали;

- показаниями свидетеля ФИО14 – сотрудника ГИБДД, согласно которым в декабре 2016 на патрульном автомобиле он выезжал на место ДТП, которое произошло на <адрес>. Своим автомобилем он перекрыл ту полосу движения, где лежало тело. На месте происшествия он увидел, что на встречной полосе движения автомобиля ГАЗ находилось тело женщины, а также шарф и шапка, были видны следы юза, осыпи и грязи. Дорожное покрытие было мокрое, но гололеда не было. На дорожном покрытии частиц песка не было, и он не видел, чтобы дорожные службы обрабатывали в этом месте участок дороги;

- показаниями свидетелей ФИО15 (т. 1, л.д.158-160) и ФИО16 – сотрудников ДПС, согласно которым, 11 декабря 2016 г. они выезжали на место ДТП, где по указанию государственного инспектора ФИО14, перекрыли место ДТП со стороны ул. Краснознаменная г. Лиски. На месте ДТП было очевидно, что водитель допустил наезд на пешехода на встречной полосе движения. Погибшая лежала около левого края проезжей части, автомобиль находился за левой полосой движения на обочине. К тому моменту, когда они приехали на место ДТП, погода была пасмурная, без осадков, гололеда не было, проезжая часть дороги ничем обработана не была;

- показаниями свидетеля ФИО17, согласно которым в декабре 2016 года он участвовал в качестве понятого на месте данного ДТП. Сотрудники полиции производили замеры, а он и другой понятой ходили вместе с ними. На дороге лежал труп человека, разбросанные вещи - сумка, шапка. От середины проезжей части до автомобиля «Волга» были видны следы торможения, была осыпь грязи, кусочки краски. Он был ознакомлен с протоколом осмотра места происшествия и подписал его. Вещественная обстановка на месте ДТП в их присутствии не менялась и от участников осмотра какие-либо замечания не поступали. Проезжая часть реагентом обработана не была;

- показаниями свидетелей ФИО20, ФИО18, ФИО19, согласно которым 11 декабря 2016 г. они находились на ул. 40 лет Октября г. Лиски. Услышав удар, они вышли на проезжую часть, и увидели лежащего человека, это была женщина. Там же лежали вещи - шапка, шарф, сумка. Труп женщины лежал на противоположной стороне движения автомобиля Волга. Водитель при этом пояснил, что не заметил женщину, которая вышла из-за автобуса. За время их нахождения на месте ДТП никаких дорожных служб не было. ФИО20 сказал водителю выставить знак аварийной остановки и тот поставил его там, где лежали вещи женщины, по середине проезжей части. Движение было перекрыто по той полосе, где лежал труп. Предъявленная им на обозрение в ходе допроса фототаблица соответствует дорожной обстановке на месте ДТП;

- показаниями свидетеля ФИО21, данными им в ходе предварительного следствия, где он показал, что работал водителем на спецмашине - посыпали дороги пескосмесью. При подъезде к месту ДТП, когда он увидел сотрудников полиции, он выключил оборудование, предназначенное для разбрасывания пескосмеси, и проезжая часть на месте ДТП пескосмесью не посыпалась (т. 1, л.д. 221-224). После оглашения данных показаний в судебном заседании свидетель ФИО21 их полностью подтвердил;

- показаниями свидетеля ФИО22, согласно которым он, как руководитель отдела МВД России по Лискинскому району, выезжает на место осмотров происшествий, смотрит, как организована работа на месте происшествия. На место совершения данного ДТП он выезжал, видел, что сбили женщину. Когда приехали все участники следственно-оперативной группы, он сказал, чтобы оформляли с экспертом и все фотографировали;

- протоколом осмотра места происшествия от 11.12.2016, схемой и фототаблицей к нему, согласно которым при производстве осмотра места происшествия установлено место наезда на пешехода ФИО6 на проезжей части ул. 40 лет Октября г. Лиски – полоса движения, предназначенная для движения транспортных средств в направлении ул. Краснознаменная г. Лиски, то есть встречная полоса для движения автомобиля под управлением ФИО1 На месте наезда на пешехода обнаружена и зафиксирована: осыпь грязи; фрагменты лакокрасочного покрытия автомобиля ФИО1 На встречной полосе движения обнаружены следы юза автомобиля ФИО1, зафиксировано расположение трупа ФИО6 на проезжей части в районе левого края проезжей части по ходу движения автомобиля под управлением водителя ФИО1, изъяты фрагменты лакокрасочного покрытия транспортного средства, как с места наезда на пешехода, так и с самого транспортного средства (т.1, л.д.10-17, 23, 24-31, 34-48);

- заключением эксперта № 6/328 от 6 февраля 2017 г., согласно которому в результате ДТП ФИО6 были причинены множественные телесные повреждения, в том числе: полный разрыв нисходящей части грудного отдела аорты; сквозной разрыв межреберных мышц в 3 межреберном промежутке справа, между окологрудинной и переднеподмышечной линиями; сквозной разрыв межреберных мышц в 3 межреберном промежутке слева, между окологрудинной и среднеключичной линиями; отрыв хрящевых частей 3-5 ребер справа от грудины; отрыв хрящевых частей 3-го и 4-го ребер слева от грудины; перелом грудины на уровне 3-го межреберья; перелом 3-го ребра справа по околопозвоночной линии; переломы 4-7-го ребер справа по переднеподмышечной линии; переломы 6,7 ребер справа по переднеподмышечной линии; переломы 3-9 ребер слева между переднеподмышечной и среднеподмышечной линиями; полный перерыв спинного мозга на уровне 4-го грудного позвонка; разрыв межпозвонкового диска между 4 и 5 грудными позвонками, квалифицированные как причинившие тяжкий вред здоровью, так как повлекли за собой вред здоровью, опасный для жизни человека, который по своему характеру непосредственно создает угрозу для жизни, а в данном конкретном случае привели к наступлению смерти на месте дорожно-транспортного происшествия.

Смерть гр-ки ФИО6 наступила от закрытой травмы груди и позвоночника, осложнившейся острой кровопотерей (т. 2, л.д. 8-14);

- заключением эксперта № 675/7-1 от 21 февраля 2017 г, согласно которому лакокрасочное покрытие, фрагменты которого обнаружены на месте наезда на пешехода ФИО6, и лакокрасочное покрытие, образцы которого изъяты с капота автомобиля «ГАЗ 31105», г.н. №, имеют общую родовую принадлежность (т. 2, л.д. 23-38);

- заключением эксперта № 1778-1779/7-1 от 15 марта 2017 г., согласно которому место наезда на пешехода автомобилем «ГАЗ 31105» расположено на стороне проезжей части, предназначенной для движения в сторону ул. Краснознаменная г. Лиски, в месте локализации на проезжей части осыпи земли и фрагментов ЛКП. Остановочный путь автомобиля «ГАЗ 31105», при экстренном торможении в условиях места происшествия составлял около 45.8 м, расстояние от места наезда, на котором находился данный автомобиль в момент начала движения пешехода на пути, указанном в исходных данных (7 м. и 8.3 м), составляло 146.3 – 220.4 м. В условиях данного происшествия водитель автомобиля «ГАЗ 31105» располагал технической возможностью предотвратить наезд на пешехода экстренным торможением с остановкой автомобиля до линии движения пешехода (т. 2, л.д. 78-85);

- заключением эксперта № 6256-6257 от 8 августа 2017 г., согласно которому остановочный путь автомобиля «ГАЗ 31105» при экстренном торможении в условиях места происшествия составлял 21.8 - 46.8 м. Скорость движения автомобиля «ГАЗ-31105», к моменту начала торможения 16.5 м.-27.4 км/час., расстояние от места наезда, на котором находится автомобиль «ГАЗ-31105», в момент начала движения пешехода на пути, указанном в исходных данных, составило 11.9 м.- 87.5 м, в условиях данного происшествия водитель автомобиля ГАЗ-31105 располагал технической возможностью предотвратить наезд на пешехода экстренным торможением с остановкой автомобиля до линии движения пешехода. Расстояние от места наезда, на котором находится автомобиль «ГАЗ-31105» в момент начала движения пешехода на пути, указанном в исходных данных, составило 101.2 м.- 159.6 м. (т. 3, л.д.101-109).

Вина ФИО1 подтверждается и другими исследованными судом доказательствами.

Принимая во внимание совокупность доказательств, суд пришел к обоснованному выводу о том, что все имеющиеся доказательства исключают версию ФИО1 о его невиновности и подтверждают его вину в совершении инкриминируемого ему преступления при обстоятельствах, изложенных в приговоре с приведением мотивов принятого решения.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, фактические обстоятельства совершенного ФИО1 преступления, изложенные в приговоре, соответствуют как предъявленному осужденному обвинению, так и обстоятельствам, установленным в судебном заседании, основаны на доказательствах, проверенных судом.

Всем доказательствам суд дал надлежащую оценку с точки зрения их относимости, допустимости, достоверности, а в совокупности - достаточности для разрешения дела.

Какие-либо неустранимые судом существенные противоречия в доказательствах, требующие их истолкования в пользу осужденного, которые могли повлиять на выводы суда о доказанности вины осужденного или на квалификацию его действий, вопреки доводам апелляционной жалобы осужденного, по делу отсутствуют.

Доводы осужденного ФИО1 о том, что потерпевшая выбежала на его полосу движения, он применил экстренное торможение, но избежать наезда не смог, не состоятельны, поскольку они опровергаются собранными по делу доказательствами: протоколом осмотра места происшествия, схемой и фототаблицей к нему, которые суд первой инстанции признал законными и обоснованными, отраженная в них обстановка на месте ДТП подтверждается совокупностью других исследованных судом доказательств, в том числе показаниями свидетелей ФИО12, ФИО30, ФИО15, ФИО14, ФИО16, ФИО23, ФИО24, ФИО18, ФИО19, ФИО25, ФИО20, ФИО26, ФИО27, ФИО28, ФИО29, ФИО21, ФИО17, ФИО9, которые суд признал правдивыми и допустимыми, а также заключениями автотехнических экспертиз, выводы которых не вызывают каких-либо сомнений в их законности, и так же полностью опровергают доводы осужденного.

Утверждение ФИО1 о фальсификации дорожной обстановки на месте происшествия, заинтересованности сотрудников полиции и других свидетелей обвинения является необоснованным и опровергается собранными по делу и исследованными судом первой инстанции доказательствами.

Доводы осужденного о том, что следы тормозного пути от его автомобиля находились на его полосе движения, а знак аварийной остановки был перенесен следователем ФИО9 на встречную полосу движения, также являются несостоятельными. В обоснование указанных доводов осужденный ФИО1 ссылается на свидетеля ФИО20, который сказал ему выставить знак аварийной остановки в конце его тормозного пути, подтвердив, якобы, что наезд произошёл на его полосе движения.

Однако допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО20 показал, что он действительно сказал водителю ФИО1 выставить знак аварийной остановки и тот поставил его там, где лежали вещи женщины, по середине проезжей части дороги. Труп женщины и её вещи лежали на противоположной стороне движения автомобиля ФИО1

Необоснованными являются и доводы апелляционной жалобы осужденного о том, что в осмотре места происшествия не участвовал эксперт ФИО12

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля эксперт ФИО12 показал, что 11.12.2016 он выезжал на место происшествия в составе следственно-оперативной группы и принимал участие в осмотре места происшествия в качестве специалиста. Вся обстановка на месте происшествия им была зафиксирована. Протокол осмотра места происшествия подписан им.

Факт нахождения понятого ФИО4 при осмотре места происшествия в состоянии алкогольного опьянения ничем не подтверждается.

Необоснованными являются и доводы апелляционной жалобы осужденного о незаконном участии в осмотре места происшествия следователя ФИО9

Судом первой инстанции установлено, что осмотр места происшествия производился следователем ФИО30, которая дежурила в следственно-оперативной группе, согласно графику дежурств.

Допрошенная в качестве свидетеля следователь ФИО30 суду пояснила, что следователь ФИО9 участвовал в осмотре места происшествия по её просьбе, прибыл на место происшествия вместе со следственно-оперативной группой.

Подробно анализируя результаты осмотра места происшествия от 11.12.2016, судом мотивированно отвергнуты в этой связи доводы стороны защиты об оформлении данного следственного действия с нарушениями закона и, соответственно, мотивированно указано о признании данного доказательства допустимым.

Как установлено исследованными в ходе судебного заседания протоколом осмотра места происшествия, схемой и фототаблицей к нему, порядок производства этого следственного действия, предусмотренный ст. 177 УПК РФ, органами предварительного следствия нарушен не был, цель выяснения имеющих значение для уголовного дела обстоятельств соблюдена, оснований сомневаться в зафиксированных в них обстоятельствах, в том числе в части процедуры изъятия с места происшествия вещественных доказательств, а также соответствия действительности отраженных в протоколе обстоятельств ДТП, у суда не имелось.

Оснований ставить под сомнение фактическое участие в следственном действии указанных в протоколе лиц также не установлено. Участвующим лицам, в том числе и понятым, были разъяснены их права, все они были ознакомлены с содержанием протокола, о чем свидетельствуют их подписи, каких-либо возражений и заявлений от них не поступило. Изложенные обстоятельства были подтверждены в судебном заседании и показаниями лиц, участвовавших в осмотре места происшествия, подтвердивших ход и результаты следственного действия, отраженного в протоколе, в том числе и факт разъяснения прав ФИО1

У суда отсутствовали и основания полагать, что оспоренные вещественные доказательства, изъятые с места происшествия – фрагменты ЛКП, получены при иных, не связанных с производством следственных действий, обстоятельствах. Фактов необходимости создания органами следствия искусственных доказательств судом не установлено.

Довод осужденного о нарушении его права на защиту в связи с отсутствием при осмотре места происшествия адвоката, суд апелляционной инстанции считает несостоятельным, принимая во внимание, что нормы уголовно-процессуального законодательства такого обязательного требования для данного действия не содержат, тем более, как сам указывает осужденный ФИО1 в апелляционной жалобе, ему был предложен адвоката ФИО10, от услуг которого он отказался, а по его ходатайству, заявленному в ходе осмотра места происшествия, в этот же день – 11.12.2016 была допущена защитник ФИО11 (т. 1, л.д. 60).

Не нашли своего подтверждения и доводы осужденного о том, что место ДТП было обработано до его осмотра пескосмесью, которую, по его мнению, впоследствии приняли за «осыпь грязи», и в связи с этим неправильно определили место наезда.

Суд первой инстанции обоснованно признал допустимым доказательством показания свидетеля ФИО21, работавшего водителем на спецмашине, посыпавшей дороги пескосмесью, данные им в ходе предварительного следствия, где он показал, что при подъезде к месту ДТП, когда он увидел сотрудников полиции, он выключил оборудование, предназначенное для разбрасывания пескосмеси, и проезжая часть на месте ДТП пескосмесью не посыпалась (т. 1, л.д. 221-224). После оглашения данных показаний в судебном заседании свидетель ФИО21 их полностью подтвердил.

Его показания полностью подтверждаются показаниями свидетелей ФИО12, ФИО30, ФИО15, ФИО14, ФИО17, ФИО20, ФИО18, ФИО19, которые, каждый в отдельности, однозначно показали, что ни до осмотра места происшествия, ни во время осмотра, проезжая часть на месте ДТП пескосмесью не посыпалась.

Поэтому справка МУП Лискидор от 21.03.2017, согласно которой ул. 40 лет Октября г. Лиски 11.12.2016 была обработана ПГС в 08 часов 30 минут (т. 2, л.д. 233), а также данные Росгидромет о погодных условиях 11.12.2016 (т. 2, л.д. 236), на которые ссылается в апелляционных жалобах осужденный ФИО1, не ставят под сомнение законность и обоснованность приговора, т.к. судом первой инстанции установлено, что дороги действительно посыпались пескосмесью утром 11.12.2016, однако, место ДТП пескосмесью не обрабатывалось.

Необоснованными являются и доводы апелляционной жалобы осужденного о том, что суд не дал оценки заключению эксперта № 6256-6257 от 08.08.2017 (т. 3, л.д. 101-109).

Данное заключение эксперта исследовалось судом, оно не ставит под сомнение выводы суда о виновности осужденного ФИО1, в приговоре ему дана надлежащая оценка в совокупности с другими доказательствами, подтверждающими виновность осужденного в совершении вменяемого ему преступления.

Суд первой инстанции подробно исследовал вопрос о причинах дорожно-транспортного происшествия, и дал надлежащую оценку всем заключениям проведенных по делу экспертиз, оценив их в совокупности с другими доказательствами.

Экспертизы, положенные в основу обвинительного приговора в отношении ФИО1, проведены экспертами, имеющими длительный стаж работы, выводы экспертов, изложенные в заключениях подробны, мотивированы, не противоречат материалам дела, ясны и понятны, дополняют друг друга, не вызывают сомнений в своей объективности, имевшиеся неясности устранены судом путем допроса эксперта ФИО31 в судебном заседании. Существенных противоречий о значимых для дела обстоятельствах в показаниях эксперта ФИО31 не содержится, в связи с чем его показания обоснованно использованы судом в качестве доказательства по делу.

Суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для того, чтобы подвергнуть сомнению научную обоснованность выводов экспертов. Предметом экспертного исследования были все юридически значимые для правильного разрешения поставленных вопросов обстоятельства.

Показания свидетелей обвинения, приведенные в приговоре в качестве доказательств вины осужденного, суд обоснованно признал допустимыми и достоверными, т.к. оснований для оговора ими осужденного или умышленного искажения фактических обстоятельств дела судом не установлено, их показания получены в соответствии с требованиями УПК РФ, не противоречивы, согласуются не только между собой, но и с другими письменными доказательствами по делу.

Надлежащая оценка дана судом показаниям свидетелей защиты, которые оценены путем сопоставления их с другими доказательствами, имеющимися в уголовном деле.

Вопреки доводам жалобы осужденного, суд дал надлежащую оценку и показаниям свидетелей ФИО8 Её показания оценивались судом в совокупности с другими доказательствами и не подтверждают с достоверностью невиновность осужденного ФИО1

Суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для исключения положенных в основу приговора доказательств, поскольку все они получены в соответствии с требованиями ст.ст. 74, 86 УПК РФ и проверены судом в соответствии с требованиями ст. 87 УПК РФ.

Всем исследованным по делу доказательствам суд дал надлежащую оценку, раскрыл их содержание и привел всесторонний анализ, указав, почему одни из них признал достоверными, а другие – отверг.

Несвоевременное вручение копии протокола судебного заседания не может быть признано судом апелляционной инстанции нарушением права на защиту осужденного, как на то указывает автор апелляционной жалобы.

Замечания, принесенные осужденным ФИО1 на протокол судебного заседания, были рассмотрены председательствующим судьей в соответствии с требованиями, предусмотренными ст. 260 УПК РФ.

Оценив содержание протокола судебного заседания суда первой инстанции в совокупности с материалами уголовного дела, суд апелляционной инстанции считает, что замечания ФИО1 на протокол судебного заседания не влияют на обоснованность выводов суда о его виновности в совершении вменяемого ему преступления и не являются основанием для отмены или изменения приговора. Постановление об отклонении его замечаний на протокол судебного заседания осужденным не обжаловано.

Несостоятельным следует признать также довод осужденного ФИО1 о допущенном в ходе производства по уголовному делу нарушении его права на защиту в связи с тем, что осуществлявшая его защиту в ходе досудебного производства и в судебном заседании адвокат ФИО11 ненадлежащим образом осуществляла его защиту.

Согласно ч. 1 ст. 48 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется право на получение квалифицированной юридической помощи.

Установленная процедура судопроизводства гарантирует подсудимому оказание правовой помощи со стороны защитника на всех стадиях судебного разбирательства.

Защиту осужденного ФИО1 в ходе предварительного следствия и в судебном заседании осуществляла адвокат ФИО11 (т. 1, л.д. 60), которая приступила к осуществлению его защиты с 11.12.2016, т.е. в день совершения им ДТП.

Из протокола судебного заседания следует, что позиция защиты адвоката ФИО11 не противоречила позиции защиты, избранной осужденным ФИО1 Адвокат ФИО11 принимала активное участие в исследовании доказательств, заявляла ходатайства, задавала вопросы свидетелям, выясняя обстоятельства дела, высказывала в ходе судебного следствия и в прениях сторон согласованную с ФИО1 позицию, то есть надлежаще осуществляла его защиту.

ФИО1 ни в ходе предварительного следствия, ни в судебном заседании не отказывался от услуг адвоката ФИО11

Отвода защитнику ФИО11, в порядке ст. 72 УПК РФ, ФИО1 также не заявлялось.

Мнение осужденного о желаемой большей активности адвоката в процессе не является основанием для признания того, что адвокат ненадлежаще выполнял свои обязанности, в связи с чем суд апелляционной инстанции считает, что право осужденного на защиту нарушено не было.

Доводы осужденного о том, что суд, рассматривавший данное уголовное дело занял позицию обвинения, также ничем не подтверждаются. Материалами уголовного дела не установлено заинтересованности председательствующего судьи при рассмотрении уголовного дела. Из протокола судебного заседания следует, что право на заявление отводов подсудимому и защитнику было разъяснено и в данном праве они ограничены не были. Отводов председательствующему судье по основаниям, предусмотренным ст. ст. 61, 62 УПК РФ, осужденным и его защитником не заявлялось. Ссылка осужденного ФИО1 на то, что его ходатайства были отклонены, не свидетельствует ни о заинтересованности, ни о необъективности председательствующего судьи.

Из протокола судебного заседания видно, что судом были созданы сторонам все необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. Сторона обвинения и сторона защиты активно пользовались правами, предоставленными им законом, в том числе исследуя представляемые доказательства, участвуя в разрешении процессуальных вопросов. Основанные на законе мнения и возражения сторон судом принимались во внимание. Стороны не были ограничены в возможности задавать вопросы допрашиваемым лицам и непосредственно исследовать доказательства, в том числе вещественные.

Все заявленные осужденным ФИО1 и его защитником ходатайства были разрешены судом в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и в зависимости от их значения для правильного разрешения дела, с принятием по ним должных решений. Решения суда по этим ходатайствам сомнений в своей законности и обоснованности не вызывают.

Каких-либо данных, свидетельствующих о незаконном и необоснованном отклонении, либо не рассмотрении судом ходатайств осужденного и его защитника, судом апелляционной инстанции не установлено. Таким образом, принцип состязательности и равноправия сторон по делу соблюден. В ходе судебного разбирательства стороны не были ограничены в праве представления доказательств, имеющих значение для данного дела. В судебном заседании исследованы все существенные для дела доказательства, представленные сторонами, правильно разрешены все имеющиеся ходатайства по делу, исходя из требований относимости, допустимости и достаточности, необоснованных отказов стороне защиты в исследовании доказательств, которые могли иметь существенное значение для исхода дела, по делу не допущено.

Иные доводы апелляционных жалоб осужденного не опровергают выводы суда о доказанности его вины в совершении вменяемого ему преступления, и не могут повлечь за собой необходимость отмены приговора, кроме того, все они выдвигались в суде первой инстанции и подвергались судом тщательной проверке, их оценка дана в приговоре суда.

Несогласие осужденного с выводами суда по оценке доказательств, не свидетельствует об их недопустимости либо недостоверности.

Оснований для иной оценки доказательств, о чем по существу ставится вопрос в апелляционных жалобах осужденного, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Нарушений уголовно-процессуального закона, которые могли бы повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения, судом первой инстанции допущено не было.

Оценив совокупность собранных по делу доказательств, суд обоснованно квалифицировал действия ФИО1 по ч. 3 ст. 264 УК РФ.

При назначении наказания суд первой инстанции принял во внимание характер и степень общественной опасности преступления, совершенного ФИО1 по неосторожности, которое относится к категории средней тяжести, данные о его личности, положительные характеристики с места жительства и работы.

В качестве обстоятельств, смягчающих его наказание, суд признал совершение преступления впервые, частичное возмещение потерпевшей затрат на похороны матери в сумме 30 000 рублей, а так же состояние его здоровья и состояние здоровья его престарелой матери.

Обстоятельств, отягчающих наказание осужденного ФИО1, судом не установлено.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что данные о личности осужденного, влияющие на наказание, судом первой инстанции учтены всесторонне и объективно.

Судом первой инстанции обсуждался вопрос о возможности назначения ФИО1 наказания с применением ст. 64 УК РФ, однако, достаточных оснований для этого установлено не было.

Судом апелляционной инстанции также не установлено исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного ФИО1 преступления, которое позволило бы применить к нему правила, предусмотренные ст. 64 УК РФ.

Решение о назначении осужденному наказания в виде лишения свободы и назначении дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, суд объективно мотивировал в приговоре.

При указанных обстоятельствах, назначенное ФИО1 наказание нельзя признать чрезмерно суровым, по своему виду и размеру оно отвечает закрепленным в уголовном законодательстве РФ целям исправления осужденного, а также принципам справедливости и гуманизма.

С учетом всех обстоятельств дела, суд правильно указал на отсутствие оснований для применения ст. 73 УК РФ.

Не согласиться с указанными выводами у суда апелляционной инстанции оснований не имеется, как не имеется и оснований для применения ч. 6 ст. 15 УК РФ.

Вид исправительной колонии, в соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 58 УК РФ, в которой ФИО1 должен будет отбывать наказание, судом определен правильно.

Доводы осужденного о том, что суд не в полной мере учел состояние его здоровья, наличие заболевания легких, требующего постоянного лечения и наблюдения у соответствующих врачей-специалистов, что, по его мнению, является препятствием для нахождения в местах лишения свободы, суд апелляционной инстанции считает необоснованными.

В случае подтверждения факта невозможности нахождения в местах лишения свободы по состоянию здоровья, в порядке, определенном Постановлением Правительства РФ от 6 февраля 2004 г. N 54, вопрос о возможности дальнейшего пребывания осужденного в местах лишения свободы может быть решен администрацией исправительного учреждения по месту отбывания наказания.

Не подлежат удовлетворению и доводы апелляционной жалобы осужденного о снижении размера компенсации морального вреда, взысканного с него в пользу потерпевшей. Размер компенсации морального вреда, определен судом правильно, с учетом фактических обстоятельств дела, нравственных страданий потерпевшей, причиненных ей в результате гибели её матери, а также материальное положения осужденного.

Сам осужденный указывает, что 30 000 рублей им было возмещено потерпевшей на похороны матери, т.е. в возмещение материального вреда. Поэтому суд обоснованно не учел данную сумму в счет компенсации морального вреда.

Оснований для снижения размера компенсации морального вреда, взысканного с осужденного в пользу потерпевшей, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции соглашается с доводами государственного обвинителя о неправильном учете в качестве обстоятельства, влияющего на размер наказания, привлечение ФИО1 к административной ответственности за нарушение правил дорожного движения в виде превышения установленной скорости движения, поскольку указанное обстоятельство не отнесено законодателем к обстоятельствам, отягчающим наказание, перечень которых установлен ст. 63 УК РФ и является исчерпывающим.

В связи с этим указанное обстоятельство подлежит исключению из приговора со снижением наказания за инкриминируемое осужденному преступление.

Кроме того, в описательно-мотивировочной части приговора суд указал, что признает за ФИО2 право на удовлетворение гражданского иска в части взыскания материального ущерба и издержек на оплату услуг адвоката, проезда к месту судебного заседания и обратно, и передает решение вопроса о размере возмещения причиненного ущерба для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства, не указав в резолютивной части приговора решение по предъявленному гражданскому иску в части взыскания материального ущерба.

Вместе с тем, в силу ст. 309 УПК РФ и п. 29 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2016 г. № 55 «О судебном приговоре», резолютивная часть приговора должна быть изложена таким образом, чтобы не возникало сомнений и неясностей при его исполнении. В резолютивной части приговора должны быть приведены решения суда по каждому вопросу, указанные в статьях 308 и 309 УПК РФ, разрешаемых судом по данному делу, в том числе по предъявленному гражданскому иску.

В связи с этим суд апелляционной инстанции считает необходимым дополнить резолютивную часть приговора указанием на признание за потерпевшей ФИО2 права на удовлетворение гражданского иска, передав вопрос о размере возмещения гражданского иска для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

Кроме того, суд необоснованно передал решение вопроса о размере процессуальных издержек на оплату услуг адвоката, проезда к месту судебного заседания и обратно для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

На основании части 3 статьи 42 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации потерпевшему обеспечивается возмещение расходов, понесенных в связи с его участием в ходе предварительного расследования и в суде, согласно требованиям статья 131 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 34 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 июня 2010 г. N 17 "О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве", указанные расходы, подтвержденные соответствующими документами, в силу пункта 9 части 2 статьи 131 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации относятся к иным расходам, понесенным в ходе производства по уголовному делу, которые взыскиваются с осужденных или возмещаются за счет средств федерального бюджета как процессуальные издержки (часть 1 статьи 132 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

Если суд в приговоре в нарушение пункта 3 части 1 статьи 309 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации не разрешил вопрос о распределении процессуальных издержек, эти вопросы могут быть разрешены в порядке исполнения приговора в соответствии с главой 47 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

Таким образом, вопрос о взыскании процессуальных издержек потерпевшей, понесенных в результате участия в уголовном деле, подлежит разрешению не в порядке гражданского судопроизводства, а в порядке исполнения приговора в соответствии с главой 47 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

При таких обстоятельствах приговор в части взыскания процессуальных издержек в пользу потерпевшей нельзя признать законным и обоснованным, он подлежит отмене, а поскольку в суде апелляционной инстанции установленные обстоятельства не могут быть устранены и восполнены, т.к. необходимо истребование дополнительных доказательств в обоснование процессуальных издержек, что невозможно без отложения судебного разбирательства, в силу ч. 1 ст. 389.22 УПК РФ, дело подлежит направлению на новое судебное рассмотрение в порядке ст.ст. 397, 399 УПК РФ, при котором следует учесть изложенное и принять по указанному вопросу законное, обоснованно и мотивированное решение,

На основании изложенного, руководствуясь п. 9 ч. 1 ст. 389.20, ст. ст. 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

Приговор Лискинского районного суда Воронежской области от 6 февраля 2018 г. в отношении осужденного ФИО5 изменить, удовлетворив апелляционное представление государственного обвинителя:

- исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание на учет при назначении наказания привлечение ФИО1 к административной ответственности за нарушение правил дорожного движения в виде превышения установленной скорости движения;

- смягчить ФИО5 основное наказание, назначенное по ч. 3 ст. 264 УК РФ, до 1 (одного) года 11 (одиннадцати) месяцев лишения свободы;

- дополнить резолютивную часть приговора указанием на признание за потерпевшей ФИО2 права на удовлетворение гражданского иска, передав вопрос о размере возмещения гражданского иска для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

Этот же приговор в части взыскания с осужденного ФИО5 процессуальных издержек в пользу потерпевшей ФИО2 отменить.

Материалы дела в этой части направить на новое рассмотрение в порядке ст.ст. 397, 399 УПК РФ в тот же суд, иным составом суда.

В остальной части этот же приговор оставить без изменения, а апелляционные жалобы осужденного ФИО1 – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в вышестоящий суд в порядке, установленном главами 47.1, 48.1 УПК РФ.

Судья: