Решение № 2-1133/2018 2-1133/2018 ~ М-694/2018 М-694/2018 от 7 мая 2018 г. по делу № 2-1133/2018

РЕШЕНИЕ Именем Российской Федерации

08 мая 2018 года город Иркутск

Свердловский районный суд г. Иркутска в составе:

председательствующего судьи Жильчинской Л.В.,

при секретаре судебного заседания Витюговой Е.О.,

с участием истца ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело 2-1133/2018 по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «КАРИ» о взыскании премии, заработной платы, денежной компенсации за задержку причитающихся выплат, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в Свердловский районный суд г. Иркутска с указанным иском к ООО «Кари» о взыскании премии, заработной платы, денежной компенсации за задержку причитающихся выплат, компенсации морального вреда.

В обоснование исковых требований указал, что с <Дата обезличена> работал в ООО «КАРИ» в должности продавца-консультанта. Был установлен плавающий график работы, время на обед и отдых фактически не было установлено. Рабочее время согласно графику работы ТЦ «Лермонтов» и самого магазина Кари с 10-00 часов до 20-00 часов, без перерыва на обед, и без выходных и праздничных дней. ФИО1 по просьбе работодателя в лице директора иркутской сети магазинов ФИО4 приходил каждый рабочий день на рабочее место в 09-30 часов. До официального открытия магазина производилась уборка помещения и планёрка, что фиксировалось в специальной корпоративной программе на рабочем компьютере, время ухода также фиксировалось. За время работы им (ФИО1) добросовестно исполнялись все рабочие обязанности, правила внутреннего трудового распорядка. Согласно пункту трудового договора 1.6 ФИО1 привлекался к сверхурочным работам, такие работы возникали на протяжении всего рабочего периода и с 18-00 часов до 20-00 часов. Помимо этого, он 2 раза в неделю выполнял дополнительные работы, не связанные с профессиональной деятельностью и не включенные в условия трудового договора, а именно мытье полов площадью от 50 до 150 кв.м. 28.11.2017 его (ФИО1) уведомили о переводе на другую должность с 18.11.2017 и о том, что премиальную часть заработной платы за ноябрь за него получит другой человек, поставленный на эту должность. 30.11.2017 ФИО1 вышел на больничный по 04.12.2017, с 05.12.2017 уволился по собственному желанию. Трудовую книжку вернули только 12.12.2017 по неуважительным причинам, что затруднило ФИО1 поиск работы. 07.12. и 08.12.2017 были выплаты заработной платы, аванс – 7736,87 рублей и основная часть без премии – 14721,45 рубль. Премиальных выплат не производилось. Полагает, что премия не была выплачена в связи с увольнением. Считает, что имеет право на получение компенсации за 15 неизрасходованных дней отпуска в размере 16920,45 рублей, которая также не была выплачена. 09.01.2018 была выплата больничных в размере – 870,10 рублей, однако выплата произведена не в полном объеме и должна составлять 964,8 рубля. За сверхурочные работы за июль 20 часов, август 44 часа, сентябрь 40 часов, октябрь 42 часа, ноябрь 42 часа всего 188 часов, согласно тарифной ставке в договоре 72,9 рубля за 1 час работы, ответчик должен оплатить 17885,3 рублей. Данные сверхурочные работы не оплачены. Также истцом выполнялась дополнительная работа по совместительству по уборке помещений (мытье полов 50-150 кв.м., вынос мусора и макулатуры). В связи с чем, полагает, что заработная плата за уборку помещений должна рассчитываться исходя из размера МРОТ по Иркутской области – 9 489 рублей и составляет за 4 месяца 33022 рубля. С 17.12.2017 по 22.02.2018 ответчиком была задержана выплата заработной платы на 78 календарных дней. Размер компенсации за задержку заработной платы составляет 2446,80 рублей. С первых дней увольнения ФИО1 просил выдать все документы, затрагивающие его права как работника, на что ему было отказано со ссылкой на внутренние правила. Просьбы разобраться в ошибках также вызывали негативные эмоции у непосредственного руководителя ФИО5 Личные запросы письменно брать отказывались, в связи с чем им на бумаге были изложены требования и направлены в центральный офис в г. Москва и по месту непосредственного осуществления трудовой деятельности в г. Иркутске. 10.02.2017 была написана жалоба в Трудовую инспекцию г. Иркутска. Действиями ответчика истцу были причинены нравственные и моральные страдания.

На основании изложенного истец просил суд взыскать с ООО «КАРИ» в пользу ФИО1:

- премию за ноябрь 2017 года по должности продавца;

- компенсацию за неиспользованный отпуск в размере 16920,45 рублей;

- заработную плату за сверхурочные работы в размере 17885,30 рублей;

- заработную плату за уборку помещения в размере 33022,00 рубля;

- компенсацию за задержку причитающихся выплат в размере 2446,80 рублей;

- компенсацию морального вреда в размере 30500,00 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал в полном объеме, настаивал на их удовлетворении, по существу повторив доводы искового заявления. Дополнительно суду пояснил, что заработную плату получал через платежный центр на счет электронной карты, открытый работодателем при оформлении трудового договора. Ответчиком не была начислена премия, несмотря на выполнение всех условий для её начисления, а именно выполнение трудовых обязанностей, отсутствие пропусков, соблюдение трудовой дисциплины и выполнение плана продаж. Начисление премии косвенно подтверждается расчетными листками. С момента заключения трудового договора и до момента увольнения в отпуск не ходил, компенсация за отпуск была начислена, но не была выплачена. Сверхурочные работы выполнялись им по должности продавца-кассира, также им выполнялись работы по выносу макулатуры. Моральный вред выразился в том, что 3 месяца с декабря 2017 по февраль 2018он пытался в досудебном порядке разрешить вопрос с директором магазина Буровой, но она отказала, в связи с чем, пришлось долго выпрашивать документы, поясняли, что ничем не обязаны. Трудовой кодекс не работает, работают правила фирмы. Из-за отрицательных характеристик от ООО «КАРИ» и конфликтных отношений не может найти работу. 5 декабря пришел за трудовой книжкой, в итоге книжку не выдали, а сказали, что позвонят, как придет. Трудовую книжку отправили через 2 недели курьером, которую он получил 12.12.2017. О возможности получить трудовую книжку сообщили только 11.12.2017.

В судебное заседание представитель ответчика ООО «КАРИ» не явился, о времени и месте его проведения извещен надлежащим образом, представил в суд письменные возражения на иск, в которых указал, что исковые требования не подлежат удовлетворению и противоречат трудовому договору. Согласно пункту 1.3. Трудового договора ФИО1 установлен скользящий (гибкий) график работы и суммированный учет рабочего времени. Пунктом 1.4. Трудового договора ФИО1 установлена среднегодовая часовая тарифная ставка в размере 72,9 (семьдесят два рубля 90 копеек) в час, а также указано, что заработная плата начисляется исходя из установленной среднегодовой часовой тарифной ставки и фактически отработанного времени. Истцом вышеуказанные факты не опровергаются, подтверждаются содержанием искового заявления от 20.03.2018. Учитывая фактически отработанное ФИО1 время работы, отраженное в табелях учета рабочего времени, утвержденных Постановлением Госкомстата РФ от 05.01.2004 N 1 "Об утверждении унифицированных форм первичной учетной документации по учету труда и его оплаты", факт сверхурочной работы ФИО1 не установлен. За оспариваемый период ФИО1 согласно табелям учета рабочего времени отработано и как следствие начислено: июль 2017 года 80 час.х 72,9 руб./час + 3793,10 районный коэффициент + 3793,10 северная надбавка + 6811,68 премия = 20229,88 рублей; за удержанием НДФЛ - 07.08.2017 года выплачена заработная плата 17599,88 рублей; август 2017 года 164,25 час.х 72,9 руб./час + 1 749,60 районный коэффициент + 4 500,40 районный коэффициент + 1 749,60 северная надбавка + 4 500,40 северная надбавка + 8 859,50 премия = 33 333,33 руб., за удержанием НДФЛ - 22.08.2017 выплачен аванс в размере 8118, 20 руб. и 06.09.2017. - заработная плата в размере 20882,13 руб. Сентябрь 2017 года 156,25 час. х 72,9 руб./час + 6 827,51 районный коэффициент + 6827,51 северная надбавка + 11 367,72 премия = 36 413,37 руб., за удержанием НДФЛ- 21.09.2017 выплачен аванс в размере 8548,93 руб., 06.10.2017. заработная плата в размере 23 130,44 руб. Октябрь 2017 года 164,25 час.х 72,9 руб./час + 6 724,14 районный коэффициент + 6 724,14 северная надбавка + 10 439,96 премия = 35 862,07 руб., за удержанием НДФЛ - 18.10.2017 выплачен аванс в размере 8 118,20 руб., 07.11.2017 - заработная плата в размере 23 081,87 руб. Ноябрь 2017 года 164,25 час.х 72,9 руб./час +1 924,56 районный коэффициент + 1 667,59 районный коэффициент + 1 924,56 северная надбавка + 1 667,59 северная надбавка = 19 158,13 руб., за удержанием НДФЛ- 21.11.2017 выплачен аванс в размере 8 930,32 руб., 07.12.2017 заработная плата в размере 7 736,81 руб. Декабрь 2017 года 16920,45 руб. компенсация отпуска при увольнении, за удержанием НДФЛ - выплачена 08.12.2017 в сумме 14 721,45 руб.

В связи с тем, что оригинал листа нетрудоспособности <Номер обезличен> в адрес ООО «КАРИ» поступил 26 декабря, то пособие выплачено в ближайший день выплаты заработной платы 09.01.2018.

ООО «КАРИ» приказов или распоряжений о привлечении ФИО1 с его письменного согласия к сверхурочным работам в период с июля 2017 года по декабрь 2017 года включительно не издавались. Обстоятельства для привлечения Работодателем к сверхурочной работе ФИО1 без его согласия отсутствовали. Факт перечисления заработной платы на карту <Номер обезличен> принадлежащую ФИО1 подтверждается выпиской предоставленной РИКО «Платежный Центр» (ООО), осуществляющей переводы заработной платы на карты работников ООО «КАРИ». Вышеуказанные зачисления заработной платы на карту ФИО1 также отражены в выписке РНКО «Платежный Центр» (ООО), предоставленной Истцом в приложении к исковому заявлению и истцом не опровергаются. Утверждение Истца о том, что его привлекали к дополнительной работе по совместительству голословно и не подтверждено материалами дела. Согласно ст. 56 ГПК каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Со своей стороны ООО «КАРИ» поясняет, что Приказов о приеме на работу ФИО1 по совместительству не издавалось и не могло издаваться, так как должность «уборщик магазина» в ООО «КАРИ» и его обособленных подразделениях отсутствует. Уборку обособленных подразделений ООО «КАРИ» (магазинов) оказывают Клининговые компании, на основании заключённых договоров оказания услуг. Утверждение Истца о том, что ему не выплатили начисленную премию за ноябрь 2017 года, противоречит Трудовому договору ФИО1 и фактическим обстоятельствам дела. В ноябре 2017 г. ФИО1 премия не начислялась, что подтверждается расчетным листком, в связи с чем, требовать ее выплаты Истец не имеет права. Кроме того в представленном исковом заявлении ФИО1 от 20.03.2018 отсутствует расчет премии, которая со слов истца ему была начислена, но не выплачена. Ввиду того, что ФИО1 при трудоустройстве не были предоставлены данные за время работы у другого работодателя, то расчет производился изМРОТ, с учетом страхового стажа. Выплата пособия осуществлена в полном объеме. Утверждение Истца о том, что в день увольнения ему не была выдана трудовая книжка, противоречит факту его отсутствия в день увольнения на рабочем месте, а также его заявлению-согласию на отправку трудовой книжки почтой. В адрес ООО «КАРИ» 29.11.2017 от ФИО1 поступило заявление на отправку его трудовой книжки почтой, в связи с чем, а также учитывая факт его отсутствия 05.12.2017 (день увольнения) на рабочем месте, его трудовая книжка была выслана по адресу, указанному в заявлении, что подтверждается квитанцией курьерской службы КСЭ <Номер обезличен>. Также неубедительным является заявление Истца о том, что отсутствие трудовой книжки затруднило ему поиск работы, так как поиск работы, в том числе, подразумевает действия по размещению резюме соискателя на сайтах в сети интернет и собеседования с потенциальным работодателем. Истцом также не предоставлены доказательства подтверждающие, что в период с 05.12.2017 по 12.12.2017 он пытался трудоустроиться к другому работодателю, и ему было отказано в приеме на работу в связи с отсутствием трудовой книжки. На основании изложенного, представитель ответчика ООО «КАРИ» просил суд в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать.

Суд, с учетом мнения истца, рассматривает дело в отсутствие представителя ответчика в порядке ч. 4 ст. 167 ГПК РФ

Суд, заслушав пояснения истца, изучив письменные возражения (отзыв) ответчика, исследовав материалы гражданского дела, приходит к выводу о частичном удовлетворении исковых требований ФИО1 по следующим основаниям.

Согласно ст.15 Трудового кодекса Российской Федерации (ТК РФ) трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

В соответствии с ч. 1 ст. 16 ТК РФ трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом.

В соответствии со ст. 61 ТК РФ трудовой договор вступает в силу со дня его подписания работником и работодателем, если иное не установлено федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации или трудовым договором, либо со дня фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя.

Согласно ст. 67 ТК РФ трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами. Один экземпляр трудового договора передается работнику, другой хранится у работодателя. Получение работником экземпляра трудового договора должно подтверждаться подписью работника на экземпляре трудового договора, хранящемся у работодателя.

Судом установлено, что истец ФИО1 состоял в трудовых отношениях с ООО «КАРИ» в должности продавца-кассира в период с 20.07.2017 по 05.12.2017, что подтверждается следующими доказательствами.

Согласно представленному сторонами трудовому договору от <Дата обезличена>, заключенному между ООО «КАРИ» (Компания, Работодатель) и ФИО1 (Работник), Работник принимается на работу в Компанию на должность продавец-кассир с <Дата обезличена> с местом работы в обособленном подразделении КАРИ Иркутск-10453 в г. Иркутске (п.1.1). Обязанности работник определены в должностной инструкции. По соглашению сторон должностные обязанности могут быть пересмотрены (п.1.2).

В соответствии с п. 1.3. трудового договора Работнику устанавливается скользящий (гибкий) график работы. Ежемесячный график работы утверждается в соответствии с правилами внутреннего трудового распорядка. Время начала и окончания рабочего дня, перерыва для отдыха и питания определяется правилами внутреннего трудового распорядка и графиками работы. Работодатель осуществляется суммированный учет рабочего времени в соответствии с Правилами внутреннего трудового распорядка. Учетный период – 1 календарный год.

Пунктом 1.4. Трудового договора ФИО1 установлена среднегодовая часовая тарифная ставка в размере 72,9 (Семьдесят два рубля 90 копеек) в час (среднегодовая часовая тарифная ставка с учетом районного коэффициента и северной надбавки в размере 116,64 рублей). При применении суммированного учета заработная плата начисляется исходя из установленной среднегодовой часовой тарифной ставки и фактически отработанного времени. Дальнейшие изменения размера северной надбавки зависят от возраста работника и стада работы в компании. Оплата осуществляется пропорционально фактически отработанному времени. Заработная плата выплачивается не реже чем каждые полмесяца в следующие даты: 25 числа выплат за первую половину месяца; 10 числа следующего за отчетным месяца – окончательная выплата заработной платы.

Судом также установлено, что 05.12.2017 истец уволен с занимаемой должности по п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ (по инициативе работника).

Указанные обстоятельства подтверждаются представленными суду трудовым договором от <Дата обезличена>, приказом о приеме работка на работу от <Дата обезличена><Номер обезличен>, приказом о прекращении трудового договора с работником от <Дата обезличена>, записями трудовой книжки ФИО1 от <Дата обезличена> ТК <Номер обезличен>, и не оспаривались сторонами.

В обоснование исковых требований о взыскании премии за ноябрь 2017 года истец ссылается на начисление премии и выплату за предыдущие месяцы работы, а также полагает, что за ноябрь 2017 года премия не была выплачена в связи с его увольнением.

Указанные доводы истца суд находит не обоснованными в силу следующего.

Согласно ст. 129 ТК РФ заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

Статьей 135 ТК РФ предусмотрено, что заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда. Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Статьей 191 ТК РФ установлено, что работодатель поощряет работников, добросовестно исполняющих трудовые обязанности (объявляет благодарность, выдает премию, награждает ценным подарком, почетной грамотой, представляет к званию лучшего по профессии).

Судом установлено, что причитающиеся истцу выплаты при увольнении были произведены ответчиком в пользу работника в полном объеме, что подтверждается представленными суду расчетными листками, табелями учета рабочего времени, ответом РНКО «Платежный центр» (ООО) и информацией РНКО «Платежный центр» (ООО) по электронному кошельку держателя карты КАРИ ФИО1

Ответчик, возражая против доводов иска в части взыскания премии за ноябрь 2017 года, указал на то обстоятельство, что положение о системе материального стимулирования работников магазинов ООО «КАРИ» от 20.12.2012 утратило силу и не применяется, Положение о материальном стимулировании работников находится в стадии разработки.

Приказом генерального директора ООО «КАРИ» от 15.12.2014 № 232/1/1-14 утверждено Положение об оплате труда работников ООО «КАРИ», согласно которому у работодателя устанавливается повременно-премиальная система оплаты труда, если трудовым договором с Работником не предусмотрено иное (п.2.1).

Согласно п.2.2.2. указанного Положения премиальная система оплаты труда предполагает выплату Работникам дополнительно к заработной плате материального поощрения за надлежащее выполнение трудовых функций при соблюдении Работниками условий премирования в виде регулярных и/или единовременных (разовых) премий. Положением о премировании сотрудников ООО «КАРИ» предусматривается возможность начислений стимулирующего характера – премий (Бонусов) за производственные результаты, профессиональное мастерство, высокие достижения в труде и иные подобные показатели (п.5.1). Премии (бонусы) выплачиваются на основании Приказа Генерального директора Общества (п.5.2).

Как установлено судом и следует из условий заключенного между сторонами трудового договора, премия в составе заработной платы не предусмотрена.

Из представленных в материалы дела расчетных листков за ноябрь 20127 года следует, что премия ФИО1 за данный период не была начислена.

Из материалов дела следует, что каких-либо решений генеральным директором ООО «КАРИ» о выплате ФИО1 премии за ноябрь 2017 года не принималось, соответствующих приказом не издавалось.

Ссылки стороны истца на начисление и выплату премии в предыдущем периоде трудовых отношений сами по себе не являются основанием для начисления и выплаты истцу премии по итогам работы за ноябрь 2017 года, поскольку решение по данному вопросу правомочен принять только генеральный директор общества.

В силу приведенных выше правовых норм, условий заключенного между сторонами трудового договора, исследованных доказательств, суд приходит к выводу о том, что материальное вознаграждение по итогам работы за месяц Работнику является правом ответчика, имеет характер дополнительного поощрения, а не обязательного вознаграждения, поскольку не является обязательной частью заработной платы. Рассмотрение вопроса о выплате поощрения (премии), ее размере относится к исключительной компетенции работодателя. Следовательно, не начисление ФИО1 материального вознаграждения по итогам работы за ноябрь 2017 года является правомерным и не нарушает прав и свобод истца.

В связи с чем, довод истца о том, что ответчик должен был начислить и выплатить истцу премию за ноябрь 2017 года по аналогии с предыдущими месяцами работы является необоснованным.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что отсутствуют правовые основания для удовлетворения исковых требований истца о взыскании с ответчика премии за ноябрь 2017 года, размер которой истцом при подаче иска и в ходе судебного разбирательства исчислен не был, расчет не представлен.

Доводы иска о наличии задолженности ответчика перед истцом по выплате компенсации за неиспользованный отпуск в размере 16920,45 рублей, не нашли своего подтверждения в ходе судебного разбирательства, в связи с чем не подлежат удовлетворению. К такому выводу суд пришел на сновании следующего.

Согласно части 5 статьи 37 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется право на отдых; работающему по трудовому договору гарантируются выходные и праздничные дни, оплачиваемый ежегодный отпуск. Механизм реализации конституционного права на отдых, в том числе условия и порядок предоставления оплачиваемого ежегодного отпуска, закреплен в Трудовом кодексе Российской Федерации. Согласно его статьям 114, 122 и 123 ежегодные отпуска с сохранением места работы (должности) и среднего заработка предоставляются работнику ежегодно в соответствии с утверждаемым работодателем с учетом мнения выборного профсоюзного органа данной организации графиком отпусков.

Выплата денежной компенсации за неиспользованные отпуска, предусмотренная частью первой статьи 127 ТК РФ, является исключением из общего правила и представляет собой специальную гарантию, обеспечивающую реализацию конституционного права на отдых для тех работников, которые прекращают трудовые отношения и по различным причинам на момент увольнения не воспользовались своим правом на ежегодный оплачиваемый отпуск.

В силу ч. 1 ст. 127 ТК РФ при увольнении работнику выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска.

В соответствии с положениями ст. 84.1. ТК РФ, предусматривающей общий порядок оформления прекращения трудового договора, в последний день работы работодатель обязан выдать работнику трудовую книжку, другие документы, связанные с работой, по письменному заявлению работника и произвести с ним окончательный расчет.

В соответствии со ст. 140 ТК РФ при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете.

Согласно ст. 115 Трудового кодекса Российской Федерации (ТК РФ) ежегодный основной оплачиваемый отпуск предоставляется работникам продолжительностью 28 календарных дней. Ежегодный основной оплачиваемый отпуск продолжительностью более 28 календарных дней (удлиненный основной отпуск) предоставляется работникам в соответствии с настоящим Кодексом и иными федеральными законами.

Согласно пункту 7.1. трудового договора от 20.07.2017 Работнику предоставляется оплачиваемый отпуск, продолжительностью 28 календарных дней в порядке, установленном ТК РФ. Работнику, выполняющему работу в районах России, где установлены районный коэффициент и (или) процентная надбавка к заработной плате, ежегодный дополнительный отпуск в качестве компенсации предоставляется только в случаях и в порядке, установленном действующим законодательством РФ (п.7.3).

В соответствии со ст. 139 ТК РФ, для всех случаев определения размера средней заработной платы (среднего заработка), предусмотренных настоящим Кодексом, устанавливается единый порядок ее исчисления.

Для расчета средней заработной платы учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя независимо от источников этих выплат.

Особенности порядка исчисления средней заработной платы, установленного статьей 139 Кодекса, определяются Правительством Российской Федерации с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений (часть седьмая статьи 139 ТК РФ).

Правительство Российской Федерации в Постановлении от 24 декабря 2007 года N 922 "Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы", утвердило Положение об особенностях порядка исчисления средней заработной платы.

Трудовые отношения между ООО «КАРИ» и ФИО1 место в период с 20.07.2017 по 05.12.2017.

В ходе судебного разбирательства судом установлено, что при увольнении ФИО1 ответчиком, как работодателем, был произведен в полном объеме его расчет за неиспользованные дни ежегодного оплачиваемого отпуска к моменту увольнения. Данные обстоятельства подтверждаются представленными суду запиской-расчетом при прекращении трудового договора от <Дата обезличена><Номер обезличен>, согласно которой ФИО1 за отработанный период на момент увольнения не использовал 15 дней отпуска, а также расчетом оплаты отпуска формы № Т-61. Согласно расчету оплаты отпуска ФИО1 за 15 календарных дней не использованного отпуска начислена компенсация в размере 16920,45 рублей без учета удержаний НДФЛ.

Указанная сумма компенсации за неиспользованные дни отпуска в размере 16920,45 рублей отражена в представленном ответчиком расчетном листке ФИО1 за декабрь 2017 года.

Расчет суммы компенсации за неиспользованные дни отпуска в размере 16920,45 рублей истцом не оспорен. Суд, проверив данный расчет, находит его верным, соответствующим указанным требованиям трудового законодательства и исчисленным исходя из условий и периода трудовых отношений сторон.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии со ст. 60 ГПК РФ обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

Бремя доказывания отсутствия задолженности по зарплате, полного расчета работника при увольнении, лежит на ответчике.

Ответчик, возражая против доводов иска, в ходе судебного разбирательства представил суду доказательства отсутствия задолженности перед истцом по выплате компенсации за неиспользованный отпуск и полному расчету при увольнении, что подтверждается следующими представленными в материалы дела доказательствами.

Из доводов сторон следует, что заработная плата выплачивалась ФИО1 путем перечисления денежных средств через платежный центр Расчетную небанковскую кредитную организацию «Платежный центр» (ООО) на открытую на имя истца карту (электронный кошелек), что также подтверждается заявлением ФИО1 от <Дата обезличена> на имя генерального директора ООО «КАРИ» с просьбой перечислять все причитающиеся ему денежные средства в рамках трудового договора от <Дата обезличена> путем перевода в Расчетную небанковскую кредитную организацию «Платежный центр» (ООО) с указанием соответствующего номера карты клиента.

Факт перечисления заработной платы и причитающихся к моменту увольнения денежных средств на карту <Номер обезличен>, принадлежащую ФИО1, подтверждается информацией РНКО «Платежный Центр» (ООО), осуществляющей переводы заработной платы на карты работников ООО «КАРИ», согласно которой в рамках исполнения Соглашения о взаимодействии № ЗП-05/КАРИ о переводе заработной платы на счет истца в период с 07.08.2017 по 09.01.2018 ежемесячно перечислялись денежные средства, в том числе:

07.12.2017 - 7736,81 рублей,

08.12.2017 - 14721,45 рублей,

09.01.2018 – 870,10 рублей.

Вышеуказанные зачисления заработной платы на карту ФИО1 также отражены в выписке РНКО «Платежный Центр» (ООО), предоставленной Истцом в приложении к исковому заявлению и истцом не опровергаются.

Проверив доводы сторон о назначении указанных платежей, суд установил, что выплаченная истцу 07.12.2017 сумма в размере 7736,81 рублей за вычетом НДФЛ является оставшейся заработной платой за ноябрь 2017 года с учетом ранее выплаченного аванса в сумме 8930,32 рублей (21.11.2017); всего в ноябре было начислено 19158,13 рублей, что подтверждается расчетным листком за ноябрь 2017 года и отражено в платежных документах РНКО «Платежный Центр» (ООО).

Судом также установлено и подтверждается материалами дела, что выплаченная истцу 08.12.2017 сумма в размере 14721,45 рублей с учетом удержания НДФЛ является денежной компенсацией за неиспользованные 15 календарных дней отпуска, начисленной в размере 16920,45 рублей. Иные выплаты в декабре 2017 года работодателем истцу не были начислены, что подтверждается расчетным листком за декабрь 2017 года, и отражено в платежных документах РНКО «Платежный Центр» (ООО).

Выплаченная истцу 09.01.2018 сумма в размере 870,10 рублей является оплатой времени его нетрудоспособности в период с 30.11.2017 по 04.12.2017 согласно представленному истцом листку нетрудоспособности, что подтверждено представленными в материалы дела расчетным листком за декабрь 2017 года, расчетом пособия, согласно которому ФИО1 начислено к оплате больничных листов сумма за счет работодателя 600,06 рублей и за счет средств ФСС РФ - 400,04 рублей.

Согласно расчетному листку за январь 2018 года ФИО1 перечислено в банк под расчет за декабрь 2017 года 870,10 рублей.

Таким образом, суд приходит к выводу, что при увольнении истца ответчиком был произведен полный его расчет с выплатой причитающейся денежной компенсации за неиспользованные дни ежегодного оплачиваемого отпуска.

При вышеизложенных обстоятельствах, оценив все собранные по делу доказательства, каждое в отдельности и в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что исковые требования ФИО1 о взыскании с ООО «КАРИ» компенсации за неиспользованный отпуск в размере 16 920,45 рублей не подлежат удовлетворению, поскольку задолженность работодателя по выплате указанных денежных средств отсутствует.

Не подлежат удовлетворению и исковые требования ФИО1 о взыскании с ответчика заработной платы за сверхурочную работу в сумме 17885,3 рублей на основании следующего.

В соответствии со ст.97 ТК РФ работодатель имеет право в порядке, установленном настоящим Кодексом, привлекать работника к работе за пределами продолжительности рабочего времени, установленной для данного работника в соответствии с настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором (далее - установленная для работника продолжительность рабочего времени):

для сверхурочной работы (статья 99 настоящего Кодекса);

если работник работает на условиях ненормированного рабочего дня (статья 101 настоящего Кодекса).

Согласно части первой статьи 99 ТК РФ сверхурочной работой при суммированном учете рабочего времени является работа, выполняемая работником по инициативе работодателя сверх нормального числа рабочих часов за учетный период.

Статья 152 ТК РФ устанавливает единый порядок оплаты часов сверхурочной работы. Сверхурочная работа оплачивается за первые два часа работы не менее чем в полуторном размере, за последующие часы - не менее чем в двойном размере.

Таким образом, при суммированном учете рабочего времени, исходя из определения сверхурочной работы, подсчет часов переработки ведется после окончания учетного периода. В этом случае работа сверх нормального числа рабочих часов за учетный период оплачивается за первые два часа работы не менее чем в полуторном размере, а за все остальные часы - не менее чем в двойном размере.

Статьей 99 ТК РФ предусмотрены случаи, когда привлечения работодателем работника к сверхурочной работе допускается с его письменного согласия, а также случаи привлечения работодателем работника к сверхурочной работе без его согласия.

Продолжительность сверхурочной работы не должна превышать для каждого работника 4 часов в течение двух дней подряд и 120 часов в год.

Работодатель обязан обеспечить точный учет продолжительности сверхурочной работы каждого работника.

Ответчик, возражая против доводов иска в указанной части, указал на то, что ООО «КАРИ» приказы и распоряжения о привлечении ФИО1 с его письменного согласия к сверхурочным работам в период спорных трудовых отношений не издавал. Обстоятельства для привлечения ФИО1 к сверхурочным работам без его согласия у Работодателя отсутствовали. В обоснование своих возражений представил суду табели рабочего времени за период работы с июля по декабрь 2017 года, согласно которым ФИО1 отработано, а работодателем начислено за отработанное время следующие часы:

- в июле 2017 года 80 часов х 72,9 руб./час + 3793,10 районный коэффициент + 3793,10 северная надбавка + 6811,68 премия = 20 229,88 рублей; за вычетом НДФЛ - 07.08.2017 года выплачена заработная плата 17 599,88 рублей;

- в августе 2017 года 164,25 часа х 72,9 руб./час + 1 749,60 районный коэффициент + 4 500,40 районный коэффициент + 1 749,60 северная надбавка + 4 500,40 северная надбавка + 8 859,50 премия = 33 333,33 руб., за удержанием НДФЛ - 22.08.2017 выплачен аванс в размере 8118, 20 руб. и 06.09.2017 - заработная плата в размере 20882,13 руб.;

- в сентябре 2017 года 156,25 часов х 72,9 руб./час + 6 827,51 районный коэффициент + 6827,51 северная надбавка + 11 367,72 премия = 36 413,37 руб., за удержанием НДФЛ- 21.09.2017 выплачен аванс в размере 8548,93 руб., 06.10.2017. заработная плата в размере 23 130,44 руб.;

- в октябре 2017 года 164,25 часа х 72,9 руб./час + 6 724,14 районный коэффициент + 6 724,14 северная надбавка + 10 439,96 премия = 35 862,07 руб., за удержанием НДФЛ - 18.10.2017 выплачен аванс в размере 8 118,20 руб., 07.11.2017 - заработная плата в размере 23 081,87 руб.;

- в ноябре 2017 года 164,25 часа х 72,9 руб./час +1 924,56 районный коэффициент + 1 667,59 районный коэффициент + 1 924,56 северная надбавка + 1 667,59 северная надбавка = 19 158,13 руб., за удержанием НДФЛ- 21.11.2017 выплачен аванс в размере 8 930,32 руб., 07.12.2017 заработная плата в размере 7 736,81 руб.;

- в декабре 2017 года отработанных часов нет, поскольку отражена неявка работника по причине нахождения работника на больничном, что не оспаривалось истцом.

Оценивая представленные суду табели учета рабочего времени в совокупности со сведениями, отраженными в расчетных литках и иными представленными в материалы дела доказательствами, суд оснований для оплаты сверхурочной работы ФИО1 у ответчика не имелось. Заработная плата в спорный период начислена ФИО1 исходя из установленной среднегодовой часовой тарифной ставки и фактически отработанного времени, что соответствует условиям заключенного между сторонами трудового договора и не превышает установленную ст. 91 ТК РФ нормальную продолжительность рабочего времени.

Так, согласно пункту 1.3. Трудового договора ФИО1 установлен скользящий (гибкий) график работы и суммированный учет рабочего времени. Пунктом 1.4. Трудового договора ФИО1 установлена среднегодовая часовая тарифная ставка в размере 72,9 (семьдесят два рубля 90 копеек) в час, а среднегодовая часовая тарифная ставка с учетом районного коэффициента и северной надбавки в размере 116,64 рублей. Заработная плата начисляется исходя из установленной среднегодовой часовой тарифной ставки и фактически отработанного времени.

Учитывая фактически отработанное ФИО1 время работы, отраженное в табелях учета рабочего времени, утвержденных Постановлением Госкомстата РФ от 05.01.2004 N 1 "Об утверждении унифицированных форм первичной учетной документации по учету труда и его оплаты", судом факт сверхурочной работы ФИО1 не установлен.

Истцом в силу ст. 56-57 ГПК РФ доказательств привлечения его Работодателем к сверхурочной работе в указанный период суду не представлено. Ссылки истца на то обстоятельство, что время работы Торгового центра «Лермонтов», где расположен сам магазин ООО «КАРИ» с 10.00 до 20.00 часов, сами по себе не свидетельствуют о том, что истец ежедневно без перерыва на отдых и выходных дней работал именно в указанные часы, поскольку по условиям трудового договора ФИО1 был установлен скользящий (гибкий) график работы и суммированный учет рабочего времени. В связи с этим, представленные истцом в материалы дела опубликованные в сети Интернет сведении о работе ТЦ «Лермонтов», аудизапись разговора истца с директором магазина ООО КАРИ о часах работы ТЦ «Лермонтов» не могут служить достаточными доказательствами привлечения истца Работодателем к сверхурочной работе.

Представленные истцом в материалы дела письменные объяснения ФИО6 в качестве показаний свидетеля являются недопустимыми доказательствами по гражданскому делу, поскольку не соответствуют требованиям ст. 55 ГПК РФ.

Согласно требованиям ч.1 ст. 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

Объяснения сторон и третьих лиц, показания свидетелей могут быть получены путем использования систем видеоконференц-связи в порядке, установленном статьей 155.1 настоящего Кодекса.

Согласно части 2 статьи 55 ГПК РФ доказательства, полученные с нарушением закона, не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу решения суда.

Статьей 70 ГПК РФ предусмотрены обязанности и права свидетеля. Лицо, вызванное в качестве свидетеля, обязано явиться в суд в назначенное время и дать правдивые показания. Свидетель может быть допрошен судом в месте своего пребывания, если он вследствие болезни, старости, инвалидности или других уважительных причин не в состоянии явиться по вызову суда (ч.1).

В силу части 2 ст. 70 ГПК РФ за дачу заведомо ложного показания и за отказ от дачи показаний по мотивам, не предусмотренным федеральным законом, свидетель несет ответственность, предусмотренную Уголовным кодексом Российской Федерации.

В соответствии с требованиями ч.1 ст. 176 ГПК РФ до допроса свидетеля председательствующий устанавливает его личность, разъясняет ему права и обязанности свидетеля и предупреждает об уголовной ответственности за отказ от дачи показаний и за дачу заведомо ложных показаний. У свидетеля берется подписка о том, что ему разъяснены его обязанности и ответственность. Подписка приобщается к протоколу судебного заседания. Статьей 177 ГПК РФ установлен порядок допроса свидетеля.

По правилам ст. 57 ГПК РФ доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле. Суд вправе предложить им представить дополнительные доказательства. В случае, если представление необходимых доказательств для этих лиц затруднительно, суд по их ходатайству оказывает содействие в собирании и истребовании доказательств (ч.1).

Вместе с тем, истец своим правом представить суду доказательства в виде показаний свидетеля путем непосредственного его допроса в судебном заседании не воспользовался.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о не доказанности стороной истца фактически отработанного времени в спорный период в большем размере, чем это отражено работодателем в табелях учета рабочего времени и оплачено.

Также не подлежат удовлетворению исковые требования ФИО1 о взыскании с ответчика заработной платы за уборку помещений в сумме 33 022,00 рубля на основании следующего.

Статьей 60.1. ТК РФ предусмотрено, что работник имеет право заключать трудовые договоры о выполнении в свободное от основной работы время другой регулярной оплачиваемой работы у того же работодателя (внутреннее совместительство) и (или) у другого работодателя (внешнее совместительство).

Особенности регулирования труда лиц, работающих по совместительству, определяются главой 44 настоящего Кодекса.

Совместительство - выполнение работником другой регулярной оплачиваемой работы на условиях трудового договора в свободное от основной работы время (ст. 282 ТК РФ).

Совместительство оформляется заключением трудового договора с обязательным указанием на то, что данная работа является совместительством.

Истец, ссылаясь на выполнение работы по должности уборщика помещений, фактически ссылается на внутреннее совместительство. Однако, трудовой договор с указанием на то, что данная работа является совместительством, суду не представлен, поскольку между сторонами такой трудовой договор не заключался.

Ответчик, возражая против доводов истца о том, что его привлекали к дополнительной работе по совместительству, указывает что ООО «КАРИ» приказов о приеме на работу ФИО1 по совместительству не издавалось и не могло издаваться, так как должность «уборщик магазина» в ООО «КАРИ» и его обособленных подразделениях отсутствует. Уборку обособленных подразделений ООО «КАРИ» (магазинов) оказывают Клининговые компании, на основании заключённых договоров оказания услуг.

Не представление ответчиком в материалы дела доказательств в подтверждение своих доводов о том, что уборку обособленных подразделений ООО «КАРИ» (магазинов) оказывают Клининговые компании на основании заключённых договоров оказания услуг, не является безусловным основанием для удовлетворения исковых требований ФИО1 в указанной части. При этом суд исходит из следующего.

Согласно пункту 1.2. трудового договора от 20.07.2017, заключенному между ООО «КАРИ» (Компания, Работодатель) и ФИО1 (Работник), обязанности работника определены в должностной инструкции.

Ответчиком представлена должностная инструкция продавца-кассира (утверждена приказом генерального директора ООО «КАРИ» в 2012 году), с которой ФИО1 ознакомлен при трудоустройстве 20.07.2017 под роспись, что следует из приложенного к инструкции листа ознакомления.

В соответствии с п. 3.22. должностной инструкции продавец-кассир обязан постоянно поддерживать свое рабочее место, торговый зал, закрепленное оборудование и свой внешний вид в соответствии с установленными санитарно-гигиеническими требованиями. После окончания работы магазина для покупателей приводить торговый зал в порядок. Своевременно убирать упаковки и тары, освободившиеся после выкладки товара.

Таким образом, уборка своего рабочего места и торгового зала после окончания работы магазина для покупателей путем поддержания их в соответствии с установленными санитарно-гигиеническими требованиями, уборки освободившихся упаковок и тары, являлись прямой обязанностью истца.

Допустимых доказательств, что ФИО1 выполнял функции по иной должности уборщика помещений, в силу ст. 56-57 ГПК РФ в материалы дела сторонами не представлено.

По информации ответчика, записи с камер видеонаблюдения в магазинах ООО «КАРИ» хранятся на серверах 20 дней, после чего стираются с целью экономии объемов памяти, в связи с чем, записи с камер видеонаблюдения магазина <Номер обезличен> за период с июля 2017 по декабрь 20187 не могут быть представлены по причине отсутствия.

Оценив представленные сторонами доказательства, суд приходит к выводу, что факт работы ФИО1 по внутреннему совместительству с выполнением обязанностей уборщика помещений, не доказан, в связи с чем, исковые требования в указанной части удовлетворению не подлежат.

Исковые требования о взыскании процентов за задержку причитающихся выплат в порядке ст. 236 ТК РФ подлежат частичному удовлетворению на сновании следующего.

Из исковых требований, расчета иска и пояснений истца следует, что он просит суд взыскать с ответчика проценты (денежную компенсацию) за несвоевременную выплату причитающихся на момент увольнения денежных средств за 78 календарных дней просрочки в сумме 2446,80 рублей.

В соответствии со ст. 21 ТК РФ, устанавливающей основные права и обязанности работника, работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.

Абзацем 7 ч. 2 ст. 22 ТК РФ на работодателя возложена обязанность выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные ТК РФ, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами.

В соответствии с требованиями ст. 136 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата выплачивается работнику, как правило, в месте выполнения им работы либо перечисляется на указанный работником счет в банке на условиях, определенных коллективным договором или трудовым договором.

Заработная плата выплачивается не реже чем каждые полмесяца в день, установленный правилами внутреннего трудового распорядка, коллективным договором, трудовым договором.

Согласно ст. 140 ТК РФ при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника

Как установлено судом, трудовые отношения между сторонами прекращены <Дата обезличена>, о чем ответчиком издан приказ от <Дата обезличена><Номер обезличен>-у на основании личного заявления ФИО1 от <Дата обезличена> с просьбой уволить по собственному желанию <Дата обезличена> и согласованного с директором ФИО2 <Дата обезличена>.

Следовательно, в силу требований ст. 140 ТК РФ ответчик обязан был произвести выплату всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, в день увольнения.

Как установлено судом и подтверждается выше исследованными судом доказательствами, в день увольнения <Дата обезличена> ФИО1 не был рассчитан работодателем. Так, заработная плата за ноябрь 2017 года в размере 7736,81 рублей была выплачена истцу <Дата обезличена>, то есть с просрочкой в 2 дня; компенсация за неиспользованные дни отпуска в размере 14721,45 рублей была выплачена истцу <Дата обезличена> (с просрочкой 3 дня); оплата временной нетрудоспособности в сумме 870,10 рублей произведена <Дата обезличена> (с просрочкой 31 день).

Таким образом, в судебном заседании доводы истца о том, что при выплате заработной платы и его расчете при увольнении ответчиком были нарушены сроки причитающихся выплат, нашли свое подтверждение.

В соответствии со ст.236 ТК РФ при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

Размер выплачиваемой работнику денежной компенсации может быть повышен коллективным договором, локальным нормативным актом или трудовым договором. Обязанность по выплате указанной денежной компенсации возникает независимо от наличия вины работодателя.

Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" в пункте 55 разъяснено, что при рассмотрении спора, возникшего в связи с отказом работодателя выплатить работнику проценты (денежную компенсацию) за нарушение срока выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и других выплат, причитающихся работнику, необходимо иметь в виду, что в соответствии со статьей 236 Кодекса суд вправе удовлетворить иск независимо от вины работодателя в задержке выплаты указанных сумм.

Процентная ставка рефинансирования (учетная ставка), установленная Банком России по Информация Банка России от 27.10.2017 устанавливается с 30.10.2017 в размере 8,25% годовых; по Информация Банка России от 15.12.2017 устанавливается с 18.12.2017 в размере 7,75 % годовых.

С учетом изложенного, суд полагает обоснованным возложить на ответчика материальную ответственность в виде взыскания в пользу истца денежной компенсации за дни задержки выплат причитающихся истцу исходя из следующего расчета с учетом принятого Банком размера учетной (ключевой) на момент произведенных выплат и периода просрочки:

- 7 736,18 рублей (общая сумма задолженности по заработной плате) х 1/150 х 8,25 % х 2 дня просрочки (с 06.12.2017 по 07.12.2017) = 8, 51 рублей;

- 14 721,45 рублей (общая сумма задолженности по выплате компенсации за неиспользованный отпуск) х 1/150 х 8,25 % х 3 дня просрочки (с 06.12.2017 по 08.12.2017) = 24,29 рублей;

- 870,10 рублей (общая сумма задолженности по оплате нетрудоспособности) х 1/150 х 7,75 % х 31 день просрочки (с 06.12.2017 по 09.01.2018) = 13,94 рублей.

Итого: 8,51 + 24,29 + 13,94 = 46,94 рублей.

Ссылки ответчика в возражениях на иск от том, что оригинал листка нетрудоспособности в адрес ООО «КАРИ» поступил 26.12.2017, в связи с чем пособие выплачено в ближайший день выплаты заработной платы 09.01.2018, ничем не подтвержден и оспаривается истцом. При этом суд исходит из разъяснений Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" о том, что в соответствии со статьей 236 Кодекса суд вправе удовлетворить иск независимо от вины работодателя в задержке выплаты указанных сумм.

Таким образом, суд приходит к выводу о взыскании с ответчика ООО «КАРИ» в пользу ФИО1 в порядке ст. 236 ТК РФ денежной компенсации в размере 46,94 рублей за задержку причитающихся к моменту увольнения выплат. В удовлетворении оставшейся части требований следует отказать.

Исковые требования ФИО1 о компенсации морального вреда суд находит обоснованными в силу следующего.

В соответствии со ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Как разъяснено в п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии с частью четвертой статьи 3 и частью девятой статьи 394 Кодекса суд вправе удовлетворить требование лица, подвергшегося дискриминации в сфере труда, а также требование работника, уволенного без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконно переведенного на другую работу, о компенсации морального вреда.

Учитывая, что Кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы).

В соответствии со статьей 237 ТК РФ компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Истец в обоснование требований о компенсации морального вреда, оцененного истцом в сумме 30500,00 рублей указывает на не исполнение ответчиком своих обязанностей и существенное затягивание решения конфликта интересов, что повлекло для истца возникновение нравственных страданий. После неисполнения своего обязательства ответчиком до настоящего времени по выплате причитающейся заработной платы, премии у ФИО1 возник психоэмоциональный стресс, который повлек обострение болей в области почек и необходимость в больничном. Возникло стойкое недоверие и негативный подход к потенциональным работодателям, что негативно складывается на результатах поиска работы. Неуважительным отношением ответчика в виде отказа выплаты заработной платы также причинены нравственные страдания, поскольку лишают истца возможности ввиду отсутствия денежных средств материально содержать свою семью, а также вынужден был тратить свое время и деньги на отстаивание законных прав.

Поскольку судом установлены неправомерные действия ответчика, выразившиеся в несвоевременной выплате причитающихся в день увольнения денежных средств, моральный вред, причиненный ФИО1, подлежит возмещению.

При этом суд также находит обоснованными доводы истица о несвоевременной выдаче ему трудовой книжки в связи с увольнением.

По правилам ст. 84.1 ТК РФ в день прекращения трудового договора работодатель обязан выдать работнику трудовую книжку и произвести с ним расчет в соответствии со статьей 140 настоящего Кодекса. По письменному заявлению работника работодатель также обязан выдать ему заверенные надлежащим образом копии документов, связанных с работой.

В случае, когда в день прекращения трудового договора выдать трудовую книжку работнику невозможно в связи с его отсутствием либо отказом от ее получения, работодатель обязан направить работнику уведомление о необходимости явиться за трудовой книжкой либо дать согласие на отправление ее по почте. Со дня направления указанного уведомления работодатель освобождается от ответственности за задержку выдачи трудовой книжки.

Из материалов дела следует, что в день написания заявления об увольнении <Дата обезличена> ФИО1 подал Работодателю заявление с просьбой выслать ему трудовую книжку по адресу: <адрес обезличен>.

Вместе с тем, ответчиком в силу ст. 56 ГПК РФ не представлено суду доказательств направления истцу трудовой книжки по почте. Истец факт направления и получения им трудовой книжки по почте оспаривает и ссылается на её получения лично <Дата обезличена> в магазине после приглашения его за получением трудовой книжки по телефону <Дата обезличена>.

Таким образом, суд приходит к выводу, что ответчиком нарушены сроки выдачи трудовой книжки истцу в связи с его увольнением.

С учетом конкретных обстоятельств дела, индивидуальных особенностей истца, характера и объема нарушенных трудовых прав, отсутствием доказательств наличия причинно-следственной связи между заболеванием истца в период его нетрудоспособности и действиями работодателя, заявленный ФИО1 размер компенсации суд полагает завышенным и находит разумным и справедливым взыскать с ответчика в пользу истца 2000,00 рублей в счет компенсации морального вреда.

Согласно ч. 1 ст.103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Суд, учитывая, что истец в соответствии с пп.1 п.1 ст.333.36 Налогового кодекса Российской Федерации освобожден от оплаты государственной пошлины при обращении с иском в суд о взыскании заработной платы, приходит к выводу, что, с учетом государственной пошлины по требованиям имущественного (пп.1 п.1 ст.333.19 Налогового кодекса РФ), общая сумма государственной пошлины, подлежащая взысканию с ответчика в соответствующий бюджет, по требованиям имущественного и неимущественного характера, составляет 700,00 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 193 – 199 ГПК РФ суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «КАРИ» в пользу ФИО1 проценты за задержку причитающихся выплат в размере 46,94 (Сорок шесть рублей 94 копейки) рублей, компенсацию морального вреда в размере 2000,00 (Две тысячи) рублей. Всего взыскать 2046,94 (Две тысячи сорок шесть рублей 94 копейки) рублей.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «КАРИ» о взыскании премии за ноябрь 2017 года, заработной платы за сверхурочную работу, за уборку помещений, денежной компенсации за задержку причитающихся выплат в большем размере – отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «КАРИ» в доход местного бюджета муниципального образования города Иркутска государственную пошлину в размере 700,00 (Семьсот) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Иркутский областной суд через Свердловский районный суд г. Иркутска в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме.

Судья: Л. В. Жильчинская