Апелляционное определение № 22-522/2026 от 5 апреля 2026 г.

Дело № 22- 522/2026 Судья Романова И.А.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

6 апреля 2026 года г. Тула

Судебная коллегия по уголовным делам Тульского областного суда в составе:

председательствующего судьи Поляковой Н.В.,

судей Жеребцова Н.В., Рыжкиной О.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Марковой Н.Ю.,

с участием:

прокурора уголовно-судебного отдела прокуратуры Тульской области Снетковой И.А.,

оправданного ФИО6,

защитника Моисеева В.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении ФИО6, оправданного по ч.4 ст.111 УК РФ, поступившее с апелляционными представлениями государственного обвинителя на приговор Одоевского межрайонного суда Тульской области от 17 декабря 2025 года.

Заслушав доклад судьи Рыжкиной О.В., кратко изложившей содержание судебного решения, существо апелляционного представления государственного обвинителя и дополнений к нему, возражений оправданного, выслушав участников процесса, судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

ФИО6, <данные изъяты>, ранее не судимый,

органом предварительного расследования обвинялся в том, что он, находясь в состоянии опьянения, 21 января 2024 года в комнате общежития, расположенного по адресу: <адрес>, из-за возникшей неприязни, нанес сидевшему на диване ФИО1 не менее трех ударов руками по голове, отчего последний упал на пол, ударившись при падении головой о стул. После того как ФИО1 поднялся, ФИО6 нанес ему еще один удар рукой по голове, от чего ФИО1 упал, ударившись головой о стену.

Своими действиями ФИО6 причинил ФИО1 телесные повреждения – закрытую черепно-мозговую травму в виде: одной ушибленной раны теменной области волосистой части головы, кровоподтеков на лице в левой (1) и правой (1) окологлазничной областях, на правой боковой поверхности головы в височной области (2), кровоизлияния под слизистую оболочку верхней губы, кровоизлияния на красной кайме и под слизистую оболочку верхней губы, кровоизлияний в мягкие ткани головы (в окологлазничных областях, левой височной области, правых теменной, височной и затылочной областях), кровоизлияния под твердой мозговой оболочкой по выпуклым поверхностям левой гемисферы головного мозга на всем протяжении (общим объемом 100 мл).

Указанные повреждения, составляющие закрытую черепно-мозговую травму, в совокупности по признаку опасности для жизни, расцениваются как повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью человека и находятся в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти ФИО1

В результате причиненных ФИО6 телесных повреждений ФИО1, смерть последнего наступила 24 января 2024 года в помещении общежития, расположенного по вышеуказанному адресу, в результате закрытой черепно-мозговой травмы с образованием травматического кровоизлияния под твердую мозговую оболочку головного мозга и развитием отека головного мозга.

Данные действия ФИО6 органом предварительного расследования были квалифицированы по ч.4 ст.111 УК РФ, то есть как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

Вердиктом коллегии присяжных заседателей от 17 декабря 2025 года признано недоказанным событие преступления, инкриминированного ФИО6, в связи с чем, в отношении него 17 декабря 2025 года постановлен оправдательный приговор на основании п.1, п.4 ч.2 ст. 302 УПК РФ.

Одновременно с этим, мера пресечения в отношении ФИО6 в виде заключения под стражу была отменена, он был освобожден из-под стражи в зале суда, за ФИО6 признано право на реабилитацию.

В апелляционном представлении государственный обвинитель полагает, что приговор в отношении ФИО6 подлежит отмене, на основании ст. 389.25 УПК РФ, в связи с допущенными нарушениями положений ст. 324, 334, 335 УПК РФ, поскольку в ходе судебного разбирательства до сведения коллегии присяжных заседателей стороной защиты доводились сведения, касающиеся процессуальных вопросов, данных о личности подсудимого, потерпевшего и свидетелей, не имеющие отношения к делу.

Указывает, что в ходе обсуждения ходатайств стороны обвинения об оглашении показаний свидетелей ФИО2 и ФИО3, в соответствии с ч. 3 ст. 281 УПК РФ, в условиях, исключающих возможность услышать обсуждение коллегией присяжных, ФИО6 намеренно доводил до сведения присяжных заседателей существо ходатайств, свою позицию по заявленным ходатайствам, указывая при этом, что его права представлять доказательства нарушаются, создавая у коллегии присяжных превратное представление о деятельности государственных обвинителей и председательствующего судьи.

Отмечает, что в ходе дачи показаний и в ходе судебных прений ФИО6, излагая свою версию событий 21 января 2024 года, неоднократно пояснял, что его показания подтверждаются документами о его состоянии здоровья, показаниями свидетелей – сотрудников полиции и скорой медицинской помощи и другими материалами дела, то есть ссылался на доказательства, не исследованные в судебном заседании.

Обращает внимание на то, что ФИО6 в присутствии коллегии присяжных заседателей сообщил, что в материалах дела имеются показания ФИО1 о том, что телесные тот получил по собственной неосторожности, тогда как ФИО1 о событиях 21 января 2024 года допрошен не был, соответственно, его показания в материалах дела отсутствуют.

Отмечает, что в ходе судебного следствия ФИО6 неоднократно сообщал сведения, способные вызвать у коллегии присяжных предубеждение к потерпевшему и свидетелям, а именно сообщал негативные данные о личности и образе жизни потерпевшего ФИО1, свидетеля ФИО2 называл мошенником, а в отношении свидетеля ФИО3 сообщал что тот, только что освободился из тюрьмы.

Данные сведения, как полагает автор представления, не относятся к предмету доказывания по настоящему делу, не уличают и не оправдывают ФИО6, однако негативно характеризует потерпевшего и порождают недоверие к показаниям свидетелей обвинения.

Председательствующим, как отмечает автор представления, принимались меры в виде замечаний к подсудимому, призывов к присяжным заседателям не принимать к сведению информацию, не подлежащую исследованию в их присутствии, однако эти меры оказались недостаточными, поскольку указанная информация доводилась подсудимым до сведения коллегии присяжных заседателей целенаправленно и систематически, что существенным образом повлияло на формирование мнения коллегии по уголовному делу и на содержание ответов присяжных заседателей при вынесении вердикта.

В дополнительном апелляционном представлении, государственный обвинитель обращает внимание на такие допущенные стороной защиты нарушения требований уголовно-процессуального закона, как:

- 20 ноября 2025 года в ходе обсуждения ходатайства стороны обвинения об оглашении показаний свидетеля ФИО3, ФИО6 заявил ходатайство юридического характера, проигнорировав предоставленную ему председательствующим возможность обсудить вопросы процессуального характера в установленном законом порядке;

- 03 декабря 2025 года в ходе допроса эксперта ФИО4, ФИО6 задавал вопросы об обстоятельствах, не входящих в компетенцию эксперта. Данные вопросы снимались председательствующим, но, так как они являлись наводящими, то собственное мнение о невозможности наносить удары, о неисследованных судом доказательствах, о якобы имеющихся в деле показаниях свидетелей о внешнем виде погибшего ФИО1 при доставлении тела для производства экспертизы, об имевшем место ранее «общении с экспертом», ФИО6 довел до сведения коллегии присяжных заседателей;

- 04 декабря 2025 года при допросе в ходе судебного следствия по существу обвинения ФИО6 сообщил об отказе в удовлетворении его ходатайства, о якобы имеющихся в деле показаниях участкового уполномоченного о том, что ФИО1 на следующий день после причинения ему телесных повреждений танцевал перед сотрудниками полиции, о и об исчезновении из материалов дела его, ФИО6, показаний;

- 11 декабря 2025 года, выступая в судебных прениях в обоснование своей позиции, ФИО6 ссылался на материалы дела, не исследовавшиеся в ходе судебного следствия в связи с отсутствием чьих-либо ходатайств об этом, приводил содержание несуществующих показаний ФИО1, неоднократно обращал внимание присяжных на вопросы процессуального характера: на отказ в удовлетворении его ходатайства, уничтожение вещественных доказательств, исказил содержание заключения и показания эксперта, указав, что телесное повреждение с кровоизлияниями было на затылке ФИО1 (в действительности - в теменной области). Также ФИО6 довёл до сведения коллегии присяжных собственное мнение о том, что кровоизлияния в мозг происходят только при ДТП, а телесные повреждения ФИО1 мог причинить только «очень сильно крепкий здоровый мужчина с поставленным ударом, скажем так, спортсмен», что осталось без должной реакции председательствующего судьи.

Указанные нарушения, как указывает автор представления, допускались ФИО6, несмотря на неоднократные разъяснения ему особенностей судебного следствия, что свидетельствует о том, что они были обусловлены не незнанием закона, а имели цель вызвать предубеждение к свидетелям обвинения, создать видимость нарушения органами следствия и судом прав подсудимого и принципа состязательности сторон, лишив тем самым коллегию присяжных заседателей возможности объективно оценить доказательства по делу.

Полагает, что изложенные нарушения стороной защиты требований уголовно-процессуального закона, оказало незаконное воздействие на коллегию присяжных заседателей, что существенным образом повлияло на формирование мнения коллегии по уголовному делу и на содержание ответов присяжных заседателей при вынесении вердикта.

С учетом этого просит, приговор в отношении ФИО6 отменить, уголовное дело направить на новое судебное разбирательство.

В поданных возражениях на апелляционное представление и дополнение к нему, оправданный ФИО6 просит постановленный в отношении него оправдательный приговор оставить без изменения.

В суде апелляционной инстанции:

- прокурор Снеткова И.А. в полном объеме поддержала доводы поданного апелляционного представления и дополнения к нему, просила их удовлетворить, постановленный в отношении ФИО6 оправдательный приговор отменить, уголовное дело направить на новое судебное разбирательство;

- оправданный ФИО6 и его защитник Моисеев В.В. просили оправдательный приговор оставить без изменения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления и дополнения к нему, и возражений на них, выслушав участников процесса, а также прослушав в порядке подготовки к судебному заседанию аудиозапись судебного заседания, судебная коллегия находит постановленный в отношении ФИО6 приговор подлежащим отмене по основаниям, изложенным ниже.

В силу положений п.2 ст. 389.15 УПК РФ, основанием отмены приговора, может служить существенное нарушение уголовно-процессуального закона.

Согласно ч.1 ст. 389.25 УПК РФ, оправдательный приговор, постановленный на основании оправдательного вердикта коллегии присяжных заседателей, может быть отменен по представлению прокурора либо жалобе потерпевшего или его законного представителя и (или) представителя из-за таких существенных нарушений уголовно-процессуального закона, которые ограничили право прокурора, потерпевшего или его законного представителя и (или) представителя на представление доказательств либо повлияли на содержание поставленных перед присяжными заседателями вопросов или на содержание данных присяжными заседателями ответов.

Особенности судебного следствия в суде с участием присяжных заседателей определены ст. 335 УПК РФ, согласно требованиям которой, в присутствии присяжных заседателей подлежат исследованию только фактические обстоятельства уголовного дела, доказанность которых устанавливается присяжными заседателями в соответствии с их полномочиями, предусмотренными ст. 334 УПК РФ.

Согласно указанным положениям закона, сторонам в ходе судебного следствия в присутствии коллегии присяжных запрещается исследовать данные, способные вызвать предубеждение присяжных заседателей, обсуждать вопросы, связанные с применением права, либо вопросы процессуального характера, в том числе, о недопустимости доказательств, нарушении уголовно-процессуального закона при получении и истребовании доказательств, высказывать мнение о возможном оказании давления во время предварительного следствия на участников процесса, в какой-либо форме оценивать доказательства во время судебного следствия, выяснять вопросы о возможной причастности к преступлению иных лиц, не являющихся подсудимыми по рассматриваемому делу, ссылаться в обоснование своей позиции на не исследованные в присутствии присяжных заседателей или недопустимые доказательства.

Председательствующий, руководствуясь ст.ст.243, 258 УПК РФ, обязан принимать необходимые и действенные меры, исключающие возможность исследования в присутствии присяжных заседателей вопросов, не входящих в их компетенцию, и доведения до них информации, не относящейся к фактическим обстоятельствам дела.

Прения сторон в суде присяжных заседателей проводятся в соответствии со ст.ст. 292, 336 УПК РФ, с учетом особенностей рассмотрения дела по данной форме судопроизводства и лишь в пределах вопросов, подлежащих разрешению присяжными заседателями. Если участник прений ссылается на обстоятельства, не находящиеся в компетенции присяжных заседателей, то председательствующий останавливает его и разъясняет присяжным заседателям, что указанные обстоятельства не должны быть приняты во внимание при вынесении вердикта.

Соблюдение установленной законом процедуры судопроизводства относится к прерогативе председательствующего судьи.

Между тем материалы уголовного дела свидетельствуют, что положения указанных норм уголовно-процессуального закона в ходе судебного разбирательства стороной защиты неоднократно и существенно нарушались, а принятые председательствующим судьей меры не являлись достаточными для предотвращения этих нарушений и устранения их последствий.

Согласно протоколу судебного заседания, председательствующим неоднократно были доведены до сведения, в том числе подсудимого и его защитника предусмотренные ст.ст. 335, 336 УПК РФ особенности рассмотрения уголовного дела судом с участием присяжных заседателей (л.д.103-109, 127-129, 142-146 т.5).

Однако при рассмотрении данного уголовного дела изложенные выше требования уголовно-процессуального закона не были в полной мере соблюдены участниками судебного разбирательства со стороны защиты и председательствующим судьей.

Так, как следует из протокола судебного заседания от 20 ноября 2025 года, и обоснованно отмечено в апелляционном представлении, после принятия решения председательствующим по делу на основании ч.3 ст. 281 УПК РФ решения об оглашении в части показаний свидетеля ФИО3, данных им на стадии предварительного расследования подсудимый ФИО6 в присутствии коллегии присяжных заседателей фактически не только высказал несогласие с принятым решением председательствующего судьи, но и заявил ходатайство юридического характера об оглашении в полном объеме показаний указанного свидетеля.

Несмотря на то, что председательствующий сделал замечание подсудимому ФИО6 о недопустимости обсуждения в присутствии коллегии присяжных заседателей ходатайств юридического характера, ФИО6 после оглашения показаний в части свидетеля ФИО3, вновь в присутствии коллегии присяжных заседателей заявил ходатайство о продолжении оглашений показаний указанного свидетеля, то есть ходатайство юридического характера.

Изложенное свидетельствуют об обоснованности доводов апелляционного представления в части того, что подсудимый игнорировал предоставленную ему председательствующим возможность обсудить вопросы процессуального характера в установленном законом порядке, то есть в отсутствии коллегии присяжных заседателей.

В судебном заседании, состоявшемся 3 декабря 2025 года, при допросе в присутствии коллегии присяжных заседателей судебного – медицинского эксперта ФИО4, как справедливо отмечено государственным обвинителем, подсудимый ФИО6 неоднократно сообщал сведения, которые не относились к существу данных экспертом по данному уголовному делу заключений, в частности о том, что у него больная правая рука, пытаясь демонстрировать при этом свои руки, о не возможности нанесения ударов руками без их травматизации, о наличии показаний свидетелей о том, что на теле умершего ФИО1, доставленного для проведения экспертизы, был «синяк».

При этом, несмотря на то, что данные вопросы подсудимого ФИО6 были отклонены председательствующим, судебная коллегия приходит к выводу о том, что подсудимым ФИО6 таким образом до сведения коллегии присяжных заседателей целенаправленно было доведено собственное мнение о невозможности нанесения ударов потерпевшему и о наличии не исследованных судом доказательств.

Из протокола судебного заседания от 4 декабря 2025 года, следует, что, давая показания в ходе судебного следствия, подсудимый ФИО6 ссылался на обстоятельства, не находящиеся в компетенции присяжных заседателей.

Так, подсудимый ФИО6 сообщил, что свидетель ФИО5 рассказал о том, что у потерпевшего были отношения с женой свидетеля ФИО3.

Несмотря на недопустимость подобных высказываний, председательствующий выступления подсудимого не прерывал и с соответствующим разъяснением к присяжным заседателям непосредственно после этого не обратился.

Продолжая давать показания в ходе судебного следствия, подсудимый ФИО6 довел до сведения коллегии присяжных заседателей негативную информацию, как о свидетелях, так и потерпевшем, способную вызвать предубеждение, как к показаниям свидетелей, так и к личности потерпевшего.

В частности, подсудимый ФИО6, сообщал, что свидетель ФИО3 только освободился из тюрьмы, свидетель ФИО2 - мошенник, а потерпевший злоупотреблял спиртным и имел неопрятный внешний вид.

Кроме того, подсудимый ФИО6, давая показания, сообщал об исчезновении из дела его показаний, а после оглашения протокола проверки его показаний на месте, заявил о том, что это не его показания, а также сообщил об отказе в удовлетворении заявленных им ходатайств, и ссылался на показания сотрудников полиции о поведении потерпевшего после 21 января 2024 года, которые не исследовались в присутствии коллегии присяжных заседателей.

Тем самым подсудимый ФИО6 высказывал суждения ставящие под сомнение допустимость представленных стороной обвинения доказательств и способных вызвать предубеждение у коллегии присяжных относительно законности привлечения ФИО6 к уголовной ответственности.

При этом, как следует из протокола судебного заседания, председательствующий, не всегда останавливал подсудимого ФИО6 после таких высказываний, и не разъяснял недопустимость доведения до сведения коллегии присяжных заседателей такого рода информации.

В развитие темы о ненадлежащем расследовании дела и проверке его непричастности к наступлению смерти ФИО1, подсудимый ФИО6, выступая в судебных прениях, зная в связи с замечаниями председательствующего судьи о недопустимости высказываний подобного характера, тем не менее, вновь продолжил сообщать данные, способные вызвать предубеждение коллегии присяжных заседателей.

Так, начиная свое выступление в судебных прениях, ФИО6 указал на наличие прямого доказательства тому, что он не бил кулаками потерпевшего, сообщив при этом, что 25 числа его возили в поликлинику, делали рентген рук и врач сказал, что руки у него целы, и есть показания потерпевшего.

В связи с этим председательствующий останавливал выступление подсудимого, разъяснив при этом, что он не вправе ссылаться на доказательства, которые не были представлены в ходе судебного следствия.

Однако, игнорируя данное замечание председательствующего, подсудимый ФИО6 продолжил свое выступление и сообщил о наличии деле показаний свидетелей о том, что потерпевшего никто не бил, но в вызове этих свидетелей в суд ему отказали.

Несмотря на повторное замечание председательствующего о недопустимости ссылаться на доказательства, которые не были исследованы в судебном заседании, подсудимый ФИО6 сообщил об уничтожении вещественных доказательств, а также о том, что для причинения тяжких телесных повреждений, повлекших кровоизлияние в мозг, нужен очень сильный удар очень сильного, крепкого здорового мужчины, спортсмена, каковым он не является, либо кровоизлияние в мозг возможно при столкновении в результате ДТП.

Не реагируя в связи с такими высказываниями на замечания председательствующего, подсудимый ФИО6, как следует из аудиозаписи судебного заседания, акцентировал внимание коллегии присяжных заседателей на имеющееся у него заболевание, вследствие которого он лишен возможности что-либо делать правой рукой, обращаясь в этот же момент к председательствующему с просьбой зачитать справку из военкомата.

Далее, подсудимый ФИО6, перебивая замечания председательствующего о не допустимости ссылаться на доказательства, которые не были исследованы, то есть, фактически проявляя неуважение к суду, сообщил, что в деле такая же справка имеется и, обращаясь к коллегии присяжных заседателей заявил: «Вы сами слышите все, мне во многих ходатайствах отказали, в вывозе многих свидетелей, в вызове медицинского …, в комиссии... Все скрыть, чтобы все скрыть, чтобы не знали! Действительно зачем…?», а также указал, что его ограничили в предоставлении доказательств, при этом вновь сослался на наличие справки из военкомата, которую ему не дают зачитать, и на то, что потерпевший утверждает, что он ударился затылком, хотя как правильно указал гос.обвинитель, потерпевший ФИО1 по данному уголовному делу показаний не давал.

Выступая, таким образом, в судебных прениях и сообщая указанную выше информацию, подсудимый ФИО6 тем самым препятствовал правильному, беспристрастному восприятию присяжными заседателями сущности представляемых им доказательств и, формируя у присяжных заседателей мнение о необъективности органов следствия при сборе доказательств, об умышленном сокрытии значимых для дела обстоятельств, а также пререкался с председательствующим, что могло вызвать у коллегии присяжных заседателей сомнение, как в законности действий председательствующего, так и законности представленных присяжным заседателям доказательств, и, соответственно, не могло не оказать воздействие на них при вынесении вердикта.

Созвучным позиции подсудимого ФИО6 являлось и выступление в прениях его адвоката Лукьянова С.С., который излагая содержание показаний судебно - медицинского эксперта ФИО4, исказил их содержание, указав, что эксперт не исключил, что один из кровоподтёков на лице у ФИО1 мог образоваться до событий 21 января 2024 года, хотя такие показания эксперт, как следует из протокола судебного заседания, не давал.

Воспользовавшись репликой, подсудимый ФИО6 вновь сообщил о невозможности нанесения потерпевшему ударов кулаками, так как у него на одной руке сломаны пальцы, а другая – инвалидная, хотя доказательства, указывающие на данные обстоятельства, в присутствии коллегии присяжных заседателей не исследовались.

На основе анализа допущенных нарушений и обстоятельств, при которых они имели место, необходимо признать, что эти нарушения по своему характеру являлись существенными, поскольку ФИО6 сознательно, целенаправленно и акцентированно до сведения присяжных заседателей доводилась информация, не подлежащая выяснению в их присутствии, что преследовало конечную цель - формирование неправильного восприятия присяжными сути происходящего.

При этом принятые председательствующим судьей меры, которые заключались, в основном, в прерывании выступления подсудимого и даче присяжным заседателям разъяснений не принимать сказанное во внимание, были явно недостаточными и недейственными для ограждения коллегии присяжных заседателей от незаконного на них влияния.

При таком положении судебная коллегия считает необходимым согласиться с убедительностью доводов апелляционного представления и дополнения к нему о том, что оказанное незаконное и целенаправленное воздействие на присяжных заседателей не могло не повлиять на их мнение по делу и не отразиться на содержании данных ими ответов на поставленные вопросы при вынесении вердикта.

Допущенные нарушения особенностей разбирательства дела с участием присяжных заседателей являются существенными и влекут отмену постановленного на основании вердикта коллегии присяжных заседателей приговора с направлением уголовного дела на новое судебное рассмотрение со стадии подготовки к судебному заседанию.

При новом рассмотрении дела суду необходимо принять меры к выполнению закона, регламентирующего производство в суде с участием присяжных заседателей, реализовав надлежащим образом принцип состязательности сторон, и исключив незаконное влияние какой бы то ни было стороны на беспристрастность присяжных заседателей и процесс оценки ими доказательств.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.20, 389.25, 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

о п р е д е л и л а:

приговор Одоевского межрайонного суда Тульской области от 17 декабря 2025 года в отношении ФИО6, отменить и уголовное дело направить на новое судебное рассмотрение со стадии подготовки к судебному заседанию в тот же суд иным составом суда.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в Судебную коллегию по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции.

В случае подачи кассационной жалобы или представления обвиняемый вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий судья:

Судьи: