Приговор № 1-16/2017 от 16 октября 2017 г. по делу № 1-16/2017

Дело № 1-16/2017
П Р И Г О В О Р

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Катайск Курганская область 16 октября 2017 года

Катайский районный суд Курганской области в составе:

председательствующего, судьи Поташкина Е.С.,

с участием:

государственных обвинителей, помощников прокурора Катайского района Захарова Н.А., ФИО8,

подсудимых ФИО36, ФИО37,

защитников, адвокатов Толстоноговой Н.Ф., Белоусовой Ю.А.,

потерпевших ФИО2, ФИО3,

при секретарях Пахотинских Н.С., Павликовской Т.Б.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении:

ФИО36, ..., судимого:

1.) 23 июня 2006 года Катайским районным судом Курганской области по п. «г» ч. 2 ст. 161, ч. 3 ст. 69, ст. 71 УК РФ к 2 годам 1 месяцу лишения свободы, с применением ст. 73 УК РФ условно, с испытательным сроком 1 год;

2.) 26 марта 2007 года Катайским районным судом Курганской области, с учетом кассационного определения Курганского областного суда от 24 мая 2007 года, по ч. 1 ст. 161 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы. На основании ч. 5 ст. 74 УК РФ, отменено условное осуждение по приговору этого же суда от 23 июня 2006 года, в соответствии со ст. 70 УК РФ, по совокупности приговоров, назначено окончательное наказание в виде 3 лет лишения свободы. Наказание отбывшего 25 марта 2010 года;

3.) 26 июня 2014 года мировым судьей судебного участка № 19 Петуховского судебного района Курганской области по ч. 1 ст. 117 УК РФ к 10 месяцам лишения свободы. Наказание отбывшего 24 апреля 2015 года;

4.) 22 января 2016 года мировым судьей судебного участка № 10 Катайского судебного района Курганской области по ч. 1 ст. 139 УК РФ к 6 месяцам исправительных работ с удержанием из заработной платы 15% в доход государства. Наказание не отбывшего,

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 111, ч. 1 ст. 119 УК РФ,

ФИО37, ..., не судимого:

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ,

у с т а н о в и л:

ФИО36 и ФИО37 совместно умышленно причинили тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, повлекший по неосторожности смерть потерпевшего, ФИО36, кроме того, угрожал убийством ФИО3, при этом у нее имелись основания опасаться осуществления этой угрозы. Преступления совершены в ..., при следующих обстоятельствах.

13 февраля 2016 года в период с 19:15 до 19:35, ФИО36 и ФИО37, находящиеся в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, в квартире № дома № по ул...., в ходе ссоры с ФИО1, возникшей на почве личных неприязненных отношений, с целью причинения ему тяжких телесных повреждений, действуя группой лиц, поочередно, умышленно, совместно, нанесли ФИО1 не менее десяти ударов кулаками и локтями рук в область лица, волосистой части головы, передней поверхности грудной клетки и проекции крыла правой подвздошной кости, чем причинили ФИО1 телесные повреждения:

- закрытая тупая черепно-мозговая травма в виде: ..., расценивающиеся как тяжкий вред здоровью по признаку опасного для жизни вреда здоровью, состоящие в прямой причинно-следственной связи со смертью ФИО1;

- ..., не причинившие вреда здоровью и в причинно-следственной связи со смертью не состоящие.

14 февраля 2016 в дневное время от полученных телесных повреждений ФИО1 скончался по указанному адресу. Смерть ФИО1 наступила в результате закрытой тупой черепно-мозговой травмы, от сдавливания головного мозга субдуральной гематомой справа, осложнившейся выраженным отёком головного мозга.

13 февраля 2016 около 19:35 ФИО36 после совместного с ФИО37 причинения тяжких телесных повреждений ФИО1, будучи в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, находясь на лестничном марше между четвертым и пятым этажами подъезда № дома № по ул...., в ходе ссоры с ФИО3, возникшей на почве личных неприязненных отношений, с целью угрозы убийством ФИО3, умышленно, схватил своей правой рукой ФИО3 за горло, после чего сдавил горло ФИО3, чем перекрыл доступ кислорода в её организм, одновременно высказал ФИО3 слова угрозы причинений ей телесных повреждений и убийства. ФИО3 угрозу убийством исходящую от ФИО36 восприняла реально, опасаясь за свою жизнь и здоровье, и у нее имелись реальные основания опасаться осуществления этой угрозы, поскольку ФИО36 находился в состоянии алкогольного опьянения, был агрессивно настроен по отношению к ней.

Подсудимый ФИО36 виновным себя в инкриминируемых ему деяниях не признал, в начале судебного следствия отказался выразить своё отношение к предъявленному обвинению, по его окончанию, пожелав ответить только на вопросы защиты, показал, что 13.02.2016 вечером вместе с ФИО37, ФИО5, ФИО17 и ФИО4, по просьбе последней, заходили в общежитие к ФИО3 Он не был пьян, так как выпил только немного пива, которое никак не повлияло на характер его действий. В комнате вместе с ФИО3 и ее сожителем ФИО1 находились супруги ФИО16, ФИО18 и ФИО20, все были в состоянии сильного алкогольного опьянения. Они прошли в комнату, ФИО37 при этом мог задеть рукой лицо ФИО1, который вставал с дивана. Практически сразу все вышли из комнаты, в комнате остались только ФИО20 и ФИО1, которые ссорились, хватали друг друга за грудки, наносили взаимные удары, при этом у ФИО1 из носа шла кровь, потому что ФИО20 попал ему рукой по лицу. Он попытался их разнять, при этом ФИО20 его оттолкнул и он ударился локтем о шкаф. Первыми ушли ФИО3, ФИО5 и ФИО4, потом ФИО16, ФИО18 с ФИО17, затем они с ФИО37. Когда они шли по коридору, то он, наверное, говорил, что ФИО20 не рассчитал удар и он ударился локтем о стену. Все пошли вслед за ФИО3 и ФИО4 на 4 этаж к ФИО16. Там между ФИО4 и ФИО16 произошёл конфликт. Затем ушли в бар, где обнаружили у ФИО37 случайно взятый им у ФИО16 телефон. По его просьбе ФИО17 отнёс телефон обратно. Вернувшись в бар через полчаса, ФИО17 рассказал, что поднимался на этаж, где живет ФИО1, видел его в коридоре, они повздорили и ФИО17 ударил ФИО1 в область лица. Ни он, ни ФИО37, телесные повреждения ФИО1 не причиняли, одноклассником ФИО1 он не является. Полагает, что телесные повреждения ФИО1, от которых он умер, ему могли причинить ФИО20 или ФИО17, или лица, с которыми у него был конфликт накануне. Считает, что у ФИО17 не было оснований его опасаться, о том, что ФИО17 бил ФИО1, ранее не сообщал, так как ему запретил об этом говорить ФИО17. В тот вечер он видел у ФИО1 с левой стороны лица синяк и царапину. Убийством ФИО3 он не угрожал.

Подсудимый ФИО37 виновным себя в инкриминируемом ему деянии не признал, в начале судебного следствия отказался выразить своё отношение к предъявленному обвинению, по его окончанию, пожелав ответить только на вопросы защиты, показал, что 13.02.2016 вечером вместе с ФИО36, ФИО5, ФИО17 и ФИО4, по просьбе последней, заходили в общежитие к ФИО3 Он не был пьян, так как выпил только немного пива, которое никак не повлияло на характер его действий. В комнате вместе с ФИО3 и ее сожителем ФИО1 находились супруги ФИО16, ФИО18 и ФИО20, все были в состоянии сильного алкогольного опьянения. Они прошли в комнату, он при этом мог случайно задеть рукой лицо ФИО1, который вставал с дивана. Практически сразу все вышли из комнаты, в комнате остались только ФИО20 и ФИО1, которые ссорились, хватали друг друга за грудки, наносили взаимные удары, при этом у ФИО1 из носа шла кровь, потому что ФИО20 попал ему рукой по лицу. ФИО36 попытался их разнять, при этом ФИО20 его оттолкнул и он ударился локтем о шкаф. Первыми ушли ФИО3, ФИО5 и ФИО4, потом ФИО16, ФИО18 с ФИО17, затем они с ФИО36 Когда они шли по коридору, то ФИО36 говорил, что ФИО20 не рассчитал удар и он ударился локтем о стену. Все пошли вслед за ФИО3 и ФИО4 на 4 этаж к ФИО16. Там между ФИО4 и ФИО16 произошёл конфликт. Затем ушли в бар, где ФИО36 увидел у него телефон, который он случайно взял у ФИО16. По просьбе ФИО36 ФИО17 отнёс телефон обратно. Вернувшись в бар через полчаса, ФИО17 рассказал, что поднимался на этаж, где живет ФИО1, видел его в коридоре, они повздорили и ФИО17 ударил ФИО1 в область лица. Ни он, ни ФИО36, телесные повреждения ФИО1 не причиняли, одноклассником ФИО1 он не является. Полагает, что телесные повреждения ФИО1, от которых он умер, ему могли причинить ФИО20 или ФИО17, или лица, с которыми у него был конфликт накануне. Когда ФИО17 рассказал им, что он бил ФИО1, он запретил им с ФИО36 говорить о том, что он вообще был там в тот вечер, поэтому, опасаясь ФИО17, ранее он об этом не сообщал. В тот вечер он видел у ФИО1 с левой стороны лица синяк и царапину.

Несмотря на непризнание своей вины подсудимыми ФИО36 и ФИО37 в инкриминируемых им деяниях, виновность подсудимых подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, для исключения которых из числа допустимых к исследованию и оценке не установлено предусмотренных законом оснований, достаточных для вывода о доказанности виновности подсудимых в совершении установленных судом преступлений.

К выводу о виновности ФИО36 и ФИО37 в умышленном совместном причинении тяжкого вреда здоровью, повлёкшего смерть потерпевшего ФИО1, суд пришел на основании совокупности следующих доказательств.

Потерпевшая ФИО2 суду показала, что ФИО1 являлся её сыном, проживал в ... с сожительницей ФИО3 14.02.2016 в период с 13:00ч. до 14:00ч. ФИО3 по телефону сообщила ей, что ФИО1 умер. По приезду в ... от бабушки ФИО3 – ФИО28 узнала, что со слов ФИО3 ей известно, что ФИО1 рассказал ФИО3 о том, что его избили ФИО38 и Анатолий. Затем, от самой ФИО3 узнала, что когда ФИО3 вышла из своей комнаты, с девушкой ушла на четвертый этаж, в этой комнате ФИО36 и ФИО37 избили ФИО1, совместно нанеся ему удары локтями и кулаками в голову и в грудь. Об этом ФИО3 сообщил ФИО1, когда ФИО3 через непродолжительное время вернулась в свою комнату. Со слов ФИО3, вернувшись, она увидела, что у ФИО1 из носа шла кровь, были синие круги под глазами. На похоронах сына она сама видела у него синие круги под глазами, была разбита губа. Когда ФИО3 возвращалась в комнату с четвертого этажа, встретила ФИО36 и ФИО37, которые рассказали ей, что только что избили ФИО1, при этом ФИО37 сказал, что он первый бил ФИО1. Затем ФИО36 схватил ФИО3 за горло и угрожал ей, в связи с тем, что она спросила, за что они избили ФИО1. По характеру сын был спокойный, однако злоупотреблял спиртным, он никогда бы никого не оклеветал.

Потерпевшая ФИО2, показания которой оглашены, в ходе предварительного следствия пояснила, что 14.02.2016 около 14:30 ФИО3 по телефону сообщила ей о смерти ФИО1. Приехав в ... от ФИО3 узнала, что вечером 13.02.2016 ФИО1 избили двое у неё в квартире, когда ФИО3 выходила из комнаты примерно на 20 минут. Когда ФИО3 вернулась, у ФИО1 на лице была кровь, припухлость и покраснение на коже. По характеру сын был спокойный, не скандальный, слабохарактерный, безвольный (т. 2 л.д. 151-152).

После оглашения данных показаний ФИО2 их подтвердила, по поводу незначительных противоречий между оглашенными показаниями и показаниями данными в суде пояснила, что во время допроса на следствии события она помнила лучше, также пояснила, что подробности произошедшего узнала от ФИО3 после допроса следователем, поэтому ее показания в суде более точные.

Свидетель ФИО3 суду показала, что 13.02.2016 со своим сожителем – ФИО1, ФИО20 и супругами ФИО16, ФИО18 у себя дома по ..., общались, распивали спиртное. Вечером пришли ФИО36, ФИО5, ФИО37, ФИО17, ФИО4 Вместе с ФИО4, ФИО5 пошли к соседке ФИО16 на 4 этаж, в это время видела как ФИО36 и ФИО37 зашли в их комнату. Пробыв на 4 этаже минут 20, с ФИО5 и ФИО4 пошли обратно. На лестничной площадке между 4 и 5 этажами им встретились ФИО36 и ФИО37, которые сообщили, что только что избили ФИО1, при этом ФИО37 сказал, что он бил его первым. Она поинтересовалась почему они это сделали, тогда ФИО36 рукой сдавил ей горло, отчего она не могла дышать, испытывала сильную боль, сказал в грубой нецензурной форме, что ей не стоит это выяснять. Угрозу ФИО36 восприняла реально, опасалась за свою жизнь, поскольку тот был агрессивен. Зайдя к себе в комнату, увидела там ФИО20, ФИО16, ФИО18 и ФИО1, который ходил по квартире, у него из носа сильно шла кровь, кровь была также на полу и его одежде. Она стала останавливать кровь, через непродолжительное время у ФИО1 на лице, слева в области виска начала появляться опухоль, затем в области глаз стали появляться кровоподтёки, опухли губы и нос. ФИО1 сообщил, что его совместно избили ФИО36 и ФИО37, первым бил ФИО37, потом ФИО36, били кулаками и локтями везде, за что били, он не знает. Она затёрла следы крови в квартире. ФИО20 и ФИО16, ФИО18 ушли. У ФИО1 ухудшилось состояние здоровья, от вызова скорой он отказался, ходил за таблетками к соседке ФИО23, ему было плохо, у него болела голова. Утром ФИО1 стало хуже, он говорил, что у него все болит, болит голова, что ему надо полежать, она ушла к ФИО20 курить, а когда вернулась, ФИО1 не подавал признаков жизни. Она сообщила об этом ФИО20, который сходил в комнату посмотреть и вызвал скорую помощь. ФИО1 после его избиения ФИО36 и ФИО37 из комнаты не выходил, только за таблетками к ФИО23, проживающей напротив. До указанных событий телесных повреждений у ФИО1 не было, на здоровье, головные и иные боли он не жаловался.

Свидетель (потерпевшая) ФИО3, показания которой оглашены, в ходе предварительного следствия, пояснила, что 13.02.2016 со своим сожителем – ФИО1, ФИО9 у себя дома по ул. ..., распивала спиртное. Вечером к ним присоединились ФИО16, ФИО18. Услышав стук в дверь, открыла её, на пороге стояли ФИО36, ФИО5, ФИО4, ФИО17, ФИО37 Когда они вошли в квартиру, она вместе с ФИО4, ФИО5 спустилась к ФИО35 на 4 этаж. Пробыв там минут 20, втроём пошли обратно к ее комнате. На лестничном площадке между 4 и 5 этажом им встретились ФИО36 и ФИО37, которые сообщили, что только что побили её сожителя, при этом ФИО37 сказал, что он сделал это первым. Зайдя к себе в квартиру, увидела там ФИО20, ФИО16, ФИО18 и ФИО1. Последний ходил по квартире, у него шла из носа кровь, стала появляться припухлость слева ближе к виску, также стали появляться кровоподтеки под глазами. ФИО1 сообщил, что его избили ФИО36 и ФИО37. ФИО37 ударил ФИО1 рукой в лицо, затем ФИО37 стал наносить удары ФИО1 руками по голове, после чего ФИО36 локтями рук нанес ФИО1 удары по туловищу и голове. От их действий ФИО1 испытал сильную боль. Со слов ФИО20, он видел момент избиения ФИО1, со слов ФИО16, ФИО18 – они в это время вышли из квартиры. Она затёрла следы крови в квартире. ФИО20 и ФИО16, ФИО18 от них ушли. У ФИО1 ухудшилось состояние здоровья, но от вызова скорой он отказался. Также к ним ненадолго заходили ФИО19 и ФИО6 Ночью ФИО1 ходил за лекарством к ФИО23, ему было плохо, у него болела голова. Утром ФИО1 стало хуже, он уснул, а спустя некоторое время умер (т. 2 л.д. 155-157, 159-160, 165-168).

После оглашения показаний свидетель ФИО3 по сути их подтвердила, неоднократно пояснив, что в суде она дает такие же показания.

Свидетель ФИО17 суду показал, что 13.02.2016 в вечернее время у него дома он, ФИО37, ФИО36, ФИО5 распивали спиртное, пошли в бар, в это время, в период с 19:00 до 20:00, ФИО36 позвонила ФИО4 и по ее просьбе они проводили ее на 5 этаж общежития. ФИО4 постучала в дверь комнаты ФИО3, ФИО3 открыла дверь, в комнате также находились супруги ФИО16, ФИО18 и ФИО1. ФИО36, ФИО37 и ФИО4 зашли в комнату, но ФИО4 сразу вышла и ушла вместе с ФИО3 и ФИО5 спустившись с 5 этажа. Он в комнату не заходил, в комнате остались ФИО1, ФИО36 и ФИО37, при этом он видел как ФИО36 и ФИО37 нанесли удары ФИО1 по лицу, также слышал звуки ударов. Супруги ФИО16, ФИО18 в это время вышли из комнаты и он с ними пошел курить в конец коридора. Затем, примерно через 10 минут, из комнаты вышли ФИО36 и ФИО37 и он с ними пошел на 4 этаж, где встретили ФИО3, ФИО4 и ФИО5, после чего все пошли к выходу. ФИО3 что-то сказала, после чего, на площадке между 4 и 5 этажами, ФИО36 схватил ее за горло и сказал, в агрессивной форме, что избил ее сожителя, а если она себя будет так вести, то и ее изобьет. ФИО3 была растеряна, напугана, вырвалась и пошла быстрым шагом, побежала на 5 этаж. Он пошел к выходу, примерно через 5 минут спустились ФИО36, ФИО5, ФИО4 и ФИО37, они зашли к ФИО4, а затем пошли в бар.

Свидетель ФИО17, показания которого оглашены, в ходе предварительного следствия пояснил, что 13.02.2016 после распития спиртного с ФИО36 и ФИО5, ФИО38 вместе с ФИО4 пришли в квартиру ФИО3. ФИО4 вместе с ФИО3 куда-то ушли. Он стоял на пороге, а ФИО36 и ФИО38 вошли в квартиру, где высказали проживающему в комнате ФИО1 претензии по поводу того, что он бегает с ножами и топором, пугает детей. В это время из квартиры вышли ФИО16, ФИО18, с которым он ушёл курить в коридоре. В комнате оставались ФИО1, ФИО36 и ФИО38, из комнаты послушалась ругань, вскоре последние из квартиры вышли, он пошёл с ними. ФИО18 и ФИО16 пошли в квартиру. В подъезде встретили ФИО3, ФИО4 и ФИО5, которые стали о чем-то разговаривать с ФИО36 и ФИО38, он же стал спускаться к выходу, в течение минуты ФИО36, ФИО5, ФИО38 и ФИО4 также вышли из подъезда и они пошли в кафе. Это было около 20:00. (т. 2 л.д. 196-198).

Свидетель ФИО17, показания которого частично оглашены, в ходе судебного заседания 22.11.2016 показал, что он видел, как ФИО37 первый ударил ФИО1 кулаком правой руки в левую часть лица, а потом ФИО1 ударил ФИО36 в правую часть лица (т. 5 л.д. 242-243).

После оглашения показаний свидетель ФИО17 пояснил, что показания следователем записаны с его слов, но он их подтверждает частично, ранее он не говорил о том, что видел как ФИО36 и ФИО37 избивали ФИО1, поскольку опасался за свою жизнь и здоровье со стороны подсудимых, также не подтвердил показания в части того, что на лестничной площадке им встретились ФИО3, ФИО5 и ФИО4, которые начали о чем-то разговаривать с ФИО36 и ФИО38. Пояснил, что в суде он дал более точные показания. Уточнил, что он видел как сначала ФИО37, затем ФИО36 нанесли по одному удару ФИО1 по лицу, также слышал звуки ударов.

Свидетель ФИО20 суду показал, что проживал в одном общежитии с ФИО1 и ФИО3 13.02.2016 у них в комнате распивал спиртное. Поскольку находился в состоянии сильного алкогольного опьянения, помнит только, что в комнате был ФИО18, и вечером к ФИО1 и ФИО3 приходили ФИО36, ФИО5. На следующий день, перед обедом ФИО3 пришла к нему в комнату и сообщила, что ФИО1 ни на что не реагирует. Он пришел к ней в комнату, где увидел лежащего на диване ФИО1, у которого был кровоподтек на лице, пульс у него не прощупывался, после чего он позвонил в скорую помощь и полицию.

Свидетель ФИО20, показания которого оглашены, в ходе предварительного следствия пояснил, что ... с ФИО1, ФИО3 в гостях у последних все вместе распивали спиртное. Поскольку много выпил спиртного, события помнит плохо. Помнит ФИО16, ФИО18, ФИО36 и ФИО5, молодого казаха. Очнулся ... утром дома у отца, пришла ФИО3 и сообщила, что ФИО1 не отзывается. Придя к ФИО3, обнаружил, что ФИО1 мёртв, у орбит его глаз были кровоподтеки. До этого у последнего телесных повреждений не было, на здоровье он не жаловался (т. 2 л.д. 230-231).

После оглашения данных показаний свидетель ФИО20 полностью подтвердил свои оглашённые показания, пояснив, что на момент допроса следователем события помнил лучше.

Свидетель ФИО16 суду показала, что когда она во время рассматриваемых событий вечером со своим мужем – ФИО18, ФИО9 находилась в гостях у ФИО3 и ФИО1 Когда они пришли в гости у ФИО1 видимых телесных повреждений не было. Затем в комнату пришли ФИО36, ФИО5, ФИО37, ФИО17 и девушка. ФИО3, вместе с этой девушкой и ФИО5 сразу ушли. ФИО37 с ФИО36 зашли в комнату к ФИО1. ФИО37 подошёл к ФИО1, толкнул его на диван, затем ударил ФИО1 рукой по лицу, нанеся ему пощечину. Уходя из комнаты, видела, как ФИО36 замахивался на ФИО1. Когда они вышли в коридор, ФИО36 с ФИО37 и ФИО1 оставались втроём в закрытой комнате около 5-10 минут. ФИО20 ушёл к себе в комнату спать. Они курили в коридоре, разговаривали с ФИО17. Затем ФИО36 и ФИО37 вышли из комнаты, она слышала, как ФИО36 сказал, что он удар не рассчитал, руке больно. Вернувшись в комнату с супругом, увидели ФИО1, у которого на лице была кровь, кровь шла у него из носа, на полу также была кровь. Вскоре вернулся ФИО20, затем пришла ФИО3, которой ФИО1 рассказывал, что его избили ФИО36 и ФИО37.

Свидетель ФИО16 показания которой оглашены, в ходе предварительного следствия пояснила, что когда 13.02.2016 около 19:00 находилась со своим мужем – ФИО18, и ФИО9 в гостях у ФИО3 и ФИО1, в квартиру пришли ФИО36, ФИО5, ФИО38, также в коридоре стоял ФИО17 и девушка, с которой ФИО3 сразу ушли. ФИО38 подошёл к ФИО1 и толкнул его, отчего ФИО1 сел на диван. На вопрос ФИО1 за что он его толкнул, ФИО38 сказал, что ФИО1 когда-то бегал с ножом за детьми. После этого ФИО38 ударил ФИО1 рукой по лицу, отчего у последнего пошла кровь из носа. Опасаясь, что будут вовлечены в конфликт, она с супругом ушла из квартиры. Уходя, видела, как ФИО36 замахивался рукой на ФИО1. ФИО36 с ФИО38 и ФИО1 остались втроём в комнате минут на 10. Они с супругом и ФИО17 курили в коридоре. Уходя, ФИО36 говорил Муратбеку, что у него болит локоть, поскольку он сильно ударил им ФИО1. Вернувшись в комнату с супругом, увидели ФИО1, у которого шла кровь из носа, появились кровоподтёки на лице, которых до этого не было, была кровь на полу. Вскоре пришла ФИО3, которой ФИО1 рассказал, что его избили ФИО36 и ФИО38, при этом ФИО36 бил его локтями рук (т. 2 л.д. 188-189).

После оглашений показаний свидетель ФИО16 свои оглашённые показания подтвердила частично, уточнив, что ФИО17 стоял в дверном проеме, ФИО37 толкнул ФИО1, нанес ему удар в виде пощечины, сказав ему, что он знает за что, также ФИО36 уходя из комнаты сказал, что он удар не рассчитал, локоть болит, кроме того, на лице ФИО1 были не кровоподтеки, а была размазана кровь, ФИО3 ФИО1 говорил, что ему наносили удары.

Свидетель ФИО23 суду показала, что ФИО1 и ФИО3 проживали в общежитии в квартире, расположенной напротив ее квартиры. Вечером, за день до смерти ФИО1, она встретила его в коридоре, по пути в умывальную комнату, при этом никаких телесных повреждений у него не видела. Ночью, накануне дня смерти ФИО1, он трижды приходил к ней за таблетками от головной боли. Первый раз около 21:00, при этом ФИО3 стояла в дверях их комнаты, второй раз около полуночи, в третий раз около 04:00. Было видно, что состояние ФИО1 ухудшилось, она предлагала ему обратиться за медицинской помощью, но тот отказывался. Телесных повреждений у ФИО1 не заметила.

Свидетель ФИО23, показания которой оглашены, в ходе предварительного следствия пояснила, что в ночь с 13 на 14.02.2016 проживавшие напротив её комнаты в общежитии ФИО1 и ФИО3 неоднократно приходили к ней за таблетками от головной боли. Первый раз – около 21:00 - пришёл один ФИО1, у последнего виднелось посинение в области глаза. Она дала ФИО1 анальгина. После полуночи ФИО1 пришёл с ФИО3. По внешнему виду ФИО1 было видно, что ему становилось хуже, однако он отказался обращаться к медиками. В 05:00 ФИО1 с ФИО3 вновь пришли к ней. Лицо у ФИО1 было синюшным, она дала ему таблетки. Со слов ФИО3, ФИО1 запретил ей обращаться к врачам. 14.02.2016 после обеда узнала о смерти ФИО1 (т. 3 л.д. 3-5).

Свидетель ФИО23, показания которой частично оглашены, в ходе судебного заседания 28.10.2016 показала, что она не может достоверно утверждать, что было на лице ФИО1, загрязненность или кровоподтек, поскольку в коридоре было темно (т. 5 л.д. 196).

После оглашения показаний свидетель ФИО23 подтвердила свои оглашённые показания, пояснив, что точно не знает, имелись ли у ФИО1 именно телесные повреждения на лице, а не загрязнённость, поскольку в коридоре было темно, и она специально не приглядывалась.

Свидетель ФИО18 суду показал, что когда вместе со своей супругой ФИО16 находились в общежитии в гостях у ФИО1 и ФИО3, в комнату к последним пришли ФИО36, ФИО37 и ФИО17 Он с супругой и ФИО17 вышли в коридор курить. Где при этом были ФИО36 и ФИО37, он не помнит, но с ними не находились. Через некоторое время ФИО36, ФИО37 и ФИО17 ушли.

Свидетель ФИО18 показания которого оглашены, в ходе судебного заседания 22.11.2016 показал, что когда вместе со своей супругой ФИО16 находились в общежитии в гостях у ФИО1 и ФИО3, в комнату к последним пришли ФИО36, ФИО5, ФИО37, ФИО17 Он с супругой и ФИО17 вышли в коридор курить. ФИО3 ушла вниз с ФИО5 и какой-то девушкой. В комнате оставались ФИО1, ФИО36 и ФИО37. Минут через 5 ФИО36 и ФИО37 ушли на 4 этаж, вместе с ними ушёл ФИО17. Зайдя в комнату они с супругой увидели, что из носа ФИО1 идёт кровь, на полу также была кровь. Вскоре вернулась ФИО3, ФИО1 ей что-то говорил. Они с супругой ушли. На следующий день узнал, что ФИО1 умер. В гостях у ФИО1 и ФИО3 также находился ФИО20, однако он ушёл к себе до прихода ФИО36 и ФИО5, ФИО37 и ФИО17 (т. 5 л.д. 226-235).

Свидетель ФИО18, показания которого оглашены, в ходе предварительного следствия пояснил, что 13.02.2016 вечером со своей супругой ФИО16, ФИО3 и ФИО1 распивали спиртное в общежитии у последних. Затем в квартиру пришли ФИО36, ФИО5, ФИО37 На пороге остался стоять ФИО17 ФИО5 с ФИО3 куда-то ушли. ФИО37 подошёл к ФИО1, стоящему у дивана и толкнул его руками, отчего ФИО1 сел на диван. Он вышел из квартиры поговорить с ФИО17, его супруга ФИО16 также вышла и они пошли курить в противоположный конец коридора. В комнате остались только ФИО1, ФИО36 и ФИО37. Минут через 10 последние вышли и направились вниз. ФИО17 пошёл за ними. Они с супругой вернулись в комнату, где увидели, что у ФИО1 из носа идёт кровь. ФИО1 сообщил, что друзья вспомнили старое, но подробности не рассказал. Вскоре пришла ФИО3, которая поинтересовалась у ФИО1 о произошедшем. ФИО1 сообщил, что не знает, за что друзья побили его, жаловался на головную боль. ФИО3 стала затирать кровь. Они с супругой ушли домой. ФИО20 также приходил в квартиру ФИО3, был сильно пьян (т. 2 л.д. 222-223).

После оглашения показаний свидетель ФИО18 полностью их подтвердил, пояснил, что более точные показание те, которые он давал следователю, поскольку на момент допроса следователем события помнил лучше.

Свидетель ФИО19 суду показала, что в один из дней зимой 2016 года вечером с подругой заходили в гости к ФИО1 и ФИО3. У ФИО1 на одежде видела кровь. Ей известно, что за несколько дней до ее прихода к ФИО1 и ФИО3, у них во дворе был конфликт с подростками, из-за сигарет, при этом они только поругались, драки не было.

Свидетель ФИО19, показания которой оглашены, в ходе предварительного следствия пояснила, что 13.02.2016 когда около 21:00 зашла домой к ФИО3 и ФИО1, у последнего видела сочившуюся кровь из носа. ФИО1 сообщил, что у него давление, хотя ранее на давление он никогда не жаловался (т. 2 л.д. 226-227).

После оглашения показаний свидетель ФИО19 полостью подтвердила свои оглашённые показания, пояснив, что на момент допроса следователем события помнила лучше, но сейчас вспомнила также о том, что на футболке ФИО1 была кровь.

Свидетель ФИО21 суду показала, что в феврале 2016 года, за 2 дня до смерти ФИО1, она вместе с сожителем ФИО7 была в гостях у ФИО1 и ФИО3, у ФИО1 с левой стороны на лице была царапина, припухлость, со слов ФИО3 и ФИО1 они подрались с «малолетками», на здоровье ФИО1 не жаловался. После этого ей позвонила ФИО3 и сообщила о смерти ФИО1, сказала при этом, что его накануне избили двое.

Свидетель ФИО21 показания которой оглашены, в ходе судебного заседания 7.11.2016 показала, что за 1-2 дня до смерти ФИО1 вместе со своим мужем – ФИО7, ФИО1 и ФИО3 дома у последних в общежитии распивали спиртное. У ФИО1 имелась припухлость и царапина около 2-3 см. длиной на левой стороне головы, над ухом, со слов ФИО1 он подрался с «малолетками» возле общежития. В день смерти ФИО1 вечером ФИО3 по телефону сообщила ей, что ФИО1 умер, когда ФИО3 находилась на лестнице с ФИО5, в комнате с ФИО1 оставались ФИО36 и казах. Со слов ФИО3, от ударов ФИО36 и казаха на лице ФИО1 образовалась гематома (т. 5 л.д. 209-214).

Свидетель ФИО21, показания которой оглашены, в ходе предварительного следствия пояснила, что 13.02.2016 днём распивала спиртное с ФИО1 и ФИО3 дома у последних. Каких-либо повреждений у ФИО1 не было, на здоровье он не жаловался. На следующий день вечером узнала о смерти ФИО1. Со слов ФИО3, вечером 13.02.2016 к ним домой пришли ФИО36, ФИО5, казах и ФИО4 ФИО3 вместе с ФИО4 и ФИО5 ушли из квартиры. ФИО36 с казахом остались с ФИО1 в комнате. Когда ФИО3 возвращалась к себе домой, то на лестничном марше встретила ФИО36 и казаха, которые сообщили ей, что только что избили ФИО1 (т. 2 л.д. 249-250).

После оглашения показаний свидетель ФИО21 пояснила, что более точные показания она дала дважды в суде, при допросе следователем была в состоянии алкогольного опьянения, свои показаний следователю не помнит, но подписи в протоколе её.

Свидетель ФИО5 суду показал, что 13.02.2016 после совместного распития спиртных напитков, он, вместе с ... ФИО36, а также с ФИО37 и ФИО17 по просьбе ФИО4 пришли в общежитие, где поднялись на 5 этаж в квартиру ФИО3 комнате кроме ФИО3 было еще 4-5 человек. Он в квартиру не заходил, сразу с ФИО4 и ФИО3 спустился на 4 этаж, где находились около двух минут, затем пошли обратно и на площадке 4 этажа, на лестничном пролете, встретили ФИО36, ФИО37 и ФИО17, после чего ФИО36, ФИО37, ФИО17 и ФИО4 пошли на улицу, а он вновь поднялся с ФИО3 на 5 этаж попросить сигарету. Слышал как ФИО3 спрашивала у мужчины с бородой, все ли нормально, тот ответил – да, телесных повреждений у мужчины не было, в комнате при этом находились еще два человека. Сигарет не оказалось, за ним поднялась ФИО4 и он ушел в бар к ФИО36 и ФИО37, где у него заболела голова и он ушел спать к другу.

Свидетель ФИО5, показания которого оглашены, в ходе предварительного следствия пояснил, что ... вечером со своим братом - ФИО36, ФИО17 и ФИО38, после распития спиртных напитков, вместе с ФИО4 пришли в квартиру ФИО3, там кроме последней, находились двое мужчин и женщина. ФИО4 и ФИО3 пошли в квартиру на 4 этаж, он пошел с ними. ФИО36 и ФИО38 остались в квартире ФИО3. ФИО17 стоял в коридоре. Минут через 5 с ФИО4 и ФИО3 пошли обратно на 5 этаж, на лестничной площадке между 4 и 5 этажами встретили ФИО36, ФИО38 и ФИО17, после чего все, за исключением ФИО3 пошли вниз. На улице расстались, он пошел домой спать, поскольку находился в состоянии сильного алкогольного опьянения, ФИО4 пошла к себе домой, ФИО36, ФИО17 и ФИО38 пошли в кафе «Сова» (т. 2 л.д. 208-209).

После оглашения показаний свидетель ФИО5 пояснил, что следователю давал такие же показания как в судебном заседании, протокол допроса не читал, так как читать не умеет, под диктовку следователя в протоколе собственноручно сделал удостоверяющую запись, подписал протокол, настаивал на своих показаниях данных в суде.

Свидетель ФИО4 показала, что 13.02.2016 вечером ФИО36, ФИО5, ФИО37 и ФИО17 по её просьбе ходили к ФИО3 в квартиру на 5 этаж общежития. В квартиру ФИО3 она заходила ненадолго вместе с ФИО5, остальные пошли к окну в коридоре. В квартире были ФИО3 с сожителем ФИО1, был ли там кто-то еще, она не обратила внимания. Вместе с ФИО3, ФИО5 спустилась на 4 этаж, так как они с ФИО3 хотели поговорить со ФИО16, но последняя оказалась пьяна. Через минуту-полторы к ним спустились ФИО36, ФИО37 и ФИО17. Находились на 4 этаже около 5 минут, затем ФИО36, ФИО37 и ФИО17 пошли вниз по лестнице. На лестничной площадке между ФИО36 и ФИО3 никаких конфликтов не было. ФИО3 пошла к себе на 5 этаж, ФИО5 пошел за ней, так как хотел попросить сигарет, она также пошла следом за ними. Видела, как ФИО5 зашел в комнату ФИО3 и ударил один раз ФИО1 ладонью разбив ему нос из которого пошла кровь, после этого она ФИО5 увела. Примерно за день до рассматриваемых событий она видела, что на улице происходил какой-то конфликт, слышала крики, предполагает, что была драка, после чего видела ФИО1 и ФИО3, которые забежали в общежитие, при этом ФИО3 была с молотком, а у ФИО1, как она узнала позже, в рукаве был нож. Со слов ФИО21 ей известно, что ФИО3 сообщила ей о том, что ночью с 13 на 14 февраля 2016 года к ним кто-то приходил с «разборками».

Свидетель ФИО4, показания которой оглашены, в ходе предварительного следствия пояснила, что 13.02.2016 вечером вместе с ФИО36 и ФИО5, ФИО37 пришла домой к ФИО3, где кроме последней находился сожитель ФИО3 - ФИО1, незнакомая девушка, как узнала позже, был ещё мужчина, которые все распивали спиртное. Вместе с ФИО3 ушла к ФИО16 на 4 этаж. ФИО5 пошёл с ними, находился рядом. Беседовали со ФИО16 около 5 минут, затем пошли на 5 этаж. Между 4 и 5 этажами встретили ФИО36 и ФИО37, которые шли вниз, на выход из подъезда. Они с ФИО5 вышли из подъезда чуть позднее. Когда заходили в комнату, телесных повреждений у ФИО1 она не видела (т. 2 л.д. 224-225).

Свидетель ФИО4 в ходе судебного заседания 7.11.2016 показала, что 13.02.2016 вечером ФИО36, ФИО5 ФИО37 и ФИО17 по её просьбе поднялись к квартире ФИО3 на 5 этаж общежития. С разрешения ФИО3 она ненадолго зашла к ней в квартиру вместе с ФИО5 Там, кроме ФИО3, находился ее сожитель ФИО1, был ли кто-то ещё она внимания не обратила. Вместе с ФИО3, ФИО5 спустилась на 4 этаж, где позвонили в общую дверь на этаже. Они с ФИО3 хотели поговорить со ФИО16, но последняя оказалась пьяна. Почти сразу же, минуты через 2-3, к ним спустились ФИО36, ФИО37 и ФИО17. Побыв на 4 этаже около 3-5 минут, она (ФИО4), ФИО36, ФИО5, ФИО37 и ФИО17 спустились вниз и ушли, никто из них обратно в комнату ФИО3 не поднимался. ФИО3 поднялась к себе в квартиру. ФИО1 никто не избивал, телесных повреждений ему не наносил, убийством ФИО3 никто не угрожал. За 2-3 дня до рассматриваемых событий у ФИО1 и ФИО3 был конфликт во дворе общежития с несовершеннолетними, после которого ФИО1 с ФИО3 забежали в общежитие с ножами и молотком. Со слов ФИО19, ФИО3 по телефону сообщила ФИО21, что ФИО1 ночью избили двое незнакомых парней (т. 5 л.д. 203-208).

После оглашения показаний свидетель ФИО4 пояснила, что она подтверждает показания данные ей в суде, показания, данные в ходе следствия не подтверждает, поскольку следователь не точно отразил ее показания, следователю не сообщала о том, что она совместно с братьями А-выми заходила в квартиру, протокол допроса она подписала под давлением следователя. Ранее не говорила о том, что ФИО1 ударил ФИО5, поскольку опасалась его.

Свидетель ФИО22 суду показал, что в день накануне смерти ФИО1, вечером, он пришел к ФИО1, у которого дома был ФИО9 Заметил, что у ФИО1 под глазом синяк. ФИО1 пояснил ему, что у него на улице произошел конфликт с «малолетками» из-за сигарет, больше он по этому поводу ничего у ФИО1 не спрашивал. Вечером он ушел от ФИО1, на следующий день вновь приходил, ФИО1 спал, он выпил с ФИО3 и ушел, больше ничего не помнит, так как был в состоянии сильного алкогольного опьянения. ФИО1 в его присутствии не говорил о причинении ему телесных повреждений ФИО36

Свидетель ФИО22, показания которого оглашены, в ходе предварительного следствия пояснил, что 13.02.2016 около 22:00 пришёл в общежитие в гости к ФИО1 и ФИО3 у которых встретил ФИО20. У ФИО1 кожа вокруг глаз была синюшного цвета. ФИО1 сообщил ему, что его в этой квартире пару часов назад избили ФИО36 с казахом. Выпив спиртного, ушёл спать к ФИО20. Утром на следующий день снова зашёл к ФИО1. Последний распивал спиртное с ФИО3, лежал на диване. У ФИО1 видел те же синяки под глазами. Выпив с ФИО3 спиртного, ушёл домой. Вечером узнал о смерти ФИО1 (т. 3 л.д. 1-2).

После оглашения данных показаний, свидетель ФИО22 их не подтвердил, пояснил, что подтверждает показания данные им в суде. Пояснил также, что во время допроса следователем он находился в состоянии алкогольного опьянения, протокол допроса читал, подписывал, но не понимает, почему в протоколе не указано ничего про «малолеток», не помнит, что он сообщал следователю о том, что ФИО1 избил ФИО36 с казахом.

Свидетель ФИО27 суду показала, что она участвовала в качестве понятой при осмотре места происшествия, сотрудники полиции показывали ей кровь в комнате ФИО1, а также полотенце, тапочки, рубашку на которых были следы крови, видела труп ФИО1. В комнате она присутствовала около 10 минут, второй понятой не было, права ей не разъясняли, вещи при ней не упаковывали, она подписала какую-то бумагу, в которой что-то было написано, подписи в протоколе осмотра места происшествия её.

Свидетель ФИО28 суду показала, что она участвовала в качестве понятой при осмотре места происшествия, присутствовала до того времени, когда увезли труп ФИО1. Права ей не разъясняли. При ней, следователь по порядку описывал все, что было в комнате, видела в комнате кровь, труп ФИО1, вещи в крови, тапочки, спортивные брюки, полотенце, которые изымали. Вещи при ней в бумажные пакеты не упаковывали Подписи в протоколе осмотра места происшествия её, когда она подписывала протокол, он был заполнен. Второй понятой была ФИО27

Свидетель ФИО26 суду показала, что работая фельдшером скорой медицинской помощи, 14 февраля 2016 года она выезжала по адресу: ... ... по вызову, по факту смерти ФИО1, составляла протокол установления смерти человека в двух экземплярах, один из которых находится в материалах дела. Указанное в протоколе время – 14:40, это время составления протокола, констатации смерти.

Свидетель ФИО29 суду показала, что она участвовала в качестве понятой при осмотре вещей. Второй понятой была ФИО30 Следователь ФИО24 при них осматривал вещи, которые находились в полиэтиленовых и бумажных упаковках. После осмотра они прочитали и подписали протокол, никаких замечаний у них не было.

Свидетель ФИО10 суду показал, что в составе следственно-оперативной группы он участвовал в осмотре места происшествия по факту смерти ФИО1, оказывал помощь следователю, производил фотосъемку, изготовил приобщенную к протоколу осмотра фототаблицу. При осмотре, от начала до конца осмотра, присутствовали понятые, две женщины, которые были приглашены до начала осмотра, по завершению осмотра понятые расписывались в протоколе, при них упаковывались изъятые предметы.

Виновность ФИО36 и ФИО37 также подтверждается материалами дела, исследованными в судебном заседании.

Протоколом осмотра места происшествия от 14.02.2016, в котором зафиксирована обстановка в комнате № дома № по ул. ... в ..., в которой на диван-кровати в положении лёжа обнаружен труп ФИО1, глаза с припухлостью, синюшного цвета. Под столом в комнате обнаружены футболка, спортивное трико, на секции шкафа – полотенце, возле дивана – сланцы. На всех указанных предметах следы вещества похожего на кровь. Указанные предметы изъяты (т. 1 л.д. 48-56).

Заключением эксперта № от ..., согласно которому смерть ФИО1 наступила от сдавления головного мозга субдуральной гематомой, как следствие закрытой черепно-мозговой травмы.

При исследовании трупа ФИО1 обнаружены телесные повреждения:

- закрытая черепно-мозговая травма, включающаяся в себя: .... Данные повреждения причинены твёрдыми тупыми предметами прижизненно, за несколько часов - одних суток до смерти ФИО1, расцениваются как тяжкий вред здоровью по признаку опасного для жизни вреда здоровью. Закрытая черепно-мозговая травма состоит в прямой причинно-следственной связи со смертью ФИО1. Не менее 3 точек приложения травмирующей силы при причинении закрытой черепно-мозговой травмы ФИО1. При падении с высоты собственного роста (с ускорением и без него) данная черепно-мозговая травма у ФИО1 возникнуть не могла, причинение данной травмы самому себе невозможно;

- кровоизлияния (2) .... Ссадины (5) ..., причинённые твёрдыми тупыми предметами за несколько часов – 1 суток до смерти ФИО1, расценивающиеся как повреждения, не повлёкшие вреда здоровью.

Имевшиеся у ФИО1 заболевания – ... и ... не повлияли на течение и исход закрытой черепно-мозговой травмы, не состоят в прямой причинно-следственной связи с его смертью (т. 1 л.д. 126-132).

Заключением № от ... комиссионной судебной медицинской экспертизы, согласно которому телесные повреждения у ФИО1 носили следующий характер:

- закрытая тупая черепно-мозговая травма в виде: ....

Смерть ФИО1 наступила в результате закрытой тупой черепно-мозговой травмы, от сдавления головного мозга острой субдуральной гематомой справа, осложнившейся выраженным отеком головного мозга, в пределах 16-24 часов к моменту судебно-медицинского исследования трупа в морге.

Закрытая черепно-мозговая травма, повлекшая за собой смерть ФИО1 причинила тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и состоит в прямой причинно-следственной связи со смертью.

Данная травма причинена в результате совокупности не менее 4 ударных воздействий твердым тупым предметом, не отобразившим своих конструктивных свойств (при этом, нельзя исключать возможность её причинения в результате ударов кулаком, локтями, ногами, обутыми в обувь постороннего лица) за короткий промежуток времени, однако, определить последовательность ударных воздействий в область головы, а также точный временной промежуток между ними, по имеющимся данным не представляется возможным. Наличие не менее 4 точек приложения действующей силы в область головы (...), характер повреждений (...) позволяет исключить возможность получения черепно-мозговой травмы, приведшей к смерти ФИО1, в результате падения потерпевшего из положения стоя (в том числе и после придания ему предшествующего ускорения). При экспертизе трупа ФИО1 не установлен источник кровотечения, приведший к образованию субдуральной гематомы, а поэтому, категорично высказываться о механизме её причинения по типу противоудара не представляется возможным.

Черепно-мозговая травма причинена прижизненно, в пределах 12-24 часов к моменту смерти, о чем свидетельствуют цвет кровоподтеков лица и кровоизлияния в мягкие ткани головы, что подтверждается данными гистологического исследования (клеточная реакция в виде реактивных изменений с присоединением репаративных процессов). .... Заболевание мягких мозговых оболочек (...) никоим образом не оказало влияние на возникновение и протекание черепно-мозговой травмы у ФИО1.

Бессимптомное протекание острого периода (так называемый «светлый промежуток») при черепно-мозговой травме с образованием острой субдуральной гематомы может длиться от 10-20 минут до нескольких часов и даже 1-2 суток. Поведение больного и ориентировка его в окружающем мире в этот период могут быть адекватными. Очаговых неврологических нарушений может не быть, либо они могут быть незначительно выраженными. Общемозговые симптомы в виде головной боли также могут быть лёгкими или умеренными, постепенно усиливающимися, при этом, пострадавшие в состоянии сами себя обслуживать.

Кроме того, при экспертизе трупа ФИО1 обнаружены повреждения: ... (5), ... (1).

Ссадины ..., причинены прижизненно, от нескольких часов до одних суток к моменту наступления смерти, о чем свидетельствуют состояние дна ссадин (ниже уровня окружающей кожи). Данные повреждения были причинены в результате неоднократных воздействий твердым тупым предметом (предметами), не отобразившим своих конструктивных свойств, как в результате ударов, так и при соударении с таковыми предметами. Установить последовательность причинения ссадин, а также точный временной промежуток между ними, по имеющимся данным не представляется возможным.

Ссадины расцениваются как повреждения, не причинившие вреда здоровью и в причинно-следственной связи со смертью не состоят.

Определить силу ударов в официально принятых физических единицах, в результате которых, ФИО1 причинены повреждения, не представляется возможным, ввиду отсутствия в судебно-медицинской экспертизе методик определения таковой.

В момент причинения повреждений положение потерпевшего могло быть любым (стоя, сидя, лежа и т.д.), при условии обращения травмированных областей (части тела человека) к действующему предмету (орудию).

Области с повреждениями, установленные у ФИО1 доступны для причинения собственной рукой.

В крови от трупа ФИО1 обнаружен этиловый спирт в концентрации – 0,78 промилле, соответствующей применительно к живым лицам лёгкой степени алкогольного опьянения (т. 1 л.д. 215-221).

Заключением биологической судебной экспертизы № от ..., согласно которому на спортивном трико, футболке, полотенце, сланцах обнаружена кровь одной группы с кровью ФИО1, которая могла произойти от самого ФИО1 (т. 2 л.д. 26-32).

Заключением эксперта № от ..., согласно которому в подногтевом содержимом ФИО1 обнаружена кровь человека, которая могла произойти от самого ФИО1, либо смешения его крови с кровью ФИО5, ФИО17 В подногтевом содержимом срезов ногтей с обеих кистей рук ФИО17, в смывах с кистей рук ФИО5 – наличия крови не установлено (т. 2 л.д. 63-68).

Протоколами выемки и осмотра, согласно которым у ФИО5, ФИО17, ФИО37, ФИО36 изъята их одежда, которая осмотрена, также осмотрены вещи, изъятые при осмотре места происшествия – футболка, спортивные трико, сланцы, полотенце (т. 1 л.д. 66-70, 72-76, 78-82, 84-87, 88-94).

Виновность ФИО36 по факту угрозы убийством ФИО3 подтверждается следующими доказательствами

Потерпевшая ФИО3 показала, что когда втроём вместе с ФИО4, ФИО5 шли обратно к ее квартире, на лестничной площадке между 4 и 5 этажом им встретились ФИО36 и ФИО37, которые сообщили, что только что избили ФИО1. Она поинтересовалась, почему они это сделали, тогда ФИО36 рукой сдавил ей горло, отчего она не могла дышать, испытывала сильную боль, сказал в грубой, нецензурной форме, что ей не стоит это выяснять. Угрозу ФИО36 она восприняла реально, опасалась за свою жизнь, поскольку он находился в состоянии алкогольного опьянения, был агрессивен.

Потерпевшая (свидетель) ФИО3, показания которой оглашены, в ходе предварительного следствия пояснила, что когда в вечернее время 13.02.2016 на лестничном пролёте между 4 и 5 этажом, ФИО36 и ФИО37 сообщили ей, что избили её сожителя, после того, как она у них спросила за что они его избили, ФИО36 правой рукой схватил её за горло, и стал сдавливать, перекрывая ей доступ воздуха на полминуты, сказав ей при этом, что если она будет интересоваться этим вопросом, то они её изобьют или убьют. Угрозу ФИО36 восприняла реально, поскольку последний находился в состоянии алкогольного опьянения, был агрессивен, она испытывала боль и не могла дышать (т. 2 л.д. 159-160, 165-168).

После оглашения показаний потерпевшая ФИО3 пояснила, что давала такие показания, полагает, что на следствии дала такие же показания, что и в суде.

Свидетель ФИО2 показала, что со слов ФИО3 ей известно, что когда ФИО3 возвращалась в комнату с четвертого этажа, встретила ФИО36 и ФИО37, которые рассказали ей, что только что избили ФИО1. Затем ФИО36 схватил ФИО3 за горло и угрожал ей, в связи с тем, что она спросила, за что они избили ФИО1.

Свидетель ФИО2, показания которой оглашены, в ходе предварительного следствия об этом ничего не пояснила (т. 2 л.д. 151-152).

После оглашения показаний свидетель ФИО2 полностью подтвердила их, пояснив, что подробности произошедших событий ей стали известны со слов ФИО3 уже после допроса следователем.

Свидетель ФИО17 суду показал, что 13.02.2016 в вечернее время у него дома он, ФИО37, ФИО36, ФИО5 распивали спиртное, затем в период с 19:00 до 20:00, по просьбе ФИО4 провожали ее на 5 этаж общежития в комнату ФИО3. С которой, а также с ФИО5 ФИО4 сразу ушла на 4 этаж. Он в комнату не заходил, в комнате остались ФИО1, ФИО36 и ФИО37, при этом он видел как сначала ФИО37, затем ФИО36 нанесли по одному удару ФИО1 по лицу, также слышал звуки ударов. Он с супругами ФИО16, ФИО18, которые в это время вышли из комнаты, пошел курить в конец коридора. Затем, примерно через 10 минут, из комнаты вышли ФИО36 и ФИО37 и он с ними пошел на 4 этаж, где встретили ФИО3, ФИО4 и ФИО5, после чего все пошли к выходу. ФИО3 что-то сказала, после чего, на площадке между 4 и 5 этажами, ФИО36 схватил ее за горло и сказал, в агрессивной форме, что избил ее сожителя, а если она себя будет так вести, то и ее изобьет. ФИО3 была растеряна, напугана, вырвалась и пошла на 5 этаж.

Свидетель ФИО17, показания которого оглашены, в ходе предварительного следствия пояснил, что 13.02.2016 после распития спиртного с ФИО36 и ФИО5, ФИО38 вместе с ФИО4 пришли в квартиру ФИО3. ФИО4 вместе с ФИО3 куда-то ушли. ФИО36 и ФИО38 вошли в квартиру, где высказали проживающему в комнате ФИО1 претензии по поводу того, что он бегает с ножами и топором, пугает детей. В это время из квартиры вышли супруги ФИО16 и ФИО18, с которым он ушёл курить в коридоре. В комнате оставались ФИО1, ФИО36 и ФИО38, из комнаты послушалась ругань, вскоре последние из квартиры вышли, он пошёл с ними. ФИО18 и ФИО16 пошли в квартиру. В подъезде встретили ФИО3, ФИО4 и ФИО5, которые стали о чем-то разговаривать с ФИО36 и ФИО38, он же стал спускаться к выходу, в течение минуты ФИО36, ФИО5, ФИО38 и ФИО4 также вышли из подъезда и они пошли в кафе. Это было около 20:00. (т. 2 л.д. 196-198).

После оглашения показаний свидетель ФИО17 пояснил, что показания записаны с его слов, но он их подтверждает частично, в суде он дал более точные показания, он видел, как ФИО36 схватил ФИО3 за горло и сказал, в агрессивной форме, что избил ее сожителя, а если она себя будет так вести, то и ее изобьет, следователю об этом не говорил, поскольку опасался за свою жизнь и здоровье со стороны подсудимых.

Свидетель ФИО21 в судебном заседании не сообщила, что ФИО3 рассказывала ей об угрозе убийством ФИО3 со стороны ФИО36

Свидетель ФИО21, показания которой оглашены, в ходе предварительного следствия пояснила, что 13.02.2016 днём распивала спиртное с ФИО1 и ФИО3 дома у последних. На следующий день вечером узнала о смерти ФИО1. Со слов ФИО3, вечером 13.02.2016 к ним домой пришли ФИО36, ФИО5, казах и ФИО4 ФИО3 вместе с ФИО4 и ФИО5 ушли из квартиры. ФИО36 с казахом остались с ФИО1. Возвращаясь к себе домой, ФИО3, на лестнице встретила ФИО36 и казаха, которые сообщили, что только что избили ФИО1. Когда ФИО3 поинтересовалась у ФИО36 и ФИО37 почему они это сделали, ей ответили, что ей не нужно интересоваться этим, а то её убьют (т. 2 л.д. 249-250).

После оглашения показаний свидетель ФИО21 пояснила, что при допросе следователем была в состоянии алкогольного опьянения, свои показаний следователю не помнит, подписи в протоколе её.

Свидетель ФИО5 суду показал, что 13.02.2016 после совместного распития спиртных напитков, он, вместе с ... ФИО36, а также с ФИО37 и ФИО17 по просьбе ФИО4 пришли в общежитие, где поднялись на 5 этаж в квартиру ФИО3 комнате кроме ФИО3 было еще 4-5 человек. Он в квартиру не заходил, сразу с ФИО4 и ФИО3 спустился на 4 этаж, где находились около 1-2 минут, затем пошли обратно и на площадке 4 этажа, на лестничном пролете, встретили ФИО36, ФИО37 и ФИО17, после чего ФИО36, ФИО37, ФИО17 и ФИО4 пошли на улицу, а он вновь поднялся с ФИО3 на 5 этаж попросить сигарету. При встрече на лестничном пролете брат убийством ФИО3 не угрожал, с ней никто не конфликтовал.

Свидетель ФИО5, показания которого оглашены, в ходе предварительного следствия пояснил, что 13.02.2016 вечером со своим братом - ФИО36, ФИО17 и ФИО38, после распития спиртных напитков, вместе с ФИО4 пришли в квартиру ФИО3, там кроме последней, находились двое мужчин и женщина. ФИО4 и ФИО3 пошли на 4 этаж, он пошел с ними. ФИО36 и ФИО38 остались в квартире ФИО3. ФИО17 стоял в коридоре. Минут через 5 с ФИО4 и ФИО3 пошли обратно на 5 этаж, на лестничной площадке между 4 и 5 этажами встретили ФИО36, ФИО38 и ФИО17, после чего все, за исключением ФИО3 пошли вниз. На улице расстались, он пошел домой спать, поскольку находился в состоянии сильного алкогольного опьянения, ФИО4 пошла к себе домой, ФИО36, ФИО17 и ФИО38 пошли в кафе «Сова» (т. 2 л.д. 208-209).

После оглашения показаний свидетель ФИО5 пояснил, что следователю давал такие же показания как в судебном заседании, протокол допроса не читал, так как читать не умеет, под диктовку следователя в протоколе собственноручно сделал удостоверяющую запись, подписал протокол, настаивал на своих показаниях данных в суде.

Свидетель ФИО4 показала, что 13.02.2016 вечером в общежитии на лестничной площадке между ФИО36 и ФИО3 никаких конфликтов не было.

Свидетель ФИО4, показания которой оглашены, в ходе предварительного следствия пояснила, что 13.02.2016 вечером вместе с ФИО36 и ФИО5, ФИО37 пришла домой к ФИО3, где кроме последней находился сожитель ФИО3 - ФИО1, незнакомая девушка, как узнала позже, был ещё мужчина, которые все распивали спиртное. Вместе с ФИО3 ушла к ФИО16 на 4 этаж. ФИО5 пошёл с ними, находился рядом. Минут через 5 пошли на 5 этаж. Между 4 и 5 этажами встретили ФИО36 и ФИО37, которые шли вниз, на выход из подъезда (т. 2 л.д. 224-225).

Свидетель ФИО4 в ходе судебного заседания 7.11.2016 показала, что 13.02.2016 вечером, когда они уходили с 4 этажа общежития, она, ФИО36, ФИО5, ФИО37 и ФИО17 спустились вниз и ушли. ФИО3 поднялась к себе в квартиру. Убийством ФИО3 никто не угрожал (т. 5 л.д. 203-208).

После оглашения показаний свидетель ФИО4 пояснила, что она подтверждает показания данные ей в суде, показания, данные в ходе следствия не подтверждает, поскольку следователь не точно отразил ее показания, следователю не сообщала о том, что они с ФИО3 и ФИО5 встретились между четвертым и пятым этажами с ФИО36 и ФИО37, протокол допроса она подписала под давлением следователя.

Виновность ФИО36 также подтверждается материалами дела, исследованными в судебном заседании.

Заявлением ФИО3 от 11.03.2016, согласно которому она просит привлечь к уголовной ответственности ФИО36, высказавшего вечером 13.02.2016 в подъезде дома № по ул. ... в ..., в её адрес угрозу убийством, которую она восприняла реально (т. 1 л.д. 43).

Протоколом осмотра места происшествия от 14.02.2016, в котором зафиксирована обстановка в квартире ... по ул. ..., в ..., расположенной на 5 этаже здания общежития, в которой на диван-кровати обнаружен труп ФИО1, с телесными повреждениями (т. 1 л.д. 48-56).

Данные о личности подсудимых установлены и исследованы судом на основании материалов уголовного дела: ФИО36 (т. 3 л.д. 204-210, 213-216, 219-220, 225), ФИО37 (т. 3 л.д. 108-113, 120).

Согласно справкам, выданным ГБУ «Катайская центральная районная больница» ФИО36 (т. 3 л.д. 224) и ФИО37 (т. 3 л.д. 117) не состоят на учете у врачей психиатра и нарколога.

Согласно заключениям судебно-психиатрической комиссии экспертов №, № от 30.03.2016 у ФИО36 и ФИО37 психических расстройств не выявлено. Установленный в подростковом возрасте диагноз у ФИО36 ... не соответствует диагностическим критериям МКБ-10 (IQ 70,71), поэтому по психическому состоянию ФИО36 может осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, также как и ФИО37. В период времени, относящийся к инкриминируемому им деянию ФИО36 и ФИО37 не обнаруживали и признаков какого-либо временного болезненного расстройства психической деятельности. В применении принудительных мер медицинского характера не нуждаются (т. 2 л.д. 135-137, 143-145).

С учётом непосредственного наблюдения за подсудимыми в ходе судебного заседания у суда не возникло оснований усомниться в выводах экспертных заключений, психическом здоровье подсудимых и их вменяемости.

Таким образом, перечисленные выше доказательства как прямо, так и косвенно, в целом и в деталях взаимосогласуясь между собой, указывают на совершение подсудимыми ФИО36 и ФИО37 умышленного причинения тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлёкшего по неосторожности смерть потерпевшего, а ФИО36 – также угрозы убийством, при обстоятельствах, соответствующих версии стороны обвинения и установленных при судебном разбирательстве дела.

Свидетель ФИО24, суду показал, что работая следователем Катайского МСО СУ СК по Курганской области, он проводил по делу предварительное расследование, осуществлял следственные и процессуальные действия, в том числе допросил указанных в обвинительном заключении свидетелей, потерпевших. Допросы и следственные действия проводились именно в те даты и в то время, которые указаны в протоколах. Составляя протоколы допросов, точно со слов допрашиваемых отражал их показания, перед допросами разъяснял процессуальные права, предупреждал об уголовной ответственности за отказ от дачи показаний и за дачу заведомо ложных показаний. После ознакомления с протоколами допросов, свидетели, в том числе ФИО5, собственноручно подписали протоколы, при этом всем свидетелям, после допросов предлагалось указать замечания. При допросах, свидетели находились в нормальном состоянии, в состоянии алкогольного опьянения не находились. Свидетеля ФИО21 допросил один раз. Недопустимых методов воздействий ни к кому не применял, в том числе к ФИО4. Все следственные действия проводились в присутствии понятых. При осмотре места происшествия присутствовали понятые и специалист, которым разъяснялись их процессуальные права, во время осмотра никто из них место происшествия не покидал, всем участникам следственных действий предлагалось внести замечания на протокол.

Суд, исследовав представленные сторонами по делу доказательства, не нашёл оснований к исключению каких-либо доказательств из числа допустимых (в том числе постановления о признании потерпевшей ФИО2 и протокола ее допроса), поскольку не обнаружил никаких существенных нарушений уголовно-процессуального закона при их получении, за исключением представленного стороной защиты, приобщенного к материалам и оглашённого также по ходатайству защиты протокола допроса свидетеля ФИО21 (т. 5 л.д. 44-54), который суд признает недопустимым доказательством. Из содержания этого протокола, следует, что допрос ФИО21 осуществлён не следователем, а оперуполномоченным ФИО25, без необходимого по закону поручения следователя, которое в материалах дела отсутствует, кроме того, следователь ФИО24 в суде пояснил, что поручения о допросе ФИО21 он ФИО25 не давал. В связи с незаконным проведением данного допроса, судом вынесено частное постановление.

Оснований для признания недопустимым доказательством протокола осмотра места происшествия от 14 февраля 2016 года суд не усматривает, поскольку осмотр места происшествия и изъятие в ходе его проведения предметов, имеющих значение для расследования уголовного дела, проведены в соответствии с требованиями УПК РФ, с участием понятых, правильность содержащихся сведений в протоколе осмотра подтверждена подписями лиц, участвовавших в проведении данного следственного действия. Согласно протоколу осмотра места происшествия, перед началом осмотра участвующим лицам, понятым ФИО27, ФИО28, специалисту ФИО10 разъяснены их права, ответственность, а также порядок производства осмотра места происшествия, они были предупреждены о применении технических средств, каких-либо заявлений, замечаний от них не поступило. Присутствовавшая при осмотре места происшествия ФИО3 не возражала против осмотра жилища, в котором она проживала. Доводы понятой ФИО27 о том, что она присутствовала при осмотре только около 10 минут, опровергаются как содержанием указанного протокола, так и показаниями свидетелей ФИО10 и ФИО24, согласно которым понятые присутствовали в ходе всего следственного действия.

Участие в осмотре места происшествия в качестве понятой ФИО27, знакомой ранее с потерпевшим ФИО1, а также ФИО28, являющейся бабушкой ФИО3, нарушением уголовно-процессуального закона не является, так как к числу лиц, участие которых в качестве понятых запрещено ст. 60 УПК РФ, знакомые не относятся, кроме того, на момент проведения осмотра, ФИО3 участником уголовного судопроизводства не являлась.

Кроме того, при оценке данного протокола, суд учитывает, что в ходе судебного разбирательства указанные понятые подтвердили, что при них изымали предметы со следами крови, они подписывали заполненный протокол. Специалист ФИО10 подтвердил факты изъятия и упаковки при понятых изъятых предметов, а также производство им фотосъемки, изготовление приобщенной к протоколу осмотра места происшествия фототаблицы.

Оценивая представленные стороной обвинения заключения экспертов, суд находитих в достаточной степени аргументированными, соответствующими всем предъявляемым требованиям, полученными в соответствии с установленными правилами проведения экспертиз и признает все без исключения заключения экспертов допустимыми доказательствами по делу. К своим выводам суд пришёл на основе полно исследованных в судебном заседании и проанализированных доказательств.

Оценивая показания потерпевших ФИО2, ФИО3, и всех без исключения свидетелей обвинения, суд приходит к следующим выводам.

Показания потерпевшей ФИО2 в судебном заседании и ее оглашённые показания, суд находит согласующимися между собой. Более точные и подробные показания в суде объясняются тем, что детали произошедшего ФИО2 узнала от ФИО3 уже после допроса следователем. Незначительные противоречия в показаниях объясняются, по мнению суда, давностью событий и не влияют на доказанность и квалификацию вменяемых подсудимым деяний.

Оценивая показания потерпевшей ФИО3, данные ей в ходе предварительного следствия и судебного разбирательства, суд не усматривает в них существенных противоречий. Сама ФИО3 в суде неоднократно утверждала, что она давала одинаковые показания следователю и в суде, кроме того, незначительные различия объясняются как давностью произошедших событий, так и количеством поставленных перед потерпевшей сторонами вопросов, а также их интерпретацией. В целом показания потерпевшей ФИО3 относительно юридически значимых обстоятельств подробны, последовательны и дополняют друг друга.

Показания свидетелей ФИО16 и ФИО23, данные ими на следствии и в суде, также не содержат существенных противоречий, согласуются с совокупностью доказательств по делу и соответствуют установленным судом обстоятельствам.

Противоречие в показаниях ФИО16 относительно нанесенного ФИО37 удара ФИО1, устранено в судебном заседании, где ФИО16 пояснила, что удар был в виде пощечины. Более точные показания ФИО16 в ходе предварительного следствия о том, что ФИО1 рассказывал при ней ФИО3 о том, что ФИО36 бил его локтями, суд находит уточняющими показания указанного свидетеля в судебном заседании.

Противоречие в показаниях свидетеля ФИО23 относительно посинения в области глаза у ФИО1, которое как следует из ее показаний на следствии, было у него во время прихода за таблетками, и что она не подтвердила в судебных заседаниях, пояснив, что в коридоре было темно, она специально не приглядывалась, не может с достоверностью сказать было это посинение, загрязненность, либо затенение, суд находит несущественным. Поскольку считает, что в условиях плохого освещения коридора свидетель ФИО23, специально не приглядываясь, могла одинаково воспринять посинение, загрязненность или затемнение на лице потерпевшего, о чем впоследствии сообщила следователю.

Таким образом, не усматривая существенных противоречий в показаниях потерпевших ФИО2 и ФИО3, свидетелей ФИО16 и ФИО23 суд находит их показания достоверными, принимает их показания, как на следствии, так и в суде в качестве доказательств виновности подсудимых.

Показания ФИО3 по другому уголовному делу, истребованные по ходатайству защиты (т. 5 л.д. 101-103, 106-107), в части противоречий показаниям ФИО3 по данному уголовному делу, а именно, о том, что события она помнит частично из-за выпитого спиртного, вместе с ФИО36 и ФИО5, ФИО37, ФИО4, ФИО17, к ним с ФИО1 заходили еще другие лица, суд находит недостоверными, поскольку они противоречат совокупности доказательств по делу, а также не подтверждены ФИО3 в настоящем судебном заседании.

Оглашённые показания свидетелей ФИО16, ФИО19, ФИО20, полностью подтверждённые ими в судебном заседании, суд находит более точными, согласующимися с другими доказательствами по делу, полнее соответствующими установленным судом обстоятельствам преступлений, причина существенных противоречий между показаниями данных свидетелей в суде и их оглашёнными показаниями, согласно пояснениям указанных свидетелей, связана с давностью событий и, по мнению суда, убедительна. Поэтому суд признает показания указанных свидетелей на следствии достоверными.

Свидетель ФИО17 свои оглашенные показания подтвердил частично. Его показания в ходе предварительного следствия и в суде в целом непротиворечивы. Вместе с тем, при допросе следователем, он не сообщал о том, что он видел как ФИО36 и ФИО37 наносили удары ФИО1, также не сообщал о том, что ФИО36 угрожал убийством ФИО3. Давая такие показания в суде, ФИО17 пояснил, что ранее он не говорил об этом, опасаясь за свою жизнь и здоровье со стороны подсудимых, в суде дал более точные показания, поскольку в настоящее время отбывает наказание в виде лишения свободы и изолирован от подсудимых.

В суде свидетель ФИО17 дал подробные показания, которые полностью согласуются с другими доказательствами по делу, поэтому суд признаёт их более полными и считает достоверными. Неполнота показаний ФИО17 относительно указанных фактов на предварительном следствии объясняется тем, что между ФИО17 и подсудимыми, совместно распивавшими накануне рассматриваемых событий спиртное, на тот момент фактически сложились дружеские отношения, поэтому суд полагает, что своими первоначальными показаниями на следствии, умалчивая об указанных обстоятельствах, ФИО17 пытался помочь положению подсудимых. Наряду с этим, учитывая, что показания ФИО17 в суде согласуются с совокупностью других доказательств, суд признает убедительным довод ФИО17 о том, что он дал такие показания следователю опасаясь подсудимых.

Оглашённые показания свидетелей ФИО21, ФИО5, ФИО4, ФИО22, данные ими в ходе предварительного расследования, вскоре после рассматриваемых событий, суд находит полнее согласующимися с иными доказательствами по делу, более соответствующими установленным судом обстоятельствам преступлений.

Показания свидетеля ФИО21 в суде в части противоречащей совокупности доказательств по делу и оглашённым показаниям ФИО21 (т. 2 л.д. 249-250), суд признаёт недостоверными. Указанные оглашённые показания ФИО21 на следствии, согласуются с совокупностью доказательств по делу, соответствуют установленным судом обстоятельствам преступлений, даны спустя незначительное время после рассматриваемых событий, поэтому являются достоверными.

Свидетель ФИО5 является ... подсудимого ФИО36, связи с чем, суд считает, что своими показаниями в суде, в том числе в силу родственных отношений, он пытался помочь подсудимым, одним из которых является его ....

Пояснения ФИО5 о том, что он подписал протокол допроса не читая его ввиду неграмотности, суд считает несостоятельными, поскольку находит неубедительными доводы ФИО5 о том, что имея образование 6 классов, он является неграмотным. С учетом изложенного, суд признает показания ФИО5 на следствии достоверными.

Свидетель ФИО4 является хорошей знакомой подсудимого ФИО36 о чем свидетельствует тот факт, что именно ФИО36, зная его номер телефона, ФИО4 пригласила сходить с ней в общежитие. В этой связи суд считает, что своими показаниям в суде ФИО4, в силу дружеских отношений пыталась помочь положению подсудимых, в том числе ФИО36

Утверждения свидетеля ФИО4 о причинении ФИО1 телесных повреждений иными лицами, в том числе и ФИО5, противоречат совокупности доказательств по делу, поэтому являются недостоверными. По этой причине, суд считает неубедительным довод ФИО4 о том, что она не сообщала ранее, что ФИО1 ударил ФИО5, поскольку опасалась его. Показания ФИО4 в ходе предварительного следствия суд признает достоверными, отвергая при этом ее показания в суде, в части противоречащей показаниям на следствии.

Показания свидетеля ФИО22 в суде и на следствии противоречивы. Вместе с тем, суд не усматривая оснований сомневаться в правдивости и достоверности показаний ФИО22, данных им в ходе предварительного расследования, учитывая, то, что указанные показания в большей степени соответствуют совокупности доказательств по делу и установленным судом обстоятельствам преступления, принимает их в качестве доказательств виновности подсудимых, отвергая при этом показания ФИО22 в суде, в части противоречащей его показаниям на следствии.

Данные в ходе предварительного расследования и оглашённые в судебном заседании показания потерпевшей ФИО2, свидетеля/потерпевшей ФИО3, свидетеля ФИО21 (т. 1 л.д. 249-250) и других свидетелей, являются допустимыми доказательствами по делу. Утверждение ФИО3, ФИО17, ФИО16, ФИО21, ФИО5, ФИО4, ФИО22, о том, что ими даны иные показания, чем в указанных в протоколах, опровергается содержанием этих протоколов, согласно которым допрашиваемым лицам, перед допросом разъяснялись все процессуальные права, в том числе предусмотренные ст. 51 Конституции РФ, ст.ст. 42, 56 УПК РФ, последствия дачи показаний. Правильность изложенных в протоколе показаний удостоверена собственноручными записями допрошенных лиц, их подписями, отсутствием замечаний. Указанные обстоятельства подтверждаются показаниями свидетеля ФИО24 – следователя, проводившего допросы, о соблюдении требований УПК РФ, допросе всех свидетелей в нормальном состоянии, не применении недопустимых методов воздействия, в том числе к свидетелю ФИО4.

Имеющиеся некоторые противоречия в показаниях потерпевших и свидетелей, в суде и на следствии, в части признанных судом достоверными, по мнению суда, незначительны, не влияют на доказанность и квалификацию совершённых подсудимыми преступлений, обусловлены давностью рассматриваемых событий.

Из показаний допрошенных в суде лиц, за исключением признанных недостоверными в этой части показаний ФИО21, а также из оглашённых показаний допрошенных на следствии лиц не следует, что у ФИО1 до рассматриваемых событий имелись какие-либо видимые телесные повреждения в области головы.

Оценивая признанные достоверными показания потерпевших ФИО2, ФИО3, и свидетелей обвинения, суд находит, что они правдивы, логичны, согласуются между собой и с письменными материалами дела, дополняют друг друга и в целом объективно восстанавливают происходившие события, а незначительные неточности в показаниях не влияют на общую картину преступлений, доказанность и юридическую оценку этих событий. По этим основаниям суд пришёл к выводу, что у потерпевших, свидетелей обвинения не было объективных причин оговаривать подсудимых.

Показания свидетеля ФИО26 не содержат информации об обстоятельствах совершенных преступлений, уточняют лишь время констатации смерти потерпевшего – 14:40. Показания свидетеля – понятой ФИО29 подтверждают факт производства следственного действия – осмотра изъятых предметов, в соответствии с установленными УПК РФ требованиями.

В судебном заседании по ходатайству защитников исследованы доказательства защиты, допрошены свидетели защиты ФИО11, ФИО12, ФИО13, а также оглашены показания свидетелей защиты ФИО31, ФИО32, ФИО33

Свидетель ФИО11 по обстоятельствам инкриминируемых подсудимым преступлений ничего не показала, пояснила, что имеющуюся в деле расписку о получении вещей ФИО37 она не писала, подпись в расписке не ее, вещи ФИО37 она не получала.

Свидетель ФИО12, суду показал, что вещи ФИО37 он у следователя не получал, расписку следователю не предоставлял.

Свидетель ФИО13 суду показал, что за 2-3 дня до смерти ФИО1 была драка с неизвестными молодыми людьми во дворе общежития, в ходе которой он видел, как ФИО1 нанесли два удара кулаком в лицо. Конфликт произошел из-за того, что они не дали молодым людям сигарет.

Свидетель ФИО14 суду показал, что он не согласен с выводами экспертных заключений № и № и считает, на основании гистологических и морфологических данных, что гематома, приведшая к смерти ФИО1 причинена в более ранний срок – около 2 суток до 13.02.2016г. Считает, что телесные повреждения ФИО1 могли быть причинены в разное время. Поддержал свои выводы, изложенные в рецензии и заключении специалиста.

Из оглашенных показаний свидетеля ФИО31 следует, что вечером 13.02.2016 около 20:00 после распития спиртного с ФИО1, курил с ним в коридоре общежития, когда к ФИО1 пришли несколько человек. После чего ФИО1 пошёл к себе домой, он к себе. Утром следующего дня пришёл к ФИО1 домой, где встретил ФИО3 с тремя мужчинами. Со слов ФИО3, ФИО1 побил человек, которого зовут ФИО34, при этом ФИО3 была пьяна. ФИО1 лежал на диване, у него на лице имелись телесные повреждения. Позже узнал, что ФИО34 зовут ещё одного человека. 14.02.2016 около 14:00-15:00 узнал, что ФИО1 умер. Позже ФИО3 ему сообщила, что телесные повреждения ФИО1 причинил его брат, при этом была трезвой. Около года назад брат ФИО1 кидался с молотком на ФИО1 (т. 5 л.д. 267-268).

Из оглашенных показаний свидетеля ФИО32 следует, что у него есть брат по имени ФИО34, когда узнал, что брата подозревают в смерти ФИО1, он обратился к ФИО3, которая пояснила, что перепутала имя. Дня за 2-3 до 13.02.2016 ФИО1 участвовал в драке, в ходе которой ему причинили телесные повреждения (т. 5 л.д. 268-269).

Из оглашенных показаний свидетеля ФИО33 следует, что он не согласен с выводами экспертных заключений № и №, считает, что закрытая тупая черепно-мозговая травма ФИО1 получена в более ранний срок за 2-3 суток до его смерти, о чем свидетельствует морфологический вид гематомы (т. 5 л.д. 272-276).

Согласно заявлению о преступлении от 12.10.2017г. ФИО15, поданному в ОМВД России по Катайскому району (талон уведомление № 322), она сообщает о причинении неизвестным мужчиной телесных повреждений ФИО1, в вечернее время примерно за два дня до 14.02.2016г. во дворе дома № по ул.... в ... (т. 7 л.д. 216, 217).

Давая оценку показаниям свидетелей защиты, суд находит показания ФИО11 и ФИО12 не имеющими прямого отношения к рассматриваемым событиям.

Показания ФИО31 в части их противоречия совокупности доказательств по делу, суд признаёт недостоверными, поскольку ФИО31 не является очевидцем рассматриваемых событий, о том, кто причинил ФИО1 телесные повреждения, он узнал от ФИО3, последняя показания ФИО31 в данной части не подтвердила.

Показания свидетеля ФИО32 и ФИО7 суд находит не противоречащими совокупности доказательств по делу.

Факт причинения ФИО36 и ФИО37 тяжкого вреда здоровью ФИО1, повлёкшего по неосторожности его смерть, подтверждается совокупностью согласующихся между собой доказательств, а именно: показаниями потерпевших ФИО2, ФИО3, пояснивших о том, что именно подсудимые ФИО36 и ФИО37 совместно нанесли ФИО1 поочерёдно удары руками и локтями по голове и в грудь, после чего у ФИО1 пошла кровь из носа, появились кровоподтёки в области глаз, опухли губы и нос, а также появилась опухоль в области левого виска, свидетелей ФИО16, ФИО18, подтвердивших, что подсудимые оставались наедине с ФИО1, ФИО36 замахивался на ФИО1, а ФИО37 толкал ФИО1, после ухода подсудимых у ФИО1 видели кровь из носа, кровь на полу, ФИО1 сообщал, что его избили подсудимые вдвоём, а также ФИО16 о том, что ФИО36 уходя из комнаты говорил, что у него болит локоть, поскольку он не рассчитал удар и сильно ударил им ФИО1, показаниями свидетеля ФИО17 который видел как подсудимые нанесли ФИО1 поочередно удары и слышал звуки последующих ударов, после того как подсудимые остались с потерпевшим в комнате, оглашенными показаниями свидетеля ФИО22, которому сам ФИО1 сообщил о том, что его избили в квартире ФИО36 с казахом, оглашенными показаниям свидетеля ФИО21, которой о произошедшем стало известно от ФИО3, которым не противоречат также оглашённые показания свидетелей ФИО4, ФИО5, ФИО20, ФИО19, ФИО23, письменными материалами дела – протоколом осмотра места происшествия, в ходе которого в квартире, где проживали ФИО3 и ФИО1 обнаружен труп ФИО1 с телесными повреждениями; экспертными заключениями № и №, согласно которым смерть ФИО1 наступила от закрытой черепно-мозговой травмы, соответствующей установленным судом обстоятельствам преступления и возникшей в срок, соответствующий обстоятельствам дела, экспертными заключениями № и №, согласно которым кровь на одежде, обуви ФИО1 и в его подногтевом содержимом, могла произойти от самого ФИО1, и иными доказательствами, исследовав которые суд приходит к выводу об их относимости, допустимости и достоверности, поскольку все доказательства получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона. Совокупность указанных доказательств не оставляет никаких сомнений в виновности подсудимых в причинении тяжкого вреда здоровью ФИО1, повлёкшего по неосторожности его смерть.

Суд отвергает версию подсудимых и защиты о том, что закрытая черепно-мозговая травма ФИО1, от которой наступила его смерть, причинены самим ФИО1, а также другими лицами.

Из исследованных в судебном заседании показаний потерпевшей ФИО3, свидетелей ФИО4 и других свидетелей следует, что конфликт между ФИО1 и неизвестными лицами возле общежития произошёл за 2-3 дня до рассматриваемых событий. В этой связи установленное экспертными заключениями № и № время причинения телесных повреждений ФИО1, от которых наступила его смерть – в пределах 1 суток до его смерти, невозможность причинения данных телесных повреждений самим ФИО1, полностью исключает версию защиты об этом.

Представленное суду заявление ФИО15 о совершенном преступлении объективно не подтверждает причастность к нанесению ФИО1 телесных повреждений других лиц.

Из исследованных в суде и признанных достоверными показаний потерпевших, свидетелей, следует, что никто из них не пояснял о том, что телесные повреждения ФИО1 причиняли ФИО20, ФИО17, ФИО5 или иные лица.

Иных доказательств, которые бы свидетельствовали, что к смерти ФИО1 причастны иные, кроме ФИО36 и ФИО37, лица по делу не имеется.

Поскольку версия подсудимых и защиты о причастности к причинению ФИО1 закрытой черепно-мозговой травмы полностью опровергается совокупностью исследованных доказательств, суд считает ее не соответствующей фактически установленным судом обстоятельствам и отвергает ее.

Версию ФИО37 о том, что он случайно задел рукой лицо ФИО1, суд считает несостоятельной, поскольку она опровергается показаниями потерпевшей ФИО3, свидетелей ФИО16 и ФИО17, которые показали о нанесении ФИО37 умышленного удара, не доверять показаниям указанных лиц у суда оснований не имеется, их показания признаны достоверными.

Доводы ФИО36 о том, что он ударился локтем о шкаф, о чем и говорил в коридоре общежития, имея ввиду, то, что удар не рассчитал ФИО20, который его толкнул, также несостоятельны, так как они опровергаются показаниями свидетеля ФИО16, о том, что ФИО36 говорил ФИО37, что у него болит локоть, поскольку он сильно ударил им ФИО1. Показания ФИО16 полностью согласуются с показаниями потерпевшей ФИО3, которой сам ФИО1 сообщил о том, что его били локтями, и показаниями потерпевшей ФИО2, которой об этом стало известно через небольшой промежуток времени от ФИО3, не доверять показаниям указанных лиц у суда оснований также не имеется.

В судебном заседании, на основании признанных достоверными показаний потерпевшей ФИО3, свидетелей ФИО20, ФИО16, ФИО23, ФИО21 установлено, что до прихода подсудимых ФИО36 и ФИО37, ФИО1 телесных повреждений не имел, поэтому суд считает, что все телесные повреждения, зафиксированные у ФИО1 были причинены ему подсудимыми, а не кем-то другим.

Показания подсудимых ФИО36 и ФИО37, в части их противоречия указанным доказательствам суд признаёт недостоверными, расценивает как избранную линию защиты и связывает с желанием избежать уголовной ответственности за содеянное.

Поскольку экспертным заключениям № и №, полученным в соответствии с установленными уголовно-процессуальным законом требованиями, являющимися исследованиями в области специальных знаний, данным компетентными экспертными учреждениями, не доверять которым суд никаких оснований не усматривает, противоречит заключение специалиста № ФИО14 (т. 1 л.д. 163-193), суд признаёт заключение специалиста № недостоверным, при этом учитывает, что ФИО14 никем об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения не предупреждался, его выводы противоречат не только экспертным заключениям № и №, но и совокупности доказательств по делу.

По этим же основаниям суд признает недостоверным доказательством рецензию на заключение № специалиста ФИО14 (т. 7 л.д. 101-120).

Показания специалиста ФИО14, допрошенного в суде по ходатайству защиты, который не согласен с выводами экспертных заключений № и № и считает, что гематома, приведшая к смерти ФИО1 причинена в более ранний срок – около 2 суток до 13.02.2016г., суд отвергает, поскольку ФИО14 судебную экспертизу по этому делу не проводил, разъяснять экспертные заключения № и № не вправе, его показания противоречат не только этим экспертным заключениям, но и совокупности доказательств по делу.

Оглашенные по ходатайству защиты, показания специалиста ФИО33, который не согласен с выводами экспертных заключений № и № и считает, что закрытая тупая черепно-мозговая травма ФИО1 получена в более ранний срок - 2-3 суток до его смерти, суд также отвергает, поскольку ФИО33 какую-либо судебную экспертизу по этому делу также не проводил, разъяснять экспертные заключения № и № не вправе, его показания противоречат не только этим экспертным заключениям, но и совокупности доказательств по делу.

Таким образом, исследованные доказательства в их совокупности позволяют прийти к выводу, что телесные повреждения ФИО1, от которых наступила его смерть, указанные в экспертных заключениях № и №, причинены совместными умышленными действиями подсудимых, имевшими своей целью именно причинение тяжких телесных повреждений ФИО1, от которых наступила его смерть, то есть между ними имеется прямая причинно – следственная связь.

О наличии умысла на причинение тяжких телесных повреждений ФИО1 у подсудимых ФИО36 и ФИО37 свидетельствует избранный последними способ совершения преступления, количество и локализация нанесённых ФИО1 множественных ударов руками в жизненно важный орган – голову.

Суд не находит оснований для признания совершения преступления подсудимыми в состоянии аффекта, необходимой обороны или превышения пределов необходимой обороны, либо причинения смерти по неосторожности, поскольку в судебном заседании установлено, что на момент причинения подсудимыми ФИО1 телесных повреждений, последний какого-либо нападения или аморальных действий в отношении подсудимых не совершал, угроз в их адрес не высказывал, никакого сопротивления не оказывал, не представлял никакой опасности для жизни и здоровья подсудимых. Причиняя ФИО1 телесные повреждения, ФИО36 и ФИО37 осознавали общественную опасность своих действий, предвидели возможность или неизбежность наступления общественно опасных последствий и желали их наступления, то есть действовали с прямым умыслом. По отношению к смерти ФИО1 у подсудимых следует признать неосторожную форму вины, поскольку причиняя ему телесные повреждения, подсудимые не предвидели возможность наступления общественно опасных последствий своих действий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должны были и могли предвидеть эти последствия.

Представленные суду доказательства позволяют прийти к выводу об отсутствии у подсудимых ФИО36 и ФИО37 в момент совершения преступления состояния внезапно возникшего сильного душевного волнения, поскольку для такого состояния характерно затруднение самоконтроля и критической оценки принимаемых решений. Из исследованных судом доказательств, установленных обстоятельств преступлений, следует, что подсудимые ФИО36 и ФИО37 при его совершении не испытывали какие-либо затруднения самоконтроля и критической оценки своих действий. ФИО1 не высказывал в их адрес какие-либо тяжкие оскорбления, не совершал нападения или аморальных действий.

Суд считает виновность подсудимых по факту причинения тяжкого вреда здоровью ФИО1, повлёкшего по неосторожности его смерть, доказанной, так как в судебном заседании установлено, что подсудимые ФИО36 и ФИО37 умышленно причинили ФИО1 телесные повреждения, повлёкшие тяжкий вред здоровью и последующую его смерть, что подтверждается экспертными заключениями № и №, в которых указано о наступлении смерти ФИО1 от закрытой тупой черепно-мозговой травмы.

Давая правовую оценку действиям подсудимых ФИО36 и ФИО37 по факту умышленного причинения тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлёкшего по неосторожности смерть ФИО1, суд исходит из установленных на основании приведённых выше доказательств обстоятельств дела, согласно которым подсудимые, находясь в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, в ходе ссоры с ФИО1, возникшей на почве личных неприязненных отношений, умышленно, группой лиц, с целью причинения тяжкого вреда здоровью ФИО1, нанесли ФИО1 поочерёдно, совместно, не менее 10-ти ударов кулаками и локтями рук в область лица, волосистой части головы, передней поверхности грудной клетки и проекции крыла правой подвздошной кости, то есть, в том числе, в жизненно важные органы, чем причинили ФИО1 тяжкий вред здоровью по признаку опасного для жизни вреда здоровью, от которых по неосторожности наступила его смерть.

На основании изложенного, суд квалифицирует действия подсудимых ФИО36 и ФИО37 по факту причинения тяжкого вреда здоровью ФИО1, повлёкшего по неосторожности его смерть, по ч. 4 ст. 111 УК РФ, умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершённое группой лиц, повлёкшее по неосторожности смерть потерпевшего.

В судебном заседании нашёл своё полное подтверждение квалифицирующий признак совершения преступления группой лиц, который подтверждается показаниями потерпевшей ФИО3, свидетелей ФИО16, ФИО18, ФИО17 и др. последовательностью, согласованностью и направленностью действий подсудимых ФИО36 и ФИО37, имевших общую преступную цель – причинение тяжкого вреда здоровью ФИО1.

Факт совершения подсудимым ФИО36 угрозы убийством ФИО3 подтверждается показаниями потерпевшей ФИО3 на следствии и в суде, которые подробны, последовательны, согласуются между собой и с другими доказательствами, не доверять показаниям потерпевшей суд оснований не усматривает, кроме того, указанный факт подтверждается согласующимися с показаниями потерпевшей показаниями свидетеля ФИО2 в судебном заседании, показаниями свидетеля ФИО17 в судебном заседании, которые суд признает достоверными по приведенным выше основаниям, оглашёнными показаниями свидетеля ФИО21, которым не противоречат также оглашённые показания свидетелей ФИО4, ФИО17, ФИО5 и других свидетелей, письменными материалами дела – заявлением ФИО3 о привлечении ФИО36 к уголовной ответственности за угрозу убийством в ее адрес, иными доказательствами, исследовав которые суд приходит к выводу о их относимости, допустимости и достоверности, поскольку они получены с соблюдением всех требований уголовно-процессуального закона. Совокупность указанных доказательств не оставляет никаких сомнений в виновности подсудимого ФИО36 в совершении угрозы убийством ФИО3.

Учитывая обстоятельства дела, нахождение подсудимого ФИО36 в состоянии алкогольного опьянения, тот факт, что перед высказанной ФИО36 угрозе убийством ФИО3, подсудимые сообщили ей о причинении ими телесных повреждений ФИО1, учитывая также, что ФИО36 схватил рукой за горло ФИО3, перекрыв ей доступ воздуха, отчего ФИО3 не могла дышать, был при этом агрессивно настроен, рассчитывать на помощь присутствующих потерпевшая не могла, у ФИО3 имелись все основания опасаться данной угрозы убийством, то есть угроза убийством носила реальный характер.

Давая правовую оценку действиям подсудимого ФИО36 по факту угрозы убийством ФИО3, суд исходит из установленных приведёнными выше доказательствами обстоятельств дела, согласно которым ФИО36, находящийся в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, осуществляя свой преступный умысел, направленный на угрозу убийством ФИО3, после причинения ФИО1 совместно с ФИО37 телесных повреждений, взял рукой за горло ФИО3, в результате чего перекрыл ей доступ воздуха, лишил ее возможности дышать, и удерживая последнюю, умышленно, высказал ФИО3 слова угрозы убийством, при этом ФИО3 угрозу убийством со стороны ФИО36 восприняла реально, опасался за свою жизнь, у неё имелись основания опасаться осуществления этой угрозы.

При таких обстоятельствах, действия ФИО36 по факту угрозы убийством ФИО3 суд квалифицирует по ч. 1 ст. 119 УК РФ – угроза убийством, если имелись основания опасаться осуществления этой угрозы.

Давая оценку иным исследованным доказательствам по делу, суд находит, что они не опровергают изложенное.

Подсудимые ФИО36 и ФИО37 виновны в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, а ФИО36, кроме того, в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 119 УК РФ, оснований для освобождения их от уголовной ответственности не имеется. Согласно заключениям судебно-психиатрических экспертиз у них психических расстройств не выявлено, в применении принудительных мер медицинского характера они не нуждаются. Поэтому суд считает, что совершая преступления, подсудимые были вменяемы.

Данные о личности подсудимых установлены и исследованы судом на основании материалов уголовного дела: ФИО36 (т. 3 л.д. 119, 204-210, 213-216, 219-220, 222, 225), ФИО37 (т. 3 л.д. 108-113, 115, 120, т. 5 л.д. 117-118).

Согласно информации ГБУ «Катайская центральная районная больница» (т. 3 л.д. 117, 224), ФИО37 и ФИО36 не состоят на учете у врачей психиатра и нарколога.

Решая вопрос о назначении наказания, суд учитывает все обстоятельства данного уголовного дела, тяжесть, характер и степень общественной опасности совершенных подсудимыми преступлений, данные о личностях подсудимых, характеризующихся удовлетворительно, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, влияние назначенного наказания на исправление осужденных и на условия жизни их семей.

Обстоятельствами, смягчающими наказание подсудимым ФИО36 и ФИО37, суд признаёт наличие у каждого из них малолетних детей.

Обстоятельством, отягчающим наказание ФИО36, суд признаёт рецидив преступлений, поскольку он совершил умышленные преступления, имея не снятые и не погашенные в установленном законом порядке судимости за ранее совершённые умышленные преступления. Рецидив является опасным, поскольку ранее, 23 июня 2006 года, ФИО36 осуждался за совершение тяжкого преступления к реальному лишению свободы (ч. 2 ст. 18 УК РФ).

В соответствии с ч. 1.1 ст. 63 УК РФ с учётом характера и степени общественной опасности совершённых ФИО36 и ФИО37 преступлений, обстоятельств их совершения, личности подсудимых, ФИО36 – неоднократно привлекавшегося к административной ответственности в связи со злоупотреблением спиртными напитками, обусловленности совершения преступлений опьянением, вызванным чрезмерным употреблением спиртного, в качестве отягчающего наказание ФИО36 и ФИО37 обстоятельства суд учитывает совершение преступлений подсудимыми в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя. Это обстоятельство подтверждается показаниями потерпевшей ФИО3, свидетелей ФИО17, ФИО5

Учитывая указанные обстоятельства, а также обстоятельства совершённых ФИО36 и ФИО37 преступлений, суд приходит к выводу, что исправление подсудимых невозможно без изоляции их от общества и наказание им следует назначить по ч. 4 ст. 111 УК РФ, а ФИО36 – также по ч. 1 ст. 119 УК РФ - в виде лишения свободы, без применения ст. 73 УК РФ, при этом, ФИО36 - с учётом требований ч. 2 ст. 68 УК РФ, то есть в размере не менее 1/3 части максимального срока наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за каждое совершённое преступление, но в пределах санкции соответствующих статей Особенной части УК РФ, поскольку именно это наказание будет наиболее полно отвечать общим началам и принципам назначения уголовного наказания, способствовать восстановлению социальной справедливости, а также исправлению осуждённых и предупреждению совершения ими новых преступлений. Оснований для применения в отношении ФИО36 положений ч. 3 ст. 68 УК РФ суд не усматривает.

Дополнительное наказание, предусмотренное санкцией ч. 4 ст. 111 УК РФ в виде ограничения свободы, суд считает назначать подсудимым нецелесообразным.

Учитывая, что одно из совершённых ФИО36 преступлений является особо тяжким, наказание по их совокупности ему следует назначить по правилам ч. 3 ст. 69 УК РФ, путём частичного сложения наказаний.

Поскольку преступления ФИО36 по настоящему приговору совершены после его осуждения по приговору от 22.01.2016, наказание по которому им не отбывалось полностью, окончательное наказание ему следует назначить по правилам ст. 70 УК РФ, путём частичного присоединения неотбытой части наказания по предыдущему приговору, с учетом положений ч. 1 ст. 71 УК РФ.

Каких-либо исключительных обстоятельств, оправдывающих цели и мотивы совершённых преступлений, существенно уменьшающих степень их общественной опасности, позволяющих при назначении наказания применить к подсудимым положения ст. 64 УК РФ, изменить категорию преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ на менее тяжкую, суд не усматривает.

В соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ отбывание лишения свободы обоим подсудимым суд назначает в исправительной колонии строгого режима, поскольку ФИО36 совершил особо тяжкое преступление при опасном рецидиве, ранее отбывал лишение свободы, ФИО37 – совершил особо тяжкое преступление, ранее лишение свободы не отбывал.

По делу потерпевшей ФИО2 заявлен гражданский иск к ФИО36 и ФИО37 о взыскании с каждого из них по 500000 рублей в счет компенсации морального вреда, причиненного смертью ФИО1, а также материального вреда в размере 44196 рублей. В судебном заседании ФИО2 иск поддержала. Подсудимые иск не признали.

Суд считает иск ФИО2 обоснованным и подлежащим частичному удовлетворению.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. Смертью сына – ФИО1, потерпевшей ФИО2 причинен моральный вред – нравственные страдания. Поэтому подсудимые ФИО36 и ФИО37 как лица виновные в наступлении смерти ФИО1, обязаны возместить ФИО2 моральный вред. В соответствии со ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. С учетом требований разумности и справедливости суд считает, что с каждого из подсудимых в пользу ФИО2 следует взыскать по 300 000 рублей.

В соответствии со ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившем вред. На основании ст. 1094 ГК РФ лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязан возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы. Подсудимые как лица, виновные в смерти ФИО1 обязаны возместить потерпевшей ФИО2 расходы, связанные с погребением ФИО1 Поэтому суд также считает необходимым удовлетворить исковые требования ФИО2 в части взыскания материальных расходов на похороны погибшего в результате преступления сына в сумме 44196 рублей, взыскав указанную сумму с подсудимых в равных долях (ст. 1080 ГК РФ).

Исковые требования о возмещении материального вреда подтверждаются представленными финансовыми документами, достоверность которых никаких сомнений не вызывает.

Вещественные доказательства: футболку, спортивные трико, пару сланцев, полотенце, в соответствии с п. 3 ч. 3 ст. 81 УПК РФ, следует уничтожить, по вступлению приговора в законную силу.

Меру пресечения подсудимым ФИО36 и ФИО37 до вступления настоящего приговора в законную силу следует оставить без изменения в виде заключения под стражу, поскольку это необходимо в целях обеспечения исполнения приговора.

Взыскать в пользу бюджета Российской Федерации процессуальные издержки, понесенные на оплату вознаграждения защитникам – адвокатам Ивановой Е.В. и Кунгурову Н.С., принимавшим участие в ходе предварительного расследования по делу: с ФИО36 в сумме 632 рубля 50 копеек; с ФИО37 в сумме 632 рубля 50 копеек.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 307, 308 и 309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

Признать ФИО36 виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 111, ч. 1 ст. 119 УК РФ и назначить ему наказание:

- по ч. 4 ст. 111 УК РФ в виде лишения свободы на срок десять лет;

- по ч. 1 ст. 119 УК РФ в виде лишения свободы на срок один год шесть месяцев;

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний, назначить ФИО36 наказание в виде лишения свободы на срок одиннадцать лет.

На основании ст. 70, 71 УК РФ путем частичного присоединения неотбытого ФИО36 наказания по приговору мирового судьи судебного участка № 10 Катайского судебного района Курганской области от 22 января 2016 года, назначить ФИО36 окончательное наказание в виде лишения свободы на срок одиннадцать лет один месяц с отбыванием им наказания в исправительной колонии строгого режима.

Признать ФИО37 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок девять лет с отбыванием им наказания в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения осужденным ФИО36 и ФИО37 до вступления приговора суда в законную силу оставить без изменения в виде заключения под стражу.

Срок отбытия наказания ФИО36 и ФИО37 исчислять с 16 октября 2017 года.

Зачесть ФИО36 и ФИО37 в срок отбытия ими наказания время нахождения их под стражей в порядке задержания и меры пресечения в ходе предварительного расследования и рассмотрения уголовного дела в суде в период с 14 марта 2016 года по 15 октября 2017 года включительно.

Гражданский иск потерпевшей ФИО2 о взыскании с подсудимых компенсации морального вреда, материального ущерба, причинённых преступлением, удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО36, ФИО37 в пользу ФИО2: 600000 (Шестьсот тысяч) рублей - в счет компенсации морального вреда, 44196 (Сорок четыре тысячи сто девяносто шесть) рублей – в счет возмещения материального ущерба, причинённых преступлением, в равных долях – с каждого из подсудимых, то есть по 322098 (Триста двадцать две тысячи девяносто восемь) рублей.

В остальной части исковых требований отказать за необоснованностью.

Вещественные доказательства: футболку, спортивные трико, пару сланцев, полотенце, уничтожить, по вступлению приговора в законную силу.

Взыскать в пользу бюджета Российской Федерации процессуальные издержки, понесенные на оплату вознаграждения защитникам, принимавшим участие в ходе предварительного расследования и в судебном разбирательстве по делу: с осужденного ФИО36 в сумме 632 рубля 50 копеек; с осужденного ФИО37 в сумме 632 рубля 50 копеек.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Курганский областной суд с подачей апелляционных жалоб через Катайский районный суд Курганской области в течение 10 суток со дня провозглашения, а осужденными в тот же срок со дня получения ими копии приговора. Осужденные вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

В соответствии с ч. 3 ст. 389.6 УПК РФ, желание принять непосредственное участие в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, равно как и отсутствие такового, а также свое отношение к участию защитника либо отказ от защитника при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, должны быть выражены осужденными в апелляционной жалобе, или в отдельном заявлении, в течение 10 суток со дня получения копии приговора.

Председательствующий

Судья Е.С. Поташкин

По результатам апелляционного рассмотрения апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Курганского областного суда приговор Катайского районного суда Курганской области от 16 октября 2017 года в отношении ФИО36 и ФИО37 оставлен без изменения.

Приговор вступил в законную силу 14 декабря 2017 года.