Решение № 2-337/2018 2-337/2018~М-320/2018 М-320/2018 от 2 сентября 2018 г. по делу № 2-337/2018

Дело № 2-337/2018


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

03 сентября 2018 года г. Пласт

Пластский городской суд Челябинской области в составе:

председательствующего Данилкиной А.Л.,

при секретаре Бобылковой П.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к акционерному обществу «Южуралзолото Группа Компаний» о взыскании заработной платы, компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратился в суд с иском к акционерному обществу «Южуралзолото Группа Компаний» (далее - АО «ЮГК») и с учетом уточнений просил взыскать с ответчика в его пользу компенсацию за неиспользованный отпуск в размере 54 765 рублей 41 копейку, неполученную зарплату за июнь 2018 года в размере 7 475 рублей 61 копейка, незаконно удержанные из заработной платы денежные средства за спецодежду в размере 10 645 рублей 96 копеек, компенсацию за несвоевременную выплату заработной платы и прочих выплат при увольнении в размере 5 815 рублей 32 копейки, компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей, в счет возмещения судебных расходов на оплату услуг представителя 10 000 рублей, за составление искового заявления – 2 000 рублей (л.д. 3, 117, 122).

В обоснование иска истец указал, что с 21 сентября 2016 года по 31 октября 2017 года и с 01 декабря 2017 года по 22 июня 2018 года работал в АО «ЮГК» в должности <данные изъяты> в карьере Березняковский. При увольнении он получил компенсацию за неиспользованный отпуск, при этом в отпуске он ни разу не был. Должность <данные изъяты> отнесена к вредным условиям труда и подпадает под список № 1 1991 года, дающий право на досрочную пенсию. Постановлением Госкомтруда СССР, Президиума ВЦСПС от 25 октября 1974 года № 298/П-22 «Об утверждении Списка производств, цехов, профессий и должностей с вредными условиями труда, работа в которых дает право на дополнительный отпуск и сокращенный рабочий день» машинистам буровой установки дополнительно предоставляется не менее 6 дней дополнительного отпуска в год (позиция 88 Списка). В соответствии со ст.117 Трудового кодекса РФ ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск должен предоставляться не менее 7 дней. Его основной и дополнительный отпуск ежегодно должен составлять не менее 35 дней (28 основного и 7 дополнительного). Его ежегодный оплачиваемый основной и дополнительный отпуск должен составлять к моменту увольнения 58 дней. Размер его среднего заработка за 1 календарный день для расчета компенсации за неиспользованный отпуск за период с 21 сентября 2016 года по 31 октября 2017 года составляет 1046,51 руб./день. Компенсация за неиспользованный отпуск составляет 40 814 руб. 04 коп. Размер его среднего заработка за 1 календарный день для расчета компенсации за неиспользованный отпуск за период с 01 декабря 2017 года по 22 июня 2018 года составляет 1073,18 руб./день. При увольнении ему начислили компенсацию за 6 дней отпуска в июне 2018 года в размере 6 439 руб. 05 коп., в отпуск в указанный период не ходил, следовательно, компенсация за неиспользованный отпуск в этот период составляет 13 951 руб. 37 коп., а всего 54 765 руб. 41 коп. Также он не в полном объеме получил заработную плату за июнь 2018 года. Средняя заработная плата за 1 смену составляет 1724,16 руб. / см. В июне 2018 года им отработано 10 смен. Размере причитающейся ему зарплаты составляет 17 241 руб. 61 коп. Однако ему начислили всего 9 766 руб. Недоплата составляет 7 475 руб. 61 коп. При увольнении с него незаконно удержали сумму 10 645 руб. 96 коп. за спецодежду. Он не писал заявлений с разрешением удерживать с него данную сумму, готов сдать спецодежду, однако при подписании обходного листка ему пояснили, что б/у спецодежда не подлежит возвращению на склад, а с него будет произведено удержание. Удержание является незаконным и подлежит взысканию с ответчика в его пользу. В связи с тем, что была задержана компенсация за неиспользованный отпуск, зарплата, ему подлежит начислению компенсация за период с 01 ноября 2017 года по 10 августа 2018 года в сумме 5 815 руб. 32 коп. В связи с нарушением его трудовых прав ему причинен моральный вред, который он оценивает в 10 000 рублей. Также он заплатил за юридическую помощь 10 000 рублей – оплата услуг представителя, 2 000 рублей – за составление искового заявления.

Истец ФИО1 при надлежащем извещении в судебное заседание не явился, ходатайствовал о рассмотрении дела в его отсутствие (л.д. 127, 131).

Представитель истца ФИО5, в судебном заседании исковые требования поддержал, по доводам, изложенным в исковом заявлении и заявлениях об уточнении исковых требований.

Представитель ответчика АО «Южуралзолото Группа Компаний» ФИО4, действующий на основании доверенности № 20 от 14 мая 2018 года, в судебном заседании с исковыми требованиями не согласился, просил в удовлетворении исковых требований отказать. Письменные возражения приобщены к материалам дела (л.д. 132-134).

В соответствии со ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие истца.

Заслушав представителей истца и ответчика, исследовав материалы дела, суд считает иск подлежащим частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 1 ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право: на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы; на отдых, обеспечиваемый установлением нормальной продолжительности рабочего времени, сокращенного рабочего времени для отдельных профессий и категорий работников, предоставлением еженедельных выходных дней, нерабочих праздничных дней, оплачиваемых ежегодных отпусков.

В силу ч. 2 ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан: соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров.

На основании ст. 140 Трудового кодекса Российской Федерации при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете. В случае спора о размерах сумм, причитающихся работнику при увольнении, работодатель обязан в указанный в настоящей статье срок выплатить не оспариваемую им сумму.

В силу ст.ст. 114, 115 Трудового кодекса Российской Федерации работникам предоставляются ежегодные отпуска с сохранением места работы (должности) и среднего заработка. Ежегодный основной оплачиваемый отпуск предоставляется работникам продолжительностью 28 календарных дней.

В соответствии с ч. 1, 2 ст. 117 Трудового кодекса Российской Федерации ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск предоставляется работникам, условия труда на рабочих местах которых по результатам специальной оценки условий труда отнесены к вредным условиям труда 2, 3 или 4 степени либо опасным условиям труда.

Минимальная продолжительность ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска работникам, указанным в части первой настоящей статьи, составляет 7 календарных дней.

Согласно ч. 1 ст. 127 Трудового кодекса Российской Федерации при увольнении работнику выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска.

В соответствии с п. 28 Правил об очередных и дополнительных отпусках, утвержденных Народным Комиссариатом Труда СССР 30 апреля 1930 года № 169 (с последующими изменениями), при увольнении работника, не использовавшего своего права на отпуск, ему выплачивается компенсация за неиспользованный отпуск.

В ходе судебного разбирательства установлено и следует из материалов дела, что ФИО1 на основании приказа № 1698 от 21 сентября 2016 года был принят на работу в АО «Южуралзолото Группа Компаний» <данные изъяты> (помощник), условия труда указаны вредные (л.д. 37).

Согласно условиям трудового договора от 21 сентября 2016 года условия труда указаны вредные (п. 1.4), работнику предоставляет ежегодный основной оплачиваемый отпуск в количестве 28 календарных дней (п. 4.4) (л.д. 38-41).

Приказом № 1484-лс от 01 декабря 2016 года ФИО1 переведен <данные изъяты> на ГОК «Березняковский» (л.д.42); заключено дополнительное соглашение, согласно которому с 01 декабря 2016 года в п. 5.2 трудового договора от 21 сентября 2016 года внесены изменения: должностной оклад (тариф) работку установлен в размере 50,61 руб. + доплата в размере 2,02 руб. Премии, надбавки и иные виды вознаграждений и компенсационных выплат выплачиваются работнику в порядке и размерах, установленных работодателем (л.д. 43).

На основании приказа № 1752/3 от 31 октября 2017 года трудовой договор с истцом был расторгнут по инициативе работника (п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации) (л.д. 44).

Приказом № 80997 от 01 декабря 2017 года ФИО1 принят на работу в АО «ЮГК» <данные изъяты>, условия труда нормальные (л.д. 49).

По условиям трудового договору б/н от 01 декабря 2017 года договор заключен на неопределенный срок, условия труда по результатам спецоценки – допустимые, класс 2, приказ № 374/1 от 01 июня 2017 года. Работнику устанавливается суммированный учет рабочего времени, учетный период 1 год. В соответствии с п. 4.4. трудового договора работнику предоставляется ежегодный основной оплачиваемый отпуск в количестве 28 календарных дней (л.д. 50-53).

22 июня 2018 года трудовой договор с истцом был расторгнут по инициативе работника (п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации) (приказ № 836 от 22 июня 2018 года л.д. 44).

Сведения о принятии на работу, о переводе и об увольнении занесены в личную карточку работника формы Т-2 и в трудовую книжку истца (л.д. 6-15, 33-36, 45-48).

Истцом заявлены требования о взыскании с ответчика недоначисленной ей заработной платы за июнь 2018 года, указав на необоснованное снижение ему суммы заработной платы.

Согласно расчетным листкам за июнь 2018 года ФИО1 начислено 9 766 руб. 00 коп. за 10 рабочих смен (л.д. 63).

Суд соглашается с доводами истца и считает необходимым произвести расчет недоначисленной истцу и невыплаченной заработной платы июнь 2018 года.

Средний дневной заработок ФИО1, исходя суммы заработной платы, фактически начисленной за отработанные дни в расчетном периоде (за 12 месяцев) – 377 591 руб. 27 коп. и количества фактически отработанных в этот период дней - 218 дн., составляет 1724,16 руб. из следующего расчета: 377 591 руб. 27 коп. (заработок начисленный за 12 месяцев) : 219 раб. дн. (фактически отработанное за 12 месяцев время).

В июне 2018 года ФИО1 отработал 10 смен, следовательно, сумма заработной платы за июнь 2018 года должна составлять 17 241 руб. 61 коп. (1724,166 руб. (средний дневной заработок) х 10 см.).

Доводы представителя ответчика о том, что ежемесячная премия является стимулирующей выплатой и порядок ее начисления и выплаты предусмотрен локальным нормативным актом – Положением о премировании работников подразделений АО «ЮГК» и кроме того, согласно п. 3.8 положения работникам уволившимся независимо от причин увольнения премия не начисляется, суд находит несостоятельными. Так в материалы дела не представлено подтверждений того, что работник ФИО1 был ознакомлен с положением и знал, что при его увольнении ему не выплатят заработную плату в полном объеме.

Согласно расчетного листка за июнь 2018 года (л.д. 63) ответчиком начислена и выплачена истцу заработная плата в размере 9766 руб., следовательно, невыплаченная заработная плата составляет 7 475 руб. 61 коп. При этом из указанной суммы подлежит удержанию налог на доходы физических лиц.

Истцом заявлено требование о взыскании с ответчика незаконно произведенных при увольнении удержаний за спецодежду в сумме 10 645 руб. 96 коп.

Представитель ответчика в судебном заседании пояснил, что указанная сумма за спецодежду, удержана с ФИО1 законно, на основании заявления истца с просьбой удержать из его заработной платы стоимость полученных им средств индивидуальной защиты при увольнении (л.д. 135).

Согласно ст. 137 Трудового кодекса Российской Федерации удержания из заработной платы работника производятся только в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и иными федеральными законами.

Удержания из заработной платы работника для погашения его задолженности работодателю могут производиться: для возмещения неотработанного аванса, выданного работнику в счет заработной платы; для погашения неизрасходованного и своевременно не возвращенного аванса, выданного в связи со служебной командировкой или переводом на другую работу в другую местность, а также в других случаях; для возврата сумм, излишне выплаченных работнику вследствие счетных ошибок, а также сумм, излишне выплаченных работнику, в случае признания органом по рассмотрению индивидуальных трудовых споров вины работника в невыполнении норм труда (часть третья статьи 155 настоящего Кодекса) или простое (часть третья статьи 157 настоящего Кодекса); при увольнении работника до окончания того рабочего года, в счет которого он уже получил ежегодный оплачиваемый отпуск, за неотработанные дни отпуска. Удержания за эти дни не производятся, если работник увольняется по основаниям, предусмотренным пунктом 8 части первой статьи 77 или пунктами 1, 2 или 4 части первой статьи 81, пунктах 1, 2, 5, 6 и 7 статьи 83 настоящего Кодекса.

Только для этой группы удержаний из зарплаты работника законодатель предусмотрел (в изъятие из общих правил об обязательных взысканиях, связанных с иными группами удержаний) особый порядок взыскания с работника его задолженности работодателю, наделив последнего дискреционными полномочиями.

Для всех перечисленных в части 2 ст. 137 случаев Трудовым кодексом Российской Федерации на работодателя не возложена обязанность заблаговременно до удержания каких-либо сумм из зарплаты работника извещать его об их взыскании.

Удержания, произведенные из заработной платы ФИО1 за спецодежду, в ст. 137 Трудового кодекса Российской Федерации не названы.

Представитель истца в судебном заседании пояснил, что истец не давал согласие на взыскании с него средства индивидуальной защиты, при увольнении он хотел сдать спецодежду, но на складе ее не приняли, письменное заявление истец не писал, отрицает, что представленном заявлении стоит подпись истца.

В представленном представителем ответчика заявлении отсутствует дата написания заявления, расчет стоимости СИЗ (обоснование указанной стоимости), подлежащих удержанию с ФИО1

В связи с вышеизложенным, законные основания для удержания из заработной платы работника стоимости средств индивидуальной защиты у работодателя отсутствовали, следовательно, требование истца о выплате незаконно удержанных с него денежных средств в размере 10 645 руб. 96 коп. подлежат удовлетворению.

Суд находит обоснованными доводы истца о взыскании с АО «ЮГК» компенсации за неиспользованный отпуск по следующим основаниям.

Ответчиком АО «ЮГК» предоставлены приказы о предоставлении ФИО1 ежегодных оплачиваемых отпусков: 3 календарных дня – с 11 мая 2018 года по 13 мая 2018 года (приказ № 1116 от 23 мая 2018 года) (л.д. 86), 3 календарных дня – с 11 сентября 2017 года по 13 сентября 2017 года (приказ № 4376 от 10 сентября 2017 года) (л.д. 89); 3 календарных дня – с 11 апреля 2018 года по 13 апреля 2018 года (приказ № 635 от 28 марта 2018 года) (л.д. 92). Всего предоставлено приказов о предоставлении 9 дней отпуска.

Представитель истца пояснил, что за период работы отпуск истцу не предоставлялся, а указанные в приказах дни отпуска совпадают с межвахтовыми выходными.

Согласно ст. 122 Трудового кодекса Российской Федерации оплачиваемый отпуск должен предоставляться работнику ежегодно.

В соответствии со ст. 123 Трудового кодекса Российской Федерации очередность предоставления оплачиваемых отпусков определяется ежегодно в соответствии с графиком отпусков, утверждаемым работодателем с учетом мнения выборного органа первичной профсоюзной организации не позднее, чем за две недели до наступления календарного года в порядке, установленном статьей 372 настоящего Кодекса для принятия локальных нормативных актов.

График отпусков обязателен как для работодателя, так и для работника.

О времени начала отпуска работник должен быть извещен под роспись не позднее чем за две недели до его начала.

Суд приходит к выводу, что работодателем АО «ЮГК» нарушены нормы трудового законодательства и порядок по предоставлению отпуска работнику.

Суд считает доводы представителя истца о непредставлении истцу отпуска обоснованными, поскольку из табелей учета рабочего времени следует, что истцу предоставлялись ежегодные основные оплачиваемые отпуска в период дней междувахтового отпуска.

В соответствии с п. 7.1 Основных положений о вахтовом методе организации работ, утвержденных постановлением Госкомтруда СССР, Секретариата ВЦСПС и Минздрава СССР от 31 декабря 1987 года № 794/33-82 (с изменениями), ежегодный отпуск работникам, занятым на работах вахтовым методом, предоставляется в установленном порядке после использования дней отдыха (отгулов).

Таким образом, ежегодный отпуск работнику ФИО2, занятому на работе вахтовым методом, не мог предоставляться в период междувахтового отдыха (отгулов).

Кроме того, график отпусков по предприятию, в частности в отделах, где работал истец, ответчиком в суд не предоставлен.

Согласно ст. 127 Трудового кодекса Российской Федерации при увольнении работнику выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска.

В соответствии со ст. ст. 114, 115 Трудового кодекса Российской Федерации работникам предоставляются ежегодные отпуска с сохранением места работы (должности) и среднего заработка. Ежегодный основной оплачиваемый отпуск предоставляется работникам продолжительностью 28 календарных дней.

В силу ст. 116 Трудового кодекса Российской Федерации ежегодные дополнительные оплачиваемые отпуска предоставляются работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, работникам, имеющим особый характер работы, работникам с ненормированным рабочим днем, работникам, работающим в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, а также в других случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и иными федеральными законами.

Согласно ч.ч. 1, 2 ст. 117 Трудового кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 28.12.2013 N 421-ФЗ) ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск предоставляется работникам, условия труда на рабочих местах которых по результатам специальной оценки условий труда отнесены к вредным условиям труда 2, 3 или 4 степени либо опасным условиям труда.

Минимальная продолжительность ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска работникам, указанным в части первой настоящей статьи, составляет 7 календарных дней.

Таким образом, за период работы ФИО1 в АО «ЮГК» ему полагается 28 дней основного и 7 дней дополнительного отпуска в год. Всего за период работы с 21 сентября 2016 года по 31 октября 2017 года 38 дней отпуска, за период работы с 01 декабря 2017 года по 22 июня 2018 года – 20 дней отпуска.

Суд считает необходимым произвести расчет среднего заработка за 1 день для расчета компенсации при увольнении за период работы с 21 сентября 2016 года по 31 октября 2017 года. Исходя из представленных АО «ЮГК» сведений заработной платы за 12 месяцев, средний заработок ФИО1 за 1 день работы надлежит рассчитывать из суммы 362071 руб. 81 коп., который составил 1029,783 руб. (362071,81 руб. / 12 / 29,3). Таким образом, компенсация за 38 дней неиспользованного отпуска составляет 39 131 руб. 75 коп. (1029,783 руб. х 38 дн.).

При расчете компенсации за неиспользованный отпуск при увольнении за период работы истца с 01 декабря 2017 года по 30 мая 2018 года суд считает возможным принять расчет среднего заработка за 1 день, предложенный ответчиком в размере 1073,750 руб. (л.д. 59). Количество дней неиспользованного отпуска составляет 20 дней. С учетом выплаченной ответчиком компенсации за 6 дней (л.д. 63), подлежит взысканию компенсация за оставшиеся 14 дней в размере 15 032 руб. 25 коп. (1073,75 руб. х 14 дн.).

Всего за два периода работы истца сумма компенсации за неиспользованный отпуск составила 54 164 руб. 25 коп. Данная сумма подлежит взысканию с ответчика в пользу истца, при этом из указанной суммы подлежит удержанию налог на доходы физических лиц.

В соответствии со ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

Размер выплачиваемой работнику денежной компенсации может быть повышен коллективным договором, локальным нормативным актом или трудовым договором. Обязанность по выплате указанной денежной компенсации возникает независимо от наличия вины работодателя.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что работодателем АО «ЮГК» нарушен установленный законом срок выплаты при увольнении работнику компенсации за неиспользованный отпуск и заработной платы в полном объеме, в связи с чем, требования истца о взыскании с ответчика компенсации за нарушение срока выплаты окончательного расчета обоснованными и подлежащими удовлетворению.

Сумма компенсации подлежит взысканию за период с 01 ноября 2018 года по 10 августа 2018 года в размере 5 575 руб. 52 коп. из следующего расчета: с 01 ноября 2017 года по 17 декабря 2017 года (47 дн.) в сумме 1011 руб. 55 коп. (39 131,75 руб. х 8,25% х 1/150 х 47 дн); с 18 декабря 2017 года по 11 февраля 2018 года (56 дн.) в сумме 1132 руб. 21 коп. (39 131,75 руб. х 7,75% х 1/150 х 56 дн.); с 12 февраля 2018 года по 25 марта 2018 года (42 дн.) в сумме 821,77 руб. (39 131,75 руб. х 7,5% х 1/150 х 42 дн.); с 26 марта 2018 года по 10 августа 2018 года (138 дн.) в сумме 2 610,08 руб. (39 131,75 руб. х 7,25% х 1/150 х 138 дн.).

Согласно ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы). Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера, причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

С учетом принципа разумности и справедливости, суд приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 5 000 рублей, поскольку в соответствии со ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации, судом были установлены неправомерные действия ответчика в отношении истца. В остальной части взыскания компенсации морального вреда необходимо отказать.

В силу ч. 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В материалы дела представлена квитанция об оплате юридических услуг по составлению искового заявления в размере 2 000 рублей, а также представлено соглашение на оказание юридической помощи № 048 от 25 июня 2018 года и квитанция к приходному кассовому ордеру за участие адвоката ФИО5 в качестве представителя истца при рассмотрении гражданского дела в размере 10 000 рублей (л.д. 18, 19, 119).

При определении размера подлежащих взысканию судебных расходов на оплату услуг представителя, суд учитывает категорию и сложность спора, степень участия представителя истца ФИО5 при рассмотрении дела, количество судебных заседаний, а именно: представитель участвовал в подготовке дела к рассмотрению, в судебном заседании 03 сентября 2018 года, подготовил в суд исковое заявление, заявление об изменении исковых требований, а также объем и характер оказанных представителем услуг.

Таким образом, с учетом разумности суд считает возможным удовлетворить требования истца о возмещении указанных расходов частично, взыскав с ответчика в его пользу 8 000 рублей.

Согласно ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина – в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Подпункт 1 пункта 1 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации предусматривает освобождение от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым в судах общей юрисдикции, истцов – по искам о взыскании заработной платы (денежного содержания) и иным требованиям, вытекающим из трудовых правоотношений.

Согласно подпункту 8 пункта 1 ст. 333.20 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика (если он не освобожден от уплаты государственной пошлины) пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований.

Размер государственной пошлины с учетом удовлетворенной части исковых требований составляет 2 535 рублей 84 копейки и подлежит взысканию с ответчика.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 12, 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л :

Исковые требования ФИО1 к акционерному обществу «Южуралзолото Группа Компаний» удовлетворить частично.

Взыскать с акционерного общества «Южуралзолото Группа Компаний» в пользу ФИО1 заработную плату за июнь 2018 года в размере 7 475 (семь тысяч четыреста семьдесят пять) рублей 61 копейка (в том числе налог на доходы физических лиц), компенсацию за неиспользованный отпуск в размере 54 164 (пятьдесят четыре тысячи сто шестьдесят четыре) рубля 25 копеек (в том числе налог на доходы физических лиц), удержанные при увольнении денежные средства за средства индивидуальной защиты в размере 10 645 (десять тысяч шестьсот сорок пять) рублей 96 копеек, компенсацию за нарушение установленного срока выплаты расчета при увольнении в размере 5 575 (пять тысяч пятьсот семьдесят пять) рублей 52 копейки, компенсацию морального вреда в размере 5 000 (пять тысяч) рублей 00 копеек, судебные расходы в размере 8 000 (восемь тысяч) рублей 00 копеек.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 к акционерному обществу «Южуралзолото Группа Компаний» отказать.

Взыскать с акционерного общества «Южуралзолото Группа Компаний» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 2 535 (две тысячи пятьсот тридцать пять) рублей 84 копейки.

Решение в части взыскания заработной платы подлежит немедленному исполнению.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме в судебную коллегию по гражданским делам Челябинского областного суда через Пластский городской суд Челябинской области.

Председательствующий: