Апелляционное постановление № 22-3365/2019 от 14 августа 2019 г. по делу № 22-3365/2019

судья Иванцов С.В. Дело № 22-3365/19


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

г. Волгоград 15 августа 2019г.

Волгоградский областной суд в составе

председательствующего судьи Акатова Д.А.

при секретаре Романовой Ю.А.,

с участием прокурора Горбуновой И.В.,

осуждённого ФИО1, его защитника – адвоката Буслаева О.А., представившего ордер № 018964 от 13 августа 2019г. и удостоверение № 1684,

рассмотрел в открытом судебном заседании 15 августа 2019г. апелляционную жалобу осуждённого ФИО1 на приговор Камышинского городского суда Волгоградской области от 8 мая 2019г., по которому

ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГг. в <адрес>, гражданин РФ, в <.......>, зарегистрированный по адресу: <адрес>, ранее судимый:

- по приговору Лефортовского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГг. (с учетом постановления Ковровского городского суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГг.) по ч.3 ст.30, п. «г» ч.2 ст.161 УК РФ к 2 годам 4 месяцам лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима; освободившийся ДД.ММ.ГГГГг. по отбытии срока наказания;

- по приговору мирового судьи судебного участка №<адрес> от ДД.ММ.ГГГГг. по ст.158.1 УК РФ к 3 месяцам лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима; освободившийся ДД.ММ.ГГГГг. по отбытии срока наказания;

- по приговору Камышинского городского суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГг. (с учетом апелляционного определения судебной коллегии Волгоградского областного суда от ДД.ММ.ГГГГг.) по ч.3 ст.30, ч.1 ст.161 УК РФ к 2 годам лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима,

осужден по ч.3 ст.30, ст.158.1 УК РФ к 8 месяцам лишения свободы.

На основании ч.5 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения вновь назначенного наказания и наказания, назначенного по приговору Камышинского городского суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГг., назначено окончательное наказание в виде лишения свободы на срок 2 года 6 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

На основании п. «а» ч.31 ст.72 УК РФ (в редакции Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГг. № 186-ФЗ) зачтены периоды времени содержания под стражей ФИО1 в качестве меры пресечения с ДД.ММ.ГГГГг. по ДД.ММ.ГГГГг., а также с ДД.ММ.ГГГГг. по день вступления приговора в законную силу (включительно) в срок лишения свободы из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима, с учетом положений, предусмотренных ч. 33 ст.72 УК РФ.

В окончательное наказание зачтено наказание, отбытое по приговору Камышинского городского суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГг. - с ДД.ММ.ГГГГг. по ДД.ММ.ГГГГ.

Приговором разрешены вопросы о мере пресечения и вещественных доказательствах.

Доложив содержание обжалуемого приговора, существо апелляционных жалоб (основной и дополнительной) и письменных возражений на них, выслушав осужденного ФИО1 и его защитника – адвоката Буслаева О.А., поддержавших доводы апелляционных жалоб, прокурора Горбунову И.В., возражавшую против удовлетворения апелляционных жалоб, просившую приговор оставить без изменения, суд

у с т а н о в и л:

по приговору суда ФИО1 признан виновным в том, что он, будучи подвергнутым административному наказанию за мелкое хищение, предусмотренное ч.2 ст.7.27 КоАП РФ, совершил покушение на мелкое хищение чужого имущества.

Согласно приговору преступление совершено им при следующих обстоятельствах.

ДД.ММ.ГГГГ примерно в 20 часов 30 минут ФИО1, находясь в состоянии алкогольного опьянения в помещении магазина ООО «<адрес>» по адресу: <адрес>, будучи подвергнутым административному наказанию за совершение мелкого хищения, то есть правонарушения, предусмотренного ч.2 ст.7.27 КоАП РФ, тайно похитил с торговых стеллажей, принадлежащее ООО «<адрес>» имущество: плитку шоколада «Милка фундук и изюм» стоимостью 89 рублей 98 копеек, пачку сигарет «№ <...>» стоимостью 105 рублей, коньяк «№ <...>» объемом 0,5 литра, стоимостью 687 рублей 99 копеек, а всего товара на общую сумму 882 рубля 97 копеек. Однако довести свой преступный умысел до конца ФИО1 не смог по не зависящим от него обстоятельствам, так как был задержан на месте совершения преступления.

В суде ФИО1 отказался высказать свое отношение к предъявленному ему обвинению.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 считает приговор незаконным и необоснованным.

Указывает, что постановлением Камышинского городского суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГг. он был подвергнут административному штрафу в размере 3000 рублей за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч.2 ст.7.27 КоАП РФ, который он оплатил ДД.ММ.ГГГГг., в связи с чем исполнение данного постановления окончено. Обращает внимание на то, что по приговору мирового судьи судебного участка № <адрес> от ДД.ММ.ГГГГг. указанное постановление легло в обоснование его осуждения по ст.158.1 УК РФ и в связи с этим не могло вновь учитываться при осуждении его по настоящему делу. Полагает, что он повторно осужден за одно и то же деяние.

Считает, что уголовное дело расследовалось с нарушением правил подследственности, предусмотренных ст.151 УПК РФ, поскольку по делу должно было производиться дознание.

Утверждает, что приговор постановлен на основе недопустимых доказательств.

Просит принять решение в порядке п.8 ч.1 ст.389.20 УПК РФ на основании п.4 ч.1 ст.27 УПК РФ либо в порядке п.7 ч.1 ст.389.20 УПК РФ вернуть дело прокурору.

В дополнительной апелляционной жалобе осужденный ФИО1 указывает, что согласно сведений из статистической карточки о результатах рассмотрения дела судом первой инстанции уголовное дело было направлено в Камышинский городской суд <адрес> ДД.ММ.ГГГГг., а согласно постановлению мирового судьи судебного участка №<адрес> от ДД.ММ.ГГГГг. уголовное дело находилось под № <...> в данном судебном участке.

Отмечает, что заместитель начальника отдела дознания МО МВД России «<адрес>» С.А.А. по заявлению Ф.Е.А. от ДД.ММ.ГГГГг. вынес постановление о возбуждении уголовного дела и принятии его к производству от ДД.ММ.ГГГГг., то есть спустя месяц, а о возбуждении уголовного дела его (ФИО1) уведомили только через 4 месяца. Считает, что срок рассмотрения сообщения о преступлении был нарушен.

Утверждает, что его объяснения в деле сфальсифицированы, а подпись – подделана.

Указывает, что ООО «<адрес>» не могло быть привлечено в качестве потерпевшего по данному уголовному делу, так как оно не является физическим лицом, а похищенный товар возвращен в торговый зал. Указывает, что представитель потерпевшего был допущен к участию в деле по постановлению от ДД.ММ.ГГГГг.

Полагает, что уголовное дело незаконно было изъято из органа дознания и передано следователю, в связи с чем постановление прокурора и последующие процессуальные действия СО МО МВД России «<адрес>» по делу незаконны, а полученные доказательства являются недопустимыми.

Указывает о волоките, допущенной, по его мнению, при расследовании дела, обращая внимание на неоднократное продление сроков дознания и непроведение при этом каких-либо следственных действий, а также утверждая, что ему не вручали уведомления о продлении сроков дознания.

Обращает внимание на то, что он неоднократно заявлял ходатайства о соединении уголовных дел в одном производстве в соответствии со ст. 153 УПК РФ в рамках уголовного дела № <...>.

Считает, что материалы уголовного дела сфальсифицированы, что влечет ответственность по ст. 303 УК РФ.

Указывает на неверную информацию о месте его содержания под стражей в процессуальных документах уголовного дела.

Считает, что при изъятии и передаче дела в орган предварительного расследования нарушены положения п. 12 ч.2 ст. 37 УПК РФ, поскольку истечение предельного срока дознания основанием к этому являться не может.

Выражает несогласие с решениями о продлении срока предварительного расследования, выводами об особой сложности дела.

Обращает внимание, что первоначально он был ознакомлен с постановлением о назначении психиатрической экспертизы без адвоката, однако затем защитник был назначен на основании п.3 ч.1 ст. 51 УПК РФ. Считает такое решение незаконным, поскольку он мог самостоятельно осуществлять свое право на защиту.

Считает, что следователь Е.А.А. не имел права на этапирование его в ФКУ СИЗО-№ <...> УФСИН России по <адрес> для производства экспертизы, так как мера пресечения в виде заключения под стражу в отношении него не избиралась.

Отмечает, что содержание заключения экспертов аналогично заключению, имеющемуся в уголовном деле № <...>.

Обращает внимание на сведения, содержащиеся в справке о пересмотре предыдущих приговоров от ДД.ММ.ГГГГ. и смягчении ему наказания, указывая на то, что его положение не улучшено, поскольку наказание он уже отбыл. Приводит доводы о несогласии с предыдущими приговорами, решениями о водворении его в ШИЗО во время отбывания наказания.

Выражает несогласие с выданными администрациями ФКУ ИК-№ <...> УФСИН России по <адрес> и ФКУ ИК-№ <...> по <адрес> характеристиками на него, считает, что они не могут учитываться судом, поскольку судимости уже погашены, кроме того, в характеристике из ФКУ ИК-№ <...><адрес> неверно указан режим исправительного учреждения.

Указывает о недостоверности справки из наркологического диспансера о том, что он состоит на учете. Утверждает, что эта информация не соответствует сведениям, установленным в ходе судебного разбирательства по уголовному делу № <...> в Камышинском городском суде <адрес>, а также изложенным в приговоре <адрес> районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГг.

Считает, что суд нарушил положения ч.3 ст.227 УПК РФ при принятии решения о назначении судебного разбирательства, поскольку согласно статкарточки оно направлено в суд ДД.ММ.ГГГГг., а судебное разбирательство назначено по постановлению от ДД.ММ.ГГГГг. на ДД.ММ.ГГГГг.

Полагает, что ему незаконно отказали в удовлетворении ходатайства о допуске в качестве защитника адвоката С.Д.В.

Указывает, что судом первой инстанции не разрешено его ходатайство о прекращении уголовного дела и уголовного преследования, ввиду повторного привлечения к уголовной ответственности за одно и то же преступление. Считает, что решение по этому ходатайству должно было быть вынесено в виде отдельного процессуального документа.

Полагает, что суд необоснованно не принял его отказ от защитника, выражает несогласие с мотивами такого решения суда, указывая об отсутствии сведений о наличии у него психического заболевания в заключении экспертов.

Отмечает, что государственный обвинитель просил назначить ему 5 месяцев лишения свободы, а суд назначил ему 8 месяцев лишения свободы.

Считает, что судьи, ранее работавшие в СО МО МВД «<адрес>», не могли объективно рассматривать уголовные дела.

Утверждает, что его речь в прениях сторон и выступление с последним словом искажены в протоколе судебного заседания.

Анализирует положенные в основу приговора доказательства и считает, что его вина не доказана. В обоснование отмечает, что вещественных доказательств по делу не имеется, представитель потерпевшего Ф.Е.А. о произошедшем узнала со слов свидетеля Свидетель №1, которая не допрашивалась и ее показания не оглашались, показания сотрудников полиции и охранника содержат существенные противоречия.

Утверждает, что уголовное дело сфальсифицировано.

Просит вынести частное постановление в связи с нарушениями, о которых он указал в апелляционной жалобе, приговор отменить и прекратить уголовное дело либо возвратить уголовное дело прокурору.

В письменных возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель по делу ФИО2 считает приговор законным и обоснованным, просит его оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Проверив материалы дела, доводы апелляционных жалоб (основной и дополнительной) и письменных возражений на них, суд апелляционной инстанции находит приговор законным, обоснованным и справедливым, не подлежащим отмене либо изменению.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, вывод суда о виновности ФИО1 в совершении преступления, за которое он осуждён, соответствует фактическим обстоятельствам дела, установленным в судебном заседании, и основан на исследованных судом доказательствах, анализ и оценка которым даны в приговоре, а именно:

- показаниях представителя потерпевшего ООО «<адрес>» - Ф.Е.А., согласно которым ДД.ММ.ГГГГг. в вечернее время от сотрудника магазина Свидетель №1 ей стало известно о совершенной краже товара. Свидетель №1 ей рассказала, что видела, как ФИО1 в торговом зале прятал коньяк «№ <...>», шоколадку «№ <...>» и пачку сигарет «№ <...>», после чего он был задержан их сотрудниками. Размер причиненного ущерба составил 882 рубля 87 копеек;

- показаниях свидетеля Свидетель №3, согласно которым ДД.ММ.ГГГГг. около 17 часов он находился на своем рабочем месте в ООО «<адрес>» и наблюдал по монитору за торговым залом. Он увидел, как ФИО1 в алкогольном опьянении зашел в торговый зал, стал набирать в корзину товар, а затем поместил бутылку коньяка «№ <...>» в левый рукав дубленки, а в задний карман - шоколадки. На кассе ФИО1 кассир пробила товар, и тот попросил еще пачку сигарет «Бонд». Кассир пробила сигареты и положила их в корзинку. ФИО1 взял сигареты и положил их себе в карман. Продавец потребовала от ФИО1 оплатить товар, на что тот ответил, что деньги забыл дома, попросил не убирать товар и сказал, что он сходит за деньгами. Кассир попросила оплатить товар либо вернуть его. Однако, не оплатив товар, ФИО1 пошел на выход. Он (Свидетель №3) остановил ФИО1 и обнаружил у него бутылку конька «№ <...>» в рукаве дубленки. Прибывшие на место сотрудники полиции изъяли у ФИО1 шоколадку и сигареты;

- показаниях свидетеля Б.Р.О., согласно которым ему поступило сообщение о том, что в магазине ООО «<адрес>» по <адрес> мужчина совершил хищение товаров. Первыми на место прибыли сотрудники частного охранного предприятия. В магазине находился ФИО1 и сотрудники ООО «<адрес>», которые рассказали, что ФИО1 похитил бутылку коньяка, шоколадку, сигареты. ФИО1 находился в состоянии сильного алкогольного опьянения и ничего не пояснял по обстоятельствам хищения товара из магазина. У ФИО1 изъяли коньяк, шоколадку и сигареты. После этого ФИО1 был доставлен в МО МВД России «<адрес>»;

Помимо вышеизложенных показаний представителя потерпевшего и свидетелей виновность ФИО1 подтверждается письменными доказательствами, исследованными в судебном заседании:

- протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГг., согласно которому было осмотрено помещение магазина ООО «<адрес>», расположенное по адресу: <адрес>, где был зафиксирован торговый зал и прилавки с алкогольной и бакалейной продукцией, к которым имеется свободный доступ покупателей;

- справкой о стоимости товара, выданной ООО «<адрес>», из которой следует, что стоимость одной бутылки коньяка «№ <...> 4 звездочки», 0,5 литра, составляет 687 рублей 99 копеек, стоимость плитки шоколада «№ <...>» составляет 89 рублей 98 копеек, стоимость пачки сигарет «№ <...>» составляет 105 рублей 00 копеек. Общая стоимость похищенного товара составляет 882 рубля 97 копеек;

- иными письменными доказательствами, приведенными в описательно-мотивировочной части приговора.

Оценив все доказательства с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а их совокупность – с точки зрения достаточности, суд пришел к правильному выводу о виновности ФИО1 в совершении инкриминированного ему преступления.

При этом суд первой инстанции дал оценку всем доводам осуждённого в свою защиту и изложил в приговоре мотивы, по которым признал их несостоятельными.

Субъективная оценка доказательств, которую приводит в апелляционных жалобах осуждённый, не ставит под сомнение обоснованность выводов суда о виновности ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст. 30, ст. 158.1 УК РФ.

Согласно ч. 1 ст. 88 УПК РФ каждое доказательство подлежит оценке с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности - достаточности для разрешения уголовного дела.

В соответствии с принципом свободы оценки доказательств, закрепленным в ст. 17 УПК РФ, судья оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся в уголовном деле доказательств, руководствуясь при этом законом и совестью. Никакие доказательства не имеют заранее установленной силы.

Суд апелляционной инстанции полагает, что вышеприведённые требования уголовно-процессуального закона судом первой инстанции при постановлении приговора в отношении ФИО1 выполнены в полной мере. Сомнений в доказанности виновности осуждённого в совершении инкриминированного ему преступления у суда апелляционной инстанции не возникает. Все доводы ФИО1, в том числе и приведенные в апелляционных жалобах, получили надлежащую оценку суда первой инстанции.

Вопреки утверждениям осужденного, оснований сомневаться в достоверности показаний представителя потерпевшей Ф.Е.А., которая указала на источник своей осведомленности о произошедших в магазине событиях и обстоятельствах задержания ФИО1 с похищенным товаром, свидетелей Свидетель №3, являвшегося очевидцем хищения, Б.Р.О., изъявшего похищенное имущество у ФИО1, у суда не имеется, поскольку эти показания согласуются между собой и с письменными доказательствами. При этом существенных противоречий в показаниях допрошенных по делу лиц, которые могли бы поставить под сомнение их достоверность, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Несоответствие количества шоколадок, на которое указывал свидетель Свидетель №3, фактически изъятому у ФИО1 не влияет на оценку показаний данного свидетеля в целом как достоверных. Свидетель №3 в судебном заседании пояснил, что точное число шоколадок, которые спрятал в кармане ФИО1, он не помнит. При этом ФИО1, помимо коньяка и сигарет, инкриминировано хищение только одной шоколадки, которая у него была обнаружена и изъята.

Доводы апелляционной жалобы о том, что Свидетель №1 в качестве свидетеля в судебном заседании не допрашивалась, и ее показания не оглашались, не ставят под сомнение обоснованность осуждения ФИО1, поскольку его виновность подтверждается достаточной совокупностью доказательств, приведенных выше. При этом суд отмечает, что сторона защиты о вызове в судебное заседание свидетеля Свидетель №1 не просила и против окончания судебного следствия без ее допроса не возражала.

Вопреки утверждению ФИО1, все доказательства, положенные в основу приговора, являются допустимыми, поскольку нарушений требований уголовно-процессуального закона при их собирании и закреплении не допущено.

Объяснения ФИО1, которые, как он утверждает, сфальсифицированы, судом не исследовались и в основу приговора не положены.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, в силу ч.1 ст. 42 УПК РФ потерпевшим по уголовному делу может являться также и юридическое лицо, в случае причинения преступлением вреда его имуществу. В связи с этим ООО «<адрес>» в лице представителя Ф.Е.А. обоснованно признано потерпевшим. То обстоятельство, что довести свой преступный умысел до конца и распорядиться похищенным ФИО1 не смог и товар был возвращен собственнику, не исключает признания ООО «<адрес>» потерпевшим по данному уголовному делу, поскольку данное юридическое лицо в результате преступления фактически лишилось своего имущества, которое затем было изъято у ФИО1 сотрудниками правоохранительных органов и тем самым нарушенные имущественные права ООО «<адрес>» были восстановлены. Срок, по истечении которого Ф.Е.А. была признана представителем потерпевшего, не влияет на законность данного процессуального решения.

Нарушений требований уголовно-процессуального закона при возбуждении и расследовании уголовного дела также не допущено.

Заявление по факту хищения имущества ООО «<адрес>» зарегистрировано в КУСП МО МВД России «<адрес>» ДД.ММ.ГГГГг. (т.1 л.д. 7), постановлением заместителя Камышинского городского прокурора Н.А.В. срок процессуальной проверки по нему был продлен до 30 суток, то есть до ДД.ММ.ГГГГг. и в этот же день вынесено постановление о возбуждении уголовного дела, о чем ФИО1 направлено соответствующее уведомление по последнему известному адресу проживания. Дата фактического получения ФИО1 данного уведомления, равно как и сведения о месте содержания ФИО1 под стражей, указанные в материалах дела, на оценку законности возбуждения уголовного дела и полученных доказательств не влияют.

Вопреки утверждению осужденного, предварительное расследование по уголовному делу осуществлялось в форме дознания, однако в связи с невозможностью его окончания в шестимесячный срок уголовное дело в соответствии с полномочиями, предоставленными прокурору п.11 ч.2 ст. 37 УПК РФ, было изъято у органа дознания и передано в СО МО МВД «<адрес>» для производства предварительного следствия.

Неоднократное продление сроков дознания, а также предварительного расследования на допустимость положенных в основу приговора доказательств не влияет. Нарушений требований уголовно-процессуального закона при продлении этих сроков не допущено.

Безусловных оснований для соединения уголовных дел в отношении ФИО1 в одно производство в соответствии с положениями ст. 153 УПК РФ не имелось.

Нарушения положений ст. 198 УПК РФ и права на защиту при ознакомлении ФИО1 с постановлением о назначении судебной психиатрической экспертизы следователем не допущено (т.1 л.д. 74). О том, что в данном процессуальном действии участвовал и защитник, осужденный в апелляционной жалобе не оспаривает. При этом суд отмечает непоследовательную позицию ФИО1 относительно этих обстоятельств, поскольку, заявляя о нарушении права на защиту при ознакомлении с постановлением о назначении судебно-психиатрической экспертизы, в то же время ФИО1 не учитывает того, что он сам написал письменное заявление следователю об отказе от защитника при проведении данного процессуального действия (т.1 л.д. 93). Однако в удовлетворении этого ходатайства ФИО1 следователь обоснованно отказал (т.1 л.д. 94).

Суждения ФИО1 о незаконности действий следователя Е.А.А. по его этапированию для производства экспертизы не имеют правового значения для оценки судом допустимости доказательств, поскольку эти обстоятельства на соблюдение порядка их сбора и закрепления не влияют.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, оснований не доверять заключению комиссии экспертов от ДД.ММ.ГГГГг. № <...> у суда не имеется. Указанная судебно-психиатрическая экспертиза назначена и проведена в порядке, установленном законом. Научность и обоснованность выводов, изложенных в заключении экспертов, компетентность судебных экспертов, а также соблюдение при проведении экспертного исследования требований уголовно-процессуального закона сомнений не вызывают.

Сопоставление данного заключения с заключением экспертов в материалах другого уголовного дела, рассмотренного в отношении ФИО1, к предмету судебного разбирательства по настоящему делу не относится.

Каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона в ходе судебного разбирательства также не допущено.

Уголовное дело в отношении ФИО1 мировым судьей судебного участка № <адрес> было направлено по подсудности в Камышинский городской суд <адрес>, куда оно поступило ДД.ММ.ГГГГг. (т.1 л.д. 193). Решение о назначении судебного заседания на ДД.ММ.ГГГГг. принято судом ДД.ММ.ГГГГг., то есть до истечения 30 суток со дня поступления уголовного дела в суд (т.1 л.д. 196). Поскольку ФИО1 под стражей по настоящему делу не содержался, срок, предусмотренный ч.3 ст. 227 УПК РФ, судом был соблюден.

Доводы ФИО1 о рассмотрении уголовного дела с нарушением принципа состязательности сторон, необъективности суда являются несостоятельными.

Как видно из протоколов судебных заседаний, судебное следствие проведено в соответствии с требованиями ст. 273 - 291 УПК РФ. Суд первой инстанции, сохраняя объективность и беспристрастность, обеспечил полное равноправие сторон, принял все меры по реализации принципа состязательности, создал все необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им законом прав. Сторона защиты активно пользовалась своими правами, в том числе путём допроса свидетелей, а также участвуя в разрешении процессуальных вопросов. Все ходатайства ФИО1 разрешены судом в предусмотренном уголовно-процессуальным законом порядке, в соответствии с требованиями ст. 271 УПК РФ, путём их обсуждения участниками судебного заседания и вынесения судом по итогам этого обсуждения соответствующих решений. Каких-либо данных, свидетельствующих о незаконном и необоснованном отклонении судом ходатайств осужденного, судом апелляционной инстанции не установлено.

В удовлетворении ходатайства ФИО1 о назначении в соответствии с ч.1 ст. 51 УПК РФ в качестве защитника адвоката С.Д.В., с которым осужденный соглашения на защиту не заключал, судом первой инстанции обоснованно отказано (т.1 л.д. 202, 203).

Также основаны на правильном применении п.3 ч.1 ст. 51 УПК РФ и разъяснений, содержащихся в п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 июня 2015г. N 29 "О практике применения судами законодательства, обеспечивающего право на защиту в уголовном судопроизводстве", мотивы, по которым суд первой инстанции не принял отказ ФИО1 от защитника (т.1 л.д. 44). Так, к лицам, которые в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 51 УПК РФ в силу своих физических или психических недостатков не могут самостоятельно осуществлять свое право на защиту, следует относить, в частности, тех, у кого имеется психическое расстройство, не исключающее вменяемости.

Квалификация действий осуждённого по ч. 3 ст. 30, ст. 158.1 УК РФ является правильной и надлежащим образом в приговоре мотивирована.

При этом доводы ФИО1 о незаконности его уголовного преследования и повторном осуждении за одно и то же деяние ввиду того, что факт привлечения его к административной ответственности по ч.2 ст. 7.27 КоАП РФ по постановлению Камышинского городского суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГг. уже учитывался при вынесении приговора мирового судьи судебного участка № <адрес> от ДД.ММ.ГГГГг. являлись предметом проверки суда первой инстанции и правильно признаны основанными на ошибочном толковании уголовного закона.

ФИО1 совершил покушение на мелкое хищение имущества ООО «<адрес>», будучи подвергнутым административному наказанию за мелкое хищение, предусмотренное ч.2 ст. 7.27 КоАП РФ. При этом по смыслу ст. 158.1 УК РФ не имеет правового значения для оценки содеянного как преступления, то обстоятельство, что ФИО1 уже был осужден за мелкое хищение чужого имущества в период, когда он считался подвергнутым административному наказанию по постановлению Камышинского городского суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГг. Субъект продолжает нести уголовную ответственность за мелкие хищения чужого имущества независимо от их числа вплоть до истечения срока, в течение которого он считается подвергнутым административному наказанию за мелкое хищение, предусмотренное ч.2 ст. 7.27 КоАП РФ. В данном случае в силу ст. 4.6 КоАП РФ этот срок истек ДД.ММ.ГГГГг. – через год после оплаты ФИО1 наложенного на него штрафа (т.1 л.д. 100), а преступление совершено ФИО1 до указанной даты - ДД.ММ.ГГГГг.

Доводы осужденного ФИО1 о прекращении уголовного дела по указанным основаниям правильно разрешены судом в совещательной комнате при вынесении итогового решения по делу – обвинительного приговора, в котором изложены мотивы признания их несостоятельными. Утверждение ФИО1 о необходимости немедленного рассмотрения судом такого ходатайства на стадии судебного следствия с вынесением в совещательной комнате отдельного процессуального документа не основаны на законе, поскольку приведенные осужденным доводы могли получить оценку только после исследования и проверки доказательств по уголовному делу.

Суждения ФИО1 в дополнительной апелляционной жалобе относительно незаконности других приговоров, правовых последствиях для него в результате их пересмотра, решений о применении к нему дисциплинарных взысканий при отбывании предыдущих наказаний к предмету судебного разбирательства по настоящему делу не относятся.

С учётом изложенного суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что тщательный анализ и основанная на законе оценка исследованных в судебном заседании доказательств в их совокупности, позволили суду первой инстанции правильно установить фактические обстоятельства преступления и прийти к обоснованному выводу о виновности ФИО1 в его совершении.

Объективных данных, свидетельствующих о фальсификации уголовного дела, судом апелляционной инстанции не установлено.

Доводы апелляционной жалобы ФИО1, в которых он выражает несогласие с содержанием протокола судебного заседания от ДД.ММ.ГГГГг., не свидетельствуют о незаконности постановленного приговора.

Из дела усматривается, что замечания на протокол судебного заседания, поданные ФИО1, судом рассмотрены в установленном законом порядке с вынесением мотивированного постановления (т.2 л.д. 72).

Доводы ФИО1 о заинтересованности председательствующего судьи в исходе дела являются необоснованными. Отводов судье Иванцову С.В. осужденный не заявлял, а о его необъективности стал указывать только после вынесения обвинительного приговора. При этом обстоятельств, предусмотренных ст. 61, 63 УПК РФ, которые бы исключали участие судьи Иванцова С.В. в рассмотрении настоящего уголовного дела, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о том, что оснований для отмены приговора и прекращения уголовного дела либо передаче его на новое судебное разбирательство, равно как и для возвращения уголовного дела прокурору, не имеется.

Также суд находит постановленный приговор справедливым.

При назначении ФИО1 наказания суд учел характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, относящегося к категории небольшой тяжести, данные о личности ФИО1, который ранее судим, привлекался к административной ответственности по ст.20.20 КоАП РФ, ограниченно годен к военной службе, страдает хроническим вирусным гепатитом «С», миопией высокой степени обоих глаз, у него отсутствует селезенка; по месту жительства характеризуется удовлетворительно; по месту отбывания предыдущего наказания в ФКУ ИК-№ <...> УФСИН России по <адрес> характеризовался отрицательно, а в ФКУ ИК-№ <...> УФСИН России по <адрес> - удовлетворительно; по месту содержания под стражей в ФКУ СИЗО-№ <...> УФСИН России по <адрес> характеризовался удовлетворительно; на учете у врача психиатра не состоит, в то же время состоит на учете у врача нарколога с ДД.ММ.ГГГГ. с диагнозом: <.......>.

При этом вопреки доводам апелляционной жалобы, оснований сомневаться в достоверности справки Камышинского филиала ГБУЗ «<адрес>» (т.1 л.д. 141) у суда не имеется, тем более, что наличие психического расстройства подтверждается и заключением комиссии экспертов-психиатров (т.1 л.д. 75-76). Сведения же о том, что ФИО1 не состоит на учете в психоневрологическом и наркологическом диспансерах, указанные в приговоре Лефортовского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГг., не имеют преюдициального значения в смысле ст. 90 УПК РФ для суда по настоящему делу. Данные о личности подсудимого подлежат установлению не на основании предыдущих приговоров, а исходя из документов, приобщенных к материалам уголовного дела. При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что ФИО1 состоит на учете у врача-нарколога в Камышинском филиале ГБУЗ «<адрес>» и сведения об этом могли быть неизвестны Лефортовскому районному суду <адрес>. Кроме того, вопреки утверждению осужденного, в приговоре Камышинского городского суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГг. содержатся сведения о наличии у него психического расстройства.

Также не имелось правовых препятствий для оценки данных о личности ФИО1, изложенных в характеристиках на него из исправительных учреждений. Не исключало этого и погашение одной из судимостей, поскольку суд учитывал не сам факт привлечения ФИО1 к уголовной ответственности и наличие погашенной судимости, а принял во внимание сведения о поведении осужденного, который в определенные периоды своей жизни находился в условиях изоляции от общества, а не по месту своего проживания и данными, характеризующими ФИО1 на протяжении этого времени, располагали именно исправительные учреждения.

Обстоятельствами, смягчающими наказание в соответствии с п. «г» ч.1, ч.2 ст. 61 УК РФ суд обоснованно учел наличие у ФИО1 на день совершения преступления малолетнего ребенка, а также состояние здоровья осужденного.

Обстоятельством, отягчающим наказание, на основании п. «а» ч.1 ст. 63 УК РФ суд правильно признал рецидив преступлений.

Кроме того, в соответствии с ч. 1.1 ст. 63 УК РФ, принимая во внимание характер и степень общественной опасности преступления, обстоятельства его совершения, личность виновного, суд обоснованно учел в качестве отягчающего наказание обстоятельства совершение ФИО1 преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, поскольку это состояние способствовало противоправному поведению осужденного и совершению им покушения на мелкое хищение чужого имущества, в числе которого находилось и спиртное.

С учётом совокупности вышеприведённых обстоятельств суд пришёл к правильному и мотивированному выводу о возможности исправления ФИО1 только в условиях изоляции от общества и назначил ему наказание в виде лишения свободы в пределах санкции ст. 158.1 УК РФ с учётом правил ч. 3 ст. 66 УК РФ и положений ч.2 ст. 22 УК РФ.

При этом оснований для применения ч.2 ст. 53.1, ст. 64, 73 УК РФ суд первой инстанции не усмотрел, с чем соглашается и суд апелляционной инстанции.

Доводы апелляционных жалоб о том, что суд назначил наказание в большем размере, чем просил государственный обвинитель, не опровергают справедливость постановленного приговора.

В силу п. 1 ч. 1 ст. 29 УПК РФ только суд правомочен признать лицо виновным в совершении преступления и назначить ему наказание. В этой связи предложения государственного обвинителя о виде и размере наказания, которое могло быть назначено ФИО1, не являлись для суда обязательными и суд ими не связан.

Кроме того, поскольку ФИО1 совершил данное преступление до осуждения по приговору Камышинского городского суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГг., суд обоснованно назначил осужденному окончательное наказание по совокупности преступлений на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ.

Таким образом, по мнению суда апелляционной инстанции, назначенное ФИО1 наказание является соразмерным содеянному, личности осужденного, и оснований считать его чрезмерно суровым не имеется, поскольку оно соответствует требованиям ст. 6, 43, 60 УК РФ, направлено на исправление осужденного, предупреждение совершения новых преступлений, восстановление социальной справедливости.

В соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ ФИО1 правильно назначено отбывание наказания в исправительной колонии строгого режима.

Нарушений норм уголовного, уголовно-процессуального законодательства, влекущих отмену или изменение приговора, в ходе предварительного расследования и судебного рассмотрения уголовного дела допущено не было, а потому оснований к удовлетворению апелляционных жалоб осуждённого не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд

постановил:

приговор Камышинского городского суда Волгоградской области от 8 мая 2019г. в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционные жалобы (основную и дополнительную) – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ.

Судья подпись Д.А. Акатов