Апелляционное определение № 11-12774/2025 от 7 декабря 2025 г.

Судья Шваб Л.В.

дело № 2-1870/2025

УИД 74RS0002-01-2024-013786-78


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ



дело № 11-12774/2025
08 декабря 2025 года
г. Челябинск
Судебная коллегия по гражданским делам Челябинского областного суда в составе:

председательствующего Доевой И.Б.,

судей Стяжкиной О.В., Палеевой И.В.,

при помощнике судьи Хайруллиной А.Р.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Акционерному обществу «Челябинский электромеханический завод» о признании приказа об увольнении за прогул незаконным, возложении обязанности изменить дату и основание увольнения, взыскании невыплаченной заработной платы, компенсации морального вреда,

по апелляционным жалобам ФИО1, Акционерного общества «Челябинский электромеханический завод» на решение Центрального районного суда Челябинска от 03 июня 2025 года, дополнительное решение Центрального районного суда Челябинска от 17 июля 2025 года.

Заслушав доклад судьи Стяжкиной О.В. об обстоятельствах дела и доводах апелляционной жалобы, объяснения представителя истца ФИО1 – ФИО2, поддержавшего доводы жалобы, возражавшего против доводов жалобы ответчика, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратился в суд с иском к Акционерному обществу «Челябинский электромеханический завод» (далее - АО «ЧЭМЗ») в котором, с учетом уточнений, просил:

- признать незаконным приказ об увольнении от ДД.ММ.ГГГГ №№к, изменить дату увольнения на дату решения суда об удовлетворении требований;

-изменить формулировку основания увольнения на увольнение по соглашению сторон;

-обязать ответчика в течение 10 дней с даты вступления решения суда в законную силу направить в Социальный фонд России сведения об отмене приказа об увольнении за прогул;

-взыскать с ответчика судебную неустойку в течение 10 дней с даты вступления решения суда в законную силу в случае неисполнения обязанности подачи сведений в Социальный фонд России об отмене приказа об увольнении за прогул в размере 1000 рублей в день, начиная с даты вступления в силу решения суда до дня фактического исполнения обязанности;

-обязать ответчика в течение 10 дней с даты вступления решения суда в законную силу направить в Социальный фонд России сведения об увольнении по соглашению сторон;

-взыскать с ответчика судебную неустойку в течение 10 дней с даты вступления решения суда в законную силу в случае неисполнения обязанности подачи сведений в Социальный фонд России об увольнении по соглашению сторон в размере 1000 рублей в день, начиная с даты вступления в силу решения суда до дня фактического исполнения обязанности;

- взыскать компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей;

-взыскать невыплаченную заработную плату с 01 октября 2024 по 24 октября 2024 в размере 81 859,30 рублей;

-взыскать компенсацию за задержку заработной платы за октябрь 2024 года за период с 06 ноября 2024 по 04 апреля 2025 в размере 14 955,69 руб.,

-взыскать на будущее время компенсацию за задержку заработной платы за октябрь 2024 года в размере 71 217,59 руб. из расчета 1/150 ключевой ставки, установленной ЦБ РФ, начиная с 05 апреля 2025 до даты фактической выплаты,

- взыскать утраченный заработок за период с 25 октября 2024 по 04 апреля 2025 в размере 568 073,58 руб., взыскать утраченный заработок за период с 07.04.2025 по день вынесения решения суда об удовлетворении требования о взыскании утраченного заработка из расчета среднедневного заработка в размере 5 211,68 руб. за рабочий день;

-взыскать компенсацию за неиспользованный отпуск за период с 01 июля 2024 по 31 марта 2025 в размере 76 885,68 руб.

В обоснование иска указал, что 10 июля 2023 был принят на работу в АО «ЧЭМЗ» на должность <данные изъяты>. Приказом от ДД.ММ.ГГГГ № № истца уволили 30 октября 2024 за прогул. При этом с приказом об увольнении он ознакомлен не был, а информацию об увольнении получил из электронной трудовой книжки 09 декабря 2024. Однако никакого прогула он не совершал. Работодатель сам отстранил его от работы 24 октября 2024, забрав с его рабочего стола токены электро-цифровых подписей предприятия, печать предприятия, ключи от сейфа, ключи от кабинета, и попросил покинуть рабочее место. С 24 октября 2024 он не может попасть на предприятие, поскольку охранники его не пускают, а до руководителей он дозвониться не может. Кроме того, ему не возвращена трудовая книжка, не выплачена заработная плата за октябрь 2024 года и компенсация за неиспользованный отпуск. Действиями АО «ЧЭМЗ» нарушены его трудовые права, причинен моральный вред.

Истец ФИО1 и его представитель ФИО2 в судебном заседании исковые требования с учетом уточнений поддержали, просили их удовлетворить.

Представитель ответчика АО «ЧЭМЗ» ФИО3, действующая на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования не признала, просила в их удовлетворении отказать, представила письменные возражения на исковое заявление.

Представители третьих лиц, привлеченных к участию в деле, Государственной инспекции труда Челябинской области, ООО «Финансовая перспектива», в судебное заседание при надлежащем извещении не явились.

Суд постановил решение, которым исковые требования удовлетворил частично.

Признал приказ № № от ДД.ММ.ГГГГ о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) ФИО1 за прогул незаконным.

Возложил на АО «ЧЭМЗ» изменить дату и основание увольнения ФИО1 Уволить ФИО1 с замещаемой должности 03 июня 2025 по инициативе работника.

Взыскал с АО «ЧЭМЗ» в пользу ФИО1 заработную плату за время вынужденного прогула в размере 731 279 (семьсот тридцать одна тысяча двести семьдесят девять) руб. 58 коп., компенсацию морального вреда в размере 15 000 руб.

Обязал АО «ЧЭМЗ» внести изменения в сведения о трудовой деятельности ФИО1 и представить их в порядке, установленном законодательством Российской Федерации об индивидуальном (персонифицированном) учете в Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Челябинской области.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 отказал.

Взыскал с АО «ЧЭМЗ» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 22 625,59 руб. (л.д. 67-72 том 2).

Дополнительным решением от 17 июля 2025 года суд взыскал с АО «ЧЭМЗ» в пользу ФИО1 компенсацию за неиспользованный отпуск за период с 10 июля 2024 по 30 октября 2024 в размере 48388 (сорок восемь тысяч триста восемьдесят восемь) руб. 93 коп.

В удовлетворении требований о взыскании заработной платы за октябрь 2024 года ФИО1 отказал (л.д. 43-44 том 2).

В апелляционной жалобе истец ФИО1 просит решение суда первой инстанции в части отказа во взыскании неустойки за просрочку выплаты заработной платы за октябрь 2024 года в размере 14 955,69 руб. отменить и принять в указанной части новое решение об удовлетворении требований; отменить дополнительное решение суда первой инстанции в части отказа во взыскании заработной платы за октябрь 2024 года в размере 81 859,30 руб. и принять в указанной части новое решение об удовлетворении требований; изменить дополнительное решение суда первой инстанции в части взыскания компенсации за неиспользованный отпуск, дополнительно взыскав компенсацию за неиспользованный отпуск за период с 31 октября 2024 года по 31 марта 2025 года в размере 60 507,76 руб. Согласно справки 2-НДФЛ за 2024 год за октябрь ему начислена заработная плата в общем размере 81 859 руб. 30 коп., в том числе 49 539 руб. 03 коп. – заработная плата (код 2000), 34 583 руб. – премия (код 2002). Отказывая во взыскании начисленной заработной платы за октябрь 2024 года, суд исходил из того, что заработная плата истцу выплачена. Однако никаких доказательств совершения такой выплаты ответчиком в материалах дела не имеется. Более того, в отношении выплаты указанной суммы ответчик неоднократно сообщал суду, что окончательный расчет с истцом за октябрь не производился ни в какой части. Премии в общем размере 100% от оклада были составной частью заработной платы и всегда выплачивались истцу на всем протяжении его работы у ответчика. Спор между сторонами, что в октябре 2024 года трудовая функция осуществлялась истцом, отсутствует. Полагает, что оснований для отказа во взыскании начисленной заработной платы за октябрь 2024 года у суда не имелось.

Указывает, что в случае удовлетворения судом апелляционной инстанции требования о взыскании заработной платы за октябрь 2024 года подлежит взысканию неустойка за просрочку ее выплаты.

Судом взыскана компенсация за неиспользованный отпуск за период по 30 октября 2024 года. Поскольку судом установлена дата увольнения – 03 июня 2025 года, то истец вправе требовать компенсации за неиспользованный отпуск с 31 октября 2024 года по 03 июня 2025 года (л.д.129-131 том 2).

В апелляционных жалобах ответчик просит решение и дополнительное решение суда первой инстанции отменить и принять новое решение об отказе в удовлетворении требований.

Указывает, что ФИО1 осуществлял трудовую деятельность в АО «ЧЭМЗ» в должности <данные изъяты> с должностным окладом 43 000 руб., плюс районный коэффициент 15%, всего 49 450 руб. в месяц. Истец был уволен на основании п.п. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с систематическим отсутствием на рабочем месте с 25 октября 2024 года по 06 декабря 2024 года более 4-х часов подряд, без уведомления о причине отсутствия работодателя, о чем оставлены акты. Приказ об увольнении, трудовая книжка были направлены почтой ценным письмом по месту проживания истца.

В ходе трудовой деятельности в АО «ЧЭМЗ» ФИО1 были совершены мошеннические действия с перечислением заработной платы, а именно истец перечислял заработную плату на счет третьего лица ФИО4, которая не является работником, без согласования руководителя общества.

В связи с длительным отсутствием на рабочем месте главного бухгалтера ФИО1 по непонятным причинам, приказом № № от 28 октября 2024 года назначена аудиторская проверка на предмет достоверности ведения бухгалтерского учета в период с 01 июля 2023 года по 01 ноября 2024 года. Назначена независимым аудитором СЛА. 15 ноября 2024 года аудитором СЛА представлен отчет о результатах проверки бухгалтерской отчетности за 2023 год, постановки бухгалтерского учета за 2023,2024 годы. По результатам проверки были сделаны выводы: ведение бухгалтерского учета и формирование бухгалтерской отчетности не в полной мере соответствуют законодательству РФ; инвентаризация перед составлением годового отчета за 2023 год не проведена; сверка с контрагентами не сделана; дебиторская и кредиторская задолженность не достоверна; выявлены нарушения в учете материалов, несвоевременном списании их на расходы по документам, не подписанные членами комиссии, не утвержденными руководителем общества; несвоевременное списание материалов, а также не проведение инвентаризации создают условия для хищения материальных ценностей.

23 октября 2024 года контролером КПП КВА при прохождении КПП, покидая территорию «ЧЭМЗ» ФИО1 был замечен в состоянии алкогольного опьянения.

Не согласны со взысканием заработной платы за время вынужденного прогула. Во время трудовых отношений между ФИО1 и АО «ЧЭМЗ» с 10 июля 2023 года по 24 октября 2024 года, истец работал по совместительству в должности директора в ООО «Финансовая перспектива» с 09 января 2024 года по настоящий момент, с должностным окладом в размере 28 736 руб., графиком работы с 09.00 – 13.00 и предоставлением рабочего места по адресу: г<адрес> Таким образом, работник выполнял задачи по совместительству в основное рабочее время, данные действия являются дисциплинарным нарушением, которые могут стать поводом для увольнения. Истцом в материалы дела не представлены какие-либо сведения о том, что он работал дистанционно, в трудовом договоре данная информация отсутствует. Считает, что необходимо произвести перерасчет заработной платы по 24 октября 2024 года, с учетом вычета тех рабочих часов, которые работник тратил не на выполнение трудовой деятельности основного места работы, а выполняя деятельность по совместительству.

Не согласны с размером компенсации морального вреда. Размер компенсации морального вреда ничем не обусловлен, не представлены доказательства степени физических и нравственных страданий, которые испытал истец, а также конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий. Общество не могло причинить какой-либо вред, а также страдания, так как данное лицо было уволено за прогул, за систематическое отсутствие на рабочем месте, то есть увольнение произошло по вине самого истца за нарушение им правил трудового распорядка.

При рассмотрении дела судом не были учтены доводы и доказательства, представленные ответчиком, суд вынес одностороннее решение, при этом нарушив принцип осуществления правосудия на основе состязательности и равноправия сторон (л.д. 89-93, 118-121 том 2).

В возражениях на апелляционные жалобы ответчика истец ФИО1 считает, что доводы ответчика на существо состоявшихся по делу судебных актов не влияют, в связи с чем апелляционная жалоба ответчика удовлетворению не подлежит (л.д. 135-136 том 2).

Истец ФИО1, представитель ответчика АО «ЧЭМЗ» в суд апелляционной инстанции не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены, в связи с чем судебная коллегия на основании статей 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации признала возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Заслушав представителя истца, проверив законность и обоснованность судебного решения в пределах доводов апелляционной жалобы и возражений на нее, в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к выводу об отмене решения суда в части, изменению решения суда в части, в связи с неправильным определением обстоятельств, имеющих значение для дела, неправильным применением норм материального права, регулирующих спорные правоотношения.

Как установлено судом и следует из материалов дела, что 10 июля 2023 года между ФИО1 (работник) и АО «Челябинский электромеханический завод» (работодатель) заключен трудовой договор, согласно которому работник принят на должность <данные изъяты> с испытательным сроком на 6 (шесть) месяцев), что подтверждается приказом о приеме на работу № № от ДД.ММ.ГГГГ, трудовым договором № № от ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д.35-36, 38).

В соответствии с разделом 1 трудового договора местом работы работника является адрес: <данные изъяты>. Работнику установлена пятидневная рабочая неделя с понедельника по пятницу, с 8-00 до 17-00 часов с обеденным перерывом 45 минут, с двумя выходными днями - суббота и воскресенье.

Приказом от ДД.ММ.ГГГГ № ДД.ММ.ГГГГ-к трудовой договор расторгнут по инициативе работодателя в связи с однократным грубым нарушением работником трудовых обязанностей - прогулом, по подпункту «а» пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса РФ, ФИО1 с замещаемой должности уволен 30 октября 2024 года (т.1 л.д.40).

Основанием для вынесения приказа послужили акты об отсутствии работника на рабочем месте за период с 25 октября 2024 по 06 декабря 2024 года, докладные записки зам. директора по общим вопросам от 25 октября 2024 по 06 декабря 2024 года, письма от 30 октября 2024 года, 15 ноября 2024 года.

Докладными записками заместителя директора по общим вопросам ААТ от 25 октября 2024 года, 28 октября 2024 года, 29 октября 2024 года, 30 октября 2024 года, 07 ноября 2024 года, 15 ноября 2024 года, 22 ноября 2024 года, 29 ноября 2024 года, 06 декабря 2024 года зафиксированы факты отсутствия ФИО1 на рабочем месте с 25 октября по 06 декабря 2024 года. Причину отсутствия выяснить не удалось, на телефонные звонки он не отвечает, о чем составлены акт об отсутствии работника на рабочем месте (т.1 л.д.52, 54, 56, 58, 60, 62, 64, 66, 68).

Согласно материалам дела ответчиком затребовано у истца объяснение по факту отсутствия на рабочем месте с 25 октября 2024 года, которое направлено по почте истцу 30 октября 2024 года, получено 05 ноября 2024 года, в дальнейшем повторно - 06 ноября 2024 года, 16 ноября 2024 года (т.1 л.д.47,48-51).

Из анализа текста требования о предоставлении письменных объяснений следует, что у истца истребованы объяснения по факту отсутствия на рабочем месте с 25 октября 2024 года (т.1 л.д.45, 48).

Как следует из приобщенных к делу конвертов, вскрытых в суде первой инстанции, ответчик 06 ноября 2024 года, 16 ноября 2024 года направлял истцу открытки с новым годом (т.1 л.д.74,180).

Проверяя законность увольнения истца в соответствии с приказом от ДД.ММ.ГГГГ № № по основанию п.5 ч.1 ст.81 Трудового кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции, исходил из того, что работодателем нарушен порядок привлечения истца к дисциплинарной ответственности, так как объяснение у работника затребовано после истечения двух рабочих дней с момента начала отсутствия на рабочем месте, в связи с чем пришел к выводу о наличии оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 о признании незаконным увольнения, изменения формулировки увольнения за прогул на увольнение по собственному желанию, изменения даты увольнения.

Установив, что увольнение истца является незаконным, руководствуясь статьей 234, статьей 394 Трудового кодекса Российской Федерации, а также абзацем 3 пункта 60, пунктом 62 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», суд пришел к выводу об удовлетворении требований о взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула.

Определяя размер среднего дневного заработка истца, суд руководствовался ст.139 Трудового кодекса Российской Федерации, справкой 2-НДФЛ за 2023, 2024 год в соответствии с которой общая сумма заработной платы ФИО1 для расчета среднего заработка за период с октября 2023 по сентябрь 2024 года составляет 1 275 979,38 руб., количество отработанных истцом дней в указанный период составило 246 дней, соответственно, пришел к выводу, что размер среднего заработка за период с 31 октября 2024 года по 27 мая 2025 года составит 731 279,58 руб. из расчета 1 275 979,38 руб. /246 х141 рабочий день.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда о незаконности увольнения ФИО1, оснований для отмены решения суда по доводам апелляционной жалобы ответчика не усматривает, поскольку выводы суда основаны на надлежащей оценке доказательств по делу, сделаны в соответствии с правилами статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и с нормами материального права, регулирующими спорные правоотношения, при правильном установлении всех обстоятельств, имеющих значение для дела.

Согласно части 1 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель имеет право привлекать работников к дисциплинарной и материальной ответственности в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

В силу части 1 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: 1) замечание; 2) выговор; 3) увольнение по соответствующим основаниям.

К дисциплинарным взысканиям относится увольнение работника по основаниям, предусмотренным пунктом 6 части первой статья 81 Трудового кодекса Российской Федерации.

Совершение работником однократного грубого нарушения трудовых обязанностей - прогула, то есть отсутствия на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня (смены), независимо от его (ее) продолжительности, а также в случае отсутствия на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня (смены), может в соответствии с подпунктом "а" пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации являться основанием для расторжения с ним трудового договора по инициативе работодателя.

Статьей 193 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт. Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников.

Из анализа указанной нормы прямо следует, что законодателем предоставлено работнику право в течение двух рабочих дней со дня затребования от него объяснения по факту совершенного им дисциплинарного проступка, предоставить письменное объяснение по факту совершенного им дисциплинарного проступка, предоставить письменное объяснение в письменной форме по существу обстоятельств либо отказаться от предоставления такого объяснения.

В соответствии с Определением Конституционного Суда Российской Федерации от 23 апреля 2015 года № 778-О, порядок применения дисциплинарных взысканий, в том числе увольнения, установлен статьей 193 Трудового кодекса Российской Федерации. В частности, часть первая данной статьи обязывает работодателя до применения дисциплинарного взыскания затребовать от работника объяснение в письменной форме. Данное положение направлено на обеспечение объективной оценки фактических обстоятельств, послуживших основанием для привлечения работника к дисциплинарной ответственности и на предотвращение необоснованного применения дисциплинарного взыскания.

Не предоставление объяснений не является препятствием для привлечения работника к дисциплинарной ответственности лишь в том случае, когда работник уведомлен о необходимости дачи объяснений, но не предоставляет их.

Иное толкование данных норм означало бы необязательность соблюдение работодателем срока для предоставления работником объяснения и возможность игнорирования работодателем требований части 1 статьи 193 Трудового кодекса Российской Федерации, а, следовательно, повлекло бы утрату смысла данных норм и существенное нарушение права работника на предоставление объяснения в установленный законом срок.

В пункте 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

Как установлено судом, вышеуказанные требования закона ответчиком при привлечении истца к дисциплинарной ответственности в виде увольнения были нарушены.

Из материалов дела усматривается, что 30 октября 2024 года в адрес ФИО1 посредством почтовой связи было направлено уведомление о необходимости предоставить документы, подтверждающие уважительную причину отсутствия на рабочем месте с 25 октября 2024 года. Согласно уведомления почтовое отправление получено 05 ноября 2024 года (т.1 л.д.48). Вместе с тем истец отрицает факт получения уведомления, указывает, что в конверте содержалась открытка, что и явилось основанием для обращения в прокуратуру.

05 ноября 2024 года, 15 ноября 2024 года работодателем повторно направлено уведомление о предоставлении документов, подтверждающих уважительную причину отсутствия на рабочем месте с 25 октября 2024 года (т.1 л.д.48).

Согласно представленных истцом конвертов, в почтовых отправлениях содержались открытки с новым годом (т.1 л.д.74,180).

Таким образом, неполучение уведомления лишило работника ФИО1 возможности представить свои объяснения по вменяемому ему дисциплинарному проступку.

В данном случае со стороны работодателя имеет место грубое нарушение установленного частью 1 статьи 193 Трудового кодекса Российской Федерации порядка увольнения.

При наличии таких обстоятельств суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что допущенные со стороны ответчика нарушения трудового законодательства являются безусловным основанием к признанию увольнения истца по подпункту "а" пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации незаконным.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 53 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», суд, являющийся органом по разрешению индивидуальных трудовых споров, в силу части 1 статьи 195 ГПК РФ должен вынести законное и обоснованное решение, обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дел об оспаривании дисциплинарного взыскания или о восстановлении на работе и подлежащим доказыванию работодателем, является соблюдение им при применении к работнику дисциплинарного взыскания вытекающих из статей 1, 2, 15, 17, 18, 19, 54 и 55 Конституции Российской Федерации и признаваемых Российской Федерацией как правовым государством общих принципов юридической, а следовательно и дисциплинарной, ответственности, таких, как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм. В этих целях работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть пятая статьи 192 ТК РФ), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду.

Ответчиком не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что при принятии в отношении истца решения о применении дисциплинарного взыскания в виде увольнения учитывалась тяжесть вменяемого ему в вину дисциплинарного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен, а также то, что ответчиком учитывалось предшествующее поведение истца, его отношение к труду; возможность применения ответчиком к истцу иного, менее строгого вида дисциплинарного взыскания.

Доводы апелляционной жалобы ответчика о наличии оснований для увольнения истца за прогул, отсутствии доказательств уважительных причин отсутствия истца на работе с 25 октября по 06 декабря 2024 года, не имеют правового значения и не влекут к отмене решения, поскольку работодателем был нарушен установленный законом порядок увольнения. Кроме того, работодатель утром 25 октября 2024 года когда ФИО1 не вышел на работу не выяснил причины невыхода истца на рабочее место, не установил его местонахождение, учитывая, что обстоятельства отсутствия работника на работе могут быть разными, в том числе вызванные тем, что при наличии каких-либо жизненных обстоятельств работник не в состоянии сообщить о них, в связи с чем при планировании производительности труда выяснение данных обстоятельств, а также периода длительности отсутствия работника находится в интересах работодателя. Учитывая, что законодателем бремя доказывания при увольнении по инициативе работодателя в данном случае возложено на ответчика, судебная коллегия исходит из того, что работодатель не представил безусловных доказательств того, что ФИО1 отсутствовал на работе без уважительных причин.

Доводы апелляционной жалобы об отсутствии оснований для взыскания компенсации за вынужденный прогул, основаны на неверном понимании норм трудового законодательства, определяющих порядок возмещения работодателем работнику ущерба в связи с незаконным увольнением и предусматривающих возмещение заработной платы за все время вынужденного прогула без каких-либо изъятий. При рассмотрении спора суд обоснованно исходил из того, что согласно абзацу 2 статьи 234 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. Это положение закона согласуется с ч.2 ст. 394 Трудового кодекса Российской Федерации, в силу которой в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения нижеоплачиваемой работы.

Вместе с тем, суд судебная коллегия полагает необходимым при рассмотрении апелляционных жалоб не ограничиваться ее доводами, и в интересах законности выйти за их пределы, обратив внимание, что судом первой инстанции было неправильно исчислено количество дней вынужденного прогула, неправильно определен период вынужденного прогула, что повлекло за собой ошибку в при расчете среднего заработка за время вынужденного прогула. При определении количества дней, подлежащих оплате вынужденного прогула за период с 31 октября 2024 года по 27 мая 2025 года, суд взял в расчет 141 рабочий день, что не верно. Поскольку решение суда состоялось 03 июня 2025 года, следовательно, период вынужденного прогула составит с 31 октября 2024 года по 03 июня 2025 года, на указанный период приходится 143 рабочих дня. Соответственно, средний заработок за время вынужденного прогула составит 741 652,34 руб. (5 186,38 руб. х143).

Поэтому, в указанной части решение суда подлежит изменению.

Также судебная коллегия не может согласиться с выводом суда об отказе во взыскании утраченного заработка за период с 25 октября по 30 октября 2024 года.

Согласно статье 234 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. Такая обязанность, в частности, наступает, если заработок не получен в результате незаконного отстранения работника от работы, его увольнения или перевода на другую работу (абзац 2).

В нарушение перечисленных выше положений стороной ответчика не представлено доказательств, отвечающих признакам относимости, допустимости, достоверности, свидетельствующих об отсутствии работника на рабочем месте с 25 октября 2024 по 30 октября 2024 года и неисполнении им трудовых обязанностей в течение рабочего времени в спорный период по вине ФИО1

Проверка материалов дела показывает, что сторонами в ходе судебного разбирательства не оспаривался факт отсутствия ФИО1 на рабочем месте определенном условиями трудового договора с 25 октября по 30 октября 2024 года.

Согласно позиции истца 24 октября 2024 года сотрудники ответчика в присутствии охранника, системного администратор завода БДП, и САВ (доверенное лицо директора завода) вывели его с работы. САВ объявил, что он уволен, однако по какой причине не разъяснил. ФИО14 и ФИО15 изъяли токены электронно-цифровой подписи, печать предприятия и ключи от сейфа, попросили покинуть рабочее место. ФИО16 позвонил на пост охраны проходной, пригласил дежурного контролера и сообщил, что он больше не работает. Закрыв кабинет, отдал ключи охраннику, который сопроводил его к проходной. Утром 25 октября 2025 года прибыв на работу, на проходной сообщили, что «велено не пускать», предложили созвониться с руководством. В течение 2 часов пытался дозвониться до руководителя предприятия, либо до ФИО17, но не смог. 28 и 29 октября 2024 года также не пустили на работу на проходной. 30 октября 2024 года входе разговора ФИО18 сообщил, что решение по нему не принято.

Из представленных ответчиком доказательств следует, что в августе 2024 года была назначена аудиторская проверка, в ходе которой были выявлены нарушения в бухгалтерском учете хозяйственно-финансовой деятельности АО «ЧЭМЗ», установлен срок устранения ошибок и недостатков до 25 октября 2025 года. Также стало известно, что ФИО1 перечислял свою заработную плату на счет третьего лица (дочери) ФИО4, которая не является работником, без согласования руководителя общества.

Проанализировав вышеуказанные сторонами обстоятельства, судебная коллегия приходит к выводу о том, что несмотря на тот факт, что у работодателя имелись основания для проведения служебной проверки в отношении истца, однако, не допуск его к рабочем месту должен был быть оформлен в соответствии с трудовым законодательством в виде вынесении приказ об отстранении от работы с изложением мотивов такого отстранения, направление в простой по вине работника. Между тем работодатель в нарушении действующего законодательства такие способы и меры реагирования не были предприняты, чем нарушены трудов права истца по не допуску его к осуществлению им трудовой функции и неоплаты соответствующего периода, что является безусловным основанием для взыскания ему неполученного заработка за невозможность трудится.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца в порядке ст.234 Трудового кодекса РФ среднего заработка за период незаконного лишения возможности трудиться и время вынужденного прогула с 25 октября 2024 по 30 октября 2024 года в размере 20 745,52 руб., из расчета 5 186,38 руб. х 4 рабочих дня.

Отказывая в удовлетворении требований истца о взыскании задолженности по заработной плате с 01 по 24 октября 2024 года в размере 81 859,30 руб., суд исходил из того, что установленный трудовым договором должностной оклад с учетом районного коэффициента в размере 49 539,03 руб. истцу выплачен, задолженности не имеется.

Вместе с тем, с указанными выводами суда первой инстанции согласиться нельзя исходя из следующего.

В соответствии с абз. 5 ч. 1 ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, количеством и качеством выполненной работы.

Данному праву работника в силу абз. 7 ч. 2 ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации корреспондирует обязанность работодателя выплачивать в полном размере причитающуюся работнику заработную плату в установленные законом или трудовым договором сроки и соблюдать трудовое законодательство, локальные нормативные акты, условия коллективного договора и трудового договора.

В соответствии с части 1 статьи 129 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата (оплата труда работника) - это вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

Из положений частей 1 и 2 статьи 135 Трудового кодекса Российской Федерации следует, что заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда. Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Частями 5 и 6 статьи 135 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что условия оплаты труда, определенные трудовым договором, не могут быть ухудшены по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами. Условия оплаты труда, определенные коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, не могут быть ухудшены по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Как следует из трудового договора № 7 от 10 июля 2023 года, должностной оклад истца составляет 43 000 руб., районный коэффициент от оклада 6450 руб.

Из справки о доходах и суммах налога физического лица за 2024 год следует, что истец помимо заработной платы ежемесячно получал премию. Ответчиком в налоговый орган представлены сведения о начислении истцу заработной платы за октябрь 2024 года в размере 49 539,03 руб., премии в размере 34 583 руб. (т.1 л.д.93).

Истец факт получения заработной платы с 1 по 24 октября 2024 года в размере 81 859,30 руб. оспаривает.

Ответчиком в нарушение ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, надлежащих доказательств подтверждающих выплату истцу денежных средств в счет заработной платы не представлено, судебная коллегия исходя из положений ст. 129 Трудового кодекса Российской Федерации полагает возможным удовлетворить требования истца о взыскании задолженности по заработной плате согласно расчету истца в размере 81 859,30 руб. за период работы с 01 по 24 октября 2024 года.

Доводы жалобы ответчика о том, что до 24 октября 2024 года истцу необходимо произвести перерасчет заработной платы, поскольку он работал по совместительству директором ООО «Финансовая перспектива» не могут быть приняты во внимание и не являются основанием для отмены решения суда, поскольку такие материально-правовые требования в суде первой инстанции не заявлялись и не были предметом рассмотрения.

В силу ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации, при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

Истец просил взыскать компенсацию за нарушение срока выплаты заработной платы в размере 81 859,30 руб. по ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации за период с 06 ноября 2024 по день фактической выплаты.

Судебная коллегия производит расчет компенсации исходя из суммы задолженности, рассчитанной за вычетом НДФЛ в сумме 71 217,59 руб. (81 859,30 - 13%) за период с 06 ноября 2024 по 08 декабря 2025 года.

06.11.2024 по 08.06.2025, 71 217,59 руб. х215х1/150х21%=21436,49 руб.

09.06.2024 по 27.07.2025, 71 217,59 руб. х49х1/150х20%=4652,88 руб.

28.07.2025 по 14.09.2025, 71 217,59 руб. х49х1/150х18%=4187,59 руб.

15.09.2025 по 26.10.2025, 71 217,59 руб. х42х1/150х17%=3389,96 руб.

27.10.2025 по 08.12.2025, 71 217,59 руб. х43х1/150х16,5%=3368,59 руб.

Итого 37 035,51 руб.

Поскольку при увольнении с истцом не был произведен расчет по оплате компенсации неиспользованного отпуска, за период с 10 июля 2024 по 30 октября 2024 года, что составило 9,33 дня, с ответчика взыскана судом компенсация за неиспользованный отпуск в размере 48 388,93 руб.

Произведенный судом первой инстанции расчет компенсации за неиспользованный отпуск, судебная коллегия находит арифметически верным, основанным на нормах законодательства, не противоречащим материалам дела.

Доводы апелляционной жалобы ФИО1 о взыскании с ответчика компенсации за неиспользованный отпуск за период вынужденного прогула с 31 октября 2024 по 03 июня 2025 года не основаны на положениях ст.121 Трудового кодекса Российской Федерации, поскольку признание увольнения незаконным не сопровождалось последующим восстановлением истца на работе, как это предусмотрено в абз. 4 ст. 121 Трудового кодекса Российской Федерации, а потому оснований для взыскания с ответчика в пользу истца за указанный период компенсации за неиспользованный отпуск у суда не имелось.

Учитывая, что факт нарушения ответчиком прав истца в ходе судебного разбирательства нашел свое подтверждение, судом первой инстанции в соответствии с положениями ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации, и с учетом объема и характера, причиненных истцу нравственных страданий, требований разумности и справедливости, обоснованно с ответчика в пользу истца взыскана компенсация морального вреда в размере 15 000 руб.

Оснований не согласиться с установленным судом первой инстанции размером компенсации морального вреда по доводам жалобы, не имеется. Поскольку трудовые права истца были нарушены незаконным увольнением, учитывая объем нарушенного защищаемого права, длительность его нарушения, степень вины работодателя, характер причиненных истцу нравственных страданий, и, исходя из требований разумности и справедливости, судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о взыскании с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда в размере 15 руб., оснований для его изменения судебная коллегия не находит.

Решение суда, которым в удовлетворении требований о возложении на ответчика обязанности в течение 10 дней с даты вступления решения суда в законную силу направить в Социальный фонд России сведения об отмене приказа об увольнении за прогул и сведений об увольнении по соглашению сторонами спора не обжалуется, а потому предметом судебной проверки не является.

Поскольку решение суда изменено в части взысканных сумм, изменению подлежит размер государственной пошлины, подлежащей взысканию с ответчика, который в соответствии с подпунктами 1, 3 пункта 1 статьи 333.19. Налогового кодекса Российской Федерации составит 26 594 руб.

Руководствуясь ст. ст. 328, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Центрального районного суда г.Челябинска от 03 июня 2025 года, дополнительное решение Центрального районного суда г.Челябинска от 17 июля 2025 года отменить в части отказа во взыскании задолженности по заработной плате с 01 по 24 октября 2024 года, взыскании среднего заработка за период с 25 по 30 октября 2024 года, изменить в части среднего заработка за время вынужденного прогула, государственной пошлины, принять в указанной части новое решение.

Взыскать с Акционерного общества «Челябинский электромеханический завод» (ИНН №) в пользу ФИО1 (ИНН №) задолженность по заработной плате с 01 по 24 октября 2024 года в размере 81 859 руб. 30 коп. (с удержанием при выплате НДФЛ), средний заработок за время вынужденного прогула в размере 741 652 руб. 34 коп. (с удержанием при выплате НДФЛ), утраченный заработок за период с 25 по 30 октября 2024 года в порядке ст.234 Трудового кодекса в размере 20 745 руб. 52 коп. (с удержанием при выплате НДФЛ), неустойку в порядке ст.236 Трудового кодекса Российской Федерации в размере 37 035,51 руб., с последующим начислением процентов до момента фактического погашения задолженности, начиная с 09 декабря 2025 года на сумму 71 217,59 руб.

Взыскать с Акционерного общества «Челябинский электромеханический завод» (ИНН №) в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 26 594 руб.

В остальной части это же решение, дополнительное решение оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1, Акционерного общества «Челябинский электромеханический завод»- без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 19.12.2025г.