Апелляционное постановление № 22-787/2024 от 6 мая 2024 г. по делу № 1-158/2023

Судья Сиухина М.В. Дело № 22-787


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Воронеж 7 мая 2024 г.

Воронежский областной суд в составе

председательствующего судьи Стариловой С.Ф.,

при секретарях судебного заседания Насоновой Ю.А и Тетеря Я.Ю.,

с участием прокурора отдела прокуратуры Воронежской области Сорочинской О.Н.,

адвоката Бредихина И.А., представившего ордер № 108 от 25 декабря 2024 г. и удостоверение № 3345 от 8 мая 2019 г.,

осужденной Ряжских Е.Ю.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении Ряжских Екатерины Юрьевны по апелляционному представлению и. о. прокурора Ленинского района г. Воронежа Исаева В.И. и по апелляционным жалобам адвоката Бредихина И.А. в интересах осужденной Ряжских Е.Ю. на приговор Ленинского районного суда г. Воронежа от 25 декабря 2023 г.

Заслушав доклад судьи Стариловой С.Ф. об обстоятельствах дела, содержании приговора, существе апелляционного представления и. о. прокурора Ленинского района г. Воронежа Исаева В.И. и апелляционных жалоб адвоката Бредихина И.А.; выступление прокурора Сорочинской О.Н., поддержавшей доводы апелляционного представления и полагавшей доводы апелляционных жалоб несостоятельными; выступления адвоката Бредихина И.А. и осужденной Ряжских Е.Ю., просивших удовлетворить апелляционные жалобы и возражавших против доводов апелляционного представления, суд апелляционной инстанции

установил:

приговором Ленинского районного суда г. Воронежа от 25 декабря 2023 г. Ряжских Екатерина Юрьевна, ДД.ММ.ГГГГ г. рождения, ранее не судимая,

осуждена по ч. 1 ст. 264 УК РФ к 1 году ограничения свободы.

На основании ст. 53 УК РФ ФИО1 установлены следующие ограничения: не изменять место жительства или пребывания г. Воронеж; не выезжать за пределы территории Воронежской области без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы (УИИ); а также возложена обязанность стать на учет в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за осужденными (УИИ) по месту жительства, и являться в указанный орган для регистрации 1 раз в месяц.

Решено взыскать с ФИО1 в пользу ФИО26. в счёт компенсации морального вреда 500000 рублей.

Разрешена судьба вещественных доказательств.

Приговором суда ФИО1 признана виновной в том, что 28 июня 2022 г. примерно в 20 часов 43 минуты в г. Воронеже она, управляя технически исправным автомобилем марки Мерседес Бенц С 230 с регистрационным знаком №, двигалась со скоростью не менее 45 км/час по проезжей части улицы Ворошилова со стороны улицы Кривошеина в направлении улицы ФИО2 и, приблизившись к регулируемому перекрестку улиц Ворошилова и ФИО2, в нарушение требований п. 3.2 и п. 10.1 ч. 2 Правил дорожного движения РФ выехала на перекресток, не уступив дорогу двигавшемуся по проезжей части улицы ФИО2 со стороны улицы Краснознаменной в направлении улицы Ворошилова специализированному автомобилю Министерства обороны РФ марки УАЗ -396221 с регистрационным знаком № с включенными проблесковым маячком синего цвета и специальным звуковым сигналом под управлением водителя ФИО27., перевозившего в качестве пассажиров ФИО28., ФИО29. и ФИО30 и выехавшего на данный перекресток на красный запрещающий сигнал светофора, не приняла возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, выехала на обозначенный выше перекресток и допустила столкновение с указанным автомобилем, вследствие сего ФИО31. по неосторожности были причинены телесные повреждения, которые в совокупности квалифицированы как причинившие тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, создающий непосредственно угрозу для жизни.

Обстоятельства совершения преступления подробно изложены в приговоре.

В апелляционном представлении и. о. прокурора Ленинского района г. Воронежа Исаев В.И., не оспаривая приговор в части признания ФИО1 виновной в совершении инкриминированного ей преступления, просит изменить его ввиду чрезмерной мягкости назначенного последней наказания, полагая, что имеются основания для назначения на основании ч. 3 ст. 47 УК РФ дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года, ссылаясь на то, что назначенное судом ФИО1 наказание противоречит общим принципам назначения наказания и не отвечает принципам справедливости. Указывает, что несоблюдение ФИО1 как участником дорожного движения требований транспортной безопасности находится в причинно-следственной связи с наступившими последствиями, существенно повлиявшими на качество жизни потерпевшего, а также, что предусмотренные ст. 43 УК РФ цели наказания в отношении ФИО1 могут быть достигнуты только путем назначения ей указанного вида дополнительного наказания.

Адвокат Бредихин И.А. в апелляционных жалобах просит отменить вынесенный в отношении ФИО1 приговор и оправдать последнюю по предъявленному обвинению ввиду отсутствия в ее действиях состава преступления, признав за нею право на реабилитацию.

Полагает, что изложенные в приговоре выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Ссылаясь на положения п. 3.1 Правил дорожного движения РФ, указывает, что водитель специализированного транспортного средства ФИО32., решив пересечь перекресток на красный сигнал светофора, даже включив проблесковый маячок синего цвета и звуковой сигнал, обязан был обеспечить безопасность движения, то есть убедиться в том, что все без исключения транспортные средства уступают ему дорогу; в противном случае он обязан был принять меры для предотвращения неблагоприятных последствий, чего им сделано не было.

Полагает, что из имеющихся в деле доказательств (видеозаписи, показаний второго участника дорожно-транспортного происшествия ФИО33 содержащихся в копии протокола его допроса от 16 января 2023 г., заключения эксперта от 4 августа 2022 г.) следует, что ФИО34. пересек перекресток, не снижая скорости, не убедившись в том, приближаются ли к нему слева по свободной полосе какие-либо транспортные средства, то есть не выполнил требования п. 3.1 Правил дорожного движения, что и стало причиной дорожно-транспортного происшествия.

Указывает, что суд положил в основу приговора экспертные заключения № № 5245/7-6, 5246/7-6 от 4 августа 2022 г. и № № 5336/5337 от 1 декабря 2022 г., которые в части выводов о наличии у ФИО1 технической возможности предотвратить столкновение путем экстренного торможения являются недопустимыми доказательствами, поскольку расчеты экспертами были сделаны с нарушением имеющейся научной методики, то есть необъективно и не на научной основе, по формуле, предназначенной для расчетов при условии, что автомобиль двигался с равномерной скоростью без торможения, тогда как ФИО1 применила торможение, то есть скорость ее транспортного средства на этом участке не была равномерной и постоянной величиной и для такой ситуации экспертные методики предусматривают другую формулу расчета, которая учитывает фактор торможения и которая в данном случае не применялась. В связи с этим обращает внимание на показания экспертов ФИО35 и ФИО36 которые, как указывает защитник в жалобе, в судебном заседании пояснили, что если по делу установлен факт торможения водителем Мерседес-Бенц, то результаты произведенных расчетов могут быть иными, что было проигнорировано судом и дважды необоснованно отказано в удовлетворении ходатайств стороны защиты о назначении повторной экспертизы.

Отмечает, что суд сослался в приговоре на недопустимые доказательства-копии протоколов допроса свидетелей ФИО37. и ФИО38.; которые были оглашены в судебном заседании без согласия стороны защиты; при этом подлинники указанных протоколов были приобщены к материалам дела по ходатайству государственного обвинителя, а не поступили от следственного органа.

Полагает, что приговор не мог быть вынесен по имеющемуся в деле обвинительному заключению, поскольку в него не включены все телесные повреждения, причиненные потерпевшему ФИО39., что нарушает доступ последнего к правосудию, так как он лишен возможности предъявить исковое заявление по повреждениям, которые не вошли в объем обвинения.

Обращает внимание на то, что в деле отсутствует надлежащее постановление о признании ФИО40 потерпевшим, а также что имеющаяся в деле копия названного процессуального документа не является заменой его подлинника; что непризнание ФИО41 потерпевшим в установленном законом порядке влечет нарушение его права на доступ к правосудию и препятствует вынесению приговора по делу. Также отмечает, что суд первой инстанции не воспользовался предоставленным ему правом самостоятельно признать ФИО42. потерпевшим.

Указывает, что суд сослался в приговоре на недопустимые доказательства (постановления о признании и приобщении вещественных доказательств (т. 2, л. <...>, 122-123), постановление о возвращении вещественных доказательств (т. 2, л. д. 161-162), рапорты об обнаружении признаков преступления (т. 1 л. <...>), которые подлежат исключению из числа доказательств, поскольку указанные документы в силу ч. 2 ст. 74 УПК РФ не являются доказательствами.

Отмечает, что суд не дал в приговоре оценку доказательству стороны защиты – заключению специалиста-видеотехника № 0605/23 от 18 мая 2023 г. и акту производства работ по замеру расстояния между опорами от 5 мая 2023 г.

Проверив материалы уголовного дела, выслушав участников процесса, обсудив доводы апелляционного представления и апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Вина ФИО1 в совершении преступления, за которое она осуждена, установлена совокупностью собранных по делу доказательств, исследованных в судебном заседании, изложенных и проанализированных в приговоре, в том числе

показаниями потерпевшего ФИО43. о том, что 28 июня 2022 г. примерно в 20 часов 40 минут – 20 часов 45 минут на конвойном военном автомобиле УАЗ он совместно с водителем ФИО44., ФИО45 ФИО46 направлялись для выполнения приказа и оказания помощи людям. В автомобиле он находился справа, за пассажирами. Окно располагалось слева, поэтому дорогу наблюдать он не мог. Они двигались с включенными проблесковыми маячками и с сиреной; если сирена прерывистая, то расстояние до светофора составляет 50-70 метров. Звук и маячки водитель включает примерно метров за 100 до перекрестка. Он видел зеленый свет светофора за 50 метров, мигал он или горел, точно не знает, так как отвернулся. В момент, когда они подъезжали к перекрестку, примерная скорость автомобиля составляла 50 км/час, автомобиль не разгонялся. Сам момент столкновения он не видел; с какой стороны ехала ФИО1, ему не известно. Он помнит удар. Тормозило ли их транспортное средство, сказать не может. Когда он очнулся, то увидел рядом лежащего товарища. Им начали оказывать помощь еще до приезда скорой помощи. В результате дорожно-транспортного происшествия у него образовались трещина таза, открытая черепно-мозговая травма, утрачено зрение правого глаза, имелись другие телесные повреждения. Министерство обороны выплатило ему страховку в размере 296 000 рублей. Лечение он проходил бесплатно, реабилитацию - за свой счет дома, расходы составили 20000 - 25 000 рублей.

показаниями свидетеля ФИО47. о том, что 28 июня 2022 г. он вместе с ФИО48., ФИО49. и ФИО50 на специализированном автомобиле УАЗ с государственным регистрационным знаком № под его управлением направлялись с целью выполнения приказа военного коменданта военной комендатуры г. Белгорода к выезду из г. Воронежа. Отъехав от здания военной комендатуры г. Воронежа, он включил проблесковые маячки, после чего проехал по нескольким улицам г. Воронежа и выехал на проезжую часть улицы ФИО2, по которой стал двигаться к выезду из г. Воронежа. Подъезжая к перекрестку улиц ФИО2 и Ворошилова, примерно за 100 м до перекрестка, он, находясь в левой полосе, включил звуковой сигнал - «сирену» и двигался со скоростью примерно 50-55 км/час. Перекресток улиц ФИО2 и Ворошилова регулировался светофором. При его приближении к стоп-линии горевший для него зеленый сигнал светофора стал мигать. Так как в момент включения желтого сигнала светофора он двигался в районе стоп-линии, а также, учитывая, что он двигался с включенным проблесковым маячком и звуковым сигналом (сиреной), он не стал останавливаться и решил завершить проезд указанного перекрестка. Стоп-линию он пересекал на желтый сигнал светофора, а когда подъехал к непосредственному пересечению проезжих частей, на дублирующем светофоре он увидел, что уже горит красный сигнал светофора. В связи с тем, что для его дальнейшего движения загорелся запрещающий сигнал светофора, к проблесковому маячку и звуковому сигналу (сирене), он добавил прерывистый звуковой сигнал. Так как он двигался на запрещающий сигнал светофора, то прежде, чем въехать на указанный выше перекресток, он убедился в том, что все транспортные средства, движущиеся с других направлений, его пропускают. Он видел, что автомобили, которые начали движение справа относительно движения автомобиля под его управлением, подъехав к пересечению проезжих частей, остановились, как он понял, пропуская автомобиль под его управлением, двигавшийся со «спецсигналами». Также он видел, что на проезжей части, которая примыкала к данному перекрестку слева по ходу его движения, автомобили стояли только в ближней для него (правой) полосе движения и не возобновляли движение, пропуская автомобиль под его управлением. Так как все транспортные средства пропускали автомобиль под его управлением, он продолжил движение через указанный выше перекресток. В процессе проезда перекрестка, когда он находился примерно в его центре, боковым зрением он увидел, что слева относительно его движения, со второй полосы движения проезжей части, которая примыкала к данному перекрестку слева по ходу его движения, движется автомобиль черного цвета на достаточно высокой скорости. Так как он увидел данный автомобиль в последний момент, то не успел предпринять никаких действий по предотвращению столкновения с ним и далее произошло столкновение автомобиля под его управлением и указанного выше автомобиля Мерседес. Столкновение автомобилей произошло примерно по центру перекрестка передней частью автомобиля Мерседес и левой боковой частью автомобиля под его управлением, от чего автомобиль под его управлением несколько раз перевернулся;

в основном аналогичными показаниями свидетеля ФИО51. с учетом того, что она не обратила внимание, на какой сигнал светофора они выехали на перекресток;

показаниями свидетеля ФИО52. о том, что 28 июня 2022 г. примерно в 20 часов 30 минут она двигалась к цирку на автомобиле Мазда 3 с государственным регистрационным знаком № и когда стояла на красный свет светофора первая справа, то услышала звонкий сигнал, исходящий от ведомственного автомобиля, длившийся 1-2 минуты. В момент начала движения она не видела транспортного средства УАЗ, так как обзор был ограничен. Когда для них загорелся зеленый свет светофора, полагает, что для тех, кто находился справа, загорелся красный сигнал. Звуковая сирена доносилась с правой стороны, звук был нарастающий. Она начала медленно двигаться после того, как загорелся зеленый сигнал светофора и, не успев выехать на перекресток, увидела ведомственный автомобиль серого цвета с полосками темного цвета, который двигался по встречной полосе, поперек её движения. На дороге были автомобили, но они не выехали на перекресток. Когда загорелся зеленый сигнал светофора для тех, кто стоял справа, на перекресток выехали ведомственный автомобиль по встречной полосе и автомобиль под управлением ФИО1 Транспортное средство под управлением ФИО1 она увидела в момент столкновения;

показаниями свидетеля ФИО53. о том, что он двигался на автомобиле Мазда 6 со стороны проспекта Патриотов, стоял с левой стороны, ему необходимо было повернуть налево на улицу Ворошилова. Пока он ожидал разрешающий сигнал светофора, услышал звук сирены специализированного автомобиля, который приближался спереди, а затем хлопок. В момент хлопка для них горел либо красный свет светофора, либо только загорелся зеленый, движение перед ним не начиналось, маршрутки перед ним не было, со встречного направления горел красный свет светофора. Перекресток в момент столкновения был для него закрыт. После столкновения он остановился, вышел из автомобиля и подбежал к месту дорожно-транспортного происшествия. Ведомственный автомобиль лежал на левом боку,. через лобовое стекло вынимали пострадавшего водителя, на пассажирском сидении сидела девушка, у нее не было повреждений, еще доставали пострадавшего с заднего отсека;

показаниями свидетеля ФИО54. о том, что он на маршрутном автобусе двигался от остановки общественного транспорта «Перхоровича» и когда автобус остановился перед перекрестком проезжих частей улиц ФИО2 и Ворошилова, так как загорелся красный сигнал светофора, он услышал звук сирены специализированного автомобиля, который был нарастающим. Затем он услышал звук, похожий на соударение металла, пластика, бьющегося стекла, который донесся со стороны перекрестка и понял, что произошло столкновение транспортных средств;

показаниями свидетеля ФИО55. о том, что он, управляя автомобилем Мицубиси Лансер с государственным регистрационным знаком №, двигался по проезжей части улицы ФИО2 г. Воронежа со стороны проспекта Патриотов в направлении улицы Ворошилова и перед перекрестком проезжих частей улиц ФИО2 и Ворошилова остановился, так как загорелся запрещающий (красный) сигнал светофора. Он остановился во второй (от правого края проезжей части по ходу его движения) полосе движения, перед его автомобилем остановились еще примерно 3-4 автомобиля. После включения разрешающего сигнала светофора, он планировал выполнить маневр поворота налево и продолжить движение по проезжей части улицы Ворошилова в направлении улицы Космонавтов, однако в процессе ожидания услышал звук сирены специализированного автомобиля, который был нарастающим, что свидетельствовало о том, что автомобиль, который двигался с данным звуковым сигналом, приближался, но с какой именно стороны, он не видел. Примерно через 5-6 секунд после того, как он услышал звук сирены, он услышал звук, похожий на соударение металла, пластика, бьющегося стекла и понял, что произошло столкновение автомобилей;

показаниями свидетеля ФИО56 об обстоятельствах проведения осмотра места происшествия;

заключением судебно – медицинского эксперта от 20 декабря 2022 г. № 5554.22 о причиненных ФИО57. телесных повреждениях и их квалификации;

заключением автотехнической судебной экспертизы № 5245/7-6, 5246/7-6 от 4 августа 2022 г., согласно выводам которого, исходя из представленной на исследование видеозаписи средняя скорость автомобиля УАЗ-396221 с государственным регистрационным знаком № на кадрах №371...№388, составляла 59,6...76,0 км/час, а скорость автомобиля Мерседес-Бенц с государственным регистрационным знаком №, в котором осуществлялась видеозапись на отмеченных кадрах, составляла 49,1... 49,7 км/час. В данной дорожной обстановке при обстоятельствах, указанных в постановлении, водителю автомобиля Мерседес-Бенц, въезжающей на перекресток на разрешающий (зеленый) сигнал светофора, с технической точки зрения, необходимо было действовать в соответствии с требованиями п. п. 3.2 и 10.1 ч. 2 Правил дорожного движения РФ, то есть водителю автомобиля Мерседес-Бенц при обнаружении автомобиля УАЗ- 396221, движущегося в поперечном направлении с включенным проблесковым маячком синего цвета, необходимо было принять меры (в том числе и возможные меры по снижению скорости (торможению) для того, чтобы уступить дорогу последнему, независимо от того, на какой сигнал светофора он преодолевал перекресток, поскольку у него был включен маячок синего цвета и звуковой сигнал. При этом, как показывают проведенные исследования, в момент отчетливого появления в кадре видеозаписи, ведущейся из салона автомобиля Мерседес, движущегося в поперечном направлении автомобиля УАЗ-396221, т.е. в момент возможного обнаружения последнего в поле своей видимости (обзорности), водитель автомобиля Мерседес-Бенц располагал технической возможностью предотвратить рассматриваемое столкновение, остановившись до места столкновения путем применения мер экстренного торможения. При имеющихся исходных данных, в данной дорожной обстановке водитель автомобиля Мерседес-Бенц в момент отчетливого появления в кадре видеозаписи, ведущейся из его салона, движущегося в поперечном направлении автомобиля УАЗ-396221, т. е. в момент возможного обнаружения последнего в поле своей видимости (обзорности), располагал технической возможностью путем экстренного торможения остановиться до места столкновения с автомобилем УАЗ-396221, чтобы тем самым предотвратить рассматриваемое ДТП;

заключением автотехнической судебной экспертизы № 5336/5337 от 28 декабря 2022 г., согласно выводам которого, исходя из видеозаписи, зафиксированной в файле «29.САМ 532_ул. ФИО2, 189 2022-06-28 20-42-44_000+0300 [0m36s]_l.mkv», скорость движения автомобиля УАЗ-396221 перед произошедшим столкновением транспортных средств составляла 54±5 км/час. Исходя из видеозаписи, зафиксированной в файле «29.САМ 532_ул. ФИО2, 189 2022-06-28 20-42-44_000+0300 [0m36s]_l.mkv», скорость движения автомобиля Мерседес перед произошедшим столкновением транспортных средств составляла 48±3 км/час. На основании данных, предоставленных в распоряжение эксперта, и видеозаписи, зафиксированной в файле «VID-20220629-WA0000.mp4», с момента возникновения опасности для дальнейшего движения автомобиля Мерседес до столкновения транспортных средств прошло 2,1 секунды. В заданных условиях дорожной обстановки водитель автомобиля Мерседес, своевременно применив торможение, успевал остановить управляемое им транспортное средство до места столкновения и тем самым располагал технической возможностью предотвратить дорожно-транспортное происшествие. В условиях данной дорожной обстановки водитель автомобиля Мерседес должен был действовать в соответствии с требованиями п. 3.2 и абз. 2 п. 10.1 Правил дорожного движения РФ. Действия водителя автомобиля Мерседес в данной ситуации не соответствовали указанным требованиям;

показаниями экспертов ФИО58., ФИО59 ФИО60 подтвердивших выводы проведенных ими экспертиз;

протоколом осмотра места дорожно-транспортного происшествия от 28 июня 2022 г. со схемой и фототаблицей;

протоколами осмотра автомобилей-участников дорожно-транспортного происшествия;

протоколами осмотра карты памяти из видеорегистратора автомобиля Мерседес, изъятой в ходе осмотра места дорожно-транспортного происшествия 28 июня 2022 г., оптического диска формата CD-R с фрагментом видеозаписи с камеры видеонаблюдения, расположенной по адресу: <...>, объектив которой охватывает пересечение улиц ФИО2 и Ворошилова г. Воронежа, другими доказательствами.

Суд первой инстанции обоснованно положил указанные выше доказательства в основу приговора, предварительно, как того требуют положения ч. 1 ст. 88 УПК РФ, оценив каждое из них с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все доказательства в совокупности – достаточности для вынесения приговора.

Какие-либо не устраненные противоречия в доказательствах, которые могли повлиять на выводы суда о доказанности вины ФИО1, по делу отсутствуют.

Заключения экспертов, положенные в основу приговора, обоснованно признаны судом достоверными доказательствами, поскольку экспертизы по делу были проведены квалифицированными специалистами, заключения оформлены надлежащим образом, соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ; выводы экспертов являются ясными, понятными, мотивированными. Заключения экспертов исследовались в судебном заседании с участием сторон, оценка им дана судом в совокупности с иными доказательствами, полученными в ходе расследования настоящего уголовного дела.

В то же время суд критически оценил показания ФИО1, не признавшей свою вину в совершении инкриминированного ей преступления, указав в приговоре, что такая позиция последней опровергается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств.

Также приговор содержит мотивированные выводы суда о том, что не может быть положено в основу приговора экспертное исследование № 728/22 от 15 ноября 2022 г.; о необоснованности доводов стороны защиты о наличии противоречий в заключениях экспертов и в показаниях экспертов ФИО61., ФИО62 и ФИО63., проводивших данные экспертизы; о неверных исходных данных, которыми руководствовались эксперты; о необходимости назначения дополнительной автотехнической судебной экспертизы, основания ставить под сомнение которые у суда апелляционной инстанции не имеется.

Таким образом, суд дал оценку исследованным в ходе судебного разбирательства доказательствам и доводам в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и тот факт, что данная оценка доказательств и доводов не совпадает с позицией автора апелляционных жалоб, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона.

Оснований для переоценки доказательств и доводов, о чем фактически ставится вопрос в апелляционной жалобе, не имеется.

Доводы защитника о том, что водитель специализированного транспортного средства ФИО64., решив пересечь перекресток, не убедился в том, что все транспортные средства уступают ему дорогу, на материалах дела не основаны и опровергаются этими же материалами дела, из которых следует обратное, то есть то, что указанный водитель выполнил все предусмотренные п. 3.1 Правил дорожного движения РФ действия и воспользоваться приоритетом, убедившись, что ему уступают дорогу.

При этом в материалах дела имеется достаточно исследованных в ходе судебного производства по делу бесспорных доказательств того, что сигналы специализированного транспортного средства были доступны для участников дорожного движения, в том числе, находившихся в перпендикулярном указанному автомобилю направлении, а ФИО1 имела объективную возможность обнаружить опасность для движения в виде специализированного автомобиля Министерства обороны РФ и располагала технической возможностью предотвратить столкновение с данным автомобилем.

По ходатайству государственного обвинителя в судебном заседании в установленном законом порядке были приобщены к материалам дела оригиналы протоколов допросов свидетелей ФИО65. и ФИО66., копии которых имелись в материалах уголовного дела. Поскольку обеспечить участие указанных свидетелей в судебном заседании не представилось возможным, то в соответствии с ч. 2 ст. 281 УК РФ судом было принято решение об оглашении их показаний, данных в ходе досудебного производства по делу.

Само по себе наличие возражений стороны защиты против оглашения показаний названных лиц в судебном заседании не свидетельствует о незаконности принятого судом решения, поскольку, как следует из материалов дела, судом были приняты все возможные меры для обеспечения явки указанных свидетелей в судебное заседание.

В то же время, на момент окончания предварительного расследования и ознакомления с материалами дела ФИО1 и ее защитник, ознакомившись с содержанием показаний названных свидетелей и имея возможность оспорить их предусмотренными законом способами, в том числе путем заявления ходатайства о проведении очной ставки с указанными свидетелями, этим правом не воспользовались.

С учетом обозначенных обстоятельств доводы апелляционных жалоб защитника о недопустимости в качестве доказательств протоколов допросов свидетелей ФИО67. и ФИО68. убедительными не являются.

Содержащиеся в материалах дела заключение специалиста-видеотехника ФИО69. № 0605/23 от 18 мая 2023 г. и акт производства работ по замеру расстояния между опорами от 5 мая 2023 г., полученные по запросу адвоката Бредихина И.А., на которые указывает в апелляционных жалобах защитник, не ставят под сомнение обоснованность признания судом ФИО1 виновной в совершении вмененного ей преступления, так как из указанного заключения специалиста следует, что при формулировании своих выводов он использовал лишь файлы видеозаписей, фотокопию акта производства работ по замеру расстояния от 5 мая 2023 г., инструкцию по эксплуатации видеорегистратора, фотокопии материалов дела (без указания, каких конкретно; при этом исследовательская часть заключения также не содержит указания на какие-либо материалы дела), что свидетельствует о том, что специалист располагал крайне ограниченным объемом информации при составлении заключения. Кроме того, сами выводы заключения, согласно которым установлена скорость движения автомобиля Мерседес (51, 26 км/час); время, прошедшее с момента появления автомобиля УАЗ в кадре видеозаписи до момента столкновения автомобилей УАЗ и Мерседес; момент, когда водитель автомобиля Мерседес мог получить возможность видеть приближающийся справа автомобиль УАЗ, который вероятно не соответствует моменту фиксации его появления в кадрах видеозаписи (при этом специалистом указано, что вероятная форма вывода связана с допущением, что водитель намеревался продолжить движение прямо, соответственно и его взгляд был направлен прямо) никаким образом не опровергает факт нарушения ФИО1 Правил дорожного движения РФ, указанных в оспариваемом приговоре.

Вопреки доводам защитника, оснований для возвращения уголовного дела прокурору судом первой инстанции установлено не было, не установлены они и судом апелляционной инстанции. Сам по себе факт того, что потерпевший заявил в судебном заседании о причинении ему в результате дорожно-транспортного происшествия телесных повреждений, не включенных в обвинительное заключение, не влияет на правовую оценку действий ФИО1 Более того, приговор потерпевшим не обжалован.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции находит убедительными доводы апелляционной жалобы адвоката о необоснованных ссылках суда в приговоре как на доказательств вины ФИО1 на постановление о признании и приобщении к уголовному делу вещественных доказательств от 16 февраля 2022 г., постановление о признании и приобщении к уголовному делу вещественных доказательств от 15 февраля 2023 г., постановление о возвращении вещественных доказательств от 15 февраля 2023 г., постановление о признании и приобщении к уголовному делу вещественных доказательств от 18 января 2023 г., рапорт об обнаружении признаков преступления от 28 июня 2022 г., рапорт об обнаружении признаков преступления от 28 июня 2022 г., поскольку указанные документы не относятся к числу доказательств, указанных в ст. 74 УПК РФ. При таких обстоятельствах ссылки на указанные документы подлежат исключению из приговора, что не ставит под сомнение достаточность совокупности иных доказательств для вывода о виновности ФИО1 в совершении преступления.

Также у суда апелляционной инстанции не имеется оснований ставить по сомнение выводы суда о законности привлечения ФИО70. в качестве потерпевшего по данному уголовному делу, о чем было заявлено стороной защиты в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции и указано в апелляционных жалобах. Оснований для повторной оценки этих же доводов апелляционная инстанция не находит.

Другие доводы апелляционных жалоб адвоката не являются существенными, так как не свидетельствуют о необоснованном привлечении ФИО1 к уголовной ответственности за преступление, за которое она осуждена обжалуемым приговором.

Из протокола судебного заседания видно, что разбирательство дела в суде первой инстанции проходило с учетом положений ст. ст. 240-293 УПК РФ, с соблюдением принципа состязательности сторон. При этом суд не ограничивал прав участников процесса, в том числе сторону защиты, по представлению и исследованию имеющихся доказательств. Данных, свидетельствующих об одностороннем или неполном судебном следствии, не имеется. Согласно протоколу судебного заседания председательствующим судьей не проявлялись предвзятость либо заинтересованность по делу. Искажения содержания доказательств, исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре, не установлено. Заявленные в процессе судебного разбирательства ходатайства, в том числе те, на которые имеются указания в апелляционных жалобах, разрешены судом в установленном законом порядке, с вынесением постановлений, соответствующих требованиям ч. 4 ст.7 УПК РФ.

Тщательно исследовав обстоятельства дела, правильно оценив все доказательства, районный суд пришел к обоснованному выводу о совершении ФИО1 преступления и верно квалифицировал ее действия по ч. 1 ст. 264 УК РФ как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

Правильность квалификации действий осужденной сомнений не вызывает, основания для иной юридической оценки ее действий отсутствуют.

Как видно из приговора, при назначении наказания ФИО1 суд учитывал характер и степень общественной опасности совершенного ею преступления, относящегося к категории небольшой тяжести; данные о ее личности (в том числе то, что она состоит в браке, имеет на иждивении троих малолетних детей, официально трудоустроена, не судима, на учете в БУЗ ВО «ВОКНД» и КУЗ ВО ВОКПНД не значится, по месту жительства характеризуется положительно); смягчающее наказание обстоятельство (в соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ – наличие малолетних детей у виновной); отсутствие отягчающих обстоятельств; влияние назначенного наказания на исправление осужденной и условия жизни ее семьи.

Учитывая фактические обстоятельства совершенного ФИО1 преступления небольшой тяжести, данные о ее личности, суд обоснованно назначил ей наказание в виде ограничения свободы.

Оснований для назначения наказания с применением ст. 64 УК РФ установлено не было.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции полагает, что суд первой инстанции пришел к ошибочному выводу об отсутствии оснований для назначения ФИО1 дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сославшись при этом на данные о личности виновной.

Так, в соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 9 декабря 2008 г. «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения», при постановлении обвинительного приговора суд вправе назначить дополнительное наказание в виде лишения права заниматься определенной деятельностью или занимать определенные должности по ч. 1 ст. 264 УК РФ как осужденному к лишению свободы, так и осужденному к ограничению свободы, но со ссылкой на ч. 3 ст. 47 УК РФ.

Согласно положений ч. 3 ст. 47 УК РФ лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью может назначаться в качестве дополнительного вида наказания в случаях, когда оно не предусмотрено соответствующей статьей Особенной части УК РФ в качестве наказания за соответствующее преступление, если с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления и личности виновного суд признает невозможным сохранение за ним права занимать определенную должность или заниматься определенной деятельностью.

Не усмотрев оснований для применения положений ч. 3 ст. 47 УК РФ при назначении наказания ФИО3, суд не учел в полной мере фактические обстоятельства и степень общественной опасности совершенного ФИО1 преступления, тот факт, что ею было допущено грубое нарушение правил дорожного движения, существенно повлиявшее в результате на качество жизни потерпевшего и подвергшее опасности жизнь и здоровье окружающих.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции, соглашаясь с доводами апелляционного представления, считает необходимым на основании ч. 3 ст. 47 УК РФ назначить ФИО1 дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 1 год 6 месяцев, что будет соответствовать принципу справедливости, соразмерности содеянному, отвечать задачам исправления осужденной и предупреждения совершения ею новых преступлений.

Гражданский иск потерпевшего ФИО71. разрешен районным судом в соответствии со ст. ст. 151, 1064, 1099, 1100, 1101 ГК РФ. Размер подлежащей взысканию с осужденной в пользу потерпевшего компенсации морального вреда определен с учетом требований разумности и справедливости; характера и степени перенесенных последним физических и нравственных страданий; конкретных обстоятельств дела; имущественного положения ФИО1

Нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих отмену либо изменение приговора по другим основаниям, не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

приговор Ленинского районного суда г. Воронежа от 25 декабря 2023 г. в отношении ФИО1 изменить:

исключить из описательно-мотивировочной части приговора указания как на подтверждающие вину ФИО1 в совершении преступления постановление о признании и приобщении к уголовному делу вещественных доказательств от 16 февраля 2022 г., постановление о признании и приобщении к уголовному делу вещественных доказательств от 15 февраля 2023 г., постановление о возвращении вещественных доказательств от 15 февраля 2023 г., постановление о признании и приобщении к уголовному делу вещественных доказательств от 18 января 2023 г., рапорты об обнаружении признаков преступления от 28 июня 2022 г.

На основании ч. 3 ст. 47 УК РФ назначить ФИО1 дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 1 (один) год 6 (шесть) месяцев.

В остальной части приговор оставить без изменения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в судебную коллегию по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции в порядке, предусмотренном ст. ст. 401.3, 401.7, 401.8 УПК РФ, путем подачи кассационной жалобы через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вынесения апелляционного постановления. По истечении указанного срока апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, предусмотренном ст. ст. 401.3, 401.10 - 401.12 УПК РФ, путем подачи кассационной жалобы непосредственно в судебную коллегию по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции.

Осужденная вправе участвовать в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Судья областного суда С.Ф. Старилова