Апелляционное постановление № 22-1431/2024 от 15 августа 2024 г. по делу № 1-80/2024

Судья Доржиев Б.Б.

Дело № 22-1431

Верховный суд Республики Бурятия

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ФИО1 И Е

г. Улан-Удэ 15 августа 2024 года

Верховный суд Республики Бурятия в составе:

председательствующего судьи Матвеевской О.Н.,

при секретаре Ангановой И.А.,

с участием прокурора Леденева Д.О., осужденного ФИО2, его защитника - адвоката Свиридова Ю.Ю.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу адвоката Свиридова Ю.Ю. в интересах осужденного ФИО2 на приговор Прибайкальского районного суда Республики Бурятия от 5 июня 2024 года, которым

ФИО2, родившийся ... в <...> Бурятской АССР, судимый ... мировым судьей судебного участка № <...> Республики Бурятия по ч. 1 ст. 290, ч. 1 ст. 290 УК РФ к 1 году 6 месяцам исправительных работ с удержанием в доход государства 10 % заработка, с лишением права занимать должности на государственной службе и в органах местного самоуправления, связанные с осуществлением организационно-распорядительных и административно-хозяйственных функций, на 1 год. На основании ст. 73 УК РФ наказание в виде исправительных работ постановлено считать условным с испытательным сроком 1 год (... снят с учета в связи с истечением испытательного срока, ... - в связи с отбытием срока дополнительного наказания),

- осужден по ч. 3 ст. 256 УК РФ - к 2 годам 6 месяцам лишения свободы, по ч. 1 ст. 222 УК РФ – к 1 году ограничения свободы.

В порядке ч. 1 ст. 53 УК РФ ФИО2 установлены следующие ограничения: не изменять места жительства или пребывания; не выезжать за пределы муниципального образования «<...>» Республики Бурятия без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания – уголовно-исполнительной инспекции по месту его жительства в дни, установленные указанным органом.

На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ, с применением положений ч. 1 ст. 71 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний, окончательно ФИО2 назначено наказание в виде 2 лет 8 месяцев лишения свободы.

На основании ст. 73 УК РФ назначенное наказание постановлено считать условным с испытательным сроком 2 года.

В соответствии со ст. 81 УПК РФ разрешен вопрос по вещественным доказательствам.

Выслушав осужденного ФИО2, его защитника - адвоката Свиридова Ю.Ю., поддержавших доводы апелляционной жалобы защитника, мнение прокурора Леденева Д.О., считавшего приговор законным и обоснованным, суд апелляционной инстанции

У С Т А Н О В И Л:

Приговором суда ФИО2 признан виновным и осужден за незаконное приобретение и хранение огнестрельного оружия и боеприпасов к нему, а также за незаконную добычу (вылов) водных биологических ресурсов с применением других запрещенных орудий и способов массового истребления водных биологических ресурсов, группой лиц по предварительному сговору, с причинением особо крупного ущерба.

Преступления совершены при изложенных в приговоре обстоятельствах.

В судебном заседании подсудимый ФИО2 виновным себя по предъявленному ему обвинению не признал.

В апелляционной жалобе адвокат Свиридов Ю.Ю., действуя в защиту осужденного ФИО2, приводит доводы о том, что стороной обвинения в качестве доказательства предъявлен протокол обыска, в ходе которого было изъято оружие, протокол осмотра вещественных доказательств, заключение криминалистической экспертизы, показания лиц, участвующих в проведении обыска, показания ФИО2 и Д.Е.И., содержащиеся в протоколах следственных действий, однако непосредственно в судебном заседании не исследовались вышеуказанные вещественные доказательства, что, по мнению защиты, свидетельствует о нарушении судом ст. 240 УПК РФ.

Кроме того, защита считает, что в судебном заседании были исследованы доказательства, опровергающие выдвинутое в отношении ФИО2 обвинение, однако суд, вопреки ст. 14 УПК РФ, не истолковал их в пользу обвиняемого.

Далее защитник приводит доводы о том, что суд по надуманным основаниям отверг доводы защиты, касающиеся предъявленного ФИО2 обвинения по ст. 256 УК РФ. По мнению защитника, выдвинутое обвинение не содержало достоверных сведений о причиненном ущербе, поскольку в обвинении указана лишь предположительная стоимость обнаруженной и изъятой рыбы. Кроме того, из исследованных доказательств невозможно установить, какая именно рыба была изъята у ФИО3; выводы суда о том, что изъятая рыба являлась запрещенным к вылову нерестовым омулем, является предположением. Считает, что в судебном заседании достоверно не было установлено, каким способом была выловлена изъятая рыба, вылавливалась ли она в запрещенный для лова период и использовались ли для ее добычи запрещенные орудия и способы массового истребления водных биологических ресурсов. По мнению защиты, суд, разрешая данный вопрос, опирался на показания свидетеля А.М.Н., которые не могут быть признаны допустимым доказательством, поскольку ее суждения о том, что изъятая у ФИО3 рыба является <...>, являются предположением, основанным только на осмотре фотографий. При этом установлено, что А.М.Н. в качестве эксперта или специалиста в ходе следствия не привлекалась, права и обязанности «специалисту» и «эксперту» ей не разъяснялись, об ответственности за дачу заведомо ложного заключения она не предупреждалась.

Вывод суда о том, что преступление совершено с применением других запрещенных орудий и способов массового истребления водных биологических ресурсов, по мнению защиты, произведен судом вопреки требованиям к рассмотрению таких дел, предъявляемым Пленумом Верховного Суда РФ от ... .... Полагает, что суд, выйдя за пределы своих полномочий, ссылаясь на п. 33.1 правил рыболовства для Байкальского рыбохозяйственного бассейна, утвержденных Приказом Министерства сельского хозяйства РФ от ... ..., пришел к выводу, что лов рыбы сетью является опасным видом добычи.

Далее приводит доводы о том, что в судебном заседании также не были исследованы орудия лова, указывая, что в ходе выездного заседания на место хранения вещественных доказательств было установлено, что первоначальная упаковка сетей нарушена и в мешке находилось 6 сетей, остальных в месте хранения не имелось. В следующее судебное заседание был доставлен еще один мешок, из пояснительной записи на котором следовало, что в нем находятся рыболовные сети, изъятые в ходе обыска у ФИО2, в котором при осмотре было обнаружено 5 сетей. Считает, что в судебном заседании был достоверно установлен факт подмены (фальсификации) доказательств, что судом было оставлено без внимания.

По мнению защиты, суд необоснованно отверг доказательства стороны защиты, опровергающие изложенные в обвинении домыслы органа следствия, а именно, показания свидетелей Р.В.И., В.С.Г., Р.Т.А., З.А.И., Д.В.С., Т.О.Н., М.И.И., Д.Е.И. о том, что с 18 часов ... до 8 часов ... ФИО4 находился во дворе своего дома, а потому не мог находиться с Л.Е.В., а также вступить с ним в сговор, поскольку ... находился в очередном отпуске и на работу не ходил.

Просит приговор отменить, уголовное дело направить на новое рассмотрение.

Выслушав участников процесса, проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы защитника, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Согласно ч. 2 ст. 297 УПК РФ приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона.

Указанным требованиям закона обжалуемый приговор соответствует.

Существенных нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов, повлиявших на исход данного дела, которые в силу ст. 389.15 УПК РФ являются основаниями отмены приговора, при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке не установлено.

Из представленных материалов усматривается, что судебное разбирательство по настоящему уголовному делу проведено в соответствии со ст. 273-291 УПК РФ.

Требования ст. 73 УПК РФ, предусматривающей установление по каждому делу обстоятельств, подлежащих доказыванию, судом, вопреки доводам жалобы защитника, выполнены.

Описательно-мотивировочная часть приговора соответствует положениям ст. 307 УПК РФ, в том числе содержит описание преступных деяний, признанных судом доказанными, а также доказательства, подтверждающие виновность ФИО2, а именно:

- в незаконном приобретении и хранении огнестрельного оружия и боеприпасов к нему: показаниями ФИО2, данными на предварительном следствии в качестве подозреваемого, показаниями свидетелей П.П.И., Г.А.В., Р.М.А., Р.С.Д., Л.Е.В., Р.А.И., оглашенными показаниями свидетеля Д.Е.И., данными на предварительном следствии ..., протоколом обыска в жилище, в ходе которого были изъяты незаконно приобретенные и хранимые огнестрельное оружие и боеприпасы, заключение судебной баллистической экспертизы, и иными исследованными в суде доказательствами, приведенными в приговоре;

- в незаконной добыче водных биологических ресурсов: показаниями ФИО2, данными на предварительном следствии в качестве подозреваемого, показаниями представителя потерпевшего В.К.В., свидетелей С.С.А., Г.А.В., Р.М.А., П.С.Д., А.М.Н., Р.С.Д., Л.Е.В., Р.А.И., показаниями свидетеля Д.Е.И., данными на предварительном следствии ..., протоколом обыска в жилище ФИО2, согласно которому по месту жительства осужденного были изъяты сети, лодка и незаконно добытая им рыба, и иными исследованными в суде доказательствами, приведенными в приговоре.

Кроме того, вина ФИО2 подтверждается и показаниями Л.Е.В., совместно с которым он по предварительному сговору осуществили незаконный вылов рыбы. В отношении последнего за совершение преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 256 УК РФ, ... <...> районным судом Республики Бурятия постановлен обвинительный приговор, который в настоящее время вступил в законную силу.

Всем доказательствам, приведенным в приговоре, вопреки доводам защиты, суд дал надлежащую оценку с учетом требований ст. 88 УПК РФ и, с учетом обстоятельств совершения ФИО2 преступлений, правильно квалифицировал его действия по ч. 1 ст. 222 УК РФ как незаконные приобретение и хранение огнестрельного оружия и боеприпасов к нему, и по ч. 3 ст. 256 УК РФ как незаконная добыча (вылов) водных биологических ресурсов (за исключением водных биологических ресурсов континентального шельфа Российской Федерации и исключительной экономической зоны Российской Федерации), совершенная с применением других запрещенных орудий и способов массового истребления водных биологических ресурсов, группой лиц по предварительному сговору, причинившее особо крупный ущерб.

Положенные в основу приговора доказательства каких-либо существенных противоречий, ставящих под сомнение выводы суда о виновности осужденного в совершении инкриминированных ему деяний и правильность их юридической оценки, не имеют.

Пунктом 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ... ... "О некоторых вопросах применения судами законодательства об уголовной ответственности в сфере рыболовства и сохранения водных биологических ресурсов" предусмотрено, что под незаконной добычей (выловом) водных биологических ресурсов (ст. 256 УК РФ) судам следует понимать действия, направленные на их изъятие из среды обитания и (или) завладение ими в нарушение норм экологического законодательства (например, без полученного в установленном законом порядке разрешения, в нарушение положений, предусмотренных таким разрешением, в запрещенных районах, в отношении отдельных видов запрещенных к добыче (вылову) водных биологических ресурсов, в запрещенное время, с использованием запрещенных орудий лова), при условии, что такие действия совершены лицом с применением самоходного транспортного плавающего средства, взрывчатых или химических веществ, электротока или других запрещенных орудий и способов массового истребления водных биологических ресурсов, в местах нереста или на миграционных путях к ним, на особо охраняемых природных территориях, в зоне экологического бедствия или в зоне чрезвычайной экологической ситуации либо когда такие действия повлекли причинение крупного ущерба.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п.п. 6 и 7 указанного постановления Пленума, под способами массового истребления водных биологических ресурсов понимаются действия, связанные с применением таких незаконных орудий лова, которые повлекли либо могли повлечь массовую гибель водных биологических ресурсов, отрицательно повлиять на среду их обитания. Решая вопрос о том, совершено ли преступление с применением способов массового истребления водных биологических ресурсов, судам надлежит исходить не только из того, какой запрещенный вид орудия лова или способ вылова был применен, но и устанавливать, может ли их применение с учетом конкретных обстоятельств дела повлечь указанные последствия. При квалификации действий лица, совершившего незаконную добычу (вылов) водных биологических ресурсов с применением способов их массового истребления, суду следует руководствоваться нормативными правовыми актами, регламентирующими порядок добычи водных биоресурсов и устанавливающими запреты, в том числе относящиеся к орудиям лова, способам, местам вылова и др. Если установлено, что в ходе вылова применялись такие орудия лова, использование которых не могло повлечь массового истребления водных биологических ресурсов при отсутствии способов их массового вылова, в действиях такого лица отсутствует состав преступления, предусмотренный п. «б» ч. 1 ст. 256 УК РФ.

Вопреки доводам защиты, судом первой инстанции на основе анализа совокупности доказательств, достаточно подробно мотивирован вывод о том, что используемое ФИО2 запрещенное орудие лова – сети, являются орудием массового истребления водных биологических ресурсов. Ссылка суда при этом на Правила рыболовства для Байкальского рыбохозяйственного бассейна, утвержденные Приказом Министерства сельского хозяйства РФ от ... ..., которыми закреплен запрет осуществления любительского рыболовства омуля байкальского в сроки и в местах добычи, указанных в приложении к данным Правилам, а также запрет на применение сетей всех типов, не свидетельствует о том, что суд вышел за пределы своих полномочий. Напротив, судом в приговоре приведены убедительные выводы о виновности ФИО2 в совершении незаконного вылова рыбы, соответствующие разъяснениям вышеуказанного Постановления Пленума Верховного Суда РФ.

Оснований для признания показаний свидетеля А.М.Н. недопустимым доказательством не имеется. Несмотря на то обстоятельство, что данному свидетелю не разъяснялись в ходе ее допросов положения ст. 58 УПК РФ, она, будучи допрошенной в качестве свидетеля, была предупреждена об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ.

Кроме того, о том, что ФИО2 незаконно была выловлена именно рыба омуль в запрещенный для его вылова период нереста, пояснял он сам в ходе его допроса в качестве подозреваемого. Указанные показания были исследованы в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя в порядке ст. 276 УПК РФ. Суд правомерно указал в приговоре, что данные показания являются достоверными, поскольку подтверждаются другими доказательствами по делу. Каких-либо убедительных данных, свидетельствующих о самооговоре осужденного, а также о допущенных нарушениях уголовно-процессуального закона на стадии предварительного следствия, в том числе связанных с оказанием на ФИО2 незаконного воздействия, принуждением его к даче уличающих себя показаний, а также о недостоверности его показаний, материалы дела не содержат. При этом суд апелляционной инстанции учитывает, что показания ФИО2, полученные в ходе его допросов на предварительном следствии, были даны в присутствии его защитника, с которым у него было заключено соглашение, правильность их записи была удостоверена ими, каких-либо заявлений по поводу содержания протоколов допросов или порядка его проведения от ФИО2 и его защитника не поступало. Последующий отказ ФИО2 от своих признательных показаний, согласующихся с иными доказательствами, представленными стороной обвинения, сам по себе не свидетельствует о недопустимости указанного доказательства, получившего надлежащую судебную оценку как допустимого и достоверного, о чем в приговоре приведены мотивированные выводы, не согласиться с которыми оснований не имеется.

Показания осужденного о том, что изъятый у него омуль он приобрел у С.С.А., перечислив ему за это 3 200 руб., судом первой инстанции обоснованно отвергнуты, поскольку последний данный факт в суде отрицал, пояснив, что ошибочно переведенные ему денежные средства на следующий день после перевода он возвратил ФИО2

Кроме того, судом первой инстанции тщательным образом проверялась версия осужденного о том, что изъятые у него по месту жительства оружие и патроны ему подложили, они ему не принадлежат, а принадлежат П.П.И. Допрошенный в суде свидетель П.П.И. данную версию осужденного опроверг, показав, что ФИО2 просил написать его заявление, что это он (П.П.И.) нашел ружье и хотел сдать в полицию, на что он не согласился. Тем самым на стадии предварительного следствия обвиняемый ФИО2 пытался уйти от ответственности за содеянное.

В приговоре суд также дал надлежащую оценку показаниям свидетелей защиты, приведя в приговоре соответствующие выводы, не согласиться с которыми суд апелляционной инстанции оснований не находит.

Суждения защиты, связанные с приведенной в апелляционной жалобе негативной оценкой обоснованности и полноты предварительного следствия по делу, как и заявления стороны защиты о допущенных нарушениях при проведении предварительного расследования, которое, по мнению защитника, проведено с нарушениями уголовно-процессуального закона, не являются основанием для отмены или изменения судебного приговора, поскольку положения ст. 38 УПК РФ позволяют следователю самостоятельно направлять ход расследования, принимать решения о производстве следственных и иных процессуальных действий.

Нарушений права на защиту ФИО2 не допущено. Каких-либо оснований полагать о допущенных судом первой инстанции нарушениях принципов уголовного судопроизводства, как и о том, что судебное следствие проведено с обвинительным уклоном не имеется.

Вопреки доводам защиты, в судебном заседании по ходатайству адвоката были исследованы изъятые в ходе осмотра места происшествия рыболовные сети. Несмотря на то, что сети были представлены не единовременно и в двух мешках, судом были осмотрены 10 сетей, а присутствующий при этом представитель ОО «Данак», на ответственном хранении у которого находились вещественные доказательства, пояснил, что мешок, в котором сети находились, лопнул. Кроме того, ФИО2 показал, что осмотренные в суде рыболовные сети были изъяты у него. Впоследствии в ООО «Данак» была обнаружена 11-ая изъятая сеть, об исследовании которой сторона защиты в суде апелляционной инстанции ходатайств не заявляла, как не заявляла в суде ходатайств об исследовании иных вещественных доказательств, а именно огнестрельного оружия и боеприпасов, изъятых в ходе осмотра места происшествия.

В связи с изложенным доводы защиты о том, что орган следствия подменил (сфальсифицировал) вещественные доказательства, признаются несостоятельными.

Всем доводам стороны защиты, аналогичные тем, что им приводились в суде апелляционной инстанции, судом первой инстанции дана надлежащая оценка, с приведением в приговоре убедительных доводов, их опровергающих.

Наказание ФИО2 назначено с учетом характера и степени общественной опасности совершенных им преступлений, данных о личности осужденного, наличия смягчающих наказание обстоятельств.

Данные о личности осужденного судом исследовались и получили надлежащую оценку в приговоре.

В качестве смягчающих ФИО2 наказание обстоятельств признаны: по каждому преступлению - наличие на иждивении несовершеннолетних детей, положительные характеристики, болезненное состояние здоровья его и его родственников; осуществление ухода за тетей, являющейся <...> группы; его материальное и семейное положение, фактически являющегося единственным кормильцем в семье; активное способствование расследованию преступления, поскольку он сообщил неизвестные следствию обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела; отсутствие судимости на момент совершения преступлений. Кроме того, по ч. 3 ст. 256 УК РФ смягчающими наказание обстоятельствами суд признал частичное возмещение ущерба, мнение представителя потерпевшего, не настаивающего на суровой мере наказания, признание вины на предварительном следствии при допросах в качестве подозреваемого, раскаяние в содеянном.

Иных смягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных ст. 61 УК РФ, не установлено.

Назначенное осужденному наказание, является соразмерным содеянному, отвечает целям наказания, а кроме того будет способствовать исправлению осужденного, восстановлению социальной справедливости и предупреждению совершения им новых преступлений.

Каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, поведением виновного во время и после совершения преступления, которые бы существенно уменьшали степень общественной опасности и позволяли применить к нему положения ст. 64 УК РФ, не установлено ни судом первой инстанции, ни при апелляционном рассмотрении дела.

Оснований к изменению категории совершенных ФИО2 преступлений на менее тяжкую, судом первой инстанции не установлено. Не усматривается таких оснований и судом апелляционной инстанции, как не усматривает оснований для замены назначенного в виде лишения свободы наказания на принудительные работы.

Учитывая обстоятельства совершенных преступлений, данные о личности осужденного, его материальное положение, суд обоснованно применил при назначении ФИО2 наказания ст. 73 УК РФ, а также правила ч. 1 ст. 62 УК РФ при наличии смягчающего обстоятельства, предусмотренного п. «и» и «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ.

Нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих отмену либо изменение обжалуемого приговора суда, судом первой инстанции не допущено.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

Приговор Прибайкальского районного суда Республики Бурятия от 5 июня 2024 года в отношении ФИО2 оставить без изменения, а апелляционную жалобу адвоката Свиридова Ю.Ю. - без удовлетворения.


Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в течение 6 месяцев со дня вступления приговора в законную силу.

В случае подачи кассационной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий ____________________________________