Решение № 2-2579/2025 2-2579/2025~М-1797/2025 М-1797/2025 от 13 января 2026 г. по делу № 2-2579/2025

Дело № 2-2579/2025

УИД: 59RS0003-01-2025-003334-53


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Пермь 25 декабря 2025 года

Кировский районный суд г. Перми в составе:

председательствующего судьи Важенина Е.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Паршаковой В.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «ЦЕНТРГАЗЧЕРНОЗЕМЬЕ» о взыскании задолженности по заработной плате, упущенного заработка, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском о взыскании с ООО «ЦЕНТРГАЗЧЕРНОЗЕМЬЕ» невыплаченной заработной платы в размере 132 642 руб., упущенного заработка в размере 250000 руб., компенсации морального вреда в размере 50000 руб., всего в размере 432642 руб.

В обоснование заявленных требований указано, что истец работал в должности инженера строительного контроля в ООО «ЦЕНТРГАЗЧЕРНОЗЕМЬЕ» с 29.10.2024 по 07.12.2024. Приказом директора от 06.12.2024 № был уволен на основании п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ. Работодатель не выплатил заработную плату за последний расчетный период с 19.11.2024 по 06.12.2024. Сумма задолженности составляет 132642 руб. его нахождение на строительной площадке подтверждается перепиской рабочего чата «.......» с контактом <адрес>, где фиксировалось его нахождение на строительной площадке (инженер СК), для направления заказчику строительства и для простановки часов в табель.

Заработок за одну смену согласно расчетному листу за октябрь, составляет 7369 руб. Работодатель не выяснил причины увольнения без отработки двухнедельного срока и не разъяснил последствия написания заявления и право на отзыв заявления об увольнении, и принимая во внимание отсутствие объективных предпосылок к увольнению по собственному желанию, так как увольнение не было связано с трудоустройством к другому работодателю, иных источников дохода не имелось, что свидетельствует об отсутствии у истца добровольного волеизъявления написания заявления об увольнении по собственному желанию, а также факт того, что такое заявление написано под давлением работодателя.

Истец ФИО1 в судебном заседании участия не принимал, представлены письменные пояснения, ранее в судебном заседании поддержал исковые требования, пояснил, что трудоустроен в ООО «ЦЕНТРГАЗЧЕРНОЗЕМЬЕ». По инициативе работодателя был направлен на обучение, обучаться не было возможности, о чем директор знал, готовился к сдаче экзамена, сидел, занимался на съёмном жилье в <адрес>, где все работники проживали, все всегда знали, где он находился. После этого 06.12.2024 ему позвонили и сказали, чтобы он уволился, но у него не было желания увольняться, он понял, что нашли нового сотрудника. 07.12.2024 он уже уехал домой. По условиям трудового договора место работы <адрес> газораспределительная станция, он проверяет и принимает работу. Его присутствие во время работ не обязательное, он принимает результат работ. Обучение проводилось дистанционно, даны были задания по тестам, по сварочным работам. Для занятий нужен был интернет. Была разница во времени, получалось только днем заниматься, было предложение обучаться после 22-23 часов, но когда отдыхать, рабочий день с 08 часов до 17 часов. С 17 час. мог обучаться дома, но решил обучаться в дневное время, постоянное присутствие на работе не требовалось. Доступ к курсу был в любое время. Все знали, где он находится. Обучение он не закончил, документы в дистанционном центре отозвали. Работодатель был в курсе что на площадке нет интернета, поэтому обучался по месту проживания. На самой площадке перестал появляться с 23-24 ноября 2024 года, до этого постоянно был на площадке. По упущенному заработку на 06.12.2024 увольняться желания не было, о чем сообщил работодателю, но было оказано давление. Заявление об увольнении написал, купили билет до места проживания. Заработная плата истца устраивала, график устраивал, не намерен был искать другую работу. Декабрь и январь вынужден был искать другую работу, трудоустроился только в середине февраля 2025 года, в связи с чем просит взыскать упущенный заработок. По взысканию морального вреда пояснил, что на него было воздействие с подключением службы безопасности, давили на него, чтобы он уволился, понял, что работать не дадут, в связи с чем написал заявление об увольнении. Он хотел уволиться позднее, но работодатель не согласился. В начале октября 2024 года устраивался к разным работодателям, компания ООО «Зодиак», это компания в <адрес>, его приняли на работу, он об этом не знал. Когда зашел в электронную трудовую книжку, увидел запись, но там не работал, оставил все как есть. Деньги, перечисленные от ООО «Зодиак», были перечислены по больничному листу. Из ООО «Зодиак» уволился, перед трудоустройством на нынешнюю работу.

Представитель ответчика ООО «ЦЕНТРГАЗЧЕРНОЗЕМЬЕ» в судебном заседании участия не принимали, извещены, представлены письменные возражения (л.д.78, 118, 169, 208), согласно которым просят отказать в удовлетворении заявленных требований, указав, что ФИО1 был принят на работу на должность инженера по строительному контролю с окладом 115000 руб., трудовой договор прекращен 06.12.2024 на основании письменного заявления истца. Согласно табелю учета рабочего времени истец отработал в октябре 2024 года 3 рабочих дня, в ноябре 2024 года 18 рабочих дней, в декабре 2024 года не вышел на работу (отсутствовал без уважительных причин). Выплаты истцу произведены в полном объеме. Истец отсутствовал на рабочем месте без уважительных причин, составлены акты об отсутствии на рабочем месте, кроме того, составлен акт о нахождении истца в состоянии алкогольного опьянения. Прекращение трудового договора произошло по инициативе истца, что исключает основания для взыскания упущенного заработка и компенсации морального вреда. Представленная истцом переписка «WhatsApp» не имеет юридического значения и не подтверждает факта существования правоотношений между сторонами спора. Ответчик не наделял второе лицо от имени ООО «ЦЕНТРГАЗЧЕРНОЗЕМЬЕ» полномочиями для ведения переговоров, решения кадровых вопросов или дачи каких-либо обязательств перед работниками. Из содержания сообщений невозможно установить, действительно ли вторая сторона принадлежит к сотрудникам или уполномоченному лицу ООО «ЦЕНТРГАЗЧЕРНОЗЕМЬЕ». Заявление на увольнение истцом подписано собственноручно, каких-либо письменных заявлений, жалоб или обращений, свидетельствующих о давлении со стороны работодателя истцом, не представлено. В период с 27.11.2024 по 05.12.2024 ответчик не направлял истца на обучение, не издавал об этом приказов. Любые договоренности на словах не порождают для работодателя обязанности по сохранению средней заработной платы в соответствии со ст. 187 ТК РФ. Отсутствие истца на рабочем месте документально зафиксировано. Ссылка истца на дистанционный формат обучения не отменяет обязанности работника находится на рабочем месте, либо оформить учебный отпуск или отпуск за свой счет, чего сделано не было. Табель учета рабочего времени велся, оплата за ноябрь была выплачена, исходя из фактически отработанных дней. Кроме того, ответчик указывает, что все обстоятельства: отсутствие на рабочем месте, состояние опьянения, не повлекли за собой применения к истцу каких-либо дисциплинарных взысканий, увольнение было произведено не по инициативе работодателя, а по собственному желанию истца.

Суд, выслушав пояснения истца, исследовав письменные пояснения, отзыв стороны ответчика, материалы дела, приходит к следующему.

На основании ч. 3 ст. 37 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда.

Согласно ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации к обязанностям работодателя относится выплата в полном размере причитающейся работникам заработной платы в установленные в соответствии с настоящим Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами.

В силу статьи 15 Трудового кодекса Российской Федерации, трудовыми отношениями являются отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по определенной специальности, квалификации или должности), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством, трудовым договором.

На основании статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации, трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с Трудовым кодексом.

В соответствии со статьей 21 Трудового кодекса Российской Федерации, работник имеет право на предоставление ему работы, обусловленной трудовым договором, рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.

В соответствии со статьей 129 Трудового кодекса Российской Федерации, заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

Как указано в статье 135 Трудового кодекса Российской Федерации, заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

В силу статьи 57 Трудового кодекса Российской Федерации, обязательными для включения в трудовой договор являются, в частности условия оплаты труда (в том числе размер тарифной ставки или оклада (должностного оклада) работника, доплаты надбавки и поощрительные выплаты); компенсации за тяжелую работу и работу с вредными и (или) опасными условиями труда, если работник принимается на работу в соответствующих условиях, с указанием характеристик условий труда на рабочем месте.

Из материалов дела следует, что ООО «ЦЕНТРГАЗЧЕРНОЗЕМЬЕ» (ОГРН<***>) зарегистрировано в Едином государственном реестре юридических лиц с 22.05.2018, основной вид деятельности: строительство инженерных коммуникаций для водоснабжения и водоотведения, газоснабжения (л.д. 38-40).

На основании заявления ФИО1, приказа о приёме работника на работу от 29.10.2024 № между ФИО1 и ООО «ЦЕНТРГАЗЧЕРНОЗЕМЬЕ» заключен трудовой договор № (л.д. 85-92), согласно которому истец ФИО1 принят на работу в ООО «ЦЕНТРГАЗЧЕРНОЗЕМЬЕ» на должность Инженера по строительному контролю обособленного подразделения <адрес> (пункт 1.1); место работы: обособленное подразделение <адрес> (пункт 1.3); работа по договору является для работника основной (пункт 1.4); работнику устанавливается подвижной характер работы (пункт 1.5).

Согласно раздела 2 Договора, дата начала работы 29.10.2024, договор заключен на неопределенный срок; в целях проверки соответствия работника поручаемой работе ему устанавливается срок испытания продолжительностью 2 месяца с даты начала работы.

В соответствии с условиями договора работнику установлен следующий режим рабочего времени: пятидневная рабочая неделя, с двумя выходными (суббота и воскресенье); продолжительность ежедневной работы – 8 часов; начало работы 09:00 час, окончание работы 18:00 час.; работнику устанавливается перерыв для отдыха и питания продолжительностью 1 час в период с 13:00 час. до 14:00 час., который в рабочее время не включается.

Из раздела 5 договора следует, что за исполнение трудовых обязанностей работнику устанавливается должностной оклад в размере 115000 руб. в месяц без учета выплат компенсационного характера, стимулирующих и социальных выплат. Для компенсации дополнительных расходов, связанных с частыми перемещениями и оторванностью от постоянного места жительства, работнику устанавливается надбавка за подвижной характер работы (суточные) в размере 24150 руб., исходя из расчета 700 руб.*3 календарных дня. Заработная плата выплачивается работнику не реже, чем каждые полмесяца, 10 и 25 числа месяца, путем перечисления денежных средств на счет банковской карты работника.

В заявлении от 29.10.2024 ФИО2 указал реквизиты банковской карты для перечисления заработной платы (л.д. 136).

ФИО1 был ознакомлен с условиями трудового договора, что подтверждается подписями истца в договоре.

Договор от имени ООО «ЦЕНТРГАЗЧЕРНОЗЕМЬЕ» заключен и подписан начальником отдела по управлению персоналом Т. (проставлена подпись, имеется печать ООО «ЦЕНТРГАЗЧЕРНОЗЕМЬЕ»).

Трудоустройство ФИО2 в ООО «ЦЕНТРГАЗЧЕРНОЗЕМЬЕ» подтверждается сведениями о трудовой деятельности, предоставляемые из информационных ресурсов Фонда пенсионного и социального страхования РФ (л.д.70-76).

На основании заявления об увольнении от 06.12.2024 (л.д.94) трудовые отношения с ФИО1 прекращены с 06.12.2024, что подтверждается приказом о прекращении (расторжении) трудового договора № от 06.12.2024 по инициативе работника (пункт 3 часть 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации) (л.д.129-130).

Оценив представленные сторонами доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что ФИО2 был трудоустроен в ООО «ЦЕНТРГАЗЧЕРНОЗЕМЬЕ» в период с 29.10.2024 по 06.12.2024 с размером оклада, установленного трудовым договором, 115 000 руб. в месяц.

Из актов ООО «ЦЕНТРГАЗЧЕРНОЗЕМЬЕ» следует, что инженер строительного контроля обособленного подразделения <адрес> – ФИО1 отсутствовал на рабочем месте по адресу <адрес> 27.11.2024; 28.11.2024; 29.11.2024; 02.12.2024; 04.12.2024; 05.12.2024 (л.д. 137-145).

С актами о своем отсутствии на рабочем месте истец ознакомиться отказался, о чем 05.12.2024 составлен акт об отказе в ознакомлении с актами (л.д. 146).

Генеральному директору ООО «ЦЕНТРГАЗЧЕРНОЗЕМЬЕ» начальником участка Л. написана служебная записка, согласно которой инженер по строительному контролю ФИО1 отсутствовал на рабочем месте с 09:00 час. до 18:00 час. с 27.11.2024 по 05.12.2024 (л.д. 147).

03.12.2025 составлен акт о появлении работника на рабочем месте (общественное место проживания) в состоянии алкогольного, наркотического, токсического опьянения, согласно которого инженер по строительному контролю ФИО1 03.12.2024 в 07:28 час. в день выхода на работу находился в состоянии алкогольного опьянения в месте проживания по <адрес>. На основании ст. 76 ТК РФ ФИО1 был отстранен от работы до 04.12.2024 (л.д. 148).

Истцом представлены табеля учета рабочего времени ФИО1: за ноябрь 2024 года, согласно которого отработано ФИО1 18 смен, отсутствовал на рабочем месте с 27.11.2024 по 29.11.2024 (л.д. 150 оборот); за декабрь 2024 года согласно которого ФИО1 отсутствовал на рабочем месте с 02.12.2024 по 06.12.2024 (л.д. 149 оборот).

Согласно представленным расчётным листкам: за октябрь 2024 ФИО1 начислено 25410 руб. за три рабочих смены, выплачено 22107 руб.; за ноябрь 2024 начислено 166980 руб. за 18 рабочих смен, выплачено 110884,34 руб., долг предприятия на конец составляет 56494,66 руб.; за декабрь 2024 начислено 19759,32 руб. за компенсацию отпуска, выплачено 73685,98 руб., долг предприятия на конец составляет 0,00 руб. (л.д. 132).

Из представленных в материалы дела платежных поручений следует, что 11.11.2024 по платежному поручению № ООО «ЦЕНТРГАЗЧЕРНОЗЕМЬЕ» перечислило ФИО3 заработную плату в размере 22107 руб., 25.11.2024 по платежному поручению № в размере 88777,34 руб., 06.12.2024 по платежному поручению № в размере 73685,98 руб. (л.д. 98-100).

Согласно позиции истца, работодатель не выплатил заработную плату за период с 19.11.2024 по 06.12.2024 в размере 132642,00 руб., кроме того в период с 27.11.2024 по 05.12.2024 проходил обучение в учебном центре.

Между ООО «ЦЕНТРГАЗЧЕРНОЗЕМЬЕ» и ООО «Академия ДПО» заключен договор № от 14.11.2024 на оказание платных образовательных услуг на обучение по дополнительным образовательным программам, по условиям которого исполнитель оказывает заказчику услуги и организовывает для его сотрудников обучение по программам, на основании лицензии на образовательную деятельность.

Из приложения № к Договору следует, что стоимость оказания услуг составляет 125000 руб., оказание услуг осуществляется в очно-заочной форме, с использованием дистанционных образовательных технологий, посредством предоставления доступа к электронным материалам учебной программы и итоговому тестированию на сайте исполнителя в сети Интернет. Местом осуществления образовательной деятельности, в том числе образовательной деятельности с применением электронного обучения и дистанционных образовательных технологий, является место нахождение исполнителя, независимо от места нахождения слушателя. В списках слушателей указан ФИО1

По итогам обучения, после сдачи аттестации ФИО1 выдано квалификационное удостоверение № от 22.11.2024, то есть обучение завершено 22.11.2024.

Судом установлено, что в период с 27.11.2024 по 06.12.2024 работодателем обучений не проводилось, в указанный период времени истец отсутствовал на рабочем месте, что подтверждается актами об отсутствии на рабочем месте и табелем учета рабочего времени. Истец отсутствовал на рабочем месте без уважительных причин.

Учет рабочего времени каждого работника производится по унифицированной форме № т-13, утвержденной Постановлением Госкомстата России от 05.01.2004 № 1 - Табель учета рабочего времени. Заработная плата выплачивается пропорционально отработанному времени.

Из Табелей учета рабочего времени за декабрь 2024 года усматривается, что истец не присутствовал на рабочем месте с 27.11.2024 по 29.11.2024 без уважительных причин, в декабре 2024 года с 02.12.2024 по 06.12.2024. Отсутствие работника на рабочем месте в указанные периоды подтверждается актами об отсутствии работника на рабочем месте.

Согласно ст. ст. 50, 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений, и суд оценивает имеющиеся в деле доказательства. В силу указанных положений закона суд, при установлении того, что кто-либо из сторон уклоняется от участия в деле и выяснения необходимых по делу обстоятельств, вправе расценивать это обстоятельство как нежелание участвовать в состязательном процессе и признать, что данная сторона не доказала правомерность своих действий.

Довод истца о том, что он в спорный период находился на работе, что подтверждается представленной перепиской (том.1 л.д.6-36), а также представленными скрин-шотами, не нашел своего подтверждения из представленных материалов. Указание в переписке на то, что в работе принимали участие, в том числе «Инженер СК -1 чел.», не свидетельствует об осуществлении трудовых функций, поскольку активная переписка от данного участника не велась, в обсуждениях не участвовал. Кроме того, сам истец пояснил, что на работу не выходил с 23-24 ноября 2024 года.

Исходя из анализа вышеуказанных норм трудового законодательства, представленных в материалы дела документов и отсутствия в материалах дела иных документов, подтверждающих доводы истца, у суда не имеется оснований для удовлетворения исковых требований в части взыскании задолженности по заработной плате, поскольку факт наличия задолженности по заработной плате у ответчика перед истцом не нашел своего подтверждения. Факт оплаты заработной платы с учетом фактически отработанного времени, компенсации за отпуск подтверждаются расчетными листами и платёжными поручениями.

Разрешая требования истца о взыскании с ответчика упущенного заработка в размере 250000 руб., суд приходит к следующему.

Согласно ст. 234 ТК РФ работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. Работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. Такая обязанность, в частности, наступает, если заработок не получен в результате: незаконного отстранения работника от работы, его увольнения или перевода на другую работу; отказа работодателя от исполнения или несвоевременного исполнения решения органа по рассмотрению трудовых споров или государственного правового инспектора труда о восстановлении работника на прежней работе; задержки работодателем выдачи работнику трудовой книжки, предоставления сведений о трудовой деятельности (статья 66.1 настоящего Кодекса), внесения в трудовую книжку, в сведения о трудовой деятельности неправильной или не соответствующей законодательству формулировки причины увольнения работника;

Перечень оснований, носит ограниченный характер.

В соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть прекращен по инициативе работника (ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации).

Ч. 1 ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен данным Кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении.

По соглашению между работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении (ч. 2 ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации).

В случаях, когда заявление работника об увольнении по его инициативе (по собственному желанию) обусловлено невозможностью продолжения им работы (зачисление в образовательную организацию, выход на пенсию и другие случаи), а также в случаях установленного нарушения работодателем трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, локальных нормативных актов, условий коллективного договора, соглашения или трудового договора работодатель обязан расторгнуть трудовой договор в срок, указанный в заявлении работника (ч. 3 ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации).

До истечения срока предупреждения об увольнении работник имеет право в любое время отозвать свое заявление. Увольнение в этом случае не производится, если на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому, в соответствии с данным Кодексом и иными федеральными законами, не может быть отказано в заключении трудового договора (ч. 4 ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии со ст. 70 Трудового кодекса Российской Федерации при заключении трудового договора в нем по соглашению сторон может быть предусмотрено условие об испытании работника в целях проверки его соответствия поручаемой работе (часть 1).

В период испытания на работника распространяются положения трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, коллективного договора, соглашений, локальных нормативных актов (часть 3).

Если в период испытания работник придет к выводу, что предложенная ему работа не является для него подходящей, то он имеет право расторгнуть трудовой договор по собственному желанию, предупредив об этом работодателя в письменной форме за три дня (ч. 4 ст.71 Трудового кодекса Российской Федерации).

Таким образом, право работника расторгнуть трудовой договор в период испытательного срока прямо предусмотрено действующим трудовым законодательством, при этом установлено единственное требование - предупредить об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за три дня.

В пп. «а» п.22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.

Из приведенных выше правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что федеральный законодатель создал правовой механизм, обеспечивающий реализацию права граждан на свободное распоряжение своими способностями к труду, который предусматривает в том числе возможность работника беспрепятственно в любое время уволиться по собственной инициативе, подав работодателю соответствующее заявление, основанное на добровольном волеизъявлении, предупредив об увольнении работодателя не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен Трудовым кодексом Российской Федерации или иным Федеральным законом, а также предоставляет возможность сторонам трудового договора достичь соглашения о дате увольнения, определив ее иначе, чем предусмотрено законом. Для защиты интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, за работником закреплено право отозвать свое заявление до истечения срока предупреждения об увольнении (если только на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому не может быть отказано в заключении трудового договора).

Обстоятельствами, имеющими значение для дела при разрешении спора о расторжении трудового договора по инициативе работника, являются: наличие волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию и добровольность волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию.

Как следует из материалов дела, 06.12.2024 издан приказ о расторжении с истцом трудового договора №. Трудовой договор с истцом расторгнут на основании заявления ФИО1 об увольнении с 06.12.2024 по собственному желанию (л.д. 129-130).

В своем заявлении истец просит его уволить с 06.12.2025 года.

Из анализа имеющейся в материалах дела переписки следует, что лицо, действующее от имени работодателя, под ником «.......», фактически понудило истца написать заявление об увольнении, вместе с тем, из представленных материалов и вышеуказанной переписки также следует, что понуждение обусловлено нарушением трудовой дисциплины истцом. Доказательства обратного в материалах дела отсутствуют.

В данном случае истцу было предоставлено право выбора: уволиться по собственному желанию, либо быть уволенным по основаниям, предусмотренными подпунктами «а,б» п. 6 ч. первой ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации, что существенно ухудшило бы положение истца при поиске новой работы. Увольнения по порочащим основаниям путем использования права на подачу заявления об увольнении по собственному желанию и последующее расторжение трудового договора само по себе не может являться подтверждением оказания давления на работника со стороны работодателя.

Судом не установлено, что на истца оказывалось давление со стороны работодателя. Объективных данных тому, что со стороны работодателя имели место угрозы уволить истца, суду также не представлено. Дата увольнения 06.12.2024 была указана самим истцом в заявлении об увольнении, с которой согласился работодатель. При этом истцом не оспаривалось и подтверждается материалами дела, что заявление написано им собственноручно. Соглашение о расторжении трудового договора по инициативе работника с указанной даты между сторонами было достигнуто, намерение расторгнуть договор истец подтвердил отсутствием на рабочем месте.

Приказ об увольнении и само увольнение истцом не оспаривается, в судебном порядке не обжаловалось.

Из ответа ОСФР по Пермскому краю от 05.09.2025 (л.д. 152) и от 10.12.2025 следует, что ФИО1 в период с октября 2024 года по декабрь 2024 года был трудоустроен в ООО «ЦГЧ». В ООО «Зодиак» был трудоустроен в период октября 2024 года по февраль 2025 года в период с февраля 2025 года по ноябрь 2025 года трудоустроен в АО СК МОСТ, в декабре 2024 года от ООО «Зодиак» поступили сумма выплат в размере 5735,37 руб., кроме того поступали отчисления из АО РИЦЦАНИ ДЕ ЭККЕР С.П.А. в период с октября 2024 года по ноябрь 2024 года на общую сумму 6882, 42 руб.

Таким образом, учитывая изложенное, суд не находит правовых оснований для удовлетворения требований истца о компенсации упущенного заработка.

Довод истца о том, что ему не дали отработать две недели, предусмотренные действующим законодательством является не состоятельным поскольку он, как работник, находящийся на испытательном сроке, мог рассчитывать на трехдневный срок, с момента написания заявления до даты его увольнения.

Довод истца о том, что производитель работ К. ежедневно подавал сводку о количестве сотрудников, где указан инженер СК до 6 декабря, является не состоятельным, поскольку противоречит показаниям истца, данным в ходе судебного заседания, из которых следует, что истец не выходил на работу с 23-24 ноября 2024 года. Аналогичными доказательствами опровергается довод истца о том, что с 27.11.2024 по 05.12.2024 он находился на обучении. Кроме того, само по себе указание на задействование Инженера СК, не свидетельствует о выполнении трудовой деятельности.

Довод стороны ответчика о том, что представленная в материалах дела переписка является не допустимым доказательством, поскольку из нее не представляется возможным установить и идентифицировать участников переписки, кроме того, участник переписки от имени работодателя не наделен полномочиями вести переговоры, кроме того, указанное лицо, не является работником ответчика, является не состоятельным в силу следующего.

В соответствии с ч. 1 ст. 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

В соответствии со статьей 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства дела, которые по закону должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

Содержание сообщений позволяет отнести излагаемые факты к имеющимся обстоятельствам дела, которые также подтверждаются иными доказательствами по делу в их совокупности.

Стороной ответчика, в силу принципа состязательности и равноправия, не представлены доказательства того, что имеющаяся переписка получена с нарушением требований закона, требований об обязательном (нотариальном) заверении данных доказательств закон не содержит. Кроме того, не представлены доказательства того, что участник переписки под ником «.......» не является сотрудником работодателя.

Исковые требования о взыскании компенсации морального вреда подлежат частичному удовлетворению, по следующим основаниям.

Согласно ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора, факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом, независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2, учитывая, что Трудовой кодекс Российской Федерации не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд, в силу ст. 21 (абз. 14 ч. 1) и 237 Кодекса, вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя.

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 46, 47 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 г. № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", работник в силу ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (в т.ч. нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, незаконным увольнением). Суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя.

В силу указанных норм и актов толкования по их применению, моральный вред по своему характеру, являясь оценочной категорией, не предполагает возможности его точного выражения в денежной форме, при этом компенсация должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания, и не должна носить формальный характер, устранить эти страдания либо сгладить их остроту. Определение размера компенсации находится на усмотрении суда.

Истец просит взыскать с ответчика в счет возмещения морального вреда 50000 руб., указав, что заявление об увольнении написано им под давлением работодателя, намерения и желания увольняться у него не было.

В качестве доказательства вынужденного увольнения истцом в материалы дела представлена переписка из мессенджера ".......", которой подтверждается факт отсутствия добровольности увольнения истца.

В судебном заседании установлено что ФИО2 изъявил желание на увольнение с 25.12.2024, вместе с тем, со стороны ООО «ЦЕНТРГАЗЧЕРНОЗЕМЬЕ» допущено нарушение права истца, по настоянию работодателя истец был уволен с 06.12.2024, в связи с чем, суд приходит к выводу, что компенсация морального вреда в размере 5000 руб. будет отвечать критериям справедливости и разумности, за нарушении прав истца, как более слабой стороны.

Оснований для взыскания компенсации морального вреда в большем размере суд не усматривает.

Указанный размер компенсации суд считает разумным, справедливым и достаточным, способствующим восстановлению баланса между последствиями нарушения прав истца и степенью ответственности, применяемой к ответчику.

В соответствии с пунктом 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Поскольку исковые требования удовлетворены частично, истец в соответствии с требованиями статьи 393 Трудового кодекса Российской Федерации освобожден от уплаты государственной пошлины за подачу искового заявления, с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в доход бюджета в размере 3000 руб., в соответствии с положениями статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «ЦЕНТРГАЗЧЕРНОЗЕМЬЕ» (ОГРН <***>) в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 5000 руб.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «ЦЕНТРГАЗЧЕРНОЗЕМЬЕ» (ОГРН <***>) в доход бюджета государственную пошлину в размере 3000 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Решение в течение месяца со дня принятия в окончательной форме может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пермский краевой суд через Кировский районный суд г. Перми.

Судья Е.В. Важенин

Мотивированное решение составлено 14 января 2026 года.