Приговор № 1-317/2019 от 21 июня 2019 г. по делу № 1-317/2019

П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

г. Братск 21 июня 2019 года

Братский городской суд Иркутской области в составе: председательствующего Лазаревой Т.А., при секретаре Ветровой Я.Е., с участием государственного обвинителя Заорской Е.В., защитника – адвоката Чернышева А.А., рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело № 1-317/2019 в отношении ФИО1, <данные изъяты> меру пресечения в виде заключения под стражу, содержащегося под стражей по данному уголовному делу с 10 февраля 2019 года по настоящее время, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст.111 УК РФ,

в судебном следствии,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 совершил умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего при следующих обстоятельствах:

В период с 10 часов 30 минут 2 февраля 2019 года до 11 часов 32 минут 3 февраля 2019 года, у ФИО1, находящегося в состоянии алкогольного опьянения <адрес>, на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений к ЗГО находящемуся с ним в то же временя в одной квартире, вызванных его аморальным поведением, возник преступный умысел, направленный на причинение ему тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека. Реализуя возникший преступный умысел, ФИО1, с целью причинения тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни ЗГО., не имея умысла на причинение ему смерти, действуя умышленно, нанес последнему множественные удары своими руками, сжатыми в кулаки, а также коленом в жизненно-важную часть тела человека – голову ЗГО Своими умышленными преступными действиями ФИО1 причинил ЗГО следующие телесные повреждения: черепно-мозговая травма: раны в правой подглазничной области, на слизистой верхней губы слева, на правом надбровье; кровоподтеки в правой параорбитальной области, на поверхности левой ушной раковины; ушиб мягких тканей в левой параорбитальной области; кровоизлияния с осаднениями на слизистой верхней губы справа с переходом на переходную кайму, на слизистой правой щеки, на слизистой нижней губы справа, на слизистой нижней губы слева; ссадины на поверхности левой ушной раковины, на подбородке справа, на левом крыле носа; кровоизлияния в кожно-мышечном лоскуте в параорбитальных областях, в проекциях костей носа, правого надбровья, правой подглазничной области; перелом верхнего латерального хряща носа справа; субдуральная гематома слева; кровоизлияния под мягкой мозговой оболочкой базальной поверхности правой затылочной доли, базальной поверхности правой височной доли, на поверхностях полушарий мозжечка; очаги ушиба вещества головного мозга левой теменной доли. Данный комплекс повреждений расценивается как причинивший тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

В результате умышленных и преступных действий ФИО1 смерть ЗГО наступила 3 февраля 2019 года в ОГАУЗ «Братская городская больница №1», куда он был госпитализирован для оказания квалифицированной медицинской помощи и последовала от черепно-мозговой травмы в форме ушиба вещества головного мозга и сдавления субдуральной гематомой, что состоит в прямой причинной связи с умышленными преступными действиями ФИО1

ФИО1 не предвидел возможности наступления смерти потерпевшего ЗГО от своих умышленных действий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 после изложения государственным обвинителем сути предъявленного обвинения свое отношение к вине выразить отказался. От дачи показаний в суде, воспользовавшись правом, предоставленным ст. 51 Конституции РФ, отказался, пояснив, что вину согласно предъявленного ему обвинения признает полностью.

В соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 276 УПК РФ, по ходатайству государственного обвинителя в суде оглашены показания подсудимого ФИО1, данные им на стадии досудебного производства, согласно которым на протяжении всего предварительного следствия, ФИО1 признавал полностью свою вину согласно предъявленного обвинения, давал признательные показания, показывая, что 2 февраля 2019 года избил мужчину по имени Григорий (ЗГО.) в квартире <адрес>, где совместно распивали спиртное. Он нанес ЗГО множественные удары рукой, сжатой в кулак, а также коленом по лицу и голове (около 10). Признает, что причинил ЗГО. серьезные телесные повреждения, от которых тот скончался 3 февраля 2019 года в ГБ-1. Избил ЗГО из-за того, что тот грубил ему и оскорблял. Преступление совершил в состоянии алкогольного опьянения. (Том 1 л.д. 68-74, 80-83, 109-112, 224-228)

После оглашения показаний, данных ФИО1 в ходе предварительного следствия, подсудимый их подтвердил в полном объеме.

Оценивая показания подсудимого ФИО1, признававшего свою вину в ходе всего производства по делу, суд признает их достоверными, поскольку они подтверждаются совокупностью доказательств, признанных судом допустимыми и достоверными, показания последовательны, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, содержат детальные подробности, которые могли быть известны лицу, совершившему преступление. Нарушений норм УПК при производстве данных следственных действий допущено не было. Кроме того, его показания согласуются с другими проверенными судом доказательствами, что дает основание считать их достоверными и правильными. Изложенные показания подсудимого как допустимые доказательства подлежат оценке наряду с иными доказательствами.

Суд, исследовав все доказательства в их совокупности, пришел к убеждению, что вина подсудимого доказана полностью.

Потерпевшая ЧДО суду показала, что у нее был брат ЗГО который проживал по адресу: г<адрес>, 3 февраля 2019 года он скончался в Братской городской больнице №1 в результате избиения. Брата может охарактеризовать с положительной стороны, он был спокойным, уравновешенным. В состоянии алкогольного опьянения брат не был агрессивным и конфликтным, не провоцировал драки. Смертью брата ей причинен неизгладимый моральный вред, поскольку она потеряла близкого и родного человека.

Свидетель ВДН суду показал, что 2 февраля 2019 г. распивали спиртное дома у ЗГО с ЗГО., ИЕА., ФИО1 В ходе распития спиртного ЗГО. стал грубить ФИО1, оскорблять его, выражаться в его адрес нецензурной бранью. ФИО1 стал злиться из-за этого. Затем он уснул. Около 0 часов 3 февраля 2019 года его разбудила ЧДО., и он увидел, как ФИО1 наносил удары ЗГО с силой в правую и левую область лица коленом, 3-4 удара, все лицо ЗГО от ударов было в крови. Он оттащил ФИО1 от ЗГО. Затем они с ФИО1 умыли лицо ЗГО. После этого он, ЧДО., ФИО1 ушли. Утром 3 февраля 2019 года вернувшись, увидели, что ЗГО. лежал в коридоре секции на животе. Лицо у ЗГО было отекшее, опухшее, глаза были «заплывшие». Соседка из 216 комнаты вызвала «скорую помощь», которая приехав, госпитализировала ЗГО. в больницу. Около 2 часов ночи 4 февраля 2019 года от соседки ЗГО. он узнал, что тот умер в больнице.

Свидетель ЧДО суду показала, что 2 февраля 2019 г. распивала спиртное дома у ЗГО с ЗГО ВДН., ФИО1 В ходе распития спиртного, ЗГО стал грубить ФИО1, оскорблять, выражаться в его адрес нецензурной бранью. ФИО1 стал злиться на ЗГО. Они с ВДН легли спать. Около 0 часов 3 февраля 2019 года она услышала звуки трех ударов, повернувшись, увидела, как ФИО1 наносит ЗГО. удары в левую часть лица рукой, сжатой в кулак, ФИО1 замахивался своей правой рукой, сжатой в кулак и с силой наносил ЗГО. удары в область лица, видела два сильных удара. У ЗГО пошла кровь. В это время ФИО1 нанес с силой два удара в область лица ЗГО. своим коленом. ЗГО. стал стонать. Затем ВДН оттащил ФИО1 от ЗГО Затем ВДН. и ФИО1 умыли лицо ЗГО., и они втроем ушли. Утром 3 февраля 2019 года вернувшись, они увидели, что ЗГО лежал в коридоре секции на животе. Лицо у него было отекшее, опухшее. Соседка вызвала скорую помощь, которая госпитализировала ЗГО. Позднее она узнала, что ЗГО умер в больнице.

Свидетели КАВ., КЕА. суду показали, что проживают в комнате <адрес>, ранее по соседству в комнате № 217 жил ЗГО 2 февраля 2019 года дома у ЗГО были гости, они распивали спиртное. Примерно в 1 час ночи 3 февраля 2019 года они видели, что в коридоре секции между душем и туалетом лежал мужчина на животе лицом вниз, следов крови не было, лица они не видели. Утром 3 февраля 2019 года они поняли, что это ЗГО., лицо которого было сильно опухшее, было видно, что он избит, но дышал. Через некоторое время пришли ВДН., ЧДО. ФИО1, перенесли ЗГО из коридора в комнату. Через некоторое время вызвали «скорую помощь». Когда приехала скорая помощь, ЗГО. госпитализировали, а вечером 3 февраля 2019 года они узнали, что тот скончался в больнице.

Свидетели КАН ЛЮН суду показали, что проживают по <адрес>. В комнате № 217 ранее проживал ЗГО Около 0 часов 3 февраля 2019 года, зайдя в секцию, увидели на стенах в коридоре и в душе кровь. Через некоторое время они услышали из коридора секции, как ВДН на кого-то кричал, потом стуки об стену. Через некоторое время выглянув из комнаты, увидели, что ЗГО. без сознания лежал на полу лицом вниз в коридоре возле душа, а рядом с ним стояли ВДН. и второй мужчина, ранее незнакомый. Голова и спина ЗГО. были в крови. ВДН. заглянул к ним в комнату и сказал, чтобы они молчали. На вопрос КАС за что они избили ЗГО., ВДН ответил, что ЗГО. нагрубил.

Свидетель ПВВВ., БАБ. показали суду, что 2 февраля 2019 года они распивали спиртное у ЗГО., у которого в гостях еще были ЧДО., ВДН ФИО1 Во время распития спиртного между нами никаких конфликтов не происходило. Около 19 часов они ушли. Утром 3 февраля 2019 года зайдя в секцию, через открытую дверь комнаты увидел ЗГО., лежащем на матрасе у входа лицом вниз. Через некоторое время от ЧДО. или ВДН узнали, что ЗГО избил ФИО1

<данные изъяты>

<данные изъяты>

В совокупности оценивая показания потерпевшей, свидетелей, суд в целом не находит оснований подвергать их сомнению, так как они получены в соответствии с требованиями закона, по существу стабильны на протяжении производства по делу, не противоречат установленным обстоятельствам дела, взаимно дополняют и согласуются друг с другом, свои показания свидетели: ЧДО, ВДН подтвердили на очных ставках с подсудимым (97-102, 103-108 т.1). Оснований не доверять показаниям потерпевшей, свидетелей, судом не установлено. Неприязненных отношений у них с подсудимым нет, поводов его оговаривать нет. Кроме того, показания указанных лиц полностью согласуются с показаниями ФИО1, и другими исследованными в порядке ст. 285 УПК РФ судом доказательствами, поэтому суд полагает, что они могут быть положены в основу обвинительного приговора.

Объективно обстановка на месте происшествия по адресу: <адрес>, подтверждается протоколом осмотра места происшествия от 3 февраля 2019 года, фототаблицы к нему, согласно которого объектом осмотра является комната <адрес>, расположенная на втором этаже. В ходе осмотра в комнате обнаружен матрас с пятнами вещества бурого цвета, похожего на кровь, рядом с матрасом мокрое полотенце. Следы вещества бурого цвета, похожие на кровь также обнаружены на обоях на стенах. В ходе осмотра места происшествия изъяты: фрагмент обоев, следы рук на 4 отрезках липкой ленты скотч с подложкой из бумаги белого цвета, 3 окурка сигарет, окурок сигареты с желтым фильтром, окурок сигареты с белым фильтром «LD». (Том 1 л.д. 19-27). Все изъято в ходе осмотра места происшествия в ходе осмотра предметов осмотрено, приобщено к делу в качестве вещественных доказательств. (Л.д. 139-143 т. 1). Согласно дактилоскопической экспертизе №49 от 26 февраля 2019 года, суд установил, что два следа ногтевых фаланг пальцев рук, перекопированные на отрезки №1 и №4 липкой ленты с подложкой из бумаги, а также след ладони руки, перекопированный на отрезок №3 липкой ленты с подложкой из бумаги пригодны для идентификации личности. След ногтевой фаланги пальца руки, перекопированный на отрезок №2 для идентификации личности не пригоден. След ладони руки перекопированный на отрезок №3 оставлен подпальцевой зоной и гипотенаром ладони левой руки свидетеля ВДН.; след ногтевой фаланги пальца руки, перекопированный на отрезок №4 оставлен большим пальцем правой руки свидетеля ВДН. След ногтевой фаланги пальца руки, перекопированный на отрезок №1 оставлен не потерпевшим ЗГО не обвиняемым ФИО1, не свидетелем ВДН., не свидетелем ЧДО а другим лицом. (Том 2 л.д. 13-18)

Из карты вызова скорой медицинской помощи от 03 февраля 2019 года, судом установлено, что в 11 часов 32 минуты от КЕА поступил вызов о том, что по адресу: <адрес> ЗГО сознания (травма). (Том 1 л.д. 184)

Из сообщения дежурного фельдшера от 3 февраля 2019 г. в 12. час. 26 мин. суд установил, что поступил в отделение реанимации ГБ-1 ЗГО с диагнозом ЗЧМТ, СГМ. ( л.д. 16 т.1).

Из выписки из истории стационарного больного суд установил, что в ГБ-1 поступил ЗГОО. в крайне тяжелом состоянии с диагнозом ЗЧМТ, ушиб головного мозга, ушибленная рана, ушибы мягких тканей лица. Л.д. 18 т.1

<данные изъяты>

Согласно заключению судебно- медицинской экспертизы №253 от 4 марта 2019 года суд установил: 1. Смерть ЗГО. последовала от черепно-мозговой травмы в форме ушиба вещества головного мозга и сдавления субдуральной гематомой. 2. При исследовании трупа и медицинской документации установлено, что у ЗГО имелись повреждения: - черепно-мозговая травма: раны в правой подглазничной области(1), на слизистой верхней губы слева(1), на правом надбровье(1); кровоподтеки в правой параорбитальной области(1), на поверхности левой ушной раковины(1); ушиб мягких тканей в левой параорбитальной области; кровоизлияния с осаднениями на слизистой верхней губы справа с переходом на переходную кайму(1), на слизистой правой щеки(1), на слизистой нижней губы справа (2), на слизистой нижней губы слева (2); ссадины на поверхности левой ушной раковины(1), на подбородке справа(1), на левом крыле носа(1); кровоизлияния в кожно-мышечном лоскуте в параорбитальных областях, в проекциях костей носа, правого надбровья, правой подглазничной области; перелом верхнего латерального хряща носа справа; субдуральная гематома слева (250 мл); кровоизлияния под мягкой мозговой оболочкой базальной поверхности правой затылочной доли(1), базальной поверхности правой височной доли(1), на поверхностях полушарий мозжечка(1); очаги ушиба вещества головного мозга левой теменной доли(2). Данный комплекс повреждений причинен в результате воздействий тупым твердым предметом (предметами) незадолго (десятки минут, часы) до поступления потерпевшего в стационар ОГАУЗ БГБ№1 и расценивается, как причинивший тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. Наступление смерти состоит в причинной связи с данным комплексом повреждений;- застарелый перелом передней стенки верхнечелюстной пазухи. Данное повреждение причинено в результате воздействия тупым твердым предметом, имеет давность причинения более 3-х недель ко времени наступления смерти и расценивается, как причинившее легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья продолжительностью до трех недель. 3. Время наступления смерти ЗГО. зарегистрировано в ОГАУЗ БГБ№1 03 февраля 2019 г. в 23 ч. 35 мин. 4. При судебно-химическом исследовании крови от трупа ЗГО. этиловый алкоголь обнаружен 1,0‰, что применительно к живым лицам соответствует лёгкому алкогольному опьянению. 5. Причинение телесных повреждений возможно при любом положении потерпевшего и нападавшего при условии доступности мест травматизации. 6. Учитывая локализацию и характер повреждений, не исключается возможность совершать какие-либо активные действия в течение так называемого «светлого промежутка» времени, продолжительность которого индивидуальна и может составлять от нескольких минут до нескольких суток. 7. Высказаться о последовательности причинения повреждений не представляется возможным, так как все телесные повреждение причинены в короткий промежуток времени и не имеют разницы в выраженности репаративных процессов. (Том 1 л.д.245-248)

Согласно заключению судебно- медицинской экспертизы № 253А от 9 апреля 2019 года судом установлено: 1. При исследовании трупа и медицинской документации установлено, что у ЗГО имелись повреждения: - черепно-мозговая травма: раны в правой подглазничной области(1), на слизистой верхней губы слева(1), на правом надбровье(1); кровоподтеки в правой параорбитальной области(1), на поверхности левой ушной раковины(1); ушиб мягких тканей в левой параорбитальной области; кровоизлияния с осаднениями на слизистой верхней губы справа с переходом на переходную кайму(1), на слизистой правой щеки(1), на слизистой нижней губы справа (2), на слизистой нижней губы слева (2); ссадины на поверхности левой ушной раковины(1), на подбородке справа(1), на левом крыле носа(1); кровоизлияния в кожно-мышечном лоскуте в параорбитальных областях, в проекциях костей носа, правого надбровья, правой подглазничной области; перелом верхнего латерального хряща носа справа; субдуральная гематома слева (250 мл); кровоизлияния под мягкой мозговой оболочкой базальной поверхности правой затылочной доли(1), базальной поверхности правой височной доли(1), на поверхностях полушарий мозжечка(1); очаги ушиба вещества головного мозга левой теменной доли(2). Данный комплекс повреждений причинен в результате не менее чем 5-ти травматических воздействий тупым твердым предметом (предметами) незадолго (десятки минут, часы) до поступления потерпевшего в стационар ОГАУЗ БГБ№1 и расценивается, как причинивший тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. Наступление смерти состоит в причинной связи с данным комплексом повреждений. 2. Учитывая характер, локализацию и давность повреждений, обнаруженных у ЗГО., не исключается возможность причинения комплекса черепно-мозговой травмы при обстоятельствах и в период времени, указанные в допросе подозреваемого ФИО1 от 10 февраля 2019 г. и в ходе проверки показаний на месте с участием обвиняемого ФИО1 от 11февраля 2019 г., т. е. в ночь с 2 февраля 2019 г. на 3 февраля 2019 г. в результате нанесения ударов кулаком и коленом в область лица. (Том 2 л.д. 58-62)

В ходе предварительного следствия, в целях разъяснения заключения судебно-медицинской экспертизы был допрошен судебно-медицинский эксперт Братского отделения СМЭ ГУЗ ИОБСМЭ БРГ., показания оглашены и исследованы судом в соответствии с требованиями ч. 1 ст. 281 УПК РФ с согласия сторон по ходатайству государственного обвинителя, который на вопрос следователя: «В ходе проведения судебно-медицинского исследования трупа ЗГО. были обнаружены следующие телесные повреждения: - кровоизлияния под мягкой мозговой оболочкой базальной поверхности правой затылочной доли (1), базальной поверхности правой височной доли (1), на поверхностях полушарий мозжечка (1), очаги ушиба вещества головного мозга левой теменной доли (2). Объясните механизм причинения данных повреждений», пояснил: «Данные повреждения были причинены в результате так называемого «противоудара». В результате травматического воздействия ткани головного мозга получают некоторое ускорение и, встречая преграду в виде костей черепа, ударяются о внутренние поверхности данных костей с образованием кровоизлияний под мягкой мозговой оболочкой и ушибом вещества головного мозга. Какие-либо повреждения кожно-мышечного лоскута затылочной, правой височной и теменной областей на трупе отсутствуют, следовательно, травматические воздействия в данные области не причинялись». (Том 2 л.д. 2-4)

Экспертные исследования проведены полно и качественно, оснований для отвода экспертов не имелось, проведены они на основании законных и мотивированных постановлений следователя, принявшего решение о назначении экспертиз в рамках своих полномочий по уголовному делу, находящемуся у него в производстве. Как полученные в соответствии с требованиями закона компетентными специалистами, не заинтересованными в исходе дела, на основе специальных научных познаний, выводы экспертов мотивированы, не противоречат друг другу, установленным обстоятельствам и собранным доказательствам, с которыми выводы экспертиз согласуются, суд признает указанные заключения судебных экспертиз как допустимые и достоверные доказательства виновности подсудимого в инкриминируемом ему деянии.

По факту обнаруженного у ЗГО телесного повреждения в виде застарелого перелома передней стенки верхнечелюстной пазухи принято решение об отказе в возбуждении уголовного дела по ч.1 ст. 115 УК РФ по основанию, предусмотренному п. 1 ч.1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием события преступления. (Том 1 л.д. 216)

Из протокола предъявления для опознания по фотографии суд, установил, что ФИО1 были предъявлены для опознания фотографии, из которых он указал на фото №2, сообщив, что на ней изображен ЗГО., которого он избил в ночь со 2 на 3 февраля 2019 г. по адресу <адрес>. Опознал по чертам лица. Л.д. 229-232 т.1.

Из протокола выемки от 11 февраля 2019 года суд установил, что в ходе производства выемки у обвиняемого ФИО1 изъяты штаны черного цвета со следами вещества бурого цвета, похожего на кровь. (том 1 л.д. 116-120). В ходе осмотра предметов осмотрены, приобщены к делу в качестве вещественных доказательств. ( л.д. 138-143 т. 1).

Согласно заключению генетической экспертизы вещественных доказательств №29 от 05 апреля 2019 г., суд установил, что на представленных на исследование штанах в объектах №1-3 обнаружена кровь ЗГО. Происхождение данной крови от ФИО1 исключается. (Том 2 л.д. 29-32)

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы №403 от 11 февраля 2019 года, судом установлено, что на основании объективного осмотра у ФИО1 видимых телесных повреждений не имеется. (том 2 л.д. 51)

Согласно протоколу проверки показаний на месте от 11 февраля 2019 г. суд установил, что ФИО1 на месте происшествия воспроизвел обстановку и обстоятельства совершенного им преступления, продемонстрировал совершенные им действия во время и после совершения преступления. Л.д. 122-132 т. 1

Суд признает достоверным доказательством протокол проверки показаний на месте с участием обвиняемого ФИО1, как полученный в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, протокол заверен всеми участвующими при проведении следственного действия лицами, в том числе понятыми, замечаний и заявлений ни от кого после ознакомления с протоколом не поступило. В ходе проверки показаний на месте ФИО1 достоверно и уверенно указал место происшествия, описал свои действия, рассказал об обстоятельствах совершенного им преступления – причинения телесных повреждений ЗГО Изложенные в протоколе сведения совпадают с протоколом осмотра места происшествия, показаниями допрошенных по делу лиц и другими исследованными в судебном заседании доказательствами.

Суд, оценив все доказательства в их совокупности, показания потерпевшей, свидетелей, судебно-медицинского эксперта принимает их как допустимые, так как они получены в соответствии с требованиями закона, признает их достоверными доказательствами по делу, так как показания стабильны, последовательны, согласуются между собой и объективными доказательствами по делу: протоколом осмотра места происшествия, протоколами осмотра предметов, проверки показаний на месте, предъявления для опознания по фотографии, заключениями судебно-медицинских экспертиз, генетической вещественных доказательств. Оценивая все доказательства в совокупности, суд принимает их как допустимые, т.к. они содержат фактические данные, а именно сведения о фактах и обстоятельствах дела, подлежащих доказыванию по данному делу, получены из предусмотренных законом источников, в надлежащей процессуальной форме и надлежащими субъектами доказывания, достоверные, так как они согласуются между собой и дополняют друг друга, убедительными и достаточными, чтобы сделать вывод о виновности подсудимого в совершении преступления, изложенного в описательной части приговора, установленной и доказанной изложенными выше доказательствами.

Совокупность исследованных судом доказательств свидетельствует об умысле подсудимого ФИО1 на причинение тяжкого вреда здоровью, осуществляя который, подсудимый на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений, не имея умысла на причинение смерти потерпевшему ЗГО., умышленно нанес множественные удары руками, сжатыми в кулаки и коленом в жизненно-важную часть тела человека – голову, причинив тяжкий вред здоровью потерпевшего, от которых наступила его смерть.

Характер действий ФИО1, локализация причиненных телесных повреждений, их количество свидетельствует о том, что ФИО1 с силой нанося множественные удары в голову ЗГО., имел умысел на причинение тяжкого вреда здоровью, осознавал, что противоправно причиняет вред здоровью потерпевшему, предвидел, что от его действий потерпевшему может быть причинен тяжкий вред здоровью, желал наступления таких последствий своих действий.

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы смерть ЗГО последовала от черепно-мозговой травмы в форме ушиба вещества головного мозга и сдавления субдуральной гематомой. Количество, локализация телесных повреждений, характер действий ФИО1 свидетельствуют о прямом умысле подсудимого на причинение тяжкого вреда здоровью ЗГО. и неосторожности по отношению к наступившему результату – смерти потерпевшего. Между нанесенным умышленным тяжким вредом здоровью ЗГО., действиями ФИО1 и наступившей смертью ЗГО., установлена прямая причинная связь.

Суд не усматривает по делу обстоятельств, свидетельствующих о причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни, в состоянии необходимой обороны, либо при превышении ее пределов, поскольку нападение со стороны потерпевшего отсутствовало, этот вывод суда подтверждается заключением судебно-медицинской экспертизы №403 от 11 февраля 2019 года, согласно которой у ФИО1 на основании объективного осмотра после совершенного им преступления видимых телесных повреждений не было, а равно обстоятельств, свидетельствующих о совершении преступления в состоянии сильного душевного волнения, влекущих переквалификацию действий подсудимого на привилегированный состав преступления – ст.113 УК РФ или ст.114 УК РФ. Поведение ФИО1 после совершения преступления также не свидетельствует о том, что он находился в состоянии внезапно возникшего душевного волнения. Так, аффект – это состояние внезапно возникшего сильного душевного волнения, вызванное насилием, издевательством или тяжким оскорблением со стороны потерпевшего либо иными аморальными противоправными действиями (бездействием) потерпевшего, а равно длительной психотравмирующей ситуацией, возникшей в связи с систематическим противоправным или аморальным поведением потерпевшей. Объективных данных о совершении ФИО1 преступления в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения, в деле не содержится. Волнение, возникшее у ФИО1, обусловлено не тяжким оскорблением со стороны потерпевшего или его противоправным поведением, а обычным возбужденным состоянием, какое бывает у людей в процессе ссоры, возникшей на почве неприязненных отношений, и не достигло стадии аффекта. Этот вывод суда подтверждается заключением судебно-психиатрической экспертизы № 244 от 21 февраля 2019 года о том, что ФИО1 в период инкриминируемого ему деяния имел сохранность сознания и ориентировки в окружающей его обстановке и лицах, последовательность и целенаправленность его действий. В его поведении и высказываниях не обнаруживалось бредовых переживаний, галлюцинаций и какой-либо иной психотической симптоматики. Обстоятельства содеянного он помнит, воспроизводит.

Суд квалифицирует действия подсудимого по ч. 4 ст. 111 УК РФ – умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

Учитывая поведение подсудимого в судебном заседании, адекватную реакцию на поставленные вопросы, активную защитную позицию, отсутствие сведений о наличии у подсудимого черепно-мозговых травм, суд не находит оснований сомневаться в его психической полноценности, поэтому он должен нести уголовную ответственность за содеянное. Этот вывод суда подтверждается заключением комиссионной судебно-психиатрической экспертизы № 244 от 21 февраля 2019 г., согласно которой ФИО1 обнаруживал в юридически значимый период времени и обнаруживает в настоящее время: «Умственную отсталость легкой степени с нарушениями поведения (F70.19 по МКБ-10)». По своему психическому состоянию, мог в период инкриминируемого ему деяния осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. По своему психическому состоянию в настоящее время он также может осознавать фактический характер своих действий и руководить ими. По своему психическому состоянию в настоящее время ФИО1 опасности для себя и других лиц не представляет, следовательно, в применении к нему принудительных мер медицинского характера в настоящее время он не нуждается. По своему психическому состоянию ФИО1 может давать показания по существу совершенного деяния, может принимать участие в следственных действиях и судебных заседаниях. Наркоманией в настоящее время не страдает, в лечении и медико-социальной реабилитации от наркомании не нуждается. (том 2 л.д. 41-45)

При назначении наказания суд учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, относящегося к категории особо тяжких, направленного против жизни и здоровья человека, с учетом данных о личности виновного, на момент совершения преступления не судимого, состоящего на учете у нарколога с 22 января 2013 г. с диагнозом употребление алкоголя с вредными последствиями для здоровья, отрицательно характеризующегося в быту, замеченного в употреблении спиртных напитков, со слов трудоустроенного неофициально. К смягчающим наказание обстоятельствам суд относит полное признание вины подсудимым, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, с признанием вины и дачей правдивых полных показаний в ходе досудебного производства, с участием в следственных действиях, направленных на закрепление и подтверждение ранее полученных данных, раскаяние в содеянном, аморальность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления, состояние здоровья подсудимого, молодой возраст.

Принимая во внимание характер и степень общественной опасности преступления, обстоятельства его совершения, влияние состояния опьянения на поведение лица при совершении преступления, а также личность виновного, тот факт, что имело место совместное с потерпевшим распитие спиртных напитков до совершения подсудимым преступления, а так же то, что поводом к совершению преступления послужило аморальное поведение потерпевшего, суд считает возможным не признавать в качестве отягчающего наказание обстоятельства совершение ФИО1 преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя.

С учетом характера, степени социальной опасности, фактических обстоятельств совершенного преступления, смягчающих наказание обстоятельств, отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, с учетом данных о личности виновного, суд приходит к убеждению, что совершенное преступление соответствует установленной категории преступлений, и не усматривает оснований для изменения категории преступления, на менее тяжкую, в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ.

Учитывая необходимость соответствия характера и степени общественной опасности совершенного преступления обстоятельствам его совершения и данных о личности виновного, смягчающие наказание обстоятельства, отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на исправление подсудимого и условия жизни его семьи, в целях исправления и предупреждения совершения новых преступлений, требуется применение адекватного наказания, соответствующего принципу восстановления социальной справедливости и соразмерности тому вреду, который причинен в результате преступного деяния, и такое наказание по убеждению суда должно быть назначено ФИО1 в виде лишения свободы в условиях изоляции от общества, без назначения дополнительного наказания в виде ограничения свободы, что по мнению суда, соразмерно содеянному и, в соответствии со ст. ст. 6,7 УК РФ, будет способствовать принципам справедливости и гуманизма, обеспечит достижение задач и целей наказания, предусмотренных ст. 2 УК РФ.

Судом не установлено обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, для назначения наказания без реального отбывания наказания и назначения наказания условно на основании ст. 73 УК РФ, либо для применения ст. 64 УК РФ. Назначение наказания в виде лишения свободы отрицательно не скажется на условия жизни подсудимого, поскольку он семьи, детей, других иждивенцев не имел.

Поскольку при отсутствии отягчающих обстоятельств установлено наличие смягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, то при назначении наказания суд учитывает требования ч. 1 ст. 62 УК РФ о назначении наказания, не превышающего 2/3 максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного санкциями статей.

Оснований для отмены условного осуждения по приговору Братского городского суда от 19 марта 2019 года нет, так как указанное преступление совершено ФИО1 до вынесения указанного приговора.

В соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ отбывание лишение свободы подсудимому следует назначить в исправительной колонии строгого режима, поскольку он ранее не отбывал лишение свободы, осуждается к лишению свободы за совершение особо тяжкого преступления.

На основании ст. 72 УК РФ срок предварительного заключения подлежит зачету в срок отбытого наказания.

Решая вопросы гражданского иска, заявленного потерпевшей ЧДО. о возмещении имущественного вреда, причиненного преступлением, в размере 97 748 рублей, и компенсации морального вреда в размере 300 000 рублей, суд находит его обоснованным и подлежащими удовлетворению в полном объеме. Исковые требования в части возмещения расходов, связанных с погребением, в сумме 97 748 рублей, с учетом отказа от суммы 2600 рублей за изготовления видеофильма и уточненного в связи с этим размера возмещения имущественного вреда в судебном заседании в сумме 95 148 рублей, удовлетворить полностью, на основании ст.1064 ГК РФ, так как стоимость произведенных расходов подтверждена представленными в обоснование иска документами. Рассматривая исковые требования в части компенсации морального вреда, суд признает, что виновными противоправными действиями подсудимого ФИО1 гражданскому истцу ЧДО. был причинен моральный вред, который подлежит возмещению на основании ст.ст.151, 1099-1101 ГК РФ, поскольку ей были причинены нравственные страдания, связанные с утратой близкого родственника – единственного брата. При этом суд учел характер и объем причиненных истцу страданий, фактические обстоятельства причинения морального вреда, индивидуальные особенности истца и обстоятельства, свидетельствующие о тяжести перенесенных им страданий, требования разумности и справедливости, а также материальное положение гражданского ответчика.

На основании ст. 81 УПК РФ по вступлении приговора в законную силу вещественные доказательства: <данные изъяты>

Руководствуясь ст.ст. 296,304, 307-309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ и назначить наказание в виде лишения свободы сроком на 8 (восемь) лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Приговор Братского городского суда Иркутской области от 19 марта 2019 года исполнять самостоятельно.

Срок наказания ФИО1 исчислять с 21 июня 2019 года.

Зачесть в срок отбытого наказания время содержания ФИО1 под стражей в порядке меры пресечения с 10 февраля 2019 года по 20 июня 2019 года и с 21 июня 2019 года до вступления настоящего приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения подсудимому ФИО1 до вступления приговора в законную силу оставить прежней - в виде заключения под стражей. После вступления приговора в законную силу – отменить.

Вещественные доказательства: <данные изъяты>

Гражданский иск потерпевшей ЧДО о возмещении имущественного вреда, причиненного преступлением, в размере 97 748 рублей, с учетом уточненного размера возмещения имущественного вреда в судебном заседании в сумме 95 148 рублей, удовлетворить полностью, компенсации морального вреда в размере 300 000 рублей удовлетворить полностью. Взыскать с подсудимого ФИО1 в пользу потерпевшей ЧДО указанные суммы.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Иркутский областной суд через Братский городской суд в течение 10 суток со дня провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции.

Судья: Т.А. Лазарева

Приговор вступил в законную силу 8 июля 2019 года