Апелляционное определение № 33-746/2026 от 21 апреля 2026 г.

Судья Тишков Д.С. УИД 57RS0026-01-2025-002178-24

Дело № 33-746/2026; № 2-1970/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

22 апреля 2026 г. г. Орёл

Судебная коллегия по гражданским делам Орловского областного суда в составе:

председательствующего Хомяковой М.Е.,

судей Второвой Н.Н., Савченковой Н.Н.

при секретаре Волковой А.А.

в открытом судебном заседании рассмотрела гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о взыскании материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия,

по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Орловского районного суда <адрес> от <дата>, которым исковые требования удовлетворены частично.

Заслушав доклад судьи Хомяковой М.Е., объяснения лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2, ФИО3 о взыскании материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, указав в обоснование заявленных исковых требований, что <дата> в 13 час. 05 мин. по адресу: <адрес>, в районе <адрес>, произошло дорожно-транспортное происшествие с участием транспортного средства ГАЗ 3302, государственный регистрационный знак №, находившегося под управлением С.А.ОБ., и транспортного средства FIAT Ducato, государственный регистрационный знак №, принадлежащего ФИО1 В результате указанного дорожно-транспортного происшествия транспортному средству истца причинены механические повреждения.

Гражданская ответственность собственника транспортного средства ГАЗ 3302, государственный регистрационный знак № на момент дорожно-транспортного происшествия застрахована не была, в связи с чем у истца отсутствует возможность обратиться в страховую компанию с целью возмещения причиненных ему убытков.

Согласно заключению, подготовленному ИП ФИО8, стоимость восстановительного ремонта принадлежащего истцу транспортного средства без учета износа составляет <...>

С учетом того, что, по мнению стороны истца, ФИО2 на момент дорожно-транспортного происшествия осуществлял трудовую деятельность у ФИО3, истец после уточнения исковых требований окончательно просил суд взыскать с ФИО2 и ФИО3 в свою пользу сумму причиненного материального ущерба в размере <...>, судебные расходы на проведение досудебной экспертизы в размере <...>, судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере <...>, а также судебные расходы по оплате услуг представителя в размере <...>

Представитель ФИО1 по доверенности ФИО4 в судебном заседании иск поддержал в полном объеме, пояснив, что исковые требования истцом предъявлены к ФИО2 и ФИО3, тем не менее надлежащим ответчиком по делу является ФИО3, так как ФИО2 являлся работником ФИО3 и действовал в его интересах, выполняя поручение об осуществлении перевозок товаров.

В судебном заседании ФИО3 и его представитель ФИО5 возражали против удовлетворения исковых требований ФИО1, предъявленных к ФИО3, полагали, что ответственность за ущерб должен нести ФИО2, который управлял транспортным средством на основании договора аренды и являлся в момент дорожно-транспортного происшествия законным владельцем транспортного средства ГАЗ 3302, государственный регистрационный знак №.

ФИО2, не оспаривая свою виновность в совершении ДТП, полагал, что поскольку на момент дорожно-транспортного происшествия <дата> он осуществлял трудовую деятельность у ФИО3, то не может отвечать за ущерб.

Рассмотрев возникший спор, суд постановил обжалуемое решение.

ФИО2 не согласился с решением суда, в своей апелляционной жалобе просит его отменить.

Приводит доводы о том, что на момент ДТП не являлся законным владельцем транспортного средства, поскольку управлял автомобилем в рамках трудовых отношений.

Обращает внимание на то, что он устроился на работу к ФИО3, получал от него денежные средства, а также заработную плату, брать в аренду автомобиль или его приобретать у ФИО3 не имел ни намерения, ни финансовой возможности.

Указывает на то, что платежные документы, представленные в материалы дела о наличии удержаний за аренду автомобиля он не подписывал.

Ссылается на то, что ФИО3 официально занимается грузоперевозками и извлекает из этого выгоду.

Полагает, что суд необоснованно отдал приоритет отсутствию юридического оформления отношений, не выясняя при этом, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений несмотря на наличие договора аренды.

На основании ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствие неявившихся лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, не заявлявших ходатайства об отложении слушания дела.

Проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в пределах доводов апелляционной жалобы (ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), судебная коллегия находит решение подлежащим отмене по следующим основаниям.

Материалами дела подтверждается и не оспаривалось, что ФИО1 является собственником транспортного средства FIAT Ducato, государственный регистрационный знак <***>, ФИО3 на праве собственности принадлежит автомобиль ГАЗ 3302, государственный регистрационный знак №

<дата> в 13 час. 05 мин. по адресу: <адрес>, в районе <адрес>, произошло дорожно-транспортное происшествие, в результате которого ФИО2, управляя транспортным средством ГАЗ 3302, государственный регистрационный знак №, допустил наезд на стоящее транспортное средство FIAT Ducato, государственный регистрационный знак № которым ранее управлял ФИО10 В результате указанного дорожно-транспортного происшествия транспортному средству FIAT Ducato, государственный регистрационный знак №, причинены механические повреждения.

Виновным в совершении дорожно-транспортного происшествия признан ФИО2

Гражданская ответственность собственника транспортного средства ГАЗ 3302, государственный регистрационный знак №, на момент дорожно-транспортного происшествия застрахована не была.

В результате дорожно-транспортного происшествия автомобиль С.А.АБ. FIAT Ducato, государственный регистрационный знак №, получил механические повреждения, стоимость восстановительного ремонта которых по заключению от <дата> №/а, подготовленному ФИО6, без учета износа составляет <...>

Данное заключение сторонами не оспаривалось.

Согласно сведениям об участниках дорожно-транспортного происшествия транспортное средство ГАЗ 3302, государственный регистрационный знак <***>, принадлежит ФИО2

Также установлено, что <дата> между ФИО3 с одной стороны (арендатор) и ФИО2 с другой стороны (арендатор) заключен договор аренды транспортного средства, по условиям которого ФИО3 передал ФИО2 в аренду транспортное средство ГАЗ 3302, государственный регистрационный знак №, сроком на 24 месяца, размер арендной платы составляет <...> в месяц.

ФИО2 подлинность своей подписи в указанном договоре не оспаривал.

Из объяснения, данного ФИО2 сотрудникам полиции по факту произошедшего дорожно-транспортного происшествия, следует, что он является самозанятым.

Согласно сведениям, представленным по запросу суда УФНС России по Орловской области, ФИО2 являлся налогоплательщиком налога на профессиональный доход с <дата> по <дата>, с <дата> по <дата> Таким образом, на момент спорного дорожно-транспортного происшествия ФИО2 состоял на налоговом учете в качестве плательщика налога на профессиональный доход.

Из пояснений ФИО3, данных в судебном заседании, следует, что он не заключал трудовой договор с ФИО2, соответствующий приказ о приеме на работу не издавал. ФИО2 ФИО3 оказывались услуги по осуществлению перевозок товаров с использованием арендованного транспортного средства. Указанные услуги оплачивались ФИО2 ФИО3 по итогам календарного месяца, что следует из исследованных в судебном заседании ведомостей за <дата>. Из указанных ведомостей также следует, что с ФИО2 в пользу ФИО3 осуществлялось удержание денежных средств, в счет платы за аренду транспортного средства.

Разрешая спор по существу, суд первой инстанции пришел к выводу, что законным владельцем источника повышенной опасности автомобиля ГАЗ 3302, государственный регистрационный знак №, на момент совершения дорожно-транспортного происшествия являлся ФИО2, управлявший транспортным средством на основании договора аренды, в силу чего он несет ответственность за причиненный ФИО1 в результате дорожно-транспортного происшествия материальный ущерб.

Судебная коллегия не может согласиться с выводами суда первой инстанции по следующим основаниям.

На основании ст. 210 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

На основании п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии с п. 2 названной статьи лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Пунктом 2 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности.

Таким образом, по смыслу ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации ответственность за причиненный источником повышенной опасности вред несет его собственник, если не докажет, что право владения источником передано им иному лицу в установленном законом порядке.

При этом, указанной нормой Гражданского кодекса Российской Федерации установлен особый режим передачи собственником правомочия владения источником повышенной опасности (передача должна осуществляться на законном основании), при этом для передачи правомочия пользования достаточно по общему правилу только волеизъявления собственника (ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Предусмотренный ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации перечень законных оснований владения источником повышенной опасности и документов, их подтверждающих, не является исчерпывающим, в связи с чем любое из таких допустимых законом оснований требует соответствующего юридического оформления (заключение договора аренды автомобиля, выдача доверенности на право управления транспортным средством, внесение в страховой полис лица, допущенного к управлению транспортным средством, и т.п.).

В силу п. 1 ст. 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации, юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

Как разъяснено в п. 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни, здоровью гражданина», согласно ст. ст. 1068 и 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности.

Порядок признания отношений, связанных с использованием личного труда, которые были оформлены договором гражданско-правового характера, трудовыми отношениями регулируется ст. 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации. Признание отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями может осуществляться: лицом, использующим личный труд и являющимся заказчиком по указанному договору, на основании письменного заявления физического лица, являющегося исполнителем по указанному договору, и (или) не обжалованного в суд в установленном порядке предписания государственного инспектора труда об устранении нарушения ч. 2 ст. 15 Кодекса; судом в случае, если физическое лицо, являющееся исполнителем по данному договору, обратилось непосредственно в суд, или по материалам (документам), направленным государственной инспекцией труда, иными органами и лицами, обладающими необходимыми для этого полномочиями в соответствии с федеральными законами (ч. 1 ст. 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации).

В случае прекращения отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, признание этих отношений трудовыми отношениями осуществляется судом, физическое лицо, являвшееся исполнителем по указанному договору, вправе обратиться в суд за признанием этих отношений трудовыми отношениями в порядке и в сроки, которые предусмотрены для рассмотрения индивидуальных трудовых споров (ч. 2 ст. 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 3 ст. 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.

Если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии в порядке, установленном частями первой - третьей ст. 19.1, были признаны трудовыми отношениями, такие трудовые отношения между работником и работодателем считаются возникшими со дня фактического допущения физического лица, являющегося исполнителем по указанному договору, к исполнению предусмотренных указанным договором обязанностей (ч. 4 ст. 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации).

Из приведенных выше нормативных положений трудового законодательства следует, что к характерным признакам трудового правоотношения, возникшего на основании заключенного в письменной форме трудового договора, относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда; возмездный характер трудового отношения (оплата производится за труд).

Обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора, издание приказа (распоряжения) о приеме на работу) нормами Трудового кодекса Российской Федерации возлагается на работодателя.

Вместе с тем, само по себе отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем закон (ч. 3 ст. 16 Трудового кодекса Российской Федерации) относит также фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Таким образом, по смыслу приведенных правовых норм в их системном единстве, если работник, с которым не оформлен трудовой договор в письменной форме, приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным.

В п. 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» разъяснено, что в целях надлежащей защиты прав и законных интересов работника при разрешении споров по заявлениям работников, работающих у работодателей - физических лиц (являющихся индивидуальными предпринимателями и не являющихся индивидуальными предпринимателями) и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям, судам следует устанавливать наличие либо отсутствие трудовых отношений между ними.

При этом суды должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в ст. ст. 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации, был ли фактически осуществлен допуск работника к выполнению трудовой функции.

К характерным признакам трудовых отношений в соответствии со ст. ст. 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнение работником трудовой функции за плату.

О наличии трудовых отношений может свидетельствовать устойчивый и стабильный характер этих отношений, подчиненность и зависимость труда, выполнение работником работы только по определенной специальности, квалификации или должности, наличие дополнительных гарантий работнику, установленных законами, иными нормативными правовыми актами, регулирующими трудовые отношения.

К признакам существования трудового правоотношения также относятся, в частности, выполнение работником работы в соответствии с указаниями работодателя; интегрированность работника в организационную структуру работодателя; признание работодателем таких прав работника, как еженедельные выходные дни и ежегодный отпуск; оплата работодателем расходов, связанных с поездками работника в целях выполнения работы; осуществление периодических выплат работнику, которые являются для него единственным и (или) основным источником доходов; предоставление инструментов, материалов и механизмов работодателем (Рекомендация N 198 о трудовом правоотношении, принятая Генеральной конференцией Международной организации труда <дата>).

При разрешении споров работников, с которыми не оформлен трудовой договор в письменной форме, судам исходя из положений ст. ст. 2, 67 Трудового кодекса Российской Федерации необходимо иметь в виду, что, если такой работник приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель - физическое лицо (являющийся индивидуальным предпринимателем и не являющийся индивидуальным предпринимателем) и работодатель - субъект малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям (п. 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29мая2018 г. № 15).

Как следует из материалов дела, собственником транспортного средства ГАЗ 3302, государственный регистрационный знак № является ФИО3, имеющий статус индивидуального предпринимателя.

В своих объяснениях ФИО3 пояснял, что у него в собственности имеется несколько грузовых автомобилей, с использованием которых он занимается перевозкой грузов. Транспортное средство ГАЗ 3302, государственный регистрационный знак № ФИО3 было передано во владение и пользование ФИО2 на основании договора аренды транспортного средства от <дата> Автомобиль по акту приема-передачи не передавался.

Как следует из договора аренды, в нем указаны обязательства по разграничению ответственности арендодателя и арендатора. В соответствии с условиями договора аренды предусмотрена обязанность арендатора за свой счет страховать гражданскую ответственность перед третьими лицами и нести расходы на содержание арендованного автомобиля.

Из пояснений ответчика ФИО2 следует, что ему нужна была работа, он узнал о наличии вакансии экспедитора у ИП ФИО3, при трудоустройстве ему предложили заключить с ним договор аренды, никаких актов приема-передачи не составлялось, страховки на автомобиль не было, в его обязанности входило развозить товары по заданию ФИО3, заработная плата выплачивалось один раз в месяц, деньги выдавал в офисе бухгалтер, зарплата зависела от количества рейсов, их дальности, учет вел бухгалтер ФИО3, когда автомобиль ГАЗ 3302, государственный регистрационный знак № ломался, ему давали другой автомобиль, ремонтом автомобилей, которых у ФИО3 было несколько, занимался работник ФИО3, при трудоустройстве к ФИО3 у него не было намерения ни арендовать автомобиль, ни выкупать его, ему нужна была работа, договор аренды, по его мнению, нужен был только для закрепления конкретного автомобиля за ним. То что у него удерживали из заработной платы арендные платежи, не знал. При эксплуатации бензин оплачивался топливной картой, которую выдавал ФИО3, после работы автомобиль возвращался к месту стоянки и хранения автомобилей ФИО3

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО11 показал, что он также трудоустраивался к ФИО3 и ему было предложено заключить договора аренды, во время работы выполнял заказы А.А.МБ., проработал у ФИО3 всего несколько месяцев, потом ушел, так как не устроила заработная плата и большая ответственность, а страховка на автомобиль не оформлялась, зарплату получал в офисе А.А.МБ. у бухгалтера.

Из объяснений ФИО3 и представленных в материалы дела скриншотов переписки усматривается, что после совершения дорожно-транспортного происшествия, ФИО3 вел переговоры с потерпевшей стороной относительно ремонта принадлежащего ФИО1 автомобиля.

Кроме того, из материалов дела видно, что ФИО2 передает ФИО3 показания спидометра, отражающие пробег ТС, в конце дня сдает сводную ведомость по выполненным заказам, предупреждает о своем состоянии здоровья и невозможности выйти на работу, выясняет какие заказы, ему будет поручено выполнить.

Из представленных в материалы дела платежных документов следует, что ФИО3 вел учет количества рейсов и их стоимость, начисленных и удержанных суммах, в том числе указано на удержание арендных платежей в размере <...>, однако, данные документы подписаны только А.А.МВ.

В то же время в ежемесячных ведомостях на получение денежных средств, подписанных ФИО2, не видно, что у него удерживаются арендные платежи за автомобиль.

Изложенное свидетельствует о том, что водитель ФИО2 в момент дорожно-транспортного происшествия не являлся владельцем источника повышенной опасности по смыслу ст.1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, так как осуществлял деятельность по перевозке грузов не по своему усмотрению, а по заданию, в интересах ФИО3 и под его контролем.

Данные обстоятельства судом первой инстанции не были учтены в полной мере и не получили надлежащей оценки.

Поскольку при разрешении спора установлено и опровергнуто не было, что ФИО2, управлявший в момент дорожно-транспортного происшествия автомобилем транспортное средство ГАЗ 3302, государственный регистрационный знак №, фактически состоял в трудовых отношениях с владельцем этого транспортного средства ИП ФИО3, и не установлено обстоятельств, свидетельствующих о том, что в момент дорожно-транспортного происшествия транспортное средство передавалось С.А.ОВ. для использования в его личных целях или он завладел транспортным средством противоправно, то судебная коллегия приходит к выводу о том, что ФИО3, как работодатель ФИО2 и собственник транспортного средства, должен возместить причиненный истцу материальный ущерб в размере <...>

То обстоятельство, что ФИО2 был зарегистрирован в качестве «самозанятого» не опровергает факт трудовых отношений между С.А.ОГ. и ФИО3 и не свидетельствует о том, что С.А.ОД. управляя спорным автомобилем, действовал в своих интересах.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия находит, что при рассмотрении настоящего дела допущены нарушения норм материального права в связи с чем, решение суда подлежит отмене с вынесением нового решения о частичном удовлетворении иска и взыскании материального ущерба в размере <...> с ответчика ФИО3, тогда как к ответчику ФИО2 в иске надлежит отказать.

Кроме того, в соответствии со ст. ст. 98, 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ФИО3 подлежат взысканию также расходы по оплате услуг эксперта в размере <...>, расходы по оплате государственной пошлины в размере <...>, а также расходы по оплате услуг представителя в размере <...>

Руководствуясь ст. ст. 327.1, 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

апелляционную жалобу ФИО1 удовлетворить.

Решение Орловского районного суда Орловской области от <дата> отменить.

Постановить по делу новое решение, которым исковые требования ФИО1 к ФИО3 о взыскании материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3 (паспорт гражданина РФ серии №, выдан УМВД России по Орловской области <дата>), в пользу ФИО1 (паспорт гражданина РФ серии № №, выдан Заводским РОВД г. Орла <дата>), материальный ущерб в размере <...>, расходы по оплате услуг эксперта в размере <...>, расходы по оплате государственной пошлины в размере <...>, расходы по оплате услуг представителя в размере <...>

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 оставить без удовлетворения.

Мотивированный текст апелляционного определения изготовлен <дата>

Председательствующий

Судьи