Апелляционное постановление № 22-358/2025 от 3 июля 2025 г.

Судья первой инстанции ФИО2 дело №


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Майкоп 04 июля 2025 года

Верховный Суд Республики Адыгея в составе:

председательствующего – судьи Панеш Х.Е.,

при секретаре судебного заседания Ордоковой Д.А.,

с участием прокурора Казаковой К.Б.,

осужденного ФИО3, его защитника – адвоката Абреджа М.С.,

потерпевшей Потерпевший №1, ее представителя – адвоката Карпенко М.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционным жалобам представителя потерпевшей Потерпевший №1 – адвоката Карпенко М.А., защитника осужденного ФИО3 – адвоката Абреджа М.С. на приговор Тахтамукайского районного суда Республики Адыгея от 26.03.2025, которым

ФИО3, <данные изъяты>, не судимый,

- признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 109 УК РФ, и назначено ему наказание в виде ограничения свободы сроком на 1 год 6 месяцев.

В соответствии со ст. 53 УК РФ постановлено установить ФИО3 на период ограничения свободы следующие ограничения: не уходить из места постоянного проживания (пребывания) в период времени с 22 часов 00 минут до 06 часов 00 минут следующих суток; не менять постоянного места жительства по адресу: <адрес>; не выезжать за пределы территории муниципального образования МО «<адрес>» без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы; являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием наказания в виде ограничения свободы, один раз в месяц для регистрации.

Мера пресечения ФИО3 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу.

Разъяснено ФИО3, что в соответствии с требованиями ч. 5 ст. 53 УК РФ в случае злостного уклонения осужденного от отбывания ограничения свободы, назначенного в качестве основного вида наказания, суд по представлению специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, может заменить неотбытую часть наказания принудительными работами или лишением свободы из расчета один день принудительных работ за два дня ограничения свободы или один день лишения свободы за два дня ограничения свободы.

Гражданский иск удовлетворен частично.

Постановлено взыскать с ФИО3 в пользу Потерпевший №1 сумму морального вреда, причиненного преступлением, в размере <данные изъяты>, сумму материального ущерба в размере <данные изъяты>.

Постановлено взыскать за счет средств федерального бюджета в пользу Потерпевший №1 издержки, связанные с возмещением потерпевшей расходов по выплате вознаграждения представителю, в размере <данные изъяты>.

Взыскать с ФИО3 в пользу федерального бюджета издержки, связанные с возмещением потерпевшей Потерпевший №1 расходов по выплате вознаграждения представителю, в размере <данные изъяты>.

Приговором решена судьба вещественных доказательств.

Доложив обстоятельства дела, содержание приговора суда, доводы апелляционных жалоб, выслушав объяснения осужденного ФИО3 и его защитника – адвоката Абреджа М.С., поддержавших доводы своей апелляционной жалобы, просивших приговор Тахтамукайского районного суда Республики Адыгея от 26.03.2025 изменить, назначить наказание в виде исправительных работ или штрафа, и уменьшить сумму морального вреда, а также возражавших против удовлетворения апелляционной жалобы представителя потерпевшей, объяснения потерпевшей Потерпевший №1 и ее представителя – адвоката Карпенко М.А., поддержавших доводы своей апелляционной жалобы, просивших приговор суда отменить, вернуть уголовное дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции, а также возражавших против удовлетворения апелляционной жалобы защитника осужденного, мнение прокурора Казаковой К.Б., возражавшей против удовлетворения апелляционных жалоб и просившей приговор Тахтамукайского районного суда Республики Адыгея от 26.03.2025 оставить без изменения, полагая его законным и обоснованным, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

Согласно приговору суда ФИО3 совершил причинение смерти по неосторожности.

Преступление совершено им при следующих обстоятельствах.

ФИО3 09.10.2024 в 21 час 46 минут, находясь около коммерческого здания, расположенного по адресу: <адрес> в результате конфликта с ФИО22 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, возникшего на почве личных неприязненных отношений, действуя умышленно, желая причинить физическую боль последнему, проявляя преступную небрежность по отношению к наступлению общественно опасных последствий в виде смерти указанного лица, то есть не предвидя ее наступления, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог ее предвидеть, нанес один удар кулаком правой руки в левую глазничную область ФИО22 от данного удара у последнего образовалось повреждение в виде кровоподтека левой глазничной области, которое не влечет за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности и поэтому расценивается как повреждение, не причинившее вред здоровью человека.

При этом, в результате данного удара, нанесенного ФИО3 в левую глазничную область, ФИО22 находясь в указанном месте в указанное время, упал на спину и ударился затылочной областью о твердую поверхность бетонно – плиточного покрытия тротуара, в результате чего получил повреждение в виде закрытой черепно – мозговой травмы головы: ссадина затылочной области, кровоизлияние в затылочной области и левой половины лица, субдуральное кровоизлияние справа, субарахноидальное кровоизлияние в правом полушарии и мозжечке, очаг деструкции в правой лобной доле. Данное повреждение причинило ФИО22. тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, так как по своему характеру непосредственно создает угрозу для жизни и состоит в прямой причинной связи со смертью ФИО22 который от вышеописанного повреждения скончался 13.10.2024 в 08 часов 20 минут, находясь в ГБУЗ «НИИ – ККБ № 1» МЗ КК, расположенном по адресу: <адрес>.

ФИО3 в судебном заседании вину в совершении инкриминируемого преступления признал полностью, в содеянном раскаялся.

В апелляционной жалобе представитель потерпевшей Потерпевший №1 – адвокат Карпенко М.А. ставит вопрос об отмене приговора Тахтамукайского районного суда Республики Адыгея от 26.03.2025, как незаконного и необоснованного, в связи с неправильной квалификацией действий осужденного ФИО3

Считает, что действия ФИО3 должны быть квалифицированы по ч. 4 ст. 111 УК РФ., о чем заявлялось в ходе судебного разбирательства, а также заявлялось ходатайство о возвращении уголовного дела прокурору, однако, доводы не были приняты во внимание судом первой инстанции, а ходатайство отклонено.

Ссылаясь на выводы проведенных судебных медицинских экспертиз, согласно которым смерть потерпевшего ФИО22 наступила в результате закрытой черепно-мозговой травмы, потерпевшая Потерпевший №1 полагает, что наличие очагов повреждений головы ФИО22 сзади, слева и справа, при наличии показаний ФИО3 об имевшем место исключительно одном ударе справа в нижнюю челюсть погибшему ставит под сомнение правдивость его слов и одновременно полноту и всесторонность проведенных медицинских исследований.

Также отмечает, что судом первой инстанции при вынесении приговора не учтен тот факт, что в ходе проведенного расследования не определен механизм причинения телесных повреждений погибшему и механизм развития этих повреждений в динамике; комплексная судебно-медицинская экспертиза на стадии предварительного следствия не проводилась, а судом первой инстанции не принято во внимание ее отсутствие в материалах дела.

Обращает внимание на то, что, несмотря на наличие исходных данных о продолжении осужденным преступных действий в отношении ФИО22 после его падения и ударения о твердую поверхность, вопрос влияния дополнительных ударов в голову ФИО22 после его падения следователем не выяснялся и также не был разрешен судом первой инстанции в ходе рассмотрения уголовного дела.

По мнению потерпевшей Потерпевший №1, ФИО3 действовал умышленно и злонамеренно, нанося неоднократные удары кулаком в голову погибшего ФИО22, несмотря на отсутствие сопротивления со стороны последнего.

Также ссылается на то, что в судебном заседании исследована видеозапись, представленная стороной потерпевшей Потерпевший №1, на которой четко видно, что после нанесения неоднократных ударов в голову потерпевшему ФИО22 подсудимым ФИО3, неоднократные удары также наносились неустановленным лицом. Однако, суд первой инстанции не дал оценки установленным по видеозаписи фактам, ограничившись исключительно выводом о своем несогласии с доводами представителя потерпевшей о том, что, помимо удара ФИО3, имеются удары со стороны других лиц.

Кроме того, указывает, что судом первой инстанции была значительно уменьшена сумма компенсации морального вреда, заявленная потерпевшей, а именно, вместо <данные изъяты> суд взыскал с ФИО3 в пользу Потерпевший №1 <данные изъяты>, с чем потерпевшая категорически не согласна. Полагает, что, разрешая гражданский иск Потерпевший №1 к ФИО3, суд первой инстанции должен был руководствоваться положениями ст. ст. 151, 1099, 1100, 1101 ГК РФ и удовлетворить исковые требования потерпевшей о компенсации морального вреда, причиненного фактически убийством близкого человека, поскольку не подлежит сомнению, что в результате совершенного ФИО3 преступления Потерпевший №1 причинен моральный вред, она испытывает тяжелые нравственные страдания в связи с невосполнимой утратой родного близкого человека.

Просит отменить приговор Тахтамукайского районного суда Республики Адыгея в отношении ФИО3 и вернуть уголовное дело на новое рассмотрение судом первой инстанции, в ином составе суда, со стадии подготовки к судебному заседанию.

В апелляционной жалобе защитник осужденного ФИО3 – адвокат Абредж М.С., не оспаривая виновность и квалификацию действий осужденного, просит приговор Тахтамукайского районного суда Республики Адыгея от 26.03.2025 изменить, как несправедливый вследствие чрезмерной суровости назначенного ФИО3 наказания.

Сторона защиты не оспаривает доказательства по делу, так как ФИО3 вину в инкриминируемом ему деянии признает полностью, однако считает, что наказание в виде ограничения свободы является чрезмерно суровым, так как лишает его возможности содержать семью, а также возможности компенсации морального вреда потерпевшей, поскольку его деятельность связана с выездами за пределы Республики Адыгея.

Отмечает, что судом первой инстанции признаны обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО3: наличие на иждивении малолетнего ребенка, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, признание вины, раскаяние в содеянном, принесение извинений в судебном заседании потерпевшей, наличие на иждивении несовершеннолетнего ребенка, положительные характеристики по месту жительства; обстоятельств, отягчающих наказание ФИО3, суд не установил. По мнению стороны защиты, с учетом того, что ФИО3 совершил преступление небольшой тяжести и, исходя из совокупности всех обстоятельств, учитываемых при назначении наказания, в том числе характера и степени общественной опасности совершенного преступления по неосторожности, личности осужденного, необходимо признать совокупность установленных смягчающих обстоятельств исключительными, существенно уменьшающими степень общественной опасности преступления, дающими основания для применения правил ст. 64 УК РФ в части назначения более мягкого наказания в отношении ФИО3 в виде исправительных работ или штрафа.

Кроме того, сторона защиты не согласна с решением о взыскании морального вреда в пользу ФИО24 денежной суммы в размере <данные изъяты>, так как ФИО3 осужден за совершение преступления небольшой степени тяжести, умысла на причинение тяжкого вреда здоровью ФИО22 у него не было. Отмечает, что ФИО1 пытался возместить ущерб потерпевшей, но последняя отказалась от предложенной им компенсации вреда.

Обращает внимание на то, что в исковом заявлении в обоснование размера морального вреда указывалось на проведение потерпевшей регулярных медицинских обследований, посещение врачей узких специализаций, однако считает, что истцом не представлено ни одного медицинского документа, указывающего на причинную связь между заболеваниями потерпевшей и смертью ФИО22, отсутствуют какие-либо медицинские документы о наличии психотравмирующей ситуации у потерпевшей. Данные обстоятельства были изложены стороной защиты в суде первой инстанции, однако при вынесении приговора суд их не учел.

Считает, что суд первой инстанции немотивированно вынес решение о взыскании с ФИО3 денежных средств в сумме <данные изъяты>, с которым сторона защиты не согласна, так как фактические обстоятельства говорят о том, что истец Потерпевший №1 с погибшим ФИО22 не проживала, последний жил с сожительницей в <адрес>, в то время как истец ФИО24, не являясь близкой родственницей, проживает в <адрес>

Просит приговор Тахтамукайского районного суда Республики Адыгея от 26.03.2025 в отношении ФИО3 изменить, назначив ему наказание в виде исправительных работ либо штрафа, а также уменьшить сумму компенсации морального вреда, причиненного преступлением, взысканную с ФИО3 в пользу Потерпевший №1, до <данные изъяты>.

В суде апелляционной инстанции осужденный ФИО3 и его защитник – адвокат Абредж М.С. поддержали доводы своей апелляционной жалобы. Просили приговор Тахтамукайского районного суда Республики Адыгея от 26.03.2025 изменить, применить положения ст. 64 УК РФ и назначить ФИО3 наказание в виде исправительных работ либо штрафа, а также уменьшить сумму компенсации морального вреда. Возражали против удовлетворения апелляционной жалобы представителя потерпевшей Потерпевший №1 – адвоката Карпенко М.А.

Потерпевшая Потерпевший №1 и ее представитель – адвокат Карпенко М.А. поддержали доводы своей апелляционной жалобы. Просили приговор Тахтамукайского районного суда Республики Адыгея от 26.03.2025 в отношении ФИО3 отменить в связи с неправильной квалификацией действий осужденного, а также уменьшения судом заявленной ими суммы компенсации морального вреда, и вернуть уголовное дело на новое рассмотрение судом первой инстанции, в ином составе суда, со стадии подготовки к судебному заседанию. Возражали против удовлетворения апелляционной жалобы защитника осужденного ФИО3 – адвоката Абреджа М.С.

Прокурор Казакова К.Б. возражала против удовлетворения апелляционных жалоб. Полагала приговор Тахтамукайского районного суда Республики Адыгея от 26.03.2025 в отношении ФИО3 законным и обоснованным, просила оставить его без изменения.

Проверив материалы уголовного дела, доводы апелляционных жалоб, выслушав мнение сторон, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В соответствии со ст. 389.9 УПК РФ суд апелляционной инстанции проверяет по апелляционным жалобам и представлениям законность, обоснованность и справедливость приговора, законность и обоснованность иного решения суда первой инстанции.

Согласно ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым. Таковым он признается, если постановлен в соответствии с требованиями УПК и основан на правильном применении уголовного закона.

Требования, предъявляемые к составлению приговора главой 39 УПК РФ, судом первой инстанции при рассмотрении уголовного дела были соблюдены.

Выводы суда о виновности ФИО3 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 109 УК РФ, основаны на доказательствах, всесторонне и полно исследованных в судебном заседании и получивших надлежащую оценку в приговоре.

Как следует из материалов уголовного дела, судебное разбирательство проведено судом в соответствии с требованиями уголовно – процессуального закона. Судом были соблюдены права участников процесса, обеспечено равенство прав сторон, созданы все необходимые условия для всестороннего и полного исследования обстоятельств дела.

Непосредственно в судебном заседании суд первой инстанции, в соответствии с требованиями ст. 240 УПК РФ, исследовал все доказательства по делу, проверил их в установленном ст. 87 УПК РФ порядке, и в соответствии с положениями ст. 88 УПК РФ оценил с точки зрения относимости, допустимости, достоверности и достаточности для разрешения уголовного дела.

Из протокола судебного заседания следует, что все ходатайства, заявленные сторонами, судом разрешены в соответствии с требованиями уголовно – процессуального закона, по ним приняты мотивированные решения, обоснованность которых сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывает.

Выводы суда о виновности ФИО3 в причинении смерти по неосторожности полностью соответствуют фактическим обстоятельствам дела, подтверждаются совокупностью доказательств, исследованных судом первой инстанции и приведенных в приговоре, а именно: признательными показаниями самого ФИО3 об обстоятельствах совершения им преступления, показаниями потерпевшей Потерпевший №1, свидетелей Свидетель №1, Свидетель №4, Свидетель №2, ФИО28, Свидетель №6, Свидетель №3, эксперта ФИО30, а также письменными доказательствами: протоколом осмотра места происшествия от 19.11.2024, протоколом осмотра предметов от 21.11.2024, протоколом осмотра предметов от 27.11.2024, заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ.

Доводы апелляционной жалобы представителя потерпевшей Потерпевший №1 – адвоката Карпенко М.А. о квалификации действий ФИО3 по ч. 4 ст. 111 УК РФ являлись предметом рассмотрения суда первой инстанции и были обоснованно отклонены.

Так, согласно подробно приведенным в приговоре показаниям как самого осужденного, так и свидетелей Свидетель №1, Свидетель №4, Свидетель №2, ФИО28, Свидетель №6 – очевидцев произошедшего, ФИО3 нанес один удар кулаком правой руки в лицо ФИО22, в результате которого последний упал на спину и затылочной областью о твердую поверхность бетонно – плиточного покрытия тротуара.

Согласно заключениям судебно – медицинских экспертиз № от ДД.ММ.ГГГГ (трупа ФИО22), № от ДД.ММ.ГГГГ (по материалам уголовного дела №), а также показаниям эксперта ФИО30, допрошенного в судебном заседании, смерть ФИО22 наступила в результате закрытой черепно – мозговой травмы: кровоподтек левой глазничной области, ссадина затылочной области, кровоизлияние в затылочной области и левой половины лица, субдуральное кровоизлияние справа, субарахноидальное кровоизлияние в правом полушарии и мозжечке, очаг деструкции в правой лобной доле, осложнившейся отеком, дислокацией и вклинением структур головного мозга, линия вдавления на мозжечке, отек спинного мозга, очаги геморрагий, отёка и эмфиземы легких, фрагментация кардиомиоцитов, нарушение гемодинамики миокарда, полнокровие, паренхиматозная дистрофия органов. Данное повреждение образовалось от действия тупого твердого предмета (предметов), не исключено образование в результате падения и соударения с твердой поверхностью в срок, указанный в представленной медицинской документации, причинило тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, так как по своему характеру непосредственно создает угрозу для жизни и состоят в прямой причинной связи с причиной смерти. Образование повреждения в виде закрытой черепно – мозговой травмы не исключено от удара рукой в левую глазничную область с последующим падением и соударением затылочной областью о твердую поверхность с неограниченной площадью не исключено.

Доводы апелляционной жалобы представителя потерпевшей, ставящие под сомнение выводы заключений проведенных экспертиз, суд апелляционной инстанции находит несостоятельными.

Так, заключения судебно – медицинских экспертиз, положенные в основу приговора, полностью отвечают требованиям ст. 204 УПК РФ и Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», являются достаточно ясными и полными, содержат подробные описания произведенных исследований, сделанные в результате их выводы и научно обоснованные ответы на поставленные вопросы.

Оснований сомневаться в правильности выводов, изложенных в экспертных заключениях, исследованных в судебном заседании, у суда первой инстанции не имелось, так как они соответствуют требованиям закона, выполнены уполномоченным, квалифицированным лицом, имеющим большой стаж работы в области экспертной деятельности, предупрежденным об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения эксперта.

Кроме того, из материалов дела следует, что 18.11.2024 после ознакомления потерпевшей Потерпевший №1 и ее представителя – адвоката Сиротина Н.В. с заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ от них поступило заявление о назначении судебно – медицинской экспертизы, так как считали, что доследственное исследование проведено не в полном объеме (т. 1 л.д. 75-76), которое было удовлетворено.

ДД.ММ.ГГГГ от представителя потерпевшей Потерпевший №1 – адвоката Карпенко М.А. поступило ходатайство о проведении судебно – медицинской экспертизы с перечнем вопросов, необходимых поставить на разрешение перед экспертом, которое было удовлетворено (т. 1 л.д. 95-97).

Постановлением следователя от 21.11.2024 было назначено проведение дополнительной судебно – медицинской экспертизы, производство которой поручено экспертам ГБУЗ «Бюро СМЭ» Министерства здравоохранения Краснодарского края (т. 1 л.д.107-109).

Согласно протоколу ознакомления потерпевшей Потерпевший №1 и ее представителя – адвоката с постановлением о назначении дополнительной судебно – медицинской экспертизы от 21.11.2024, им были разъяснены права, предусмотренные п.п. 5, 9, 11 ч. 2 ст. 42 и ст. 198 УПК РФ, в том числе ходатайствовать о внесении в постановление о назначении судебной экспертизы дополнительных вопросов эксперту, однако никаких заявлений и ходатайств от них не поступило (т. 1 л.д. 111-112).

Кроме того, эксперт ФИО30, допрошенный в судебном заседании, выводы заключения судебно – медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ поддержал в полном объеме и пояснил, что причиной наступления смерти потерпевшего ФИО22 явилось осложнение в связи с закрытой черепно – мозговой травмой, которая могла образоваться при контакте с тупым твердым предметом; данные повреждения образуются при придании ускорения. У потерпевшего также имелись травмы в области лица, а именно: в скуловой области под кожей кровоизлияние мягких тканей, которое могло образоваться также от воздействия тупым предметом, но в результате однократного удара указанная травма не могла образоваться так как имеет иной характер. У ФИО4 имелись также ссадина на затылке. Причинно-следственной связью явились осложнения ввиду закрытой черепно-мозговой травмы. Отдельно имеющиеся повреждение верхней глазничной области не могло стать причиной смерти, так как это комплекс повреждений.

Таким образом, судом первой инстанции достоверно установлено, что осужденный и потерпевший ранее не были знакомы, нанесению одного удара в лицо потерпевшему предшествовал возникший между ними конфликт; ФИО3 после нанесения удара в область лица потерпевшего и падения последнего каких-либо действий, направленных на причинение ему дополнительных телесных повреждений, не совершал, угроз причинить такой вред не высказывал, а удар в лицо был нанесен кулаком без применения каких-либо предметов. В ходе судебного заседания ФИО3 также подтвердил, что умысла на причинение тяжких телесных повреждений, либо смерти потерпевшему он не имел, что не противоречит показаниям свидетелей – очевидцев произошедшего.

Судом первой инстанции сделан правильный вывод о том, что показания свидетелей в совокупности с иными доказательствами, исследованными в судебном заседании, не содержат убедительных данных, свидетельствующих о том, что ФИО3 совершались целенаправленные действия, результатом которых являлось бы причинение потерпевшему тяжкого вреда здоровью, вследствие нанесения удара кулаком в область лица ФИО22, падения последнего с высоты собственного роста и удара головой о твердую поверхность, то есть наличие у осужденного умысла на причинение потерпевшему тяжкого вреда здоровью не нашло своего подтверждения.

По мнению суда апелляционной инстанции, в действиях ФИО3 суд первой инстанции обоснованно усмотрел наличие неосторожной формы вины в виде небрежности к последствиям своих действий – в виде падения и смерти потерпевшего, поскольку нанося удар потерпевшему ФИО22 ФИО3 не предвидел возможности наступления его смерти в результате закрытой черепно – мозговой травмы, полученной им после падения и удара затылочной областью о твердую поверхность, но при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог это предвидеть.

При этом суд первой инстанции руководствовался положениями, изложенными в ч. 3 ст. 14 УПК РФ.

Изложенные в апелляционной жалобе представителя потерпевшей Потерпевший №1 – адвоката Карпенко М.А. доводы по существу сводятся к переоценке доказательств, которые судом первой инстанции исследованы и оценены по внутреннему убеждению, как это предусмотрено ст. 17 УПК РФ. Само по себе несогласие потерпевшей с оценкой судом первой инстанции доказательств, не влияет на правильность выводов суда о виновности ФИО3 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 109 УК РФ, и, как следствие, не свидетельствует об односторонней оценке доказательств.

Правильно установив фактические обстоятельства по делу, суд первой инстанции дал надлежащую юридическую оценку действиям ФИО3 и обоснованно квалифицировав их по ч. 1 ст. 109 УК РФ, как причинение смерти по неосторожности, с чем соглашается суд апелляционной инстанции.

При назначении наказания ФИО3, исходя из положений ч. 3 ст. 60 УК РФ, суд учел характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, относящегося к категории преступлений небольшой тяжести, данные о личности виновного, совокупность смягчающих наказание обстоятельств, влияние назначенного наказания на исправление подсудимого, состояние здоровья, а также на условия жизни его семьи.

Смягчающими наказание ФИО3 обстоятельствами судом первой инстанции признаны: в соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ – наличие на иждивении малолетнего ребенка; в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ – активное способствование раскрытию и расследованию преступления; в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ судом учтены: полное признание вины и раскаяние в содеянном, принесение извинений потерпевшей в судебном заседании, положительная характеристика по месту жительства, наличие на иждивении несовершеннолетнего ребенка.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО3, предусмотренных ч. 1 ст. 63 УК РФ, судом не установлено.

Все имеющиеся по делу смягчающие наказание обстоятельства были признаны судом первой инстанции таковыми и в полной мере учтены при назначении ФИО3 наказания.

Суд первой инстанции, с учетом данных о личности ФИО3, принимая во внимание обстоятельства совершенного преступления, обстоятельства, смягчающие наказание, отсутствие отягчающих обстоятельств, исходя из целей наказания и принципа его справедливости, пришел к обоснованному выводу о необходимости назначения ФИО3 наказания в виде ограничения свободы, с установлением ограничений, предусмотренных ч. 1 ст. 53 УК РФ.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции об отсутствии исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами совершенного преступления, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, и также не находит оснований для применения положений ст. 64 УК РФ.

По мнению суда апелляционной инстанции, назначенное ФИО3 наказание по ч. 1 ст. 109 УК РФ в виде 1 года 6 месяцев ограничения свободы является справедливым, по своему виду и размеру соответствует требованиям уголовного закона и оснований для его смягчения не имеется.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о необходимости изменения приговора в части размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ФИО3 в пользу потерпевшей Потерпевший №1

По смыслу закона, при разрешении вопроса о компенсации морального вреда, исходя из положений ст.ст. 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Суд первой инстанции, разрешая вопрос по гражданскому иску, пришел к выводу о его частичном удовлетворении, указав, что потерпевшей Потерпевший №1 в связи со смертью ее племянника причинен моральный вред, она понесла нравственные страдания, обусловленные потерей родного человека, связанной с этим неизгладимой болью и переживаниями.

Однако, суд апелляционной инстанции полагает, что положения закона об обязательном учете требований разумности и справедливости при определении размера такого вреда судом первой инстанции учтены не в полной мере. Так, судом не было учтено, что смерть потерпевшему ФИО22 причинена ФИО3 по неосторожности, осужденный официально не трудоустроен, на его иждивении находятся двое детей, однако указанные обстоятельства не получили какой – либо оценки в приговоре при определении размера компенсации морального вреда.

Указанные обстоятельства, по мнению суда апелляционной инстанции, свидетельствуют о необходимости уменьшения размера компенсации морального вреда, взысканного с осужденного ФИО3 в пользу потерпевшей Потерпевший №1 с <данные изъяты> рублей до <данные изъяты> рублей.

Кроме того, суд первой инстанции, обоснованно приняв решение о возмещении расходов на погребение, ошибочно взыскал с ФИО3 в пользу Потерпевший №1 <данные изъяты>, тогда как согласно представленным чекам об оплате сумма составляет <данные изъяты>, в связи с чем в приговор также необходимо внести соответствующие изменения.

Помимо этого, потерпевшая Потерпевший №1 в исковом заявлении о возмещении материального и морального вреда, причиненного преступлением, просила взыскать, в том числе, в возмещение судебных расходов на представителя – адвоката Карпенко М.А., <данные изъяты>, приложив в подтверждение копию квитанции на вышеуказанную сумму, однако суд первой инстанции принял решение о взыскании в пользу потерпевшей расходов по выплате вознаграждения представителю в размере <данные изъяты>.

Вместе с тем, согласно правовой позиции, изложенной в п. 34 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 июня 2010 года № 17 «О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве», потерпевшему обеспечивается возмещение расходов, понесенных в связи с его участием в ходе предварительного расследования и в суде, включая расходы на представителя, согласно требованиям п. 1.1 ч. 2 ст. 131 УПК РФ потерпевшему подлежат возмещению необходимые и оправданные расходы, связанные с выплатой вознаграждения представителю потерпевшего, которые должны быть подтверждены соответствующими документами.

Таким образом, суд апелляционной инстанции полагает, что с учетом времени, затраченного Карпенко М.А. на участие в качестве представителя потерпевшей Потерпевший №1 связанных с представительством ее интересов на досудебной стадии, судебного разбирательства в суде первой инстанции, в суде апелляционной инстанции и при составлении соответствующих процессуальных документов, а также на осуществление других действий по оказанию потерпевшей квалифицированной юридической помощи, указанные в заявлении потерпевшей расходы и связанные с выплатой ею вознаграждения представителю, являлись оправданными и подтверждены соответствующим документом, в связи с чем подлежат возмещению в полном объеме, за счет средств федерального бюджета, со взысканием с осужденного ФИО3 в доход федерального бюджета процессуальных издержек, связанных с выплатой вознаграждения представителю потерпевшей, в размере <данные изъяты>.

При изложенных обстоятельствах, с учетом того, что приложенная к заявлению потерпевшей Потерпевший №1 квитанция оформлена надлежащим образом и подтверждает расходы потерпевшей на представителя, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что требования потерпевшей в этой части подлежали удовлетворению в полном объеме в размере <данные изъяты>.

Кроме того, необходимо внести изменения в резолютивную часть приговора, указав реквизиты потерпевшей для перечисления расходов на представителя.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.13, п. 9 ч. 1 ст. 389.20, ст.ст. 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Тахтамукайского районного суда Республики Адыгея от 26 марта 2025 года в отношении ФИО3 – изменить.

Указать в описательно – мотивировочной и резолютивной частях приговора о взыскании с ФИО3 в пользу Потерпевший №1 суммы материального ущерба в размере <данные изъяты> рублей вместо <данные изъяты>.

Снизить размер суммы, взысканной с ФИО3 в пользу Потерпевший №1 в счет компенсации морального вреда, до <данные изъяты>.

Увеличить сумму издержек, взысканных за счет средств федерального бюджета в пользу Потерпевший №1, связанных с возмещением потерпевшей расходов по выплате вознаграждения представителю, до <данные изъяты>.

Управлению Судебного департамента в Республике Адыгея произвести выплату процессуальных издержек потерпевшей Потерпевший №1, связанных с оплатой услуг представителя – адвоката Карпенко А.М., в сумме <данные изъяты>, за счет средств федерального бюджета, перечислив их по следующим реквизитам:

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Взыскать с осужденного ФИО3 в пользу федерального бюджета процессуальные издержки в размере выплаченной потерпевшей Потерпевший №1 суммы в размере <данные изъяты>.

В остальном приговор оставить без изменения, а апелляционные жалобы защитника осужденного ФИО3 – адвоката Абреджа М.С. и представителя потерпевшей Потерпевший №1 – адвоката Карпенко М.А. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление и приговор вступают в законную силу с момента провозглашения апелляционного постановления и могут быть обжалованы в течение 6 месяцев в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ. В случае подачи кассационной жалобы, представления, осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий по делу,

Судья Верховного Суда

Республики Адыгея Х.Е. Панеш