Приговор № 22-1431/2023 от 12 апреля 2023 г.

Судья Репникова О.А. Дело № 22-1431/2023

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ
ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

г. Барнаул 13 апреля 2023 года

Суд апелляционной инстанции Алтайского краевого суда в составе:

председательствующего судьи Бусаргиной Г.Л.

судей Маликова А.И., Ведищевой Л.А.

при секретаре (помощнике судьи) Янушкевиче А.В.

с участием прокурора Банщиковой О.В., адвоката Чередниченко И.Н.

рассмотрел в открытом судебном заседании

уголовное дело по апелляционному представлению прокурора Усть-Пристанского района Алтайского края Сафронова Р.А.

на приговор Усть-Пристанского районного суда Алтайского края от 9 февраля 2023 года, которым

ФИО1, ДД.ММ.ГГ года рождения, уроженец <адрес>, ранее не судимый,

- осужден по ч.1 ст. 109 УК РФ к 1 году исправительных работ, с ежемесячным удержанием из заработной платы 15 % в доход государства.

Разрешены вопросы о мере пресечения, судьбе вещественных доказательств, процессуальных издержках.

Заслушав доклад судьи Бусаргиной Г.Л., выслушав мнения участников процесса, суд апелляционной инстанции

У С Т А Н О В И Л:

приговором суда ФИО1 признан виновным в причинении по неосторожности смерти К. Г.В., что имело место ДД.ММ.ГГ в <адрес>, то есть в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.109 УК РФ.

Как указано в приговоре, преступление совершено им при следующих обстоятельствах: в период времени ДД.ММ.ГГ до ДД.ММ.ГГ, в <адрес> в <адрес>, между находящимися в состоянии алкогольного опьянения ФИО1 и К. Г.В. возникла словесная ссора, в ходе которой последняя высказала в отношении ФИО1 претензии в чрезмерном употреблении им алкоголя и постоянной нехватке денежных средств. На почве внезапно возникших личных неприязненных отношений к К. Г.В. у ФИО1 возник преступный умысел, направленный на причинение тяжкого вреда здоровью К. Г.В., опасного для ее жизни.

Реализуя задуманное, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя возможность и неизбежность причинения тяжкого вреда здоровью К. Г.В., опасного для ее жизни, и желая этого, но, не предвидя, что в результате его действий наступит смерть последней, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности, должен был и мог предвидеть наступление данных последствий, ФИО1 с силой нанес один удар рукой К. Г.В. сидящей на ведре, в область лица справа, от чего последняя упала на пол, ударившись головой об эмалированную чашку, находившуюся на полу.

В результате умышленных действий ФИО1 К. Г.В. причинены телесные повреждения: закрытая черепно-мозговая травма в виде субдурального (под твердой мозговой оболочкой) кровоизлияния в проекции левого полушария головного мозга (объемом 80 мл), ограниченно-диффузного субарахноидального (под мягкой мозговой оболочкой) кровоизлияния левого полушария головного мозга, кровоизлияния в мягкие ткани теменно-затылочной области слева. Данная черепно-мозговая травма причинила тяжкий вред здоровью К. Г.В. по признаку опасности для жизни человека.

От полученного повреждения К. Г.В. скончалась на месте преступления, смерть наступила от закрытой черепно-мозговой травмы в виде кровоизлияний под оболочки головного мозга, кровоизлияния в мягкие ткани, осложнившейся сдавлением головного мозга кровью, с его отеком, набуханием и развитием дислокационного синдрома.

В судебном заседании ФИО1 вину признал.

Органом предварительного следствия действия ФИО1 квалифицированы по ч. 4 ст. 111 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

С учетом установленных обстоятельств, мнения государственного обвинителя в судебных прениях, суд квалифицировал действия ФИО1 по ч.1 ст.109 УК РФ – как причинение смерти по неосторожности.

В апелляционном представлении ставится вопрос об отмене приговора и направлении дела на новое судебное рассмотрение. При описании события преступления, признанного доказанным, суд установил обстоятельства, свидетельствующие о возникновении умысла у ФИО1 на совершение преступления, предусмотренного ч.4 ст. 111 УК РФ. Противореча приведенным обстоятельствам, суд квалифицировал действия осужденного ч.1 ст. 109 УК РФ, привел доказательства, свидетельствующие о наличии умысла на совершение преступления, предусмотренного ч.1 ст. 109 УК РФ. То есть, при наличии в действиях осужденного состава преступления, предусмотренного ч.1 ст. 109 УК РФ, суд установил иные фактические обстоятельства, свидетельствующие о наличии состава преступления, предусмотренного ч.4 ст. 111 УК РФ, что недопустимо. Помимо того, суд не дал оценку всем исследованным доказательствам, в частности показаниям ФИО1, данным в ходе предварительного расследования.

Проверив материалы дела, доводы, изложенные в апелляционном представлении, суд апелляционной инстанции принимает следующее решение.

На основании ст. 297 УПК РФ, приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым.

В соответствии со ст.307 УПК РФ, описательно-мотивировочная часть приговора должна содержать описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления.

В соответствии со ст.389.15 УПК РФ основанием отмены или изменения судебного решения судом апелляционной инстанции является, в том числе несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции.

Согласно ст.389.16 УПК РФ приговор признается не соответствующим фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, если: выводы суда не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании; суд не учел обстоятельств, которые могли существенно повлиять на выводы суда; в приговоре не указано, по каким основаниям при наличии противоречивых доказательств, имеющих существенное значение для выводов суда, суд принял одни из этих доказательств и отверг другие; выводы суда, изложенные в приговоре, содержат существенные противоречия, которые повлияли или могли повлиять на решение вопроса о виновности или невиновности осужденного или оправданного, на правильность применения уголовного закона или на определение меры наказания.

При постановлении приговора по настоящему делу указанные требования уголовно-процессуального закона в полной мере не соблюдены.

Описание в приговоре преступного деяния, признанного судом доказанным, не соответствует требованиям ст.307 УПК РФ.

Так, установив, что ФИО1 совершил преступление, предусмотренное ч.1 ст.109 УК РФ, то есть причинение смерти по неосторожности и, признав его виновным в совершении данного преступления, суд в приговоре, при описании, совершенного осужденным деяния, фактически указал на умышленное причинение им тяжкого вреда здоровью К. Г.В., повлекшего по неосторожности смерть потерпевшей. Таким образом, описание преступного деяния, признанного судом доказанным, изложено в приговоре таким образом, что имеет место несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции.

При таких обстоятельствах, как обоснованно отмечено в апелляционном представлении, суд первой инстанции, в нарушение требований ст.307 УПК РФ, допустил противоречия, в связи с чем постановленный приговор нельзя признать законным, обоснованным и справедливым, как того требует ст.297 УПК РФ, поэтому он подлежит отмене на основании п.2 ст.389.15 УПК РФ.

Поскольку допущенные нарушения закона могут быть устранены при рассмотрении дела в апелляционном порядке, суд апелляционной инстанции, в соответствии со ст.389.23 УПК РФ, отменяя приговор суда, постанавливает новый приговор.

Суд апелляционной инстанции, исходя из исследованных судом доказательств, установил, что ФИО1 совершил неосторожное причинение смерти при следующих обстоятельствах: в период времени ДД.ММ.ГГ до ДД.ММ.ГГ, в <адрес> в <адрес>, между находящимися в состоянии алкогольного опьянения ФИО1 и К. Г.В. возникла словесная ссора, в ходе которой ФИО1, на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений к К. Г.В., действуя неосторожно, не предвидя возможности наступления общественно-опасных последствий своих действий в виде причинения телесных повреждений и наступления смерти, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия, относясь к ним небрежно, нанес один удар рукой в область лица справа, сидящей на ведре К. Г.В., от чего та упала на пол, ударившись головой об эмалированную чашку. В результате указанных неосторожных действий ФИО1, у потерпевшей образовалась закрытая черепно-мозговая травма в виде субдурального (под твердой мозговой оболочкой) кровоизлияния в проекции левого полушария головного мозга (объемом 80 мл), ограниченно-диффузного субарахноидального (под мягкой мозговой оболочкой) кровоизлияния левого полушария головного мозга, кровоизлияния в мягкие ткани теменно-затылочной области слева, причинившая тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. Смерть К. Г.В. наступила на месте преступления, от закрытой черепно-мозговой травмы в виде кровоизлияний под оболочки головного мозга, кровоизлияния в мягкие ткани, осложнившейся сдавлением головного мозга кровью, с его отеком, набуханием и развитием дислокационного синдрома.

В судебном заседании суда первой инстанции ФИО1, признавая вину в причинении смерти по неосторожности, утверждал, что нанося, незначительный по силе удар по лицу потерпевшей, не желал причинять тяжкий вред её здоровью и смерть.

Вина ФИО2 в совершении преступления при обстоятельствах, изложенных в описательно-мотивировочной части обвинительного приговора суда апелляционной инстанции, помимо его показаний в ходе предварительного следствия, поддержанных в суде первой инстанции, подтверждается:

показаниями потерпевшего К. К.В. об обстоятельствах, ставших ему известными о смерти К. Г.В., с которой они прожили в браке около 2 лет;

показаниями свидетеля П. О.В. о том, что являясь фельдшером КГБУЗ <данные изъяты>, около ДД.ММ.ГГ она, по вызову из полиции, приехала по адресу: <адрес>, где находился труп К. Г.В., при осмотре которой видимых телесных повреждений обнаружено не было. На её руках и ногах имелись гематомы, но они были «не свежие» и не могли привести к смерти;

показаниями свидетеля Б. Л.А. о том, что ФИО1 и К. Г.В., проживающие с ней по соседству, постоянно употребляли алкогольные напитки, не работали. Между ними часто происходили словесные конфликты. Бил ли ФИО1 К. Г.В., не знает;

показаниями свидетеля К. В.А., который в судебном заседании, подтвердив показания, данные в ходе предварительного следствия, показал, что знаком с ФИО1 и К. Г.В., проживающими по соседству. ДД.ММ.ГГ ФИО1 пришел к нему домой и сообщил, что обнаружил К. Г.В. без признаков жизни, попросил вызвать сотрудников полиции, пояснил при этом, что у них с К. Г.В. произошел конфликт, после чего он ушел из дома. Когда вернулся, К. Г.В. спала, он тоже лег спасть, а около ДД.ММ.ГГ проснулся, стал будить ее, оказалось она не живая. Про нанесение ей ударов ФИО1 не говорил;

показаниями свидетеля М. Н.А. о том, что ФИО1 и К. Г.В., проживающие по соседству около 5-6 лет, иногда ругались, употребляли спиртные напитки, официально не работали. Однако ФИО1 относился к ней нормально, он не видел, чтобы ФИО1 поднимал на неё руку. ДД.ММ.ГГ у К. Г.В. был день рождения, поэтому они употребляли алкогольные напитки до ДД.ММ.ГГ. ДД.ММ.ГГ около ДД.ММ.ГГ к ним в дом пришел ФИО1, сообщил, что К. Г.В. умерла. Пояснил при этом, что обнаружил её мертвой около ДД.ММ.ГГ;

показаниями свидетеля М. Л.Н. в ходе предварительного следствия, из которых следует, что ФИО1 К. Г.В., постоянно злоупотребляли алкогольными напитками, официально нигде не работали. ФИО1 подрабатывал где-то случайными заработками. К. Г.В. домашними делами не занималась. ФИО1 и К. Г.В., когда употребляли алкогольные напитки, конфликтовали между собой, часто из их дома были слышны крики, оскорбления. Когда не употребляли алкоголь, между ними были хорошие отношения. К. Г.В. и ФИО1 употребляли алкогольные напитки с ДД.ММ.ГГ. ДД.ММ.ГГ она слышала доносившиеся из их дома крики. При этом ФИО1 был возмущен тем, что он работает, а К. Г.В. ничего не делает. А около ДД.ММ.ГГ ФИО1 им сообщил, что К. Г.В. умерла, пояснил как обнаружил её мертвой(т. 1 л.д. 95-98);

показаниями свидетеля Г. И.А. в ходе предварительного следствия о том, что она часто видела К. Г.В. и ФИО1 в состоянии алкогольного опьянения. О смерти К. Г.В. узнала ДД.ММ.ГГ от сотрудников полиции. Последний раз она видела К. Г.В. ДД.ММ.ГГ, каких-либо телесных повреждений на ней не заметила, жалоб она не высказывала, как обычно находилась в состоянии алкогольного опьянения (т. 1 л.д. 82-84);

заключением комиссионной судебно-медицинской экспертизы *** от ДД.ММ.ГГ, согласно которому у К. Г.В. обнаружена закрытая черепно-мозговая травма в виде субдурального (под твердой мозговой оболочкой) кровоизлияния в проекции левого полушария головного мозга, ограниченно-диффузного субарахноидального (под мягкой мозговой оболочкой) кровоизлияние левого полушария головного мозга, кровоизлияния в мягкие ткани теменно-затылочной области слева, которая причинила тяжкий вред здоровью К. Г.В. по признаку опасности для жизни и находится в прямой причинно-следственной связи с наступлением её смерти. Смерть К. Г.В. наступила от закрытой черепно-мозговой травмы в виде кровоизлияний под оболочки головного мозга, кровоизлияния в мягкие ткани, осложнившейся сдавлением головного мозга кровью, с его отеком, набуханием и развитием дислокационного синдрома. Данная черепно-мозговая травма образовалась от однократного воздействия твердым тупым предметом с широкой травмирующей поверхностью в левую теменно-затылочную область головы и могла возникнуть, как от удара таким предметом, так и в результате падения К. Г.В. с высоты собственного роста, либо с небольшой высоты ( из положения сидя на биотуалете), с ударом головой о твердую поверхность ( пол, металлическая чашка, мебель и т.п.). Указанная травма не могла возникнуть от удара кулаком либо обутой ногой постороннего человека. Характер, локализация, механизм образования и давность причинения черепно-мозговой травмы у К. Г.В., не противоречат обстоятельствам, предложенным подозреваемым ФИО1 при его допросе;

показаниями эксперта Г. М.В. в ходе предварительного следствия, который подтвердил возможность образования закрытой черепно-мозговой травмы у К. Г.В., при обстоятельствах, указанных подозреваемым ФИО1 (т. 1 л.д. 204);

заключением биологической экспертизы *** от ДД.ММ.ГГ, о наличии на платье потерпевшей следов крови, принадлежащей потерпевшей К. Г.В. (т. 1 л.д. 178-182);

сведениями в протоколе проверки показаний ФИО1 на месте, где он, подтвердив показания, данные при допросе в качестве подозреваемого, показал каким образом был нанесен удар К. Г.В. по голове; указал место, где стояла эмалированная чашка, о которую ударилась головой К. Г.В. во время падения от его удара (т. 1 л.д. 118-123);

сведениями в протоколе осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГ, где зафиксирована обстановка в <адрес> в <адрес>, изъяты женское платье, эмалированная чашка (т.1 л.д. 45-54);

сведениями в протоколе осмотра изъятых предметов в качестве вещественных доказательств (т. 1 л.д. 217-232).

Органом предварительного расследования действия ФИО1 были квалифицированы по ч.4 ст.111 УК РФ как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

Как усматривается из протокола судебного заседания, участвовавший в суде первой инстанции государственный обвинитель, в рамках полномочий, установленных ч.ч. 7 и 8 ст.246 УПК РФ, изменил обвинение и просил квалифицировать действия ФИО1 более мягким уголовным законом - по ч.1 ст. 109 УК РФ. Суд апелляционной инстанции, исходя из требований уголовно-процессуального закона, по смыслу которого, изменение государственными обвинителем в ходе судебного разбирательства обвинения в сторону смягчения, предопределяет принятие судом решения в соответствии с позицией стороны обвинения, полагает необходимым согласиться с мнением государственного обвинителя, и считает, что предложенная органом следствия квалификация не нашла своего подтверждения в ходе судебного заседания.

Исследованными доказательствами установлено, что ФИО1, давая последовательные показания, не отрицал, что в ходе ссоры нанес К. Г.В. один удар кулаком по лицу справа, от чего та упала на пол и затылочной частью головы ударилась об эмалированную чашку, стоявшую на полу. Причинять ей тяжкий вред не желал.

Достаточных и достоверных доказательств, свидетельствующих о причинении потерпевшей телесных повреждений при иных обстоятельствах, стороной обвинения не представлено, судом апелляционной инстанции не установлено.

Показания ФИО1 последовательны, согласуются с иными добытыми доказательствами по делу, не содержат каких-либо существенных противоречий, подтверждены, помимо прочего, заключением комиссионной судебно-медицинской экспертизы относительно механизма образования у потерпевшей закрытой черепно-мозговой травмы, находящейся в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти. Данная экспертиза проведена в соответствии с требованиями закона, заключение экспертизы соответствуют требованиям, предъявляемым ст. 204 УПК РФ, проведена уполномоченными на то лицами, в рамках возбужденного уголовного дела, по постановлению следователя. Выводы экспертизы научно аргументированы, не содержат противоречивых суждений, понятны, не противоречат добытым доказательствам по делу, в совокупности, соответствуют установленным фактическим обстоятельствам дела. Каких-либо данных, ставящих под сомнение заключение указанной экспертизы, не имеется. При таких обстоятельствах, подвергать сомнению объективность и достоверность сведений в показаниях ФИО3, не имеется, они объективно подтверждены исследованными доказательствами по делу, поэтому показания ФИО1, как и иные исследованные доказательства по делу, суд апелляционной инстанции кладет в основу апелляционного приговора. Оценивая представленные стороной обвинения доказательства, как каждое в отдельности, так и в их совокупности, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что закрытая черепно-мозговая травма, повлекшая смерть К. Г.В., образовалась в результате её падения, из положения сидя на биотуалете, на плоскость и ударе головой о твердую поверхность ( эмалированную чашку), чему предшествовал удар ФИО1 в область лица потерпевшей.

С учетом, установленных по делу обстоятельств, суд апелляционной инстанции квалифицирует действия ФИО4 ч.1 ст. 109 УК РФ - как причинение смерти по неосторожности.

Учитывая заключение судебно-психиатрической экспертизы от ДД.ММ.ГГ и адекватное поведение ФИО1 в судебных заседаниях, суд признает его вменяемым и способным нести уголовную ответственность за содеянное.

При назначении вида и размера наказания, суд апелляционной инстанции, в соответствии со ст.ст.6,43, 60 УК РФ, учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, обстоятельства смягчающие наказание, данные о личности виновного, влияние назначенного наказания его исправление и условия жизни его семьи.

В качестве смягчающих наказание, суд апелляционной инстанции признает и учитывает обстоятельства: активное способствование раскрытию и расследованию преступления; признание вины и раскаяние в содеянном, состояние здоровья ФИО1.

Оснований для признания смягчающими наказание, иных обстоятельств, суд апелляционной не усматривает. Кроме того, признание смягчающими наказание других обстоятельств, прямо не предусмотренных ч.1 ст.61 УК РФ, является право суда, а не его обязанностью.

Отягчающих наказание обстоятельств не установлено.

Помимо того, суд апелляционной инстанции учитывает данные о личности ФИО1, который не судим, не состоит на учетах врачей психиатра и нарколога; имеет на иждивении престарелую мать, участковым уполномоченным полиции характеризуется отрицательно.

Предусмотренных ст.64 УК РФ исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время и после совершения преступления, существенно уменьшающих степень общественной опасности содеянного, не установлено.

С учетом приведенных обстоятельств, в целях исправления ФИО1, предотвращения совершения им новых преступлений, восстановления социальной справедливости, суд апелляционной инстанции считает возможным назначить ему наказание в виде исправительных работ. Препятствий, предусмотренных ч.5 ст.50 УК РФ, для назначения данного вида наказания не имеется.

Оснований для применения положений ст.73 УК РФ суд апелляционной инстанции не усматривает.

В связи с назначением ФИО1 наказания в виде исправительных работ, учитывая, что апелляционный приговор вступает в законную силу с момента его провозглашения, избранную в ходе предварительного расследования в отношении ФИО1 меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, необходимо отменить.

В соответствии с п.5 ч.2 ст.131 УПК РФ, к процессуальным издержкам относятся суммы, выплачиваемые адвокату за оказание им юридической помощи в случае участия адвоката в уголовном судопроизводстве по назначению. Процессуальные издержки, связанные с оплатой вознаграждения адвокату за участие в ходе предварительного расследования и в судебном заседании, исходя из того, что ФИО1 от услуг защитника и защиты в целом, не отказывался, находится в трудоспособном возрасте, подлежат взысканию в доход федерального бюджета с осужденного. Однако с учетом имущественной несостоятельности ФИО1, суд считает возможным частично освободить его от уплаты процессуальных издержек, исходит при этом из расчета 1794 рубля за день участия адвоката по делу, поскольку материалами дела не подтверждено, что осужденный в силу физических, психических недостатков не может самостоятельно осуществлять свое право на защиту, что может являться основанием для увеличения базовой ставки вознаграждения, с учетом районного коэффициента до 2051 рубля 60 копеек.

Имеющимися по делу вещественными доказательствами надлежит распорядиться в соответствии с положениями ст.81 УПК РФ.

Руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.15, 389.17, 389.20, 389.23, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПРИГОВОРИЛ:

приговор Усть-Пристанского районного суда Алтайского края от ДД.ММ.ГГ в отношении ФИО1 отменить.

Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.109 УК РФ, по которой назначить наказание в виде исправительных работ на срок 1 год, с ежемесячным удержанием из заработной платы 15 % в доход государства.

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении отменить.

Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета процессуальные издержки, связанные с оплатой вознаграждения адвокату в размере 8 000 рублей.

Вещественные доказательства: платье, эмалированную чашку – уничтожить.

Апелляционное представление удовлетворить частично.

Апелляционный приговор вступает в законную силу в день его провозглашения и может быть обжалован в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления его в законную силу. В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба, представление подаются непосредственно в указанный суд кассационный инстанции

Председательствующий Г.Л.Бусаргина

Судьи Л.А.Ведищева

А.И.Маликов

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>