Постановление № 1-114/2021 от 14 марта 2021 г. по делу № 1-114/2021

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

о возвращении уголовного дела прокурору

г. Дмитров 15 марта 2021 г.

Дмитровский городской суд Московской области в составе председательствующего судьи Маковыйчук О.В., при помощнике ФИО2,

с участием государственного обвинителя помощника Дмитровского городского прокурора Моркунцовой М.И.,

подсудимой ФИО3, адвоката Красных Ю.С., представившего удостоверение № и ордер №, рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО3 ФИО24, ДД.ММ.ГГГГ рождения, уроженки <адрес>, с высшим образованием, разведенной, иждивенцев не имеющей, не работающей, зарегистрированной по адресу: <адрес>, ранее не судимой,

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 303 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО3 органами предварительного следствия обвиняется в совершении фальсификации доказательств по уголовному делу следователем о тяжком преступлении, при следующих обстоятельствах:

Приказом начальника ГУ МВД России по <адрес> № л/с от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 назначена на должность следователя отдела по расследованию преступлений в сфере экономики следственного управления УМВД России по <адрес> (далее по тексту - следователь).

Являясь лицом, уполномоченным в соответствии с ч. 1 ст. 38 УПК РФ осуществлять предварительное следствие по уголовному делу, ФИО3 достоверно знала, что в соответствии с ч. 1 ст. 74 УПК РФ доказательствами по уголовному делу являются любые сведения, на основании которых суд, прокурор, следователь, дознаватель устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а также иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела, а в соответствии с п. 2, 5 ч. 2 ст. 74 УПК РФ в качестве доказательств допускаются показания потерпевшего, свидетеля; протоколы следственных и судебных действий.

При этом, ФИО3 была наделена организационно-распорядительными полномочиями и правом принимать решения, обязательные для исполнения гражданами, а также организациями независимо от их ведомственной подчиненности, то есть обладала полномочиями по принятию решений, имеющих юридическое значение и влекущих определенные юридические последствия в отношении широкого круга физических и юридических лиц, являлась действующим должностным лицом федерального государственного органа, постоянно осуществляющим функции представителя власти – следователем отдела по расследованию преступлений в сфере экономики следственного управления УМВД России по Дмитровскому городскому округу <адрес> (далее по тексту УМВД).

ДД.ММ.ГГГГ СУ УМВД России по <адрес> возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного п. «б» ч. 4 ст. 158 УК РФ, по факту тайного хищения имущества ФИО6

ДД.ММ.ГГГГ СУ УМВД России по <адрес> возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ, в отношении ФИО7 и неустановленного лица по факту тайного хищения имущества ФИО8, возбужденное следователем ФИО3

ДД.ММ.ГГГГ начальником СУ УМВД России по <адрес> ФИО9 по уголовному делу № создана следственная группа, руководителем которой назначена следователь ФИО3, по которому ДД.ММ.ГГГГ следователем СУ МВД ФИО11 вынесено постановление о производстве обыска в жилище в случаях, не терпящих отлагательств в жилище ФИО10 по адресу: <адрес> – Посад, <адрес>, ДД.ММ.ГГГГ произведенный следователем СУ МВД ФИО11, о чем в соответствии со ст.ст. 166 и 182 УПК РФ составлен протокол о производстве обыска, удостоверенный подписями участвующих в нем лиц, понятых и следователя СУ УМВД ФИО11

ДД.ММ.ГГГГ СУ УМВД России по <адрес> возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного п.п. «а, в» ч. 3 ст. 158 УК РФ, по факту тайного хищения имущества ФИО12

ДД.ММ.ГГГГ СУ УМВД России по <адрес> возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного п.п. «б» ч. 4 ст. 158 УК РФ, по факту тайного хищения имуществаФИО13

ДД.ММ.ГГГГ начальником СУ УМВД России по <адрес> уголовные дела №, №, №, № соединены в одном производстве, соединенному уголовному делу присвоен №, производство предварительного следствия следователю ФИО3, которое в тот же день в соответствии со ст.ст. 156, 163 УПК РФ принято ей к производству.

В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, следователь ФИО3, производя предварительное расследование по уголовным делам №№, №, №, №, в последствии соединенным в одном производстве, уполномоченная в соответствии со ст.ст. 38, 74, 86, 151, 163, 166, 182, 189 УПК РФ в пределах компетенции, предусмотренной УПК РФ, осуществлять предварительное следствие по уголовному делу, самостоятельно направлять ход расследования, принимать решения о производстве следственных действий, осуществлять собирание доказательств путем производства следственных действий, организовывать работу следственной группы, зная о том, что в соответствии с требованиями ст. 189 УПК РФ установлены общие правила составления протоколов следственных действий, проведения обысков и допросов, и то, что согласно ст. 75 УПК РФ доказательства, полученные с нарушением требований УПК РФ являются недопустимыми, не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения, а также использоваться для доказывания любого из обстоятельств, предусмотренных ст. 73 УПК РФ, и игнорируя это, желая окончить расследование уголовного дела в кратчайшие сроки направлением его в порядке ст. ст. 220, 222 УПК РФ прокурору и в суд, имея личную заинтересованность, выражающуюся в желании облегчить свою работу, уменьшив её объем, искусственно создав, то есть сфальсифицировав доказательства обвинения ФИО14 и ФИО7 в совершении тяжких преступлений, решила не соблюдать установленный процессуальный порядок, в связи с чем, у нее возник в вышеуказанный период времени преступный умысел, направленный на фальсификацию доказательств по вышеуказанным уголовным делам по обвинению ФИО14 и ФИО7 в совершении преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 3 ст. 158, п. «б» ч. 4 ст. 158, п.п. «а, в» ч. 3 ст. 158 УК РФ.

В нарушении установленного ст.ст. 182, 190 УПК РФ порядка следователь ФИО3 приняла преступное решение не проводить необходимые следственные действия по уголовному делу № – допросы свидетелей ФИО10, ФИО15, ФИО16 в установленном законом порядке, и изготовить протоколы допросов указанных лиц без их фактического участия и допроса, путем подделки подписей последних в процессуальных документах, то есть решила умышленно фальсифицировать доказательства по уголовному делу путем составления не соответствующих действительности протоколов допросов свидетелей ФИО10, ФИО15, ФИО16 и приобщения данных протоколов следственных действий к материалам уголовного дела № в качестве доказательств.

Также следователь ФИО3 с целью сокрытия факта утраты изъятых в ходе обыска, проведенного ДД.ММ.ГГГГ следователем СУ УМВД ФИО11 по уголовному делу № в жилище ФИО10 по адресу: <адрес> – Посад, <адрес>,предметов, умышленно приняла в вышеуказанный период времени преступное решение фальсифицировать данный протокол обыска путем подделки почерка и подписей участвующих в нем лиц, а также следователя СУ УМВД ФИО11, исключив из данного протокола обыска утерянные ранее изъятые предметы.

Таким образом, у следователя ФИО3 возник преступный умысел, направленный на фальсификацию доказательств по уголовному делу № (в дальнейшем №) по обвинению ФИО7 и ФИО14, обвиняемых в совершении преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 3 ст. 158, п. «б» ч. 4 ст. 158, п.п. «а, в» ч. 3 ст. 158 УК РФ.

Реализуя свой вышеуказанный преступный умысел, следователь ФИО3 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в неустановленное следствием время, находясь в УМВД России по <адрес> (городскому округу) <адрес>, расположенном по адресу: <адрес>, осознавая противоправность своих действий, умышленно, из иной личной заинтересованности, заключающейся в желании облегчить свою работу, уменьшив её объем и окончить расследование уголовного дела в кратчайшие сроки направлением его в порядке ст. ст. 220, 222 УПК РФ прокурору и в суд, исходя из ложно понятых интересов службы, с целью создания дополнительных доказательств виновности ФИО14 и ФИО7, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя неизбежность наступления общественно опасных последствий, выражающихся в том, что в результате ее действий в качестве доказательств, подтверждающих обвинение ФИО14 и ФИО7 в совершении преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 3 ст. 158, п. «б» ч. 4 ст. 158, п.п. «а, в» ч. 3 ст. 158 УК РФ, к уголовному делу будут приобщены фальсифицированные (подложные) протоколы следственных действий, и желая наступления этих последствий, совершила фальсификацию доказательств по данному уголовному делу, а именно, в нарушение требований ч. 3 ст. 7, ч. 1 ст. 75, ч. 1 ст. 79, 81, 83, ч. 1 ст. 86, ст. 88 УПК РФ лично составила не соответствующие действительности следующие протоколы следственных действий: протокол допроса свидетеля ФИО10 от ДД.ММ.ГГГГ, протокол допроса свидетеля ФИО15 от ДД.ММ.ГГГГ, протокол допроса свидетеля ФИО16 от ДД.ММ.ГГГГ, содержащие показания свидетелей и являющиеся доказательствами по уголовному делу, для чего, не проводя следственных действий – допросов в порядке ст. 190 УПК РФ и, соответственно, не получая от свидетелей ФИО10, ФИО15, ФИО16 каких-либо сведений об известных им обстоятельствах уголовного дела, а также протокол обыска от ДД.ММ.ГГГГ в жилище ФИО10 от имени следователя СУ УМВД ФИО11 по адресу: <адрес> – Посад, <адрес>, умышленно исказив его содержание, не отразив в нем все изъятые раннее следователем СУ УМВД ФИО11 предметы, с использованием технических средств составила протоколы следственных действий, после чего заполнила все необходимые реквизиты протоколов, указанные в ст. 166 УПК РФ, выполнив в указанных протоколах записи и подписи от имени указанных участвующих лиц, а также иных лиц, указанных как участвующих в производстве данных следственных действий.

Совершив во исполнение своего преступного умысла указанные умышленные действия, следователь ФИО3 придала вид законности, достоверности и допустимости указанным протоколам следственных действий – протоколам допросов свидетелей: ФИО10 от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО15 от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО16 от ДД.ММ.ГГГГ, а также протоколу обыска от ДД.ММ.ГГГГ, произведенного ДД.ММ.ГГГГ в жилище ФИО10 по адресу: <адрес> – Посад, <адрес>, подписав их от имени участвующих в нем лиц и, умышленно приобщила их к материалам уголовного дела № в качестве доказательств.

После чего с находящимися в уголовном деле № вышеуказанными фальсифицированными следователем ФИО3 протоколами следственных действий, умышленно приобщенными ею в качестве доказательств к уголовному делу № по обвинению ФИО7 и ФИО14 в совершении преступлений, предусмотренныхп. «а» ч. 3 ст. 158, п. «б» ч. 4 ст. 158, п.п. «а, в» ч. 3 ст. 158 УК РФ, относящихся в соответствии с ч. 4 ст. 15 УК РФ к категории тяжких преступлений, уголовное дело № в установленном законом порядке направлено прокурору, а затем с утвержденным обвинительным заключением в Дмитровский городской суд <адрес> для рассмотрения уголовного дела по существу.

Согласно п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случаях, если обвинительное заключение, обвинительный акт или обвинительное постановление составлены с нарушением требований уголовно-процессуального Кодекса, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения, акта или постановления.

В судебном заседании подсудимой ФИО3, а также адвокатом ФИО5, действующим в защиту интересов подсудимой ФИО3, заявлено ходатайство о возращении уголовного дела прокурору, поскольку в ходе изучения материалов уголовного дела защита пришла к выводу, что данное уголовное дело не может быть рассмотрено по существу, в связи с нарушением процессуальных сроков следствия, так как уголовное дело находилось в производстве у не уполномоченного на ведение следствия лица, в связи с чем, продление сроков следствия в период предварительного расследования было не законным, сроки следствия до настоящего времени в соответствие с законом не установлены.

Согласно материалам уголовного дела в томе № на листах дела 1-2, находится постановление о возбуждении уголовного дела в отношении ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ по ч. 3 ст. 303 УК РФ, которое возбуждено и.о. руководителя Следственного управления ГСУ СК РФ по <адрес> генерал-лейтенантом юстиции ФИО17 В резолютивной части данного постановления т. 1 л.д. 2, указано, что данное уголовное дело направляется руководителю следственного отдела по <адрес>, для организации предварительного расследования.

Однако, при изучении всех материалов уголовного дела, защитой установлено, что лицо, проводившее предварительное расследование по данному уголовному делу, а именно следователь ФИО18 в течение 9 месяцев, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ не был уполномочен руководителем СО по <адрес> ГСУ СК РФ по <адрес> на проведение предварительного расследования по делу, а именно не принимал данное уголовное дело к своему производству.

В материалах уголовного дела отсутствует процессуальный документ, а именно постановление о принятии уголовного дела к производству следователем ФИО18, которым он был бы уполномочен проводить предварительное расследования по данному уголовному делу в соответствии со ст. 38 УПК РФ. При этом следователем ФИО18 неоднократно продлевались сроки предварительного расследования, в ходе которого проводились следственные действий, а именно рассмотрен вопрос об избрании меры пресечения, назначен ряд экспертиз, допрошен ряд лиц, а также выполнены иные следственные действия, на проведение которых следователь не был уполномочен руководителем СО по <адрес> ГСУ СК РФ по <адрес>.

Данные действия привели к нарушению требований закона, а именно ч. 2 ст. 38 УПК РФ и ч. 2 ст. 156 УПК РФ, что является не допустимым, так как фундаментально нарушены нормы процессуального закона, в том числе права на защиту ФИО3

В материалах уголовного дела, так же отсутствует документ с резолюцией, свидетельствующий о поручении расследования следователю ФИО18 от руководства СО по <адрес> ГСУ СК РФ по <адрес> с указанием о необходимости принятия указанного дела к производству в порядке ст. 39 УПК РФ.

Учитывая изложенное, в ходе предварительного расследования, допущены грубые, фундаментальные нарушения уголовно-процессуального закона, в том числе ст. 38, ст. 156, ст. 162 УПК РФ, что препятствует рассмотрению судом данного уголовного дела и является основанием для его возвращения прокурору.

Также нарушено право его подзащитной на защиту и представление доказательств, а именно, при ознакомлении с материалами уголовного дела в порядке ст. 217 УПК РФ подзащитная была ознакомлена с заключением компьтерно-технической экспертизы, которая проводилась в рамках предварительного расследования, копия данного документа приобщена в судебном заседании по ходатайству стороны защиты, на результаты которой защита предполагала ссылаться как на обстоятельства не виновности подзащитной. Однако, при ознакомлении с материалами дела, поступившими в адрес суда, установлено, что в материалах дела данное заключение отсутствует, как и отсутствуют протоколы ознакомления подзащитной с постановлением о назначении данной экспертизы и ее заключением. О необходимости проведения данной экспертизы, указывает следствие в ходатайстве о продлении сроков предварительного расследования.

Кроме того, следствием не приобщен к материалам уголовного дела дополнительный протокол допроса подзащитной ФИО3, проведенный ДД.ММ.ГГГГ с защитником ФИО19, который так же являлся доказательством не виновности его подзащитной. Учитывая факт отсутствия в материалах уголовного дела указанных доказательств - заключения компьютерно-технической экспертизы, которое в материалах уголовного дела отсутствует и в установленном законом порядке не представлено с иными материалами дела суду, а так же протокола дополнительного допроса подзащитной в качестве обвиняемой по делу с адвокатом Соломатовым E.JI. от ДД.ММ.ГГГГ защита полагает, что следствием грубо нарушено право ФИО3 на защиту. Указанные выше обстоятельства, являются фундаментальными нарушениями уголовно-процессуального закона и исключают возможность постановления законного и обоснованного приговора.

При предъявлении обвинения нарушены требования ст. 73, 171 УПК РФ а именно: в объект доказывания, а так же при предъявлении обвинения по ст. 303 УК РФ, в том числе, должно входить описание конкретных преступных действий, совершенных должностным лицом, при фальсификации доказательств, то есть в чем конкретно они были выражены. Так не указано в чем конкретно заключалась фальсификация доказательств, каким образом, была изменена смысловая нагрузка показаний ФИО4, ФИО15 и ФИО16 в сфальсифицированных протоколах, отличие, либо разница между реально установленными показаниями указанных лиц и содержащихся в протоколах, которые якобы были сфальсифицированы подзащитной. Указанные обстоятельства в изложенном обвинении отсутствуют, в связи с чем, предъявленное обвинение, не соответствует требованиям закона и нарушает право ФИО3 на защиту, так как лишает подзащитную предъявить доказательства своей непричастности к преступлению по конкретным обстоятельствам преступления.

Кроме того, при изложении обстоятельств, якобы имевшего места факта фальсификации протокола обыска- в нарушение требований ст. 73,171 УПК РФ в обвинении не указано какие именно предметы якобы не были указаны подзащитной при фальсификации протокола обыска, в чем, конкретно выразилась фальсификация указанного протокола, что лишает подзащитную возможности производить свою защиту по конкретным обстоятельствам. В соответствии с уголовным законом РФ, формальная фальсификация, то есть формальное изготовление, указанных выше документов, без изменения реально содержащихся в них обстоятельств или событий, образует иной состав преступления, либо может не образовывать вообще, при рассмотрении каждого конкретного случая в отдельности.

Указанное выше, в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, является прямым обстоятельством для возвращения уголовного дела прокурору, так как обвинительное заключение (при изложении обвинения) составлено с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановить судом приговор, так как в ходе судебного разбирательства необходимо устанавливать, а в последствии и описывать в приговоре, обстоятельства изложенные выше, что в нарушение закона не вменено в обвинении, а суд в соответствии с ч. 1 ст. 252 УПК РФ, проводит разбирательство только в его рамках.

Также, при изложении фабулы закона в предъявленном обвинении т. 2 л.д. 101-104 и обвинением изложенным стороной прокуратуры в судебном заседании имеются противоречия, а именно: обвинителем, при изложении закона указано «что подзащитная совершила фальсификацию доказательств по уголовному делу следователем о тяжком преступлении», однако в предъявленном обвинении следственными органами закон изложен как «подзащитная совершила фальсификацию доказательств по уголовному делу о тяжком преступлении». Указанная разница в изложении формулировки вменяемого закона, не допустима и так же является основанием для возврата дела прокурору.

Кроме всего, в ходе проведения предварительного расследования, его подзащитная, а также адвокат в нарушение норм УПК РФ не получали уведомления о продлении сроков предварительного расследования, постановление о приостановлении предварительного расследования, а также постановление о возобновлении предварительного расследования, и иных.

Государственный обвинитель возражала против возвращения уголовного дела прокурору, ссылаясь на то, что каких-либо нарушений норм УПК РФ в ходе предварительного следствия не имеется, указанные доводы стороной защиты и подсудимой не препятствуют рассмотрению уголовного дела по существу, отсутствие вышеуказанных постановлений в материалах уголовного дела не означает их отсутствие в прокуратуре. Данные обстоятельства являются устранимыми. Доводы о не вручении ФИО3 и ее защитником уведомлений в ходе расследования уголовного дела, не являются основаниями для возвращения уголовного дела, кроме того жалоб от подсудимой на данные нарушения не поступало и данные доводы озвучены только в судебном заседании суда. Подсудимая ознакомлена с материалами уголовного дела, ее право на защиту не нарушено, установить виновность подсудимой возможно будет только после рассмотрения уголовного дела по существу.

Суд, выслушав мнение участников процесса, приходит к выводу о необходимости возвращения уголовного дела прокурору по основанию, указанному в п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ по следующим основаниям.

Согласно ч.4 и ч.5 ст.171 УПК РФ постановление о привлечении в качестве обвиняемого должно содержать: описание преступления с указанием времени, места его совершения, а также иных обстоятельств, подлежащих доказыванию в соответствии с пунктами 1 - 4 части первой статьи 73 УПК РФ; а также пункт, часть, статья Уголовного кодекса Российской Федерации, предусматривающие ответственность за данное преступление.

В соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона никто не может быть признан виновным в совершении преступления иначе как по приговору суда, который должен быть законным, обоснованным и основанном на правильном применении уголовного закона.

Неправильная квалификация судом фактически совершенного деяния и неверное установление основания уголовной ответственности влекут вынесение неправосудного решения.

Установление обстоятельств совершения преступления относится к исключительной компетенции органов предварительного следствия, суд не вправе самостоятельно изменить существо предъявленного обвинения и дополнить его в части указания обстоятельств совершения преступления, его способов, мотивов, целей и последствий, а от существа обстоятельств предъявленного обвинения зависит определение пределов судебного разбирательства и порядок реализации прав всех участников уголовного судопроизводства.

Согласно обвинительного заключения следует, что ФИО3 умышленно фальсифицировала доказательства по уголовному делу путем составления не соответствующих действительности протоколов допросов свидетелей ФИО10, ФИО15, ФИО16, и приобщения данных протоколов следственных действий к материалам уголовного дела № в качестве доказательств. Также следователь ФИО3 с целью сокрытия факта утраты изъятых в ходе обыска, проведенного ДД.ММ.ГГГГ следователем СУ УМВД ФИО11 по уголовному делу № в жилище ФИО10 по адресу: <адрес> – Посад, <адрес>, предметов, умышленно приняла в вышеуказанный период времени преступное решение фальсифицировать данный протокол обыска путем подделки почерка и подписей участвующих в нем лиц, а также следователя СУ УМВД ФИО11, исключив из данного протокола обыска утерянные ранее изъятые предметы.

Реализуя свой вышеуказанный преступный умысел, следователь ФИО3 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в неустановленное следствием время, находясь в УМВД России по <адрес> (городскому округу) <адрес>, расположенном по адресу: <адрес>, осознавая противоправность своих действий, умышленно, из иной личной заинтересованности, заключающейся в желании облегчить свою работу, уменьшив ее объем и окончить расследование уголовного дела в кратчайшие сроки направлением его в порядке ст. ст. 220, 222 УПК РФ прокурору и в суд, исходя из ложно понятых интересов службы, с целью создания дополнительных доказательств виновности ФИО14 и ФИО7, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя неизбежность наступления общественно опасных последствий, выражающихся в том, что в результате ее действий в качестве доказательств, подтверждающих обвинение ФИО14 и ФИО7 в совершении преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 3 ст. 158, п. «б» ч. 4 ст. 158, п.п. «а, в» ч. 3 ст. 158 УК РФ, к уголовному делу будут приобщены фальсифицированные (подложные) протоколы следственных действий, и желая наступления этих последствий, совершила фальсификацию доказательств по данному уголовному делу, а именно, в нарушение требований ч. 3 ст. 7, ч. 1 ст. 75, ч. 1 ст. 79, 81, 83, ч. 1 ст. 86, ст. 88 УПК РФ лично составила не соответствующие действительности следующие протоколы следственных действий: протокол допроса свидетеля ФИО10 от ДД.ММ.ГГГГ, протокол допроса свидетеля ФИО15 от ДД.ММ.ГГГГ, протокол допроса свидетеля ФИО16 от ДД.ММ.ГГГГ, содержащие показания свидетелей и являющиеся доказательствами по уголовному делу, для чего, не проводя следственных действий – допросов в порядке ст. 190 УПК РФ и, соответственно, не получая от свидетелей ФИО10, ФИО15, ФИО16 каких-либо сведений об известных им обстоятельствах уголовного дела, а также протокол обыска от ДД.ММ.ГГГГ в жилище ФИО10 от имени следователя СУ УМВД ФИО11 по адресу: <адрес> – Посад, <адрес>, умышленно исказив его содержание, не отразив в нем все изъятые раннее следователем СУ УМВД ФИО11 предметы, с использованием технических средств составила протоколы следственных действий, после чего заполнила все необходимые реквизиты протоколов, указанные в ст. 166 УПК РФ, выполнив в указанных протоколах записи и подписи от имени указанных участвующих лиц, а также иных лиц, указанных как участвующих в производстве данных следственных действий.

Совершив во исполнение своего преступного умысла указанные умышленные действия, следователь ФИО3 придала вид законности, достоверности и допустимости указанным протоколам следственных действий – протоколам допросов свидетелей: ФИО10 от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО15 от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО16 от ДД.ММ.ГГГГ, а также протоколу обыска от ДД.ММ.ГГГГ, произведенного ДД.ММ.ГГГГ в жилище ФИО10 по адресу: <адрес> – Посад, <адрес>, подписав их от имени участвующих в нем лиц и, умышленно приобщила их к материалам уголовного дела № в качестве доказательств.

При этом, согласно выводам заключений эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ. и № от ДД.ММ.ГГГГ. записи в копиях протоколах допросов ФИО10, ФИО16, ФИО20 и копии протокола обыска от 09.08.2017г. выполнены не ФИО3

Таким образом, в нарушение требований ст. 73 УПК РФ в предъявленном обвинении не указан способ совершения преступления, а также конкретно не указано в чем заключалась фальсификация содержания процессуальных документов.

Также, материалах уголовного дела, в нарушение требований ст. 39 УПК РФ отсутствует поручение руководителя СО по <адрес> ГСУ СК РФ по <адрес> о производстве предварительного расследования следователю по особо важным делам СО по <адрес> ГСУ СК РФ по <адрес> ФИО21, в производстве которого находилось уголовное дело в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, т.е. до передачи его в производство следователю ФИО22

Кроме того, в нарушение требований положений ч. 2 ст. 38 УПК РФ и ч. 2 ст. 156 УПК РФ в материалах дела отсутствует постановление следователя по особо важным делам СО по <адрес> ГСУ СК РФ по <адрес> ФИО21 о принятии уголовного дела к своему производству и проведению расследования.

При этом, с данными постановлениями подсудимая ФИО3, а также ее адвокат ФИО23 не были ознакомлены в порядке ст. 217 УПК РФ при ознакомлении с материалами уголовного дела ДД.ММ.ГГГГ (т. 4 л.д. 136-142).

Также в материалах уголовного дела содержится должностной регламент (должностная инструкция) следователя СУ УМВД России по Дмитровскому г.о. капитана юстиции ФИО3, с которым она была ознакомлена под подпись ДД.ММ.ГГГГ. (т.1 л.д.100-104), при этом ФИО1 вменяется совершение преступления в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ год.

Таким образом, уголовное дело подлежит возвращению прокурору в связи с допущенными при составлении обвинительного заключения нарушениями требований ст. 220 УПК РФ, поскольку изложенное в обвинительном заключении описание обстоятельств инкриминируемого ФИО3 деяния (то есть существо обвинения, место, время, способы, мотивы, цели, последствия преступления и иные имеющие значение для дела обстоятельства) не соответствует формулировке предъявленного обвинения, то есть той квалификации действий подсудимой, которая определена органами предварительного следствия.

Самостоятельное установления фактических обстоятельств по уголовному делу, является недопустимым и противоречит требованиям ст. 252 УПК РФ, поскольку согласно ч. 3 ст. 15 УПК РФ, суд не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне обвинения или стороне защиты. Суд создает необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав.

Данное нарушение уголовно-процессуального закона, является существенным, нарушающим права подсудимой, предусмотренные УПК РФ. Устранение допущенного нарушения закона в ходе судебного разбирательства невозможно, поскольку суд не может внести какие-либо дополнения в предъявленное обвинение, расширить его или уточнить.

Обвинительное заключение, составленное по делу, по которому было допущено подобное нарушение, неустранимое в ходе судебного разбирательства, исключает возможность постановления судом приговора на основании данного обвинительного заключения.

Учитывая, что обвинительное заключение по делу составлено с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления приговора или вынесения иного решения на основании данного заключения, суд полагает в соответствие с ч.1 ст.237 УПК РФ возвратить уголовное дело прокурору для устранения допущенного нарушения закона.

На основании изложенного и руководствуясь ч.1 ст. 237 УПК РФ,

П О С Т А Н О В И Л:

Уголовное дело по обвинению ФИО3 ФИО25, обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 303 УК РФ, возвратить Дмитровскому городскому прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

В отношении подсудимой ФИО3 мера пресечения не избиралась.

Постановление может быть обжаловано в апелляционном порядке в Московский областной суд через Дмитровский городской суд в течение 10 суток со дня его вынесения.

Судья: