Апелляционное постановление № 22-1064/2025 от 8 июля 2025 г.

Судья Кормашов Р.С. Дело № 22-1064/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Иваново 09 июля 2025 года

Ивановский областной суд в составе:

председательствующего судьи Гуськова Д.В.,

при секретаре Смирнове В.П.,

с участием:

осужденного ФИО1,

защитника-адвоката Шкрюбы Р.В.,

представителя потерпевшего Представитель потерпевшего №1,

прокурора Малининой М.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу защитника-адвоката Шкрюбы Р.В. в интересах осужденного ФИО1 на приговор Фурмановского городского суда Ивановской области от 07 мая 2025 года, которым

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, гражданин Республики Узбекистан, зарегистрированный и проживающий по адресу: <адрес>, с высшим образованием, женатый, несовершеннолетних детей и иных лиц на иждивении не имеющий, пенсионер, невоеннообязанный, не судимый,

осужден по ч. 1 ст. 264 УК РФ к штрафу в размере 200000 рублей.

В соответствии с положениями ст. 47 УК РФ ФИО1 назначено дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами на срок 1 год.

Осужденному разъяснены реквизиты уплаты штрафа.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении ФИО1 до вступления приговора в законную силу остановлена без изменения.

Исковые требования Потерпевший №1 удовлетворены. С ФИО1 в пользу Потерпевший №1 взыскана компенсация морального вреда в размере 800000 рублей.

Разрешен вопрос о судьбе вещественных доказательств.

Проверив материалы дела и доводы апелляционной жалобы, возражения потерпевшего и его представителя, выслушав участников процесса,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 признан виновным и осужден за совершение нарушения лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, а именно, в период времени с 18 часов 20 минут до 18 часов 49 минут ДД.ММ.ГГГГ, водитель ФИО1, управляя технически исправным автомобилем «<данные изъяты>» с регистрационным знаком <***>, двигаясь по проезжей части <адрес> в направлении от <адрес> в сторону <адрес>, на участке проезжей части в районе дома <адрес>, в нарушение требований п.п. 1.2, 1.3, 1.5, 8.1, 8.8, 10.1 ПДД РФ, не убедился в безопасности маневра, при возникновении опасности для движения в виде движущегося во встречном направлении по полосе своего направления движения прямо мотоцикла «<данные изъяты>» с регистрационным знаком № под управлением Потерпевший №1, выехал на полосу встречного движения, где не уступил дорогу и создал опасность для движения указанного мотоцикла под управлением Потерпевший №1, при этом последний, обнаружив во время движения данную опасность, не располагая технической возможностью избежать столкновения путем применения экстренного торможения, в целях предотвращения дорожно-транспортного происшествия и минимизации причинения вреда себе и иным участникам дорожного движения принял возможные меры к снижению скорости, отчего его мотоцикл опрокинулся на левый бок и по инерции продолжил скольжение, по результатам которого мотоцикл совершил столкновение с автомобилем на полосе движения мотоцикла.

Обстоятельства совершения преступления, признанные судом установленными, подробно изложены в приговоре.

В апелляционной жалобе защитник-адвокат Шкрюба Р.В. в интересах осужденного ФИО1 выражает несогласие с приговором, просит его отменить, вынести по делу оправдательный приговор на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ - за отсутствием в деяниях ФИО1 состава преступления, приводя следующие доводы:

- установленные судом факты противоречат документам и доказательствам, представленным в деле. Выводы не вытекают логически из исследованных обстоятельств, что нарушает принцип обоснованности судебного акта. Суд проигнорировал ключевые доказательства, имеющие значение для правильного разрешения спора. Отдельные доказательства были отклонены или приняты без достаточной аргументации, что привело к избирательному подходу в их интерпретации. Позиция защиты не получила должного анализа: суд не опроверг ее контраргументами и не проверил их на соответствие материалам дела. Это нарушило принцип состязательности сторон и создало одностороннюю картину, основанную на предположениях. Логические нестыковки в аргументации суда первой инстанции делают решение неправомерным и субъективным;

- указывает, что в ходе судебного разбирательства и в прениях стороной защиты были приведены многочисленные доводы, свидетельствующие о невиновности ФИО1 Однако суд либо не дал им оценки вовсе, либо отклонил их формально, без приведения убедительных мотивов;

- обращает внимание, что суд в приговоре ссылается на заключение специалиста Специалист №1, однако не дает оценки этому ключевому выводу, который полностью опровергает фабулу обвинения и версию потерпевшего о механизме ДТП. Суд не объяснил, почему он отвергает данный вывод специалиста, обладающего специальными познаниями и исследовавшего все материалы дела, включая вещную обстановку. Вывод о получении заключения специалиста вне рамок предварительного и судебного следствия и о недопустимости оценки им заключения эксперта противоречит правовой позиции Конституционного Суда, согласно которой сторона защиты не лишена возможности отстаивать свои интересы в суде, используя на началах состязательности и равноправия любые предусмотренные законом средства, включая оспаривание допустимости и достоверности представляемых стороной обвинения доказательств, право стороны защиты самостоятельно получать от специалиста заключение и представлять его суду прямо предусмотрено ч. 3 ст. 80 и ч. ч. 2, 3 ст. 86 УПК РФ;

- сообщает, что на разрешение экспертизы № поставлен вопрос: 1) Располагал ли водитель мотоцикла <данные изъяты> технической возможностью избежать столкновение путем применения экстренного торможения, при движении со скоростью 50 км/ч, если время нахождения автомобиля <данные изъяты> в опасной для него зоне составило 2,35 секунды? Данное время не фигурирует в протоколе следственного эксперимента от ДД.ММ.ГГГГ Таким образом, выводы экспертизы № основаны на предположении, несуществующих в деле данных, на что защита обращала внимание суда. Суд, отвергнув заключение специалиста Специалист №1, не предпринял никаких мер для проверки его выводов, хотя не был лишен возможности допросить в качестве специалистов иных лиц, чья квалификация и объективность не вызывают сомнений. Оценка заключения эксперта дана специалистом Специалист №1 не с точки зрения права, а с точки зрения науки и специальных знаний в области автотехники, которыми суд не обладает;

- поясняет, что в прениях защита указывала на существенные противоречия в показаниях Потерпевший №1, данных им на разных стадиях процесса, относительно того, как и какой частью мотоцикла произошло предполагаемое столкновение (сначала - передним колесом мотоцикла о переднее правое колесо автомобиля, затем - о заднее правое колесо автомобиля). Суд обязан был назначить проведение судебной психологической экспертизы для установления способности потерпевшего к адекватному восприятию юридически значимых объектов и обстоятельств, сохранению информации о них и последующему воспроизведению данной информации (экспертиза способности потерпевшего давать показания), а не предполагать. Суд, не обладая специальными познаниями, высказал ничем не обоснованное предположение;

- указывает, что защита обращала внимание суда на серьезные сопутствующие заболевания сердечнососудистой системы у Потерпевший №1 (<данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>), которые могли привести к внезапному ухудшению самочувствия и потере контроля над мотоциклом. Защита указывала на противоречия в медицинских документах относительно диагноза "<данные изъяты>", который лег в основу квалификации вреда здоровью как тяжкого. Данные объективных исследований (МСКТ, рентгенография), согласно доводам защиты, указывали на <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, но не на <данные изъяты>. При этом неоднократно фиксировалось, что <данные изъяты>. Как указывалось в ходатайстве о назначении дополнительной СМЭ, это существенное противоречие ставит под сомнение основание для квалификации вреда как тяжкого по признаку опасности для жизни, связанному именно с <данные изъяты>;

- суд в приговоре ссылается на заключения судебной автотехнической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, дополнительной № от ДД.ММ.ГГГГ и трасологической № от ДД.ММ.ГГГГ, не анализируя и не опровергая по существу доводы защиты об их неполноте и методологических пороках, указанных специалистом Специалист №1. Суд лишь констатирует выводы этих экспертиз, не вдаваясь в критику их обоснованности, представленную защитой;

- сообщает, что ФИО1 подписывал документы, не вникая в их содержание, будучи введенным в заблуждение относительно своего статуса (полагал, что свидетель). Понятые Свидетель №1 и Свидетель №2, допрошенные в суде, фактически не подтвердили своего полноценного участия в замерах и составлении схемы, указав, что схема была уже готова или они не помнят обстоятельств. Ключевыми моментами показаний Свидетель №1 в суде являются его утверждения об отсутствии замеров на месте, о том, что схема была готова до его приезда, его отрицание участия в составлении схемы и детального участия в освидетельствовании водителя. Суд формально отклонил эти доводы, указав, что понятые подтвердили свои подписи и отсутствие замечаний, однако не учел показания Свидетель №1 об отсутствии замеров на месте и о том, что схема была готова до его приезда. Это ставит под сомнение объективность и допустимость схемы ДТП;

- полагает, что протокол следственного эксперимента от ДД.ММ.ГГГГ является недопустимым, вместе с тем, суд в приговоре ссылается на данный следственный эксперимент и основанную на нем экспертизу №, но отклоняет доводы защиты о его недопустимости формально, указывая, что он проведен в соответствии с требованиями закона, с разъяснением прав, в условиях, сопоставимых с обстановкой ДТП, и что участники не делали замечаний. Однако суд не опроверг конкретные доводы защиты о несоответствии процедуры эксперимента, что делает его результаты необъективными и непригодными для установления времени нахождения автомобиля в опасной зоне. Использование времени 2,35 секунды в экспертизе №, которое, отсутствует в протоколе эксперимента, делает выводы такой экспертизы основанными на недопустимых данных и превращает выводы в предположения, а не в доказательства;

- специалист Специалист №1 категорически пришел к выводу, что столкновения между КТС «<данные изъяты>» и КТС «<данные изъяты>» не было. Все повреждения на мотоцикле Потерпевший №1 образованы в результате его падения и последующего волочения по асфальтовому покрытию левой стороной. Повреждения на автомобиле ФИО1 (в частности, на диске заднего правого колеса и заднем бампере) имеют разномоментный характер, не соответствуют заявленному Потерпевший №1 механизму ДТП и не могли образоваться от контакта с мотоциклом в данных обстоятельствах. При столкновении двух объектов высокой плотности следы должны были бы остаться на обоих объектах и не только на одном элементе (болте/гайке), а на всей предполагаемой площади соприкосновения, включая другие выступающие части мотоцикла, которые, согласно версии обвинения и потерпевшего, должны были вступить в контакт с автомобилем. Однако таких следов ни на мотоцикле, ни на автомобиле не обнаружено. Потерпевший №1 имел техническую возможность остановиться до конечного месторасположения мотоцикла и не доехать бы до точки предполагаемого столкновения;

- обращает внимание, что Потерпевший №1 заявлял о моменте возникновения опасности на расстоянии 17,2 метров. Расстояние в 17 метров суд признал достоверным. Специалист же указал и разъяснил в суде, что фактическое расстояние, на котором транспортное средство находилось в стадии экстренного замедления и скольжения на боку, составляет 12.7 метров (4.5 м тормозного пути + 8.2 м следа юза/скольжения) + время реакции водителя КТС «<данные изъяты>» с государственным номером № в 1 сек => 16,6 м (60 км/ч) и 13,89 м (50 км/ч), что в сумме превышает 17,2 м.;

- считает, что вывод суда о нарушении ФИО1 п.п. 1.2, 1.3, 1.5, 8.1, 8.8, 10.1 ПДД РФ противоречит выводам специалиста. В частности, вывод о том, что ФИО1 «не убедился в безопасности маневра» и «выехал на полосу встречного движения, где не уступил дорогу и создал опасность», опровергается заключением Специалист №1, согласно которому ФИО1 выполнил требования п.8.1 и 8.8 ПДД РФ, а причиной ДТП стали действия Потерпевший №1;

- ссылается на Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ по делу №-УД23-7-К8, цитируя, что Правила дорожного движения не допускают иной реакции водителя, кроме как торможения вплоть до остановки транспортного средства. Маневр в виде опрокидывания мотоцикла с целью избежать ДТП в нормативных актах не предусмотрен.

В возражениях на апелляционную жалобу защитника-адвоката Шкрюбы Р.В. в интересах осужденного ФИО1 представитель потерпевшего Представитель потерпевшего №1 и потерпевший Потерпевший №1 просят приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции адвокат Шкрюба Р.В. и осужденный ФИО1 свою апелляционную жалобу поддержали, просили ее удовлетворить.

Представитель потерпевшего Представитель потерпевшего №1 поддержал возражения, в удовлетворении апелляционной жалобы просил отказать.

Прокурор Малинина М.М., считая приговор законным и справедливым, просила оставить его без изменения, а апелляционную жалобу без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела и доводы апелляционной жалобы, возражения потерпевшего и его представителя, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Судебное разбирательство по данному уголовному делу проведено всесторонне, полно и объективно, с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, принципов презумпции невиновности и равенства сторон.

Каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона, которые бы путем лишения или ограничения прав ФИО1 или иным путем повлияли на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, ни в ходе предварительного следствия, ни при рассмотрении уголовного дела судом не допущено, судом апелляционной инстанции не установлено.

Приговор суда соответствует требованиям ст.ст. 302, 304, 307, 308 УПК РФ. Все обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, в том числе, время, место, способ и иные обстоятельства совершенного преступления, судом установлены правильно. Выводы суда о виновности осужденного подтверждены совокупностью исследованных доказательств и никаких сомнений не вызывают. Все юридически значимые обстоятельства, необходимые для правильного разрешения дела, судом учтены.

Несмотря на непризнание вины ФИО1, его виновность в совершении преступления подтверждается:

- показаниями подсудимого ФИО1, который признал факт управления автомобилем «<данные изъяты>» в месте дорожно-транспортного происшествия с участием мотоцикла под управлением водителя Потерпевший №1 в районе магазина «<данные изъяты>», расположенного в <адрес>. В указанном месте встречная полоса движения была свободна и просматривалась на 50-60 метров, погода была ясная, начинало смеркаться. Подъезжая к парковочному карману у магазина, он включил левый поворотник, снизил скорость и стал совершать маневр поворота налево, тем самым пересекая встречную для него полосу движения. Припарковавшись, через доли секунды он услышал странный шум – шуршание и скрежет. Какого-либо столкновения внешнего предмета со своим автомобилем он не почувствовал. В левое боковое зеркало автомобиля он увидел, что на дороге лежит человек. В этот же день сотрудниками ДПС он был привлечен к административной ответственности за то, что не пропустил мотоциклиста. На следующий день они с супругой ездили в Ивановскую областную больницу, куда был доставлен данный мужчина после ДТП, но тот находится в реанимации. В связи с чем на заднем правом колесе автомобиля образовалось повреждение, обнаруженное при осмотре его автомобиля, он пояснить не смог;

- показаниями потерпевшего Потерпевший №1, данными им в судебном заседании о том, что примерно в 18 часов 35 минут ДД.ММ.ГГГГ он на своем мотоцикле марки «<данные изъяты>» ехал из квартиры, расположенной на <адрес>, домой – в <адрес>. Навстречу ему ехало потоком около 5-6 автомобилей. Освещение вдоль дороги не было включено, каких-либо ограничений видимости на пути его следования не имелось, видимость была более 100 метров. Он двигался на мотоцикле по центру своей полосы движения прямо, не меняя положения, со скоростью примерно 50-55 км/ч. В этот момент один автомобиль из встречного потока, находящийся перед ним на расстоянии примерно в 17 метрах, стал совершать поворот налево к парковке у магазина «<данные изъяты>», тем самым перегородив ему путь. Он применил экстренное торможение, но из-за того, что он находился слишком близко к данному автомобилю, произошло столкновение его мотоцикла и этого автомобиля. До столкновения ручку тормоза мотоцикла он не отпускал. Он помнит, что увидел капот машины, после чего он упал с мотоцикла. Столкновение произошло передней частью его мотоцикла с правой задней частью автомобиля, на его полосе движения, ближе к середине полосы. В результате столкновения он слетел с мотоцикла, упал на проезжую часть, сильно ударившись левой частью тела об асфальтное покрытие и несколько метров проскользил, а мотоцикл опрокинулся. В результате ДТП он получил перелом <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>. До столкновения с автомобилем его мотоцикл в ДТП не попадал, никаких повреждений не имел;

- показаниями свидетеля Свидетель №3 о том, что у них с ФИО1 примерно с ДД.ММ.ГГГГ в совместной собственности имеется автомобиль марки «<данные изъяты>», которым пользуется только ее муж. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 поехал на указанном автомобиле в магазин за продуктами. Через какое-то время он ей позвонил и попросил ее привезти одеяло, поскольку упал мотоциклист. Подойдя к магазину «<данные изъяты>», расположенному на <адрес>, она увидела машину скорой помощи и инспекторов ДПС. Самого мотоциклиста она не видела. Далее, осматривая свой автомобиль с участием сотрудника полиции, тот ей указал на царапину на диске колеса, а также на черные полосы на бампере машины. Она видела, как полицейские измеряли черный след торможения в виде полос и процарапанный след на асфальте, ведущие к мотоциклу. Сам мотоцикл лежал поперек дороги, а сзади их автомобиля на дороге лежали осколки стекла от мотоцикла;

- показаниями свидетеля Свидетель №4, данными им в судебном заседании о том, что вечером ДД.ММ.ГГГГ ему позвонил дядя его жены – Потерпевший №1, и сказал, что он попал в ДТП, попросил приехать к магазину «<данные изъяты>», расположенному в районе <адрес>. Прибыв на место вместе со своей женой, он увидел мотоцикл, лежащий на дороге, неподалеку от которого в парковочном кармане находился автомобиль марки «<данные изъяты>». На асфальте он видел тормозной след в виде одной узкой черной полосы, расположенный примерно в 5-7 метрах от лежащего мотоцикла. Потерпевший №1 сидел на обочине, пока его не забрали работники скорой медицинской помощи. Он видел, как криминалист, светя фонариком, обнаружил на заднем правом диске колеса указанного автомобиля, ближе к краю диска (резине), след (потертость). После этого он собрал на дороге отлетевшие от мотоцикла при ДТП элементы и отвез все в гараж Потерпевший №1. На следующий день он решил сходить в гараж, чтобы отключить аккумулятор на мотоцикле. Придя туда, он смог повернуть часть обломанного ключа, находящегося в замке зажигания, отчего без его дополнительных действий загорелась висящая на проводах лампочка в разбитой фаре. На мотоцикле также была отломлена ручка тормоза, отчего заклинило вилку с тормозом, и колесо не крутилось. За последние 12 лет ДТП с участием Потерпевший №1 не происходили;

- показаниями свидетеля Свидетель №5, данных им на стадии предварительного следствия, из которых следует, что примерно 18 часов 50 минут ДД.ММ.ГГГГ он приехал в магазин «<данные изъяты>», расположенный по адресу: <адрес>. Находясь в своем автомобиле, он услышал звук удара. Выйдя из автомобиля, он увидел, что на дороге лежал мотоцикл, а на проезжей части лежал мужчина пожилого возраста и тяжело дышал. Он со своего мобильного телефона позвонил в службу «112». Самого столкновения мотоцикла с автомобилем он не видел;

- показаниями свидетеля Свидетель №6, инспектора ДПС ОГИБДД ОМВД России по Фурмановскому району, данных им на стадии предварительного следствия, о том, что примерно в 19 часов 10 минут ДД.ММ.ГГГГ поступило сообщение от оперативного дежурного ОМВД России по Фурмановскому району по факту ДТП с пострадавшими, случившегося у <адрес>. По прибытии на место ДТП на проезжей части на правой полосе движения по направлению от <адрес> в сторону д. <адрес> лежал мотоцикл «<данные изъяты>» со следами механических повреждений. На данной полосе движения располагался тормозной путь, переходящий в след волочения. На парковочном месте (парковочном кармане), расположенном у магазина «<данные изъяты>», находился автомобиль «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак №, передней частью по направлению в сторону тротуара. С участием водителя автомобиля «<данные изъяты>» на месте ДТП им была составлена схема места совершения административного правонарушения, при составлении которой указано расположение транспортных средств, место столкновение данного автомобиля с мотоциклом, а также имеющиеся на проезжей части следы тормозного пути и волочения;

- показаниями свидетеля Свидетель №1, который показал, что он в вечернее время ДД.ММ.ГГГГ участвовал в качестве представителя общественности при составлении ряда документов по факту ДТП, которое произошло на проезжей части напротив магазина, рядом с парковкой. Вместе с ним в качестве понятого был привлечен еще один мужчина. Инспектор ДПС составлял схему места совершения административного правонарушения. Перед началом составления схемы участвующим лицам были разъяснены права и обязанности, а также возможность делать замечания по поводу составления схемы. После окончания различных измерений, инспектором ДПС была составлена схема места совершения административного правонарушения. У участвующих лиц замечаний к ее составлению не возникло, и все участвующие лица добровольно, без принуждения, собственноручно поставили свои подписи в схеме. Также ему вместе со вторым понятым было предложено принять участие в освидетельствовании водителя автомобиля, в ходе которого установлено, что водитель автомобиля был трезв. После этого участвующими лицами был подписан акт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения;

- показаниями свидетеля Свидетель №2, который в судебном заседании показал, что в вечернее время в ДД.ММ.ГГГГ к нему обратился сотрудник ГИБДД для участия в фиксации обстоятельств ДТП у магазина «<данные изъяты>» на <адрес>. Обстоятельств своего участия в процессуальных действиях на месте ДТП он не помнит, но утверждает, что подписывал заполненную схему ДТП и акт освидетельствования на состояние опьянения, поскольку в представленных ему на обозрение в судебном заседании данных процессуальных документах он подтвердил наличие своих подписей;

- показаниями свидетеля Свидетель №7, фельдшера выездной бригады СМП <адрес>, из которых следует, что ДД.ММ.ГГГГ осуществлялся выезд на место ДТП на <адрес>. По приезде на место ими установлено, что на проезжей части лежит мужчина – Потерпевший №1, в сознании, без шлема, в нескольких метрах от мужчины также на проезжей части лежал мотоцикл. Потерпевший №1 пояснил, что у него сильная боль в груди и животе при дыхании, головная боль и тошнота. Также он пояснил, что его сбила автомашина, и он перелетел через руль мотоцикла, ударился головой и грудью. После оказанной медицинской помощи пострадавший Потерпевший №1 доставлен в отделение сочетанной травмы ОКБ г. Иваново;

А также письменными материалами дела:

- протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, которым зафиксирована обстановка на участке автодороги, расположенной между домами № и № по <адрес>. Проезжая часть на осматриваемом участке дороги горизонтальная, покрыта сухим асфальтом без выбоин, дорожное покрытие для двух направлений движения шириной 9,2 метров. На проезжей части нанесены линии дорожной разметки в виде пунктира, разметка видна отчетливо. К проезжей части примыкают справа - парковочный карман и бордюрный камень, слева расположен бордюрный камень, также присутствует металлическое ограждение. На месте ДТП имеется автомобиль с государственным регистрационным знаком № марки «<данные изъяты>», расположенный в парковочном кармане перпендикулярно проезжей части. На диске заднего правого колеса обнаружен след воздействия, расположенный на расстоянии 48 см от поверхности дорожного покрытия, который изъят на пластилиновый слепок, а с задней части колесной арки заднего колеса изъят соскоб красящего вещества черного цвета, расположенного на расстоянии 57 см от дорожного покрытия. На полосе движения с правой стороны лежит мотоцикл черного цвета с регистрационным знаком № марки «<данные изъяты>», расположенный на левом боку перпендикулярно проезжей части. На мотоцикле имеется ряд повреждений, а именно на передней части - в виде раскола ветрового стекла, правой части панели приборов, навесного оборудования с правой стороны, обширных динамических повреждений в виде трасс на выступающих поверхностях деталей и элементов мотоцикла с левой стороны. У передней части автомобиля имеется скопление осколков ветрового стекла, а также элементы приборной панели. На поверхности проезжей части имеются следы торможения протяженностью 4,5 м. от мотоцикла в сторону дорожного знака «Главная дорога» и следы волочения транспортного средства протяженностью 8,2 м. от мотоцикла в сторону дорожного знака «Главная дорога» до следов торможения;

- заключением химической судебной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которой на следовоспринимающей поверхности липкой пленки, предоставленной на экспертизу, имеются частицы, которые представляют собой фрагменты однослойного лакокрасочного покрытия темно-серого цвета;

- заключением трасологической судебной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, из которой следует, что след постороннего предмета, откопированный на пластилиновый слепок, оставлен посторонним предметом, имеющим пирамидальную поверхность максимальной шириной не менее 7 мм при воздействии (нажиме) им на следоноситель;

- осмотром от ДД.ММ.ГГГГ автомобиля марки «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак №, в ходе которого установлено, что на диске переднего правого колеса ближе к шине обнаружен след воздействия постороннего предмета в виде треугольного углубления и окружной вмятины;

- на мотоцикле марки «<данные изъяты>» инспектором ОГИБДД Свидетель №6 зафиксированы следующие повреждения: передняя вилка, руль, щиток приборов, обтекатель, левый поворотник, левая подножка, правое зеркало заднего вида, а на автомобиле марки «<данные изъяты>» - диск правого заднего колеса;

- протоколом выемки от ДД.ММ.ГГГГ, у потерпевшего Потерпевший №1 изъят мотоцикл марки «<данные изъяты>», регистрационный знак №, при осмотре которого на нем обнаружены повреждения: крепления передней фары к вилке мотоцикла в виде отлома справа, в связи с чем передняя фара смещена влево; отсутствует часть щитка приборов справа; на металлическом кронштейне на руле рядом с рукояткой имеются следы повреждений в виде отлома, где ранее, со слов участвующего в следственном действии Потерпевший №1, располагалось зеркало; на левой части руля на металлическом кронштейне отсутствует зеркало заднего вида; на руле в креплении отсутствует ветровое стекло;

- осмотром мотоцикла от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому в ходе следственного действия дополнительно зафиксировано, что на левой части руля имеется металлический кронштейн крепления ветрового стекла, который со слов участвующего специалиста Специалист №2, мог оставить повреждения, схожие со следом, зафиксированным на пластиковом слепке, изъятом при осмотре места происшествия ДД.ММ.ГГГГ;

- протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, в котором зафиксирована обстановка на участке местности у <адрес>. В ходе следственного действия свидетель Свидетель №6 указал на участок проезжей части, где располагалась наибольшая часть осколков стекла и пластика от поврежденного мотоцикла, описав на момент его прибытия на место происшествия места расположения мотоцикла «<данные изъяты>» и автомобиля «<данные изъяты>»;

- заключением трасологической судебной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которой след воздействия посторонним предметом, зафиксированный на фото № фототаблицы к протоколу осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, и поверхности креплений ветрового стекла (винт+гайка) (отм. №, № на фото №; фото №, №) на двух кронштейнах имеют одну групповую принадлежность по размерам и форме поверхности;

- заключением дополнительной трасологической судебной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, след воздействия посторонним предметом, зафиксированный в пластилиновом слепке и поверхности гаек креплений ветрового стекла на двух кронштейнах, имеют одну групповую принадлежность по размерам и форме поверхности;

- протоколом от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому осмотрен мотоцикл «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак №, и на нем установлены повреждения;

- протоколом следственного эксперимента, проведенного ДД.ММ.ГГГГ с участием потерпевшего Потерпевший №1, его представителя Представитель потерпевшего №1, подозреваемого ФИО1, его защитника Гамзина Н.А. на проезжей части около <адрес>, установлено место, где, со слов потерпевшего, он, двигаясь на своем мотоцикле «<данные изъяты>», обнаружил автомобиль «<данные изъяты>», выезжающий на полосу его движения, определено расстояние между этими точками равное 17,2 метров. После этого ФИО1 на автомобиле «<данные изъяты>», регистрационный знак №, повторил маневр поворота налево с пересечением встречной полосы и остановкой в парковочном кармане у магазина «<данные изъяты>». Выполнено три замера нахождения автомобиля в опасной зоне, а именно 3,2 сек., 1,5 сек., 2.5 сек.;

- заключением автотехнической судебной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, из которой следует, что в рассматриваемой дорожной ситуации водителю мотоцикла «<данные изъяты>» необходимо было руководствоваться пунктом 10.1 (ч. 2) Правил дорожного движения, водителю автомобиля «<данные изъяты>» необходимо было руководствоваться пунктами 8.1, 8.8 Правил дорожного движения;

- заключением дополнительной автотехнической судебной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которой при заданных исходных данных в условиях места происшествия водитель мотоцикла «<данные изъяты>» с заданного момента, когда он двигался со скоростью 50 км/ч, а время нахождения автомобиля «<данные изъяты>» в опасной для него зоне составило 2,35 секунды, не располагал технической возможностью избежать столкновения путем применения экстренного торможения;

- заключением автотехнической судебной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которой с технической точки зрения место («область») столкновения мотоцикла «<данные изъяты>» и автомобиля «<данные изъяты>» находилось на правой по ходу движения мотоцикла полосе движения проезжей части по направлению к <адрес> на траектории следов торможения и волочения мотоцикла и не далее расположения скопления осколков ветрового стекла, элементов приборной панели, обнаруженных и зафиксированных при осмотре места происшествия;

- заключением дополнительной автотехнической судебной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, в соответствии с которой с технической точки зрения версия водителя мотоцикла «<данные изъяты>» о вертикальном расположении мотоцикла в момент столкновения с автомобилем «<данные изъяты>» несостоятельна;

- картой вызова скорой медицинской помощи от ДД.ММ.ГГГГ (вызов №), в которой отражено время приема вызова, приезда и госпитализации, основной диагноз, медицинская эвакуация в ОКБ г. Иваново;

- заключением медицинской судебной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ у Потерпевший №1 установлена сочетанная травма груди и конечностей: закрытая тупая травма груди - переломы 3-8 ребер слева, разрыв левого легкого, осложнившаяся скоплением воздуха и крови в грудной полости слева, скоплением воздуха в средостении, мягких тканях шеи и туловища. Травма конечностей - кровоподтек в проекции левого локтевого сустава, ссадины на кистях, в проекции левого локтевого и коленных суставов, закрытый перелом левой ключицы со смещением отломков. Установленная сочетанная травма груди и конечностей образовалась в результате воздействий (ударов) тупых твердых предметов с местами приложения в области левого локтевого сустава, груди слева и конечностей в промежуток времени от нескольких десятков минут до одних суток на момент осмотра врачом в 20:03 часов ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается тяжестью состояния потерпевшего, наличием клинических признаков (отек мягких тканей, костный хруст в местах переломов) и их динамики; согласно п. 6.1.10 медицинских критериев квалифицируется как тяжкий вред здоровью человека, опасный для жизни;

- химико-токсикологическими исследованиями от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которых в крови Потерпевший №1 алкоголь (этанол) не обнаружен; Потерпевший №1 на момент взятия крови на химико-токсикологическое исследование был трезв;

- по результатам проведенного в 19:45 часов ДД.ММ.ГГГГ освидетельствования состояние алкогольного опьянения у ФИО1 не установлено;

- другими доказательствами, содержание которых подробно приведено в приговоре.

Выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступления, за которое он осужден, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, основаны на совокупности всесторонне, полно и объективно исследованных в судебном заседании и подробно приведенных в приговоре доказательствах, сомнений не вызывают.

Суд в соответствии с требованиями ст.ст. 87, 88 УПК РФ проверил все представленные сторонами доказательства с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, и в совокупности обоснованно признал их достаточными для разрешения уголовного дела по существу.

Указанные выше и иные доказательства, представленные сторонами в условиях состязательного процесса, полно и объективно исследованы в ходе судебного разбирательства с соблюдением принципов равноправия сторон; их анализ, а равно, и оценка, подробно изложены в приговоре.

При этом суд первой инстанции вопреки доводам апелляционной жалобы в точном соответствии с требованиями закона привел мотивы, по которым принял одни доказательства и отверг другие, расценив их как способ защиты. Изложенные в приговоре выводы суда не содержат противоречий.

Положенные в основу приговора доказательства содержат исчерпывающие сведения относительно обстоятельств, подлежащих доказыванию и имеющих значение для принятия правильного решения по настоящему делу, в том числе событие преступления, виновность лица в совершении преступления, форма его вины и мотивы.

Сведений о заинтересованности свидетелей в оговоре ФИО1 не имеется. Показания указанных лиц, а также согласующиеся с ними письменные материалы уголовного дела, логичны, последовательны, не имеют противоречий, влияющих на правильность установления судом обстоятельств совершения осужденным преступления и доказанность его вины, согласуются между собой и подтверждаются всей совокупностью собранных по делу доказательств.

В этой связи, суд апелляционной инстанции находит несостоятельными доводы апелляционной жалобы о том, что приговор суда является незаконным и необоснованным.

Несогласие осужденного и защитника с судебной оценкой доказательств не свидетельствует о допущенных судом нарушениях норм материального и процессуального права.

Не устраненных существенных противоречий в исследованных судом доказательствах, сомнений в виновности осужденного, требующих истолкования в его пользу, судом по делу не установлено, не усматривает таковых и суд апелляционной инстанции. Отдельные противоречия в показаниях потерпевшего установленным судом фактическим обстоятельством дорожно-транспортного происшествия верно не истолкованы существенными, свидетельствующими об их недостоверности в целом. Мотивировав свое решение, суд первой инстанции верно учел фактор неожиданности возникновения опасности для движения. Кроме того, суд апелляционной инстанции также отмечает и учитывает скоротечность события, тяжесть полученных повреждений, в том числе ЧМТ.

Правильно установив фактические обстоятельства дела, судом дана верная юридическая квалификация содеянному по ч. 1 ст. 264 УК РФ, как нарушение лицом, управляющим автомобилем Правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что все доводы апелляционной жалобы отражают позицию стороны защиты в ходе рассмотрения дела судом первой инстанции и им дана правильная оценка в приговоре. В целом они сводятся к необходимости переоценки исследованных судом доказательств в пользу осужденного в целях его оправдания, оснований для чего не имеется.

Оснований для признания схемы места совершения административного правонарушения недопустимым доказательством верно не установлено, поскольку она составлена уполномоченным должностным лицом, прибывшим на место дорожно-транспортного происшествия, в установленном порядке и в соответствии с положениями Порядка осуществления надзора за соблюдением участниками дорожного движения требований законодательства Российской Федерации о безопасности дорожного движения, утв. приказом МВД России от ДД.ММ.ГГГГ №. Обстоятельства, которые инспектором ДПС визуально установлены после прибытия на место происшествия, требовали от него в силу п.п. 93.2, 95 указанного Порядка составить такую схему, что им выполнено в соответствии с положениями названного нормативного документа, в связи с чем суд первой инстанции верно не нашел оснований считать незаконным проведение первоначальной проверки обстоятельств дорожно-транспортного происшествия по правилам КоАП РФ в рамках дела об административном правонарушении. Свидетели Свидетель №1, Свидетель №2, а также сам ФИО1 подтвердили наличие своих подписей в указанной схеме, сведений о несогласии кого-либо из участников с ее содержанием в данном документе не приведено. Схема, как и фототаблица явились приложением к протоколу осмотра места происшествия, составленным уполномоченным должностным лицом с участием специалиста.

Оснований для признания протокола осмотра места происшествия недопустимым доказательством также не имеется. Протокол соответствует требованиям УПК РФ. Предъявленная стороной защиты в настоящем судебном заседании копия протокола, изготовленная неустановленным способом, не заверенная надлежащим образом и содержащая внесенные изменения не ставит под сомнение допустимость и достоверность содержания подлинника процессуального документа.

Утверждения стороны защиты о недопустимости протокола следственного эксперимента являются также необоснованными. Суд первой инстанции верно указал, что данное следственное действие проведено в соответствии с требованиями закона, с использованием технических средств фотофиксации, с разъяснением участвующим лицам их процессуальных прав, в условиях, сопоставимых с обстановкой дорожно-транспортного происшествия, и на том же самом месте, а также с участием как потерпевшего Потерпевший №1, так и подсудимого ФИО1, его защитника, которые имели возможность выразить свою позицию относительно как расположения транспортных средств, так и времени нахождения автомобиля в опасной зоне, однако при подписании протокола замечаний по поводу достоверности воспроизведения обстановки, обстоятельств, связанных с ДТП, отражения в протоколе хода и результатов следственного эксперимента никем из участников следственного действия не сделано.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что в п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 25 обращено внимание судов на то, что при исследовании причин создавшейся аварийной обстановки необходимо установить, какие пункты правил дорожного движения или эксплуатации транспортных средств нарушены и какие нарушения находятся в причинной связи с наступившими последствиями, предусмотренными ст. 264 УК РФ. Такие нарушения со стороны водителя ФИО1 приговором суда установлены.

Указанным Пленумом Верховного суда РФ в п.п. 6,7 разъяснено, что уголовная ответственность по ст. 264 УК РФ наступает, если у водителя имелась техническая возможность избежать дорожно-транспортного происшествия и между его действиями и наступившими последствиями установлена причинная связь. Таким образом, необходимость исследования вопроса о технической возможности предотвращения дорожно-транспортного происшествия связана с нарушением водителем п. 10.1 Правил дорожного движения.

Вопреки доводам стороны защиты, таковых нарушений со стороны водителя Потерпевший №1 не установлено.

Согласно заключения автотехнической судебной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ водитель мотоцикла не располагал технической возможностью избежать столкновения с автомобилем путем применения экстренного торможения. Доводы защитника о том, что выводы экспертизы № основаны на предположении, поскольку заданное время нахождения автомобиля ХОНДА CR-V в опасной зоне не фигурирует в протоколе следственного эксперимента от ДД.ММ.ГГГГ не убедительны. По результатам проведенного следственного эксперимента выполнено три замера нахождения автомобиля в опасной зоне, а именно 3,2 секунды, 1,5 секунды, 2.5 секунды. Среднее значение между крайними замерами составляет 2,35 секунды. Именно данное значение было заложено в постановлении следователя о назначении дополнительной автотехнической судебной экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ, что сторонами не оспаривалось, дополнительных вопросов перед экспертом не ставилось.

Вопреки доводам защитника судом установлено, что факт принятия потерпевшим Потерпевший №1 при возникновении опасности для его движения мер к снижению скорости путем торможения подтверждается как его стабильными и последовательными показаниями об этом на протяжении предварительного расследования и в суде, так и протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, схемой места совершения административного правонарушения, показаниями свидетеля Свидетель №6 относительно наличия на проезжей части в месте дорожно-транспортного происшествия следов тормозного пути, ведущих к лежащему на проезжей части мотоциклу.

Вопреки позиции защитника, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что установленные по делу фактические обстоятельства на признаки несоблюдения требований ПДД РФ водителем Потерпевший №1 в рассматриваемой ситуации не указывают. Применение водителем мотоцикла (потерпевшим) торможения, которое в конечном итоге привело к опрокидыванию транспортного средства на левый бок и дальнейшее столкновение с автомобилем, не свидетельствует о нарушении Потерпевший №1 положений ПДД РФ, отражая лишь результат правомерных действий потерпевшего, на который повлияла сложившаяся в тот момент дорожная обстановка в момент возникновения опасности для движения.

Доводы стороны защиты о наличии у Потерпевший №1 ряда заболеваний, влияющих на его способность управлять транспортным средством, что находится в причинной связи с последствиями, носят исключительно надуманный характер. Потерпевший №1 в установленном порядке допущен к управлению мотоциклом и имеет действующее водительское удостоверение. Кроме того, действия Потерпевший №1 по применению экстренного торможения свидетельствуют об адекватной реакции водителя на экстренную обстановку.

Приведенная защитником ссылка на конкретное решение Верховного Суда Российской Федерации правильность данного вывода не опровергает, поскольку данное решение от ДД.ММ.ГГГГ принято по конкретному делу с иными обстоятельствами дорожно-транспортного происшествия, связанными с изменением направления движения мотоциклом и неуправляемым перемещением на полосу встречного движения, где и произошло столкновение.

Доводы стороны защиты об отсутствии вины ФИО1 в рассматриваемом преступлении со ссылкой на результаты исследования, отраженные в заключении специалиста № от ДД.ММ.ГГГГ, и допрос специалиста Специалист №1 в судебном заседании суд первой инстанции верно нашел несостоятельными с приведением убедительных мотивов, по которым их отверг, как не основанные на положениях УПК РФ.

Соглашаясь с данными выводами, суд апелляционной инстанции отмечает, что согласно положениям УПК РФ специалист как лицо, обладающее специальными знаниями, привлекается к участию в процессуальных действиях в порядке, установленном статьями 58, 164, 168, 270 указанного кодекса, для содействия в обнаружении, закреплении и изъятии предметов и документов, применении технических средств в исследовании материалов уголовного дела, для постановки вопросов эксперту, а также для разъяснения сторонам и суду вопросов, входящих в его профессиональную компетенцию. Никаких иных полномочий специалиста, в том числе по оценке экспертных заключений, проведению схожих с экспертизой исследований, действующий уголовно-процессуальный закон не предусматривает. Специалист лишь высказывает свое суждение по заданным ему вопросам. Заключение специалиста не может подменять собой заключение эксперта, если таковое требуется по делу.

Из заключения специалиста Специалист №1 и его допроса в судебном заседании следует, что поставленные перед ним защитником вопросы были фактически направлены на оценку экспертных заключений, проведению схожих с экспертизой исследований, оценку результатов следственного эксперимента, что противоречит приведенным выше положениям Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. При таких обстоятельствах данное доказательство является недопустимым.

Заключения экспертиз проверены на предмет относимости и допустимости и правомерно использованы судом в качестве доказательств. Суд апелляционной инстанции также приходит к выводу о том, что ставить под сомнение выводы экспертиз оснований не имеется, поскольку исследования проводились экспертами, обладающими специальными познаниями и достаточным опытом работы, предупрежденными об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения. Экспертные заключения в полной мере соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ. Оснований для проведения дополнительных либо повторных экспертиз, либо для повторного вызова и допроса экспертов не имеется.

Суд апелляционной инстанции не усмотрел оснований и для назначения психологической судебной экспертизы в отношении потерпевшего, о чем принято протокольное решение.

Исходя из исследованных в судебном заседании доказательств, суд верно пришел к выводу, что в случае соблюдения требований ПДД ФИО1, будучи водителем транспортного средства, мог осуществлять контроль как за движением своего транспортного средства, так и за дорожной обстановкой в целом, и, соответственно, при осуществлении выезда на полосу встречного движения мог своевременно увидеть движущийся мотоцикл под управлением потерпевшего, не создавая тому опасности для движения.

Водитель мотоцикла двигался по своей полосе движения, с разрешенной скоростью, что для водителя ФИО1, выполняющего поворот налево вне перекрестка, не могло быть неожиданным, поэтому он имел возможность заранее обнаружить движение мотоцикла с последующим исполнением обязанности уступить дорогу встречному транспортному средству.

В рассматриваемой дорожной ситуации возможность избежать возникновение дорожно-транспортного происшествия зависела от субъективной возможности водителя автомобиля при выполнении поворота налево вне перекрестка соблюдать требования пунктов 1.2, 1.3, 1.5, 8.1, 8.8, 10.1 ПДД РФ. Такая возможность у ФИО1 имелась, а обязанность по соблюдению вышеуказанных положений ПДД возложена на него как на непосредственного участника дорожного движения.

Вопреки позиции защиты, исследованные судом доказательства свидетельствуют о несоблюдении ФИО1 требований ПДД, создание опасности и причинение по неосторожности вреда другому водителю, имеющему преимущественное право движения. Доводы стороны защиты о наличии со стороны потерпевшего нарушений требований п. 10.1 ПДД РФ и, как следствие, неэффективность применения экстренного торможения, приведшего к падению мотоцикла, являются их субъективной позицией, противоречащей исследованным судом доказательствам. Потерпевший в рассматриваемой ситуации обладал преимущественным правом движения, а у ФИО1 с учетом вышеуказанных требований п. 1.2 ПДД РФ имелась безусловная обязанность при осуществлении поворота налево не вынуждать других участников процесса к снижению скорости и действиям по применению экстренного торможения. Заявления осужденного и адвоката о возможности осужденным завершить маневр и избежать столкновения с мотоциклом также опровергаются выводами автотехнических экспертиз.

Все юридически значимые обстоятельства, позволившие достоверно установить фактические обстоятельства совершения осужденным преступления, судом первой инстанции учтены. Доводы осужденного и его защитника о неустановлении значимых обстоятельств обусловлены избранной позицией защиты и на достоверность доказательств и правильность выводов суда о доказанности его виновности в совершении преступления не влияют.

Отрицание осужденным своей вины в совершении инкриминируемого преступления, при наличии всей совокупности доказательств его причастности к нему, по мнению суда апелляционной инстанции, является одним из способов защиты и обосновывается желанием избежать уголовной ответственности, так как доказательств, опровергающих обвинение, в судебное заседание, как суда первой инстанции, так и суда апелляционной инстанции представлено не было, какие-либо основания для освобождения ФИО1 от уголовной ответственности отсутствуют.

Назначенное ФИО1 наказание соответствует требованиям ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ, характеру и степени общественной опасности совершенного преступления, данным о личности виновного, обстоятельствам смягчающим наказание, а также его влиянию на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

Суд обоснованно признал обстоятельствами, смягчающими наказание осужденному ФИО1: активное способствование расследованию преступления, выразившееся, в том числе, в участии в проведении следственного эксперимента, а также иные действия, направленные на способствование раскрытию и расследованию преступления; оказание иной помощи потерпевшему после совершения преступления, принесение подсудимым извинений потерпевшей стороне, а также факты прохождения подсудимым и его родственниками лечения и обращения в медицинское учреждение в связи с установленными диагнозами, оказание материальной помощи родственникам.

Каких-либо иных смягчающих наказание обстоятельств, которые судом остались неучтенными, не установлено, не усматривает таковых и суд апелляционной инстанции.

Обстоятельств, отягчающих осужденному наказание, судом первой инстанции обоснованно не установлено.

Суд апелляционной инстанции, соглашаясь с выводами суда первой инстанции об отсутствии оснований для применения положений ст. 64 УК РФ, также констатирует, что по делу отсутствуют какие-либо исключительные обстоятельства, связанные с целями и мотивами преступления, либо другие обстоятельства, существенно уменьшающие степень общественной опасности совершенного деяния.

Вопрос о применении положений ч. 6 ст. 15 УК РФ судом верно не рассматривался в связи с категорией данного преступления.

Выводы суда о назначении вида и размера наказания, являются мотивированными, обоснованными, соответствующими положениям п. 27 постановления Пленума Верховного суда РФ от 22.12.2015г. №58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания». Назначенное осужденному наказание в виде штрафа и его размер, по мнению суда апелляционной инстанции, представляется справедливым и соразмерным содеянному, в связи с чем оснований для смягчения назначенного наказания, не имеется.

При назначении наказания суд принял во внимание положения ч. 1 ст. 62 УК РФ, учитывая то обстоятельство, что штраф не является наиболее строгим видом наказания, предусмотренным санкцией ч. 1 ст. 264 УК РФ.

Назначив ФИО1 основное наказание в виде штрафа, суд первой инстанции, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления и личности виновного, на основании ч. 3 ст. 47 УК РФ назначил ему дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, с чем суд апелляционной инстанции соглашается.

При разрешении гражданского иска потерпевшего Потерпевший №1 о компенсации морального вреда, причиненного преступлением, суд учел требования статей 151, 1064, 1079, 1100, 1101 ГК РФ и все обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения иска. Размер компенсации морального вреда определен судом с учетом характера причиненных потерпевшему нравственных и физических страданий, как на месте дорожно-транспортного происшествия, так и в ходе дальнейшего медицинского лечения, последствий травм, полученных потерпевшим Потерпевший №1 в результате ДТП и учета требований разумности и справедливости. Суд апелляционной инстанции находит размер компенсации морального вреда, причиненного преступлением разумным и справедливым и не находит оснований, как для его увеличения, так и снижения.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ,

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Фурмановского городского суда Ивановской области от 07 мая 2025 года в отношении ФИО1 - оставить без изменения, апелляционную жалобу защитника-адвоката Шкрюбы Р.В. в интересах осужденного ФИО1 - без удовлетворения.

Приговор и апелляционное постановление могут быть обжалованы в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу.

В случае подачи кассационной жалобы осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции и об участии адвоката.

Пропущенный по уважительной причине срок кассационного обжалования, может быть восстановлен судьей суда первой инстанции по ходатайству лица, подавшего кассационные жалобу, представление. Отказ в его восстановлении может быть обжалован в порядке, предусмотренном ч. 5 ст. 401.3 УПК РФ. В случае пропуска срока, установленного ч. 4 ст. 401.3 УПК РФ, или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление на приговор или иное итоговое судебное решение подается непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматривается в порядке, предусмотренном ст.ст. 401.10-401.12 УПК РФ.

Председательствующий Д.В. Гуськов