СудАкт в соцсетях

Апелляционное определение № 22-15/2026 22-502/2025 от 8 февраля 2026 г.

Магаданский областной суд (Магаданская область) - Уголовное

Судья Зазимко А.Н. Дело № 22-15/2026

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

город Магадан 9 февраля 2026 года

Магаданский областной суд в составе:

председательствующего судьи Жиделева Д.Л.,

судей Агаевой Е.И., Сидоровой М.А.,

при секретаре Морозове В.С.,

с участием:

прокурора отдела прокуратуры Магаданской области Пензиевой А.Г.,

потерпевшей Ч.,

осужденного ФИО1 у (в режиме видеоконференц-связи),

защитников осужденного ФИО1 у. - адвокатов Шавлак А.А., Романовского А.В.,

переводчика Ю.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы защитников осужденного ФИО1 у. адвокатов Шавлак А.А. и Романовского А.В. на приговор Магаданского городского суда от 25 сентября 2025 года, которым

ФИО1 у., <.......>, не судимый,

осужден по ч. 4 ст. 111 УК РФ к лишению свободы на срок 7 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок лишения свободы ФИО1 у постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

Избранная в отношении ФИО1 у мера пресечения в виде заключения под стражу оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу, после чего ее постановлено отменить.

В соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ в срок лишения свободы ФИО1 у. зачтено время его содержания под стражей с 1 октября 2024 года до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в колонии строгого режима.

Гражданский иск потерпевшей Ч. о возмещении материального ущерба, причиненного преступлением, в размере 211 552 рубля 34 копейки и компенсации морального вреда в сумме 1 500 000 рублей удовлетворен.

Приговором разрешен вопрос о судьбе вещественных доказательств и процессуальных издержек.

Заслушав доклад судьи Сидоровой М.А., выступление осужденного ФИО1 у и его защитников адвокатов Шавлак А.А. и Романовского А.В., поддержавших доводы апелляционных жалоб, мнение потерпевшей Ч., просившей приговор суда оставить без изменения, а апелляционные жалобы без удовлетворения, прокурора Пензиеву А.Г., возражавшей против доводов апелляционных жалоб и полагавшей, что основания для изменения либо отмены приговора суда не имеется, суд апелляционной инстанции

установил:

приговором суда ФИО1 у осужден за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть В.

Преступление совершено 28 сентября 2024 года в городе Магадане при обстоятельствах, изложенных в приговоре суда.

В апелляционной жалобе и дополнении к ней защитник осужденного ФИО1 у адвокат Шавлак А.А., не соглашаясь с приговором, полагает, что судебное решение постановлено с существенными нарушениями уголовно-процессуального закона, основано на неправильном применении уголовного закона, а выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела.

В обоснование доводов указывает, что исследованными в судебном заседании доказательствами не подтверждается причастность ФИО1 у к причинению смерти В.

Полагает, что в нарушение ст. 15 УПК РФ суд своими действиями и решениями последовательно демонстрировал пристрастность и необъективность, ограничивая право ФИО1 у на защиту и предоставление доказательств, а содержание доводов, приведенных в защиту ФИО1 у, судом намерено искажено с целью уклонения от их оценки по существу.

Судом не рассмотрен отвод, заявленный председательствующему, соответствующее постановление суда в материалах дела отсутствует, в связи с чем, по мнению защитника, уголовное дело рассмотрено незаконным составом суда.

Полагает, что выводы, изложенные в заключении эксперта № 53-МК от 26 ноября 2024 года, в том числе в части локализации <травма> у потерпевшего, основано на предположениях и домыслах эксперта, а его выводы не имеют научного обоснования. Доводы стороны защиты о недопустимости данного доказательства должным образом не рассмотрены, вследствие чего, по мнению защитника, выводы о виновности ФИО1 у основаны на предположениях.

Полагает, что, разрешая ходатайство стороны защиты о назначении повторной судебно-медицинской экспертизы, суд высказался о достоверности заключения эксперта № 53-МК от 26 ноября 2024 года, чем предрешил оценку данного доказательства и при вынесении приговора был связан таким решением.

Приводит содержание показаний свидетелей И. и О. и, сопоставляя их с выводами судебно-медицинской экспертизы № 447/Э от 30 октября 2024 года, указывает, что достаточных доказательств, подтверждающих нанесение ФИО1 у удара в левую <.......><.......> В. и причинение <травма>, повлекшей наступление смерти последнего, не имеется.

Ссылаясь на заключение судебно-медицинской экспертизы № 447/Э от 30 октября 2024 года, указывает, что все телесные повреждения в области <.......> В. образовались в одни сутки. Давность наступления смерти погибшего, от времени которой возможно отсчитать срок причинения <травма>, не установлено, поскольку протокол осмотра места происшествия от 29 сентября 2024 года, в котором зафиксированы ранние трупные явления на теле В., эксперту С. не предоставлялся.

Ходатайство о допросе специалиста М., явка которой в судебное заседание стороной защиты обеспечена в целях разъяснения давности наступления смерти В. и иных вопросов, судом в нарушение ч. 2 ст. 58 УПК РФ оставлено без удовлетворения.

Обращает внимание, что в материалах уголовного дела содержатся доказательства, свидетельствующие о причинении В. телесных повреждений в течение суток до наступления смерти иными лицами, в частности О. и К.

Считает, что зафиксированные в протоколе осмотра места происшествия от 29 сентября 2024 года ранние трупные явления на теле В. свидетельствуют о наступлении его смерти около полуночи 28 сентября 2024 года, что расширяет временной диапазон от момента причинения погибшему <травма> до его смерти и позволяет включить в него противоправные действия О. и К., также причинявших В. телесные повреждения, в связи с чем у последних имелся мотив для оговора ФИО1 у.

Приводит содержание показаний, данных ФИО1 у в качестве обвиняемого 13 ноября 2024 года, и, сопоставляя их с заключением судебно-медицинской экспертизы № 447/Э от 30 октября 2024 года, указывает, что сообщенные ее подзащитным сведения о нанесении К. ударов по В. табуретом являются достоверными.

Обращает внимание на неполноту предварительного следствия и непринятие следователем мер по проверке причастности к смерти В. иных лиц.

Просит приговор суда отменить, ФИО1 у оправдать либо направить материалы уголовного дела на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе суда.

В апелляционной жалобе защитник осужденного ФИО1 у адвокат Романовский А.В., не соглашаясь с приговором, указывает, что при рассмотрении уголовного дела судом допущены нарушения уголовно-процессуального законодательства, которые выразились в следующем.

В нарушение п.п. 3, 9 ч. 4 ст. 47 УПК РФ в отсутствие отказа ФИО1 у от дачи показаний и при желании его подзащитного донести до суда свою позицию по уголовному делу суд неправомерно удовлетворил ходатайство государственного обвинителя и огласил показания, данные ФИО1 у в ходе предварительного следствия.

Вопреки запрету, установленному в ч. 2.1 ст. 58, ч. 4 ст. 271 УПК РФ, суд незаконно отказал стороне защиты в допросе в судебном заседании специалиста М., явка которой в судебное заседание обеспечена.

Полагает, что в судебном заседании 19 августа 2025 года суд незаконно отказал в отводе переводчика, который лично заявил о своей некомпетентности и затруднениях в переводе медицинских терминов на язык.

В нарушение ч. 3 ст. 243 УПК РФ суд неоднократно препятствовал стороне защиты заявить возражения на действия председательствующего, отвод, заявленный судье Зазимко А.Н. 19 августа 2025 года, не рассмотрен, мотивированное постановление не вынесено, в связи с чем, по мнению защитника, с указанной даты уголовное дело рассматривалось незаконным составом суда. Отвод, заявленный судье Зазимко А.Н. 1 сентября 2025 года, также не рассмотрен и ошибочно расценен как несогласие стороны защиты с действиями председательствующего.

Приводит содержание норм Конституции Российской Федерации, уголовно-процессуального законодательства, позиции Конституционного суда Российской Федерации и указывает, что допущенные судьей Зазимко А.Н. нарушения, в том числе ограничение права ФИО1 у на защиту и предоставление доказательств, указывают на необъективность при рассмотрении уголовного дела.

Приводит содержание трех видеофайлов, полученных свидетелем А. от О. и приобщенных в судебном заседании по ходатайству стороны защиты, и указывает, что телесные повреждения В. были нанесены иными лицами, причастность которых в ходе предварительного следствия не проверялась и не устанавливалась. Обращает внимание, что ходатайство стороны защиты о повторном допросе свидетелей И. и О. судом необоснованно отклонено.

Просит приговор суда отменить, ФИО1 у оправдать.

В возражениях на апелляционные жалобы защитников осужденного ФИО1 у адвокатов Шавлак А.А. и Романовского А.В. государственный обвинитель Брянцева Е.С. считает их необоснованными в ввиду несостоятельности приведенных доводов. Указывает, что положенные в основу приговора доказательства являются достаточными для вывода о виновности ФИО1 у. Действия председательствующего судьи при рассмотрении уголовного дела соответствовали требованиям уголовно-процессуального закона, нарушения права ФИО1 у на защиту не допущено, назначенное осужденному наказание является справедливым. Просит апелляционные жалобы оставить без удовлетворения, приговор суда – без изменения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб и поступивших возражений, выслушав участников судебного заседания, суд апелляционной инстанции не находит оснований, предусмотренных ст.389.15 УПК РФ, для отмены приговора, который как обвинительный постановлен правильно.

Уголовное дело рассмотрено судом в соответствии с положениями глав 36 - 39 УПК РФ, определяющих общие условия судебного разбирательства, с обеспечением принципа состязательности и равноправия сторон, с обоснованием сделанных выводов собранными по делу доказательствами, проверенными в сопоставлении друг с другом и в совокупности, оцененными на предмет их относимости и законности, признанными достаточными для установления события преступления, причастности к нему осужденного, а также его виновности.

Вопреки доводам, приведенным стороной защиты в суде апелляционной инстанции, постановленный судом приговор соответствует требованиям уголовно-процессуального закона, предъявляемым к его содержанию. В нем отражены обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, проанализированы подтверждающие их доказательства, аргументированы выводы, относящиеся к вопросу квалификации преступления, разрешены иные вопросы, имеющие отношение к делу, из числа предусмотренных ст. 299 УПК РФ.

Выводы суда о виновности осужденного ФИО1 у в совершении инкриминированного ему преступления, являются правильными, соответствуют фактическим обстоятельствам, установленным судом первой инстанции. Доводы ФИО1 у о непричастности его к причинению В. тяжкого вреда здоровью и в связи с этим необоснованностью осуждения его по ч. 4 ст. 111 УК РФ, суд апелляционной инстанции находит несостоятельными, поскольку они опровергаются исследованными судом доказательствами.

Так, из показаний свидетеля К. следует, что 28 сентября 2024 года она находилась по месту своего жительства в комнате <адрес> совместно с сожителем В., между ними произошел конфликт, в ходе которого она нанесла ему около трех, четырех пощечин, из-за чего у В. пошла кровь из брови, рассеченной ранее минувшей ночью во время его пребывания в кафе «<кафе>». В течение дня В. жалоб на состояние здоровья не предъявлял, чувствовал себя хорошо. В дальнейшем к ним пришли О. и И., с которыми они распивали спиртные напитки. Между О. и В. произошел словесный конфликт, однако драки между ними не было. Спустя непродолжительное время, пришедший к ним в комнату ФИО1 у стал выяснять отношения со В., и в ходе словесного конфликта, резко подскочил к последнему, сидящему на диване, и правой ногой нанес не менее одного удара наотмашь по <.......> В. Удар ФИО1 у был внезапным и сильным, пришелся в область <.......> В. После произошедшего все присутствующие покинули комнату, а она и В. легли спать. Проснувшись утром она обнаружила, что В. мертв.

О том, что удар ФИО1 у ногой пришелся именно в <.......> область <.......> В. свидетель К. подтвердила в ходе проверки показаний на месте, при этом продемонстрировала действия ФИО1 у при нанесении удара В., встав на диван, правой ногой нанеся удары в область <.......> манекена (том 1 л.д.153-162).

Показания свидетеля К. об обстоятельствах возникшего между ФИО1 у и В. конфликта и нанесения последнему удара в <.......> область <.......> слева согласуются с показаниями свидетелей О. и И., показавших, что 28 сентября 2024 года в ходе распития спиртных напитков между ФИО1 у и В. произошел конфликт, в ходе которого ФИО1 у правой ногой, обутой в кроссовок, нанес удары по левой части <.......> В., удары были сильные и приходились в область левого <.......>. На следующее утро от К. им стало известно, что В. умер.

В ходе проверки показаний на месте О. также подтвердил ранее данные им показания о нанесении ФИО1 у удара в левую <.......> область <.......> В. и при помощи манекена продемонстрировал действия ФИО1 у, и, встав ногой на диван, осуществил замах правой ногой в область <.......> манекена (том 1 л.д.163-173).

Свидетель И., настаивая на своих показаниях, при помощи манекена воспроизвела механизм нанесения удара ФИО1 у В. (том 1 л.д.174-182).

В ходе очных ставок с ФИО1 у свидетели К., Р., И. дали аналогичные показания об обстоятельствах причинения телесных повреждений ФИО1 у ногой в левую <.......> область <.......> В. (том 1 л.д.121-126, 193-200,201-204).

Эти показания свидетелей К., О., И. суд обоснованно признал достоверными, поскольку они объективно соответствуют фактическим данным, установленным по делу и подтверждены иными доказательствами.

Каких-либо оснований не доверять показаниям свидетелей К., О., И. не имелось, причин для оговора ФИО1 у не установлено.

Судом первой инстанции дана оценка расхождениям в показаниях свидетелей К., указавшей, что в момент нанесения ему удара ФИО1 у В. располагался на диване у стены, либо сидел на корточках у комода, свидетеля О. о том, что удар ФИО1 у пришелся в правую область <.......> В., свидетеля И. о том, что ФИО1 у нанес удар В. стоя на полу перед ним, как не влияющим на установленные судом фактические обстоятельства преступления, согласно которым ФИО1 у, находясь в комнате <адрес>, нанес В., сидящему на диване, не менее одного удара ногой в область <.......> последнего, причинив последнему телесные повреждения в виде <травма>, осложнившейся <.......>, квалифицируется как причинившая тяжкий вред здоровью, опасный для жизни, и стоит в прямой причинно-следственной связи с наступившей смертью.

Подсудимый ФИО1 у в судебном заседании вину в совершении инкриминируемого преступления не признал. Будучи допрошенным в ходе предварительного следствия в качестве подозреваемого, обвиняемого, в том числе в ходе очных ставок со свидетелями К., О., И., указал, что В. не бил, о его смерти узнал на следующее утро от К. и испугавшись возможного оговора и необоснованного обвинения, приобрел билеты на самолет. Настаивая на своей непричастности к инкриминируемому деянию, ФИО1 у указал, что в тот вечер В.у удары наносили К. по лицу, а также табуреткой по <.......>, О. ударил последнего несколько раз по лицу в область губ, от чего у В. пошла кровь.

Доводы осужденного, приведенные в суде апелляционной инстанции о недостоверности показаний свидетелей К., И. и О., в связи с тем, что последние его оговорили судебной коллегией оцениваются критически.

Так, свидетели К., И. и О. последовательно с момента обнаружения трупа В. давали показания о том, что между погибшим и ФИО1 у произошел конфликт, в ходе которого ФИО1 у правой ногой, обутой в кроссовок, нанес сильные удары в область <.......> В.

На момент дачи показаний свидетели К., И. и О. объективно не могли располагать информацией, что непосредственной причиной смерти явилась <травма>, состоящая в прямой причинно-следственной связи со смертью В. образовавшаяся от одного воздействия в левую <.......> область <.......>.

При этом свидетель К., давая показания о нанесении ФИО1 у ногой в область <.......> В. одновременно последовательно указывала о нанесении, в том числе и ею, погибшему определенных телесных повреждений в область <.......>, которые были установлены только в результате экспертизы и не имели отношения к смерти В.

Таким образом, вышеуказанные обстоятельства свидетельствуют о достоверности показаний свидетеля К., которая на момент дачи показаний не была осведомлена о том, что смерть погибшего наступила от одного травматического воздействия, а не от совокупности телесных повреждений.

Положенные в основу обвинительного приговора показания К., И. и О. в совокупности с другими доказательствами по делу наиболее полно отражают картину произошедших событий в части характера действий каждого лица по отношению к погибшему.

Несмотря на занятую стороной защиты позицию, действия ФИО1 у правильно квалифицированы по ч.4 ст. 111 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

Выводы суда первой инстанции о том, что умысел осужденного ФИО1 у был направлен на причинение тяжкого вреда здоровью В. свидетельствует локализация нанесенных ударов в область расположения жизненно важных органов – <.......> ногой.

Действия ФИО1 у состоят в прямой причинно-следственной связи со смертью В. что установлено экспертным путем.

Вопреки доводам апелляционных жалоб суд обоснованно принял во внимание заключения судебно-медицинских экспертиз, которые отвечают всем требованиям закона, составлены и оформлены компетентными лицами, каких-либо противоречий не содержат и согласуются с иными приведенными в приговоре доказательствами.

Так, согласно заключению судебно-медицинской экспертизы № 447/Э от 30 октября 2024 года <травма>, состоящая в прямой причинно-следственной связи со смертью В. образовалась от одного воздействия в левую <.......> область в направлении действия травмирующей силы слева направо, тупого твердого предмета с ограниченной поверхностью, в промежуток времени, который может исчисляться единицами часов к моменту наступления смерти (том 1 л.д.221-242).

Допрошенная в судебном заседании эксперт С., подтвердив выводы, изложенные в заключении судебно-медицинской экспертизы № 447/Э от 30 октября 2024 года, указала, что для производства экспертизы следственным органом был представлен труп В. и постановление о назначении экспертизы, протокол осмотра места происшествия не предоставлялся, при этом какой-либо необходимости истребования дополнительных материалов и документов при проведении экспертизы не возникло.

Вопреки доводам апелляционных жалоб ставить под сомнение обоснованность выводов эксперта, содержащихся в заключении медико-криминалистической судебной экспертизе № 53-МК от 26 ноября 2024 года, у суда оснований не имелось, поскольку оно соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ.

Как следует из выводов, изложенных в заключении, не исключается образование у В. <травма> от одного воздействия в левую <.......> область в направлении действия травмирующей силы слева направо, при схожих условиях, указанными свидетелями И. и О. при проверках показаний на месте от 18 ноября 2024 года (том 2 л.д.89-102).

Выводы указанных экспертиз подтверждают показания свидетелей К., О., И. о причинении В. телесного повреждения в левую <.......> область <.......>.

Доводы защиты о причинении тяжкого вреда здоровью В., повлекшее смерть последнего и полученного при иных обстоятельствах, опровергнуты заключением эксперта, согласно которому <травма>, состоящая в прямой причинно-следственной связи со смертью В. образовалась в промежуток времени, который может исчисляться единицами часов к моменту наступления смерти.

Наличие у В. иных телесных повреждений, полученных им накануне описываемых событий при обстоятельствах, указанных свидетелями К., И., в том числе в кафе «<кафе>», нашедшие свое отражение на видео, представленных в мессенджере «<мессенджер>», образование которых исчисляется в срок в пределах одних и трех-пяти суток до наступления смерти, в причинно-следственной связи с наступившей смертью В. не стоят и на квалификацию содеянного ФИО1 у не влияют.

Специалист М., допрошенная в судебном заседании суда апелляционной инстанции по ходатайству стороны защиты, каких-либо сведений, ставящих под сомнение выводы представленных в уголовном деле экспертиз, не сообщила.

Оснований для проведения повторной экспертизы, не имелось. Изложенные в приговоре доказательства в совокупности являются достаточными для разрешения уголовного дела по существу.

Оснований для оправдания ФИО1 у не имеется.

В целом доводы апелляционных жалоб о незаконности и необоснованности приговора, несогласии с оценкой доказательств, их принятием и исследованием по существу сводятся к переоценке доказательств, к чему оснований не имеется. Несовпадение оценки доказательств, сделанной судом первой инстанции при постановлении приговора, с позицией защиты, не свидетельствует о нарушении требований уголовно-процессуального закона и не является основанием для отмены или изменения судебного решения.

Уголовное дело рассмотрено с соблюдением уголовно-процессуального закона, в соответствии с принципами равноправия и состязательности сторон, при этом суд создал необходимые условия для исполнения сторонами процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав.

Согласно протоколу судебного заседания, процессуальные права в судебном заседании подсудимому председательствующим судьей были разъяснены, участники судебного разбирательства активно пользовались своими правами.

Поскольку в ходе производства по уголовному делу было установлено, что ФИО1 у - уроженец недостаточно владеет русским языком, в целях обеспечения его права на защиту в полном объеме обеспечено участие переводчиков, имеющих все необходимые документы, и свободно владеющих языками. Решения суда об отсутствии оснований для отвода переводчиков в каждом конкретном случае мотивированы и обоснованы.

Принятие судом решения об оглашении показаний подсудимого ФИО1 у, данных на предварительном следствии не свидетельствует о нарушении права на защиту последнего. Как следует из протокола судебного заседания подсудимому разъяснялась необходимость подготовки к допросу (1 июля 2025 года). 9 июля 2025 года после предоставления стороной обвинения и защиты доказательств, председательствующий поставил на обсуждение сторон ходатайство государственного обвинителя, который, в связи с заявлением подсудимого ФИО1 у согласовать позицию защиты с адвокатом, отказался дать в суде показания, предложил огласить его показания, данные на предварительном следствии. Суд обоснованно расценил указанную позицию подсудимого как отказ от дачи показаний и применил положения п.3 ч.1 ст. 276 УПК РФ, постановив огласить его показания, данные ими ранее при производстве предварительного расследования.

Данных о том, что председательствующий судья, проявляя необъективность, произвольно отклонял ходатайства участников судебного заседания со стороны защиты, не установлено. Все заявленные ходатайства участников разбирательства рассмотрены в установленном законом порядке, по ним приняты процессуальные решения, оснований сомневаться в правильности которых у суда апелляционной инстанции не имеется.

Ограничений прав участников уголовного судопроизводства, нарушения принципа презумпции невиновности либо обвинительного уклона во время рассмотрения дела судом первой инстанции допущено не было.

Подсудимым и его защитниками неоднократно заявлялись отводы председательствующему по делу судье, которые изначально были рассмотрены им с удалением в совещательную комнату. Последующие отводы, существо которых сводилось к возражениям на действия председательствующего, и не содержали каких-либо новых оснований, правильно разрешались им протокольно.

Наказание осужденному определено в соответствии с требованиями ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, которое относится к категории особо тяжкого, конкретных обстоятельств совершенного преступления, наличия смягчающего обстоятельства – молодого возраста подсудимого, данных о его личности семейного и материального положения, длительного содержания под стражей, влияния назначенного наказания на исправление осужденного.

Выводы суда о необходимости назначения ФИО1 у наказания в виде реального лишения свободы, а также отсутствии оснований для применения положений ч.6 ст. 15, ст. 73 УК РФ судом в приговоре мотивированы.

Вид исправительного учреждения, в котором осужденному надлежит отбывать лишение свободы, определен правильно.

Исковые требования Ч. о компенсации морального вреда и материального ущерба разрешены судом правильно, в соответствии с требованиями ст. 151, 1064, 1094, 1099, 1101 ГК РФ. При этом суд в полной мере учел характер и степень причиненного вреда, физические и нравственные страдания потерпевшей. Размер компенсации морального вреда определен судом с учетом разумности и справедливости, материального вреда с учетом понесенных расходов, подтверждённых представленными суду документами.

Дело рассмотрено судом с соблюдением правил уголовного судопроизводства, нарушений уголовного и уголовно-процессуального законодательства, влекущих отмену или изменение приговора, из материалов дела не усматривается.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

о п р е д е л и л :

приговор Магаданского городского суда Магаданской области от 25 сентября 2025 года в отношении ФИО1 у. - оставить без изменения, апелляционные жалобы защитников – адвокатов Шавлак А.А., Романовского А.В., - без удовлетворения.

Судебные решения могут быть обжалованы в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Девятого кассационного суда общей юрисдикции (г. Владивосток) через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу, а осужденным в тот же срок со дня вручения ему копии апелляционного определения. При этом осуждённый вправе ходатайствовать об участии при рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

В случае пропуска шестимесячного срока стороны вправе ходатайствовать перед судом первой инстанции о его восстановлении в порядке, предусмотренном ч.5 ст.401.3 УПК РФ, либо подать жалобу непосредственно в Девятый кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном ст. ст. 401.10 - 401.12 УПК РФ.

Председательствующий

Судьи