Апелляционное постановление № 22-7345/2025 от 20 октября 2025 г. по делу № 1-93/2025

Судья Ахметшин М.Р. Дело № 22-7345/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

21 октября 2025 года город Казань

Верховный Суда Республики Татарстан в составе председательствующего Миннуллина А.М.,

при секретаре судебного заседания Ардиной Я.О.,

с участием: прокурора Андронова А.В.,

представителя потерпевших – адвоката Нагимова М.А.,

осужденного ФИО1 и его защитника – адвоката Закировой Г.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам представителя потерпевших В1., В2., В3., В4., В5., М1., М2. - адвоката Нагимова М.А. на приговор Пестречинского районного суда Республики Татарстан от 29.08.2025, которым

ФИО1, <данные изъяты>, несудимый,

осужден по ч. 3 ст. 264 УК РФ к лишению свободы на 2 года с отбыванием в колонии-поселении, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на 2 года.

На основании ст. 82 УК РФ постановлено отсрочить ФИО1 отбывание основного наказания в виде лишения свободы до достижения его ребенком Х., <дата> года рождения, четырнадцатилетнего возраста, с возложением в период отсрочки исполнения приговора обязанностей, указанных в приговоре.

Этим же приговором разрешены вопросы о мере пресечения, судьбе вещественных доказательств.

Заслушав выступление представителя потерпевших – адвоката Нагимова М.А., поддержавшего доводы апелляционных жалоб, выслушав мнение прокурора Андронова А.В., осужденного ФИО1 и его защитника – адвоката Закировой Г.А., просивших приговор суда оставить без изменения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

по приговору суда ФИО1 признан виновным в том, что 24.01.2025, управляя технически исправным грузовым автомобилем «КАМАЗ», при движении по автомобильной дороге «Казань-Шемордан» на территории Пестречинского района Республики Татарстан, проявляя преступное легкомыслие, не выбрал безопасную скорость, в результате чего допустил потерю контроля над управлением своего транспортного средства, нарушив тем самым п. 10.1 ПДД РФ, и во избежание столкновения с попутными автомобилями, выехал на полосу, предназначенную для встречного движения, нарушив тем самым требования пп. 1.4, 9.1 ПДД РФ, где совершил столкновение со встречным автомобилем «KIA RIO» под управлением Е. В результате ДТП, водителю автомобиля «KIA RIO» Е. были причинены несовместимые с жизнью телесные повреждения, от которых он скончался на месте происшествия, а пассажиры указанного легкового автомобиля: В5. и малолетний В3. получили телесные повреждения, повлекшие тяжкий вред их здоровью.

В судебном заседании ФИО1 вину признал и подтвердил свои показания на предварительном следствии о том, что 24.01.2025, управляя автомобилем марки «КАМАЗ», двигался с пассажирами П. и Р. по дороге «Казань-Шемордан». После поворота на ЖК «Усадьба Царево» впереди ехавший черный легковой автомобиль резко затормозил, в связи с чем он начал экстренно тормозить, но машина скользила на гололеде. Чтобы избежать столкновения с остановившейся впереди попутной автомашиной, он выехал на полосу встречного движения, намереваясь свернуть в левый кювет, однако столкнулся на данной полосе движения с легковым автомобилем под управлением Е.. После столкновения он и его пассажиры оказали помощь пострадавшим в результате ДТП и вызвали помощь через службу 112 (том № 2, л.д.48-52, 56-58, 65-66).

В апелляционной жалобе, поданной в интересах потерпевших В1., В2., В3., В4., В5., М1., М2., адвокат Нагимов М.А., не оспаривая квалификацию содеянного осужденным, вид и размер назначенного ему наказания, считает приговор суда незаконным и необоснованным в связи с существенными нарушениями уголовно-процессуального закона. Указывает, что суд, приводя в описательно-мотивировочной части приговора суждения по гражданскому иску о компенсации морального вреда, в резолютивной части приговора в нарушение требований ч. 1 ст. 299 УПК РФ не указал, какое решение принято по иску. Ссылаясь на разъяснения постановления Пленума Верховного Суда РФ от 13.10.2020 № 23 «О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу», указывает, что суд не принял исчерпывающие меры для разрешения имеющегося по делу гражданского иска по существу, с тем чтобы нарушенные преступлением права потерпевших были своевременно восстановлены. Выражает несогласие с действиями председательствующего, ограничивавшего его выступления относительно гражданского иска в прениях сторон. Считает, что в нарушение закона председательствующий судья по уголовному делу до удаления в совещательную комнату выразил свое суждение относительно разрешения гражданского иска, что противоречит положениям п. 2 ст. 307, п. 10 ч. 1 ст. 299 УПК РФ о разрешении указанного вопроса в совещательной комнате при постановлении приговора. Ссылаясь на положения ст. 73 УПК РФ, отмечает, что определение размера вреда, причиненного преступлением, является обстоятельством, подлежащим доказыванию. Считает, что доводы для обоснования оставления судом искового заявления без рассмотрения не соответствуют материалам дела и действующему законодательству. При рассмотрении уголовного дела факт совершения преступления ФИО1 при исполнении им трудовых обязанностей установлен, и никем не оспаривался. ПСК «Энергоэксперт» и владелец источника повышенной опасности Ф. являются надлежащими ответчиками по настоящему иску. Утверждает, что выводы суда, указанные в приговоре о необходимости истребования дополнительных документов и допроса иных лиц, а также невозможности определения того, что истцы указали надлежащих ответчиков являются надуманными и противоречат материалам дела. Кроме того, Ф. участвовал во всех судебных заседаниях и дважды был допрошен в качестве свидетеля. Считает необоснованным отказ в удовлетворении ходатайства о возмещении процессуальных издержек, понесенных потерпевшими М1. и В1., связанных с выплатой вознаграждения их представителю. Ссылаясь на нормы Федерального закона РФ от 31.05.2002 №63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», указывает, что содержание соглашений об оказании юридической помощи составляет охраняемую законом адвокатскую тайну, в связи с чем непредставление их в суд не препятствовало рассмотрению заявлений о возмещении понесенных потерпевшими расходов. Кроме того, отмечает, что все понесенные расходы подтверждены документально, а доказательства фактических затрат представлены суду. Обращает внимание на то, что резолютивная часть приговора не содержит решения о распределении процессуальных издержек. Также полагает необоснованным признание в качестве смягчающих наказание обстоятельств добровольное возмещение материального ущерба за поврежденный автомобиль «Киа Рио» и оказание благотворительной помощи в благотворительную организацию. Отмечает, что возмещение ущерба за поврежденный автомобиль было произведено собственником автомобиля «Камаз» Ф., а не осужденным ФИО1 Считает, что факт однократного оказания осужденным благотворительной помощи объективно не снизили и не уменьшили общественную опасность содеянного, а также в должной мере не способствовали заглаживанию причиненного вреда. Кроме того, ходатайство о приобщении к материалам дела квитанции о возмещении вреда в Фонд не подавалось и не обсуждалось, текст квитанции не оглашался, на обозрение квитанция не представлена, и судом не исследована. При этом сам ФИО1 в ходе своего выступления разъяснил, что перечисление в размере 25 тысяч рублей было сделано в Детский фонд без указания фамилии и имени потерпевшего В3..

В дополнениях к апелляционной жалобе адвокат Нагимов М.А. обращает внимание на то, что замечания на протокол судебного заседания рассмотрены с нарушением уголовно-процессуального закона. Указывает, что в поданных замечаниях содержалась просьба о внесении изменений в части многочисленных существенных нарушений уголовно-процессуального закона председательствующим в ходе судебного разбирательства, а суд необоснованно отказал в их удовлетворении. Отмечает, что протокол судебного заседания не содержит: обсуждения ходатайства о признании потерпевшими лиц, явившихся в судебное заседание; обсуждение вопроса о рассмотрении дела в особом порядке, в том числе в части неразъяснения потерпевшим последствий постановления приговора без проведения судебного разбирательства; а также обращение председательствующего к представителю потерпевших со словами, содержащими унизительную оценку его деятельности («так называемый представитель», «вредитель»), что противоречит принципу уважения чести и достоинства личности, подрывает доверие к роли и компетенцию юриста, предполагая, что он таковым не является по сути, а лишь носит это звание условно. Кроме того, указывает, что председательствующий в присутствии в зале судебного заседании четырех потерпевших (В1., В2., М1., М2.), используя унижающую форму, продолжая нарушать принцип уважения чести и достоинства участников процесса, сам себя называет потерпевшим («Ну да, хорошо… Вы у нас не потерпевший, вы представитель, я тут потерпевший»). По изложенным доводам просит приговор суда отменить, направить дело на новое судебное разбирательство.

В возражениях на апелляционную жалобу представителя потерпевших помощник прокурора Пестречинского района Республики Татарстан Хамидуллина Г.Х. просит приговор оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Изучив материалы уголовного дела, проверив доводы апелляционных жалоб и возражений на них, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Вывод суда о доказанности вины ФИО1 в нарушении ПДД, повлекшем по неосторожности смерть Е. и причинение тяжкого вреда здоровью В5. и В3., соответствует фактическим обстоятельствам дела и подтвержден совокупностью доказательств, полно и всесторонне исследованных в судебном заседании, подробно изложенных в приговоре и получивших надлежащую оценку суда.

Фактические обстоятельства совершения ФИО1 преступления установлены судом как на основании признательных показаний самого осужденного, данных им на предварительном следствии и оглашенных в судебном заседании, так и на основании показаний потерпевших, свидетелей, заключений экспертиз и иных доказательств, исследованных в судебном заседании.

Так, свидетели Р. и П. (пассажиры автомашины «Камаз» под управлением ФИО1) показали, что 24.01.2025 после работы на объекте в с. Гильдеево двигались в сторону дома по автомобильной дороге «Казань-Шемордан» со скоростью не более 50 км/ч. Из-за резкого торможения ехавших впереди автомобилей ФИО1 стал резко тормозить, но понимая, что остановиться не успевает, с целью избежать столкновения с остановившимися попутными автомобилями, вырулил в сторону кювета встречного направления. Выехав на полосу встречного движения, увидели, что по ней двигался автомобиль «Киа Рио», которому ФИО1 подал световые сигналы фарами. Далее произошло столкновение с автомобилем «Киа Рио» (том №1 л.д.106-108, 111-113).

О том, что причиной столкновения указанных транспортных средств послужил выезд автомашины под управлением осужденного на полосу встречного движения, также следует из показаний свидетелей – очевидцев (водителей автомобилей) О., И. и А., позади которых в попутном направлении двигался автомобиль «Камаз», под управлением ФИО1 (том №1 л.д. 116-118, 121-123, 135-137).

Из показаний свидетеля О. также следует, что причиной выезда «Камаза» на встречную полосу явилось резкое торможение ехавших впереди автомобилей, в частности, из-за резкой остановки автомобиля «Пежо 408», водитель которого пропустил поворот в ЖК «Усадьба Царево».

Сам ФИО1 в своих показаниях не отрицал, что выехал на полосу встречного движения, где произошло столкновение с автомашиной под управлением Е., с целью избежать столкновения с останавливающимися автомобилями в попутном направлении.

Вина осужденного, кроме того, подтверждается: протоколом осмотра места происшествия, в котором зафиксировано и отражено расположение обнаруженных на месте ДТП транспортных средств и фрагментов от них; заключением автотехнических экспертиз, согласно которым действия ФИО1 перед совершением столкновения с технической точки зрения не соответствовали ПДД; заключениями судебно-медицинских экспертиз по исследованию трупа Е., а также по исследованию телесной целости В5. и В3., согласно которым последним причинен тяжкий вред здоровью, и иными доказательствами, исследованными в ходе судебного следствия, анализ которых подробно приведен в приговоре.

Таким образом, суд первой инстанции правильно установил фактические обстоятельства дела. Выводы в приговоре о виновности ФИО1 в совершении преступления, а также квалификация его действий по ч. 3 ст. 264 УК РФ сомнений не вызывают, не оспариваются они и сторонами.

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что нарушений уголовно-процессуального закона, регламентирующих процедуру судебного разбирательства, прав участников уголовного судопроизводства судом первой инстанции не допущено.

Суд, сохраняя объективность и беспристрастность, обеспечил полное равноправие сторон, принял все меры по реализации принципа состязательности, создал необходимые условия для исполнения сторонами процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. Все ходатайства сторон разрешены судом в предусмотренном уголовно-процессуальным законом порядке, и по ним приняты мотивированные решения.

Доводы жалобы о том, что судом в прениях сторон адвокат Нагимов М.А. был ограничен в праве довести свою позицию по делу и гражданскому иску потерпевших, являются безосновательными, поскольку протокол судебного заседания таких сведений не содержит.

В соответствии с ч. 5 ст. 292 УПК РФ суд не вправе ограничивать продолжительность прений сторон. Вместе с тем председательствующий вправе останавливать участвующих в прениях лиц, если они касаются обстоятельств, не имеющих отношения к рассматриваемому уголовному делу, а также доказательств, признанных недопустимыми.

Как следует из материалов уголовного дела, председательствующий в соответствии с указанными требованиями закона обоснованно останавливал адвоката Нагимова М.А. в прениях, делал ему замечания, в том числе, когда он доводил информацию, не относящуюся к фактическим обстоятельствам дела, поскольку именно председательствующий руководит судебным заседанием, принимает все предусмотренные уголовно-процессуальным законом меры по обеспечению состязательности и равноправия сторон. Реализация этих полномочий предполагает не только право, но и обязанность председательствующего устранять из процесса все то, что не относится к предмету судебного разбирательства. Такие действия председательствующего не могут расцениваться как ограничивающие права сторон и принципы состязательности судебного процесса. Право сторон довести до сведения суда свою позицию по делу не означает, что доводы, которые не относятся к предмету судебного разбирательства, подлежат безусловному обсуждению и оценке.

При этом адвокат Нагимов М.А., равно как представляемые им потерпевшие, не были лишены возможности довести до сведения суда свою позицию в пределах вопросов, подлежащих разрешению в судебном разбирательстве.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, протокол судебного заседания в целом соответствует требованиям ст. 259 УПК РФ и позволяет суду апелляционной инстанции проверить законность постановленного приговора. Протокол судебного заседания по смыслу процессуального закона не является стенограммой, отражает основное, но не дословное содержание аудиозаписи. Весь ход и порядок судебного заседания в протоколе зафиксирован достаточно полно и подробно, в соответствии с аудиозаписью. Выступления, заявленные ходатайства, ответы и действия участников судебного разбирательства отражены в целом полно и объективно. В этой связи замечания адвоката Нагимова М.А., поданные на протокол судебного заседания и рассмотренные председательствующим в соответствии с ч. 3 ст. 260 УПК РФ, обоснованно отклонены.

При назначении ФИО1 наказания судом учтены характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о его личности, смягчающие наказание обстоятельства, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

Так, в качестве смягчающих наказание обстоятельств суд признал: признание ФИО1 вины и раскаяние в содеянном, оказание благотворительной помощи в благотворительную организацию, наличие на его иждивении и единственном попечении четверых малолетних детей, в отношении одного из которых он является единственным родителем. Обстоятельств, отягчающих наказание, судом не установлено.

Оснований для исключения из числа смягчающих обстоятельств – оказание ФИО1 материальной помощи в Благотворительный фонд помощи детям (том № 2, л.д. 224), как об этом поставлен вопрос в апелляционной жалобе адвоката Нагимова М.А., не имеется, поскольку признание его таковым соответствует установленным фактическим обстоятельствам и, в силу ч. 2 ст. 61 УК РФ, является правом суда при постановлении приговора.

Выводы суда о назначении ФИО1 наказания в виде реального лишения свободы, отсутствии оснований для применения ч. 6 ст. 15, статей 64, 73 УК РФ являются правильными, и в приговоре достаточно мотивированы.

Суд первой инстанции обоснованно и мотивированно применил в отношении ФИО1 положения ст. 82 УК РФ к основному наказанию в виде лишения свободы, в том числе с учетом данных о его личности, условиях жизни его семьи. Отсрочка лишения свободы отвечает интересам его четырех малолетних детей, в отношении одного из которых он является единственным родителем.

Вместе с тем приговор подлежит изменению по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым и признается таковым, если он постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона.

Состоявшийся приговор не соответствует в полной мере указанным требованиям закона.

Так, суд первой инстанции признал в качестве смягчающего наказание обстоятельства ФИО1, помимо прочего, добровольное возмещение материального ущерба за поврежденный автомобиль «Киа Рио».

Между тем, как следует из установленных фактических обстоятельств и материалов уголовного дела – расписки от 16.07.2025 (том № 2, л.д. 171), исследованной судом, выплату денежных средств потерпевшему М1. за поврежденный осужденным автомобиль «Киа Рио» произвело иное лицо – Ф. – владелец автомобиля «Камаз», управляя которым осужденный ФИО1 совершил инкриминированное преступление. При этом каких-либо сведений о том, что Ф., возмещая ущерб М1. как собственнику автомобиля «Киа Рио», действовал от имени и в интересах ФИО1 не имеется. Добровольное возмещение Ф., как владельцем источника повышенной опасности – транспортного средства, управляемого осужденным при совершении ДТП, за вред, причиненный в результате столкновения транспортных средств по вине осужденного, в данном случае свидетельствует о выполнении Ф. обязательств, предусмотренных ст. 1079 ГК РФ, а не об осуществлении самим осужденным каких-либо активных действий, направленных на уменьшение негативных последствий совершенного им преступного деяния и способствующих восстановлению имущественного положения лиц, пострадавших от преступления. Кроме того, М1. не являлся участником вышеуказанного ДТП и на период возмещения ему ущерба Ф. (16.07.2025) не был признан потерпевшим по настоящему уголовному делу (таковым он был признан судом лишь 17.07.2025 по ходатайству представителя потерпевших).

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции, соглашаясь в данной части с доводом жалобы представителя потерпевшего, полагает необходимым исключить из приговора указание о признании в качестве смягчающего наказание ФИО1 обстоятельства – добровольное возмещение материального ущерба за поврежденный автомобиль «Киа Рио».

Кроме того, в силу п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ оказание медицинской и иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления является смягчающим наказание обстоятельством, которое подлежит обязательному учету при назначении наказания.

Как следует из материалов уголовного дела, ФИО1, находясь на месте ДТП после столкновения транспортных средств, непосредственно оказал помощь потерпевшим, выразившуюся, в том числе в извлечении совместно с иными лицами малолетнего В3. из салона автомобиля «Киа Рио» для последующего оказания ему медицинской помощи.

Данное обстоятельство подтверждается показаниями свидетелей Р., П. и самого осужденного ФИО1, однако не учтено судом в качестве смягчающего наказание обстоятельства.

Учитывая вышеизложенные фактические обстоятельства, суд апелляционной инстанции считает необходимым в соответствии с п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ признать в качестве обстоятельства, смягчающего наказание ФИО1, оказание им иной помощи потерпевшим непосредственно после совершения преступления, и смягчить назначенное ему наказание с применением положений ч. 1 ст. 62 УК РФ.

В то же время оснований для применения статей 64, 73, ч. 6 ст. 15 УК РФ к осужденному, несмотря на признание дополнительного смягчающего наказание обстоятельства, исходя из обстоятельств дела и данных личности осужденного, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Относительно доводов апелляционной жалобы о неразрешении судом вопросов о гражданском иске и распределении процессуальных издержек, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Согласно п. 1 и п. 3 ч. 1 ст. 309 УПК РФ в резолютивной части приговора должны содержаться, в том числе решения по предъявленному гражданскому иску и о распределении процессуальных издержек.

В соответствии с ч. 3 ст. 42 УПК РФ потерпевшему обеспечивается возмещение имущественного вреда, причиненного преступлением, а также расходов, понесенных в связи с его участием в ходе предварительного расследования и в суде, включая расходы на представителя, согласно требованиям ст. 131 УПК РФ.

В соответствии с положениями п. 1.1 ч. 2 ст. 131 УПК РФ процессуальными издержками являются связанные с производством по уголовному делу расходы, включая суммы, выплачиваемые потерпевшему на покрытие расходов, связанных с выплатой вознаграждения представителю потерпевшего.

Исходя из разъяснений, содержащихся в п. 29 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2016 N 55 "О судебном приговоре", во всех случаях резолютивная часть обвинительного приговора должна быть изложена таким образом, чтобы не возникало сомнений и неясностей при его исполнении. В связи с этим в резолютивной части обвинительного приговора должны быть приведены решения суда по каждому из вопросов, указанных в статьях 308 и 309 УПК РФ, разрешаемых судом по данному делу, в том числе по предъявленному гражданскому иску, о распределении процессуальных издержек.

Однако вышеуказанные требования закона и разъяснения по их применению судом по данному уголовному делу при разрешении вопросов о гражданском иске и распределении процессуальных издержек в полной мере не соблюдены.

Так, в судебном заседании при рассмотрении настоящего уголовного дела потерпевшими М2., В4., В3., В5., М1., В1., В2. заявлен гражданский иск о компенсации солидарно с Ф. (собственника автомобиля «Камаз») и ПСК «Энергоэксперт» (работодатель ФИО1) морального вреда, причиненного преступлением, на общую сумму 9900000 рублей.

Кроме того, в судебном заседании подано заявление о возмещении потерпевшим М1. и В1. расходов, понесенных ими в связи с выплатой вознаграждения представителю – адвокату Нагимову М.А.

В описательно-мотивировочной части приговора суд указал об оставлении указанных исковых требований без рассмотрения с правом обращения истцов в порядке гражданского судопроизводства, мотивируя тем, что для определения обоснованности поданного иска и соответствия его требованиям законодательства, в том числе обоснованности необходимости привлечения в качестве гражданских ответчиков собственника автомобиля и бывшего работодателя ФИО1, в целях установления причинно-следственной связи между их действиями и наступившими последствиями и, соответственно, определения, что они должны нести ответственности за вред, причиненный преступлением, необходимо истребование дополнительных документов и допрос дополнительных лиц, что приведет к затягиванию рассмотрения уголовного дела по существу, при том, что данный вопрос не является предметом доказывания и разбирательства по делу, а указанные в иске в качестве ответчиков лица, не являются участниками судопроизводства.

Кроме того, в этой же части приговора суд указал о необходимости оставления без удовлетворения заявления потерпевших М1. и В1. о возмещении понесенных ими расходов, связанных с выплатой вознаграждения их представителю Нагимову М.А., по причине непредставления суду в полном объеме документов, подтверждающих факт исполнения Нагимовым М.А. своих обязательств.

Однако несмотря на такие выводы суд, в нарушение требований п. 1 и п. 3 ч. 1 ст. 309 УПК РФ, в резолютивной части приговора не отразил решение по предъявленному гражданскому иску и о распределении процессуальных издержек. Тем самым суд в приговоре фактически не принял решения по указанным вопросам, подлежащие в данном случае обязательному разрешению в соответствии с положениями ч. 1 ст. 309 УПК РФ.

Поскольку нарушения норм УПК РФ, допущенные судом при постановлении приговора в части неразрешения вопросов о гражданском иске и процессуальных издержках, являются существенными и неустранимыми в суде апелляционной инстанции, приговор суда в этой части подлежит отмене с передачей дела на новое рассмотрение в тот же суд в порядке ст.ст. 397, 399 УПК РФ.

На основании изложенного и, руководствуясь статьями 389.13, 389.15, 389.17, 389.18, 389.20, 389.22, 389.26, 389.28 и 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Пестречинского районного суда Республики Татарстан от 29.08.2025 в отношении ФИО1 изменить:

- исключить из описательно-мотивировочной части указание о признании в качестве смягчающего наказание обстоятельства – добровольное возмещение материального ущерба за поврежденный автомобиль «Киа Рио»;

- признать в соответствии с п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ смягчающим наказание обстоятельством – оказание иной помощи потерпевшим непосредственно после совершения преступления;

- смягчить назначенное по ч. 3 ст. 264 УК РФ наказание до 1 года 10 месяцев лишения свободы.

Этот же приговор в части неразрешения вопроса о гражданском иске потерпевших В1., В2., В3., В4., В5., М1., М2. о компенсации морального вреда, а также вопроса о распределении процессуальных издержек – сумм, выплаченных потерпевшими М1. и В1. на покрытие расходов, связанных с выплатой вознаграждения их представителю, – отменить, и передать уголовное дело в данной части на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе в порядке ст.ст. 397, 399 УПК РФ.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы представителя потерпевших В1., В2., В3., В4., В5., М1., М2. – адвоката Нагимова М.А. – удовлетворить частично.

Настоящее апелляционное постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию по уголовным делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции (г. Самара) в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, путем подачи кассационных жалобы, представления через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вынесения апелляционного постановления.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий