Приговор № 1-38/2017 1-554/2016 от 10 августа 2017 г. по делу № 1-38/2017Дело № 1-38/2017 ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ г. Томск 11 августа 2017 года Ленинский районный суд г. Томска в составе: председательствующего судьи Мысливцева Д.Ю., с участием государственных обвинителей – старших помощников прокурора Ленинского района г.Томска Заплатиной Е.А., ФИО25, подсудимого ФИО26, защитника - адвоката Стрельцовой Н.Б., а также потерпевшего ФИО1, при секретаре Казанцевой Е.А., рассмотрев в открытом судебном заседании в общем порядке судебного разбирательства материалы уголовного дела в отношении: ФИО26, , ранее судимого: - 28 января 2001 года судебной коллегией по уголовным делам Томского областного суда (с учетом постановления Минусинского городского суда Красноярского края от 27 апреля 2010 года) по ч.1 ст.30 – п.п. «б», «з» ч.2 ст.105, ч.1 ст.33 - п.п. «ж», «з» ч.2 ст.105, ч.1 ст.222, ч.3 ст.69 УК РФ к 13 годам 9 месяцам лишения свободы, освободившегося 27 июня 2013 года по отбытии наказания, находящегося под стражей с 03 августа 2015 года, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п. «з» ч. 2 ст. 111, ч.1 ст.222 УК РФ, ФИО26 умышленно причинил тяжкий вред здоровью, вызвавший значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть, а также незаконно хранил основные части огнестрельного оружия. Преступления совершены при следующих обстоятельствах. ФИО26 16 июля 2015 года в период с 17 часов 40 минут до 18 часов 17 минут, находясь около административного здания ООО «ФИО27», расположенного по , подошел к лежащему на земле ФИО1, и в то время как ФИО1 повернувшись на спину попытался встать с земли, то ФИО26, руководствуясь чувством личной неприязни, возникшей из-за произошедшего ранее с ФИО1 конфликта, действуя умышленно, с целью причинения ФИО1. физической боли и тяжкого вреда здоровью, нанёс ему множественные (не менее пяти) удары руками и ногами по голове, телу и конечностям, в процессе избиения сел сверху на лежащего на земле ФИО1, придавив его своим телом, а также, приложив усилие, завернул ему левую руку за спину. В результате своих преступных действий ФИО26 причинил ФИО1 физическую боль и телесные повреждения: , относящийся к категории тяжкого вреда здоровью, как вызывающий значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть, независимо от исхода и оказания медицинского помощи; , относящиеся к категории вреда здоровью средней тяжести, как повлекшие временное нарушение функций органов и (или) систем (временная нетрудоспособность) продолжительностью свыше 3-х недель; , относящийся к категории вреда здоровью средней тяжести, как повлекший временное нарушение функций органов и (или) систем продолжительностью свыше 3-х недель; , относящиеся к категории вреда здоровью средней тяжести, как повлекшие временное нарушение функций органов и (или) систем продолжительностью свыше 3-х недель; , не причинившие вред здоровью человека. ФИО26 до 03 августа 2015 года умышленно, незаконно, в нарушение установленных правил оборота огнестрельного оружия и его основных частей, хранил в находящемся у него в собственности автомобиле «Mercedes S500», государственный регистрационный кожух-затвор и ствол с рамкой-рукояткой пистолета модели , которые являются основными частями огнестрельного оружия, до момента изъятия указанных основных частей пистолета модели сотрудниками полиции в ходе осмотра автомобиля «Mercedes S500», государственный регистрационный , припаркованного на территории ООО «ФИО27» по , произведенного 03 августа 2015 года в период с 21 часа 00 минут до 23 часов 05 минут. По факту причинения тяжкого вреда здоровью ФИО1 Подсудимый ФИО26 в судебном заседании вину по данному эпизоду обвинения не признал, показал, что с потерпевшим ФИО1 у него никаких отношений, общих дел не было, он лишь виделся несколько раз с ним и с его девушкой ФИО21 16 июля 2015 года, когда он вместе с ФИО5 ехал на ФИО27, то ему позвонил ФИО1, сказал, что ему нужны какие-то бумаги. У него в автомобиле были какие-то документы в мультифоре, оставленные ранее ФИО1 и ФИО21 когда он их подвозил. Он сказал ФИО1, что будет на ФИО27. 16 июля 2015 года около 18 часов он и ФИО5 находились на территории ФИО27, кроме них ни территории больше никого не было. Он подошел к багажнику своего автомобиля, припаркованного возле административного здания, и в это время увидел, что возле шлагбаума стоит автомобиль «BMW» 5 серии черного цвета, из которого вышел человек, и направился в его сторону, на голове у него была маска, в одной руке был обрез, в другой пистолет «Оса». Он, думая, что это сотрудник полиции, пошел в его сторону, прошел около 30 метров, примерно столько же прошел человек в маске. Когда они приблизились друг к другу, то человек в маске стал целиться в него из обреза (до этого он был у него за спиной), а также стал целиться в него из пистолета, однако руку с пистолетом то поднимал, то опускал. Он от увиденного испытал шок, и стал различными способами стараться уговорить данного человека не стрелять в него, но тот сказал ему: «Прощайся с жизнью», а затем «Видишь меня последний раз». По голосу он узнал ФИО1, и когда тот, рукой, в которой был пистолет «Оса», стал стягивать с головы маску, он бросился на него, ударил его кулаком в область носа, как впоследствии выяснилось, разбив ему нос, затем обхватил его, они упали и стали бороться на земле. ФИО1 в ходе борьбы вставал на «мостик» пытаясь выкрутиться, в этот момент мог повредить себе голову об острые края бетона. Он держал руки ФИО1, вывихнул ему одну руку, пытался выбить у него из рук оружие, с этой целью бил его руки о землю, а затем, когда оказался сверху на ФИО1, бил его руки о своё колено. Тем не менее, ФИО1 успел четыре раза выстрелить из «Осы». В итоге ему удалось обезоружить ФИО1, как ему казалось, обрез он откинул в сторону, куда делась «Оса» он не помнит. После чего сторож ФИО8 и ФИО5 оттащили его от ФИО1 Он повернулся к нему спиной и стал уходить, в этот момент ФИО1 попытался напасть на него сзади, но его предупредили об этом, и он нанёс ФИО1 удар кулаком в грудь, а потом попытался пнуть его, но у него не получилось. ФИО1 оставался на земле, из носа у него шла кровь, запах алкоголя от него не исходил, сознание он не терял. Более ФИО1 никто ударов не наносил. Затем он сел на крыльцо, позвонил ФИО2, который через несколько минут приехал, помог ФИО1 встать с земли, после чего ФИО1 самостоятельно дошёл до машины и они оба уехали. ФИО1 жаловался на то, что он (ФИО26) сломал ему руку, рука у него «висела». ФИО2 попросил его не обращаться в полицию. Полагает, что поскольку ФИО1 хотел лишить его жизни, то он имел право действовать в состоянии необходимой обороны, однако, никакого оружия у него при себе не было, травматический пистолет ему дал ФИО12 спустя несколько дней после совершенного на него покушения. В ФИО1 он не стрелял, имеющиеся у него телесные повреждения он ему не причинял, полагает, что их мог причинить ФИО1 себе сам либо с помощью иных лиц, с целью инсценировки, чтобы избежать ответственности за покушение на его убийство. Выслушав позицию подсудимого по предъявленному обвинению, допросив потерпевшего и свидетелей, исследовав письменные доказательства, выслушав представителей государственного обвинения и защиты, суд, несмотря на отрицание подсудимым своей вины, находит вину ФИО26 в совершении инкриминируемого ему преступления установленной совокупностью следующих доказательств. Из показаний потерпевшего ФИО1 данных им в судебном заседании, а также на предварительном следствии, и подтвержденных в суде, следует, что он занимался оказанием коллекторских услуг, в связи с чем с осени 2014 года стал тесно общаться с ранее знакомым ФИО26, который консультировал его по вопросам взыскания долгов. С декабря 2014 года он стал заниматься разрешением имущественного спора, касающегося земельного участка и пилорамы, расположенных в , представляя интересы одного из собственников - ФИО4 По данному спору ему понадобилась помощь юриста и по рекомендации ФИО26 он обратился к его знакомой ФИО5, которой передал документы, касающиеся данной пилорамы, для изучения, а позже их не забрал. С марта 2015 года вследствие возникших разногласий он перестал общаться с ФИО26 В июле 2015 года ФИО4 вновь обратился к нему с вопросом о пилораме. Он хотел забрать документы по пилораме у ФИО5 в офисе, но она сказала, что эти документы находятся у ФИО26 Через некоторое время ему позвонил ФИО26 и сказал, что документы находятся у него в машине и что он вернет их, когда приедет из Новосибирска, однако впоследствии также их не вернул. 16 июля 2015 года он совместно со знакомым ФИО2 на автомобиле последнего «BMW» ездил по г.Томску по различным делам, а также выезжал в с.Богашево на день рождения знакомого, где он выпивал спиртное. Около 17 часов они заехали к общему знакомому ФИО17, находясь у которого он также выпивал спиртное, и вспомнил, что необходимо забрать у ФИО26 документы. Он позвонил ФИО26 на его сотовый телефон и спросил, можно ли забрать документы, на что тот сказал ему подъехать на территорию ФИО27, также сказал, что документы находятся у него в автомобиле. Поскольку между ним и ФИО26 произошла ссора, и ФИО26 был настроен по отношению к нему негативно, и поскольку он знал о предыдущей преступной деятельности ФИО26, и о том, что у него имеется оружие, опасаясь, что ФИО26 может расправиться с ним физически, то он вместе с ФИО2 заехал к себе домой, и для самообороны взял травматический пистолет «Оса» и два шумовых патрона к нему, а также, поскольку его одежда замаралась, переоделся в джинсовый костюм и надел перчатки, чтобы не было видно татуировку на кисти левой руки. Больше никакого оружия с собой не брал. Пистолет «Осу» положил в левый передний карман джинсов, в правый передний карман джинсов положил два шумовых патрона. Также у него с собой был пакет с водкой и соком. Около 17 часов 40 минут он с ФИО2 подъехал к территории ФИО27, ФИО2 остановил автомобиль около закрытого шлагбаума, после чего он вышел из автомобиля и прошел на территорию ФИО27, наклонившись под шлагбаумом, а ФИО2 в это время стал отъезжать. ФИО26 находился в это время возле входа в административное здание за своим автомобилем «Mersedes». ФИО5 на территории он не видел. Он стал подходить к ФИО26, а тот пошёл ему навстречу, при этом правую руку ФИО26 держал за спиной. Когда расстояние между ними сократилось до трех метров, кто-то из находящихся на территории парней окликнул его по имени. Он обернулся, и в это время заметил, что ФИО26 поднял правую руку, которую ранее держал за спиной, вытянул её и направил на него, при этом в руке ФИО26 держал травматический пистолет. В этот же момент он услышал хлопок, и почувствовал удар в область шеи со спины, поняв, что ФИО26 выстрелил из данного пистолета и попал ему в шею. От выстрела он почувствовал сильную боль и упал лицом вниз на живот. Затем он, чтобы увидеть дальнейшие действия ФИО26, перевернулся на спину и попытался встать на ноги, но не успел, так как к нему подбежал ФИО26 и нанёс один удар ногой в левое бедро, возможно, прыгнул на левую ногу, считает, что именно в этот момент ФИО26 сломал ему бедренную кость, так как боль была невыносимой. Затем, как ему показалось, ФИО26 еще раз выстрелил ему в ногу, после чего он потерял сознание, в связи с чем дальнейшие события не помнит, очнулся уже в больнице. Со слов ФИО2 ему известно, что тот приехал за ним на ФИО27 после звонка ФИО26, который просил его забрать. Приехав на ФИО27, ФИО2 затащил его на переднее сиденье автомобиля, при этом он кричал от боли, и привез домой, где его брат вызвал ему «скорую помощь», которая увезла его в больницу. От врачей он узнал об имеющихся у него телесных повреждениях. Уверен, что все телесные повреждения ему причинил ФИО26, до встречи с ним каких-либо повреждений у него не было. ФИО26 он никак не провоцировал, не угрожал ему. Пистолет «Осу» из кармана он не доставал, никакого сопротивления он ФИО26 оказать не успел, так как был сбит с ног первым выстрелом. Считает, что ФИО26 причинил ему телесные повреждения из-за личной неприязни. Из показаний свидетеля ФИО2 следует, что 16 июля 2015 года он вместе с ФИО1 на своем автомобиле «BMW» государственный ездил по своим делам по г.Томску, а также выезжали в . ФИО1 все это время употреблял водку. Вернувшись в г.Томск они приехали к ФИО17 по . Находясь у ФИО17, около 17 часов ФИО1 позвонил ФИО26 на сотовый телефон и договорился с ним о встрече. Разговор был спокойный, без повышенных тонов. Уехав от ФИО17 по просьбе ФИО28 заехали к нему домой, где тот переоделся. У ФИО1 при себе был полиэтиленовый пакет, в котором находилась бутылка газированной воды и бутылка водки. Никаких других предметов он у него не видел. ФИО1 был в сильном алкогольном опьянении, каких-либо телесных повреждений он у него не видел. Зачем ФИО1 поехал к ФИО26 он не знал. Около 17 часов 41 минуты он привез ФИО1 к территории «ФИО27», расположенной на , где остановился перед закрытым шлагбаумом. Когда остановился, вокруг машины поднялось облако пыли, в связи с чем он считает, что разглядеть номер его автомобиля от офисного здания, расположенного примерно в 70 метрах от шлагбаума, было невозможно. Когда он остановился, ФИО1 вышел из автомобиля, а он сразу уехал. Он также обратил внимание, что перед офисным зданием был припаркован автомобиль ФИО26 «Mersedes», рядом с которым находился ФИО26, который, увидев, что они подъехали, стал двигаться в их сторону. Уже отъезжая от шлагбаума он услышал несколько хлопков, точное количество сказать не может, но точно более трёх. Когда он ехал к себе домой, в 17 часов 59 минут ему позвонил ФИО29 и нецензурно выражаясь, потребовал, чтобы он забрал ФИО1 с территории «ФИО27». Он развернувшись, поехал на завод, так как шлагбаум был открыт он заехал на территорию завода, увидел, что на площадке, примерно в 15 метрах от крыльца, на спине лежал ФИО1, рядом с ним стоял ФИО38 и еще 2 незнакомых человека, ФИО5 стояла на крыльце офисного здания. Он припарковал свой автомобиль рядом, и, подойдя к ФИО1, увидел, что перчатка с правой руки ФИО1 находилась около него на земле, никаких других предметов или вещей около него не было. Вся одежда на ФИО1 была в пыли и в крови. На лице были ссадины и кровь вперемешку с грязью, кисть правой руки также была в крови. Каких-либо телесных повреждений у ФИО26 он не видел. ФИО1 попросил забрать его, но так как сам встать и идти ФИО1 не мог, говорил, что ему больно двигаться, он взял его на руки и посадил на переднее пассажирское сиденье своего автомобиля. В это время ФИО26 подошел к багажнику своего автомобиля, достал из него какие-то документы, и положил их на заднее сиденье его автомобиля, сказав, что это документы, которые были нужны ФИО1 После чего он по предложению ФИО26 отошел с ним к хозяйственному корпусу, где ФИО26 сказал ему, что ФИО1 напал на него в маске и с оружием, и что он был вынужден обороняться, и что, если ФИО1 напишет заявление в полицию, то он также обратиться в полицию с заявлением о нападении и выдаст оружие, которое было у ФИО1 После этого он повез ФИО1 домой, где вместе с братом ФИО1 - ФИО72, вытащили ФИО1 из автомобиля, и положили его на землю, а ФИО72 вызвал скорую помощь. Пока ждали скорую помощь, ФИО72 сходил домой за ножницами, и разрезал одетые на ФИО1 джинсы, а также разрезал джинсовую куртку и обе футболки. Разрезав одежду, они увидели повреждения на левой ноге ФИО1, а именно . Также обратили внимание, что был . По приезду скорой помощи ФИО1 осмотрел врач, после чего его увезли в ГБСМП. Из показаний свидетеля ФИО3 следует, что 16 июля 2015 года он находился дома. Около 17 часов 30 минут домой зашел его брат - ФИО1, который находился в состоянии сильной степени алкогольного опьянения, в связи с чем он попросил брата лечь спать. Предположил, что брат пошёл в свою комнату и лёг спать. Около 18 часов 25 минут к нему домой приехал ФИО2, и сказал, чтобы он вышел на улицу. Он вышел на улицу, где увидел автомобиль ФИО2 «BMW», на переднем сиденье которого сидел его брат ФИО1, лицо у которого было в крови, на голове были ссадины. Он спросил у ФИО2, что случилось, почему он не отвез брата в больницу. На что ФИО2 сказал, «давай вытаскивай его и неси домой», что в больницу он его не повезет. Он подошел к брату и, нагнув его немного вперед, сразу увидел на спине чуть ниже шеи огнестрельное ранение. Подняв брата на руки, положил его на землю около машины. ФИО1 стонал, говорил, что ему больно. Он попросил брата пошевелить ногами, на что тот сказал, что сделать это не может. Тогда в 18 часов 28 минут со своего сотового телефона он вызвал на домашний адрес скорую помощь. Причину вызова указал, что избили, подумав, брат сам себе такие повреждения причинить не мог. Потом он поднялся в квартиру и, взяв ножницы, вышел на улицу, где разрезал на брате джинсы, и увидел, что у него на левой ноге повреждена кость, а на правой ноге сломан голеностоп. Приехавшая бригада скорой помощи, оказав брату первую медицинскую помощь, увезла его в больницу. Впоследствии со слов брата ему известно, что он поехал на встречу к ФИО26 на территорию ФИО27, где у них произошел конфликт. Подробностей произошедшего ФИО1 ему не рассказывал. Свидетель ФИО4 показал, что у него имеется доля в праве собственности на земельный участок, расположенный , с расположенными на нём нежилыми строениями. В октябре-ноябре 2014 года он решил продать данные объекты, в связи с чем обратился к ФИО1, который пообещал оказать помощь в их продаже. С этой целью он передал документы на землю и здания ФИО1 Также ему известно, что ФИО1 обратился за помощью к ФИО5, которой он показывал переданные документы. В итоге продажа не состоялась, так как его недвижимость была низко оценена. Свои документы на недвижимость он забрал дома у ФИО1 в начале октября 2015 года, при этом заметил, что ФИО1 передвигался на костылях. Из показаний свидетеля ФИО5 следует, что с июля 2014 года она проживала совместно с ФИО26 С января 2015 года она знакома с ФИО1, который занимался продажей земельного участка, принадлежащего ФИО4 Она хотела купить данный участок, в связи с чем изучала документы на него, но ФИО1 настоял, что деньги необходимо передать ему, но поскольку он не являлся собственником участка, она отказалась от сделки. 16 июля 2015 года в пятом часу вечера они с ФИО26 на его автомобиле «Mersedes» ехали на территорию ФИО27, чтобы пожарить шашлыки. В дороге ФИО26 на его сотовый телефон позвонил ФИО1, стал выражаться нецензурной бранью, просил встретиться с ним, ФИО26 ответил ему, что он будет на территории ФИО27. Из показаний свидетеля ФИО17 следует, что с конца 2013 года он совместно с ФИО1 стал заниматься коллекторской деятельностью, в связи с чем они и познакомились. Весной 2015 года ФИО1 стал заниматься спором по земельному участку с пилорамой, расположенном в . Он сказал ФИО1 взять все документы для анализа, что ФИО1 и сделал. Он сам ездил на данный участок, осматривал его, но этим делом не заинтересовался. Со слов ФИО1 ему известно, что данным делом занималась также ФИО5 Из показаний свидетеля ФИО9 следует, что 16 июля 2015 года около 18 часов, он по приглашению ФИО26, приехал пожарить шашлыки на территорию ФИО27. Припарковавшись он вышел из автомобиля, и на площадке увидел незнакомого мужчину, как впоследствии выяснилось ФИО1, который сидел на земле, на лице и на руках у него были ссадины, на лице также была грязь и кровь. ФИО26 с кем-то поговорил по телефону, после чего на территорию ФИО27 на автомобиле «BMW» приехал ФИО2, помог встать ФИО1, держа его за руку, довёл до автомобиля, при этом ФИО1 хромал на одну ногу, и, посадив его на переднее пассажирское сиденье, уехал. Из показаний свидетеля ФИО10 следует, что когда 16 июля 2015 года около 18 часов он приехал на территорию ФИО27, то увидел там сидящего на земле ФИО1, который был или пьяный или в состоянии наркотического опьянения. У ФИО1 под носом была кровь. Согласно показаниям свидетеля ФИО11 - врача ССМП, 16 июля 2015 года он находился на суточном дежурстве, в бригаде с фельдшером ФИО12 В 18 часов 32 минуты их бригаде по рации через диспетчера поступила информация о том, что по необходима бригада скорой помощи, причина вызова – «избили». Подъехав к дому по указанному адресу, увидели лежащего спиной на земле парня, как позже узнали ФИО1, с явными признаками многочисленных травм: лицо, руки и часть груди у него были в подтеках крови, лицо и тело опухшие. ФИО1 был обездвижен, сам передвигаться не мог, обращал внимание на сильные боли в ногах, боли в области левого плеча. Белая футболка и джинсы, в которых находился ФИО1, были разрезаны. Рядом с ФИО1 были двое парней, один из которых был его брат, который и вызвал скорую помощь. На вопрос: «Что случилось?» ФИО1 ответил, что он упал с горы в районе бани и потерял сознание. Он предположил, что ФИО1 пытается скрыть факт его избиения. ФИО1 был поставлен диагноз: . Также в жалобах он указал , так как ФИО1 не помнил события предшествующие нынешнему его состоянию. После оказания первой медицинской помощи, ФИО1 был переложен с земли на носилки, помещён в автомобиль скорой помощи, после чего был доставлен в ГБСМП (том 2 л.д. 153-159, том 8 л.д. 194-197). Свидетель ФИО12, работающая фельдшером ССМП, дала показания, аналогичные показаниям свидетеля ФИО11, подтвердив факт выезда бригады скорой медицинской помощи к пострадавшему ФИО1, а также результаты его осмотра врачом (т.2 л.д. 160-163). Из показаний свидетеля ФИО13, работающего в ГБСМП в должности травматолога-ортопеда, следует, что 16 июля 2015 года он находился на суточном дежурстве. В 19 часов 25 минут бригадой скорой помощи в больницу был доставлен ФИО1, которому был поставлен диагноз: . Это явилось абсолютным показанием для оперативного лечения. В ходе оперативного лечения, при ревизии раны на бедре инородное тело не было найдено, однако поскольку рана на шее ФИО1, где была изъята пуля, и рана на бедре были внешне похожи, он расценил рану на бедре, тоже как огнестрельную (том 2 л.д. 164-170). Из показаний свидетеля ФИО14 следует, что он является владельцем ценных бумаг ЗАО «ФИО27», расположенного по . На данной территории располагается ООО «ФИО27», директором которого является ФИО15, который арендует у него производственные мощности и офисные помещения. ФИО26 знает с 1992 года, с этого времени поддерживает с ним дружеские отношения. После освобождения из мест лишения свободы в 2013 году ФИО26 обратился к нему с просьбой его трудоустроить. Он переговорил с ФИО15 и ФИО26 устроился в ООО «ФИО27» заместителем директора по общим вопросам (т. 2 л.д. 60-64). Приведенные выше показания потерпевшего и свидетелей являются последовательными и непротиворечивыми, они согласуются между собой, а также с письменными доказательствами виновности подсудимого, которыми являются протоколы следственных действий и иные документы, исследованные в ходе судебного заседания: - рапорт оперативного дежурного ОП №4 УМВД России по г.Томску от 16 июля 2015 года, согласно которому в 22 часа 06 минут от врача ГБСМП поступило сообщение о доставлении с ФИО1 с огнестрельными ранениями, а также с переломом левой бедренной кости и лодыжек (т.1 л.д. 53); - протокол принятия устного заявления от ФИО1 согласно которому, 16 июля 2015 года в вечернее время ФИО26, находясь на территории ООО «ФИО27» по причинил ему телесные повреждения, в связи с чем просит привлечь его к уголовной ответственности (т. 1 л.д. 69, 70); - протокол осмотра места происшествия от 18 июля 2015 года, согласно которому было осмотрено место преступления – участок местности около административного здания, расположенного по . В ходе осмотра было установлено, что данный участок представляет собой огороженную промышленную зону, въезд на которую регулируется постом охраны со шлагбаумом. В 67 метрах от въезда, расположено 3-х этажное офисное здание (т.1 л.д. 72-76, 87-92); - протокол осмотра места происшествия от 17 июля 2015 года, согласно которому был осмотрен участок местности по , в ходе которого изъят камень с пятнами вещества красно-бурого цвета (т. 1 л.д. 54-59); - заключение эксперта № 412 от 16 сентября 2015 года, согласно которому на камне, изъятом возле дома по обнаружена кровь ФИО1 (т. 4 л.д. 179-181); - карта вызова скорой медицинской помощи № 480 от 16 июля 2015 года, согласно которой в 18 часов 29 минут был принят вызов к пострадавшему ФИО1 на , а в 19 часов 25 минут было осуществлено прибытие в медицинскую организацию (т. 3 л.д. 228-229); - детализация телефонных соединений абонента ФИО3 (телефонный ), согласно которой 16 июля 2015 в 18 часов 28 минут с его номера был произведен экстренный вызов на номер 030 (т. 1 л.д. 176-177); - заключение комиссионной судебно-медицинской экспертизы № 23 от 10 марта 2016 года, согласно которому у ФИО1 имеются следующие телесные повреждения: ; ; ; ; . Все указанные телесные повреждения причинены незадолго до поступления потерпевшего ФИО1 в ГБСМП 16 июля 2015 года в 19 часов 25 минут. Причинение телесных повреждений в виде исключает возможность его самостоятельного передвижения. Причинение всего комплекса телесных повреждений при падении с высоты собственного роста и ударе о плоскую твердую поверхность исключается (т. 4 л.д. 140-164). - заключение судебно-медицинской экспертизы № 2734-М от 15 января 2016 года, согласно которому у ФИО26 были обнаружены , не причинившие вред здоровью человека, высказаться о механизме и давности их образования не представляется возможным. В то же время из анамнеза следует, что со слов ФИО26 травма была получена им 03 августа 2015 года (т. 6 л.д. 19-21); - протокол осмотра места происшествия от 03 августа 2015 года, согласно которому был осмотрен принадлежащий ФИО26 автомобиль «Mercedes S500», государственный , припаркованный возле административного здания ООО «ФИО27» по . В ходе осмотра автомобиля с полки в передней панели автомобиля изъят сотовый телефон «iPhone», imei , который впоследствии был осмотрен и приобщен к материалам уголовного дела в качестве вещественного доказательства (т. 2 л.д. 204-211, т.3 л.д. 11); - протокол осмотра предметов от 05 января 2016 года, согласно которому при осмотре сотового телефона «iPhone» imei , при проверке папки «Контакты» в ней находятся 4 номера телефона абонента, записанного как «ФИО1» и «ФИО1», в том числе записан номер телефона, которым пользовался потерпевший ФИО1 на дату совершения преступления (т. 3 л.д. 7-10); - протокол осмотра автомобиля «BMW» государственный от 16 сентября 2015 года, в ходе которого были изъяты смывы на марлевый тампон, с поверхности спинки переднего пассажирского сиденья, с поверхности кармана переднего пассажирского сиденья, с задней части подголовника переднего пассажирского сиденья, контрольный смыв с водительского сиденья (т. 5 л.д. 76-84); - заключение эксперта № 508 от 22 октября 2015 года, согласно которому на смыве с задней части подголовника переднего пассажирского сидения обнаружен генетический материал ФИО1 (т. 5 л.д. 89-92); - протокол выемки от 30 октября 2015 года, согласно которому у потерпевшего ФИО1 изъяты джинсовая куртка синего цвета и футболка белого цвета, в которых он находился 16 июля 2015 года в момент причинения ему телесных повреждений (т. 3 л.д. 80-81); - протокол изъятия от 16 июля 2015 года, согласно которому оперуполномоченный ОУР ОП №4 УМВД России по г.Томску ФИО16 изъял вещи ФИО1: футболку, трусы, туфли, джинсы (т.3 л.д. 68); - протокол выемки от 15 октября 2015 года, согласно которому у оперуполномоченного ОУР ОП №4 УМВД России по г.Томску ФИО16 были изъяты вещи ФИО1: футболка, трусы, туфли, джинсы, которые впоследствии были осмотрены и приобщены к делу в качестве вещественных доказательств (т.3 л.д. 74-75, т.5 л.д. 190-196, 197); - заключение эксперта № 6207 от 08 февраля 2016 года, согласно которому на вещах ФИО1: футболке, джинсах, трусах, туфлях обнаружена кровь ФИО1 (т. 5 л.д. 133-142); - заключение эксперта № 6240 от 10 февраля 2016 года, согласно которому на вещах ФИО1: футболке и джинсовой куртке обнаружена кровь ФИО1 (т. 5 л.д. 175-188); - протокол выемки от 02 ноября 2015 года, согласно которому у ФИО17 изъяты DVD-R диски c разговором между ФИО17 и ФИО1 от 18 августа 2015 года, и ФИО17 и ФИО2 от 22 июля 2015 года (т. 3 л.д. 83-84); - протокол осмотра и прослушивания фонограмм от 14 декабря 2015 года, в ходе которого установлено дословное содержание разговоров, записанных на дисках. В ходе свободного разговора ФИО1 поясняет, что он не нападал на ФИО26, имеющийся при нем травматический пистолет «Оса не применял, и не угрожал его применением, а ФИО26 произвел в него выстрелы из пистолета и сломал ногу, после чего он потерял сознание. В ходе свободного разговора ФИО2 также поясняет, что ФИО1, выйдя из машины, шёл с опущенными руками, прошел пять-шесть метров от шлагбаума, после чего начались хлопки. ФИО1 «Осу» из кармана джинсов не доставал (т.3 л.д. 85-94); - заключение экспертов № 124 от 19 января 2016 года, согласно которому на аудиозаписях разговоров между ФИО17 и ФИО1 от 18 августа 2015 года, и ФИО17 и ФИО2 от 22 июля 2015 года неситуационных изменений не имеется (т. 6 л.д. 49-56); - сведения ПАО «МТС» от 05 ноября 2015 года, согласно которым зарегистрирован на ФИО17, зарегистрирован на ФИО1 (т. 3 л.д. 172); - информационное письмо ПАО «Вымпелком», согласно которому , которым пользовался ФИО26, зарегистрирован на ФИО24 (т. 3 л.д. 178); - протокол осмотра детализации телефонных переговоров с протоколом регистрации мобильных номеров на базовые станции, из которого следует, что 16 июля 2017 года в 17 часов 14 минут с абонентского , находящегося в пользовании ФИО1 был произведен исходящий вызов на , находящийся в пользовании ФИО26 В период с 17 часов 40 минут до 18 часов 17 минут базовая станция абонента принимала сигнал по ; 16 июля 2015 года в период с 17 часов 59 минут до 21 часа 10 минут, имеется неоднократные входящие и исходящие соединения между абонентами с , находящимся в пользовании ФИО26 и , находящимся в пользовании ФИО2 Данные детализации на CD-диске и на бумажном носителе после осмотра приобщены к уголовному делу в качестве вещественных доказательств (т. 3 л.д. 215-219, 220). Анализируя исследованные доказательства, суд находит их допустимыми и достаточными для разрешения уголовного дела, а вину подсудимого ФИО26 в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью потерпевшего ФИО1 установленной совокупностью изложенных доказательств. Перечисленные доказательства стороной защиты не опровергнуты, собраны с учётом требований ст.ст. 73-82 УПК РФ. Судом установлено, что действия подсудимого ФИО26 были умышленными, характер и локализация телесных повреждений, свидетельствуют об умысле ФИО26, направленном на причинение именно тяжкого вреда здоровью потерпевшего ФИО1 Оснований полагать, что ФИО26 действовал в состоянии необходимой обороны (ст.37 УК РФ) либо при превышении её пределов (ч. 1 ст.114УКРФ) не имеется. В ходе судебного заседания было установлено, что совершению преступления предшествовал конфликт между ФИО26 и ФИО1, связанный с тем, что ФИО26 не возвращал ФИО1 документы на земельный участок, принадлежащий ФИО4 Несмотря на то, что у ФИО1 в момент совершения преступления при себе имелся травматический пистолет «Оса», в то же время в ходе судебного заседания было установлено, что никаких действий, представляющих реальную угрозу для жизни и здоровья ФИО26, ФИО1 не совершал, каких-либо угроз совершения подобных действий он не высказывал, травматический пистолет находился в кармане его одежды, и он его не доставал, в связи с чем к доводам подсудимого о том, что он действовал в состоянии необходимой обороны, суд относится критически, данные доводы опровергаются совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, на основании которых суд считает установленным, что ФИО26 именно на почве личных неприязненных отношений подверг потерпевшего ФИО1 избиению, в ходе которого нанес ему множественные удары руками и ногами по голове и различным частям тела. Приходя к такому выводу, суд исходит из следующего. По смыслу закона действия не могут признаваться совершенными в состояниинеобходимойобороны, если вред причинен лицу при отсутствии с его стороны общественно-опасного посягательства, сопряженного с насилием, опасным для жизни обороняющегося или иного лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия. В таких случаях оборонявшееся лицо подлежит ответственности на общих основаниях. В судебном заседании на основании исследованных доказательств было установлено, что потерпевший ФИО1 в период, непосредственно предшествующий совершению преступления, не совершал какие-либо противоправные действия в отношении подсудимого ФИО26, не применял насилие, опасное для его жизни или жизни другого лица, непосредственная реальная угроза применения такого насилия с его стороны также отсутствовала. В связи с противоречиями в показаниях подсудимого ФИО26 в судебном заседании на основании п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК РФ были оглашены его показания, данные на предварительном следствии в качестве обвиняемого от 08 октября 2015 года, из которых следует, что когда к шлагбауму подъехал ФИО2, то ему не было видно ни номера автомобиля, ни водителя. Когда ФИО1 стал снимать маску с лица, то он прыгнул на него, чтобы сократить расстояние, но на землю они не упали, а он начал выкручивать левую руку ФИО1, в которой он держал обрез, палец в это время был у него на спусковом крючке. Он также наносил ФИО1 удары по телу, но куда именно и чем, не помнит, пытался бить со всей силы, чтобы тот отпустил обрез. Затем они упали, и уже лежа на земле, он отобрал у ФИО1 оружие. Затем, когда он встал с земли, ФИО1 также стал подниматься, но он не дал ему встать, и нанёс ему два или три удара, чтобы он не поднялся, в том числе ударил ногой в район живота. Затем позвонил ФИО2 и сказал «обойдемся без ментов». Куда впоследствии делось оружие и маска ФИО1, он не знает (т. 7 л.д. 149-153). Из показаний ФИО26 в качестве обвиняемого от 02 сентября 2016 года следует, что изначально он нанёс ФИО1 удар левой рукой в голову, потом схватил его своими руками за его руки, и почти сразу же они упали, все остальное происходило в положении «лежа». Когда он уже отобрал оружие у ФИО1, и начал отходить от него, услышал крик ФИО5, повернулся и увидел, что ФИО1 уже почти на ногах, и чтобы тот опять не напал на него, он пнул его ногой в живот или грудь (т.10 л.д. 39-48). Таким образом, подсудимый ФИО26 на следствии и в судебном заседании давал противоречивые показания о юридически значимых обстоятельствах произошедшего - так в ходе следствия он однозначно говорил о том, что оружие у ФИО1 забрал он без чьей либо помощи, в ходе судебного заседания, учитывая показания данные ФИО5, пояснил, что обрез у ФИО1 из рук вырвала ФИО5 Относительно своих действий в ходе предварительного следствия пояснял, что сначала они с ФИО1 боролись стоя, и он наносил ему удары по телу, и только потом они оба упали, и уже обезвредив ФИО1, когда тот попытался встать, он нанёс ему удар ногой в живот, в судебном же заседании пояснил, что нанёс ФИО1 удар в лицо, после чего они сразу же упали, а также отрицал нанесение удара ногой в грудь. Давая оценку показаниям подсудимого, суд приходит к выводу, что изменение им показаний в ходе предварительного следствия и судебного заседания, свидетельствует о том, что ФИО26 корректирует свои показания с учетом тех доказательств, которые последовательно становятся ему известными в ходе производства по делу. Учитывая изложенное, суд считает необходимым основывать приговор на показаниях подсудимого ФИО26 лишь в той части, что кроме него, ударов потерпевшему ФИО1 на территории ФИО27 более никто не наносил, и что он нанёс ФИО1 удар в область носа, а также вывихнул ему руку, то есть воздействовал на те части лица и тела потерпевшего, на которых впоследствии были обнаружены телесные повреждения. В части обстоятельств нападения ФИО1, и обусловленности своих действий обороной от посягательства на его жизнь, а также отрицание причинения обнаруженных у ФИО1 телесных повреждений, суд оценивает показания ФИО26 как не соответствующие действительности, имеющие своей целью ввести суд в заблуждение относительно обстоятельств, при которых преступление было совершено, и являющиеся способом защиты с целью избежать ответственности за содеянное. При этом суд учитывает, что в соответствии с положениями ст.ст.46-47 УПКРФпривлекаемое к уголовной ответственности лицо имеет право защищаться всеми способами и средствами, которые законом не запрещены, в том числе умалчивать об обстоятельствах, разглашение которых нежелательно при избранной позиции. О надуманности показаний ФИО26 свидетельствует их нелогичность, а также противоречивый характер. Ни на предварительном следствии, ни в судебном заседании, ФИО26 так и не назвал причину, по которой ФИО1, с его слов, имел намерение лишить его жизни, наоборот, поясняя, что он с ним не общался и никаких дел с ним не имел, то есть фактически заявляя об отсутствии у ФИО1 какого бы то ни было мотива на совершение его убийства. Помимо этого, из показаний ФИО26 не ясно, для чего потерпевшему ФИО1 с целью его убийства потребовалось приезжать к месту его работы, где имеется пост охраны, и находятся сотрудники расположенных на данной территории предприятий, а также зачем ФИО26, увидев, с его слов, человека в маске вооруженного двумя видами оружия, пошел ему навстречу. Доводы подсудимого ФИО26 о том, что он пошел навстречу ФИО1 так как подумал, что это сотрудник полиции, решив разобраться что происходит, а также о том, что, несмотря на совершенное на него покушение, и наличие вещественных доказательств, подтверждающих этот факт, им не была вызвана полиция, потому что «его об этом попросил ФИО2» являются несостоятельными. Показания ФИО26 о совершенном на него ФИО1 вооруженном нападении не нашли своего объективного подтверждения в судебном заседании, опровергнуты совокупностью исследованных судом доказательств, с учетом их судебной оценки. Прежде всего, они опровергаются показаниями потерпевшего ФИО1, который как в ходе следствия, так и в судебном заседании давал последовательные показания об обстоятельствах причинения ему телесных повреждений подсудимым ФИО26, и об имеющемся у последнем мотиве - ссоры, возникшей из-за длительного невозвращения подсудимым необходимых ФИО1 документов. Наличие данного мотива подтверждают также свидетели ФИО4, ФИО5, ФИО2, а в конечном итоге, и сам подсудимый ФИО26, когда сообщает о том, что после произошедшего конфликта отдал ФИО2 мультифору с ксерокопиями документов, которая находилась у него в автомобиле. Доводы стороны защиты о наличии в показаниях потерпевшего ФИО1 существенных противоречий, по мнению суда, являются необоснованными. Уточнение своих показаний в ходе расследования дела, потерпевший объясняет тем, что первоначально некоторым обстоятельствам произошедшего, казавшимися ему мелкими подробностями, он не придал значения, а также тем, что плохо помнит события 16 июля 2015 года, так как в ходе избиения он терял сознание. Суд также учитывает, что при осмотре потерпевшего ФИО1, врачи диагностировали у него . При таких обстоятельствах, названную потерпевшим причину уточнения своих показаний, суд находит объективной. Совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств установлено, что потерпевшему ФИО1 на территории ФИО27, кем-то еще, кроме ФИО26, удары не наносились, в связи с этим причинение всех телесных повреждений, обнаруженных у ФИО1, за исключением тех, которые имеют характер огнестрельных и резаных, подлежит вменению подсудимому. Доводы подсудимого ФИО26 о том, что телесные повреждения могли быть причинены ФИО1 в другом месте и другими лицами с целью инсценировки, а также в результате автотравмы, являются надуманными и голословными. Данные доводы опровергаются показаниями потерпевшего и свидетелей, а также фактическими обстоятельствами дела. Потерпевший, а также свидетели ФИО2 и ФИО3 показали, что до поездки на территорию ФИО27 телесных повреждений у ФИО1 не было. С территории ФИО27 ФИО1 забрал ФИО2, который пояснил, что ФИО1 в этот момент был избит, и самостоятельно передвигаться, уже не мог. Его показания в данной части объективно подтверждены заключением медицинской экспертизы о том, что при переломе бедренной кости и лодыжек потерпевший самостоятельно ходить не мог, так как была нарушена опорная функция нижних конечностей. Из показаний свидетеля ФИО2 также следует, что с территории ФИО27 он сразу увёз ФИО1 домой, где его брат сразу вызвал скорую помощь, врачи которой зафиксировали телесные повреждения, а затем доставили ФИО1 в лечебное учреждение. Таким образом, между причинением ФИО1 телесных повреждений и вызовом бригады скорой помощи прошло менее получаса. Причинение ФИО1 имеющихся у него телесных повреждений, в ином месте, в иное время и при иных обстоятельствах, по мнению суда, исключается. Судом также были проанализированы показания свидетелей, дающих показания, в целом подтверждающие защитную версию подсудимого. Из показаний свидетеля ФИО17 следует, что 16 июля 2015 года около 15 часов к нему в офис приехали ФИО1 и ФИО2 на автомобиле последнего «BMW». ФИО1 при нём выпил 0,25 л водки, которую привез с собой. После чего ФИО1 достал свой сотовый телефон и позвонил ФИО26, в ходе разговора выражался в его адрес нецензурной бранью, высказывал угрозы, требовал передать ему автомобиль «Mersedes». Закончив разговор ФИО1 сказал ФИО2: «ФИО2, погнали на , сейчас я покажу им красный террор», при этом ФИО1 достал из кармана травматический пистолет «Оса», открыл затвор и посмотрел, что пистолет заряжен. Видя, что настроение у ФИО1 боевое, и он может наделать глупостей, он сказал ФИО2 чтобы тот отвёз ФИО1 домой. После чего ФИО2 и ФИО1 сели в машину и уехали. В течение часа ему на сотовый телефон позвонил ФИО2 и сказал, что привёз ФИО1 на , где тот надел маску, взял обрез, пистолет «Осу» и пошел на встречу к ФИО26 Он попросил ФИО2 вернуться и забрать ФИО1, после чего ФИО2 положил трубку. К данным показаниям свидетеля ФИО17 суд относится критически, поскольку они противоречат показаниям потерпевшего ФИО1 и свидетеля ФИО2, которые отрицали наличие у потерпевшего обреза, а при допросе в судебном заседании свидетель ФИО17 заявил о наличии у него неприязненных отношений с ФИО1 Кроме того, из показаний ФИО17 следует, что ФИО1 сообщил ему, что несколько минут назад убил своего дядьку ФИО35, , и как ему (ФИО17) стало впоследствии известно, ФИО18 действительно умер через 5 дней после случившегося. Однако из справки о смерти от следует, что ФИО18 умер , а причиной его смерти явилась . Данное обстоятельство свидетельствует о том, что ФИО17 сообщает не соответствующие действительности и порочащие ФИО1 сведения. Из показаний свидетеля ФИО19 следует, что в марте 2015 года к нему приезжали ФИО2 и ФИО1 и предложили пострелять. В пакете, на заднем сиденье автомобиля он видел 2 обреза, один из них был двуствольный, и принадлежал ФИО1 Свидетель ФИО20 показал, что ему известно, что ФИО1 приехал на территорию ФИО27 с обрезом и травматическим пистолетом, чтобы ликвидировать ФИО39, однако с чьих слов это ему известно, он точно не помнит, предполагает, что со слов ФИО5 Из показаний свидетеля ФИО21 следует, что в январе-феврале 2015 года она проживала совместно с ФИО1, у которого имелось оружие: , , а также 2 маски с прорезями для глаз. Данные предметы она видела в пакете, который ФИО1 сначала хранил в квартире по , где они проживали, а затем в сарае возле дома по . Также со слов ФИО1 ей известно, что он хотел «убрать» ФИО26, так как у него не получилось наладить с ним отношения, и он ему мешал. В феврале 2015 года её задержали сотрудники УФСКН, но ФИО1 позвонил ей в июле 2015 года в СИЗО и сказал, что предпринял попытку убить ФИО26, ненёс ему телесные повреждения, открыл стрельбу, но у него не получилось, так как на предприятии было много народа. Также сказал, что у него были проблемы с ногами, так как ФИО2 придавил ему ноги машиной, в ходе разборки из-за того, что они не смогли убить ФИО26 К показаниям данных свидетелей суд относится критически, поскольку ФИО19 и ФИО20 находится в дружеских отношениях с ФИО26, более того, ФИО19 со слов потерпевшего является его «правой рукой», а свидетель ФИО20, кроме того, с уверенностью не может назвать источник своей осведомленности. Свидетель ФИО21 не сообщает номер сотового телефона, на который якобы ей звонил ФИО1, в связи с чем её показания объективно не могут быть проверены, в то время как ФИО1 утверждает, что он звонил ФИО21 до мая 2015 года, и подобных сведений не сообщал. Желая поддержать защитную версию подсудимого, ФИО21 сообщает сведения, явно не соответствующие действительности – о причинении ФИО1 телесных повреждений ФИО26, в то время каких-либо телесных повреждений у него не имелось. Из показаний ФИО21, данных на предварительном следствии, и оглашенных в судебном заседании, следует, что её отец и она сама с детства знакома с ФИО26, в связи с этим она предупреждала ФИО26 о том, что ФИО1 хочет его убить, в то время как сам ФИО26 не сообщает подобных сведений. Также из протокола допроса ФИО21 следует, что она была осуждена за незаконный оборот наркотических средств к 5 годам лишения свободы, и считает, что к ее задержанию имеет отношение ФИО1 Данное обстоятельство свидетельствует о наличии у ФИО21 оснований для оговора ФИО1 Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО5 показала, что 16 июля 2015 года около 17 часов она и ФИО26 приехали на территорию ФИО27. В какой-то момент, когда они находились возле административного здания, она посмотрела в сторону шлагбаума и увидела, что к нему подъехал автомобиль «BMW» черного цвета, с цифрами государственного . Из автомобиля вышел человек, на голове которого была черная маска, впоследствии узнала, что это был ФИО1. ФИО26 также видел происходящее. ФИО1 подлез под шлагбаумом и прошёл на территорию. Она увидела, что в левой руке, согнутой в локте, ФИО1 держит обрез ружья, а в правой пистолет. Как только ФИО1 вышел из машины, автомобиль развернулся задним ходом и уехал. ФИО1 быстро направился в их сторону, при этом пистолет он держал в вытянутой руке, а обрез держал в левой руке за спиной. Она закричала и окликнула ФИО26, который подошел к ней, и увидел то же, что и она. Затем она побежала в административное здание, чтобы позвать на помощь, а ФИО26 направился к своему автомобилю. В офисе на первом этаже она увидела двух лиц нерусской национальности, которые работают на асфальтовом заводе, они стояли около окна и наблюдали за происходящим. Она попросила их о помощи и вместе с ними выбежала на улицу, где увидела, что ФИО1 и ФИО26 уже стоят друг напротив друга, на расстоянии полутора метров. Пистолет ФИО1 направил в голову ФИО26, а обрез в область его живота. Увидела также, что в их сторону от шлагбаума идёт сторож ФИО8 Она подошла и встала в метре от ФИО26 и услышала, как ФИО1 сказал ему: «И., прощайся с жизнью», на что ФИО26 спросил: «ФИО1, ты? Сними маску». В тот момент, когда ФИО1 правой рукой, в которой у него был пистолет, стал стягивать с головы маску, а обрез направлял в голову ФИО26, то ФИО26 набросился на ФИО1, схватил рукой за обрез, стал выкручивать руку, пытаясь отобрать оружие. В это время ФИО26 и ФИО1 упали на землю, между ними началась потасовка. Ударов при этом никто не наносил. ФИО29 пытался забрать оружие, они начали кувыркаться, и она услышала 3-4 хлопка, как она поняла, что это ФИО1 стрелял из пистолета. ФИО26 выворачивал ФИО1 правую руку, а левая рука с обрезом находилась у ФИО1 между ног. Она подбежала к ним и стала тянуть за обрез, но ФИО1 крепко его держал, тогда она дернула за него, вырвав у него из руки обрез и порвав при этом ФИО1 палец. Обрез у неё сразу забрал охранник ФИО8 и унёс его на крыльцо административного здания, он также забрал у ФИО26 травматический пистолет «Оса», который тот забрал у ФИО1 Маску и перчатку ФИО1, которые лежали на земле, ФИО8 также принёс к крыльцу административного здания, которые либо им, либо ФИО26 вместе с оружием и патронами были упакованы в пакет, куда затем делся данный пакет, она не знает. Поскольку ФИО1 просил позвонить ФИО2, чтобы тот его забрал, она сказала об этом ФИО26, который позвонил ФИО2 и попросил его приехать. Почти сразу на территорию «ФИО27» подъехал ФИО2 на автомобиле «BMW», вышел из автомобиля, подал сидящему на земле ФИО1 руку, тот сам встал и прошел около 5-6 метров до автомобиля, после чего сам сел в автомобиль. ФИО2 о чем-то поговорил с ФИО26 в стороне, после чего ФИО2 сел в свой автомобиль и уехал, попросил ФИО26 «обойтись без Ментов». Из оглашенных в судебном заседании показаний свидетеля ФИО5, данных на предварительном следствии, следует, что когда ФИО26 набросился на ФИО1 и стал отбирать оружие, то они упали на землю, и между ними была обоюдная потасовка. ФИО1 всё время находился под ФИО26, который пытался одной рукой отобрать пистолет, второй рукой наносил ФИО1 удары по телу. Затем получилось так, что ФИО26 сел на ФИО1 сверху, стал наносить удары руками и ногами, коленями. Сколько именно нанес ударов, она сказать не может (т.1 л.д. 216-223). Оглашенные показания, в той части, что ФИО26 наносил ФИО1 множественные удары, сидя на ФИО1, ФИО5 не подтвердила, пояснив, что ФИО26, учитывая его комплекцию, физически не мог наносить удары ФИО1 сидя на нём, он просто зажимал его ногами. Протокол своего допроса она прочитала бегло. Из показаний свидетеля ФИО6 следует, что 16 июля 2015 он вместе с ФИО7 находился в рабочем кабинете в административном здании на территории ФИО27. В вечернее время они услышали женские крики «И., И.». В этот момент в кабинет забежала ФИО5, она продолжала кричать и указала рукой на окно. Он и ФИО7 посмотрели в окно и увидели, что в 25-30 метрах от окна, немного правее, спиной стоит ФИО26 Напротив примерно в 2-3 метрах, лицом к нему стоит человек в маске. Руки у мужчины были согнуты в локтях, в правой руке он держал обрез охотничьего ружья, ствол был направлен в корпус ФИО26 В левой руке мужчина тоже что-то держал, но что он не разглядел. Было видно, что мужчина в маске что-то говорит ФИО26 Примерно через минуту мужчина в маске правой рукой, в которой держал обрез ружья, стал снимать маску с лица. Именно в этот момент ФИО26 быстро приблизился к нему и кулаком правой руки нанес мужчине один удар в область лица (в челюсть с левой стороны). У них началась как бы потасовка, борьба. В этот момент они с ФИО7 решили выйти на улицу. Они вышли из кабинета, направились к выходу и в этот момент услышали 2-3 хлопка, похожие на выстрелы. После этого выходить передумали и вновь вернулись в кабинет. Зашли в кабинет и в окно увидели, что ФИО26 идет по направлению к зданию. Мужчина, который ранее был в маске, лежит на земле, на спине. К нему от пункта охраны шел охранник ФИО8, ФИО5 была на улице, больше из людей на улице никого не видел. ФИО8 подошел к мужчине, который ранее был в маске и стал с ним о чем-то разговаривать. Он не видел, чтобы ФИО8 поднимал что-либо с земли (т. 2 л.д. 105-110). Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО15 показал, что в середине июля 2015 года он находился в своем рабочем кабинете, расположенном на втором этаже административного здания ООО «ФИО27». В конце рабочего дня, ближе к вечеру, он подошел к окну и увидел, как от шлагбаума отъезжает автомобиль «BMW» черного цвета, государственный , а человек в маске, как впоследствии выяснилось ФИО1, идет в сторону административного здания. ФИО1 нёс в руках обрез и пистолет, как именно держал их, он не помнит. Ему навстречу пошёл ФИО26, и ФИО1 направил пистолет в сторону ФИО26, при этом между ними шел диалог. Когда они сблизились, встав лицом к лицу, почти вплотную, то ФИО1 снял маску, подняв её на лоб, руки его в это время были опущены. Они стояли и говорили друг с другом, потом ФИО1 вновь поднял пистолет, ФИО26 перехватил эту руку, и между ними завязалась драка. ФИО26 заломил руку ФИО1, поставил ему подножку, и повалил ФИО1 на землю. Всех нюансов потасовки он не помнит, так как был в шоке, помнит, что дерущиеся, когда еще стояли на ногах, наносили друг другу удары, в частности ФИО26 нанес ФИО1 3-4 удара, но чем именно и куда он не помнит. Также в ходе драки прозвучало 2 или 3 выстрела. В ходе драки оружие было у ФИО1, но потом, когда он перестал сопротивляться, его забрал охранник. На территории завода в этот момент были сотрудники ФИО27, ФИО5, а также еще мужчина и женщина, приехавшие до ФИО1 Они были возле административного здания под его окном. В связи с существенными противоречиями в судебном заседании были оглашены показания, данные свидетелем ФИО15 на предварительном следствии. Из показаний свидетеля ФИО15 от 04 августа 2015 года следует, что когда ФИО1 зашел на территорию ФИО27, то он не видел, чтобы ФИО1 направлял оружие на ФИО26 (при этом свидетель не говорит, что ФИО1 находился в маске). Когда они сблизились, то стали толкать друг друга, и в этот момент он услышал выстрелы, в количестве более трёх. После того, как выстрелы прекратились, ФИО1 упал лицом вниз на асфальт, а ФИО26 нанёс ему несколько ударов ногами по телу, куда именно не знает. Вначале ФИО1 двигался, возможно пытался защититься от ударов, а потом стал лежать неподвижно (т.1 л.д. 178-183). Из показаний свидетеля ФИО15 от 08 декабря 2015 года следует, что когда ФИО26 пытался выхватить пистолет, он заломил ФИО1 руку с пистолетом за спину. И получилось так, что ФИО1 оказался к ФИО26 спиной. Они находились вплотную друг другу, и как бы начали раскачиваться, ФИО26 пытался отобрать пистолет у ФИО1, в это время были слышны хлопки выстрелов. Также были слышны крики ФИО5, но в окно он её не видел. После того как хлопки прекратились, ФИО1 упал на землю лицом вниз. Видел, что ФИО26 забрал у ФИО1 пистолет и обрез и отложил их в сторону на землю. Затем подошел сторож ФИО8, поднял с земли пистолет и обрез и отнёс куда-то за пределы его видимости. Первые несколько секунд ФИО1 лежал без движения, в этот момент ФИО26 направился к крыльцу здания. ФИО1 в это время из положения лежа попытался сесть. Он услышал крик ФИО5: «Он куда-то тянется». Тогда ФИО29 развернулся, вернулся к ФИО1 и нанёс ему один удар кулаком в грудь и один удар ногой в тело (т. 1 л.д. 184-189). Оглашенные показания, в части имеющихся противоречий свидетель ФИО15 не подтвердил, пояснив, что с протоколом допроса от 04 августа 2015 года он не знакомился, так как «ему было не до этого», при даче показаний на следствии нюансы произошедшего были для него «на втором плане», следует доверять его показаниям, данным в судебном заседании. Из показаний свидетеля ФИО22, данных в судебном заседании, следует, что 16 июля 2015 года ближе к концу рабочего дня, он находился в своем рабочем кабине около открытого окна, и увидел, как к проходной завода подъехал автомобиль «BMW» черного цвета и остановился около шлагбаума, при этом номера машины он не видел. Из машины вышел мужчина в маске, как позже узнал, ФИО1, прошел через шлагбаум и пошел в сторону административного здания, а машина развернулась и уехала. В левой руке ФИО1 держал обрез охотничьего ружья, в правой руке держал пистолет. Он прошел в соседний кабинет к директору ФИО15, который также стоял и смотрел в окно. ФИО1 шел к административному зданию, руки с оружием при этом были у него опущены, он что-то кричал. В этот момент к нему навстречу от здания направился ФИО26 Когда они сблизились на расстояние около 8 метров, то остановились и стали разговаривать на повышенных тонах. Потом ФИО1 снял маску, они дальше стали разговаривать, потом сблизились на расстояние около двух метров. В какой-то момент ФИО1, поднял правую руку, в которой был пистолет, и прозвучал выстрел, в этот момент ФИО26 резко на него кинулся и схватил за руку, они упали на землю, между ними завязалась борьба, прозвучало еще несколько выстрелов. В ходе борьбы ФИО26 стал наносить ФИО1 удары руками, но сколько и куда именно, он сказать не может, а затем когда ФИО26 оказался сверху на ФИО1, то зажимал его ногами, но удары ногами не наносил. В ходе борьбы ФИО26 отключил ФИО1, и тот перестал оказывать сопротивление. В этот момент к ним подошла ФИО5, стала кричать, подошел охранник ФИО8, забрал оружие, которое было у ФИО1, перенёс его в сторону административного здания. Он не видел, чтобы ФИО1 направлял обрез на ФИО26 Из показаний, данных свидетелем ФИО22 на предварительном следствии, следует, что ФИО1 сняв маску, убрал ее в карман. ФИО29 в ходе борьбы, а также сидя сверху на ФИО1, наносил ему многочисленные удары руками, кулаками, ногами по телу, конечностям, голове ФИО1, до тех пор, пока тот не потерял сознание (т. 2 л.д. 52-57). В части нанесения ФИО26 многочисленных ударов, оглашенные показания свидетель ФИО22 не подтвердил, причину противоречий назвать затруднился Из показаний свидетеля ФИО8 следует, что он работает сторожем в ООО «ФИО27». 16 июля 2015 года в шестом часу вечера ФИО26 совместно с ФИО5 заехал на территорию ФИО27 на своем автомобиле, припарковал его около крыльца административного здания. Около 18.00 часов к шлагбауму подъехал автомобиль «BMW», государственный . Из машины вышел мужчина, как впоследствии выяснилось, ФИО1, после чего автомобиль развернулся и уехал. Когда ФИО1 проходил мимо окна он обратил внимание, что на голове у него был надет капюшон черного цвета. Когда ФИО1 прошел мимо сторожки, он посмотрел ему в спину и обратил внимание, что в левой руке ФИО1 держит обрез охотничьего ружья, который прятал за спину. Правую руку ФИО1 держал вытянутой перед собой, что было в руке, не рассмотрел. В окно он увидел, что навстречу ФИО1 идёт ФИО26 Он быстро обулся, вышел на улицу и стал спускаться по лестнице со второго этажа. Все это заняло у него около 15 секунд. Когда он обулся и стал уже выбегать из сторожки, то услышал 2-3 хлопка, понял, что это выстрелы. Выйдя на улицу, увидел, что ФИО1 уже лежит на земле, а сверху на нём сидит ФИО26, рядом с ними стоит ФИО5 Когда он подошёл к ним, то ФИО1 находился на животе, левая рука с обрезом была под ФИО1, а правую руку ФИО1. ФИО26 заломил ему за спину, и забрав из руки ФИО1 пистолет, откинул его в сторону. В этот момент он рассмотрел, что это был травматический пистолет «Оса». ФИО26 все время находился сверху ФИО1, и давил ФИО1 своими коленями. Он казал, что у ФИО1 должен быть еще обрез, на что ФИО5 сказала, что ФИО1 на нём лежит, и стала тянуть обрез на себя, когда она вытянула обрез, то он сразу забрал обрез у неё. После этого ФИО26 встал с ФИО1 пошел в сторону здания и сел на крыльцо. Он разрядил обрез, достав из него два охотничьих патрона, снаряженных дробью №3. Патроны и обрез он положил на крыльцо рядом с ФИО26 По пути он поднял с земли травматический пистолет «Оса». Затем вернулся к ФИО1, который всё еще лежал на земле, и поднял находящуюся рядом с ним маску и одну перчатку, и отнёс их на крыльцо. Он хотел вызвать полицию, но ФИО26 запретил ему, сказав, что они сами разберутся. Куда впоследствии делись обрез ружья, травматический пистолет, маска и перчатка, он не знает. Из показаний свидетеля ФИО9 следует, что 16 июля 2015 года в вечернее время он видел, что на крыльце возле административного здания ФИО27 лежали обрез, пистолет «Оса», маска и одна перчатка. Он спросил, что случилось, и ФИО5 рассказала, что ФИО1 приехал в маске и в перчатках, у него были обрез и пистолет, он направлял на ФИО26 обрез, угрожал ему расправой, однако, ФИО26 пошёл ему навстречу, дождавшись пока ФИО1 станет снимать маску, бросился на него, и сумел его обезвредить. Также она сказала, что выстрелов при этом не было. Через некоторое время на территорию ФИО27 приехал ФИО10, который также видел ФИО1 и оружие. Свидетель ФИО10 показал, что со слов ФИО26 ему известно, что ФИО1, пришел его убивать с оружием, но тот сумел его обезвредить. Также пояснил, что когда он подошел к ФИО1, то взял лежащую на земле рядом с ним маску, и положил её на крыльцо рядом с пакетом, на котором лежали обрез, травматический пистолет и 2 патрона. К указанным показаниям свидетелей ФИО9 и ФИО10 суд относится критически, поскольку сами они очевидцами совершения преступления не были, о том, что произошло им известно со слов ФИО26 и ФИО5, которые не заинтересованы в сообщении им всех правдивых сведений об обстоятельствах произошедшего. О виденном ими лично свидетели дают противоречивые показания – со слов ФИО9 маска лежала на крыльце, когда он только приехал, ФИО10, который приехал позже поясняет, что это он поднял её с земли и положил на крыльцо, ФИО9 ничего не говорит о наличии на крыльце патронов. Показания ФИО9 противоречат показаниям ФИО5 и ФИО26 о том, что ФИО1 было произведено около 4 выстрелов из пистолета, показания ФИО10 противоречат показаниям ФИО8 о том, что это он поднял маску, лежащую рядом с ФИО1 Кроме того, свидетели ФИО6, ФИО15 и ФИО22, пояснили, что спустя несколько минут после звонка ФИО26 на территорию ФИО27 приехал автомобиль «BMW» под управлением ФИО2, при этом данные свидетели ничего не говорят о том, чтобы в этот период на ФИО27 приезжали какие-то другие автомобили, в то время как со слов ФИО9 и ФИО10 они приехали на территорию ФИО27, после произошедшего конфликта, но до приезда ФИО2 Суд основывает свой приговор на показаниях свидетелей ФИО5, ФИО6, ФИО8, ФИО15 и ФИО22 в той части, что конфликт на территории ФИО27 происходил только между подсудимым ФИО26 и потерпевшим ФИО1, в котором никто более не участвовал, и кроме ФИО26 телесные поверждения ФИО1 никто не причинял. К показаниям данных свидетелей в части имевшего место вооруженного нападения на ФИО26 со стороны ФИО1, суд относится критически, поскольку они дают противоречивые показания о юридически значимых обстоятельствах произошедшего, сообщают разнящиеся сведения о деталях нападения, а свидетели ФИО5, ФИО15, ФИО22, кроме того, изменили свои показания в суде. Так, из показаний ФИО5 следует, что, увидев ФИО1 в маске и с оружием она забежала в административное здание и позвала на помощь сотрудников асфальтового завода, которые выбежали с ней, свидетель ФИО6 поясняет, что они с ФИО7 с ФИО5 из офиса не выбегали, поскольку услышали выстрелы, и остались смотреть за происходящим из окна. Из показаний ФИО5 следует, что обрез был у ФИО1 в левой руке, а пистолет в правой, и, снимая маску правой рукой, ФИО1 наставлял обрез на ФИО26, свидетель ФИО6 поясняет, что обрез был у ФИО1 в правой руке, и именно этой рукой он снимал маску с лица. Свидетель ФИО5 поясняет, что когда она в ходе борьбы ФИО26 и ФИО1 забрала у последнего обрез, то передала его сторожу ФИО8, который находился рядом, из показаний свидетеля ФИО6 следует, что ФИО8 шел от пункта охраны в сторону ФИО1, когда тот лежал не земле и ФИО26 уже отошел от него. Из показаний свидетеля ФИО8 следует, что он вышел из охранного помещения и направился к ФИО26 и ФИО1 лишь только ФИО1 прошел через шлагбаум (не прошло и 15 секунд), однако никто из допрошенных свидетелей не поясняет, что ФИО8 находился рядом с ними в начале конфликта. Показания ФИО5 о том, что она в ходе конфликта находилась рядом с ФИО26 и ФИО1, и забрала обрез у последнего, не подтверждают свидетели ФИО15 и ФИО22 ФИО5 в судебном заседании настояла на том, что в ходе борьбы ФИО26 ударов ФИО1 не наносил, в тоже время это утверждение противоречит показаниям самого ФИО26, из которых следует, что он все же наносил удары ФИО1, а также показаниям свидетелей ФИО22 и ФИО15, которые сообщают разнящиеся сведения о нанесенных ФИО26 ударах, об их количестве, локализации. Так, свидетель ФИО15 изначально сообщал о том, что был свидетелем тому, как ФИО26 нанёс лежащему на земле ФИО1 несколько ударов ногами по телу, затем изменил свои показания, сообщив об одном нанесенном ударе кулаком в грудь и одном ударе ногой в тело, а в судебном заседании вновь изменил показания указав, что дерущиеся ФИО26 и ФИО1, когда еще стояли на ногах, наносили друг другу удары руками и ногами, в частности ФИО26 нанес 3-4 удара по туловищу ФИО1 Из показаний свидетеля ФИО22 следует, что ФИО26 в положении стоя наносил многочисленные удары руками, кулаками, ногами по телу, конечностям, голове ФИО1, а после того, как они упали на землю, ФИО26, сидя сверху на ФИО1, продолжил наносить удары кулаками по его телу и конечностям. Кроме того, свидетели ФИО15 и ФИО22, которые, с их слов, наблюдали за происходящим вместе, дают противоречивые показания и об иных обстоятельствах произошедшего. Свидетель ФИО22 показал, что когда ФИО1 стянул с головы маску, то убрал её в карман своей одежды, ФИО15 же поясняет что ФИО1 поднял маску, и оставил её на лбу. Показания свидетеля ФИО15 о том, что еще до приезда на территорию ФИО27 ФИО1, туда приехали незнакомые мужчина и женщина, которые присутствовали при конфликте ФИО26 и ФИО1, не подтверждает никто из допрошенных по делу лиц. Показания свидетелей ФИО22 и ФИО15 о том, что когда ФИО1 стянул маску, то еще какое-то время между ним и ФИО1 происходил разговор, противоречит утверждению ФИО26 и ФИО5 о том, что ФИО26 совершил свой бросок в сторону ФИО1 именно в тот момент, когда последний начал стягивать маску с лица. Свидетели ФИО5 и ФИО15, несмотря на достаточно большое расстояние и поднявшееся облако пыли, с уверенностью называют государственный номер подъехавшего автомобиля «BMW», а ФИО15 даже сумел разглядеть в водителе ФИО2, в то время как из показаний самого ФИО26, который был ближе всех к автомобилю, следует, что автомобиль «BMW» остановился так, что невозможно было разглядеть ни номер автомобиля, ни водителя. Давая оценку показаниям данных свидетелей, суд также учитывает, что свидетель ФИО5 является для подсудимого ФИО26 близким человеком, в связи с чем заинтересована в его судьбе и в исходе дела, свидетели ФИО22, ФИО15, ФИО6 являются его сослуживцами и входят в круг его общения, а свидетель ФИО8 находится в его подчинении. Данные свидетели повторяют общую защитную версию подсудимого ФИО26 о совершенном на него вооруженном нападении. Однако никто из указанных свидетелей не говорит о произведенных в ФИО1 выстрелах, в то время как причинение ему огнестрельных ранений на территории ФИО27 является объективно установленным фактом. При этом показания данных свидетелей сходятся только в одном – в наличии у ФИО1 обреза и пистолета, в остальном, свидетели дают противоречивые показания о деталях якобы имевшего место нападения, свидетелями которого они не были и не могли быть, поскольку в действительности какого-либо нападения ФИО1 с применением обреза на ФИО26 не было. К такому выводу суд приходит исходя из следующего. Любое нападение представляет собой внезапный для потерпевшего акт агрессии. Поскольку незадолго до приезда между ФИО1 и ФИО26 произошел телефонный разговор, в ходе которого ФИО1 сообщил о своем намерении приехать не территорию ФИО27, то для подсудимого ФИО26 был очевиден тот факт, что ФИО1 приедет к нему в ближайшее время. Из показаний потерпевшего ФИО1 следует, что когда он, зайдя на территории ФИО27, еще только подходил к ФИО26, то в него были произведены выстрелы из огнестрельного оружия, от которых он упал на землю. Оснований подвергать сомнению данное обстоятельство у суда не имеется, поскольку оно объективно подтверждено экспертными заключениями, согласно которым на одежде ФИО1 были обнаружены частицы продуктов выстрела, а повреждения на одежде и некоторые телесные повреждения, имеют характер огнестрельных. Поскольку ФИО26 подверг потерпевшего ФИО1 избиению после произведенного в него первого выстрела, от которого тот упал, то все телесные повреждения, в том числе и относящийся к категории тяжкого вреда здоровью перелом левой бедренной кости, причинялись ФИО26 потерпевшему ФИО1, лежавшему на земле, либо пытавшемуся встать на ноги, а, следовательно, не представляющему для подсудимого ФИО26 какой-либо реальной опасности. Суд учитывает, что у самого ФИО26 каких-либо телесных повреждений, относящихся к дате совершения преступления, зафиксировано не было. Принимая во внимание данные обстоятельства, нахождение ФИО26 в момент причинения телесных повреждений ФИО1 в состоянии необходимой обороны также исключается. Судом проверялась версия подсудимого ФИО26 о том, что непосредственно перед тем, как он нанёс удар потерпевшему ФИО1 последний угрожал ему оружием, а именно направлял на него обрез и травматический пистолет «Оса», и не нашла своего объективного подтверждения. Указанная версия подсудимого опровергается показаниями потерпевшего ФИО1 и свидетеля ФИО2 Оснований не доверять показаниям данных лиц у суда не имеется, в судебное заседание не представлено каких-либо объективных сведений, свидетельствующих о наличии у них оснований для оговора подсудимого, кроме того, их показания в данной части, подтверждаются исследованными аудиозаписями разговоров, в ходе которых и ФИО1 и ФИО2, не находясь в условиях следственного действия, то есть, не задумываясь о правовых последствиях сообщаемых ими сведений, в ходе свободного разговора с лицом, входящим в круг их общения, сообщили об отсутствии нападения со стороны ФИО1, а также о том, что после того как он зашел на территорию ФИО27, в него неожиданно были произведены выстрелы. По мнению суда, указанные аудиозаписи разговоров не являются достаточным доказательством того, что у потерпевшего ФИО1 имелся при себе обрез охотничьего ружья. Анализ дословного содержания данных разговоров позволяет придти к выводу, что свидетель ФИО17 в ходе разговора с ФИО1 постоянно провоцирует его, сообщая ложные сведения о том, что ФИО2 дал показания против него, то есть ФИО1, о том, что привёз его на территорию ФИО27 с обрезом. В ответ на это ФИО1 говорит о том, что он засудит ФИО2, за то, что тот дал ложные показания. Также ФИО1 говорит: «травмат здесь, два патрона здесь, этот заряженный, он здесь в кармане» (т.3 л.д. 87-88). В ходе разговора ФИО17 с ФИО2, ФИО17 также провоцирует собеседника, говоря о том, что ФИО2 является соучастником преступления, поскольку привез ФИО1 на территорию ФИО27 с обрезом. В ответ на это ФИО2 сообщает противоречивые сведения о том, что «обрез у него был в руке», «обрез у него был в пакете», но ничего не говорит о применении или об угрозе применения обреза со стороны ФИО1 (т.3 л.д. 91-92). Допрошенные впоследствии ФИО1 и ФИО2 показали, что исходя из провокационного характера беседы со стороны ФИО17, который сообщал не соответствующие действительности сведения, они поняли, что их беседу ФИО17 записывает, и про оружие они говорят ему специально, чтобы посмотреть, куда он представит данную информацию. Из показаний потерпевшего ФИО1 также следует, что ФИО17 при встрече предлагал ему деньги за то, чтобы он отказался от своего заявления в полицию на ФИО26, что также подтверждает тот факт, что ФИО17 провоцируя ФИО1 и ФИО2 и записывая разговоры с ними, действовал исключительно в интересах подсудимого ФИО26 Суд также учитывает, что по заявлению ФИО26 о совершении в отношении него покушения на убийство, постановлением следователя по ОВД СО по Ленинскому району г.Томска СУ СК РФ по Томской области в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО1 и ФИО2 было отказано, в связи с отсутствием в их действиях состава преступления. В подтверждение своей защитной версии подсудимым ФИО26 через посредничество свидетеля ФИО23 был представлен обрез охотничьего оружия, матерчатая маска, 2 патрона. Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО23 показал, что у него с ФИО26 дружеские отношения на протяжении 20 лет. 18 июля 2015 года он вместе с ФИО26 приехал на , где они встретились с сотрудниками полиции ФИО36 и ФИО37, которым ФИО26 рассказал о событиях, произошедших накануне, то есть о совершенном на него ФИО1 вооруженном нападении. Также ФИО26 сказал, что он собрал в пакет оружие – обрез и пистолет, а также маску, на автомобиле вывез пакет с территории завода, и выбросил его в окно автомобиля. Как он понял это было сделано, так как ФИО26 опасался, что нападавшие могут вернуться и найти оружие. Сотрудники полиции сказали, что надо вернуть оружие, что это улика. ФИО26 сказал, что он понимает, и в понедельник принесет. Но в понедельник не смог вернуть, так как не вспомнил, где его выкинул, сказал, что как вспомнит, то сразу принесет, но до ареста он так и не вспомнил, куда его выкинул. Поскольку он присутствовал при разговоре, то после ареста ФИО26 он ездил в направлении, которое указал ФИО26, то есть в сторону Нового моста, и каждый день стал искать пакет, разбил участок дороги на сектора и проверял каждый сектор, и примерно через 3 недели в лесу на склоне возле дороги нашел пакет с оружием, о чем поставил в известность адвоката Стрельцову Н.Б., после того как она подъехала, были вызваны сотрудники полиции, и он показал местонахождение пакета. При сотрудниках полиции он переодевался, потому что был в халате, потом его опрашивали, и он не видел, как изымали пакет. Из протокола осмотра места происшествия от 26 августа 2015 года - участка местности, расположенного в 50 метрах от ООО «ФИО40» по , следует, что в ходе осмотра был обнаружен и изъят пакет серого цвета, в котором находились обрез гладкоствольного двуствольного ружья , два патрона к данному ружью калибра 12 мм с дробовыми зарядами №2 и №3, шапка-маска трикотажная черного цвета. Все изъятое было упаковано, снабжено пояснительными записками, впоследствии осмотрено и приобщено к делу в качестве вещественных доказательств (т. 3 л.д. 101-112, 120-125, т.5 л.д. 117-120, 121, 122-127). Согласно заключению эксперта № 6208 от 12 февраля 2016 года, на представленных на экспертизу патроне с маркировочными обозначением «12 12», маске (на большей части внутренней поверхности) обнаружен генетический материал ФИО26; на представленной на экспертизу маске (на участках трикотажа в области ротового отверстия) обнаружен генетический материал ФИО1; представленный «обрез» пригоден для производства выстрелов только из правого ствола стандартными охотничьими патронами 12 калибра (т. 5 л.д. 106-115). По мнению суда, совокупностью исследованных доказательств не подтверждается, что обнаруженный обрез и иные предметы, имеют отношение к событиям 16 июля 2015 года, а именно были в тот день у потерпевшего ФИО1 во время его приезда на территорию ФИО27. Данные предметы были переданы органу предварительного следствия спустя более чем 1 месяц после событий 16 июля 2015 года, и за указанное время у заинтересованных лиц имелась объективная возможность принять меры, направленные на фальсификацию доказательств, а именно на намеренное создание условий для «обнаружения» оружия, маски и патронов. Приходя к такому выводу, суд учитывает, что представленные Томским центром по гидрометеорологии и мониторинга окружающей среды сведения свидетельствуют об имевших место в период с 16 июля по 26 августа 2015 года осадках, а последние осадки выпадали 22 августа 2015 года в количестве 15,7 мм (т.3 л.д. 143). Согласно показаниям свидетеля ФИО24, который принимал участие в осмотре в качестве эксперта, в ходе осмотра он отметил, что грунт на месте спуска был достаточно влажным, но, несмотря на это, он не обнаружил следов, свидетельствующих о том, чтобы кто-то ходил вдоль насыпи. Обнаруженный пакет не лежал плотно вместе с окружающей обстановкой, что указывало бы на совместное присутствие в течение длительного времени. На пакете не было видно следов от атмосферных осадков, или же следов действия стекающих по насыпи потоков. Сразу по приезду он обратил внимание, что ФИО23, обнаруживший пакет, был одет в светлую одежду, его обувь и брюки не были загрязнены (т.3 л.д. 132-136). Из показаний ФИО26, данных на предварительном следствии, следует, что он не помнит, куда делось оружие, отнятое им у потерпевшего ФИО1 Однако из показаний свидетеля ФИО23 следует, что ФИО26 сообщил ему, что обрез и пистолет, а также маску, находившиеся в пакете, он на автомобиле вывез с территории завода, и выбросил пакет в окно автомобиля, и даже указал направление, в котором ехал. В пакете, обнаруженном свидетелем ФИО23, отсутствует пистолет, который со слов ФИО26 должен был там находиться, и наоборот присутствуют патроны, о которых он ФИО23 не сообщал. На обрезе не было обнаружено ни следов рук, ни генетического материала потерпевшего ФИО1, несмотря на то, что 16 июля 2015 года он был в коротких перчатках с открытыми подушками пальцев. На представленном патроне, а также маске, обнаружен генетический материал подсудимого ФИО26, что никак не объясняется показаниями ФИО26, более того, противоречит им, так как со слов ФИО26, он не прикасался к указанным предметам. Обнаружение же на маске генетического материала потерпевшего ФИО1, объясняется показаниями последнего о том, что когда он приезжал к ФИО26 на территорию ФИО27, то одевал ради шутки на голову маску, которая была в кабинете ФИО26 (этим же объясняется присутствие на маске генетического материала и самого ФИО26). Кроме того, со слов свидетеля ФИО8, он, разрядив обрез, извлек из него два охотничьих патрона, снаряженных дробью №3, в то время как в пакете находились патроны, снаряженные дробью №2 и №3. Суд полагает, что в случае если бы на ФИО26 действительно было совершено вооруженное нападение, то у него имелась объективная возможность сразу же вызвать на место происшествия сотрудников правоохранительных органов, которые в установленном законом порядке могли бы произвести изъятие оружия, а также зафиксировать телесные повреждения, которые со слов ФИО26, у него имелись. При таких обстоятельствах скорейшее избавление от вещественных доказательств явно не соответствовало интересам ФИО26 Пояснения свидетеля ФИО23 о том, что ФИО26 в спешке вывез пакет с оружием и выбросил его, опасаясь того, что нападавшие могут вернуться, являются надуманными, учитывая состояние в котором с территории ФИО27 был вывезен потерпевший ФИО1, а впоследствии госпитализирован. В этой связи суд учитывает также, что показания ФИО26 о том, что не вызывать сотрудников полиции его попросил приехавший ФИО2, противоречат показаниям свидетеля ФИО8, из которых следует, что еще до приезда ФИО2, он предлагал ФИО26 вызвать полицию, но тот ответил отказом. Все изложенные несоответствия и противоречия позволяют суду придти к выводу о том, что вызов сотрудников полиции сразу после произошедшего не был произведен подсудимым ФИО26 поскольку он не считал свои действия законными, а себя потерпевшим от действий ФИО1 Последующее обращение ФИО26 в полицию, после того, как потерпевший ФИО1 был доставлен в больницу с огнестрельными ранениями, о чем медицинские работники были обязаны поставить в известность правоохранительные органы, явилось превентивной мерой, имеющей своей целью придать своим действиям видимость легитимных. Представление свидетелем ФИО23, находящимся в дружеских отношениях с подсудимым ФИО26, якобы обнаруженных им в лесу предметов, является продолжением защитной версии ФИО26 и попыткой представить в качестве вещественных доказательств вооруженного нападения на ФИО26 предметы, в действительности таковыми не являющиеся. Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что ФИО26 действуя умышленно, целенаправленно, руководствуясь чувством личной неприязни, подверг потерпевшего ФИО1 избинению, нанеся ему удары руками и ногами по лицу, конечностям и различным частям тела, при этом, не находился в состоянии необходимой обороны, соответственно не мог превысить её пределы и нарушить условия её правомерности. Возможность подсудимого ФИО26, учитывая его комплекцию, а также комплекцию потерпевшего ФИО1, нанести удар соответствующей силы, достаточной для причинения телесного повреждения, в виде , у суда сомнений не вызывает. Возможность причинения данного телесного повреждения от нанесения с достаточной силой удара ногой, в судебном заседании подтвердила эксперт И. Ссылка стороны защиты на неудовлетворительное состояние здоровья ФИО26, подтвержденное медицинской документацией и показаниями свидетеля – врача-флеболога И., вследствие которого он и ходить то мог с трудом, и не мог резко и высоко поднять ногу, в связи с чем не мог нанести удар, повлекший , по мнению суда не обоснована. Несмотря на имеющиеся у ФИО26 заболевания , это не помешало ему с его слов «прыгнуть на ФИО1» и нанести ему удар. Об активных действиях ФИО26 в ходе конфликта с ФИО1 дают показания и свидетели в целом поддерживающие его защитную версию - ФИО5, ФИО6, ФИО15, ФИО22 По мнению суда, довод стороны защиты о том, что обнаруженный у ФИО1 относится к категории вреда здоровью средней тяжести, не основан на материалах дела. Согласно заключению судмедэксперта И. № 2485-М от 15 января 2016 года, имеющийся у ФИО1 относится к категории тяжкого вреда здоровью. Также экспертом было установлено наличие у потерпевшего ФИО1 (т.4 л.д. 53-64). Из заключения судмедэксперта И. № б/н от 25 января 2016 года следует, что у ФИО1 представляет собой , который относится к вреду здоровья средней степени тяжести, а рентгенологические признаки на представленных рентгенограммах не определяются (т.4 л.д. 82-86). Учитывая, что между заключениями данных экспертов имелись противоречия, следователем в соответствии с требованиями ч.2 ст.207 УПК РФ была назначена и проведена повторная комиссионная судебно-медицинская экспертиза, согласно заключению которой № 23 от 10 марта 2016 года, комиссия в количестве трех экспертов пришла к выводу о том, что имеющийся у ФИО1 закрытый относится к категории тяжкого вреда здоровью. Также у потерпевшего ФИО1 было установлено наличие (т.4 л.д. 140-164). Учитывая комиссионный характер проведения экспертизы, судебно-медицинский стаж экспертов - членов комиссии (25, 12, 18 лет), а также показания члена комиссии – эксперта И. об использовании при установлении локализации и тяжести перелома бедренной кости у ФИО1 «Универсальной классификацией переломов» ФИО41, которая является общепризнанной методикой, носящей международный характер, оснований сомневаться в обоснованности выводов экспертов, у суда не имеется. Вменяемость подсудимого ФИО26 в момент совершения инкриминируемых ему действий у суда также не вызывает сомнений, его действия носили последовательный, целенаправленный характер. Из заключения комплексной психолого-психиатрической судебной экспертизы № 747 от 24 декабря 2015 года, следует, что ФИО26 в момент совершения правонарушения мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, в состоянии патологического либо физиологического аффекта он не находился (т. 6 л.д. 39-41), в связи с чем ФИО26 должен нести уголовную ответственность за содеянное. Органом предварительного следствия действия ФИО26 квалифицированы по п. «з» ч.2 ст.111 УК РФ как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, вызвавшего значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть, совершенное с применением оружия. В судебном заседании государственный обвинитель просила исключить из объема предъявленного ФИО26 обвинения действия, связанные с применением им огнестрельного оружия – а именно производство не менее четырех выстрелов в ФИО1 из травматического пистолета, мотивировав своё решение тем, что в судебном заседании не было установлено, что данные выстрелы производились именно ФИО26, в связи с чем также просила исключить указание на причинение потерпевшему телесных повреждений, имеющих характер огнестрельных. Поскольку тяжкий вред здоровью – перелом бедренной кости причинен не в результате применения оружия, квалифицирующий признак «с применением оружия» также подлежит исключению. Кроме того, поскольку ФИО26 не инкриминируется применение предмета с ограниченной поверхностью, обладающего режущими свойствами, а именно данным предметом была причинена рана второго пальца правой кисти, обнаруженная у потерпевшего ФИО1, причинение данного телесного повреждения из объема обвинения подсудимого также подлежит исключению. Проанализировав исследованные в ходе судебного заседания доказательства, руководствуясь ч. 8 ст. 246 УПК РФ, суд исключает из объёма обвинения ФИО26 указание на производство им не менее четырех выстрелов в ФИО1 из травматического пистолета, и причинение им потерпевшему телесных повреждений в виде округлой раны на задней поверхности шеи справа с переломом (отрывом) остистого отростка 2-го шейного позвонка, раны на наружной поверхности левого бедра в нижней трети, раны на передней стенке грудной клетки слева в виде осаднения, раны 2-го пальца правой кисти, и квалифицирующий признак «с применением оружия», и квалифицирует его действия по данному эпизоду обвинения по ч.1 ст.111 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, вызвавшего значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть. То обстоятельство, что в судебном заседании не нашел своего подтверждения факт применения именно подсудимым ФИО26 огнестрельного оружия, по мнению суда, не свидетельствует о намерении потерпевшего ввести суд в заблуждение. Учитывая обстоятельства произошедшего, а также состояние потерпевшего ФИО1, последний мог добросовестно заблуждаться относительно применения именно ФИО26 огнестрельного оружия. В то же время из показаний ФИО1 однозначно следует, что после первого выстрела, от которого он упал, к нему подошел именно подсудимый ФИО26 и нанёс ему удар в область левого бедра. Оснований подвергать сомнению данные показания потерпевшего у суда не имеется. По факту незаконного хранения основных частей оружия Подсудимый ФИО26 в судебном заседании вину по данному обвинению не признал, показал, что в мае-июне 2015 года на территорию ФИО27 приехал ФИО12 и положил спортивную сумку в багажник его автомобиля, о том, что в этой сумке находится именно оружие либо его части, он не знал. ФИО12 говорил ему, что предмет оставленный им в сумке, не является оружием. При этом присутствовал И. После этого он (ФИО26) уехал на автомобиле такси, и находился некоторое время в больнице. Автомобилем «Mersedes» пользовался ФИО12, у которого был второй комплект ключей, а также другие люди. Полагает, что он не хранил основные части оружия, так как хранение подразумевает укромное место, а части пистолета были обнаружены в багажнике автомобиля (на ящике с одноразовой посудой и свадебными лентами). Сумка, в которой были обнаружены части пистолета – это не та сумка, которую оставил у него ФИО12, что, по его мнению, свидетельствует о том, что ФИО12 забирал пистолет, а затем положил его обратно. Он не знал, что предмет, оставленный ФИО12 продолжал находиться у него в багажнике. Он хотел участвовать в осмотре автомобиля, но ему не разрешили сотрудники полиции, как именно изымали пистолет из багажника, он не видел. Выслушав позицию подсудимого по предъявленному обвинению, допросив свидетелей, исследовав письменные доказательства, выслушав представителей государственного обвинения и защиты, суд, несмотря на отрицание подсудимым своей вины, находит вину ФИО26 в совершении инкриминируемого ему преступления установленной совокупностью следующих доказательств. Допрошенный в качестве свидетеля И. показал, что 03 августа 2015 года в вечернее время его и И. сотрудники полиции попросили присутствовать в качестве понятых при производстве следственных действий. Они на автомобиле И. проехали за автомобилем сотрудников полиции по . На данной территории возле административного здания находился автомобиль «Mercedes» черного цвета. Их попросили быть понятыми при осмотре автомобиля. Перед началом осмотра всем участвующим лицам следователь разъяснила порядок его производства. Помнит, что в автомобиле был обнаружен травматический пистолет с патронами, иные предметы, а в багажнике матерчатая сумка серо-зелёного цвета, внутри которой, помимо прочего, находилась кобура. Все изъятое было упаковано в пакеты, следователем был составлен протокол, с которым он ознакомился, и так как все было записано правильно и замечаний у него не возникло, то он подписал протокол осмотра. Допрошенный в качестве свидетеля И. дал показания, аналогичные по своему содержанию показания свидетеля И. подтвердив факт проведения осмотра автомобиля «Mersedes», принадлежащего ФИО26, и его результаты. Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля И. пояснил, что с подсудимым ФИО26 он находится в дружеских отношениях. В конце мая – начале июня 2015 года он заехал на территорию ФИО27, где встретился с ФИО26 и ФИО12 При данной встрече ФИО12 хвастался, что у него есть реквизит, блестящий и маленький предмет, похожий на настоящий пистолет, показывал его им. Затем ФИО12 в их присутствии переложил свои вещи, в том числе данный маленький пистолет в багажник автомобиля ФИО42, взял ключи от его автомобиля и уехал на нём. Из показаний И., данных на предварительном следствии, и оглашенных в судебном заседании следует, что ФИО12 показывая пистолет, сказал, что это пистолет настоящий, и что остальные части от него тоже есть, а ФИО26 брал пистолет в руки и рассматривал его. Также ФИО12 сказал, что будет ставить свой автомобиль на ремонт в автосервис, и попросил ФИО26 оставить свои вещи на хранение в его автомобиле. ФИО26 согласился, открыл багажник своего автомобиля, после чего ФИО12 перенёс в него свои вещи, среди которых также находился и показанный им пистолет в кобуре светло-коричневого цвета (т.6 л.д. 139-146). Свидетель И. оглашенные показания в части того, что ФИО12 сообщал о своем намерении хранить вещи в багажнике автомобиля ФИО26, не подтвердил, пояснив, что подписал протокол допроса не читая, но в остальной части его показания записаны правильно. В то же время суд учитывает, что из текста протокола допроса И. следует, что протокол был прочитан ему следователем вслух, после чего замечаний и дополнений от него не поступило, каждый лист протокола был подписан И. лично. Каких-либо нарушений требований УПК РФ при допросе И. допущено не было, при таких обстоятельствах суд полагает, что показания свидетеля И., данные им на предварительном следствии являются достоверными и допустимыми в качестве доказательства, и в том числе на них основывает свой приговор. Кроме того, доказательствами виновности подсудимого, объективно подтверждающими показания свидетелей, являются протоколы следственных действий и иные документы, приобщенные к материалам уголовного дела, которые были исследованы в ходе судебного заседания: - рапорт об обнаружении признаков преступления от 11 марта 2016 года (т. 1 л.д. 31); - протокол осмотра места происшествия от 03 августа 2015 года, согласно которому был осмотрен принадлежащий ФИО26 автомобиль «Mercedes S500», государственный , припаркованный возле административного здания ООО «ФИО27» по . В ходе осмотра автомобиля из багажника изъята матерчатая сумка серо-зеленого цвета, которая была упакована в полиэтиленовый пакет и опечатана (т. 2 л.д. 204-211); - протокол осмотра предметов от 11 августа 2015 года, в ходе которого была осмотрена указанная выше матерчатая сумка, внутри которой, помимо прочего, был обнаружен предмет, внешне похожий на пистолет в металлическом корпусе, находящийся в кобуре коричневого цвета. На затворе пистолета с одной стороны имеется надпись «», на другой стороне имеется рисунок и надпись «». Ударно-спусковой механизм и магазин в пистолете отсутствуют. Данный пистолет приобщен к материалам уголовного дела в качестве вещественного доказательства (т. 2 л.д. 226-231, 234); - заключение эксперта № 6156 от 28 октября 2015 года, согласно которому изъятый 03 августа 2015 года в ходе осмотра автомобиля «Mercedes S500», государственный пистолет, является пистолетом заводского иностранного производства модели и относится к короткоствольному нарезному огнестрельному оружию. Пистолет состоит из ствола с рамкой-рукояткой, кожуха-затвора с прицельными приспособлениями, магазина (т.4 л.д. 219-223); - заключение эксперта № 364 от 17 ноября 2015 года, согласно которому ствол с рамкой-рукояткой и кожух-затвор пистолета модели , в соответствии с Федеральным законом «Об оружии», являются основными частями огнестрельного оружия (т.4 л.д. 229-230). Допрошенный в ходе судебного заседания эксперт в области баллистики ФИО30 пояснил, что на исследованном им пистолете следов деактивации обнаружено не было. - сведения УГИБДД УМВД России по Томской области от 25 августа 2015 года, согласно которым автомобиль «Mercedes S500», государственный , 2007 года выпуска, принадлежит ФИО26 (т.8 л.д. 53); - сведения НЛЛД ОП №2 УМВД России по г.Томску от 03 ноября 2015 года, согласно которым ФИО26 на учете как владелец огнестрельного оружия не состоит, разрешение на право приобретения, хранения, ношения огнестрельного оружия и боеприпасов ему не выдавалось (т. 8 л.д. 64). Анализируя исследованные доказательства, суд находит их допустимыми и достаточными для разрешения уголовного дела, а вину подсудимого ФИО26 в хранении основных частей оружия установленной. Перечисленные доказательства стороной защиты не опровергнуты, собраны с учётом требований ст.ст. 73-82 УПК РФ. Судом установлено, что для подсудимого ФИО26 было очевидно, что в принадлежащем ему автомобиле находятся основные части пистолета, поскольку помещение их в автомобиль производилось в его присутствии, и так как он постоянно пользовался своим автомобилем, то он, не имея соответствующего разрешения компетентных органов на хранение оружия и его основных частей, действуя с прямым умыслом, совершал незаконные действия с основными частями оружия - хранил их в своём автомобиле. Судом были проанализированы доказательства, представленные стороной защиты. Допрошенная в качестве свидетеля ФИО31 показала, что ФИО12 – это ее бывший муж, который умер 12 августа 2015 года. ФИО26 был лучшим другом ФИО12 Весной или летом 2015 года ФИО12 показывал ей маленький пистолет серебристого цвета, говорил, что это американский пистолет, настоящий, но в нерабочем состоянии. В конце июля 2015 года ФИО12 приехал домой и сказал, что брал автомобиль ФИО26 «Mersedes», и забыл в его багажнике сумку, в которой лежал пистолет, потом сказал, что ФИО26 арестовали и теперь у него из-за этого будут проблемы. Показания данного свидетеля, по мнению суда, никоим образом не влияют на доказанность вины ФИО26 в незаконном хранении основных частей оружия, более того ФИО31 подтвердила, что со слов ФИО12 пистолет был настоящий, что также согласуется с показаниями И. на предварительном следствии. Допрошенная в качестве свидетеля ФИО5 показала, что в июле-августе 2015 года она неоднократно подвозила на автомобиле ФИО29 «Mersedes» ФИО12 03 августа 2015 года она подвозила ФИО12 в г.Северск, и тот оставил в автомобиле черную спортивную сумку. Через день она узнала, что в данной сумке был обнаружен пистолет. К показаниям свидетеля ФИО5 суд относится критически, поскольку она является для подсудимого близким человеком, следовательно, заинтересована в его судьбе и исходе дела. Кроме того, её показания противоречат показаниям самого ФИО26 и И., которые сообщили иные сведения об обстоятельствах помещения основных частей оружия в багажник автомобиля ФИО26, а также объективным данным, поскольку пистолет был обнаружен не в спортивной сумке черного цвета, а в небольшой сумке наподобие барсетки коричневого цвета. Тот факт, что обнаруженные в автомобиле ФИО26 основные части пистолета, принадлежали ФИО12, не является основанием для освобождения ФИО26 от уголовной ответственности. Принадлежность основных частей оружия тому или иному лицу до начала их хранения подсудимым ФИО26 в багажнике своего автомобиля не имеет правового значения, и никак не влияет на квалификацию действий подсудимого. Утверждение подсудимого ФИО26 о том, что он не знал, что на момент проведения осмотра автомобиля, основные части пистолета находятся в багажнике, опровергается его собственными показаниями, в ходе которых он указывает точное местонахождение основных частей пистолета, при том, что в осмотре автомобиля и в изъятии пистолета, он участие не принимал. Поскольку автомобиль «Mercedes S500», государственный , принадлежит ФИО26, он постоянно им пользовался, а из протокола его допроса в качестве обвиняемого от 08 октября 2015 года следует, что он даже «жил в своем автомобиле», он, безусловно, знал о нахождении у него в багажнике автомобиля основных частей оружия, более того, с его слов, они были помещены туда в его присутствии, и с его согласия. Доводы стороны защиты о том, что следователем при производстве осмотра автомобиля и изъятия основных частей оружия из багажника автомобиля ФИО26, были нарушены требования ст.182 УПК РФ, поскольку им не было обеспечено присутствие ФИО26 при изъятии, чем было нарушено его право добровольно выдать предметы, запрещенные к обращению, являются необоснованными, так как не основаны на законе. Статья 182 УПК РФ регламентирует основания и порядок производства обыска. В то же время следователем производилось иное следственное действие – осмотр места происшествия. Поскольку сотрудниками правоохранительных органов уже проводилось следственное действие по обнаружению и изъятию запрещенных к обращению веществ, у ФИО26 отсутствовала реальная возможность дальнейшего хранения основных частей оружия, в связи с чем признак добровольности при выдаче оружия в действиях ФИО26 в любом случае бы отсутствовал. Доводы ФИО26 о том, что он не виновен в инкриминируемом ему преступлении, так как он не знал, что изъятые у него части пистолета, относятся к огнестрельномуоружию, необоснованны, и опровергаются показаниями свидетеля И., из которых следует, что ФИО12 в их присутствии сказал, что пистолет настоящий. Так как объектом совершенного преступления является общественная безопасность в сфере обращения соружием, егоосновнымичастями, обеспечиваемая установлением специальных правил обращения с ними, то состав данного преступления формальный, преступление является оконченным в момент совершения действий похранениюосновных частейогнестрельногооружия, при этом не имеет правового значения место хранения и его труднодоступность, так как нахождение основных частей оружия в багажнике автомобиля обеспечивало их сохранность. Органом предварительного следствия действия ФИО26 квалифицированы по ч.1 ст.222 УК РФ как незаконное приобретение, хранение и перевозка основных частей огнестрельного оружия. В судебном заседании государственный обвинитель просила исключить из объема предъявленного обвинения указание на приобретение и перевозку ФИО26 основных частей оружия, мотивировав своё решение тем, что в ходе предварительного следствия не были достоверно установлены конкретные обстоятельства приобретения ФИО26 основных частей оружия, а также факт их перевозки по территории г.Томска и Томской области. Проанализировав исследованные в ходе судебного заседания доказательства, руководствуясь ч. 8 ст. 246 УПК РФ, суд исключает из объёма обвинения ФИО26 указание на незаконное приобретение и перевозку основных частей огнестрельного оружия и квалифицирует его действия по данному эпизоду по по ч.1 ст.222 УК РФ, как незаконное хранение основных частей огнестрельного оружия. В судебном заседании исследовались обстоятельства, характеризующие личность подсудимого, а также обстоятельства, отягчающие его наказание. Обстоятельством, отягчающим наказание подсудимого ФИО26, согласно п. «а» ч. 1 ст. 63 УК РФ, за совершение преступления, предусмотренного ч.1 ст.111 УК РФ, является опасный рецидив преступлений, за совершение преступления, предусмотренного ч.1 ст.222 УК РФ, является рецидив преступлений. Обстоятельств, смягчающих наказание подсудимого ФИО26, в соответствии с ч. 1 и ч.2 ст. 61 УК РФ, не имеется. При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности, а также конкретные обстоятельства совершенного преступления, личность подсудимого и его отношение к содеянному, его семейное положение и состояние здоровья, а также влияние назначенного наказания на его исправление и на условия жизни его семьи. Подсудимый ФИО26 совершил умышленное тяжкое преступление, направленное против жизни и здоровья человека, а также умышленное преступление, против общественной безопасности, связанное с незаконным оборотом основных частей оружия, относящееся к категории средней тяжести. С учётом фактических обстоятельств преступлений и степени их общественной опасности, учитывая наличие отягчающего наказание обстоятельства, и отсутствие смягчающих, вопрос об изменении категории совершенных ФИО26 преступлений на менее тяжкую, обсуждению в соответствии с ч. 6 ст.15УКРФне подлежит. Мнение о личности ФИО26 суд составил на основе имеющихся в материалах уголовного дела, и исследованных в судебном заседании характеризующих данных. Так, ФИО26 участковым уполномоченным полиции, а также администрацией следственного изолятора характеризуется удовлетворительно, на учетах в специализированных диспансерах не состоит, по месту отбывания последнего наказания характеризуется положительно. Допрошенные в судебном заседании свидетели ФИО32, ФИО33, ФИО31, ФИО34 охарактеризовали ФИО26 положительно, пояснили, что он оказывает материальную и иную помощь своей престарелой матери. В то же время суд учитывает, что ФИО26 ранее судим за особо тяжкие преступления против личности, судимость за которые не снята и не погашена, находясь под административным надзором, он вновь совершил два умышленных преступления, одно из которых является тяжким и также направлено против жизни и здоровья человека, что, по мнению суда, свидетельствует о том, что предыдущее наказание не оказало на ФИО26 должного исправительного воздействия, поскольку находясь на свободе он продолжает совершать преступления, в том числе насильственные преступления против личности. С учётом изложенного, суд приходит к выводу о назначении подсудимому ФИО26 наказания, связанного с изоляцией его от общества, поскольку считает, что достижение целей наказания, указанных в ч. 2 ст. 43 УК РФ – восстановление социальной справедливости, исправление подсудимого и предупреждение совершения им новых преступлений возможно лишь в условиях реального лишения свободы. Оснований для применения условного осуждения суд не усматривает. Кроме того, условное осуждение за совершение преступления, предусмотренного ч.1 ст.111 УК РФ, не может быть назначено ФИО26, в соответствии с требованиями п. «в» ч.1 ст.73 УК РФ. Принимая во внимание характер и степень общественной опасности совершённых преступлений, данные о личности подсудимого, суд полагает, что ФИО26 следует назначить наказание с применением принципа частичного сложения наказаний, предусмотренного ч.3 ст.69 УКРФ. Суд учитывает имеющиеся у ФИО26 заболевания – . В то же время данные заболевания не включены в перечень заболеваний, препятствующих отбыванию наказания в виде лишения свободы, утвержденный Постановлением Правительства РФ от 6 февраля 2004 года № 54. Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами совершенных ФИО26 преступлений, его ролью, поведением во время и после совершения преступления, дающих основание для применения ст. 64 УК РФ суд не усматривает. При назначении размера наказания суд учитывает требования ч. 2 ст. 68 УК РФ. К отбыванию подсудимому ФИО26 должна быть назначена исправительная колония строгого режима, в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ. С учетом обстоятельств совершения преступления, личности ФИО26, суд находит возможным не назначать ему дополнительные наказания в виде штрафа, предусмотренное санкцией ч.1 ст.222 УК РФ. Гражданский иск по делу не заявлен. Вопрос о вещественных доказательствах подлежит разрешению в порядке ст.81 УПК РФ, в соответствие с п. 2 ч.3 которой предметы, запрещенные к обращению, подлежат передаче в соответствующие учреждения, или уничтожаются. Согласно п.п. 79, 83 Правил оборота гражданского и служебного оружия и патронов к нему на территории Российской Федерации, изъятые либо конфискованные оружие и патроны, признанные вещественными доказательствами по уголовным делам, подлежат передаче в органы внутренних дел после окончания рассмотрения дел в судебном порядке. Изъятые оружие и патроны, технически непригодные для эксплуатации, самодельные или переделанные, а также запрещенные к обороту на территории Российской Федерации уничтожаются органами внутренних дел. На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 307, 308, 309 УПК РФ, суд ПРИГОВОРИЛ: ФИО26 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 111 УК РФ, и назначить ему наказание в виде 5 (пяти) лет лишения свободы. Его же признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.222 УК РФ, и назначить ему наказание в виде 2 (двух) лет лишения свободы. В соответствии с требованиями ч.3 ст.69 УК РФ, путем частичного сложения назначенных наказаний окончательно назначить ФИО26 наказание в виде 6 (шести) лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. Меру пресечения ФИО26 до вступления приговора в законную силу оставить прежней - содержание под стражей в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области. Срок отбывания наказания ФИО26 исчислять с 11 августа 2017 года. Зачесть в срок отбывания наказания, время содержания ФИО26 под стражей по настоящему делу в период с 03 августа 2015 года по 10 августа 2017 года включительно. Вещественные доказательства, по вступлении приговора в законную силу: - три DVD-диска с аудиозаписями разговоров, CD-диск с детализацией телефонных переговоров, детализацию телефонных переговоров на бумажном носителе – хранить при уголовном деле; - кобуру черного цвета, кобуру коричневого цвета, набор для чистки оружия в контейнере, набор для чистки оружия в пластиковом кейсе, сотовый телефон «iPhone» в корпусе черного цвета с сим-картой оператора «Билайн» - возвратить по принадлежности осужденному ФИО26; - пистолет с магазином, ствол с рамкой-рукояткой и кожух-затвор пистолета модели , двадцать шесть патронов , два патрона травматического действия, гильзы восьми патронов . и двух патронов , отстрелянные в ходе экспертных экспериментов, два патрона травматического действия калибра 18х45 для огнестрельного оружия ограниченного поражения типа «Оса» - передать в отдел полиции № 2 УМВД России по г.Томску; - маску черного цвета, камень, вещи потерпевшего ФИО1: футболку с длинным рукавом, футболку с коротким рукавом, джинсовую куртку, брюки из джинсовой ткани, трусы, сандалии; резиновый шарик черного цвета – уничтожить. Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Томский областной суд через Ленинский районный суд г. Томска в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденным ФИО26, находящимся под стражей, в тот же срок со дня вручения копии приговора, а также в кассационном порядке. В случае подачи апелляционной или кассационной жалобы, осужденный ФИО26 вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной или кассационной инстанции, в том числе и с участием защитника. Председательствующий: Д.Ю. Мысливцев (подпись) Копия верна: Судья: Д.Ю. Мысливцев Секретарь: Е.А. Казанцева Суд:Ленинский районный суд г. Томска (Томская область) (подробнее)Судьи дела:Мысливцев Д.Ю. (судья) (подробнее)Последние документы по делу:Приговор от 28 ноября 2017 г. по делу № 1-38/2017 Приговор от 2 ноября 2017 г. по делу № 1-38/2017 Приговор от 6 сентября 2017 г. по делу № 1-38/2017 Приговор от 13 августа 2017 г. по делу № 1-38/2017 Приговор от 10 августа 2017 г. по делу № 1-38/2017 Приговор от 10 августа 2017 г. по делу № 1-38/2017 Постановление от 5 июня 2017 г. по делу № 1-38/2017 Приговор от 29 мая 2017 г. по делу № 1-38/2017 Приговор от 28 мая 2017 г. по делу № 1-38/2017 Приговор от 24 мая 2017 г. по делу № 1-38/2017 Приговор от 3 мая 2017 г. по делу № 1-38/2017 Приговор от 2 мая 2017 г. по делу № 1-38/2017 Постановление от 6 апреля 2017 г. по делу № 1-38/2017 Приговор от 1 марта 2017 г. по делу № 1-38/2017 Приговор от 15 февраля 2017 г. по делу № 1-38/2017 Судебная практика по:По делам об убийствеСудебная практика по применению нормы ст. 105 УК РФ Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью Судебная практика по применению нормы ст. 111 УК РФ |
